Разговор с душой

Когда человек появляется на свет, в нем нет больших духовных запросов, ему незачем думать о смысле жизни, зачем и куда он идет. Его желания, стремления очень просты. Они не несут никакой замысловатости. Так рождается каждый из нас и каждый из нас в свое время становится родителем. Подобным образом человек и попадает в ситуацию, когда он – нравственная составляющая своего ребенка. Это замкнутый круг, где дети вырастают и рождают новых детей, но часто сами остаются детьми, просто немного старше, немного умней. Они лучше управляются с современными гаджетами, например, смартфоном, увереннее владеют мышкой компьютера, но в духовных вопросах они не продвинулись настолько, насколько ожидали от себя. Каждый надеется, что многие моральные аспекты, необходимые для воспитания своих детей, обретет после, но попытка все время гнаться за чем-то становится ведущей, она и отнимает возможность по-настоящему углубиться в эту тему, понять.

Человек сталкивается с тем, что локальность его детских желаний перерастает в большие желания и большую, не слишком существенную локальность (дом, работа). Он начинает строить барьеры, стены, ограничения. Его методы воспитания детей превращаются в нормы и правила, которые он придумывает порой на ходу. Они удобны ему, ими он в определенный момент, если захочет, воспользуется. Он может говорить о том, что нужно учиться, но сам не открывает книг, может говорить, что папе и маме не нужно врать, но при этом просить ребенка сказать неправду в школе или другом месте. Он ведет двойную игру, где нравственность, истина заменяются ограничением, пустым правилом, которое просто удобно сейчас.

В такой ситуации человек не обретает ни знания, ни понимания цели, смысла своей жизни, не осознает, что важно для него, а что второстепенно. Повзрослев, он не углубился в самосовершенствование, не выяснил многое для себя. В книгах, возможно, и написано об этом, и даже теория была ясна, вот только на практике в жизни она не реализовалась, не стала понятна.

Я так же, как и многие в этом мире, не очень задавался вопросом о смысле жизни, о главном, ожидал какого-то прозрения, схождения неземной мудрости только потому, что я стал отцом. Полагал, что главное – ввязаться в битву, а потом уж разбираться. Задача осознать, разобраться со временем просто потеряла актуальность – неплохо было и так.

Сложно понять, что является главным, а что второстепенным. Я и не вникал, не делил мир на группы. Видимо, данный вопрос разумно рассматривать как попытку отделить жизненно важное, необходимое – без чего жизнь может продолжаться и идти своим чередом – от второстепенного. Очень часто вещи второстепенные, не имеющие особой цены, занимают почетное место в копилке души человека. Он дорожит незначимым, пустым, хотя ему кажется, что это не так. Что главное? Наверное, то, без чего он не сможет жить: воздух, вода, еда, крыша над головой. Список перестает быть актуальным, утрачивая главенство, потому что у большинства все это есть. В современный век сложно удивить человека свежим воздухом, куском хлеба или наличием места, где можно переночевать. Но все же если человек теряет что-то из этого, ему становится тяжело дышать, как от болезни, еда разрешается только вареная, определенная диета заставляет вспомнить важность главного, пусть порой и забытого. Главное лежит на видном месте, поэтому его так легко потерять.

Я поначалу не задумывался о главном и важном. Во многом причина была в том, что то главное уже было. Детство – это жизнь all inclusive: поесть, поспать… Основные движения человека в юном возрасте лежали в области второстепенного, поскольку именно там нужно было сделать усилие. Усилия современного человека, тем более ребенка, не лежат в сфере выживания, попыток выбить себе место под солнцем. Ребенок наделяется главным по умолчанию, а его влечения, желания лежат во второстепенном: в печенье после нелюбимой каши, в играх после нежеланного сна. Его влечет второстепенное, поскольку там есть необходимое движение и рост, который должен обретать ребенок. Со временем, будучи взрослым, я пришел к такому же мироощущению, полагая, что главное так же незыблемо, так же устойчиво, оно всегда есть. Я не задумывался о мысли, что со временем область главного изменяется, увеличивается, появляются новые аспекты, новые задачи. Привык, что область второстепенного, того, что не очень важно, но очень вкусно, постоянно менялась. Сразу хотелось шоколада, потом мороженого, потом интересовал мопед, как у Саши… Все это время главное оставалось нетронутым, оно как пропало в детстве, так и не появлялось, потому что оно всегда было, я не задумывался о нем.

Обретя, казалось бы, уже опыт, я все также жил второстепенным, не задумываясь, куда и зачем иду. Работа и задачи существовали, но они были словно для того, чтобы в итоге отправиться на отдых, понежиться на песке. И получалось, что каша была невкусная и, съедая ее, я думал о пирожном, работа тоже была, но и она лишь промежуток, чтобы дождаться отдыха и безмятежности. Зачем нужен отдых, зачем нужен выходной, я не задумывался, казалось, что они будто сами по себе. Второстепенное становилось в центре, обретая статус неприкосновенного. Никто не умер от того, что не съел чего-то вкусного, но вредного, не отдохнул в Турции летом. Никто не осуждает пирожные или отдых. Проблема лежит глубже: никто не замечает перевеса второстепенного и отсутствие главного. Нет понимания целей и задач.

Оценка и непредвзятый взгляд: чего и сколько?

Как-то мне довелось побывать на мальчишнике, предшествовавшем свадьбе последнего свободного скакуна в нашей компании. Так как разговор о девушках был уже не актуален, то речь зашла о спиртном, о том, сколько человеку нужно выпить. А причиной, координатором этой зловещей затеи оказался сидящий с краю скромно и будто совершенно не при чем наш сосед Константин. Тема казалась ему не столь серьезной, в отличие от других участников застолья. Он сразу же выделился резким: «Я не пью», – чем вызвал бурю возмущения и эмоций. В наше время, а тем более в той веселой компании, где всегда любили хорошо и весело проводить время, не ценили молчаливых, грустных, тем более непьющих. Если молчать и хранить некую загадочность, можно было не привлекать всеобщее внимание, но такой социальный вызов, как прозвучавшее «я не пью», всколыхнул всех. За короткий промежуток времени я услышал массу доводов и причин, почему человек должен употреблять спиртное. Начали с пользы для здоровья и закончили простым упорным «надо» без всякий пояснений. Каждый имел свою мерную линейку, которой отмеривал оптимальный объем спиртного в своем бокале. В такой слегка напряженной дискуссии прослеживался общий принцип, по которому оценивались степень и границы, до которых можно пить. Каждый выступал образцом, мерилом, как пример незыблемый и единственно правильный. Все были уверены, что пить необходимо, только в силу разности собственных вкусов они расходились в понимании, что и в какой мере. В итоге пришли к выводу, что с Константином что-то не так, его нужно проверить. Полученный опыт для меня стал бесценным: каждый человек – ориентир для себя.

В подобной ситуации возникает соблазн и общая неспособность взглянуть на себя и свою жизнь, не говоря уже о том, чтобы оценить, сколько в собственной жизни главного и второстепенного. Ответ прост: «В моей жизни главное все! Потому что это моя жизнь, я осуществляю только верный выбор!» Стоит ли говорить, что каждый может ошибаться и с определенной меркой, пытаясь взглянуть со своей колокольни. Ведь хочется найти верный путь, основанный не на собственном восприятии, полученном в детстве, а на непредвзятом анализе, взгляде извне. Кто знает, может, с Константином как раз-таки все нормально. Чтобы найти ориентир и не обмануться, не пойти за ложными представлениями, я выбрал то, что знал и чувствовал, в чем был уверен – детство. Детское восприятие жизни, простота, непринужденность, легкость – наиболее близкий путь к пониманию, что значит «быть счастливым». Это самое главное. Я уверен.

Меняются времена, меняются и старушки

В каждом новом веке с новыми поколениями ситуации и возгласы примерно повторяются. Когда я был совсем юн, часто слышал об изменении ценностей и ориентиров, о пагубности этого процесса. «Нынче молодежь другая», – такую новость я слышал непрестанно, думаю, и сейчас такие слова звучат на лавочках возле современных многоэтажек. Бабушки говорят об этом, как об универсальной новости, когда все остальные темы уже обсуждены. Создается ощущение, что времена меняются, меняются ценности и взгляды, каждое новое поколение все хуже предыдущего. Так куда мы идем? Подобное разъяснение может вызывать страх, как фильмы про вселенскую катастрофу, коллапс на земле от стероида или иного природного бедствия. Если молодежь все хуже и хуже, куда мы придем? Но ведь каждая старушка, женщина преклонных лет когда-то была молодой, здоровой и красивой. Что изменилось, что заставило ее плохо говорить о молодежи, менять свои взгляды, смещать главное и второстепенное?

На каждую старушку, по моему мнению, сегодня приходится одна молодая и несмышленая девушка. Наверное, я, как и многие, со временем тоже стану в той или иной степени занудным дядькой, вещающим о первостепенном. Вряд ли времена настолько изменились, вряд ли все настолько быстро катится вниз, а каждый молодой человек не слишком восприимчив к наставлениям, к попыткам его обуздать и направить на путь истинный. «Я знаю высшую математику, вы будете меня учить?» – примерно так говорит в душе каждый молодой человек. Поколения не меняются, меняются «заслонки», причины, по которым я не хочу слышать: я окончил вуз, научился ездить верхом, выточил первый камень в скале. Собственная уверенность в знаниях, в своей правоте не дает задуматься, задать вопрос. Но хуже всего не упертость и вероятное превращение себя в будущем в ту самую старушку, которую уже никто не хочет слушать.

Что можно считать той современной отговоркой, которую наиболее часто слышишь от людей? Очень часто люди готовы говорить на любые темы, но при этом не имеют ни образования, ни специальной подготовки в данной области. Сейчас не всегда нужно увлекаться книгами, читать днями напролет, чтобы показаться знатоком, сведущим в той или иной теме. Быстрый просмотр заголовков новостных сайтов, телевизионных передач, в которых говорят чистую правду, и вот уже человек владеет темой. Ему не очень близка мысль о том, что новости могут выражать чьи-то интересы, что на врача нужно учиться 6 лет, но ему важно не показаться глупым, неосведомленным, потому что это причинит неловкость, стыд. Более приятно казаться знатоком, давать советы. И сам порой с трудом удерживаюсь от подобного, но разве это есть знание? Думаю, всего лишь гордость.

Поверхностное стало сутью

В проявлении человеческих эмоций стала отражаться современная поверхностность и духовная пустота людей. Даже в общем желании видеть духовное, доброту, любовь вокруг человек остается жить среди поверхностных эмоций, выражающихся через знакомые, привычные слова, открытки, стикеры, покупку каких-то вещей. Искреннее слово украли яркие, красочные, анимированные открытки, любовь заменили ненужные подарки и барахло, которым забит весь подвал. Люди желают любви, признания, но в то же время очень тяжело удержать его, увидеть суть.

Тяжело понять главное, настоящее в общей привычке жить в комфорте и боязни выйти за его пределы. Бездушность не причиняет человеку прямой боли, она лишает его возможности ошибиться. Искреннее слово могут не принять, настоящие пожелания могут быть небрежно откинуты, поэтому человек усиливает второстепенное, красками, яркостью заменяет искренность, доброту и любовь.

Так складывается и вся жизнь, где малое, тот самый отпуск в конце года, становится центром бытия, ради которого человек живет весь год. Это манящее ожидание отдыха, безмятежности, дает возможность выдержать мучительные месяцы, предшествующие тому самому желанному блаженству. Ожидание какого-то рая впереди забирает попытку найти, обрести ясность в буднях, в каждом прожитом дне. Из попытки жить комфортнее, удобнее жизнь превращается в цель, где комфорт является главным, и строится вокруг него. Раньше ездили на лошадях, сейчас ездят на машинах. Но если смотреть на жизнь сверху, то понимаешь, что с комфортом доходишь до могилы. Ведь раньше мчался на коне то туда, то сюда, а сейчас ездишь с комфортом на машине. Это стало обыденным, по-другому не представляется. А если грустно станет, готов совет: «Пойди, купи что-нибудь, развейся». Однако не принято смотреть вверх, легче устраниться, убежать, закрыть дверь, чем разбираться, в чем проблема. Вот обычные дела на неделю: проснуться и поесть, прогуляться утром, пойти на работу, снова поесть. «На пятницу есть планы?» Так проходит день за днем без какой-либо внятной цели. А она вроде есть: иду за взглядом, то есть куда глаза глядят, это привлекает сильно. Если бы глаза любили почитать, а не «поесть», а если бы глаза любили постигать мудрость!

Нестыковка

Я не знаю, о чем писать, где подвести итог. Кажется, вроде все понятно, все доступно, но есть внутренняя преграда, где теория соприкасается с внутренним миром и попыткой вместить это в себя. Ты понимаешь, что так поступать не стоит, лучше уже себя изменить. Однако взгляд упирается в стену непонимания, стену вещей пустых и закрывающих целостное восприятие вопроса. Ты хочешь либо уйти в сторону и писать, думать о косвенном, о теории, либо уйти в крайность и не ездить на машине, раз от нее и от комфорта столько проблем. Но, видимо, комфорт не является сутью проблемы. Где можно найти соприкосновение меня и той внутренней нестыковки: как должно быть и как есть? Она, эта нестыковка, проходит куда более простой и тонкой линией и отражается на примере ситуации, в которую я попал на Новый год. Я сидел и говорил себе перед праздником, что нельзя объедаться, нужно быть рассудительным, последовательным в действиях, следить за своим здоровьем и правильным питанием. Но как только я увидел приготовленную еду, то очень быстро начал забывать свои благие порывы. На третьей секунде уже не помнил, на пятой начал поглощать майонезные салаты. В итоге меня мучала изжога и болел живот. Теория полезного питания провалилась на практике, как и многие другие.

– Дорогой, я же говорила, но ты каждый раз съедаешь лишнее, а потом жалуешься!

– О, если б я знал! Когда я ел, забывал о том, что будет потом, мне казалось это неважным.

Вот и получается внутренняя нестыковка, уход в неосознанность и попытка жить в погоне за глазами, а не за осмысленной целью. Жизнь проходит словно в тумане: человек отдаляется от своей истинной цели. Какая польза от моей попытки разобраться, если так легко обмануться, забыться и уйти от понимания главного и верного пути?

Ответь…

Человек желает видеть всю картину разом, но из своих желаний строит он. Не нужно! Ведь гордость он взял за правильность и смотрит, как оправдать ее. Много ли ты спрашиваешь, что хочет другой, в чем его желания? Говоришь о желаниях людей, о том, что редки поздравления, адресованные именно тебе, а не тому, кому вещают. Так задай вопрос, кто ты есть, чтобы о тебе говорили. Оступился ты сам и ищешь ты оправдания. Мол, ты приди и мне скажи, оправдай меня так сильно, ведь я слаб и немощен, не смог справиться со страстями. Почему, когда были они в тебе, почему не спрашивал о спасении? Когда салат видел ты тогда, почему не задался вопросом, что мне делать, подскажи, хочу поступить правильно! Ты сказал: «Сейчас закрылся я, как поем, пойду снова к пути верному, правильно стану думать». А не ты ли был тогда или кем-то другим заменился? Удобный путь выбрал ты – спросить после.

Спрашиваешь ли ты врача, почему болит живот, не переставая? Скажет он тебе о том, что еще 3 года назад предупредил, что следует себя ограничивать в еде, не стоит забываться. Твоя забывчивость – награда, прими ее. Людей не подвергай осуждению, если бы смотрел вверх, то вряд ли увидел, как много поверхностного и лжи. Но ты сам ее породил. Гордец в других гордость замечает, он есть хорошо. Когда человек чист, тогда друзей и близких любит, эта чистота его всегда за ним по пятам идет следом. Человек лукав, он оступится так, а потом ищет оправдание. Если бы человек не мог, то не вел бы эти рассуждения. Если думаешь о том, как мог ты когда-то поступить по-другому, значит, у тебя была возможность, попробуй сейчас поступить иначе. Если бы не было для тебя другой судьбы, по-другому поступить был не способен. В чем смысл было петь, рассказывать о судьбе несправедливой? Мужай, прими поступок свой.

На гордость смотришь ты не так, она путает карты. Она, как стекло без теней, искажает правду. Ты не хотел принять себя, свой поступок отстраняя. Это будто бы был не я, но в тоже время ты хотел защитить правду. Ты взял ружье себе: «Сейчас себя я оправдаю». Не хотел ты слышать про людей, не важны были поколения, ты всех перемешал, сделав из этого кашу. Послушай себя и поверь, что был способен пройти и пойти вперед, но, видимо, задержался. Не нужно оправданий, не нужно говорить о «комфорте». Ты строишь замок для себя, сделай шаг верный. Его достоин день, а ты рассуждаешь о поколении, о людях и планетах всех. Смех! Человек строит жизнь простую, сделал выбор он в себе, не выбирает он погоду. Его выбор настолько мал, настолько кажется непригодным, что ему хочется, поверь, рассказывать по кругу о тех людях, что вокруг, вести обсуждение. О выборе своем молчит, кому о том расскажет, что боролся он с собой, войну с салатом проигравший. А зачем это все? Чтобы был он хозяином своего счастья. Ведь не будет говорить никто, строивший домов много, что вот кирпич один, в нем силы много. Кого удивить тем? Скажет строитель обо всем, о всех постройках, обсудит все дела и про работу свою забудет. Она неприглядна и легка, но почему-то с ней не совладает, ему легко говорить в словах, он строит города словами. Они легки и возводятся быстро. Он хочет быть тем, кто сражается словами, и он останется тем, кто в этом городе похоронен. Тот, кто не построит ни одной стены, ни один дом по итогу не завершивший.

«Ой, скучно», – скажешь ты. Зачем тогда рожден? Исправь себя и посмотри прямо в глаза, не смотри кривым взглядом. Никто не хочет казаться дворником, поверь, всем хочется быть знатными, поэтому проблемы просты, закрыты большим обсуждением. Его как бы облегчают, чтобы гордость не нарушить, чтобы себя оправдать. Жалость вызвать и сказать, что мал я, в деле невелик? Почему берешь ты такие обсуждения? Спрашиваешь то вокруг себя, людей, начинаешь битву? Говоришь о правде или нет, когда твои проблемы ближе. Если бы в скромности ты был, чувствовал бы немощь и несчастье. Никто и никогда не возьмет на обсуждение новости дня, великие события мира. Посмотри, как люди говорят: они вещают, как телевизор. Обсудят они то, что обсуждал ведущий, что космос уже наш, что Антарктида без пингвинов гибнет… Серьезно, нечего больше ему сказать? Это самый вопрос насущный? Человек же закрылся от себя, переживая, что жена замкнулась и молчит, уже неделю носит она обиду, о том сын грустит, у него проблема жизни. Но нет тому отцу дела, его волнует Антарктида, как пингвины будут там, как им спастись…