- -
- 100%
- +
– Что так напугало Живоглотика? – Гермиона заглянула в комнату, она зачем-то поднялась наверх следом за Гарри и остановилась у открытой двери. Гермиона вопросительно посмотрела на распахнутое окно, затем на Гарри и на письмо у него в руках.
– Что это был за шум?
– Сова. – Ответил Гарри. Он вертел необычный конверт в руках и пытался разобрать завитки мелкого, но чёткого подчерка.
– Сова? – Переспросила Гермиона и подошла к Гарри. – Письмо? Интересно, от кого это.
– Это от…
– Лаванда Браун! – Прочитала удивлённо Гермиона тихим голосом, склонившись над письмом. – Лаванда?
Гарри переглянулся с Гермионой. В глазах Гермионы блеснул недобрый огонь.
– Это для Рона? – Сказала Гермиона. – Не знала, что он с ней переписывается.
– Я тоже. – Сказал Гарри. Он забыл про Лаванду и про то, что Рон с ней встречался на шестом курсе, поэтому не ожидал увидеть её имя. «И почему именно сейчас письмо с ее именем»?
Гермиона, похоже, была чуть раздосадована и задета. Это письмо компрометировало Рона и делало из него предателя по отношению к Гермионе. Поэтому Гарри быстро и искренне произнёс:
– Первый раз вижу, что бы Рон получал от неё письма. Может она хочет выразить свои соболезнования?
Гермиона задумчиво отвернулась. Гарри положил письмо на тумбу около кровати Рона. Гермиона повернулась и внимательно проследила, как Гарри именно пристроил конверт. Гарри взял свою «Молнию» и неуверенно направился к двери.
– Играем в Квидич? – Спросил Гарри. Гермиона кивнула. В её взгляде уже читались весёлые вызывающие и не много мстительные нотки.
– Конечно. – И Гермиона вышла из комнаты, Гарри – за ней следом.
В эти дни Гарри с друзьями почти каждый день играли в Квидич, любимую игру Гарри и Рона. Он с Роном против Гермионы и Джинни. У Гарри была самая быстрая и дорогая метла – «Молния», а в сарае семьи Уизли – старые «Чистомёты». Поэтому летали на «Молнии» все по очереди. Джинни наколдовывала кольца, висящие в воздухе. Они заменяли собой ворота для квидича – кольца, стоящие на длинных шестах. Играли волшебным мячом из магазинчика приколов Джорджа. От обычного квофла он отличался тем, что сам возвращался в руки, бросившего его, игрока, если его долго никто не подбирал. И ни смотря на то, что составы противоборствующих команд казались неравными, мальчишки обычно проигрывали. И как казалось Гарри, дело было вовсе не в том, что Джинни была лучшим загонщиком в школьной команде Грифиндора, да и, пожалуй, во всём Хогвартсе, а в том, что Рон подыгрывал ее напарнице Гермионе. Когда Рон стоял на воротах, Гермионе удавалось забивать в них мячи чаще, чем когда в их защищал Гарри.
Гарри и Джинни играли хорошо, Рон был на шестом курсе вратарём Грифиндора и играл просто отлично, когда был уверен в себе и своих силах. В решающем матче он принёс победу своей команде, не пропустив ни одного мяча. Но как загонщик он уступал своей младшей сестре и Гарри. А Гермиона играла хуже них всех, если не сказать – просто плохо. Это было не её стихия. Она всегда больше времени уделяла книгам, да и практики на метле у неё было меньше, чем у других игроков. Поэтому она искренне радовалась после своего забитого гола и одаривала Рона улыбкой. Тот улыбался в ответ, но тут же смущался, завидев удивлённый взгляд Гарри. Так было и этим утром. Игра началась с неудачного рывка Рона за мячом, посланного Гермионой в ворота, и счёт был открыт. Гарри переглянулся с Джинни и та, покачав головой, с трудом подавила смешок.
– Как тебе это удаётся, Гермиона? – спросил Гарри нарочито серьёзно, подлетая мимо нее.
– Рон парит у нас в своих несбыточных фантазиях! – Сказала мстительно Гермиона. Наверное, припоминая Лаванду Браун, – А? Рон?
Правое ухо Рона чуть покраснело, но выглядел он довольным собой.
– Мне солнце светило в глаза. – Так тихо сказал Рон, что слышать его мог только Гарри.
– Ага. Это само собой так и было!
– Конечно, само собой! Сам погляди, Гарри!
Не плохое продолжение дня. Но и он вот-вот как канул в вечернем сумраке. Радость игры и веселые эмоции померкли перед ужином. Даже Кикимер не развеял скудного и тоскливого веяния приближающегося вечера.
Новый день рождения и тайные гости
Новым утром, чуть только забрезжил рассвет, Гарри проснулся и спустился вниз. Ни смотря на ранний час, миссис Уизли уже была на ногах, и, взглянув на Гарри, сказала:
– С днём рождения, Гарри! Твои подарки ждут тебя там, у стола. Но нашего подарка там ещё нет, он будет позже. – Миссис Уизли потрепала его по взлохмаченным волосам и улыбнулась.
– Это вовсе не обязательно. – Проговорил, чуть смутившись, Гарри.
– Какой ты скромный! – Миссис Уизли улыбаясь Гарри и, повернувшись к плите, разбила на сковородку несколько яиц, и сковорода зашипела на огне. Гарри неуверенно направился к указанному месту за столом. Ему было приятно, что друзья позаботились купить ему подарки, и было приятно их получать. Он машинально взял один из свёртков и присел на край стула. Кикимер всхрапнул в своей корзинке, из которой виднелись только длинные уши. «Устал прошлым вечером. А миссис Уизли проявила не разбудила его. Вот это Кикимер должен уж точно оценить»!
На кухне появился Джорд Уизли и, увидев Гарри, направился к нему.
– Привет, Гарри. Встал сегодня спозаранку? Получай тогда баранку! Я приготовил тебе подарок. Он – здесь. – Джордж, смеясь, деловито взмахнул волшебной палочкой. К Гарри подлетел свёрток, завёрнутый в пёструю бумагу с большой буквой «У», фирменным знаком магазина близнецов Уизли.
– Это стирающий память порошок и еще лимонные конфеты мечты. Первое стирает память на несколько часов, попавшему под его действие магу, второе – погружает в кажущийся реальную мечту, в сладкий сон или соблазн, пока сосёшь конфету. Думаю, тебе это надо попробовать.
Джордж похлопал Гарри по плечу и посоветовал еще:
– Только маленькому Ронни не говори про конфеты. Хорошо? Он случайно съел целую горсть, когда они были на стадии своего производства. Принял их за обычные сладости. Думал, мы кондитерскую лавку решили открыть. Ух, что было! Я еле от него отбился, так он требовал добавки! Хотел весь подопытный материал уничтожить!
– Неужели? – Не поверил Гарри.
– Еще как! Ронни любит сладости не хуже сладких мечтаний! Это уже проверенно!
Гарри усмехнулся, и Джордж тоже выглядел весёлым и довольным.
– Мам, я сегодня уйду пораньше, но к обеду обещаю быть! – И чуть тише, но преувеличенно важно добавил для Гарри:
– Не могу же я пропустить день, когда Ронни снова будет покушаться на лимонные конфетки?! И вообще, мне интересно, что его тот раз прельстило в них: лимонный вкус или фантазии?
Джордж нарочито состроил задумчивый вид, и Гарри не смог удержатся от смеха. С лестницы сошёл мистер Уизли. Сонный, он потирал глаза.
– Здравствуй, пап. – Сказал Джордж, – Устало выглядишь. На работе дел невпроворот?
– А-а, Джордж, это ты? Да, работы много…
– Это заметно!.. Ладно, мне пора.
Схватив гренку с кухонного стола, он вышел во двор, и до Гарри донёсся хлопок – Джордж трансгрессировал.
– А, Гарри. – Произнёс мистер Уизли. – Поздравляю тебя с 18-летием!
– Спасибо.
– Я все-таки помню о твоем дне рождения! Молли, дорогая, я тороплюсь. Что у нас с завтраком?
– Через минуту будет готов. – Из кухни появилась миссис Уизли, и тут же тарелки, стоящие на полке у раковины, поднялись в воздух и сами собой расставились на обеденном столе. Взлетела сковорода и выложила в тарелки мистера Уизли и Гарри яичницу с беконом.
– Превосходно! – Буркнул сам себе мистер Уизли.
Гарри полностью съел свой завтрак. И когда с ним было покончено, внимание Гарри привлёк совсем маленький свёрток – подарок для него. До этого он был скрыт за большой коробкой с подарками от Джорджа. Гарри повертел коробочку, взвесил в своей ладони и вскрыл. В его руке оказался небольшой золотой шарик.
– Снитч? – Удивился Гарри. – Золотой снитч!
«Интересно, от кого это»? Гарри аккуратно рассмотрел упаковку и обнаружил короткую записку:
«Это снитч с чемпионата мира по квидичу, который поймал Виктор Крам в финальном матче в игре против матче с Ирландией. Надеюсь, тебе будет приятно оставить его у себя. Извини, что не могу вручить его лично – дела на работе не позволяют быть в этот ранний час дома. Перси Уизли».
Гарри поднёс маленький шарик поближе к очкам, что бы лучше его разглядеть. Мистер Уизли поглядел на снитч.
– Квидич. – сказал он. – Самая любимая игра всех волшебников. Да, должно быть Перси стоило немалых трудов добыть его в отделе магических игр. Я видел, как он направлялся туда. Ах, Гарри, вернуть бы мои молодые годы! Задал бы я «слизеринцам».
Гарри улыбнулся.
– Не волнуйтесь, мистер Уизли. Последние несколько лет они не видели кубок по квидичу, как своих ушей, потому что кубок доставался нам – команде Грифиндора.
Мистер Уизли поднёс к губам чашку с тыквенным соком и ответил на замечание Гарри улыбкой.
Гарри взял снитч и направился наверх, в спальню Рона. Ему хотелось разбудить друга и показать подарок. Крам был любимым игроком Рона, и снитч, пойманный Виктором Крамом, несомненно, привёл бы Рона в неописуемый восторг. Сверху послышались шаги, и Гарри увидел Джинни. Она кокетливо улыбалась и подкинула свёрток. Гарри поймал его, и в тоже мгновенье Джинни обняла его.
– Поздравляю, Гарри! – Сказала она. Гарри улыбнулся и поцеловал её.
Мимо проскакала по ступенькам Гермиона и, прежде чем скрыться внизу, сказала, огнялувшись:
– С днём рождения…
Гарри оторвался от поцелуя и посмотрел в глаза Джинни. Она смотрела прямо ему в глаза и прошептала:
– Я люблю тебя, … Гарри…
Над головой Гарри закружился непонятно откуда появившийся Сычик. Бросив конверт Гарри на голову, громко защебетал, облетел несколько раз вокруг Гарри и Джинни и также внезапно пропал. Гарри неохотно выпустил из объятий Джинни и поднял с пола конверт.
– Это от Билла и Делакур! – Воскликнул Гарри. – Из коттеджа «Ракушка».
Джинни обвела Гарри за талию и увлекла за собой вниз снова в гостиную. Гарри послушно последовал за ней и сел рядом за столом. Гермиона положила свой подарок для Гарри к другим, ожидавшим своей очереди, и сказала:
– Надеюсь, тебе понравиться. Это книга с магическими заклинаниями, очень полезными для дел по дому или на работе.
– Спасибо…
– Что ж, – сказала миссис Уизли, – Джордж и Артур уже ушли, но они будут к праздничному обеду в твою честь, Гарри!
– Билл пишет, что они вместе с Делакур тоже будут на нём. – сказал воодушевленно Гарри, откладывая письмо, и ловя на себе взгляд Джинни.
– Открой. – Сказала она и кивком указала на свёрток, который Гарри всё ещё сжимал в своей руке. Гарри добродушно ухмыльнулся и аккуратно развернул коробочку. Внутри была цепочка с кулоном в виде сердечка. На сердечке тонкими буквами было выведено: «С любовью от Джинни».
– Спасибо, Джинни. – Сказал Гарри и накинул цепочку себе на шею и продолжил разглядывать кулон.
– Я хочу, что бы ты всегда это помнил. – Прошептала она, протягивая свою ладонь к ладони Гарри и сжимая её.
Гарри думал, что вовсе необязательно было дарить ему все эти подарки, ведь он и так знал, что семья Уизли его любит и относится как к родному. Любит Джинни, Гермиона и Рон, Билл… И даже, казавшийся таким серьёзным и независимым, Перси.
– Что-то Рон долго спит. Сказала Гермиона. – Опять проспит завтрак.
Раздался громкий хлопок, и Рон появился около стола. Он улыбался и, присаживаясь за своё место, сказал, кивнув Гарри:
– Привет, Гарри. С днём рождения! Мой подарок ждёт тебя наверху, на твоей кровати.
– Интересно. Что же такое ты ему подарил? – спросила Гермиона и уставилась на Рона. Тот покосился на неё и, не говоря ей ни слова, взял ложку и стал уплетать свой завтрак.
– Утренняя почта, – Сказала миссис Уизли, вставая и открывая окно. На фоне ясного неба уже можно было разобрать приближающихся птиц. Спустя минуту, несколько сов взлетели в гостиную и, бросив письма на стол, улетели также быстро, как и появились. Миссис Уизли извлекла из кучки пергаментов свежий выпуск «Ежедневного пророка» и развернула его на столе.
Большинство писем пришло на имя Гарри, но он не собирался их читать. Гарри хорошо знал, что в них написано, и у него не было настроения ознакомится с их содержанием.
– Ты позволишь? – спросил Рон, вертя в руках одно из посланий в руках.
– Конечно, пожалуйста. – Безразлично сказал Гарри.
– Смотри, Гарри! – Сказала Джинни. – Это от Дурслей.
– От Дурслей? – удивился Гарри.
Он и забыл об их существовании. И тем более не ожидал получить от них поздравление. Гарри взял протянутый конверт и изучил его с обеих сторон прежде чем вскрыть.
– От Вернона Дурсля – Гарри Поттеру, где бы он ни находился. – Прочитал Гарри. Марок на конверте не было.
– И как Дурсли смогли прислать ему письмо с совой? – подивился Рон.
Дурсли, которые не любили Гарри, и всё, что было связано с миром волшебников. А больше всего их раздражали совы, приносящие письма! А тут письмо принесенное совой?!
Гарри изумлённо посмотрел на Рона и Гермиону. Он ожидал, что они дадут ответ на его молчаливый вопрос, но Гермиона и Рон тоже с интересом разглядывали Гарри и полученное им письмо. Гарри вскрыл его.
– Прикольная вещь! – Сказал Рон, выхватывая открытку из конверта. На ней был изображен красивых букет из красных и желтых роз. Рон открыл открытку и прочитал. – Здесь написано: поздравляем с днем рождения! Да ещё довольно ровным подчерком! Не думал, что эти твои маглы способны так ровно выводить буквы!
– Да. Очень аккуратно. И так и написано – больше ничего. Всего три слова – Подтвердила Джинни, заглядывая через плечо Рона. – Не очень они словоохотливые.
– Да вовсе и нет. То есть да, они скупы на поздравительные речи. Да, и это писал не дядя Вернон. У маглов такие открытки продаются почти на каждом шагу, так что тебе ничего писать и не надо. Эта надпись уже напечатана ещё в типографии. – Пояснил Гарри.
– В чём-чём? – Изумился Рон.
– Типографии! На заводе, где эти открытки и рисуются.
– Круто! – Рон стал внимательно рассматривать открытку со всех сторон, наверное, намериваясь обнаружить какие-нибудь следы этой типографии.
– Просто для них уже и это большой шаг, ведь я им столько проблем принёс, особенно в последнее время… – Сказал Гарри и запнулся. Слова сами собой слетели с его губ, но ещё больше бед и горестей Гарри принёс семье Уизли. Мысли Гарри опять вернули его туда, в свой плен, из которого он вырвался и хотел больше никогда не возвращаться, хотя конечно, это останется с ним навсегда. Друзья не обратили внимания на слова Гарри, это его успокоило.
– Откуда Дурсли взяли волшебную сову, что бы прислать поздравление? – Удивилась Гермиона.
– Не знаю. – Равнодушным голосом сказал Гарри. Ему подумалось, и даже хотелось так думать, что это Дадли, его двоюродный брат, заставил дядю прислать поздравление. Ведь как выяснилось в его последний день пребывания на тисовой улице, Дадли Дурсль относился к нему лучше, чем думал Гарри после той памятной встрече с Дементорами. А, возможно, и сам дядя или тётушка Питунья поменяли к Гарри своё отношение. Пусть на чуточку, но поменяли. И к миру магов – тоже. Ведь им пришлось познакомиться с этим чуть поближе в прошлом году. И Гарри хотелось думать, что теперь они обо всем мире волшебников, мире Гарри, лучшего мнения.
– Интересно, как там Дурсли? Наверное, поживают себе на тисовой улице в Литл Уингинге и всё ещё рады, что избавились от меня?
– Ага. – Перебил рассуждения Гарри Рон. – Точно обрадовались, что больше никогда тебя не увидят снова. Ведь теперь ты совершеннолетний!
Сказав это, Рон рассмеялся, но тут же осекся, увидев, что Гарри не смеётся вместе с ним, а задумчиво погрузился в прошлые воспоминания или в свои мысли.
Неизвестно, что пришлось пережить Дурслям. Может и их преследовали слуги Волан де Морта и, может, их тоже пытали? «Маловероятно».
– Да-а. – Машинально пробубнил, себе под нос, Гарри.
Вдруг у Гарри возникло жгучее желание написать Дурслям, узнать как у них дела и у Дадли, показать им, что их поздравительная открытка важна для Гарри. Также Гарри подумал, что напишет письмо позже, наверху в спальне, когда Рон этого не увидит.
Но на этом сюрпризы утренней почты не закончились. Совы всё прилетали и прилетали. Каждый раз все новые. По две, по три, они приносили красиво упакованные коробочки – подарки для Гарри на день рождение. Подарков было много. Их посылали школьные друзья Гарри, члены по «Отряду Дамблдора». Были и свертки от абсолютно незнакомых волшебников и волшебниц. Все они желали прекрасного здоровья и процветания Гарри и его друзьям. В одном из свертков была пачка волшебного пергамента, способного, при определенных словах, скрывать написанное на нем ранее. В другом – пузырек с веселящим ароматом. Тоже хорошая вещь! Капнешь каплю из флакона и хорошее настроение на весь день обеспечено. В третьем – кто-то прислал, написанный яркими красками, портрет Гарри. Изображение на нем не двигалось. Видимо, он был создан магловскими красками на обычном холсте. Рон вертел портрет и так и сяк, переворачивал его вверх ногами, но затем, разочарованный, отставил его в сторону. Статичное изображение его не интересовало. Зато портрет понравился самому Гарри. На нем он был срисован с одной из фотографий из «Ежедневного пророка», как решил Гарри и был выполнен довольно искусно. Может здесь и не обошлось без магии?
А тем временем погода на улице стояла жаркая и солнечная, и Гарри, Рон, Джинни и Гермиона перебрались во двор, где укрылись в тени раскидистого дерева и продолжили раскрывать свёртки, шутя и веселясь, поедать все возможные сладости, коих Гарри прислали в огромном количестве.
Так и просидели до обеда. А к обеду миссис Уизли приготовила все любимые блюда Гарри и большой шоколадный торт с надписью: с днём рождения, Гарри.
Перед домом на лужайке поставили стол. Волшебством возвели открытый шатёр, белый и высокий.
В назначенный час явился Джордж, с двумя коробками «Фейерверков Братьев Уизли», и с небольшой позолоченной волшебной арфой. Он поставил её на подоконник открытого кухонного окна, и она заиграла сама собой. Красивая музыка лилась из ее струн, впрочем, может, это очарование было навеяно не столько красивыми мелодиями, сколько магической силы арфы.
– Я позаимствовал ее у Долли. Она работает в магазине Древностей, как раз напротив меня. Ее родители открыли магазинчик совсем недавно. Этой арфой она очень дорожит, но я все-таки уговорил Долли одолжить ее мне.
– Здорово! – Сказал Гарри.
– Но аккуратнее с ней. Эта арфа обладает усыпляющим действием, если постоять около ее чудных струн совсем близко. Поэтому я и поставил ее на подоконник, подальше от нас. – Пояснил Джордж.
Позже явился и Хагрид, в объятиях которого Гарри чуть не задохнулся. Потом трансгрессировал и Мистер Уизли, который отпросился с работы пораньше. Флер Делакур, которая гортанным голосом назвала его Х-харри, и поцеловала страстно в обе щеки. А от слов «ты ещё похорошел и стал совсем взрослым», Гарри смутился. Билл Уизли, силу рукопожатия которого Гарри успел забыть, напомнил и о себе, явившись следом за Делакур.
Перси так и не явился.
– У него много работы. – Оправдывал его мистер Уизли. – Старается преуспеть на новом месте! Ему сейчас нелегко приходится.
– Я, вот, готовлюсь потихоньку к новому семестру. Будет, что показать ученикам… – Хагрид переменил тему разговора.
Джинни завела разговор с Делакур, а Билл остался около Гарри.
– Помнишь нашу тётушку Мириэль? – Спросил Билл Гарри. Гарри кивнул.
– Она была у нас в гостях на той неделе. – Билл странно улыбнулся. – Да, её невозможно забыть. Даже если ты ни разу с ней не встречался.
– Она была на вашей свадьбе. – Сказал Гарри. – Тогда я был в обличие магла из ближайшей деревушки и имел удовольствие с ней пообщаться! – Вспомнил Гарри.
– Вот как? – Изумился Билл и расхохотался. – Да, такая уж она у нас, Мириэль. Ничего не поделаешь. Моя Делли, – Так Билл называл свою возлюбленную Делакур, – Еле её стерпела. И было за что. Она постоянно поучала её домашним делам, а ещё, без устали рассказывала нам новости о своих подругах и соседях и, главное, о тебе, Гарри.
– Обо мне? – Не поверил своим ушам Гарри.
– Да, и о тебе. – Билл снова широко улыбнулся. – Представляешь, она всем рассказала, что знакома с тобой, что ты достаточно непослушный, но милый и своенравный молодой человек… – Гарри вытаращил глаза на Билла. Ведь тётушка Мириэль никогда не видела Гарри лично в его истинном обличие! – И очень скоро ты породнишься с её родом.
Билл испытующе посмотрел в глаза Гарри, тот растерянно обернулся. Но, похоже, последнее замечание Билли никто кроме Гарри не услышал.
– Не бери в голову. – Прервал молчание Билл и хлопнул Гарри по плечу, от чего у Гарри очки чуть сползли к кончику носа. – В общем, она достаточно милая старушка, только чересчур болтливая. Суёт нос, куда не следует и… тому подобное.
Гарри нашёл глазами Джинни. Она стояла чуть поодаль от него. Такая красивая и нежная. Гарри сказал:
– Мириэль права. Я хочу породниться с твоей семьёй. – Гарри набрал в грудь по больше воздуха. Следующая его фраза была настолько важной для него, что он засомневался: как посмотрит на это Билл. Но не сказать этого Гарри не мог.
– Вы наилучшие маги, которых я когда-либо знал, я считаю, за великое счастье быть сейчас здесь, с вами и… – Билл уловил направление взгляда Гарри, так, что, похоже, для него не было сюрпризом его следующие слова. – Джинни – самая замечательная девушка на свете.
– Ха! – Громко воскликнул Билл так, что миссис Уизли, проходящая мимо, посмотрела на них. – Вот и отлично! – И чуть понизив голос, добавил: – Мы с радостью возьмём тебя в нашу семью, ты и без того нам уже достаточно родной человек.
Гарри почувствовал себя неудобно. Щёки его запылали. Это были его сокровенные, личные мечтания… Озвучить их было непросто.
– И Джинни превосходный выбор! Из всего нашего многочисленного семейства, она самая… – Билл замолк, но радостная улыбка осталась на его лице. А в голове у Гарри вертелись разные красивые слова – продолжения фразы Билла. Надёжная, милая, прелестная, неземная, красивая…
Билл обнял Гарри рьяно похлопал его по плечам, но тут же, разжал объятия, как бы опасаясь привлечь к себе внимание других гостей.
– Я видел, как моя мама смотрит на тебя. – На ухо Гарри шепнул Билл. – И когда ты с Джинни.
Гарри потупил взгляд. Слова Билла были очень личными для него и настолько важными, насколько Гарри мог понять это. И у него не было сил слушать их, смотря в светлые глаза Билла. Гарри чувствовал себя вором, залезшего в личные мысли близкого человека.
– … Думаю, она видит, что вы любите друг друга и очень хочет, что бы вы были счастливы.
Гарри с надеждой поднял глаза на Билла. То, что он услышал сейчас, было очень важным для него. Гарри открыл рот, посмотрел в глаза Билла и сказал:
– Спасибо! – Это было самое душевное, идущее, от его прыгающего и танцующего, от счастья, сердца. Искреннее слово, которое у него, Гарри, вырвалось.
– Ха. – Отозвался Билл. – Ты отличный парень, Гарри. Джинни не ошиблась в тебе! Это точно!
Миссис Уизли позвала всех к столу. Гости последовали на призыв, к тому же все уже заждались праздничного угощения. Особенно Рон. Он первым поспешил на свое место и, усевшись за стул, придвинувшись к нему, начал испытующе вдыхать ароматы расставленных блюд.
Появился Кикимер. Он пронёсся вдоль стола, низенький, но шустрый с большой запылённой бутылкой вина к мистеру Уизли. Тот сделал жест рукой, предлагая Кикимеру занять место на свободном стуле за столом. Гермиона трансфигурировала обычный табурет в высокий стул, такой, за которым Кикимер чувствовал бы себя удобно. Кикимер испугано посмотрел на Гарри, своего хозяина. Медальон на его груди вздрогнул. Гарри указал глазами ему на стул. Кикимер сложил руки у груди и медленно, с благоговением уселся на него, словно это далось ему с болью. Из Больших глаз домового эльфа потекли невольные слёзы.
«Никто, за всю его жизнь, за много столетий его рода домовых эльфов, ни разу не предлагал домовым эльфам сидеть за одним столом с волшебниками»! Тем более, с семьёй, которой этот эльф служил. Это означало, что этот самый эльф, Кикимер, равный член семьи. А такого никогда ещё не случалось.
Мистер Уизли взмахнул своей палочкой, и бутылка вина, поставленная Кикимером на стол, понеслась по воздуху над столом, наполняя бокалы до краёв.
– За Гарри! – Воскликнул мистер Уизли, встав со стула, когда перед всеми собравшимися стояли бокалы наполненные вином. Гарри заметил про себя, что бутылка была особая: вина в ней ни капельки не убавилось.
– За Гарри… – Отозвались эхом гости за столом и поднялись в свою очередь. Рон, Гермиона, Джинни, Билл, Делакур, Хагрид… Все они улыбались и подняли бокалы еще выше в едином дружном порыве.