Взаперти. Эволюция

© Сергей Сергеевич Казанцев, 2022

ISBN 978-5-0059-1988-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сергей Казанцев

ВЗаперти – Эволюция

Аннотация

Наступили долгожданные холода. Зима своим морозом, снегом, ледяной метелью изменила ландшафт города без людей до неузнаваемости. Каннибалы, животные, сумасшедшие вмиг исчезли, попрятавшись в норах, в которых смогут пережить холодные времена, забившись плотными толпами в те немногочисленные помещения, что были открыты для их доступа.

Внутри берлог для зимовки начался процесс, который летом происходил случайно. Теперь же появились великолепные условия для того, чтобы стаи каннибалов стали больше, сильнее и во много крат умнее. А пока оставшиеся люди пытаются выжить, воспользоваться периодом, когда можно добыть ресурс без большого риска, не ведая, что их ждёт, когда придёт весна, а с ней и тепло. На охоту в город вышел другой хищник, не менее опасный, чем спрятавшиеся сумасшедшие, каннибалы, животные, так как он охотился на людей задолго до апокалипсиса.

Войти в комнату можно двумя способами – Свободно или Несвободно

Настя.

Подкинув пару поленьев в железную печь, похожую на гипертрофированную буржуйку, которая вполне вмещала на своей поверхности ванную с водой, Женя продолжил сидеть возле неё, потихоньку потягивая коктейль собственного изобретения. Наверняка, у этого вкусного напитка, состоящего из водки, вишнёвого сока и кольца ананаса из консервной банки, когда-то был свой изобретатель. Женя мог присваивать любые новинки: в сложившихся реалиях нынешнего мира исходя из собственных умозаключений – а вы подайте на меня в суд за кражу авторских прав.

Все давно уже спали. За окном стояла поздняя ноябрьская ночь с её морозным, немного отдающим сыростью воздухом. Лишь Рык преданно находился рядом с Женей. Он лежал возле печки с закрытыми глазами, иногда открывая их по очереди, когда его двуногий друг делал резкое движение. Почти допитая полулитровая бутылка водки говорила о том, что хозяин налакался алкоголя изрядно.

Жене не спалось в эту ночь, несмотря на то что с утра предстояла настоящая охота за его бывшей женой Настей. Её банда опять появилась на горизонте после двухмесячного отсутствия. Непонятно, где она шлялась столь долгое время, а главное, не спросишь – каннибалы не умеют разговаривать. Когда она появилась, он даже испытал что-то вроде ревности, смешанной со злостью на её долгое отсутствие. Он уже отчаялся когда-либо снова увидеть Настю. А тут четыре дня назад Аня, дочка Юли, увидела с крыши странное, подозрительное движение возле дома напротив и, естественно, позвала взрослых.

После тщательного наблюдения за домом, стоящим параллельно тому, в котором они находятся, Женя в бинокль ясно увидел группу из двадцати с лишним особей. Попытка выманить обосновавшуюся неподалёку группу каннибалов на открытое пространство созданием шума, криков ни к чему не привела. Стало понятно, что в доме напротив прижилась стая более-менее разумных особей. Это немного напрягало, поэтому общим голосованием было принято решение: выбить их, организовав снайперскую охоту. Полуавтоматических винтовок СВД1 и боеприпасов к ним теперь было более чем достаточно после того, как группа Академика была уничтожена на крыше магазина. Но наблюдая в прицел ПСО2 за окнами противоположного дома, Женя узнал, что рулит стаей Настя, а это значит, что об уничтожении этой группы каннибалов не могло быть и речи. О чём он ясно дал всем понять на повышенных тонах, так как остальные были против его решения.

Он не мог дать в обиду свою жену. Она была его, и вообще он обещал ей, что всё будет хорошо, а значит, он обязан поймать Настю и заключить её в свою тюрьму, куда не пускает никого, даже своего друга Рыа. Ей точно у него будет лучше, по крайней мере она будет в тепле и всегда сыта, а то, что он лишит её воли, своей стаи, так что ж, он сам не особо свободен, весь его мир – это старая девятиэтажка, состоящая всего лишь из четырёх подъездов.

Нет, у Жени, конечно, были планы захватить соседний дом, превратив его в такую же неприступную крепость, что и его дом, но это чуть позже. Вот выпадет первый снег, ударят морозы, загоняя каннибалов по норам, многие из них погибнут от переохлаждения, тогда и настанет его звёздный час. Главное, успеть заварить двери в подъездах, по возможности завалить их бетоном козырьков, обрушить балконы, надёжно забить окна по третий этаж, желательно ещё с внутренней стороны входной двери сделать серьёзный такой завал из крошки бетона и арматуры, вплоть до дверей в квартиры. Затем аккуратно зачистить всё здание (селитры на всех хватит) и можно потихоньку, не спеша, с толком и расстановкой, мародёрить соседнюю девятиэтажку. Если получится, сделать переход через крышу следующего здания, тоже девятиэтажки, но уже семиподъездной. В этом случае, после удачного выполнения задуманного его можно будет считать миллиардером в этом нелюдимом мире. Ресурсов в доме с семью подъездами хватит очень надолго, а главное, недалеко от этой очень желанной девятиэтажки находится АЗС, где, наверное, горючки в подземных хранилищах десятки тонн. Плескаются себе в закопанных цистернах, Женю дожидаются.

Правда, до семиподъездной девятиэтажки расстояние большое, так как стоит она через дорогу, а это в пределах шестидесяти – семидесяти метров. Такой воздушный мост почти нереально сделать при его скромных возможностях. Но почему бы не продумать безумно грандиозный план как подземный туннель, это намного сложней и трудозатратней, чем воздушная переправа. Технологии, чтобы это осуществить, Жене неизвестны. В общем, придётся много думать, поискать в книгах подходящую информацию. Ну, а сейчас время расслабиться, предаться пьянству, размышлению, ностальгии.

Во время наступления прохладной погоды, а затем и холодов, тупые каннибалы стали пропадать. Женя объяснял это себе так: сошедшие с ума люди вынуждены искать места потеплее, куда есть возможность спрятаться от ветра, сырости, холодного воздуха. А так как таких мест не так уж много, то получалось, что в какой-нибудь пустующей квартире с открытыми дверьми, подсобном помещении, подвале забивалось немало замёрзших бедолаг. Там процесс их сколачивания в стаи происходил гораздо быстрее из-за ограниченного пространства. Только поэтому простой крик, не приводил к его дому толпы каннибалов, как это было летом. Прибегали, конечно, особей пять, максимум десять, но это ни в какое сравнение не шло с летней популяцией. Чтобы выманить стаю из своего тёплого укрытия, необходимо было что-то более существенное, чем просто шум или крик.

Осознавая нынешние реалии, охоту на свою бывшую супругу, Женя решил поступить следующим образом. Раз каннибалы перестали вестись на призыв к потреблению их излюбленного лакомства путём созданных звуковых волн с превышенными децибелами, то остаётся только одно – использовать приманку. Прибегать к услуге двуногой закуски, было как-то не рационально, да и слишком опасно, а вот Рык вполне для этой роли подходил. И не из-за того, что его менее жалко, или он не столь ценен, чем человек, Женя бы мог не одну людину пожертвовать за своего четвероногого друга, а просто он гораздо легче людей. Рыка он собирался подвесить за крепкую верёвку и в случае опасности поднять его на недосягаемую высоту, с человеком такое проделать гораздо сложней.

Главное, чтобы Настя собственной персоной встала в нужном месте, в нужное время, а не послала своих вассалов выполнять грязную работу за неё. Был банальный расчёт, что из-за морозов настали голодные времена и предводительница стаи сама соблаговолит погнаться за добычей, чем, по сути, и является для каннибалов живая собака. Ведь в противном случае есть большие опасения, что тот, кто первый схватит столь желанную добычу, обязательно урвёт знатный кусок, оставив всем остальным, чуть ли не потроха.

Конечно, всё это были рассуждения Жени, находящегося в изрядном алкогольном опьянении, в реальности все могло пойти совсем не по плану.

***

Ловушку, сделанную на скорую руку, он устанавливал долго и тщательно, потратив на это целый день, так как старая со временем пришла в негодность. При проверке её швы стали ненадёжными – слишком сильна оказалась брюнетка, сидящая в одной из камер. На шитьё нового кокона не хотелось тратить время, да и сомнения были, что разумный каннибал не заметит столь примитивное изделие, расстеленное на пожелтевшей траве. Поэтому Женя принял рискованное решение, не такое надёжное, как брезентовый кокон или сеть, но зато в изготовлении куда проще, а на траве заметить несколько растянутых петель гораздо затруднительнее.

Установка трёх металлических тросиков с петлёй оказалось хлопотной задачей из-за их жёсткости. Но имелись небезосновательные сомнения, что простая, пускай и толстая верёвка не выдержит натиск брыкающейся Насти. Закинуть упругую сталь тросика с высоты третьего этажа так, чтобы она легла в нужное место, с необходимым диаметром кольца петли, не каждому ковбою под силу. Но как говорится «упорство и труд всё перетрут», к концу дня три ловушки были установлены. Выглядели они удовлетворительно, визуально можно сказать даже хорошо.

Поднимать Настю, попавшуюся в импровизированные силки, Женя решил с помощью электролебёдки. Которую пришлось перенести с крыши и установить в квартире на третьем этаже, закрепив её с помощью старых добрых швеллеров, ни разу его не подводивших во время потрошения автомобилей. Столько заморочек пришлось применить ради уверенности в успехе задуманной операции, потому что вручную, пусть даже совместно с Андреем, был огромный риск не удержать Настю и этим навредить ей.

По задумке петля должна затянуться на ноге, а лучше на обеих, так точно сухожилия выдержат нагрузку. Чтобы петля не повредила ногу, ведь сталь неминуемо под тяжестью тела, неукротимой, почти сверхъестественной силой каннибалов, врежется в кожу, а затем и в мышцы ног Насти. Женя надел на трос в районе затягивающейся его части чехол, сшитый им по-быстрому из куска прочной свиной кожи, что нашёл в мастерской домашней швеи. Это, конечно, снизит цепкость петли, её намного проще в таком состоянии растянуть и снять, но Женя применил другую хитрость, а именно самозатягивающийся узел. Проще говоря, петля могла двигаться только в одну сторону, при этом только затягиваться, в обратную она вставала в распор, развязать петлю можно было только зная хитрый способ. Женя был просто уверен, что каннибалы, а тем более его Настя, точно этот способ не знают.

А вот Рыку приходилось довериться человеческим рукам. Его, удерживая за тросик, прикреплённый за шлейку (это такое устройство из кожи или прочного синтетического ремня для собак, которое крепиться на груди питомца, а не на его шее как обычно), должен был вовремя поднять на высоту, недоступную каннибалам, Андрей. Женя бы сам страховал своего друга, но одновременно поднимать Рыка и затягивать петлю на ногах Насти – невыполнимая задача. Да и Андрей был не в восторге от выпавшей ему чести. Он прекрасно знал, что Рык для Жени больше, чем друг, это почти брат, и в случае нерасторопности Андрея, во время которой есть шанс потерять собаку, можно было ожидать от этого мрачного субъекта, что их приютил, всё, что угодно.

Юля с Андреем так и не поняли, зачем Жене нужна его бывшая супруга, тем более уже давно понятно, что она никогда не станет прежней. Обратной метаморфозы за долгое время после неожиданного апокалипсиса они так и не наблюдали – те, кто стал животным, оставался им навсегда. Донести эту мысль до разума Жени не получилось. Он был очень упрямым человеком, поэтому пришлось принять правила игры и помочь хозяину дома изловить-таки его Настю.

Поначалу спасший их человек показался приветливым и даже дружелюбным. Но со временем Андрей стал замечать, что есть в Жене что-то не от мира сего, как будто в этом человеке поселилось несколько личностей и не все из них были безопасными и приятными. Иногда казалось, что он смотрит на него с Юлей как-то странно, как будто видит их перед собой впервые или не рассматривает как одушевлённые объекты, словно смотрит сквозь них. Что пережил этот в общем-то домашний человек, когда зачищал целый дом от бывших его жителей, одному богу известно. Об этом Женя рассказывал неохотно, всегда уходя от данного разговора, но человеческие кости вокруг дома, в котором они проживали, говорили сами за себя. Их было очень много, принадлежали они многим сотням, когда-то бывшим людям. И это при том, что у Жени огнестрельного оружия практически не было. Вернее, оно было, но боеприпасов к нему, можно сказать, не было, а значит, ему приходилось убивать в основном огнемётом, сталкиваясь лицом к лицу с противником. Это вам не автомат или пистолет, когда убиваешь на большом расстоянии, всего лишь нажав на спусковой крючок, при этом понимая, что выключаешь жертву мгновенно, если попал куда надо. Огнемёт убивает не сразу, это мучительный для жертвы процесс. Огонь медленно обгладывает плоть, вызывая жуткие последствия не совместимые с жизнью, и даже если каннибалы умирали молча, это не отнимает факта, что их смерть была очень болезненной. Женя понимал это, но прятал свою жалость внутри себя, накапливая её, не давая ей выплеснуться наружу.

На этом душевные терзания не заканчивались, ведь потом приходилось этих бедолаг рубить, носить на себе их останки, сбрасывая с крыши, окон, балконов, тут по ходу у любого крыша поедет. Плюс долгое одиночество без надежды когда-либо увидеть нормальных людей.

Женя сам говорил и не раз, что самое страшное для него было одиночество. Оно его чуть не погубило, не свело сума, только тяжёлый, ежедневный труд, и Рык, немного спасали от ухода в непрекращающуюся хроническую депрессию.

***

Проспав почти до обеда, Женя, как ни странно, проснулся на бодряке, чувствуя, что ужасно голоден. Все остальные давно встали и занимались домашними делами, сильно облегчив будни хозяину дома. Завтрак Женя нашёл на столе, Юля с Аней молодцы, не спрашивая никого, молча, каждый день исправно готовили еду, три раза в день. Скинув чистое полотенце со стола, под которым обнаружились макароны с рыбными котлетами и овощной салат из того, что удалось вырастить Жене, он не откладывая в долгий ящик набросился на еду, запивая всё это великолепие морсом из клубничного варенья. Заготовленного на зиму варенья в квартирах нашлось много, но вот просто есть его без хлеба Женя как-то не мог, а Юля нашла ему замечательное применение.

Проживая в одиночестве, Женя никогда не заморачивался с готовкой, старался употреблять в пищу все то, что проще приготовить. После великолепного завтрака он направился в будущую камеру или жилище, в котором должна была разместиться Настя. Необходимо было подготовить, проверить надёжность креплений и цепей, да много чего. Рык, предатель, отсутствовал. Наверное, с детьми на крыше – нравилось ему с ними играть, потому что Женя редко это делал – всегда был занят.

Проверив широкие кожаные ремни с застёжками, предназначенные для запястий и щиколоток, обратил внимание на ошейник. Ему не нравилась сама идея, что на Настю придётся одеть это средство, словно она собака какая, он на Рыка-то ошейник не одевает, а тут на жену. Но другого более надёжного средства или способа, чтобы контролировать её перемещение, обезопасить себя и её самоё от неразумных действий, он не нашёл. Камеру-жильё он хорошенько утеплил, благо материала было полно. В коридоре уже давно установил небольшую буржуйку кустарного производства с выводом трубы на улицу. Как похолодало, Женя подтапливал печку пару раз в день. Это, конечно, не давало комфортного температурного режима, как обычно должно быть в жилом помещении, но в тюрьме было гораздо теплее, чем в неотапливаемых помещениях и, тем более чем на улице. После того как он поселит тут Настю, пообещал сам себе топить печь чаще и лучше.

Ошейник был в отличном состоянии, ещё раз проверив механизм для втягивания цепей, лишний раз убедившись, что всё функционирует хорошо, пошёл проверить и накормить свою первую подопечную брюнетку. Прошло несколько месяцев, как она была вынужденной его гостьей, но её манеры так и не изменились. Первая пленница так и осталась дикой. Только завидев его через окошко в двери, тут же бросилась в его сторону, брызжа слюной, норовя схватить и разорвать. Лишь цепь и ошейник на шее, не дали ей приблизиться вплотную к двери. Осмотрев её через окошко двери, Женя понял, что её опять пора мыть, гадила эта мадам не в отведённое для этого место, а где попало, следовательно, пачкалась, и из окошечка несло совсем не парфюмом.

Закинув в это самое отверстие в двери двух заранее приготовленных ворон, которые стали попадаться чаще в ловушки, установленные на крыше дома. Их было не так жалко скармливать каннибалам, в отличие от голубей, которых люди сами с удовольствием употребляли в пищу. Вороны мгновенно разлетелись в разные стороны, хлопая своими крыльями. Поймать их каннибалке было более затруднительно, чем голубей, вороны сильно отличались своим интеллектом от птицы мира в гораздо лучшую сторону, поэтому надолго отвлекали на себя узницу. Но сколько верёвочке не виться, конец всегда один – в конце концов вороны будут пойманы и съедены. Понаблюдав немного за своей нерадивой грязнулей, Женя, тяжко вздохнув, отправился на охоту.

***

Главную приманку для Насти Женя обнаружил на крыше, счастливо бегающим от детей, затем в обратном порядке за ними. Наверное, играют в догонялки – любимую игру Рыка, ведь он всегда в ней победитель. Андрей, помогая Юле выпутывать попавшихся в ловушки голубей, пару ворон, даже сорока попалась, загружая их в клетки для птиц, находился тут же на крыше, о чем-то мило беседуя со своей спасительницей. Два месяца назад Юля не оставила Андрея лежать на полу без чувств, когда сама же и вырубила его в той злополучной квартире на первом этаже. У неё были веские причины, чтобы бросить раненого зека на кухне, дабы не подвергать себя и детей риску. Но что-то внутри, в душе, щёлкнуло, и она не захотела становиться такой же бездушной, как эти сволочи. Взяв себя в руки пока не поздно, уволокла в ванную Андрея, закрылась вместе с детьми до прихода к ним на помощь Жени. Если бы она оставила его на кухне, то спасать было бы нечего, разве только обглоданные кости. Ведь буквально через пять минут вся квартира была просто битком набита каннибалами. Получается, что спасла Андрея, и теперь этот парень прям ужом крутится вокруг девушки.

У Жени всё ещё были свежи воспоминания, как он спасал их. Это была очень сложная операция, учитывая сколько каннибалов было привлечено в их двор автоматными выстрелами зеков, переодевшихся в сотрудников ФСИН. Тех, кто пытался обмануть его, а затем убить, он лишил жизни. К сожалению, они не оставили ему иного выхода.

Распылённый им бензин не мог убить всех на крыше магазина, слишком его мало было для таких целей. Восемь – девять литров высоко- октанового топлива, рассеянного с помощью огнемёта с девятого этажа, не могли покрыть всю крышу магазина, но этого и не требовалось. Часть его сконцентрировалась на металлическом тросике подъёмника, стекая тонкой струйкой вниз. Другая часть, что смогла достичь крыши, частично при этом испарившись, покрыла её небольшой участок, преимущественно ближе к дому. Бензин отлично испаряется – только поэтому он используется в двигателях внутреннего сгорания из-за своих легковоспламеняющихся свойств. Процесс превращения в невидимую огнеопасную взвесь происходит ещё быстрее, если горючка с помощью высокого давления разбита на мелкие капли, как это делает огнемёт. Вследствие этого над крышей магазина повисло взрывоопасное облако.

Именно в этот бензиновый пар и влетел повреждённый пулей Слона обрез с горящей материей, намотанной на него. Взрыва не было – не та концентрация, просто вспыхнул огненный шар, который увеличился под воздействием теплового расширения, покрыв собой всю крышу магазина. Это пламя, не могло убить людей, находящихся на ней, плотная одежда должна была задержать основной кратковременный жар, не дав ему достичь кожи. Опалить волосы или ослепить глаза, такая температура вполне могла, но их головы были покрыты противогазами, вследствие применения ими слезоточивого газа, чтобы справиться с непрекращающимся потоком Кукол-каннибалов. Огненный шторм, возникший всего на пару секунд, затем ушедший в небо раскалённым шаром, способствовал двум очень важным событиям, что поставили жирную точку на группе Академика.

А именно первым загорелся металлический тросик, по которому в сторону Жени, прямо на крышу дома, поднимались двое мужчин, подкрепляемые огневой поддержкой своих товарищей снизу. Меткие стрелки не давали высунуть голову Жене, того и норовя лишить его этой головы. Одежда профессиональных скалолазов тоже частично пропиталась горючей жидкостью, так как они находились в непосредственной близости от Жени. Мгновенно вспыхнув двумя факелами, они, дико крича от боли, двумя огоньками сорвались вниз. Падение с пятого этажа ещё никому не прибавляло здоровья, тем более упали они не на крышу к своим товарищам, а на головы озлобленных до неприличия каннибалов, между стеной дома и магазином.

Второе событие произошло благодаря случайности. Прикрывали снизу своих скалолазов три очень метких индивидуума. Один из них был ранен не очень меткой стрельбой Юлии и предпочитал сидячее положение на сумках с оружием и боеприпасами. Так вот, он, скорей всего, найдя сумку со светозвуковыми гранатами, решил с их помощью погонять самых наглых животных. Выбрал гранату помощнее и посолиднее, выдернул чеку, и уже примерялся, куда её забросить. Но плотные клубы слезоточивого газа не давали ему возможность сделать свой выбор, он замешкался, держа на вытянутой руке светозвуковой боеприпас. Противогаз, фильтруя воздух, ограничил под ноль его обоняние, только поэтому он не почуял паров бензина и не насторожился.

Неожиданная вспышка света, огня и его резкий, жаркий, тугой поток испугали метателя гранаты, и он попросту бросил её назад, выпустив из рук. Граната полетела точнёхонько под ноги стоящим позади него двум его товарищам, что держали под прицелом парапет крыши девятиэтажки, за которым прятался Женя. Естественно на обоих горемыках тоже были одеты противогазы, которые сильно сокращают кругозор, в особенности снизу в виду дизайна самого противогаза.

Взрыв светозвуковой гранаты не мог убить обоих снайперов – конструкция у неё такая, не предназначены такие гранаты поражать людей осколками и взрывной волной. Но эффект вспышки бензина и светозвукового представления с неприлично завышенными децибелами сыграли злую шутку с рефлексами. Двое, словно по команде, отпрыгнули назад, в пропасть с крыши магазина аккурат в толпу ползающих от воздействия газа по асфальту каннибалов. Где их в считанные секунды расчленили на отдельно взятые фрагменты человеческого тела. Оставшийся в одиночестве раненый боец, оценив всю бесперспективность дальнейшего своего бытия, предпочёл пустить себе пулю в голову, когда каннибалы полезли сплошным потоком на крышу магазина.

Наступило время думать, как же вызволить маму с двумя детьми, закрывшихся в ванной квартиры первого этажа. Будь это в прошлой жизни, когда люди могли спокойно гулять с собачкой по зелёной травке, среди тополей, это бы не составило труда. Но в нынешних условиях, хотя Юля и находилась в каких-то сорока – пятидесяти метрах от Жени, это расстояние было как до луны. Казалось, что выполнить такое без поддержки с другой стороны будет невозможно. Ситуация усугублялась ещё тем, что каннибалы научились подниматься на крышу магазина, то есть преодолевать высоту в пять – шесть метров, а значит, вниз на крышу бывшего хозяйственного путь заказан – обороняться по кругу, да ещё работать, он точно не сможет. Пришлось напрячься и объявить мозговой штурм, ведь у заложников нынешней ситуации совсем нет патронов, мало еды, а значит, есть всего неделя для выполнения того, что невозможно.

Крыша соседней девятиэтажки была свободна от посторонних субъектов, что говорило о надёжно закрытых решётчатых дверях, ведущих на крышу. Это, конечно, плюс, по крайней мере, не придётся вести боевые действия, находясь в подвешенном состоянии над пропастью девяти этажей. На саму крышу соседнего здания теоретически попасть возможно, только, что делать дальше. Войти в подъезд, забитый под завязку каннибалами, не получится, огнемёт применять бесполезно, входные двери снизу открыты, не выдержишь такого напора каннибалов, постоянно пополняемого с первого этажа. По той же причине бесполезно применять селитровую дымовушку – есть большая вероятность потравить закрывшихся в ванной, тем более там малые дети.