- -
- 100%
- +
1.
– Мы входим в верхние слои атмосферы, – прозвучало сообщение бортового компьютера.
– Запуск тормозных двигателей, – скомандовал пилот.
– Внимание, сбой зажигания. Внимание, отклонение от заданного курса. Внимание, сбой охлаждения корпуса.
– Температура корпуса на экран.
На интерактивном экране в нижнем правом углу появилась быстро растущая цифра.
– Начать процедуру запуска двигателей.
– Внимание, неисправность системы зажигания.
– Игнорировать. Ручной запуск.
На панели управления высветился символ ручного запуска, пилот приложил на него большой палец, оставив след на системе считывания. Система приняла его отпечаток, и через несколько секунд в носу корпуса прогремел хлопок.
– Тормозные двигатели запущены. Температура корпуса критическая.
Пилот отстегнул ремни кресла, залез под панель управления и с силой ударил гаечным ключом по нижней части оборудования. Послышался еле слышный звук моторчика.
– Система охлаждения запущена. Температура нормализуется.
– Начать расчет корректировки траектории, – скомандовал пилот, снова занимая свое место за панелью. – Расчет корректировки скорости.
Быстрыми и опытными движениями он убрал с экрана температуру, добавив трехмерную траекторию своего полета, скорость и уровень перегрузки.
– Расчет окончен, – ответил компьютер.
– На экран, совместить с действующей траекторией и временным окном.
При виде полученных данных на лице в зеркальном отражении экрана появилась улыбка азартного человека, которому бросили вызов. Любой адекватный и хорошо обученный пилот просто отказался бы от такого безумия. Влететь на скорости 685 км/ч, на восьмидесятитонном космическом истребителе вертикально вниз в проем, который всего на 20% больше самого корабля и который полностью открывается всего на 1,3 секунды.
– Внимание, критические вибрационные нагрузки корпуса. Внимание, гасители инерции на предельной мощности.
Заминка с запуском тормозных двигателей, сильно ускорила корабль, и теперь приходилось не только бороться с потоками ветра, которые так и норовили сместить траекторию, но и с силой притяжения планеты.
Тихое весеннее утро небольшого поселения у предгорья начиналось с ежегодного празднования дня выдыхания горы. Местные жители считали, что гора постоянно вдыхает всю их энергетику, а раз в год выдыхает ее с удвоенной силой. Вот они и старались жить в доброте и позитиве, чтобы гора выпускала на них только умноженную радость и счастье. Уже слышались первые шумы с вершин.
На самом же деле, в глубине горного хребта, между двумя высокими горами, прямо у их подножья, находилась створка вентиляции. Раз в год огромный приводной механизм просто проворачивал ее для спуска лишнего давления, накопленного подземным убежищем. Его построили много столетий назад для защиты от ядерной войны. Когда местные государства все же решили устроить Апокалипсис местного значения, комплекс был запущен. Но, подоспевшая космическая корпорация по добыче полезных ресурсов, как водится, вовремя «спасла» планету от гибели. И, разумеется, как часто бывает в случае подобных «миротворческих» вмешательств, за сто лет из неплохо развитой цивилизации сделали не слишком образованных, но очень трудолюбивых рабов, которые после начала второй корпоративной войны, оказались еще и хорошими воинами. В конечном итоге, ресурсы планеты сильно сократились, и к ней потеряли интерес. А комплекс все продолжал работать, т.к. его создатели при постройке рассчитывали на то, что ядерная война убьет все живое и жить на планете можно будет только через тысячу лет.
– Внимание, достигнута необходимая скорость.
– Приготовить посадочные ускорители, – последовала команда бортовому компьютеру.
Корабль снижался с огромной скоростью, пилот убрал затемнение лобового стекла, что служил ему еще и экраном. Он уже увидел, как створки начали проворачиваться. Сближение, вот, – окно в 1.3 секунды открылось, нос корабля вошел в шахту. « И, раз!» промелькнула в голове мысль, пилот рванул нос корабля резко вверх, и тот принял горизонтальное положение.
– Посадочные ускорители, старт, закрылки на максимум.
Корабль пронесся по шахте вниз, снижая скорость потоком встречной позитивной энергии и силой горения топлива. Послышался удар, корабль остановился.
– Провести полную диагностику систем.
– Диагностика запущена.
– Анализ внешней среды.
– Провожу анализ.
Пока компьютер шевелил своими программами, пилот откинулся в кресле. Посадка прошла успешно, хотя далеко не идеально. Он жив, корабль цел, а это главное. Однако, это было только начало пути. Если информация была верна, то корабль покинет комплекс с хорошим грузом, но если это всего лишь старая пустая база, то выбраться отсюда ему уже не суждено. По-другому слишком просто и неинтересно, считал наш герой.
– Диагностика завершена. Критических повреждений не обнаружено. Зафиксирован сбой системы зажигания топлива передних маневровых двигателей. Зафиксирован сбой пусковой системы компрессора охлаждения корпуса. Зафиксирован сбой второго реле системы контроля гасителей инерции.
– Ничего нового, вот выполним работу, займусь починкой.
– Ты и в прошлый раз так говорил.
– Прости, конечно, но некому было вывозить тех сирот. И уж тем более некому было обеспечить их провизией.
– Мне помнится, ты выбрал путь искателя, а не мецената. Если ты и дальше будешь игнорировать поломки, то в скором времени сам начнешь побираться.
– Не понял, ты что, читаешь мне нотации? Ты случаем процессор не перегрела?
– Выполнен анализ внешней среды. Атмосфера пригодна для дыхания. Уровень радиации в пределах нормы. Обнаружены незначительные примеси различных химических токсинов. Рекомендуемое время пребывания в данной среде шесть часов.
– Соскочила с темы, значит. Ладно. Открой грузовой шлюз, запусти систему внешней защиты. Увидимся.
Пилот поднялся с кресла, прошел в грузовое отделение, взял противогаз, рюкзак и смело шагнул в темноту вентиляционной шахты. Надев противогаз с цельным стеклом на все лицо, активировал экран.
– Эхолокатор с тепловым наложением, – сквозь фильтр пробубнил пилот.
Экран сменился. Стали видны очертания стен, ничего не издавало тепла, однако одна деталь была немного темнее серого фона, судя по всему, это дверной проем виднелся на одной из стен. Именно к нему направился искатель.
Наверное, стоит немного углубиться в само понятие искателей. К слову сказать, в основном это были бывшие военные, которые, по сути своей, занимались поисками различных приключений на свою пятую точку. Ну, а если серьезно, то искали они, в основном, какое-нибудь уникальное оружие и утерянные или забытые достижения канувших в лету цивилизаций. И, надо сказать, хотя такого добра в галактике хватало, не стоит забывать, что все создатели подобных ценных артефактов всегда стремились защитить их от этих самых искателей, поэтому эта профессия всегда граничила с пиратством и расхищением гробниц. Многие стремились стать искателями скорее, из-за романтики космического разбоя, но зарабатывали, а уж тем более преуспевали в этом, – только единицы. В самом топе данного,(к слову сказать, совсем небольшого списка), находился наш герой.
У него было много различных имен, одно дали ему при рождении, другие давали нарочно, какие-то присваивали. Но большинству он был известен как – Лимес. Лимес или Limec (лат.) – предел. Это имя дали ему еще во время второй корпоративной войны, когда он смог на пределе конструктивных возможностей корабля провести боевой звездный крейсер по кромке горизонта событий черной дыры. Этот маневр сократил время перебазирования вдвое, что спасло положение на фронте. Участники того события говорили, что из-за сильного электромагнитного смещения, все системы корабля зависли и компьютер сигналил только одно слово «Предел». И, несмотря на то, что война давно стала частью истории, Лимес навсегда остался легендой высшего пилотажа. Ему до сих пор бесплатно наливают во всех барах солнечной системы Протурия, которую и летел спасать тот самый крейсер.
Провозившись с замком добрые пятнадцать минут, Лимес наконец вошел в технические коридоры комплекса. На стенах висели уже едва горевшие лампочки, которые давно исчерпали свой лимит яркости. Нигде не было и намека на пыль, это значило, что в комплексе действительно хорошо работает вентиляция, что ничего кроме молекулярно усиленного композита при строительстве не использовалось и что живых существ тут просто никогда не было. Коридор привел пилота к очередной развилке. Достав обрывок бумаги из кармана, он внимательно изучил собственные каракули и двинулся налево. Пройдя несколько лестниц и поворотов, Лимес оказался перед шлюзовой камерой с огромной надписью на непонятном языке.
– О, жилой блок, – пробубнил пилот.
– С чего ты это взял? – возмутился бортовой компьютер, который наблюдал через микрокамеру все происходящее. – Это в твоих каракулях написано?
– Во-первых, – это не каракули, а шифр. Во-вторых, попробуй писать красиво после двух бутылок Протурианского виски, волшебное действие которого нас сюда привело.
– Нас сюда привела чрезмерная болтливость бывшего начальника коммерческого судна, что возил когда-то по молодости грузы из этого сектора.
– Так ты все слышала и молчала? Я еле-еле смог записать!
– Но, ведь это ты у нас – герой!
– Напомни, где я покупал тебе последнюю версию логической системы?
– У Тима и Мира.
– Да точно, напомни больше у них не покупать.
– Хорошо, только на других поставщиков у тебя денег не хватит.
– Так все, я вхожу, связь должна прекратиться.
– Но мои системы не видят поме…
– А мои видят, – доставая из противогаза чип связи, пробубнил Лимес.
Потянув за огромный рычаг, пилот заставил спящий механизм двери шлюза проснуться и зашевелить своими шестеренками. Дверь почти бесшумно отворилась, и Лимес смело шагнул внутрь. Он еще долго бродил по комплексу, заглядывая в различные комнаты и отсеки. Нашел кухню, концертный зал, туалеты, кабинеты. И вот, наконец, он добрался до лаборатории. Точнее, до старого доброго огромного красного знака на стене, который должен заставить задуматься любого, решившего войти внутрь. Лимес задумался, но ничего, кроме желания поскорее туда попасть, в голову не пришло. Проковырявшись с замком еще полчаса, он все же смог обойти систему защиты и открыть дверь. Пройдя по длинному коридору, наш герой оказался в научной части комплекса, и, снова сверившись с бумагой, направился к главному посту управления.
Ему и в голову не пришло, что вся электронная система управления окажется на другом языке, да еще и на уровне начала двадцать первого земного века. Его окружали кнопки, клавиши, экраны и так называемые «мышки», которые давно уже были вытеснены голосовыми и адаптивными системами. Современные сенсорные панели были на самом деле биоинформационными, они считывали не только прикосновения и движения, но и непосредственно заданную мозгом задачу. Больше нельзя было не понять каких-либо обозначений или нажать не ту кнопку. Компьютер понимал вас на нейронном уровне.
Достав универсальный жидкий разъем, Лимес вставил чип связи обратно в противогаз.
– Ты меня слышишь?
– Да, связь отличная.
– Подключение универсальным портом.
– Есть подключение.
Компьютер загудел. Началась загрузка системы.
– Перевод языка программирования, обход защиты, система под моим контролем.
– Отлично, скачай схемы комплекса. Найди склады технической части.
– Нашла, также нашла протокол аварийного сброса давления, можно раскрыть шахту на 12 минут.
– Отлично, этого хватит на побег.
На экране противогаза появилась миникарта с подробным маршрутом. Лимес незамедлительно выдвинулся в путь. Через несколько часов на экране противогаза начало отображаться сообщение: «Необходимо заменить фильтрующий элемент».
– Что с противогазом?
– Со времени твоего появления в комплексе уровень примесей в воздухе сильно вырос.
– Ясно. Сколько у меня времени?
– Без противогаза десять минут. Нового фильтра хватит на два часа. Старого только на две минуты. Уровень продолжает расти. Я нашла причину – сработала система защиты от проникновения, пока в комплексе есть неавторизованные живые существа, комплекс автоматически наполняется ядом. Протокол я уже отменила, но на очистку воздуха уйдет шесть часов. Торопись.
– Хорошо.
Лимес ускорил шаг, на ходу меняя кассету противогаза. Через десять минут достиг цели. Перед ним был склад высотой около ста метров и такой же шириной, а вот длину было не измерить. Склад был общий для всего комплекса. Пилот бросился искать нужный сектор. Найдя технический отдел, принялся лихорадочно вскрывать ящики.
– Нашел, целый ящик. Он весит не меньше двухсот килограмм.
– Антигравитационные зажимы справятся.
Достав из рюкзака четыре небольших прибора, по виду напоминающих пауков, Лимес установил их на углы ящика и включил каждый из них. Индикаторы сменились с красных на зеленые, и ящик стал весить ровно ноль килограммов. Теперь его можно было перемещать по воздуху, мешало только сопротивление самого воздуха.
– Тут есть ворота на улицу.
– Система автопилотирования работает исправно, но я не смогу контролировать комплекс после вылета. Придется открыть ворота заранее.
– Сделаем это.
Механизм ожил. Огромные защитные многотонные ворота начали подниматься. С улицы подуло морозным воздухом. Поежившись от холода, Лимес толкнул невесомый ящик в сторону ворот. Внезапно он услышал скрежет когтей по монолитному полу. В открывшийся проем ворот решил заглянуть местный представитель животного мира. Огромный, похожий на белого медведя зверь, с любопытством разглядывал новую пещеру, которая появилась в его владениях. Лимес замер на месте: судя по телосложению, весу и когтям зверь явно принадлежал к разряду всеядных, и пилоту очень не хотелось проверять свою теорию. Медведь, назовем его так, поскольку на местном диалекте наименование данного животного вида, по всей вероятности, звучало непроизносимым, принюхавшись, направился в сторону, надо предполагать, продуктовых отделений.
Лимес бесшумно толкал ящик, незаметно продвигаясь в сторону выхода, но, когда послышались звуки маневровых двигателей, медведь, тоже услышавший чудо-птицу, повернул голову на источник звука и заметил идущую еду. Вот только еда шла, по его мнению, не в ту сторону. Попытавшись изменить направление ее движения, медведь издал оглушительный рев, однако съедобная цель по какой-то причине только усилила свое неправильное стремление. Если гора не идет к медведю, то медведь пойдет к горе. Лемис сразу это понял, когда скрежет когтей за спиной ускорился и явно направлялся к нему.
– Давай ко мне кормой и открывай грузовой отсек, – кричал в бубнилку Лемис, наращивая темп.
Истребитель начал разворот за несколько метров до земли, задняя дверь грузового отсека начала открываться. Лемис с силой толкнул ящик в машину, тот, влетев, с грохотом ударился о заднюю стенку корабля и рухнул на пол. Антигравитационый паук слетел от удара.
– Закрывай.
Пилот заскочил в поднимающийся истребитель за секунду до того, как медведь поправил бы направление движения еды лапой. «Ну, вот … Большая птица съела мою еду», подумал медведь и, развернувшись, продолжил свои изыскания на складе.
Лемис снял противогаз, поставил кассеты на очистку, и, выдохнув, уселся в кресло пилота.
– Набор высоты, построение траектории выхода на дальнюю орбиту.
– Расчет выполнен.
– На экран.
Машина резво начала набирать высоту и скорость. Через десять минут температура за бортом была уже 2,7 градуса по Кельвину. Великая и бескрайняя пустота. И темнота, что озаряется тысячами звезд, подобных маленьким лампочкам гирлянд на новогодней витрине. Холодный, бездушный, жестокий и такой романтичный космос. Система искусственной гравитации не давала ощутить невесомость и дарила ложное чувство верха и низа, хотя у космоса нет подобных условностей.
– Расчет воронки Фера, – скомандовал пилот.
– Расчет начат.
Пилот начал разгонять корабль до скорости преломления магнитного резонанса, у каждого объекта она была разной и вычислялась исходя из веса, объема и магнитного поля.
– Расчет окончен, набор скорости.
Истребитель продолжил набирать скорость.
– Преломление через три, два. – Под обратный отсчет пилот вставлял капу в рот, и взялся за два небольших железных штыря, торчавших справа и слева от панели управления. – один. Вход в расчетный поток.
Истребитель покрылся синим маревом и ускорился до неуловимой скорости.
– Расчетное время пути два часа сорок минут.
– Отлично, ты за рулем, а я спать.
Пилот потянул за ручку внизу сиденья и оно распрямилось в довольно удобную кровать.
– Добрых снов, мой капитан.
– Спасибо.
Пилот мерно засопел, а мы пожалуй разберемся, что такое воронка Фера. Начнем, пожалуй, с истории самих межзвездных путешествий. В самом начале люди научились развивать сверхсветовую скорость, однако даже при самом крутом навигаторе, корабли встречались с разного рода космическим мусором. При встрече которого, двигаясь на скорости превосходящей скорость света, в летательных аппаратах образовывались дыры. Конечно, плазменные и протоплазменные щиты выдерживали различные мелкие камешки и пылевые частицы, а кинетические даже питались от этого энергией, но камень размером с футбольный мяч становился непреодолимой преградой.
Не заставив себя долго ждать, ученые открыли гиперпространство. Материи в нем не было, но были магнитные и гравитационные силы общего пространства. В гиперпространстве корабли, находившиеся в специальной кинетической энергетической оболочке, могли развивать скорость в несколько сотен световых лет в час, однако, по мере распространения технологии, аварии между кораблями стали довольно частым явлением. Были придуманы различные системы распознавания, маршрутизаторы, но, как и на любой оживленной магистрали, баз разметки и заданного направления, аварийность стала ужасно катастрофичной. Галактическому правительству пришлось для нормализации положения строить магистрали, тем самым превратив хорошо освоенную часть космоса в настоящее межзвёздное шоссе.
На помощь положению дел в гиперпространстве пришло открытие подпространства. В нем было то самое ничто. Это стало идеальным решением, но вот проблема, без каких-либо либо ориентиров, таких как гравитационные колодцы звезд или электромагнитные течения, легко было заблудиться и выйти из подпространства где-нибудь в центре солнца, например. Но великому освоению подпространства помешало начало первой корпоративной войны. Военные быстро присвоили новую технологию, создали свои маршруты и системы навигации. Отныне этот способ перемещения им приходилось делить только с контрабандистами, которых так просто не напугаешь.
После окончания войны, по мере укрепления мирной жизни, начали возвращаться проблемы с гиперпространством. Однако, один очень умный ученый при наблюдениях за различными видами энергии в подпространстве, общем пространстве и гиперпространстве, нашел закономерный рост следов элементарных частиц определенного рода. И, проведя масштабное исследование, открыл способ проникать в тахионные потоки. В двух словах, если создать магнитное поле с достаточно сильными дуговыми колебаниями, то можно поймать тахионные волны, которые понесут объект с невиданной ранее скоростью. Причем маневрировать в этом поле приходилось, только за счёт смены часты колебаний магнитных волн. Скорость потока была настолько велика, что все материальные объекты становились проходимыми насквозь, даже другие, одновременно находящиеся в волновом поле. Проблема оставалась только в гравитационных колодцах звезд и черных дыр, а также в том, что подобные расчеты можно выполнить, только зная точный вес, объем, плотность и собственное магнитное поле корабля. Поэтому воронкой Фера пользовались не все корабли, а только небольшие и оснащённые мощной вычислительной техникой.
2.
За небольшим дубовым столом сидел хорошо по-деловому одетый молодой человек. Он занимался составлением отчетов, которые под конец месяца всегда тяготили его рабочий день. И вот, когда последний файл был допечатан, его лицо озарила легкая довольная улыбка. Однако , она быстро исчезла при виде вошедшего в офис мужчины. Он был солидного вида и вел себя довольно уверенно. Администратор окинул его оценивающим взглядом.
– Добрый день, что вы хотели? – спросил администратор.
– Здравствуйте. Это вы занимаетесь перевозкой необычных грузов?
– Наша компания занимается перевозкой грузов согласно галактическому своду законов.
– Ой, совсем забыл, я от Глобуса. Номер 54679Р.
– Минуту, – администратор наклонился к шкафчику внизу стола, открыл средний ящик, перелистал корешки папок и достал папку с пометкой «глобус». Открыл на последней странице.
– Так, действительно. Мы можем перевести что угодно, куда угодно, откуда угодно. – горделивым тором продекламировал он.
– Прекрасно, – широко улыбаясь ответил гость. – Правда, груз чрезвычайно опасен, забрать необходимо с закрытого объекта и перевести точно срок.
– Мы можем перевести что угодно, откуда угодно и куда угодно, – все с той же напыщенностью ответил администратор. – А вот за ограниченность времени придётся доплатить.
– Прекрасно. Мне надо перевезти сорок шесть контейнеров светлой материи. – Продолжал улыбаться заказчик.
А вот самодовольное лицо администратора растворилось и превратилось в испуганное. Светлую материю добывали из звезд типа голубой гигант. Добыча производилась на околозвездной орбите, на специальных станциях. Один кубический миллиметр светлой материи может выдавать один мегаватт энергии в течении десяти лет. Стоимость этого источника энергии настолько велика, что, продав на черном рынке один контейнер емкостью на пять литров, можно жить в гиперкомплексе в элитном районе нескольким поколениям, не работая вообще. А теперь администратор просто не мог отказать, он слишком много знает. Пуля в лоб не самая лучшая перспектива, но теперь большой вопрос: где найти пилота, который согласится на такое?
– Откуда и куда надо перевезти?
– С платформы «Квантум-4» в системе Лира, на научно-исследовательскую станцию «Вираж-1» в системе Колибри.
– И за какой срок необходимо перенести, перевезти? – начал путаться администратор.
– Необходимо быть там, через рез три дня в 15.10 по местному времени, в это время третьи ворота встанут на ремонт, и погрузочные ворота будут открыты ровно десять минут. Система безопасности по левому борту тоже будет неактивна. В ангаре будут два моих человека и груз. В шестнадцать двадцать ворота снова откроются для контрольной проверки на десять минут, а ещё через двадцать запустится система защиты. Заряд контейнера рассчитан на пятнадцать галактических суток. Желательно доставить за пару часов до разрыва груза.
Администратор просто сидел и почти незаметно записывал. Больше он просто не мог ничего поделать. Заказ-то он примет, а вот кто его будет исполнять – уже не его проблема.
Конечно, стоит немного рассказать о галактических часах. Когда люди расселились по галактике, то разница во времени на разных планетах стала довольно большой проблемой, и первый галактический совет принял решение ввести следующие временные значения: час земной и привычный, в сутках тридцать часов, в месяце тридцать дней, в году пятнадцать месяцев.
– Вы понимаете, сколько стоит подобная работа?
– Конечно, треть суммы я переведу сейчас, а остальное после получения груза.
Администратор дрожащими руками произвел расчет на панели своего рабочего стола. Заказчик прислонил палец к считывателю. Загорелась зеленая полоса, платеж принят.
– Доброго вечера, ждем остальной суммы.
– Прекрасно, до встречи.
Заказчик вышел из комнаты бодрым шагом, а администратор, посидев немного посмотрев в одну точку, взял телефон и набрал номер.
– У нас сложный заказ, нам нужен Лимес.
– Лимес? – наступила пауза. – И сколько у нас времени?
– Три дня, информацию пришлю по закрытому каналу.
– Я попытаюсь.
– Заказ из разряда: сделай или умри.
– Принял.
Телефон погас, администратор сидел за своим столом, совсем забыв про свои отчеты. Он лишь думал, как вернется домой, посадит на колени свою любимую кошку, возьмет бокал Мирийского виски и расслабится, возможно, в последний раз. Лимес был самым непредсказуемым наемником контрабандистов, всегда брал вознаграждение больше остальных, однако выполнял просто невозможное. Перевезти столько светлой материи на одном корабле. Этот источник энергии перевозят максимум по десять контейнеров и с охраной в четыре истребителя, но, даже это не останавливает пиратов, которые готовы на все ради нескольких миллилитров светлой материи.