Нулёвка

Глава 1

– Эй, Хан! Иди сюда, – крикнул мне единственный мой друг здесь, с другого края плаца. – Погляди!

Подбежав к нему, я подпрыгнул на четыре метра, ухватившись за его руку, и, подтянувшись, заглянул за стену, что отделяла нас от загонов с химерами. Кучка выпускников нашего Военного государева училища магов, находящегося в городе Староместе, проходила экзамен, после которого всех распределят по местам несения службы. Чем лучше себя покажешь, тем в менее опасное место попадёшь, как говорит наш инструктор. И я ему верю. Старик повидал немало… Бывалый!

Успел я к самому концу. Из строя выходил последний ученик. Гордо поднятая голова, уверенная походка, наутюженная серая форма училища и серо-буро-малиновый галстук, показывающий, что сей ученик учится на химеролога. Мазнув взглядом по его плечу, где не увидел никаких дополнительных цветных вставок в петлицы, понял, что он идиот, что потратил три года впустую и не освоил никакой дополнительной профессии, а в армии его ждёт неминуемая смерть.

– Я тут с самого начала! – зашептал мне на ухо Серёга. – Две трети группы легко справились со своими крякозябрами, взяв их под свой контроль и продержав неуправляемых зверушек двадцать минут, заставляя тех выполнять всякие команды по указу экзаменатора. Трое не дотянули, и их успели покусать. Они выжили, но не сдали экзамен. Не повезло, – протянул он.

– И что им теперь светит? – спросил я с интересом, хотя знал ответ. Как говорят в Одессе, умеешь считать до десяти – остановись на трёх! И я следовал этому правилу неукоснительно.

– Тот жирный экзаменатор сказал, что отбросы, которые не могут удержать слабых химер пару минут, в регулярной армии не нужны, и приказал тащить их к ритуалисту, – кивнул он на отталкивающего своим видом жирдяя. – Через пару деньков в закромах училища вместо трёх человек будут три живых накопителя, которые выдают лучшим ученикам по окончании сего заведения…

– Пусть земля им будет пухом, – сказал я, не в первый раз за два года в этом месте. Кто-то умирал по случайности, на тренировках. Кто-то не справлялся с нагрузкой, и его разбирали на ингредиенты или того хуже. Этот мир – не сказка!

– Начали, – выкрикнул экзаменатор и отгородил себя и других учеников с инструктором и парой лекарей второго года обучения от следующего экзаменуемого паренька плёнкой барьера. На этого дурашку уже неслась страхолюдина, грозно рыча и разбрызгивая пену. Земля дрожала…

– Бывший волк, превращённый в машину для убийств, – толкнул меня локтем под рёбра друг, со значением покивав. В его петлицах было несколько цветных вставок, причем одна из них вырвиглазного цвета химерологов. Он знал, о чём говорил. Его питомцем была пума с тремя глазами.

Волк покрыл расстояние в пятьдесят метров за две секунды, а когда парень направил на него правую руку и из неё вышло несколько туманных нитей, ушедших в голову твари, та запуталась в ногах и покатилась кубарем. Секунд пять её били сильные конвульсии, а зрители ждали. Как оказалось, химерологию экзаменуемый учил на совесть. Честь ему и хвала!

Взрык!!! И зверь на ногах. Взмах руки, и подконтрольная тварь, по указке кукловода, подошла к полупрозрачному барьеру и прошлась перед строем одноклассников, показывая себя во всей красе. Двухметровая в холке, покрытая крупными чешуйками грязно-розоватого цвета и лишённая глаз в угоду более крупной пасти.

– Пастеволк, – пояснил Сергей. – Одна из стандартных химер выпускников. Маленький мозг, голова-пасть, тепловое зрение, ну и очень быстрые ноги. Опять же дешёвая, – пожал он плечами. – Нужен лишь живой волк, пара ингредиентов, нулёвка со способностями, полгода работы – и вуаля.

– Вам ведь отдают после выпуска своих химер? – поинтересовался я, так как видел в прошлом году, как ученики, закончившие училище, уходили окружённые своими питомцами, если их можно так назвать.

– Не-а, Хан, – замотал друг головой в отрицании. – Только тем, у кого основное направление химерология. А у меня, как видишь, это ведьмачество, – опустил он взгляд на серый, как и форма, галстук.

– Я и не знал! – Удивлённо глянул я на свой галстук того же цвета. – На всём экономят!!! Копейки ведь стоят! Жмоты!!! – Сплюнул я в сторону.

Пока мы болтали, экзамен подошёл к концу. Управление химерой перехватил наставник группы, а экзаменатор, не отходя от кассы, стал ковать железо:

– Как я вижу, даже такие отбросы, как вы, можно научить чему-то дельному, чернь! – стал унижать и глумиться этот нехороший человек над мальчишками и девчонками от тринадцати до тридцати лет. – Всемилостивый государь, в моём лице, поздравляет вас с окончанием училища города Старомест! Не слышу? – Приложил он руку к уху.

– Служу Империи! Ура! Ура! Ура!!! – в унисон, заученно прокричали выпускники. Оболванивание во всей красе.

– Я внимательно наблюдал за вами, и хоть вы и справились с нормативами, получив свои заветные первые ранги, грязерождённые, вы всё равно остаётесь мусором по сравнению с нами, с дворянами! Вам ясно, недомаги?!

– Да, сударь! Ясно, сударь!

– Ну и отличненько, – мерзко ухмыльнулся этот представитель аристократии нашего мира.

Штатный балабол нашей группы ведьмаков, всюду сующий свой нос, стал выдавать мне сведения:

– Это новый императорский экзаменатор нашей школы. Только назначили к нам. Говорят, он убил кого-то за оскорбление, но без объявления дуэли, как того требует дворянский кодекс, причем более слабого соперника – из боярского рода Стародубовых, за что его и сослали в ссылку к нам, в глушь несусветную. Да ещё и без права возврата! Стародубовы влиятельны. Думаю, недолго он проживёт. И здесь достанут…

– А он сам? – спросил я. Интересно же! Таких наглых благородных я ещё не видел. Любого можно убить, а он тут оскорбляет будущих магов, хоть и слабеньких. Сопляков еще, по сути. Но ведь они вырастут! И отомстят. Мы, интернатовские – мстительны.

– Из рода Полозьевых. Мелкий боярский род, у которых лишь замок да несколько деревень во владении. Гнилой человек, – подвёл итог Сёрёга. Я согласился.

Жирный, пока мы его обсуждали, залез в ОКО – свой персональный наручный браслет-компьютер, что прикрывал татуировку на левом запястье, наносимую всем гражданам Российской империи в десять лет, в которой зашифрован лишь индивидуальный и уникальный код гражданина. Браслет считывает этот код, и владелец получает доступ в своё сетевое хранилище и почту. Браслеты заменяют гражданам паспорта. В них указываются все достижения, ранги и профессии. Стандартный, выдаваемый всем от щедрот Империи, включает в себя: блокнотик, возможность читать книги и почтовый ящик. Дополнительные функции – вроде навигатора и других – есть лишь у аппаратов, что стоят серьёзных денег.

Думаю, следует уточнить, что книги в электронном виде существуют лишь развлекательные. Проза, поэзия, фантастика. Серьёзные труды, включая и магию, оцифровывать запрещено. По указу императора нашего! Хотя никто не запрещает перепечатать сии труды в свой браслет. Главное не давать никому их перекачать. Читай себе помаленьку…

Браслет же Полозьева был государственной собственностью и давал возможность подключаться к чужим ОКО и править информацию, что он сейчас и делал. Давая выпускникам первые ранги, подтверждая профессии и назначая в войсковые подразделения нашей необъятной родины.

Конечно, магам и в ауру ставят метки о профессиях, но мир состоит и из обычных людей, без способностей видеть, так что ничего удивительного, что вся информация дублируется.

Спрыгнув со стены, мы потопали в нашу казарму, обсуждая увиденное и делясь впечатлениями. Ведь ещё год, и мы, так же как и эти ребята, отправимся по местам несения службы, отрабатывать долг перед Российской империей. Такие, как я, свободные граждане, отучившиеся по направлению Канцелярии, отдадут армии пятнадцать лет, что мелочь, так как знающий маг живёт не менее двухсот годков, если на голову не укоротят. Ну а истинный, то есть мастер, что достиг четвёртого ранга и получил ненаследное дворянство, живет от трёхсот и больше. Их ещё называют витязями. Свободные художники, так сказать.

Рабы или закупы будут служить чуть ли не вечно…

Лёжа на двухъярусной кровати и слушая храп воришки, по кличке Гвоздь, я работал с разумом, структурируя его и пролистывая свою жизнь, страничка за страничкой.

Эпизод первый. Я плачу, так как старшие дети рассказали нам, что наших мам и пап скушали монстры, напавшие на деревню, и мы единственные выжившие. А так как родственников, документов или татуировок у нас нет, то имена нам дадут воспитатели.

Эпизод второй. Вот мне пять лет, я стою перед классом в нашем интернате для сирот и рассказываю стихотворение об императоре, что сам сочинил.

Эпизод третий. Мне восемь лет, и лекция учителя истории о строе нашей благословенной Империи и о Солнцеликом императоре всея Российской империи – Михаиле Московском, боярине Московском, одном из сильнейших магов страны, чей род владеет Москвой и десятком других городов. Маге двенадцатого ранга. Выше просто нет! Вот что мы слышим:

– С древних времён в Империи существуют благородные и смерды. Благородные – это бояре и витязи, что владеют землёй, городами и сёлами на ней. Все благородные должны владеть магией. Название боярскому роду даёт крупнейший город, местность или деревня, взятая им на штык, как повелели нам наши предки. Пока всё ясно?

– Да-а-а… – хором ответили мы, прилежно сидя за партами со сложенными на них руками.

– Витязи же – это ненаследные дворяне, не имеющие за душой своей землицы. Вышедшие из смердов – свободных граждан нашей страны, но имеющие дар магии и достигшие на этом поприще четвертого ранга, что автоматически переводит их в благородных. Мастера! Из сотни магов низких рангов лишь один обладает упорством и целеустремлённостью, чтоб достичь заветного уровня. Таких сразу расхватывают бояре, подсовывая под них кхм… кхм… – Прокашлялся он. – Так, на чем я остановился? – Зашуршал он бумажками на столе и продолжил рассказывать: – Если говорить о цифрах, то в Империи на сто смердов приходится один одарённый. К благородным же это не относится, так как они блюдут чистоту крови и пару выбирают себе под стать. У одарённых родителей всегда рождается маг. Ну а из-за многолетней селекции их дети при рождении имеют вторые-третьи ранги. Приплюсуем сюда обучение с младенчества, и к совершеннолетию они все четвёрочки. Вот так, – потёр он ладошки, закончив читать лекцию. Перемена. Кушать пора. Йху-у!

Только вот, по словам Старика, они вырождаются. Благородные. Застывают в своём ранге. У них всё есть, им не к чему стремиться. И как он говорит: если взглянуть на статистику, то половина высокоранговых магов – витязи. Бывшие смерды! Есть и исключения, но их мало. Зачем развиваться, если можно нанять на вечную службу смерда с нужным рангом, без права выхода из рода? Он и воевать за тебя будет, и грудью прикроет. Одни плюсы.

– Не хочу никуда вступать… Добьюсь всего сам, – решил тогда я.

После сытного обеда лекция учителя продолжилась:

– Теперь же вспомним о смердах, дети. Знайте же, что они свободные граждане нашей страны, не имеющие дара магии или владеющие таковым, но до четвёрки. Крестьяне, ремесленники, купцы, не важно! Их удел – служить сильным! Прогибаться, не разгибая спины. Учтите это!

– Учтём! – выкрикнул с места один шалопай. Учитель показал ему кулак.

– И последняя категория – это рабы. Преступники, что приговорены к смерти или пожизненному заключению. Враги, что были взяты нашими войсками в плен. Должники, что не смогли отдать свой долг заёмщику и, по решению суда, переданы во владение им. Ну или закупы, что сами продали себя… Временно, конечно, пока не отработают. Возможностей стать рабом море! Учите законы, дети, это всегда полезно, – замолчал он, задумавшись.

– А дальше? – Подняла руку Света, наша отличница.

– Эх… Дальше, значит? – Обвёл он нас грустным взглядом. – Из рабов нет пути назад. По законам, только император может освободить из рабства, что случается очень редко. Очень! Верность их обусловливается ошейником, что следит за их помыслами и действиями. Имя хозяина прописывается в ошейнике. Не спрашивайте, как! Я не знаю. Если кто из вас станет магом – поведаете. Хорошо? – Вновь улыбнулся он.

– Да, – важно покивали мы. – Расскажем. Ага. Да. Всенепременно, – на все лады согласились мы.

– Ну и отлично, – хмыкнул он. – Что я ещё утаил, не рассказал? – Постучал он костяшками по столу, вспоминая. – О! – Поднял он палец вверх. – Император охотно скупает рабов, посылая их в армию или на другие опасные работы. Бояре не отстают от него. Особо ценятся невольники с даром или другой расы, будь то эльфы, бесы, гномы или другие нечистые, что попали на Землю более тысячи лет назад, вместе со своими материками или без и периодически ведут войну как с нами, так и друг с другом. На этом всё. Можете идти отдыхать, – отпустил он нас.

– Ура! – Вскочили мы со своих мест, побежав в свои комнаты.

Эпизод четвёртый. Мне десять лет. Сегодня решится моя судьба. Нас вывели из приюта и стайкой повели в Канцелярию императора нашего города. Когда я сидел перед закрытой дверью, мои худые коленки дрожали, как осиновый лист, кожа покрылась пупырышками. Пальцы рук выдавали чечетку, отбивая марш. Что это на меня нашло? Не дитё ведь?! Особенно мозгами. Тело подводит. Да, тело…

– Хан Болотный! Проходи, мальчик! – Открыл для меня дверь директор интерната.

Я встал и, не обращая внимания на улыбки незнакомцев и других детей на моё имя, выдуманное одной из воспитательниц и занесённое в дело, прошёл за дверь.

По центру помещения стоял каменный блин, сантиметров двадцати в высоту и радиусом три метра, что чуть светился белым светом, а перед ним, за столом, сидело три человека. Центральный из них, с усиками и синими пронзительными глазами, указал на него рукой и велел:

– Взойди на круг, встань в центре и стой. Молча! – прикрикнул он, глядя на меня.

Что делать? Как прилежный мальчик, которого я отыгрывал, выполнил всё в точности, неуклюже запрыгнув на каменюку, и стал ждать.

Прошло секунд тридцать, и камень сменил цвет с белого на зелёный, что, как все знали, обозначает наличие дара. Нулёвка, как принято называть таких, как я. Смерд, в котором проснулся дар творца и который нужно ещё обуздать и поставить себе на службу, что удаётся не всем. Далеко не всем! Последствия провала бывают разными.

– Отлично! – сказал сидящий справа бюрократ. – Одарённый, нулевой ранг, Хан Болотный, сирота, воспитанник интерната имени боярина Кутузова. Долг перед боярином – десять тысяч золотых. Рекомендую направить его в училище города Старомест, по основной специализации: ведьмак, так как их сейчас недобор. По окончании училища отправить на передовую. С учётом долга перед Кутузовыми срок службы увеличивается с десяти до пятнадцати лет.

– Что скажет социальная служба?

– Не возражаю, – не глядя на меня, процедил ее представитель.

– Подтверждаю, – сказал усатый. – Нанести татуировку! – приказал он, и камень ожил, испустив дымок, что впитался мне в запястье, создав узор из кривых линий чёрного цвета. После мне небрежно всучили браслет ОКО, мечту всех мальчишек и девчонок интерната, и выпнули в жизнь.

Эпизод пятый. Первые дни в училище были адом! Вместо таинственной магии нас будили в шесть утра, заставляя бегать, прыгать и тянуться. Обед, и снова это повторялось… И так изо дня в день, в течение трёх месяцев, пока мы не окрепли и не вошли в ритм. Тогда-то мы и познакомились с наставником, что приказал нам называть себя Старик.

Наша разношёрстная группа, состоящая как из десятилеток вроде меня, так и двадцатилетних рабов с закупами, слушала его через пень-колоду. Лишь я, Серёга Петров и Гвоздь (Михаил Мороз) мотали на ус.

– Знания и опыт! Вот ваша цель! Тот, кто будет тренироваться до кровавых мозолей, тот, кто будет напрягать извилины до инсульта, – лишь они имеют все шансы отслужить, не став калекой!!! – объяснял Старик и продолжал: – Вы все ведьмаки, что будут сражаться в ближнем бою и разить врагов алхимической гадостью, что сможете сварить своими хилыми силами. Чтобы выжить, вам нужно не только знать, как усиливать себя, прыгая на высоту пяти метров или имея взор, как у орла, но и учить медицину, артефакторику, химерологию и десяток других специальностей, что преподают в нашем заведении. Знания стоят денег! Здесь же вами уже всё оплачено. Возьмите всё! Всё, что можно, и тогда вам не придётся ходить на костылях, с выжженным источником, побираясь в городе. Разойдись!

У меня было много странностей, но, наверное, самая большая и тщательно скрываемая – это мои сны. Сколько я помню себя, меня постоянно донимали странные видения! Самолёты, пролетающие над головой со скоростью, что глаз не уследит. Мобили, разъезжающие по городу, как будто так и надо. Поезда! Длинные, как змеи, повозки, путешествующие по стальным тропам. Правитель Путин и много ещё чего… Сперва я старался не обращать на это внимания, но снов становилось всё больше, а словечки, подхваченные там, в грёзах, стали употребляться в разговорах. Я и сам этого не заметил! Ловил только странные взгляды окружающих. Хорошо хоть у виска пальцем не крутили. Многим они мне помогли, но и детство как таковое отобрали.

В книгах ответа не было. У меня были теории на этот счет, конечно! Реинкарнация. Может, я помню свою прошлую жизнь? Вот она и всплывает, капля за каплей?! Ответа я так и не нашёл… Но знаниями пользовался как своими. Не знаю, как бы я выжил без них в этом безумном мире. Мире, где есть магия, а жизнь человека – ничто!

Глава 2

– Долго ты там копаться будешь? – заныл Гвоздь перед дверью в туалет.

Хороший он мужик, хоть и вор, двадцати семи лет, что увёл у благородного золотые часы и попался, за что и загремел в наше училище, так как во время наказания в сто плетей у него открылся дар и раны стали заживать прямо на глазах. Пострадавший выгодно продал его в армию, выручив не меньше пяти тысяч золотых кругляшей. Повезло ему.

– Щас! – крикнул я, вытирая голову и закидывая махровое полотенце на плечо. Длинные волосы – это проблема. И зачем я их отращиваю?

В нашем бараке всего три душевых, совмещённых с туалетом, так что приходилось мыться быстро. Очень быстро! Не уединишься. В интернате было уютней, хоть и спросил род Кутузовых по окончании непомерную цену. Выплачивать её будут воспитанники долго. Пять лет службы дополнительно! Представляете? И это для одарённых, что попали в армию, но ведь есть и обычные смерды, без дара. Можно сказать – они попали в рабство к этому роду до конца своих дней. Жаль их, но себя ещё жальче…

– Чем сегодня займёшься? – спросил Серый, стоящий за Михаилом и протирающий слипшиеся от недосыпа глаза. Вылитый китаец, улыбнулся я.

– Тем же, что и вы. Занятия со Стариком до обеда.

Наш дед, как и мы, был ведьмаком – магом, что мог усиливать себя. Делать кожу прочней, прыгать выше, бежать быстрей и так далее. Ну а специфические эликсиры, что должны вариться собственной рукой, увеличивали эти способности ещё на порядок, хоть и на короткий срок.

– Это понятно, рукоблуд ты наш! Потом-то что? – Закатил он глаза, почесав пузо, по которому вечно лупит наставник, пытаясь отучить друга жрать в три горла.

И да, я не машу мечом, как Гвоздь с Серёгой. Ещё на том, далёком первом занятии наставник дал нам выбор. Или вы махаете железкой, учась усиливать свой удар, придавая лезвию дополнительные свойства: вроде кислотного ожога или очистительного света, но при потере меча становитесь уязвимы, так как за три года научить ещё и бою без оружия не выйдет. Времени мало. Или рукоблудите, как он тогда схохмил.

Я выбрал махать кулаками. Тело – ваше оружие! Изменённый армейский рукопашный бой для ведьмаков. Эффективно, но не эффектно. То, что доктор прописал.

– Суббота, увольнительная, лес, – задрав нос к потолку, продекламировал я, за что и словил щелбан в оное место. Детское тело, даже с воспоминаниями тридцатилетнего парня, берёт своё. Я не обиделся.

– Снова будешь пугать деревенских, шатаясь по лесу и собирая цветочки в своём костюме лешего?

– Да. Ингредиентов нам дают мало и самые дешёвые. Сам знаешь! А экспериментировать я люблю. Так что ещё раз да, да и да!

– И зачем ты взял дополнительно зельеварение? – Покачали они головами в унисон. – Девчачье дело, – скорчил рожу Миша-Гвоздь.

– А варить наши эликсиры не девчачье? – удивился я. – Знаешь, чего там можно сварить, имея ингредиенты, время и талант? Зелье истины, красоты, отвар берсерка, настойку мужа…

– Стой, стой! Что за настойка такая? – заинтересовались два брутальных мужика. Один двадцати с гаком лет, другой двенадцати.

– Девчачье дело, понимаешь ли… – поворчал я, как старый дед. Чуть покраснел и пояснил: – Чтобы стручок хорошо стоял.

– Аха-ха-ха-ха, умора! – Заржали они и потянули меня на завтрак. Ничего, вот стукнет им по пятьдесят, на коленях настоечку вымаливать будут. Лучше бобровой струи – по слухам!

Позанимавшись со Стариком в обычном ритме, как-никак гоняет нас уже больше двух лет, успел передать все нужные ведьмаку навыки, а дальше практика. Много практики! Что, конечно, не касается остальной нашей группы дятлов, коих он подтянул на необходимый уровень для сдачи выпускных, и всё! Заниматься до кровавых мозолей они не хотели. Старик наш рвал, метал, но добиться чего-то большего от тупого стада не смог. Они не понимали, что стать кем-то большим, защитить близких можно лишь через пот и кровь.

К нам он относился с теплотой. Показывал различные ухватки, секретики. Выложил помимо выданных училищем рецептов эликсиров свои, личные, наработки, что добыты им с большим трудом! За что честь ему и хвала. Мировой мужик!!!

Закончив занятие, я перехватил на кухне положенную мне пайку, переоделся в потрёпанные вещи, купленные на выручку от продажи деревенским зелий и травок, сложил в рюкзак свой походный набор и бодро потопал на проходную, где расписался за увольнительную, и был таков.

Старомест – городок тихий. Вотчина боярского рода Кутузовых, сквалыг ещё тех! Тридцать тысяч душ. Пройдя мимо воев, что, как и положено, несли службу на стене и у ворот, окружающих город, я направился к виднеющейся вдали опушке леса, что зовётся гнилым. За обилие болот, трясин и поганой нечисти.

Скрывшись недалече в лесу от любопытных глаз, я присел на приметный камень, что уже с годик служит мне отправной точкой в моих путешествиях по этим краям. Прекрасным и страшным одновременно. Развязав тесёмки рюкзака, я бережно вытащил туго свёрнутую накидку лешего, что надевается как плащ, маскируя меня под пенёк, покрытый мхом. Достал флягу с чистой водой и нож. Попрыгал – не звенит. Можно идти.

Накинув маскировку, без которой в лесу смерть, и выпив сразу с пяток нашенских эликсиров: кошачий глаз, медвежья сила, выносливость бурундука, чутьё крысы, ну и моё любимое – поцелуй мамбы, стал углубляться в чащу, вдыхая ароматы тухлых яиц, что пропитали здесь всё и вся.

Благодаря эликсиру мамбы, удалось на прошлой неделе не сдохнуть, наткнувшись на болотного чёрта, что чуть не утащил меня в трясину, но тут же подох, от удачного плевка в глаз. Слюна становится такой же ядовитой, как у змеи.

Разобрав его на ингредиенты, удалось поднять немало денежек, сдав всё в зельеварню города, что окупило все страхи помереть в зловонной жиже. В который раз…

Начал я свои прогулки ещё в интернате, за годы отточив навыки. Спасибо моим снам. Там я был заядлым грибником и экстремальщиком. Чутьё работало как надо.

Неспешно идя к странному озерку, что служило водопоем и нейтральной зоной для животных, как волшебных, так и обычных, я собирал травки, что в обилии росли здесь, но требовали правильного подхода. Сорвёшь листочек вместо соцветия – получишь порцию яда. Вырвешь с корнем, не обрезав побег, – выстрелит шип, пробивающий защиту до третьего ранга включительно.

Остановившись, я приметил светящийся грибок, что был срезан мною серебряным ножом и убран в котомку, с радостной улыбкой на устах. Этот поход уже принёс мне сто золотых! Невероятная удача! На такую сумму можно спокойно жить в гостинице с трёхразовым питанием на протяжении года! Забегаловка будет дешевая, ну и ладно. Да ещё и на сладкое останется. Редкая штука!

Почему же крестьяне или городские не зарабатывают собирательством в лесу? Всё очень просто. Опасно! Шанс на удачный выход пятьдесят на пятьдесят. Сколько раз моя жизнь была на волоске от смерти – и не сосчитать! Удача любит меня. Раньше, без магии, я, правда, и заходил недалеко. Мало кто хочет рисковать жизнью.