Нравится ли электрическим проституткам, когда им читают стихи про любовь

### `// part 1`

// entering protocol;

if ("obedience") else ("Dead");

Кацо вышел из автобуса на остановке «Банный переулок». Огляделся и уткнулся в голографическую табличку, гласящую: «Проспект Мира».

«С чуткой грацией ювелира…

Я иду по проспекту Мира, а во рту моём привкус женщины».

Старый стих. Вторую строчку он забыл – кажется, там было что-то про разборки. Хотя при чём тут разборки? Это ведь стих о любви. О конце весны. О зарождающемся чувстве – к женщине и одновременно ко всему миру.

Кацо открыл смартфон. Нашёл номер жены. Она наверняка знает, она знает все стихи в мире. А если не знает, сможет подобрать. Нет. Он обещал не названивать ей по пустякам, только по вечерам, только когда не может уснуть.

Он открыл карты. Нашёл адрес. Разумеется, это опять была сауна. Они всегда идут в сауну. Неужели правда верят, что он не сможет туда попасть? Или просто очень хотят в это верить?

Ресепшен отделан мрамором. Повсюду статуи. Парнишка за стойкой, засуетившись, выбежал к Кацо:

– К сожалению, мы не принимаем гостей с…

Кацо посмотрел в смартфон:

– Четвёртая парилка.

– Мне очень жаль. Похоже, вас пригласил кто-то, кто не знаком с нашими правилами. Через пару остановок есть отличная сауна, которая…

Кацо прошёл мимо. Не останавливаясь, миновал раздевалку. Зашёл в просторное помещение, заполненное паром. Кацо с трудом рассмотрел несколько купелей, шезлонги и четыре двери на противоположной стороне. Немногочисленные посетители косо смотрели на мужика в уличной одежде. Кто-то спешно покидал помещение.

Кисть непроизвольно задёргалась. Кацо поморщился. Чёртов пар. Протезы плохо переносили влажность – теперь весь день будет глючить.

Он направился к четвёртой парилке, оставляя на полу трещины стальной ногой. Небольшая комната, вся в голубом кафеле. В центре – джакузи. В нём в компании двух проституток сидел полноватый мужчина. Мистер «Почти Стрит». Увидев Кацо, он подскочил:

– Послушай, я всё объяс…

Кацо молча схватил его за волосы и с силой ударил о борт бассейна. Девчонки с криком выскочили из воды.

Кацо поднял голову и посмотрел ему в лицо. Брезгливо окунул его в воду. Она окрасилась в розовый цвет.

Схватив мужчину за голову нормальной рукой, он вытащил его из бассейна и прижал к стене. Хотел напугать – ударил киберрукой в стену над головой. Ничего. Рука едва коснулась кафеля, будто он хотел погладить его кулаком.

Чёртов пар.

– Кацо, миленький, послушай, я ведь…

Кацо схватил его за шею и сжал.

– Подними правую руку и прислони к стене.

– Пожалуйста, я всё ве…

– Хочешь, чтобы я ударил по лицу?

Он пару секунд умоляюще смотрел на Кацо, а потом зажмурился и подставил ладонь под удар.

Кацо легонько стукнул.

Судя по звуку, кости в ладони превратились в муку. Пальцы повисли на коже. Будто плавленый сыр. Мужчина рухнул на пол и истошно завопил.

Кацо оглядел протез. Чёртов пар.

В месте удара остался след от кулака. От него по всей стене разбрелись трещины. Точно.

«С чуткой грацией ювелира разбрелись по асфальту трещины».

Кацо помотал головой. Работа.

Он достал телефон и сел рядом с мужчиной:

– Вот что мы сделаем. Сейчас за тобой приедет такси, ты в него сядешь и поедешь в больницу. По дороге заедешь домой – адрес я вбил, – попросишь жену съездить с тобой. И там, в больнице, ты признаешься ей в том, что у тебя игровая зависимость. И что вам нужно срочно продать квартиру, чтобы погасить твои долги. Иначе. Я. Тебя. Убью.

Кацо помог ему подняться. Обмотал вокруг паха полотенце. Не поднимая на Кацо взгляд, скуля и плача, мужчина вышел из парилки.

Кацо развернулся и увидел двух девушек, стыдливо прикрывающих обнажённые тела, исписанные светящимися татуировками. Они забились в угол и смотрели на Кацо, как запуганные котята. Боялись. Но прийти к сутенёру без денег боялись больше. Кацо достал смартфон. Наверно, они такого старья и не видели никогда.

– Скинул вам по трети битка. За моральный ущерб.

Девушки взглянули друг на друга, боязливо поднялись. Одна ткнула по запястью. Проверила баланс.

– Спасибо.

Она с облегчением вздохнула. Подошла ближе:

– Знаете… мы почти не провели с ним время. – Она поманила подругу пальцем. – А вы заплатили. Это… так благородно…

Она провела тонкими пальцами по ноге Кацо, и у него в животе потянуло, будто он резко спускался на лифте.

Кацо схватил её за запястье и сжал.

– Если не свалите отсюда в течение минуты, пожалеете. Понятно?

Девчонки пискнули, схватили вещи и убежали.

Трясущимися руками он достал телефон. Нашёл номер жены. Просто услышать голос. Остановился. Глубоко вздохнул. Нет, не с кровью на руках – он позвонит вечером, когда всё это наконец закончится.

Несколько секунд он стоял с закрытыми глазами и глубоко дышал.

«С чуткой грацией ювелира разбрелись по асфальту трещины.

Я иду по проспекту Мира, а во рту моём привкус женщины.

И на улице расцветают тротуары и экскаваторы.

Cобираются мысли в стаю и прощаются, улетают».

***

Кацо привычно обошёл огромное, увешанное неоном здание и, пройдя по грязному переулку, добрался до задней двери ресторана, у которой курили несколько поваров. Он кивнул одному из них. Тот кивнул в ответ и с сожалением выбросил наполовину скуренную сигарету в урну. Кликнул по кнопке на двери и подставил лицо под зелённую полоску считывателя биометрии. Дверь мелодично пиликнула.

Кацо шёл за ним по узким коридорам, заставленным стеллажами с посудой, упаковками и кухонной мелочовкой. Зашли на кухню. В нос ударила россыпь запахов: жареное мясо, специи, кипящее масло.

Он увидел десяток людей, судорожно мечущихся по горячему цеху. Кацо прошёл через кухню к двери в зал, стараясь не столкнуться ни с кем из поваров, и встал рядом. Его проводник крикнул через шум:

– Эй, позовите офика, пусть проводит к Тимуру!

Несколько официантов забегали внутрь, недовольно обходя Кацо и забирая еду с раздачи. Наконец на кухню зашёл менеджер, оглядел Кацо и кивнул, велев идти за собой.

Выйдя из кухни в тихий, спокойный зал, Кацо облегчённо вздохнул. Просторный зал ресторана с разделёнными полупрозрачной вуалью столами. Из колонок доносился спокойный нейробит.

Менеджер быстро провёл Кацо к одной из кабинок. Приоткрыл штору и жестом пригласил внутрь.

– Вай, Кацо, какие люди!

Тимур – тощий мужичок с карикатурно квадратной челюстью и белоснежными зубами. Он энергично схватил руку Кацо и затряс.

– Эй! – крикнул он официанту. – Принесите Кацо воды с лимоном.

Кацо молча сел за стол. Напротив сидели тимуровские громилы, а рядом – светловолосая девчонка. Она не сводила с Кацо глаз.

– Ну что, точно гешил? Может, задхежишься ещё на годик?

Новые зубные импланты. Последний тренд. Сами себя чистят, никогда не болят, позволяют перекусывать стальные пластины, но заставляют немного картавить.

– Точно.

Тимур уставился Кацо прямо в глаза. Несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом Тимур расхохотался, хлопнув одного из своих людей по плечу:

– Стахина Кацо, как всегда, не болтлив, за это я его и люблю. Не нхавится ему, похоже, новая сфера нашего бизнеса.

– Ваш бизнес – не моё дело.

Когда Кацо вернулся с войны – без левой руки и правой ноги, – у него было два варианта: выживать на ветеранскую пенсию или взять в долг у криминальной шишки, попав к нему в добровольное рабство.

Половина суммы с каждого заказа шла на оплату долга, вторая половина – Кацо. Только хранилась она на счетах Тимура. На всякий случай.

– Сегодня последний день. Я получу свои деньги?

– Что за вопхос? Это же твои битки! Я просто не пойму: ну забехёшь ты их, что дальше? Понесёшь в банк? Закинешь на кошелёк? Но банк могут огхабить, кошелёк – взломать, а у Тимуга твои деньги никуда не денутся. Так зачем тебе пахиться? Газбиpаться в блокчейнах и прочей кхиптофигне, если у тебя уже есть лучшее место для хранения?

– Я уже решил.

Тимур вздохнул.

– Ну, хаз ты гешил, что я могу поделать? Последнее дело – и деньги твои.

Он взял девушку за подбородок и слегка повернул её лицо, показывая Кацо:

– Познакомься с Альбиной. Новая веха в секс-индустхии. Репликант, созданный для удовольствия. Импохтиpовали всего десять штук из Нидеpландов. Кхасотка, да?

Кацо взглянул на девчонку, которая всё ещё не сводила с него глаз. Пожал плечами.

– Ай, много ты понимаешь. Девочка охонь. Умеет считывать эмоции, желания, не устаёт, не пхосит оплаты.

– От меня что нужно?

– Пховоди её до клиента. Она и сама может, но ты ведь понимаешь – бабки вложены, не хотелось бы, чтобы она свалилась в люк по дохоге. Доведёшь до клиента, вернёшь обхатно – и получишь полный хасчёт. Идёт?

– Я не подписывался работать сутенёром.

– Кацо, миленький, ну какой сутенёх? Пхосто доставка. Ну, или мы можем подождать с хасчётом, пока появится более подходящая тебе хабота.

Тимур улыбался своими огромными зубами.

– Как ей управлять?

– Ну ты чего? Это репликант, а не хобот-пылесос. Общайся с ней как с обычным человеком.

Тимур повернул лицо девушки к себе:

– Слушайся Кацо. Будут пхоблемы – пущу на органы. Уяснила?

Репликант кивнула и встала. Тимур шлёпнул её по заднице и усмехнулся:

– Эх, дхужище, буду по тебе скучать. Ты хоть заходи иногда. – Он коснулся кнопки на столе. – Позовите кого-нибудь вывести Кацо.

Кацо встал и мельком взглянул на репликанта. Невысокая, совсем молодая, на вид не больше восемнадцати. Одета в короткую клетчатую юбку и розовый топик на одной лямке.

– Ладно, давай поскорее с этим покончим.

Кацо вышел из ресторана и пошёл в сторону остановки, изредка поглядывая себе за спину. Репликант двигалась реалистично. Будто с трудом поспевала за Кацо.

Как только они подошли к остановке, подъехал их троллейбус. Повезло. Кацо зашёл внутрь, нажал на терминале «Два билета» и подставил лицо под считыватель биометрии. Зелёная полоска пробежала по его лицу. На терминале загорелась зелёная галочка.

Репликант уселась на ближайшее сиденье.

– Туда. – Кацо указал взглядом на сиденья в хвосте автобуса.

– Зачем? Автобус пустой.

– Быстро.

– Да какая, блин, разница? Тут никого нет.

Она нахмурилась, исподлобья уставилась на Кацо. Он схватил её за плечо и силой поднял с сиденья.

– Хорошо-хорошо!

Она сбросила его руку и пошла к указанным местам, уселась, скрестив руки на груди. Кацо прошёл следом и сел на сиденье, помеченное рисунком глаза с микросхемой в зрачке.

Автобус тронулся. Кацо неподвижно сидел, уставившись вперёд. Репликант, посидев пару минут с обиженным лицом, уткнулась в окно.

– Что за имя такое – Кацо?

– Заткнись.

Внезапно она подскочила и прильнула к стеклу. Они проезжали парк аттракционов. Репликантка задрала голову и заворожённо уставилась на колесо обозрения:

– Что это за штука? В ней катаются люди? Можно мне тоже?

Кацо не ответил.

– Можно хотя бы посмотреть поближе?

– Нет.

Она опять надулась и уставилась в окно.

Скоростные поезда домчали их до окраины за каких-то тридцать минут. Кацо дёрнул девчонку за плечо, и она нехотя вышла из автобуса.

Кацо уткнулся в смартфон. Гостиница «Милан» – прямо перед остановкой. Пройти внутрь, попросить проводить к Альберту.

Кацо поднял глаза от смартфона – девчонки рядом не было. Он быстро огляделся и увидел её за остановкой. Кацо рванул за ней. Альбина подняла руки, будто сдаётся:

– Спокойно, здоровяк. Я просто стрельнула сигарету.

Она теребила в руках мятую самокрутку.

– Нет.

– Да это даже не вейп, она практически безвредна! – Она посмотрела на Кацо. – Ты ведь знаешь, что меня ждёт в следующие два часа?

Он уставился на неё, надеясь распознать фальшь. Но в неестественно голубых глазах отчётливо читался страх. Зачем программировать робота на страх? Он достал зажигалку и подкурил ей. Девчонка благодарно посмотрела на него, затянулась и закрыла глаза. Они простояли молча несколько секунд.

– Может, всё не так плохо, – зачем-то сказал Кацо. – Иногда нужно просто посмеяться с их шуток.

– Угу. – Она затушила окурок пальцами. – Иногда.

Они зашли в гостиницу. Дыра, стилизованная под специально сделанную дыру: кирпичные стены, тусклые лампы, неоновые плакаты. За стойкой сидела лысая девушка с татуировкой на лице.

– Мы к Альберту.

Она кивнула и показала на лифт за спиной:

– Четвёртый этаж, комната два.

Они поднялись на лифте и оказались в загаженном коридоре. Кацо постучал в нужную дверь, и им открыл толстый мужик в белом халате, с кучей золотых колец на пальцах:

– Ну наконец-то! Где вы шляетесь?

Он отошёл, пропуская их внутрь дешёвого гостиничного номера-студии.

– Ну, бусик, – девушка прильнула к нему и провела рукой по лицу, – не злись, я просто долго собиралась к тебе.

Он улыбнулся:

– Ну разве я могу злиться на такую милашку? Эй, громила. Возьми флешку на столе и проваливай.

Аля провела ладонью в воздухе, будто по сенсорному экрану, и приглушила свет. Затем щёлкнула пальцами – в комнате заиграла музыка.– Неплохо. Но так и моя колонка умеет.

– Ты прав, я такая бестолковая. Наверно, меня за это следует наказать?

Альбина скинула юбку. Повернулась спиной и выгнулась, словно модель с рекламного баннера. Он шлёпнул. Сильно. Потом ещё раз и ещё. На каждый шлепок она отзывалась протяжным, почти естественным стоном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.