Кумо

Старик, прижавшись к стене, из последних сил затягивал узел на окровавленной тряпке плотно перемотанной выше колена. Разодранная в клочья штанина была насквозь пропитана кровью. Слипающиеся, влажные пальцы соскользнули с промокшей ткани и руки в бессилии упали на поджатые колени.

Рядом с ним, не подавая признаков жизни, сидела женщина. Ее голова свисала вниз, грязные длинные волосы полностью закрывая лицо, сухие, бледные руки безжизненно лежали на вытянутых вперед ногах.

Старик напрягся, рукой пододвигая к себе самодельную масляную лампу из глиняного сосуда, служившего когда-то бутылкой. Поставив ее рядом в лужу крови, он смог наконец осмотреться.

На полу вперемешку с землей лежали бетонные куски частично осыпавшегося потолка, стена напротив была симметрично усеяна небольшими отверстиями, напоминая о том, что она когда-то была обшита металлическими листами, крепления которых и были установлены в эти отверстия. В некоторых местах были видны следы от ударов тяжелым предметом в попытках расколоть стену, чтобы добраться до проводки и других закрытых слоем бетона компонентов, но стены построенные Древними могло уничтожить только время. Это был не первый подземный бункер, который старик видел на своем веку, и как все другие он был подчистую разобраны мусорщиками. Вынесено было все, что можно было вырвать руками.

Сквозь тишину и приглушенный вой сквозняка, из дальнего от него дверного проема донеслись едва различимые звуки шагов. Кто-то шел осторожно и не спеша. Шел в его сторону. Звук шагов понемногу приближался. Шагающий время от времени останавливался, вероятно заглядывая в попутные помещения в коридоре и снова продолжал идти.

Взяв в руки лампу, старик другой рукой быстро начал шарить рукой перед собой в поисках своего одноручного арбалета, но вспомнил, что обронил его, когда они со спутницей петляли по паутине коридоров, пока в конце концов не зашли в тупик.

Шаги тем временем приблизились к дверному проему, но находящийся по ту сторону не спешил входить, как будто проверял на прочность возможную засаду. На какое-то мгновенье повисла тишина, даже затихли звуки гуляющего по коридорам и комнатам ветра.

Старик из последних сил вытянул перед собой лампу дрожащий рукой, пытаясь лучше осветить дверной проем.

– Кто здесь? Я слышу тебя ― прошептал он пересохшими губами.

В дверном проеме медленно показался силуэт. Он сделал шаг вперед. Это было человек среднего роста в темном, длинном до колен пыльнике, в полах которого на свету от лампы просвечивали протертые и местами истлевшие лохмотья. Его правая рука лежала на длинной рукояти меча, висевшего на левом боку.

Незнакомец медленным шагом приблизился, входя в область освящения. Это был коротко стриженный мужчина с некрупными чертами лица. За его левым плечом старик рассмотрел рукоять висевшего на спине меча, очень похожую на ту, что незнакомец сжимал на клинке, висевшем на поясе.

Встав напротив и убрав руку с рукояти, он присел на одно колено, посмотрев старику в глаза тихо спросил:

– Она у тебя?

Старик заерзал и отвернул глаза от взгляда незнакомца.

– Да, она у меня, но я не могу ее отдать. Не могу. ― прошептал он. Силы покидали его. Он снова повернулся к незнакомцу и встретился с ним взглядом.

– Кто это? ― незнакомец кивнул на женщину, сидящую рядом со стариком.

– Это моя дочь. ― прохрипел старик. ― Она умерла два или три часа назад. Или больше. Я не знаю, не знаю сколько прошло времени.

Он оперся правой рукой в пол, залитый уже свернутой кровью, попытался немного привстать, левой рукой из-за спины достал небольшой сверток и прижал его к груди.

– Я не могу ее отдать. Она… – он запнулся. ― Она нужна нам. Мы слишком много прошли. Мы все потеряли. Я должен ее донести. ― Он замолчал, вдавив сверток в грудь.

Незнакомец перевел взгляд на тело женщины, потом снова перевел его на старика, осмотрел его с верху вниз. Старик умирал и оставалось ему недолго.

– Ты никуда ее не донесешь. Ты умираешь. Просто отдай ее мне.

– Я не могу. ― Старик тихо завертел головой. ― Не могу. Моя внучка второй год в рабстве, а за это ― он кивнул на сверток ― За это я узнаю где она и выкуплю ее.

Незнакомец привстал с колена, осмотрелся вокруг и присев ну кусок бетонной балки выпавшей из обвалившейся части потолка продолжил смотреть на старика. Тот замолчал и медленно моргая смотрел куда-то в стену.

Тишину резко нарушил его кашель.

– Вода, у тебя есть вода? – Захрипел он сквозь кашель.

– Зачем тебе вода? ― Незнакомец кивнул на его ногу. ― Тебе не долго осталось.

– Воды. ― Старик вновь залился кашлем. ― Прошу, дай воды. ― Он начал хватать ртом воздух, прижав сверток второй рукой. Эхо от его кашля разлетелось по коридорам и уносилось все дальше и дальше, отзываясь обрывками вдалеке.

Ущелье заканчивалось. Мужчина в пыльнике и с мечем висящем на поясе обернулся назад. Путь проделан не малый. Несколько часов назад, где-то в начале ущелья он наткнулся на следы лагеря с поспешно засыпанными углями костра. Кто-то торопился, заметая следы. Путников, разбивавших лагерь было двое, может быть трое, и кто-то после их ухода порылся на месте их стоянки, а это означало, что не он один шел по их следам.

Два дня назад в одной из таверн Офрана ему передали скомканную записку в содержании которой говорилось, что на север от одного из многочисленных имперских поселений выдвинулась группа людей. Они шли к Горам Надежд. Так называли горные места, усыпанные рабскими рудниками и производственными мастерскими в предгорьях, где так же трудились рабы, обрабатывая горные породы и добываемые там руды.

С какой целью эти люди туда направлялись записка не поясняла, зато вкратце намекала на присутствие в их сумках результата технологии Древних, людей или возможно не людей, чья цивилизация канула в неизвестность, оставив после себя руины и многочисленные подземные сооружения, которым сегодня насчитывается не одна сотня лет. Может не одна тысяча. Кто знает. Никто не знал, что произошло, когда они жили на поверхности, никто не знал, что загнало их под землю, заставив построить многочисленные подземные бункеры и убежища, а где-то даже небольшие подземные города.

Никто не знает, что достало Древних под землей и куда они в итоге исчезли. Они исчезли, оставив после себя свою непонятную архитектуру и они оставили после себя свои технологии. Именно благодаря этим технологиям люди сегодня имели бесценную электроэнергию, как и технологию ее добычи. Именно благодаря ей практически непрерывно работали горнодобывающие машины, станки для обработки руды, электрокузницы, в которых кузнецы днями на пролет ковали бронезащиту, клинки разных видов, размеров, качества и цен, и именно этими клинками велись непрерывные войны между государствами, альянсами, конфедерациями, бандами и обычными бродягами, готовых убить друг друга за сомнительную находку из кучи мусора, что осталась от Древних.

Мужчина в пыльнике ускорил шаг поправляя клинок, висевший у него на поясе. Это была катана среднего качества с квадратной цубой. Оружие бедных и бродяг. Совсем опустившиеся нищие могли снарядить себя разве что выкованным из куска железа подобием меча или вовсе дубиной, выструганной из бревна. Катану же мог позволить себе человек не меньше успешного мусорщика или свободного наемника, деятельность которого так или иначе была связана с тем же хламом, связанным с заветными технологиями. Оружие это было легкое, надежное и невероятно острое. Бродяга или мусорщик не мог позволить себе крепких, хороших доспехов, а против хороших доспехов катана была практически бесполезна. Поэтому в основном использовалась против таких же бродяг, которые не в состоянии обеспечить себя хорошей защитой.

Ущелье закончилось. Дальше шла холмистая местность, усыпанная редкими засохшими деревьями огромных размеров. Под ногами время от времени проглядывали их корни торчащие из вздувшейся земли.

Он шел не торопясь, внимательно посматривая по сторонам, глазами пытаясь найти хоть какие-то возможные следы недавно проходящих здесь людей.

Путь через ущелье был единственной разумной дорогой к Горам Надежд и преследуемые им люди точно шли этой дорогой.

На востоке вдоль спорных территорий непрерывно шли бои за контроль того или иного куска земли, на западе в диких пустошах, не зная отдыха промышляли различные банды, занимающиеся тем же самым – разделом территории. Встреча и с теми и с другими гарантировала грабеж и в лучшем случае на месте отрубленную голову.

Они шли здесь, он знал это и шел следом. В здешних местах путники встречались довольно редко, но имелся не малый риск нарваться на хищных животных, рыскающих в поисках добычи или хотя бы падали. Так же был шанс повстречаться с существами намного страшнее диких животных. Такими, которых и животными назвать невозможно.

Тем не менее это был относительно безопасный путь, если не учитывать тот факт, что за тобой кто-то может идти по пятам из-за содержимого твоей сумки. А идти мог кто угодно и сколько угодно. Точно такой же скомканный лист бумаги мог попасть в руки неограниченному количеству желающих заработать ту не плохую сумму, обещанную за доставку наследия Древних.

Он замедлил шаг, чуть свернул в лево. Обочина дороги здесь была более рельефной и упиралась в холм, усыпанный каменными глыбами разных размеров. Прибавив шаг, он начал ловко перепрыгивать с камня на камень, поднимаясь в верх по склону. Добравшись до вершины осмотрелся. С другой стороны склона высота была не большая. Внизу в направлении севера тянулась небольшая тропинка, местами усыпанная сползающими со склона мелками камнями.

Спрыгнув вниз он снова осмотрелся. Следы недавно проходящих здесь людей. И еще следы, маленькие и размашистые. Следы животных. Двух или трех особей. Они гнали людей по этой дороге, но никаких следов борьбы или крови видно не было. По всей вероятности, в этом месте дистанция между беглецами и преследовавшими их хищниками была еще большой для нападения.

Тропинка еще немного попетляла и резко окончилась не высоким обрывом. В низу недалеко от склона виднелись не большие развалины сооружений ушедшей цивилизации. Покосившиеся стены и обвалившиеся крыши построек. Вокруг разбросаны осколки бетонных конструкций и насквозь проржавевших листов метала.

Скорее всего убегавшие от хищников люди спрыгнули с обрыва и попытались затеряться среди руин внизу, а хищники начали искать обходные пути для спуска или вовсе прекратили свое преследование.

Пройдя по краю обрыва, вокруг высоко выпирающий скалы, он начал спускаться вниз. Склон здесь был покатыми и там, где не было каменной породы, на земле просматривались следы животных. Значит хищники отпускать добычу отказались.

Спустившись вниз и пройдя вдоль склона, он вышел прямиком к руинам, которые некоторое время назад осматривал сверху. Несколько полуразвалившихся построек из бетона на уже проржавевшем массивном металлическом каркасе, который теперь местами погнутый торчал в разные стороны. От мусорщиков и прочих мародеров его спас только огромный вес.

Пройдя по груде бетонных обломков остановился между двумя развалившимся постройками. Впереди в еще неплохо сохранившийся постройке за обвалившейся стеной, в которой вероятно когда-то были ворота виднелся темный, уходящий вниз спуск, а на полу перед ним на разбитых ступеньках лежало тело животного. Это был панцерхантер. Тело животного лежало на груди, подмяв под себя передние лапы. Голова была забрызгана кровью, пасть раскрыта, зубы были в крови, а между передними клыками виднелись застрявшие куски мяса, которые он по всей видимости успел у кого-то вырвать перед смертью. В районе верхнечелюстной кости торчал арбалетный болт средних размеров. Такие болты в основном использовали в коротких, одноручных арбалетах. Оружие это было простое и не дорогое, а польза от него была разве что от внезапной атаки на короткой дистанции.

Он присел, подергал торчащий из черепа хищника болт. Сидит глубоко и крепко. Загнали в самый последний момент с очень короткой дистанции, возможно вплотную.

За спиной послышался едва различимый хруст камня. Он выпрямился и обернулся.

Их было трое. Подкрались они практически незаметно. Впереди стоял невысокий, длинноволосый мужчина в старом видавшем лучшие годы кожаном доспехе надетым на черную куртку из плотной ткани. Левой рукой он придерживал ножны с катаной в районе цубы, правая лежала на рукояти. Двое других были замотаны в какое-то непонятное тряпье. Тот, что был крупнее, был вооружен гигантского размера мечем с округлым концом, который он упирал в землю, держа его перед собой за рукоять обеими руками. Другой, с полностью обритой головой, держал руку на рукояти какой-то непонятной, короткой сабли, висящей у него на поясе.

Длинноволосый начал приближаться. Остановился, потом сделал еще несколько шагов вперед все так же придерживая свой меч обеими руками. Уголки его губ дрогнули в подобии ухмылки.

– Это наша добыча. ― сказал он и сделал еще шаг вперед. Ухмылка с его лица не исчезла. Он ждал реакции. Двое за его спиной не пошевелились, но в их глазах чувствовалось напряжение.

– Панцерхантер? ― кивнул мужчина в пыльнике в сторону лестницы на которой лежал труп хищника. ― Я на эту добычу не претендую.

– Ты же прекрасно понимаешь, о чем я. ― Длинноволосый бросил взгляд в сторону спуска. ― Мы здесь за тем же, за чем и ты. Давай не будем создавать друг другу проблем. Мы с моими спутниками заберем то, зачем пришли и просто пойдем дальше, позабыв о нашей встрече. ― он сделал еще один небольшой шаг навстречу. Между ними осталась дистанция в две вытянутые руки.

– А может возьмем его в долю? ― сказал он, повернувшись к своим спутникам в пол оборота слегка выдавив из ножен свою катану большим пальцем левой руки.

Человек в пыльнике сделал шаг назад и в этот момент длинноволосый в развороте выхватывая свою катану из ножен и продолжая удар на уровне головы рассек воздух. Резко отскочив назад он обхватил рукоять клинка обеими руками выставил его вперед.

– Как тебя зовут, бродяга? ― спросил длинноволосый прищурив глаза.

Человек в пыльнике начал медленно смещаться в лево пристально наблюдая за длинноволосым.

– Теперь мы вряд ли разбежимся с тобой и твоими спутниками позабыв о нашей встрече. ― спокойно заговорил он, положив руку на рукоять меча.

Катана в руках длинноволосого резко взлетело над его головой в горизонтальное положение и он, совершив короткий скачек вперед ударил, намереваясь рассечь на пополам своего противника. Человек в пыльнике увернувшись в право и резким движением обнажив свою катану пошел полукругом.

Двое спокойно стоявших спутников длинноволосого зашевелились. Бритоголовый сделал несколько шагов назад, не снимая ладони с рукояти сабли, здоровяк с огромным мечем переступил с ноги на ногу, напрягся и взвалил свой огромный тесак себе на плече внимательно следил за резко поменявшейся обстановкой.

Длинноволосый снова бросился в атаку ударив мечем сверху вниз, но человек в пыльнике парировал атаку, развернул свой клинок и ударил рукоятью в лицо на встречу провалившемуся противнику. Брызнула кровь, длинноволосый отшатнулся назад, но тут же зашипев бросился вперед, совершая колющий удар в область груди. Человек в пыльнике резко блокировал удар и уходя в сторону с линии атаки вновь провалившегося вперед противника и ударил мечем с разворота. С невероятной скоростью сверкнуло тусклое лезвие клинка, и голова длинноволосого отделяясь от тела упала на землю за его спиной. Звякнула выпавшая из его рук катана и тело согнувшись в коленях повалилось на землю.

Здоровяк заревел и бросился вперед, замахнувшись своей глыбой над головой. Человек в пыльнике отскочил в сторону и одним прыжком вперед оказался у него за спиной, развернулся и ударил сверху вниз, глубоко рассекая спину от плеч до поясницы. Здоровяк, выронив меч и повалившись на грудь, задергался широко раскинув руки.

Резко развернувшись и выставив клинок вперед на уже несущегося на него бритого, сделал взмах и их клинки перекрестившись отскочили друг от друга. Бритый рубанул с одной руки пытаясь достать его в районе плеча, но он, отступив одной ногой назад ушел от атаки и снова занял стойку удерживая клинок обеими руками. Бритый пошел в круговую, покачивая опущенную руку с саблей. Он так же пошел кругом продолжая удерживать клинок перед собой. Бритый резко изогнувшись и откинув руку назад ударил саблей сверху вниз. Человек в пыльнике занося катану над головой, сделал резкий шаг назад вновь уходя от лезвия сабли, молниеносно ударил туда, где только что пронеслась сжимающая рукоять сабли рука бритого. Отсеченные пальца разлетелись в разные стороны. Бритый завизжал, обхватывая запястье с отрубленными пальцами из которых струилась кровь, опустился на колени. В его не отрывающихся от окровавленной руки глазах застыл ужас.

Мужчина в пыльнике сделал шаг на встречу. Поднес кончик лезвия к подбородку бритого и надавив приподнял к верху его наполненное ужасом лицо, слегка упер клинок ему в горло и резко вогнал лезвие в шею. Бритый отпустил запястье и уцелевшей рукой начал хватать воздух скрюченными пальцами. Вытаращив глаза и открыв рот, он пытался поймать немного воздуха, но вместо этого раздавалось только бульканье.

Медленно вынув клинок из шеи бритого, человек в пыльнике резким движением стряхнул кровь с лезвия и отправил катану в ножны. Тело завалилось на бок, уцелевшие пальцы левой руки застыли в попытке схватить воздух.

Обернувшись он осмотрелся. Здоровяк лежал лицом вниз на своем огромном мече и признаков жизни не подавал. Перешагнув его, он подошел к телу длинноволосого, нагнулся, поднял его катану за рукоять, положив лезвие на ладонь другой руки и принялся внимательно рассматривать. Сам клинок был средней паршивости, но такая катана чего-то явно стоило. Этим мечем можно было оплатить ужин и комнату в трактире на ночь, или выручить за него пару килограммов вяленного мяса и чистой воды, которые пригодятся при длительных переходах.

Присев, он отстегнул ремень с пояса длинноволосого и вложил клинок в висевшие на нем ножны. Сдавив карабин рукой, немного растянул его и защелкнув пряжку, перебросил через плечо повесив за спину. Застыл на секунду, быстро осмотрелся по сторонам и развернувшись направился к лестнице на которой покоился панцерхантер. Еще раз бросил взгляд на тело хищника и начал спускаться вниз.

Старик пил жадно, огромными глотками поглощал воду из просмоленного бурдюка, поднесенного к его пересохшим губам. Закашлялся и откинул голову.

– Спасибо. ― поблагодарил он и вновь залился кашлем.

Незнакомец аккуратно накрутил крышку на горлышко бурдюка, а сам бурдюк положил рядом согнутыми коленями старика и вновь отойдя уселся на обломок бетонной балки. Тот перестал кашлять и тихо постанывал, глядя куда-то в темноту за его спиной.

– Я умираю, да? ― заговорил он, не сводя взгляда от темноты.

– Да. ― сухо ответил незнакомец. ― С такой раной ты должен был умереть по меньшей мере пару часов назад. Твоя спутница видимо не смогла пережить такой потери крови.

Старик повернул голову в сторону женщины и отвернулся сильно зажмурив глаза. Губы его задрожали. Он вновь тихо заскулил.

Незнакомец молча наблюдал за этим, вероятно размышляя как быть дальше. Дать старику умереть или забрать силой то, зачем пришел и наконец убраться из этих подземных катакомб. Иначе это место назвать было нельзя. Вероятно, последние пару сотен лет оно служило последним пристанищем для обессиленных и умирающих или для тех, кого сюда насильно приводили умирать. Использовать это место для других нужд вряд ли представлялось возможным.

– Как тебя зовут? ― прервал тишину старик.

Незнакомец вырвался из своих раздумий, внимательно посмотрел на старика.

– Кумо. ― ответил он спокойным голосом.

Старик заерзал на месте, упираясь спиной в стену немного оттолкнулся ногами от пола и присел повыше.

– Ты мусорщик, Кумо?

Незнакомец поправил перекинутый через грудь ремень с висящим на спине мечом, положил руку на колено и устроился поудобнее.

– Иногда случается ― ответил он, не сводя глаз с собеседника.

– Видимо слухи о чужом добре расползаются быстрее, чем это добро можно использовать в благих целях. ― старик вновь закашлял.

– Что это? ― незнакомец кивнул на сверток, который старик продолжал прижимать к груди. Тот закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Тритиумная батарея. ― дрожащей рукой он откинул кусок ткани. Под ней показался небольшой квадратный предмет черного цвета с проходящей по нему выцветшей красной полосой. ― Я случайно ее нашел. В местах, где такие как ты все давно перерыли и поубивали друг друга за какие-то находки. ― он закашлял и тяжело задышал.

Незнакомец встал, подошел и опустившись на корточки на против старика начал рассматривать находку.

Это был результат технологии Древних. Мощная и имеющая возможность заряжаться тритиумная батарея. Он встречал такие раньше. Уже отслужившие свое и еще подлежавшие зарядке. Вещь эта была очень редкая и безумно дорогая. Одной такой батареи хватало на несколько дней беспрерывно работающей и жадно поглощающей энергию электрокузницы, хозяин которой имея такую батарею мог экономить огромные средства, которые приходилось тратить на питание кузницы. Такой батареей можно было питать и электротеплицу, которая была прожорлива не меньше электрокузницы. Владелец такой батареи мог бы выращивать овощи неделями, не беспокоясь о электроэнергии, которая была необходима для полной функциональной работы электротеплицы. Такую вещь можно было приспособить в огромном количестве производственных отраслей или даже месяцами питать ей электролампы и очистительное водные фильтры в большом здании. Были и технологии, приспособленные заряжать такую батарею. Дорогостоящие солнечные панели или совсем простые в освоении ветряные мельницы. Правда последние могли заряжать такую батарею довольно долго, но это не отменяло того факта, что это возможно.

Незнакомец привстал, поправил ножны на поясе и вновь присел на обломок бетона.

– Дождешься, когда я умру? ― заговорил старик. ― Потом как падальщик оберешь мое тело?

Незнакомец молчал. Может быть ему нечего было ответить, а может просто не собирался отвечать.

– За эту батарею ― продолжил старик. ― Мне должны были раскрыть местоположение моей внучки, ее дочери. ― кивнул он в сторону женщины сидящей рядом. ― За ее стоимость и выкупить, наверное, хватило бы.

– Не хватило бы. ― прервал его незнакомец. ― батарею бы забрали, а вас бы убили. Никто бы не раскрыл вам местоположении раба и уж тем более не продал бы его за эту вещь. И дело не в том, что ее стоимости не хватило бы, а в том, что обладатель такой вещи подписывает себе смертный приговор раскрывая ее наличие. Поэтому вас бы просто убили и сбросили в ближайшую выгребную яму, чтобы знание о ее существовании на вас и закончилось.

Старик тяжело дышал и уже с трудом открывал глаза.

– Послушай, Кумо, мою внучку, забрали за мои долги, когда ей было одиннадцать. Я несколько лет тащил на себе чувство вины за то, что не справился, за то, что разорился, за то, что позволил забрать родного человека в качестве долга. ― он застонал и зажмурил глаза. По его грязному и вымазанному лицу кровью потекли слезы. ― И я все равно не справился.

Незнакомец молчал. В помещение повисла тишина. Вновь стали слышны звуки сквозняков гулящих по коридорам.

– Забирай ее. Забирай и уходи. ― нарушил тишину старик.

Незнакомец продолжал сидеть неподвижно. Старик скривил лицо и с последними силами выдавил:

–Забиррррай.

Незнакомец приподнялся, поправил рваные полы пыльника, медленно подошел, наклонился и взял сверток из руки старика, лежавший у него на уже разогнутых коленях. Старик сидел не подвижно и медленно дышал.

Развернувшись, незнакомец медленно направился к выходу из помещения. Остановился, спросил обернувшись в пол оборота к сидящему у стены старику:

– Как ее имя? Твой внучки?

Старик молчал, в тишине, среди звуков гулящего ветра больше не было слышно его дыхания. Руки бессильно свалились на пол, глаза были закрыты.

Он мог спросить еще раз, но понимал, что ответа не последует. Развернувшись, он быстрым шагом направился к дверному проему и его силуэт растворился в темноте.