Путешествие с мафией и без

Так получилось, что автору этих записок повезло поработить сначала в «Крокодиле», затем в «Фитиле», а потом еще и снять на ТВ несколько сотен самых разных передач, в том числе и программу «77 чудес света» о поездках в разные страны. Если прибавить сюда крокодильские и фитилёвские командировки, получится одно большое путешествие. О котором я и хочу тут рассказать, не слишком придерживаясь рамок какого-то определенного жанра. Итак, из этой книги вы узнаете:

Откуда в советское время брались темы для фельетонов и документальных сюжетов? Чем кормили товарища Брежнева и как вообще жилось номенклатуре? Кто ездил в загранку в Советском Союзе? Как работалось журналистам на Олимпиаде-80? Где начинается Берлинская стена? Как Пражская весна превратилась в пражскую осень? Сильно ли отличается азиатская пропаганда от нашей? Как попасть на аудиенцию к Римскому Папе? Кто и зачем ходит в Лондоне на митинги протеста? Чем знаменит Лас-Вегас кроме своих казино? Действительно ли Нью-Йорк – город контрастов, а Калифорния – «Золотой штат»? Чем акулы капитализма страшнее акул Красного моря? И еще много всего. Приятного путешествия!

Одним из расхожих журналистских штампов всегда было письмо, которое пришло в редакцию и неудержимо позвало в дорогу. Частенько такие письма сочинялись в самой редакции и звали на колхозные поля, фабрики, заводы и прочие стройки пятилетки, где трудящиеся героически повышали надои и перевыполняли задания. О чем писались восторженные репортажи к очередному пленуму.

Реальные граждане писали в основном про дырявые крыши и текущие бачки. К нам в «Крокодил» таких посланий приходило около ста тысяч в год. Отдел писем заводил на каждое карточку и аккуратно отсылал в инстанции для принятия мер. К слову, система вполне себе работала и крыши иногда латали.

Конечно, временами попадались и письма, которые наводили на интересный материал, но случалось это редко. А обычно ты приезжал в какую-нибудь тьмутаракань, жалоба не подтверждалась и приходилось искать материал на месте, потому что возвращаться с пустыми руками считалось дурным тоном.

Именно так получилось с моей первой крокодильской командировкой по письму аж из города Шерабад в Узбекистане – всего-то 500 километров от Ташкента и три с лишним тысячи от Москвы. Трое суток шагать и все такое, раз плюнуть! Суть дела не помню, но кому-то в редакции показалось, что оно того стоит.

Вдобавок, уже в Ташкенте выяснилось, что лететь надо через Термез, а Термез – это граница с Афганистаном, где мы в ту пору воевали, и туда нужен был особый пропуск.

В Термезе ждала райкомовская Волга. Водитель мрачно поздоровался и попросил меня сесть на заднее сидение, а еще лучше – прилечь. Дорога, как он объяснил, простреливается, а раз кто-то едет в Волге пассажиром – значит, начальник.

– А как же вы? –поинтересовался я.

– Я человек маленький, – с надеждой сказал водитель, – в меня стрелять не будут.

Письмо оказалось чепухой, вопрос решился с местным начальством за пять минут и надо было искать тему. Я вернулся в Ташкент, поговорил с коллегами, и они познакомили меня с династией канатоходцев Ташкенбаевых. Знаменитые артисты рассказали много интересного, например, что вставать на канат нужно в три года, потом уже поздно, а главное, вывели меня на любопытный сюжет о бродячих цирковых артистах – шпагоглотателях. Правда, для того чтобы собрать материал, пришлось слетать еще и в Самарканд, где выступали артисты, но на фоне уже проделанных километров это была мелочь. Так появился фельетон «Богатырь на битом стекле».

Другое письмо, которое «позвало в дорогу», было из Кустаная. История была совершенно фантастическая и происходила в период очередной идиотской компании в рамках «продовольственной программы». На сей раз от жителей села требовалось сдавать на приемные пункты излишки масла. И как можно больше. Коров в тех краях давно никто не держал, и потому масло просто покупали в магазинах по 7-8 рублей за килограмм, гоняя за ним водителей в соседние области, а потом сдавали по три рубля. Вот такой советский бизнес по имя плана!

Самое смешное, что история оказалась правдой, я собрал замечательный материал и уже собрался возвращаться в Москву, как мне позвонили из ЦК Казахстана и попросили заехать в Алма-Ату. Я заехал, точнее, залетел, почему бы и нет! Встретили меня как самого высокого гостя и чуть не с почетным караулом отвезли в Белый дом – ЦК здешней компартии.

– Ну что, – поинтересовался я у начальника сельхозотдела ЦК, – будете уговаривать ничего не писать про ваших жуликов?

– Что вы, совсем наоборот, – возмутился тот и протянул мне ответ на фельетон, который я и не начинал писать. Из ответа следовало, что приведенные мной факты полностью подтвердились (!), виновные наказаны, уволены и вообще приняты все меры, чтобы впредь… Фантастика!

– Мы просто хотели познакомиться, показать нашу замечательную республику. Вы у нас первый раз?

– Вообще-то я тут родился, – признался я.

– Потрясающе! Значит ваши родители – целинники? Зиночка, – позвал он секретаршу и не успел я объяснить, что мой отец пребывал в здешних краях не как целинник, а в ссылке по ст. 58-10, как мне торжественно вручили медаль «За освоение целины». Умеют казахские товарищи встретить московского гостя!

Потом меня целую неделю возили по действительно замечательному городу, на Медео и в другие интересные места. И даже самокритично показали яблоневые сады, по колено заваленные знаменитым алма-атинским апортом, который просто некому собирать. А главное, коллеги из здешнего сатирического журнала «Шмель» под большим секретом подкинули мне совершенно потрясающий материал про жуликов из одного алма-атинского издательства, которые получали гонорары за Пушкина, Чехова и других авторов. В том числе, за «Преступление и наказание» Достоевского.

Так родился очень заметный в свое время фельетон «Преступление и наказа…», за который я получил разные журналистские премии и еще больше неприятностей, поскольку на этой теме столкнулись интересы кланов тогдашнего первого секретаря компартии Казахстана Кунаева и предсовмина Назарбаева, который теперь у нас, точнее, у них, елбасы. Чтобы предупредить меня об этом, в Москву, помнится, даже прилетал Олжас Сулейменов, советовал мне быть осторожней и не печатать продолжений этого фельетона. А я, конечно, не послушался и напечатал их целых два, но это уже совсем другая история.

Следующее, позвавшее в дорогу, письмо, было запиской из СИЗО города Лимана Астраханской области от местного охотоведа, который поймал на браконьерской охоте местного же прокурора по фамилии Смирнов. За это милицейские дружки прокурора сильно избили охотоведа, бросили его в камеру и собрались навесить серьезный срок по сфальсифицированному обвинению. Причем, как сообщил мне отец охотоведа, который и привез это письмо в редакцию, до суда, учитывая местные нравы, его сын скорее всего не доживет.

Если честно, лететь в эти опасные места одному было страшновато, потому я прихватил человека из Главохоты, и эту некрасивую историю мы на месте как-то разрулили. Вытащили охотоведа из тюрьмы и прикрыли заведенные на него липовые уголовные дела. А вскоре, преодолев упорное сопротивление редакции, я все-таки опубликовал фельетон «Охота на охотоведа».

Пресса в те времена временами работала, так что нашего героя из прокуратуры быстренько турнули. Но редакционные опасения были тоже не напрасны: вскоре три могучих ведомства – МВД, прокуратура и рыбинспекция, в лице отрицательных героев моего фельетона, подали на меня в суд. Опуская драматические подробности замечу, что юстиция в ту пору временами тоже работала и все три иска я выиграл, хоть все это и происходило, вы не поверите, в Тверском суде.

Ну и последняя история, о которой я хочу рассказать особенно, началась не с письма, а с телефонного звонка в гостиницу. Я был в Волгограде по какому-то делу, мне позвонил адвокат человека, которому только что дали пятнадцать лет, и попросил встретиться с его подзащитным. Мы встретились, и я услышал вот какую историю.

Осужденный – крепкий, толковый и, кстати, образованный мужик, был шабашником и строил коровники и другие сельские объекты. Нанимал бригаду, покупал доски, кирпич, цемент и строил – тогда все подобные объекты возводили шабашники или студенты. Государство этими мелочами не занималось.

Но в этот раз что-то пошло не так – кого-то он не подмазал или что-то такое, и на него завели дело. Я это дело прочитал и пришел в ужас. В подшитых материалах были накладные на все материалы, которые были куплены на кирпичном заводе, на лесопилке и в других официальных местах. Были все расписки и зарплатные ведомости. Сальдо-бульдо – все сходилось.

А в обвинительном заключении было написано так. Приобрел у неустановленных источников кирпича на 20 тысяч рублей, тем самым нанеся государство ущерб в 40 тысяч (тогда сумма ущерба почему-то умножалась на два), цемента – на 10 (ущерб 20) и т.п. Итого, сумма хищений составила 150 тысяч рублей – цифра по тем временам немыслимая, потому что высшую меру могли впаять и за пять тысяч.

– Что думаете? – спросил он.

– Это возмутительное беззаконие и готовый материал, – ответил я. – Обещаю, что и я и редакция сделаем все, чтобы приговор был отменен и пересмотрен. Что скажете?

Он долго совещался с адвокатом, а потом с грустью отказался:

– Вы напечатаете фельетон, а пока все будет разбираться, они устроят пересуд, впаяют мне вышку и быстренько исполнят. Спасибо вам за понимание и – забудьте.

Мы с адвокатом вышли на улицу и я спросил:

– Это он для микрофонов или серьёзно?

– Это очень серьёзно, тут дела такие, что лучше вам не вдаваться.

К тому времени я написал на местном материале несколько довольно скандальных фельетонов, так что повода сомневаться у меня не было.

Вот такая история, конца которой я, увы, не знаю – адвокат телефона не оставил, а из других источников узнать ничего не удалось. Правда, вскоре началась у нас перестройка, но на это надежды было мало.

А упомянутые в тексте фельетоны можно посмотреть тут.

Цветущая Калифорния

Вообще-то в Калифорнию лучше приезжать где-то в марте-апреле, когда все цветет и еще нет жары и лесных пожаров. Мы приехали в конце марта, в Москве была слякоть и лежал снег, и попали в самый разгар цветущей весны. Хотя, если подняться в горы, например, в Йосемити, можно застать снег и даже лыжников. А если приехать в Санта-Круз или в Монтерей, можно увидеть не только серфингистов в гидрокостюмах, но и обычных купальщиков в плавках.

Калифорнийский климат – штука непредсказуемая. Вы можете приехать в Сан-Франциско из ближайшего городка – Конкорда или Питтсбурга, где стоит нечеловеческая жара, вылезти из метро под названием BART на Маркет-стрит и мгновенно промерзнуть до костей, потому что с трех сторон город окружен суровым Тихим океаном. Такие прыжки и гримасы температуры можно наблюдать и в других местах, скажем, в Лондоне, но в Сан-Франциско контраст куда сильнее. А забираться на смотровую площадку Виста-Пойнт, расположенную по другую сторону знаменитого моста Золотые Ворота, без теплой куртки не рекомендуется в любое время года. В общем, как говорили в старые времена: Америка – страна контрастов. Это точно.

Бродя по Сан-Франциско, я поражался, как легко было работать в прошлые годы международным болтунам-пропагандистам. За день тут можно наснимать километры негатива и пропаганды любого сорта – бомжей с тележками, афроамериканцев, которые на каждом перекрёстке лупят по кастрюлям, а потом пытаются впарить вам диски с этой «музыкой», протестующих всех сортов – против расизма, однополых браков и всего остального. Вот такой борец прямо у Капитолия в здешней столице Сакраменто. А вот проповедник, которого никто не слушает, на остановке здешнего знаменитого трамвая, который на самом деле не трамвай, а кабельный транспорт, который тянут на тросе под рельсами. Он появился еще в конце 19-ого века, потому что лошади не могли забираться на холмы, где повадилась селиться местная знать… А вот уличные музыканты и велорикши рядом с роскошными особняками на заставленном Мазерати и Теслами бульваре Линкольна. Где, кстати, проживала Шэрон Стоун. В общем, их нравы. Я уж не говорю про район Кастро, мировую столицу ЛГБТ- сообщества, где под семицветными флагами парочками прогуливаются мужчины с собачками. Ужас!

Впрочем, куда интересней другое. Например, история о том, как удалось сохранить реликтовые тысячелетние секвойи, которые выше Статуи Свободы и которые когда-то активно пилили на мебель. Так вот создать знаменитый заповедник Редвуд Парк удалось исключительно благодаря богатым меценатам, которые выкупали у владельцев участки реликтового леса и передавали штату для создания заповедника. Именно благодаря им красные секвойи не пошли на шифоньеры, а радуют туристов, которые приезжают сюда со всего мира. Впрочем, почти каждый калифорнийский заповедник, а их тут великое множество, обязан своим существованием вот таким благородным дарителям.

Да и вообще в Калифорнии есть на что посмотреть. И, что особенно приятно нашему замученному колдобинами водителю, добраться до здешних достопримечательностей по замечательным калифорнийским дорогам не составляет никакого труда. Дорожная разметка ясная и понятная, разрешенная скорость 65 миль, но все едут 75, а штрафуют тут не за превышение скорости, а, наоборот, за езду слишком медленную. Водители в основном аккуратные, по рядам не прыгают, вот только поворотники включать не любят, это есть. Но при этом, проехав не одну тысячу миль, мы не видели ни одной аварии.

Кстати, машины на дорогах в основном японские, они надежней и экономичней, а бензин вовсе не так дешев, как я думал: где-то два с половиной – три доллара за американский галлон. Хотя пятилитровых «мустангов», «кадиллаков» и «корветов» на дорогах тоже хватает.

Теперь про достопримечательности. Конечно, на одном из первых мест в северной Калифорнии стоит национальный парк Йосемити: невероятной красоты горы, долины и пара десятков водопадов, самый большой высотой больше 700 метров. Он падает вниз с такой силой, что брызги разлетаются на много метров и подойти к нему, не промокнув насквозь просто невозможно. В заповеднике водятся олени, этих сам видел, а также рыси и медведи, которые по счастью нам не попались. Но так везет не всем.

Практически все калифорнийские заповедники снимались в каких-нибудь фильмах. Йосемити – в «Разломе Сан-Андреаса», а Редвудс с его гигантскими секвойями, чей возраст иногда превосходит три тысячи лет, не раз снимался у Спилберга! А вот заповедник Пойнт Лобос, расположенный на берегу Тихого океана, знаменит тем, что именно его пейзажи невероятной дикой красоты вдохновили Стивенсона на написание «Острова сокровищ». Действительно, очень похоже.

А если мы заговорили о писателях, то обязательно стоит увидеть скромную могилу Джека Лондона, не только замечательного писателя, но и очень богатого человека. Который купил огромную долину, завел там ферму, оснащенную по последнему слову техники тех времен, и построил «Дом Волка» – дом своей несбывшейся мечты. Который, к сожалению, сгорел, что с мечтами, увы, случается.

А неподалеку от поселка Глен-Эллен, где расположен дом-музей писателя, находится город Сонома или по-индейски Лунная Долина, который считается центром местного виноделия. Калифорнийцы вообще считают себя большими знатоками вин и обожают устраивать соревнования, типа, какое вино на вкус благородней и дороже. Я как-то тоже принял участие в таком испытании, где втемную предлагалось отличить калифорнийское за 5, 10 и 20 долларов за бутылку, и позорно посчитал самым дорогим вино за 5 долларов. Так что на мой вкус все здешние вина вполне хороши.

А еще Калифорния – это, понятно, Силиконовая Долина со Стенфордским университетом посередине, архитектура которого напоминает Андалузию, и на территории которого мы обнаружили еще одних «Граждан Кале». К слову, это не реплики оригинальной работы Родена, где все шестеро горожан отлиты на одном постаменте и которых по французскому законодательству может быть не больше 12, а копия в виде отдельных фигур.

И еще знаменитый университет Беркли, красиво расположенный в заливе Сан-Франциско с потрясающим видом на город. Хотя лично я предпочёл бы чуть менее известный Калифорнийский университет в городе Санта-Круз, где после занятий можно взять доску для серфинга и покататься на волнах. Кстати, между Сан-Франциско и Санта-Крузом расположен еще один любимый киношниками объект: тот самый залив Полумесяца, куда раз в год приходит самая большая в мире волна – мечта всех серфингистов. Но она приходит только в мае и не каждый год.

А главное впечатление от Калифорнии – это, конечно, богатство. ВВП штата превосходит этот показатель многих больших стран, в том числе и нашей, и это бросается в глаза повсюду. В любой точке залива Сан-Франциско вы увидите столько роскошных яхт, что Марбелье и Лазурному берегу делать рядом просто нечего, а в каком-нибудь крохотном городишке вроде Денвила может обнаружится музей, в котором вы увидите полсотни элитных или, как написано в каталоге, «исторически значимых автомобилей со времен зарождения автопрома до современности», включая Роллс Ройсы королевы Виктории и Мао Цзэдуна. А еще в музее есть очень живописный раздел, посвященный освоению Америки – с поселенцами, томагавками, пистолетами и подвигами Буффало Билла, который убил четыре тысячи бизонов и одного индейца-шайена по прозвищу Жёлтая Рука. Причем располагается музей рядом с горой Маунтин Диабло, на которую тоже обязательно стоит забраться или просто заехать на машине. Потому что с ее вершины открывается потрясающий вид почти на всю Северную Калифорнию.

И немного полезных советов. Добраться из Москвы до Сан-Франциско можно тремя основными маршрутами. С пересадками в Европе – в Амстердаме, Лондоне или Париже, с пересадкой в Нью-Йорке и с пересадкой в Лос Анжелесе. Мы летали в Сан-Франциско несколько раз, испробовали все варианты и самым быстрым оказался маршрут через Город Ангелов. Но есть одно неудобство – на всех остальных маршрутах ты летишь через международные аэропорты с квалифицированным персоналом, а вот рейсы Сан-Франциско – Лос Анжелес – местные, и там может случиться что угодно. Однажды довольно бестолковая барышня на регистрации в Сан-Франциско потребовала, чтобы мы оплатили наши давно оплаченные электронные билеты, спорили мы с ней долго и чуть не опоздали на стыковочный рейс.

И еще. При полете в Америку пользуйтесь только чемоданными замками с функцией TSA (Transportation Security Administration), которые таможенники могут открыть универсальным мастер-ключом. Иначе, как однажды случилось у нас в Нью Йорке, замок вам просто срежут и ничего тут не поделаешь – безопасность прежде всего.

Золотые холмы «Долины смерти»

Несмотря на довольно мрачное название, национальный парк «Долина смерти» – это респектабельное и очень посещаемое место. Как я уже говорил, американцы вообще любят путешествовать по стране, а кому не хочется побывать в краях, где была зафиксирована самая высокая на Земле температура (56,7 °C), где полно невероятных красот и где, вдобавок, снималось множество знаменитых фильмов, к примеру, знаменитые «Звездные войны».

Что до названия, так это дань временам Золотой лихорадки середины XIX века, когда Калифорнию заполнили сотни тысяч золотоискателей со всего света. И однажды две группы европейцев, которые добиралась сюда с Восточного побережья, заблудились, несколько недель блуждали по долине в поисках выхода, при этом один из старателей умер, и, наконец, сумели выбраться из долины через один из горных перевалов, бросив свои повозки.

Кстати, что касается роковой власти золотого тельца, так в тех краях можно найти одно очень поучительное сравнение. Если въезжать в долину со стороны Лас-Вегаса, то вы не пропустите город-призрак Риолит, который возник из шахтерских лагерей, дорос до солидного по тем временам поселения в 12 тысяч жителей, где располагалось 18 продуктовых лавок и аж 50 салунов, а затем, когда золото кончилось, полностью обезлюдел. Зато по другую сторону долину располагается город Бейкерсфилд, который тоже пережил Золотую лихорадку, но не зачах, а расцвел, потому что его жители, помимо золотоискательства, нашли и другие занятия. В городе даже имеется соответствующий музей, где можно увидеть сельскохозяйственную технику тех времен, нефтяные качалки, тюрьму и другие атрибуты нарождающейся цивилизации.

Таких качалок полно в Калифорнии и сегодня, особенно когда едешь в долину по пустыне Мохаве. А еще вдоль 15-ой трассы море ветряков и целые поля солнечных батарей, так что с энергией в тех краях полный порядок. Кстати, вся пустыня Мохаве обнесена колючей проволокой даже там, где на десятки миль попадаются только чахлые кактусы и саксаул. Капитализм!

Сама же Долина Смерти – это красивая горная впадина рядом с этой пустыней. А одноимённый национальный парк включает в себя еще несколько долин и горных систем, занимающих территорию равную примерно трети Московской области. Когда-то в этих краях жили индейцы, потом там искали золото, серебро, свинец, медь и буру (такая руда), а теперь все это запрещено, заповедник, так что встретить в долине можно только туристов.

Обычно в первых строках местных достопримечательностей называют движущиеся или ползущие камни. Эти камни действительно медленно, как улитки, но самостоятельно, что установлено точно, ползут по глинистому дну высохшего озера Рейстрек-Плайя и оставляют за собой загадочные следы. Исследованием этого феномена занимаются уже давно, версий было множества – волшебство, магнетизм, ветер, но окончательной разгадки пока нет.

Среди прочих красот следует назвать Бэдуотер – высохшее соленое озеро, располагающееся на 86 метров ниже уровня моря. Именно в этом месте была зафиксирована та самая рекордно высокая температура в плюс 57 градусов, а уходящая за горизонт идеально ровная и белая от соли поверхность с высоченными горами на горизонте похожа на какой-то фантастический пейзаж. Как, впрочем, и многие другие места долины, вроде Дьявольского поля для гольфа, покрытого огромными соляными кристаллами.

Еще есть тут Художественный проезд – изумительной красоты черные горы с вкраплениями окислов железа красного, розового, желтого, зеленого и фиолетового цветов, создающее впечатление гигантской палитры художника-великана, Каньон мост, Мозаичный каньон, Яма дьявола и много других фантастических красот. Которые, с учетом здешних солидных расстояний, за один день не объедешь. Но что стоит посмотреть обязательно, даже если вы приехали всего на несколько часов, так это, конечно же, культовое место под названием Забриски пойнт.

С этой точки на вершине холма, названной в честь предприимчивого поляка, сто лет назад добывавшего тут буру, открывается невероятная панорама на дно озера, которое высохло пять миллионов лет назад, а потом эффектно разрушалось и выветривалось, образовав к нашему времени совершенно фантастический марсианский ландшафт. Именно на этих золотых марсианских холмах Микеланджело Антониони, в эпоху хиппи, студенческих протестов и свободной любви, снял замечательные сцены своего культового фильма «Забриски пойнт». Который потряс меня каким-то удивительным ароматом свободы, когда я, в возрасте его главных героев, смотрел этот фильм на одном из московских кинофестивалей где-то в 70-е.

И, видимо, не только меня. Когда мы поднялись на эту точку с неземным видом, то увидели группу немолодых и респектабельных байкеров, упакованных в дорогущие косухи, которые стояли там и озирали окрестности просто-таки в благоговейном молчании. Видимо, тоже вспоминали что-то из времен своей молодости.

После поездки я с огромным удовольствием пересмотрел эту замечательную ленту Антониони и подумал, что уже ради этого стоило посетить Долину смерти. Фоторепортаж тут.

Поездка в Лас-Вегас

Конечно, в Лас-Вегас, как и во многие другие места, лучше не ехать, а лететь. Но тогда вы не почувствуете неповторимого колорита Америки – страны автомобилей и скоростных дорог. Не говоря о том, что здешние дороги – это одна из главных американских достопримечательностей, которую тоже стоит посмотреть. Отличное покрытие, умная разметка, безопасные развязки, разумное ограничение скорости… А главное, строительство современных дорог в Америке началось еще в 50-е годы прошлого века, так что все они уже давно построены. Одних только отличных межштатных шоссе тут почти 80000 км – это два экватора, а еще есть множество дорог поскромнее, потому в Америке можно добраться на машине откуда угодно и куда угодно самыми разными маршрутами.

Скажем, для нашего путешествия из Сан-Франциско в Лас-Вегас таких маршрутов было как минимум три, причем самый короткий и красивый проходил через горы национального парка Йосемити, но в конце февраля там еще лежал снег и дороги местами были закрыты. Потому пришлось ехать по межштатному шоссе 1-5, которое ведет в Лос-Анжелес, затем по шоссе 58 и 1-15 через пустыню Мохаве – всего около 1000 километров. Выехали утром, а приехали в Лас-Вегас к вечеру, вполне, замечу, приличный результат.