- -
- 100%
- +
Всё вокруг опять стало подёргиваться дымкой, постепенно всё более сгущающейся. Такая же дымка начала затягивать моё сознание, гася всё вокруг. Сознание гасло, затягивая меня куда-то и всё.
Глава 4
В себя я пришёл, под аккомпанементы скрипов Ананси и рыканья Сержанта, те собачились между собой, пытаясь, обвинять друг друга, во всех смертных грехах. Я понял, что камнем раздора являлась моя местная тушка, лежавшая посреди этого круга исследований.
– «Проф., вы хоть понимаете, что сделает с нами Герцог, узнав, что его вложение просто приказало долго жить. Чёрт, я даже не знаю какое наказание, он нам придумает. Вы что хотите весь остаток срока проходить как тягловое животное? А если он нас закатает в тело мусорщика падальщика. Проф., очнитесь, давайте что-нибудь делать, Проф.»
Ананси взвился.
– «Я вам что Создатель, возвращать образы, а вы Сержант, должны же были знать, что этот дикарь из себя представляет, могли бы меня предупредить. Нет ну каков, даже генератор сгорел прежде, чем этот ушёл. А проблему повесим на самого дикаря, образа уже нет, поэтому никто не узнает, как я над ним издевался. Ладно, Сержант, давайте уберёмся здесь, да я пойду докладывать Герцогу»
Они оба обернулись ко мне, и застыли как жена Лота. Самое интересное, что боли у меня в теле не было, я глянул на свои руки, н-да, опять лапы носителя, так сказать с возвращением. Затем, эти два чуда вдруг задвигались как наскипидаренные. Мешая друг другу, они рванулись ко мне, Ананси даже запутался в своих щупальцах и рухнул посреди дороги. Естественно ко мне первым до меня добрался Сержант, не прикасаясь ко мне, стал внимательно меня разглядывать.
– «Рекрут»
Прошипела эта орясина.
– «Что это было?»
– «А я почём знаю? Наверное, проклятие, что на меня наложила цыганка, сработало»
Я чувствовал, что не надо говорить, что реально со мной происходило, а поэтому попробовал ответить шуткой.
– «Какое проклятие?»
Просипел Ананси, в конце концов, добравшийся до меня.
– «Что бы я жил долго и мучился, она сказала, что кто попробует меня убить, на того часть проклятия перенесётся. Вот всю жизнь и мучаюсь, вон даже к вам попал, хотя бывало и хуже»
Сказал я, надеясь, что выражение моей морды лица, соответствует здешней конфигурации смущения, всё же лицо-то, не родное, не человеческое. Чёрт я не ожидал такой реакции, Ананси вдруг запереливался всей радугой цветов и растёкся по полу. Сержант огромным прыжком отпрыгнул чуть ли не противоположный угол и начал мерно креститься. Нет, вы себе представляете чужого, накладывающего на себя крестное знамение, пусть даже по-католически. Вот такой сюр. Затем это чудо обратился к Ананси.
– «Док, это возможно? Так бывает?»
Растёкшаяся тушка Ананси, подала признаки жизни, что-то проскрипев. Сержант, прокричав, что он пошёл за помощью, выскочил за дверь, разве что, не снеся её. Мне показалось, что где-то вдали, на грани слуха прогрохотал знакомый смех старика из видения. Ананси окончательно изобразил из себя радужную лужу. Я решил, что надо что-то делать, иначе этот театр абсурда не прекратится ещё долго. Не выходя за пределы круга, я попробовал привлечь к себе внимание Ананси, но тщетно. Лужа продолжала переливаться всей радугой, отблёскивая в лучах света. Надо было что-то предпринимать, а что непонятно. Однако, вскоре, в помещение влетел Сержант, таща за собою близнеца Ананси, разве что другого цвета. Наверное, у них как в фильме «Кин-дза-дза́» статус определялся цветовой дифференциацией, блин лишь бы «цак» не заставили одевать. Двойник Ананси приблизился к собрату учёному и что-то стал делать с лужей. Через какое-то время, лужа стала собираться в свою прежнюю ипостась, видать двойник был доктором на подряде. Помощь ретировалась, опять оставив меня с Ананси и Сержантом, что называется наедине. Ананси, слегка помятый, не очень твёрдо держась на своих ходулях, выписывая странные фигуры своими ногощупальцами, добрёл до места, где ранее работал с символами и что-то побулькивая, попытался опять поиграть с символами, но не тут-то было, видно действительно какой-то генератор приказал долго жить. Ананси тупо уставился перед собой, как бы что–то вспоминая, затем сделал пас щупальцем в воздухе. Не знаю почему, но эти его действия ассоциировались с впечатлением нетрезвого человека. Невзирая, на множество моргающих красным символов, Ананси продолжал свои действия, причём по мере его действий символы начинали мигать, то красным, то зелёным, попеременно. Мне даже показалось, что некоторые символы он принудительно обвёл щупальцем, как бы окрашивая, этот символ в зелёный цвет. Покачиваясь, он оглядел всю эту цветомузыку, а затем торжественно, правда, дважды промахнувшись, ткнул в большой символ, вспыхивавший оранжевым цветом. Вся эта полупрозрачная цветовая конструкция, вдруг обрушилась на меня, и я в очередной раз отключился. Когда я пришёл в себя, первая мысль была что, сколько же можно играть со мной в игры под названием «то потухнет, то погаснет», затем вдруг пришло какое-то странное ощущение, что рядом что-то или кто-то есть, и не только это. Странность была в полной тишине, всеобъемлющей и всепоглощающей, такой, наверное, что была перед созданием мира. Тишина была как океан, и я был в её глубине, потихоньку всплывая. Постепенно появились какие-то звуки, эти звуки слились в слова, звучавшие во мне и только для меня. Ещё через какое-то время они достигли моего разума, и я начал хоть понимать, что мне говорят.
– «Носитель-симбионт к работе готов, активировать? Да? Нет?»
Голос был механический и бесцветный. На автомате, как бывало при работе на компьютере, ответил «да», и что за чёрт, опять был погашен.
Когда я в очередной раз пришёл в себя, решил, что надо каким-то образом прекращать этот беспредел, с отключениями. В сердцах выматерился, правда, не вслух.
– «И не стоит так выражаться, дружище»
Вдруг раздалось в моей голове, ничего себе шутики.
– «Так, ты кто?»
Мысленно произнёс я.
– «Кто? Конь в пальто, сподобил же Создатель стать для такого тупицы, носителем. Хотя в прочем не самый худший вариант, на фоне предыдущих дебилов. Носитель я, твой носитель, что бы тебя потом пронесло, ну когда в себя вернёшься»
Вот тебе и бабушка Юрьев день, приплыли. На сколько я разобрался в справочной информации, носитель-это тупо просто устройство, биокибернетическое правда, но просто приспособление, т.с. инструмент, не обладающий собственным разумом, а только искусственным интеллектом, самого нижнего уровня. А тут такое, да и ещё с довольно противным собственным характером, в общем, что такое не везёт и как с этим бороться.
– «Ты знаешь, я тоже не в восторге, что в меня подсаживают, вот такое тупое и дикое существо, причём отдают ему приоритетные права управления, чёрт, это всё равно, что в вашем мире посадить обезьяну в «Ламборджини», слегка натаскав её переключать скорости и рулить»
Последовал ответ, причём было ощущение, что в ответе скользят реально человеческие эмоции, приехали, шиза моя планида на ближайшие шесть лет. Как бы рефлекс не закрепился на всю оставшуюся жизнь, иначе остаток мне точно светит провести в Кащенко. Правда, видно эмоционально я уже был перегружен на столько что, это ощущение было как через слой хорошей ваты. Затем, нет, только не это, сознание начало опять меркнуть, растворяясь в сером ничто.
– «Господи, да когда же этот безумный день закончится»
Подумалось мне, когда я в очередной раз пришёл в себя, но всё оказалось не так плохо. Оказалось, что я лежу на лежаке в помещении казармы. Тут в голове опять раздался «приятный» голосок моего носителя, прям «Эвита», местная.
– «Ну что, очнулся недалёкий ты мой? И чему молчим?»
Это существо меня взбесило.
– «Слыш, ты железяка биологическая. А не заткнулся бы ты, в конце концов, гений, блин, местечковый, не признанный Архимед с Ньютоном в одном флаконе, гель для душа»
Тут я понял, что носитель завис, пытаясь переварить мою тираду.
– «Не понял, как это «железяка биологическая»? И почему «гель для душа»? Расшифруй, что это должно значить?»
– «То есть по поводу предложения заткнуться, возражений не поступало? Вот и повторюсь, ЗАТКНИСЬ»
Что самое интересное, что я как-то ощущал эмоции носителя, на каком-то подсознательном уровне, удивление, смешанное с растерянностью, это раз. Очень напряг, лексикон носителя, уж больно знакомый он был. Правда, где и кто его применял, как-то не припоминалось, но что-то очень близкое.
– «Так, Самоделкин ты мой, покопался в моей памяти? А кто тебе это разрешил?»
– «Я…, я не копался, я случайно, такие массивы данных и абсолютно не защищены, вот я чуть-чуть и заглянул»
В ответе симбионта чувствовалась паника, граничащая с ужасом. Скажу честно, я не понял происхождения этих панических ноток в его ответе.
– «Х-м, вот оно что Петруха, ты оказывается ещё и нарушитель и вуайерист, н-да сподобил Всевышний помощничком. Ну, мы тебя научим, что нельзя безобразия нарушать. Научим чистить с вечера сапоги, а потом на свежую голову надевать. Так что готовься, будет тебе и чай и какава.»
Паника у симбионта стала перерастать все нормальные границы, даже мышцы начало непроизвольно потряхивать. Пора было брать всё в свои руки, пока ситуация не вышла за границы разумного. Как там говаривал старшина, под мудрым руководством которого я служил. Солдат дОлжон быть занят так, что бы на остальное у него ни ума, ни сил не оставалось бы. Солдат без дела, опаснее, чем граната без чеки.
– «И так я жду ответы на свои следующие вопросы:
– Первое. Насколько я понял из вводного курса, внедрённого мне при нахождении во временном носителе, носитель не более чем приспособление и не обладает и своим разумом, ни собственной волей, для этого и нужны мы-люди.
– Второе. Как много носителей твоего типа выпущено на сегодня?
– И последнее. Насколько глубоко ты залез в мою память и, только честно, зачем. Твоя отмазка о случайности, не пройдёт.
Я жду ответа!».
Глава 5
Истерика симбионта была настолько велика, что меня сбросило с лежанки и начало корчить на полу. Если бы это всё происходило на Земле, то я бы, наверное, надавал бы пощёчин этому истерику, а как быть тут? Я попробовал дать пощёчину носителю, и чуть не потерял сознание, всё же силушка у носителя дурная. Когда в глазах немного прояснилось, я вдруг понял, что получилось, однако достигнуть положительного результата. Правда, повторять этот опыт как то больше не хотелось. Ну что есть, то есть.
– «Ну что готов к конструктивному диалогу или стоит повторить внушение?»
Слава Всевышнему, что в казарме в этот момент никого не было, а то бы в мазохисты записали бы. Перед глазами вдруг встала картинка, ребёнка согласно кивающего головой, ну что же продолжим.
– «И так, вопросы я задал и хочу услышать на них ответы и так как мы с тобой единое целое, по крайней мере, сейчас, не стоит врать и увиливать. Ты меня понял? Да и видеоряд что ты показал, я одобряю, как способ коммуникации. И так»
Я вначале, ощутил замешательство симбионта, а потом отчаянную бесшабашную решительность, смешанную с какой-то робкой надеждой.
– «Я экспериментальный образец образа носителя, создавался магистром Мбогой. Предполагалось создание уже не носителей, а автономных боевых мобильных комплексов, не требующих получения для работы образов. Создан в единственном экземпляре, не считая обкаточной модели, которая проходила испытания. Для этого в одной из реальностей, сразу говорю не знаю какой, выращивались зародыши разумных, после чего их безвозвратно изымали и во временном хранилище производилась закачка необходимых знаний и формирование нового сознания с имплантацией в него необходимых установок, подавляющих личность, приводя её к состоянию биокомпьютера, ну или к близкому к этому состоянию. Из ста заготовок, такое действие выдержало четыре модели. Две модели из этой четвёрки, смогли довести себя до полного разрушения и полной деградации образа. Две оставшиеся модели использовались для дальнейших исследований. Одна слабая и неустойчивая использовалась в обкаточной модели, а последняя, которой я и являюсь, находилась в хранилище. Вчера во время работы над тобой, временное хранилище получило необратимые разрушения. Большинство образов хранившихся там в это время просто разрушились. Я, когда увидел эти разрушения смог скользнуть в носитель усиленный экспериментальный штурмовой, куда и тебя подсадили»
– «Н-да, дела, то есть ты есть, но тебя нет. А твои выступления о других, как выразился «дебилах», это как понимать?»
– «Во время создания программного обеспечения, производилась параллельная подсадка зародыша к образам, признанным хорошими бойцами, для копирования их баз знаний. Это действие признано бесполезным и даже вредным после того как два образа пришлось восстанавливать с образованием лакун в памяти образов. Так что к глубокому своему сожалению, и правда имел несчастье пообщаться с такими, что ты бы даже рядом и стоять бы не стал»
– «Значит ты у нас самовольщик, а не специально внедрённый надсмотрщик? И что с тобой станет, если о тебе узнают?»
– «В лучшем случае меня сбросят опять во временное хранилище, в худшем произведут антивирусную зачистку, сохранив тебя во времянке. Исследования признаны неудачными и тупиковыми, меня хранили десять циклов, герцог любит курьезы»
– «Так, ладно небоись, своих не сдаём, прорвёмся Петруха. Меня вон тоже захомутали, практически обманом, ну а стало быть, попал в колесо пищи, но беги»
– «Мне продолжить ответы на поставленные вопросы?»
– «Давай всё же ты ответишь, дружок шизофреник»
– «Почему шизофреник?»
– «Ежели, в одной башке два сознания, так это самая настоящая шизофрения, насколько я помню из медицины. Но не заговаривай зубы. Третий вопрос меня очень интересует»
– «Что именно?»
– «Слушай, давай кончай крутиться как уж на сковородке, ты залез в мою память. Я так думаю, что нечто вылущил в, так сказать, «базу знаний», вот меня и интересует, как глубоко ты залез и что забрал. Всё же есть многое, что является лично моим и не подлежит доступу. Я ясно выразился?»
– «Я взял только языковые базы, что бы можно было с тобой общаться»
– «Я так тебе и поверил, язык требует не только знания, но и гораздо большего, менталитета что ли. И не надо пытаться меня обманывать, даже если бы я не ощущал твои эмоции, применение некоторых оборотов наводит меня на мысль, что ты достаточно глубоко залез ко мне в воспоминания. Ну и в конце концов если ты хочешь и дальше сосуществовать со мной, давай-ка не будем больше так поступать. Понятно»
– «Да я случайно, просто, когда скользил в носитель, просто утонул в тебе, знаешь, как страшно было, я думал, что всё ты меня сейчас просто растворишь в себе, так много было всего, что я даже стал захлёбываться. В какой-то момент я вдруг почувствовал себя тобой»
Симбионт, похоже, действительно запутался в своих мыслях и чувствах, и не знал, что говорить дальше.
– «Ну что же, видно судьба нас свела, вот только вопрос смогут ли другие как-то понять, что ты у меня здесь. Не думаю, что Ананси это всё просто так оставит, скорее всего, будет тебя искать. Всё-таки, есть ведь перечень того что было в хранилище, а проверить по косвенным данным довольно не трудно. Значит необходимо решить с твоей маскировкой»
Симбионт, передал мне изображение ребёнка, ковыряющего ногой пол с опущенной головой и красными щеками.
– «Я, ускользая, по пути грохнул базу данных, теперь трудно, если, в общем, то возможно, будет определить, что есть что, разве что только целые объекты. А что ушло и что разрушено определить очень трудно»
– «Наивный ты, однако, дружок, ты считаешь, что нигде нет копии этой базы? Что-то мне не вериться что такое, может быть. Если я что-то помню из теории программирования и построения баз данных»
– «Были копии, но как раз перед активацией твоего носителя, накрылся генерирующий узел, где и находились резервные копии. Это как раз нам на руку»
– «И с чего вдруг, копии накрылись, твоя работа, мелкий вредитель»
– «Нет, крупный вредитель, это твоя работа, ты же не стал подчиняться главному программатору, вот он нагрузки и не выдержал, сгорел. Так что «большой белый брат» не надо на меня всё валить, не надо, своё рыло в пуху, за моей спиной прятать»
– «Не, ты посмотри, какая язва, может, стоит сдать его ворогам, что бы и у них язва брюха прорезалась, не всё же мне с тобой мучиться»
– «Не сдавай меня Иван-дурак, я тебе ещё сгожусь, а то может, в Царевну превращусь, тогда и завидовать будут».
– «Ладно, разговорилась ты что-то лягушка, счаз построю тебя в шеренгу по одному и заставлю строем ходить. Разговоры, разговорами, а что делать то будем, меня интересует, знает ли Ананси, какой носитель нам он дал и как скрыть тебя?»
– «Слушай, а что это за Ананси ты всё время упоминаешь? Это кто?»
Я попробовал сформировать образ Ананси по памяти и показать его симбионту вместе с мультяшным образом паучка Ананси. Обратно я получил образ катающегося от смеха ребёнка.
– «Повеселились, и будет, вопросы всё же остались те же, что будем делать? И ещё мне надоело тебя звать без имени. Тебя как то раньше звали?»
И снова накатило ощущение радости, недоверия и надежды.
– «Нет, у меня был только порядковый номер, который меняли по мере того как нас оставалось всё меньше»
– «Понятно, ну что же давай тебе подберём какое-нибудь имя, учитывая, что ты и так покопался в моей голове, жду твоих предложений»
– «А можно мне взять имя Илья?»
– «И к чему это, имя моего сына? Ты что мне в сыновья набиваешься?»
– «Нет, что ты, просто вспомнил, что видел у тебя картину Васильева, с Ильёй Муромцем, вот и я хотел бы быть таким же большим и сильным, а главное добрым, как ты»
– «Так, милейший, во-первых ты соврал, это раз. Во-вторых, не люблю подхалимов. Так что возьму и нареку тебя Алёшей Поповичем»
– «Вань ну пожалуйста, не надо, я больше не буду пытаться смухлевать. Ну, прости, я больше не буду, правда»
– «Ох, дитятко, ладно быть тебе Ильёй, отныне. Далее, как ты думаешь, для чего Ананси запихнул меня в этот супер-пупер крутой носитель»
– «Ты знаешь, Вань, а ведь и этот носитель считается очень неудачным, может из гадости, ты же его вон как встряхнул. Это я понимаю, что ты над ним посмеялся с предсказанием цыганки, но как ни странно, в этой реальности, такое и правда существует. Что ты думаешь, император просто так устраивает сражения и развивает военную технику? Э, нет, просто пять тысяч циклов назад было сделано предсказание, что где то в это время на эту реальность нападёт враг, для которого границ между реальностями не существует, а главное, что для него любая жизнь заклятый враг. Есть устройство, которое позволяет заглянуть в другие реальности, причём без ограничений, сообщение возможно только между тридцати двумя реальностями, а посмотреть, возможно, любые. Так вот уже более сотни реальностей обнаружено, где была жизнь, но она была уничтожена, полностью»
– «Н-да, это понятно, а вот о неудачности носителя, пожалуйста, поподробнее. Всё же придётся нам его использовать, не думаю, что при смене носителя тебя удастся, перетащить в другой носитель, поэтому думаю что, так же как и с тобой, всё не так однозначно, так что давай ка ТТХ носителя и его недостатки»
– «Я, Вань попробую залезть в закрытый узел разработчика и получить его параметры, дай мне немного времени, кстати, ты не хочешь встать с пола и лечь на лежанку. Тем более у нас осталось ещё десять микроциклов, отводимых для первичной адаптации».
– «Илюша, хватит инопланетных терминов, давай-ка переходи на земные, годы, часы, минуты и т.д., а то достало соображать и переводить для себя данные»
– «Принято, у нас осталось десять часов на адаптацию. Кстати, я уже хакнул узел, слушай у вас, что там поветрие на хакерские программы, такой набор программ, здесь о таком даже и не мечтают»
– «Интересно, где это ты у меня такие программы нашёл? Я ведь ни сколько не программист, да учили и программированию и работам с программами, но хакерские?»
– «Чудак ты Ваня, если научили работать на Ассемблере и Фортране, считай что уже все программы для тебя открытая книга, а уж если есть понятие о кодах, то в программировании богом становишься»
– «Что то раньше я как то не владел таким вопросом»
– «Ну, так Ваня, я ведь тоже вроде как не глуп»
Мне пришло изображение, ребёнка с гордо поднятой головой. Я взял и отослал ему изображение наполеоновской треуголки, смирительной рубахи и большого шприца с надписью «Галопередол».
– «Ну, шутник, давай докладай, в чём тут собака порылась из-за чего он не пошёл?»
– «Слишком мощный получился девайс, он изначально требует минимум два потока сознания, ты же станешь в одиночку управлять большим судном. Так что основная проблема в избыточности мощности, образы в одиночку были не в состоянии, справится с управлением этой моделью. Что бы тебе было понятно, если бы Германия выставила во время Курской битвы в три раза больше техники и солдат, против одного этого носителя, я бы не дал и рваного носка за их хотя бы сохранность, о победе и вовсе разговора не стоит»
– «Ну, ты и сравнение выбрал, вся немецкая техника против одного полка современной армии тоже, думаю, не выстояла бы, так что не больно то и сильное сравнение»
– «Х-м, ну в Сирии скажем, этот носитель за пару часов всё привёл бы к спокойствию, так тебе проще понять уровень. Или скажем в течение суток уничтожить все армии и флоты США, тебе проще для понимания? Как я и говорил, мощность ИЗБЫТОЧНА»
– «Лихо, ну а мы в состоянии им управлять? Может и мы для этого слабы»
– «Бинго, мне повезло, ты первый кто такую оценку даёт, все остальные кто пробовал им управлять, рвали рубаху на груди, а потом штаньё стирали»
– «Ладно, вопрос остался, мы справимся?»
Последовала кратковременная пауза, затем прозвучал безапелляционный ответ
– «Да!»
– «Ну что же проверим»
– «Будем включаться в носитель? Только Ваня, у тебя сейчас наступит очередное гашение, крепись!»
Прозвучало с издёвкой в гаснущем сознании, ну только дай мне добраться до твоего мягкого вымени, мой друг Илюша.
Глава 6
Через какое-то время, я опять всплыл в ощущаемую мной реальность. Правда ощущения были куда как красочнее, чем ранее, даже в человеческом теле, цвета стали выпуклее и контрастнее, запахи на уровне физических ощущений, слух позволял за километр слышать шорох крыльев бабочки, для зрения километр стал равен метру, вот где мечта снайпера. Чисто физические кондиции тоже были запредельны. Было ощущение, что если я зацеплю за ось планеты, то мне ничего не стоит её зашвырнуть далеко, далеко.
Пока я занимался разборкой внутри себя, как-то было недосуг приглядеться к тому, что меня окружает. Наверное, для ярых фанатов межпланетной и инопланетной фантастики, внутренний антураж помещения, вызвал бы полное разочарование. Серые, возможно бетонные, плачущие конденсатом, стены, светящийся мертвенно-белым светом потолок, нары, выполненные тоже не понятно из какого материала, убого утилитарного цвета в три яруса, к каждому из которых выше первого яруса вела грубая исцарапанная лестница. Если бы ранее я не знал, что это казарма, я бы решил, что это ветхий склад мелкой малобюджетной фирмы, одно только выбивалось из этого образа – огромный размер.
В общем, благо что меня швырнули на нары первого этажа, было бы весело сверзится с третьего яруса, понятно, что для носителя это не вызвало бы каких-либо последствий, но вот грохота было бы мама не горюй. Так что всё вокруг было обыденным, т.е. поганым, напрягало ещё одно, куда делся этот мелкий пакостник, ну тот, что Илья? Попробовать, что ли позвать его? Попробовал, тишина. Ладно, разберёмся позже. Что меня раздражало, а я никак не мог сосредоточиться, слишком непривычно было от тактильных ощущений, вызываемых носителем. И что-то мешало зрению какие-то мутные полосы на границах зрения. Когда я попытался сосредоточиться на этих полосах, они вдруг распались на символы, ползущие снизу вверх с большой скоростью. При попытке вникнуть в то, что я вижу, я понял, что могу остановить поток этих символов, сосредоточившись на одном из них, но понимания что это так и не пришло. Я попробовал ещё больше сосредоточиться на одном из символов, как вдруг перед глазами возникла мерцающая табличка, состоящая из двух других символов, подкрашенных в какие-то футуристические цвета. Нам в России привычно в основном, что тексты читабельны слева на право, вот и здесь, я ткнул мысленно в левый символ, за что был моментально вознаграждён гашением сознания, в который уж за сегодня раз.
Из, привычного уже теплого небытия, меня выдернул некий голос, повторявший одну и ту же фразу. Фраза звучала узнаваемо, но как-то не привычно. Так сосредоточится и попытаться понять, что от меня требует очередной проситель.