- -
- 100%
- +
Глава 1.
С чего начать? Мы застряли посреди неизведанной части космоса. Точнее, мы застряли на экспериментальном корабле далеко за пределами известной части галактики. А еще точнее, отбивая корабль во время диверсии Метриканцев, мы попали в эту злополучную ситуацию. Лучше, наверное, начать с самого начала.
В галактике Млечный путь, в звездной системе Ниопла, находится довольно унылая малонаселенная планета, с богатыми недрами и в целом банальной историей. Планета несколько раз переименовывалась, но менялось только название, а судьба, к сожалению, нет. Планета, кстати, зовется Молта( Праратонис, КСПК5677, Фирата). На ней, сколько себя помнил, жил и работал на местном общественном транспорте пилот по имени То. Он управлял небольшим реактивным автобусом, который перевозил людей из жилого района в промзону через разделяющую их горную гряду, высотой более пятнадцати километров, преодоление которой занимало более полутора часов, но То знал неофициальные, так сказать, пути: проходы, шахты, пещеры, тоннели давно не действовавшего метро, оставшегося от былого величия исчезнувшей цивилизации.
Наш герой мог сократить маршрут до тридцати минут, но это было достаточно экстремально, местами даже опасно. Однако, рабочие вполне готовы были заплатить чуть больше, чтобы добраться до работы быстрее почти в три раза или оказаться дома всего за полчаса. С утра, когда все иные перевозчики уже ушли в свои в рейсы, То спокойно ждал своих постоянных клиентов, попивая ароматный чай, что можно было приобрести в уютной кафешке при станции, как всегда, оставшись один, без очередей и утренней суеты.
Экстремальная скорость определенно давала свои преимущества. Обшарпанный на вид реактивный автобус был похож на небольшую шлюпку, рассчитанную на двадцать человек, на днище стояли магнитные отражатели, предназначенные для движения по старым рельсам, по бортам были установлены два реактивных двигателя и несколько импульсных маневровых ускорителей. Внешний корпус корабля был покрыт подвижными пластинами, которые меняли контуры обтекаемой маршрутки для лучшего замедления или ускорения. На передней части стояли установки нагнетания воздушного потока, для создания тормозящей воздушной подушки, такие используют в посадочных модулях, а на задней части располагались аварийные тормозные плазменные парашюты. Данный гибрид ракеты с велосипедом, заправлялся тремя видами топлива, очень гремел и не имел гасителей инерции, что превращало поездку в катание на американских горках в закрытой стальной коробке со скоростью более четырёхсот километров в час.
Группа людей, что покупала билеты за сутки до полета, уже заходила в боковую дверь, То зашел последним и проверив, что все пристегнулись, начал читать инструктаж.
- Уважаемые пассажиры, приветствую вас на борту нашего экспресса, всех вас ждет веселая поездка через горный хребет. Это включает серьезные перегрузки и полчаса неудержимого веселья, поэтому я должен предупредить, что на протяжении полета запрещается отстегиваться и жаловаться. Даю последний шанс уйти. Есть желающие? Нет? Ну, тогда поехали.
То прошел в кабину, пристегнулся и завел двигатели, поставив на прогрев.
- Диспетчерская, говорит То. Сегодня иду маршрутом номер семь, прошу разрешения на взлет.
- Разрешение даю, удачи.
- Принято.
Пилот поднял машину на сорок сантиметров над землей и, подлетев к краю посадочной платформы, просто начал свободное падение вниз. Серая точка на фоне скал графитового цвета на расстоянии порядка двухсот метров была едва различима, но То, прекрасно знавший маршрут, в нужное мгновение резко потянул рычаг и влетел в пещеру.
По мере продвижения вглубь, стены становились все уже и уже, казалось, можно рукой дотронуться до шероховатой поверхности и почувствовать холод камня. Пилот сильно, одним движением потянул штурвал на себя. Корпус машины распушился, как индюк, раскрывая множественные пластины по корпусу, как перья. Это заставило аппарат начать быстрое, но плавное торможение, а внизу загудела магнитная подвеска.
Стены почти коснулись закрылков, когда в полу под днищем оказалась пустота, нырнув в которую, машина обнаружила отличную опору в виде рельсов старого метро. Пути незамедлительно позволили набрать ускорение, не опасаясь неверной траектории.
Несколько раз приходилось слегка снижать скорость, да и в целом идти на отчасти раскрытых подкрылках, поскольку воздушную подушку на носу периодически сбивали бывшие станции, встречавшиеся по пути, что приводило к легкой тряске.
Относительно спокойный участок сменили резкие повороты на технических путях, а дальше последовало довольно резкое торможение и подъем почти вертикально вверх, на одной реактивной тяге. Ракетные ускорители гудели, проталкивая автобус по старой вентиляции. Машина замедлялась. То шел по приборам, точнее, по высотомеру. Была у этого манёвра особенность, недоступная большинству пилотов – верхняя мёртвая точка, в которой требовалось начать свободное падение. То пару раз чуть-чуть поддавал газу, усиливая тягу и мимоходом постоянно рассчитывая высоту и вот она, секунда невесомости. Машина начала падать, под совсем незначительным углом, что заставило ее влететь не обратно в вентиляцию, а в примыкающую к ней шахту, вход в которую был образован обвалом много лет назад. В процессе падения в пассажирской части были слышны крики и возгласы тех, кто первый раз пришел покататься с То.
Несмотря на то, что пассажиры чувствовали себя как карандаши в стакане в рюкзаке бегущего по горам человека и не каждый мог выдержать такой психологической стресс, все перегрузки были тщательно просчитаны и в некоторых моментах То летел даже медленнее, чем мог, будь он без пассажиров. Вот, наконец, машина в падении выровнялась, заняв горизонтальное положение, и пилот начал торможение. Внезапно автобус оказался в огромной пещере, настолько просторной, что при желании можно было построить там небольшую деревню. То летел в пустоте, освещаемой лишь светом от горящих двигателей. В одной из стен виднелся проход в старую шахту, всего на пару метров больше его экстремального транспорта.
По всей сети витиеватых тоннелей можно было пройти, только досконально зная каждый поворот и отклонение. С успехом преодолев все зигзаги, То снова вывел машину на ветку метро и начал набирать скорость, усиливая магнитную тягу реактивной. Можно было, прикоснувшись к корпусу, даже изнутри ощутить напряжение металла, несущегося между скал.
Тоннель неожиданно закончился, автобус теперь летел над огромной пропастью, преодолев разрыв между скалами по инерции, То слегка корректировал полет, стараясь не перевернуться на бок, и вот, словно игольное ушко, показался вход в пещеру, означавший новое продолжение маршрута. Реактивный автобус, в очередной раз доказав, что не верблюд, влетел идеально точно.
Ох, сколько обломков и кусков срезанного металла, оторвались от этой машины ранее, пока То изучал маршрут и учился входить в туннель не теряя деталей, было неизвестно. По крайней мере, сейчас пилот делал это уверенно и без потерь, а может, именно благодаря потерянным деталям, что сейчас покоились на дне этой пропасти, в итоге он просто сточил края пещеры и стало пошире.
Дальше То повел машину под углом примерно в тридцать градусов вверх, уклоняясь, обходя древние сталактиты и сталагмиты, двигаясь змейкой, давая крен то на правый, то на левый борт, в процессе преодоления крутых виражей иногда переворачиваясь на все триста шестьдесят градусов.
Пассажиры вели себя по-разному: самые опытные сидели, пытаясь сохранить спокойствие и невозмутимое выражение лица, умело напрягая только те мышцы, что требовались для более или менее комфортного полета; часть пассажиров только привыкала, к ним относились те, для которых, возможно, это был только десятый или около того полет, они все еще ошибались в ожидаемых поворотах и строили страдальческие гримасы, однако их вестибулярный аппарат уже сносил такие пируэты машины; самыми несчастными выглядели новички, их лица были словно радуга эмоций, включающая страх, восторг, непонимание, облегчение и другие труднорасшифровываемые сигналы.
Сам пилот, не замечая за собой, тоже строил рожицы в очередном перевороте, то высовывая кончик языка, то сводя брови и поджимая губы, то широко открывая глаза, но при этом оставался безмолвен. Наученный опытом, он прекрасно знал, что любой звук, выпущенный пилотом, часто, нет, скорее, абсолютно всегда, интерпретировался как тревожный и, мгновенно подхватываемый пассажирами, эхом носился по, итак, небольшому транспорту, добавляя напряжения.
Вот и свет в конце пещеры. То начал снова набирать скорость, ему требовалось еще немного импульса, последний выворот руля поглотил часть ускорения, и инерции могло просто не хватить на нужный маневр.
Эти реактивные автобусы не могли летать, как самолеты, на этой планете было своеобразное магнитное поле, и такие машины, как бы ни старались инженеры, просто прибивало к поверхности.
Необходимая скорость наконец-то была набрана. Постоянные пассажиры То хорошо знали, что ощущает камень, выпущенный из рогатки, точнее, микробы, летящие на нем, и сейчас снова об этом вспомнили. Гаврошина расщелина, самый сложный, невероятно опасный участок горного хребта. Из-за того, что это было самое глубокое и самое широкое место, все маршруты проходили в местах намного более узких, безопасных и довольно отдалённых друг от друга, что приводило к значительному удлинению других путей. А вот То был обучен математике и однажды подсчитал, что можно просто перемахнуть через эту бездну. Несколько месяцев он искал подходящий трамплин и подход к нему, и его усилия увенчались успехом, теперь это была главная фишка маршрута.
То свел брови и напрягся, его лицо выражало полную сосредоточенность на данном моменте. Тот мальчишка, что сидел с кружкой чая, с легким азартом в глазах посматривая на лица пассажиров, садящихся в его маршрутку, полностью испарился. Сейчас за штурвалом сидел взрослый, сосредоточенный профессиональный пилот и ждал расчетной секунды.
Есть много вещей, которые становятся забытыми и вызывают у стариков и знающих историю улыбку, а у молодежи недоумение: телеграф, проводной телефон, карбюратор. В этом мире, что рожден космическими путешествиями, таким достижением науки было крыло. Простая конструкция, что использовалась на Земле задолго до покорения этой планеты, когда еще никто не знал, что такая планета вообще существует, здесь считалась гордостью создателя То.
В ходе своих многолетних опытов и экспериментов во время полётов, То выяснил, что, если собрать пластины в определённую форму, то они под собой создают определенное давление, в то время как над ними давление становится гораздо ниже, что приводит к эффекту планирования.
Машина вылетела из пещеры как мотоцикл каскадёра, резко взяв максимальный угол, и с уверенностью понеслась вперёд. В тот самый момент, когда она набрала максимальную точку кривой своей траектории и уже хотела наклониться носом для неминуемого падения, То выставил пластины в единое крыло, и отчаянная маршрутка в прямом смысле воспарила над бездной. Все стихло, двигатели уже были отключены, магнитная подвеска приглушена, зазор между стенами скал и машиной исчез из виду. Машина парила над пропастью не больше минуты, но никак не меньше нескольких десятков секунд, которых было вполне достаточно, чтобы каждый раз впечатлять пассажиров.
Закончился этот полёт темнотой новой пещеры. Максимально отработанным усилием пальцев То сложил подкрылки, включив магнитную и реактивную тяги одновременно. Дальше их понесли рельсы старого метро. Движения, которые были необходимы для начала и конца этого удивительного полёта, То отрабатывал часами, сидя в выключенной машине и заставляя руки не просто добиваться автоматизма, а делать это почти самостоятельно. Стремление к совершенству была одной из самых лучших его черт как пилота, хотя в обычной жизни он не был перфекционистом и спокойно мог смотреть на кривые полки, смешанные цвета, неровно висящие картины, но ему очень нравилось чувство, что он может спокойно пилотировать машину, будучи профессионалом, уверенным даже в мелочах.
Пути старого метро заканчивались двумя вывернутыми в разные стороны рельсами. Однако, это было не столь важно на данном этапе, главное, что этот тоннель выходил из скалы, находящейся всего в 200 м над стартовой площадкой того самого промышленного комплекса.
То мягко посадил машину на площадку, как всегда, четко на свое место, которое оставляли для него всегда свободным. Оно находилось в отдалении, немного обособленно. В период исследования маршрута его посадки, мягко сказать, не всегда были идеальными, вдобавок, для выхода пассажиров необходим был выброс охлаждающей жидкости на корпус. Поэтому администрация станции приняла решение отодвинуть маршрутку То, чтобы не отпугивать остальных пассажиров.
Через несколько секунд после приземления густой пар повалил с задней стороны машины и мгновенно охладил воздух до комфортных температур. Люк открылся и То вышел первым.
- Уважаемые пассажиры, - говорил пилот, пока пассажиры отстегивали ремни и снимали сумки со специальных багажных мест, - спасибо, что воспользовались услугами нашего рейсового корабля. Надеюсь, вас порадовала поездка, ну, или, как минимум, сэкономленное время. Прошу не забывать, что вечернего маршрута сегодня не будет, у меня ТО, и утреннего, кстати, тоже.
Среди уходящих послышались недовольные реплики и ворчание, но больше по поводу невозможности проехаться завтра. В целом, сегодня все ушли спокойными несмотря на то, что большая половина пассажиров вздохнула с огромным облегчением после приземления.
То проводил всех взглядом, проверил салон на наличие оставленных вещей, сосредоточенно хмурясь в своей привычной манере, и, не обнаружив никаких находок, сел в свое кресло пилота, закинул руки за голову и, довольно улыбнувшись, наконец-то расслабился. Решив вздремнуть несколько минут, в последний подумал, что нужно закрыть люк, но довольная усталость пересилила и он уснул. Его разбудил звук шагов на посадочном трапе, заставив вспомнить о необходимости снятия показаний с приборов после автоматической диагностики состояния машины.
То обернулся и увидел идущего по его машине человека в военной форме. С первого взгляда было очевидно, что его гость явно офицер, форма была повседневная, но выполненная очень качественно и идеально чистая. Сравнить ему было с чем, периодически приходилось такую видеть, солдаты Российской Космической Федерации часто сопровождали важные грузы или различных чиновников в местном транспортном пункте.
- Добрый день, - сказал нежданный гость решительным и спокойным голосом.
- Здорово, - ответил То и повернулся обратно к приборам, - следующий вылет через пару часов, билеты в кассе.
- Мне сказали, что вы знаете самый быстрый маршрут к космодрому. Около тридцати минут, это верно?
- Не соврали, так и есть, но для полета вам нужны еще девятнадцать человек. Билет стоит пятьсот бри.
- У меня шаттл на орбиту через сорок, - гость посмотрел на часы, - две минуты.
- Мы долетим за двадцать три, если вы найдете попутчиков и успеете в кассу.
- Вы не понимаете, я готов заплатить за всех и вылететь прямо сейчас, главное, добраться до космодрома как можно быстрее.
Молодой человек внимательно посмотрел на своего заказчика, руководство парка часто присылало людей для проверки пилотов на честность, те предлагали плату за пролет в обход кассы, в которой все платили процент, а наш То был принципиальным блюстителем правил и еще поэтому находился в некой опале у своих коллег.
- У меня есть терминал, но там большая комиссия, если полетите один, то будет пятнадцать тысяч.
- Я согласен, - ответил гость и достал небольшой персональный компьютер, больше похожий на кусочек идеально обработанного стекла. То достал такой же, но с зеленой кромкой и, разблокировав доступ, внес необходимые данные и протянул его гостю.
- Вынужден вас предупредить, что, оплачивая данный рейс, Вы автоматически соглашаетесь с условиями перевозки пассажиров, вдобавок, выбрав меня в качестве перевозчика, вы соглашаетесь еще и на дополнительный риск, связанный не только с серьезными перегрузками, но даже с возможностью гибели в ходе прохождения маршрута или получения тяжких увечий и психологических травм. Оплата не возвращается. Вы согласны с данными условиями?
Гость кивнул. После прикладывания компьютера на терминале высветилась просьба подтвердить платеж и То отложил его до конца лекции, которую будущий пассажир слушал так, словно его заставляли это делать под пытками. Он очень торопился и нервничал, хотя и пытался сдержать эмоции.
- Да-да, я все прекрасно понимаю, просто поверьте, если я вовремя не прибуду, уже будет все равно, жив я или нет.
- Отлично, - сказал пилот и снова протянул гостю терминал, открывая возможность подтверждения оплаты. – Присаживайтесь на место второго пилота, - сказал То и пошел закрывать посадочный люк.
- Может, тогда хотя бы познакомимся, раз моя жизнь теперь в Ваших руках.
- Меня зовут То, - ответил пилот, быстро усаживаясь в кресло и приподняв указательный палец, не давая ответить пассажиру, - диспетчер, это То, прошу разрешения на проход по маршруту номер три.
- То, откуда пассажиры? Ты ведь только вернулся! Ага, все, вижу оплату, - повисла пауза, - по расписанию состав пойдет через пятнадцать минут, проскочишь?
- Проскочу.
- Вылет разрешаю.
- Принято, - ответил То и опустил руку на штурвал.
- Я адмирал Российского Военно-космического флота Бронин Александр Максимович.
- Приятно познакомиться. Если хотите остаться в кабине, сидите максимально тихо. Приборы не трогаем, за штурвал не хватаемся. Дорога не длинная, но очень непростая.
Бронин посмотрел на часы.
- Да не переживайте, товарищ адмирал, успеем.
То отточенными движениями завел двигатели и приподнял машину на привычные сорок сантиметров над платформой. Начал движение кормой вперед и так долетел до края пропасти, а после, как всегда, отключил двигатели, спровоцировав падение вниз.
Адмирал, несмотря на всю свою выдержку, оказался явно не готов к такому старту и выразил на лице недоумение вперемешку с интересом.
То с помощью реактивной тяги замедлил падение и какое-то время держал вертикаль, потом начал ложиться на правый бок, меняя траекторию на спираль, поднимающуюся вдоль скалы.
Адмирал смотрел, как огромный серый камень, которым заканчивался обрыв по правую строну, неумолимо приближался к маршрутке, но, пока в его голове рождалась мысль о новом разноцветном пятне от расплющенной реактивной маршрутки на ней, в поле зрения появился вход в тоннель.
Рельсы метро начинались прямо у края скалы и были расположены на левой стене пещеры. Причины такого странного расположения путей объяснить было сложно, да и не особо хотелось, а вот причины вынужденной траектории машины теперь стали понятны.
То свел брови, приготовившись к маневру, и в нужный момент включил магнитную подвеску, влетев в узкий тоннель. Когда рельсы нашли правильное положение относительно машины, он сбавил реактивную тягу и пошел по ним плавно, как вагон метро. Тоннели заброшенного метрополитена были минимальными по ширине, и только магнитная подвеска не позволяла машине помечать стены своим корпусом. Старые пути, однако, были достаточно ровными, без резких поворотов, и поэтому набранная пилотом невероятная скорость уже перевалила за пятьсот километров в час.
Адмирал просто не мог разглядеть происходящего за пределами корабля, все превратилось в серую мелькающую массу. Не имея возможности спокойно повернуть голову из-за перегрузки, на часы он уже не поглядывал, только изредка на сосредоточенное лицо пилота. Он заметил, что То постоянно смотрит на один из индикаторов. Знаний адмирала было достаточно, чтобы понимать значение уровня реактивного топлива. Невольно появилось внутреннее беспокойство: неужели может не хватить?
То прекрасно знал, что топлива достаточно, поэтому его внимание от дороги переключалось на долю секунды вовсе не на уровень горючего, а на часы, что располагались чуть выше и были в легком углублении, повернутом в сторону от пассажира. То рассчитывал время. По его опыту, грузовой состав никогда не следовал расписанию, если добыча полезных ископаемых шла успешно, то состав выходил раньше, если скудно, то позже. На маршруте было трое новеньких, значит, трое ушло в отгул, а значит, все как обычно, добыча шла хорошо, однако, сегодня четное число, а это значит, что на проверке стоит Ульман, а он парень дотошный, его проверка занимает время, поэтому велика вероятность их обогнать.
Машина стала замедляться, пилот точными движениями начал резкое торможение закрылками, после чего последовал вертикальный взлет вверх по вентиляционной шахте. Скорость снова начала расти, адмирал, не ожидавший таких маневров, сначала долю секунды искал, за что ухватиться, не обнаружив ничего подходящего, в итоге вцепился руками в ремни безопасности, которыми был пристегнут к пассажирскому креслу.
То стремительно набирал скорость, уверенно поднимаясь по бетонной вертикальной шахте, стены которой выглядели абсолютно ровными. Мимо взгляда Адмирала скользнула зеленая полоса, нарисованная краской на стене, лишь доля мгновения, но То четко среагировал на нее, как на сигнал, и мгновенно отключил тягу, заставляя машину двигаться дальше только по инерции. Словно пуля, выпущенная вверх, они вылетели вверх ногами, строго носом вниз, в результате чего центр тяжести заставил ее в верхней мертвой точке наклониться на добрую сотню градусов, выровняв маршрутку до нужного уровня.
Замедление позволило глазу наконец различать предметы за окном, и адмирал начал замечать метки, оставленные красной краской на стенах, они становились все реже и реже, как штрихи разметки при снижении скорости автомобиля. У последней отметины, похожей на стрелку, начался тот самый наклон, как у пули. То просто влетел в примыкающий тоннель и молниеносно повернул влево. Таких маневров не позволяли себе даже опытные пилоты, адмирал явно впечатлился.
Магнитная подвеска загудела, рельсы под машиной приняли новый состав, давая возможность снова набрать скорость. Это был совершенно новый участок, его построили современники То для ускорения процесса доставки полезных ископаемых до космодрома.
После включения планеты в состав Российской Космической Федерации постепенно стал выделяться бюджет, который в первую очередь пустили на улучшение инфраструктуры, предназначенной для добычи полезных ископаемых. Когда новый состав наконец-то пустили по рельсам, информация сразу оказалась во всех доступных источниках, в первую очередь, разумеется, для роста популярности нового правительства. Однако, в тот момент То интересовали не новости, а фото самого состава. Он быстро смог оценить технические возможности этого чуда техники и изучить его особенности, а конкретнее, аэродинамику. В частности, пилот заметил, что, когда состав набирал определенную скорость, перед ним возникало повышенное давление, а позади образовывался поток разряженного воздуха. Было очевидно, что инженерные решения, которые были применены в конструкции состава, не могли справиться с этим эффектом полностью, и полет нельзя было назвать идеальным, однако состав ходил регулярно и никто этим не занимался.
После входа на пути, все обрывки внимания пилота были заняты уже не часами, а показаниями ДВД (Датчика воздушного давления). Если спереди начнет давление понижаться, значит, он догоняет, если сзади растет, значит, его догоняют. Скорость нового состава в максимальной точке была шестьсот километров в час, а магнитная подвеска не создавала сопротивления до пятисот.
Давление начало расти, а значит, надо поднажать. То увеличил тягу и отключил магнитную подвеску, рулем для удержания машины в границах тоннеля служили пластины корпуса, которые двигались практически незаметно для глаза человека. То этого вполне хватало для корректировки положения в условиях огромного давления воздушного кокона, что образовался вокруг маршрутки.
- Я Вас ввёл в заблуждение, - сосредоточено, глядя на приборы, неожиданно сказал То, - после следующего маневра мы долетим чуть быстрее. Однако, должен признаться, вероятность вовсе не долететь стала чуть выше.
- Я переживу, - ответил Адмирал, - если доживу, конечно.
То шел с невероятной скоростью, и, по мнению пассажира, если этот тоннель не заканчивался открытой площадкой, любой вираж на этом участке – прямая дорога к катастрофе. Но пилот был на удивление спокоен, это немного сглаживало негативный настрой адмирала. Движения молодого человека, что сидел за пультом управления и держал штурвал, были настолько отточены и быстры, что случайности, похоже, просто исключались. Несмотря на внимательность Адмирала, от его пристального взгляда все же ускользали некоторые мелочи, одной из которых были показания хитроумного прибора, который являлся личной разработкой То и был установлен в специальной трубке, что протягивалась вдоль всего корпуса. Небольшой турбинный пропеллер, который приводился в движение встречным потоком воздуха и крутил генератор со специальным датчиком, который по уровню выдаваемой мощности, при знании скорости, позволял компьютеру вычислять пройденное расстояние. Несколько месяцев ушло на калибровку и выбор правильного места для установки, но труды полностью окупились и теперь он мог ориентироваться на своих маршрутах гораздо точнее.