Явления Природы. Эпизод 1: Маллом

Дизайнер обложки Светлана Павловна Шейкина

Корректор Ольга Ивановна Карелина

© Егор Сергеевич Осипов, 2019

© Светлана Павловна Шейкина, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-4493-9200-8 (т. 1)

ISBN 978-5-4493-9201-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Искатель

Темный длинный коридор, всего пару метров шириной, три с копейками в высоту. Еле видны стены, потолок, пол, отделанные, как могло бы показаться, черным гладким отполированным камнем, наподобие мрамора. Непроглядная темнота слегка рассеивается редко проскальзывающим по плитке бледно-лиловым блеском. Плотным роем блики проносятся по стенам и потолку, будто отражая чье-то мимолетное присутствие. Ни спереди, ни сзади не видно конца и края прямого пустого туннеля.

Абсолютную тишину помещения нарушил чей-то топот. Искатель, парень с виду лет двадцати пяти в желто-рыжей мантии несся от чего-то прочь. Сердце и ноги его работали в полную мощь, на износ. Зловещий шепот и глухой визг в темноте, преследовали его, словно жаждали догнать вторженца с отнюдь не добрыми намерениями.

Что Искатель мог забыть в таком месте? Он пробрался сюда в надежде обрести источник безграничной энергии. Наполнившись этой мощью, он желал спасти свой ненавистный остров или, на худой конец, себя.

Искатель резко остановился, развернулся и с силой протаранил плечом кладку «мраморных» плит, прикрывая руками голову. Он прошел сквозь нее, оказался в еще одном коридоре. Не сбавляя шага, он уверенно прыгал сквозь черные стены из одного туннеля в другой. Через какое-то время все же остановился – здесь воздух был наполнен смрадом крови и тухлой кислятины. Гнилая вонь и пары трупного яда витали вокруг.

На лице Искателя появилась довольная улыбка. Оставив все свои вещи неподалеку, он уверенно подпрыгнул на месте – плита, жужжа под его ногами, с грохотом исчезла, и Искатель полетел вниз. Почуяв что-то новое, особое в воздухе, бедняга прервал свое непродолжительное падение взмахом рук, будто птица крыльями, – движение замедлилось, и он мягко приземлился на свои две, оказавшись на липком, скользком, испачканном темной слизью полу.

Волокна живой плоти, словно корни, разрастались по полу, уползали в одном направлении, растягиваясь на глазах. Искатель знал, чего ожидать от этого жуткого места, но почувствовать это, увидеть своими глазами – дело другое. Его дыхание сперло от удивления и восторга.

Искатель продолжил свой путь. Он направился в ту сторону, откуда, кажется, разрастались скользкие корни. Обнажив свой клинок, Искатель готовился встретить сопротивление. Несколько минут он осторожно крался по темному живому коридору, но никто не препятствовал его пути.

Искатель добрался до безмерно высокой и широкой комнаты. Здесь темнота сменилась сумраком. Его взору открылись три фигуры, покачивающиеся на месте. Формой эти существа не отличались друг от друга: вытянутые морды, мощные лапы, оголенная плоть с чуть вздувшимися жилами. На длинных тонких пальцах виднелись наросты в виде когтей. Безногие, они вырастали из одного места, сплетаясь мясистыми корнями.

Одно, розовато-бежевое, отчаянно рвалось вперед, пытаясь оттолкнуться когтистыми лапами от сокамерников. Другое, темно-серое, протягивало свои кровожадные, покрытые черными жилами лапы в другую сторону в попытке поймать кого-то невидимого перед собой и разорвать. Третье же, багряное, то ли сдалось, то ли издохло – лишь покачивалось из стороны в сторону, опустив лапы и морду в пол.

Перед этой безжизненной тушей показался из темноты человек. В светлой накидке, надетой поверх черной рубахи и штанов, он наблюдал за поникшим существом.

Искатель заметил его не сразу, догадался, кто это может быть, и захотел задать много вопросов, мучивших его задолго до этой встречи. Но тот резко пригрозил рукой. Незнакомец тяжело вздохнул, дотянулся до багровой туши и на прощание огладил края израненной выемки в груди поникшего туловища. Она уже никогда не зарастет…

Держа что-то в руках, незнакомец прошел мимо Искателя, окинул того жалостливым беспокойным взглядом из-под капюшона, и скоро скрылся в темноте.

Искатель был у своей цели: он подошел к темной фигуре, тянущей к нему свои жадные лапы. Юноша вновь обнажил свой клинок, нацелил острие лезвия в грудину твари и смело пронзил ее. Запрокинутая назад, вытянутая голова существа поднялась и разинула свою зубастую пасть. Оглушающий рев раненного монстра сотряс стены комнаты.

Лапы существа схватились за клинок, пронзивший его грудь, и потянули его на себя, жаждая схватить Искателя. Бедолага попытался нащупать остро заточенным клинком нечто во внутренностях твари. И вот оно, что-то твердое, с характерным звоном попало под лезвие.

Искатель с азартом и блеском в глазах принялся выковыривать нечто из плоти беззащитной твари. Зияющая пасть развернулась к Искателю и рывком вонзила свои черные вытянутые клыки в правое плечо мучителя. Крик Искателя пронесся по бесконечному коридору – лапы вцепились в его тело, когти впились в его бока сквозь одежду, пасть сжала плечо, ломая челюстями ключицу.

Бедняга сунул в изрубленный разрез свободную руку. Затуманенный разум все еще позволял ему продолжать поиски чего-то драгоценного. Лезвием и рукой он усердно продолжал копаться в чужих внутренностях, не боясь израниться сам.

Искателю удалось нащупать желаемое. Он вырвал из нутра твари темный камень додекаэдрической формы. Существо мгновенно ослабло и замерло, отпустив, казалось бы, обреченного бедолагу. Он рухнул пред еле живой тушей на колени, от радости выронил клинок на мягкий пол, позабыл о боли и травмах. Его глаза осмотрели камень, и пальцы крепко сжали находку.

От драгоценности повеяло силой. Тонкие невидимые струи энергии расползлись по рукам юноши. Испачканные в черной гнили раны Искателя начали стремительно затягиваться, оставляя жеваные шрамы. Не в силах удержаться на ногах, парень рухнул спиной на мягкий живой пол. Он глубоко вдохнул, зажмурился и засунул испачканный в гнили камень себе в рот. Зажав его руками, он еле заставил себя проглотить находку…

Глава 1: Пепел

Раннее темное утро. Темнота нехотя покидает лесную чащобу, прячась в тесных затопленных зарослях. Одна за другой капли дождя размером с лесной орех бомбят темно-серую каменную дорогу, окруженную лесом с обеих сторон.

Вода потоками стекает по тесно растущим деревьям в густо заросшем лесу. Ручьи омывают торчащие корни, нижние ветви кустарников, выполаскивают сочную траву, льются через край из переполненных канав у дороги. Вода устремляется прочь по склону к низменности на юг.

Низко летящие тучи, кажется, касаются верхушек самых старых деревьев – то ли леса такие высокие, то ли тучи такие низкие и тяжелые. Грохочущий шум дождя нарушили чьи-то шаги и оживленный спор:

– Две с лишним тысячи!!! Да откуда они столько возьмут? – мужчина яростно противился аргументам, неслышным моему уху. – Даже если это возможно, нужно где-то отыскать эти какие-то там схемы! Из любопытства я порылся в библиотеке и ничего об этом не нашел!!! Это глупый спор, забудь об этом. Я уж молчу о расположении самой колонны, которое никому не известно! У них для осуществления этой бредовой идеи ничего НЕТ! – утвердительно поставил в споре точку мужской голос.

– Я все ж уверена в обратном: все необходимые осколки можно насобирать в одной из заброшенных шахт, – возмутился женский голос в попытке убедить собеседника. – Схемы, слышала я у наемников из Союза, хранятся в одном из наших северных поселков, там же знают и о месте расположения колонны! Ею не раз пользовались в наше время! Это далеко не миф.

Непродолжительный спор приближающейся ко мне парочки оборвался неловким молчанием. Что-то твердое, вроде деревянной палки, коснулось моего плеча.

– Кажется, он еще живой, – послышался очень близко все тот же мужской голос.

Парень решительно вытянул меня из канавы и перевернул на спину, проверил, дышу ли я вообще.

– До города недалеко, давай отнесем его! – засуетился знакомый женский голос. – Еще один ученик!

– Угу, – поддержал ее парень.

Он вскинул меня на свою спину, девушка приподняла меня за ноги. Вместе они тут же решительно направились дальше по дороге, видимо, к ближайшему городу.

Холодная дождевая вода омывала мое лицо, огромные капли сильными ударами возвращали меня в чувство. Мой разум пробуждался, голова заработала. В груди жгло от избытка жидкости. Я напрягся, случайно соскользнул с чужого горба прямо на каменную мостовую и, приподнявшись на четвереньки, откашлялся – на удивление спасителям. Они приподняли меня на ноги, развернув лицом к резным высоченным деревянным городским вратам. Ребята оставили меня под козырьком у небольшого запертого прохода в каменной стене рядом с воротами. Парень направился к дежурному выходу где-то в другой части города. Девушка же осталась рядом, помогла откашляться и освободить дыхание, надавливая на мою грудь обеими ладонями.

Дверца приоткрылась, и угнетающие глаза сумерки отступили. Юноша вернулся и под присмотром городской стражи вволок меня в прихожую пропускного пункта.

Я осмотрел свое полуживое тело: одет в легкую рубаху, разорванную о ветки, в штаны из мешковины, протертые до дыр на коленях, обут в простенькие кожаные ботинки на босу ногу.

Пара чьих-то слов, запись в журнале – и дверь в город открылась. Парень снова вскинул меня на свое плечо и потащил дальше. Я же кое-как переступал с ноги на ногу, пытаясь идти самостоятельно. Меня протащили мимо нескольких каменных зданий по главной широкой улице.

Ливневая вода потоками стекала с размытых газонов на каменную дорогу и устремлялась прочь из города. Каменные здания казались стеклянными под слоем льющейся по ним жидкости.

Нам с девушкой вновь оставалось ожидать снаружи, устроившись на лавке у единственного двухэтажного здания. А парень тем временем зашел внутрь и пропал на некоторое время.

– Надеюсь, хоть кто-то из мастеров еще в городе, – пробубнила девушка, жалостливо осматривая меня.

Через пару минут парень выглянул наружу и окликнул свою спутницу. Пора идти? Девушка поставила меня на ноги, а парень подхватил под свободное плечо и повел наверх, на второй этаж, в самый конец длинного коридора, в единственную открытую дверь.

– Этот? Ученик? – возмущенно буркнул себе под нос человек в рыжей мантии, сидевший в углу кабинета за широким захламленным документами столом. – Давайте его сюда, – он освободил один из стульев от бумаг и вытолкнул из-за стола в нашу сторону.

Пара усадила меня на стуле перед столом, придерживая за плечи.

– Нашли неподалеку, мастер, выполз на дорогу, – уточнил юноша.

– Как тебя зовут, парень? – обратился ко мне усталым голосом мужчина за столом, пощелкал пальцами перед моим лицом и раздраженно вздохнул. – Их же бесполезно спрашивать…

И правда, кто я? Вдруг осознаю, что не знаю ответа на этот вопрос. Казалось бы, бледнеть от ужаса и растерянности дальше некуда, но все же меня затрясло. Пожал плечами и помотал головой в ответ.

– Вспомнишь – скажешь, – сквозь тяжелый вздох пробормотал так называемый «мастер». – На одного выжившего безмозглого дурака больше, – с презрением в голосе кашлянул он, осмотрел меня и махнул рукой. – Жить будет, утром его осмотрят. А пока пусть проспится. Эллин, принеси ему новую одежку, – мастер умыл ладонями усталое лицо. – Матиас, отведи его к ученикам на любую свободную кровать. Будем надеяться, что сон хоть часть памяти да восстановит.

– Хорошо, – пропала из виду девушка.

Парень подхватил меня под плечо и поволок наружу. Прошли пару каменных ухоженных темно-серых домов. Под бесконечно льющим дождем они казались покрытыми прозрачной глазурью.

Прошли мимо пустых палаток на небольшой площади, сквозь серую каменную арку во внутренней стене вышли к главной площади города. В ее центре рос вековой раскидистый дуб, прикрывающий своими ветвями большую часть площади. Слева красовалась широкая глубокая веранда необъятного и просторного здания под отвесным склоном. Она больше походила на какую-то сцену. Справа виднелись потертые, побитые каменные домишки. Две узкие улочки убегали вниз и терялись в гуще жилых построек. Мы миновали длинный многокомнатный барак за площадью, таких было несколько – и вошли в одну из дверей.

Небольшая квадратная комната примерно четыре на четыре метра. Две кровати у стен торцами к самому входу, две у задней стенки плотно друг к дружке, как влитые. Возле каждой кровати стояло по тумбочке, запирающейся на ключ. Парень оставил меня на дальней койке справа, под единственным окном.

– Я не знаю, где могут быть твои вещи. Если вдруг найдешь, скажи – разберемся. А пока оставайся здесь, – устало вздохнул он и вышел на улицу под дождь.

Пару минут спустя меня нашла девушка, принесла мне желтую мантию, коричневые штаны из мешковины и кожаные ботинки. Оставила все это рядом со мной на кровати, вышла, прикрыла дверь и исчезла вслед за парнем.

Я с трудом поднялся, переоделся в сухое и теплое. Смотав изорванную промокшую одежду в ком рядом с кроватью, улегся отдохнуть и не заметил, как вырубился.

Когда я проснулся, голова моя сильно гудела, уши заложены. Поднялся, осмотрелся: темная комнатушка с каменными стенами и дощатым деревянным полом, за балками под потолком видна черепица. Двое соседей в желтых мантиях спят каждый на своих кроватях у входа. Я обулся, вышел на улицу, сел на почти сухую лавку у дверей. Надеялся, хоть свежий воздух прогонит подступившую тошноту. Люди суетливо сновали по затопленным улицам туда-сюда по щиколотку в воде.

Откуда-то слева послышался треск. Я выглянул из-под крыши: многометровый склон казался мирным и непоколебимым. Ветви кустов у верхнего края скромно глядели вниз и роняли листья под натиском тяжелых капель. Через мгновение вновь послышался этот треск. Ком глины вперемешку с кусками скалы и щебня не выдержал натиска воды и оторвался от верхнего края утеса, единой полужидкий массой рухнул прямо на черепичную крышу нашего здания. Из комнаты, через одну от нашей, выскочили двое, одетых во что попало.

Я тут же поспешил проверить, не остался ли кто еще внутри. Заглянул в пострадавшее помещение: щебень и глина были повсюду, но больше всего досталось самой удаленной от входа деревянной кровати. Камнем ее раскроило надвое. Позади меня из ниоткуда возник знакомый мне парень с охапкой промокших батонов в руках. Судя по его реакции: бледный, челюсть трясется, зубы стучат – обитатель этого угла. Двое других пострадавших вернулись в комнату и принялись спасать от грязи уцелевшее добро.

– Все живы? – спросил я.

– Э… Дернул же меня Случай пойти за едой, – пробормотал знакомый паренек с батонами, еще больше бледнея. – Кому-то сильно достанется за хлипкие крыши.

– Живые?! – рявкнул еще один знакомый голос позади. Мы обернулись: то был мастер, к которому меня приволокли предыдущим поздним вечером. – Придется заказывать новые матрасы, – усмехнулся он, прижимая к себе промокшую коробку документов. – Сегодня будет первое занятие. Не сметь опаздывать! – развернулся он и побрел дальше.

– Где Оррин? – спросил парень с батонами у своих соседей.

– Сбежал от Тиса подальше, напросился помочь Хорку с испытанием, – пропыхтел один из них. – Не скоро вернется.

– Да? Я-то четыре взял… – парень развернулся лицом ко мне и, не раздумывая, протянул батон. – Держи, угощайся.

– Нет, спасибо, – я предельно вежливо отмахнулся от булки бесплатного хлеба. – Мне немного не по себе.

– Подташнивает? Скоро оправишься, как и все остальные, – заверил он меня, впихнул мне в руки батон силой. – Забирай! Не возвращать же мне его. Свежий, теплый, хрустящий! От голода в брюхе легче не станет.

Он оставил пару батонов в комнате для соседей, вышел на улицу и уселся на лавке.

– Меня звать Матиасом, – повернулся он ко мне и подвинулся, как бы приглашая присесть рядом.

Стоило представиться в ответ, но снова я не находил ответа на этот болезненный для меня вопрос.

– Я не помню своего имени… – задумчиво признался я, обреченно вздохнул и уселся рядом, стараясь хоть как-то напрячь свои извилины.

– Как же так? А откуда ты? Может, помнишь, где частенько бывал до приезда в Пепел? – начал он свой опрос.

– Не помню… – каждый раз мой ответ становился все менее внятным.

Я усердно прокручивал в голове пережитое за сегодня и вчера, пытался углубиться еще хоть на час до того момента, как меня подняли из канавы у обочины дороги. Но, нет – ровно ничего не помню.

Абсолютно незнакомый город, незнакомые люди, незнакомые запахи дыма и гнилой листвы. Наклонился посмотреться в лужу, но увидел перед собой незнакомое лицо, бледное от ужаса и холода. Мелкие незнакомые шрамы на моих, но незнакомых руках ни о чем не говорили. Лишь что-то пощипывало над лопаткой справа. Возможно, получил ссадину в лесу или за что-то зацепился. Сосед по лавке нарушил мои внутренние мучения.

– Не могу даже представить, как такое возможно – позабыть собственное имя. Надеюсь, все же вспомнишь хоть что-то в скором времени. Вчера Тис попросил меня приглядеть за тобой.

Беспокойные мысли разбудили во мне аппетит, и я взялся за подстывшую булку, жадно начал жевать.

– Мне кажется знакомым твое лицо. Ты, скорее всего, из местных. Сегодня, очень скоро, будет первое занятие у новой группы учеников. Не уходи никуда далеко, – он тщетно пытался меня утешить.

– Ученик? А чему здесь учат?

– Да на занятии все увидишь! Я – личный помощник мастера Тиса. Занятие начнется где-то через полчаса-час. На холме, у руин. Сложно заблудиться, хотя, я в свой первый раз по глупости забрел в южные леса.

Погода поутихла, затяжной ливень сменил легкий моросящий дождик. Скоро тучи вовсе рассеялись. Люди обратили свои взоры наверх, к чистому черному небу. Их лица светились счастьем, они с облегчением вздыхали.

– Отлично! Наши все-таки добрались до храма, справились! – обрадовался Матиас.

– С чем? – переспросил я.

– Храм Повелителей Облаков, – задумчиво посмотрел он на меня, ожидая хоть какой-то реакции на наверняка знакомое название, но, увы, мне оно ни о чем не говорило. – Система порой дает сбой, и кого-то затапливает чрезмерно обильными дождями. Подумать только, устройство для орошения полей и садов будто живет своей жизнью! – с восхищением улыбался он, глядя на черное небо сквозь тающие тучи. —Прогуляйся, осмотри город, вдруг что вспомнишь. Встретимся через часок у западных ворот, – махнул он рукой направо, подсказывая точное направление.

Я еще недолго посидел, дожевал булку. Прогуляться, осмотреть город показалось мне хорошей идеей. Кто-нибудь да обязан меня узнать. Я поднялся и направился к центральной площади. Побродил некоторое время вокруг дуба, нырнул через еще одну арку в крайний район, покрутился по торговой площади с палатками. Тесно, людно. Ругаются, толкаются, то и дело нарываются на грубость и неприятности. Странный городок. Мое внимание привлек спуск вдоль стены за администрацией. Там я впервые встретил людей в доспехах. Видать, охраняют что-то очень важное.

Вскоре я потерял интерес к этому району, вышел обратно к центральной площади и направился к жилой части города. Здесь – гробовая тишина. Никто ни с кем не общается. Жители будто игнорируют друг друга. Я вдоволь насмотрелся на местных обитателей, чистоту и порядок, ухоженность домов, газонов и вернулся к воротам, где вскоре должен был меня ожидать помощник мастера.

Через некоторое время появился и Матиас. С охапкой бумажных листов в руках он протаранил ворота плечом и вышел за периметр города, велел мне следовать за ним. Вместе мы, обогнув западную стену, пошли по вытоптанной тропе на луг, дальше на возвышенность за городом. Поляну, заросшую высокой травой и окруженную жидкими лесами, украшали белые камни и плиты – потертые развалившиеся куски какой-то конструкции, разбросанные в двух-пяти метрах друг от друга. Среди этих замшелых руин виднелась группа учеников в желтых мантиях. Где-то позади них мастер в рыжей накидке недовольно размахивал руками и отпускал довольно резкие замечания в адрес каждого из присутствовавших.

Глава 2: Алый плод

Матиас остановил меня. Среди руин послышались вопли и крики разгневанного мастера.

– Обычная реакция на глупые вопросы. Хотя, так долго он обычно не злится, – прокомментировал Матиас. – Учитель он отличный, но порой может позволить себе лишнего. В любом случае, он старается для вас.

– Слышать больше не хочу про эту проклятую колонну! – рассвирепел мастер. – Перекрою вам выход из города! Будете лишь по приказу выбегать, раз в месяц!!! Все будете сидеть в городе!

Мы выждали пару минут и в момент затишья мельком проскользнули в «толпу».

Колонна? Матиас с Эллин обсуждали что-то подобное первым моим дождливым вечером в Пепле.

Вскоре гнев человека в огненно-рыжей накидке поутих. С выдохом он успокоился окончательно и принялся перебирать какие-то листки бумаги, сортируя их в нужном порядке для лекции.

– Начнем… обучение со знакомства… с по-то-ка-ми, – не спеша начал мастер, то и дело отвлекаясь на листы бумаги, исписанные кривым почерком. Все расселись перед ним полукругом, и я так же поддался стадному инстинкту. – Итак, то, чему вы, собственно, и пришли учиться – управление природой, окружающей нас. Точки – неделимые единицы энергии, в бесчисленном количестве витают вокруг. Видов энергии бесчисленное множество, но мы научились управлять лишь самыми податливыми из них и распространенными. Такими, как огонь – его пламя и жар. Три остальных – вода, земля и ветер – нас вообще не интересуют.

– Поток энергии – это направленное течение точек, максимально приближенных друг к другу, – подхватил Матиас. – Девять из десяти человек с рождения обладают тремя полноценными потоками – это необходимо для их дальнейшего размножения и собственного саморазвития. Те, у кого их меньше, не смогут управлять первостихией.

– В самых редких случаях человек рождается с четырьмя, а то и пятью… Жизнь таких людей переполнена энергетическими заболеваниями, и они не могут контролировать свои силы, – вновь перехватил инициативу мастер. – Приемная комиссия в первую очередь оценивала ваши физические возможности. После этого уже смотрела и на ваш характер, ваше стремление и интерес к данной области.

Потом еще долго, час или два, мастер и его помощник Матиас рассказывали о структуре самого потока как единицы энергии, его природе, функциях: созидание, разрушение, изменение. Среди четырех первостихий – пламени, воды, ветра и земли – огонь по природе своей есть чистое разрушение, коим по-настоящему сложно управлять. Но легко его задушить или разжечь. Очень много теории, много писанины…

Изрядно утомив всех учеников и своего помощника, мастер сжалился и отпустил всех на двухчасовой перерыв. Матиас предложил прогуляться к реке – воздух там якобы освежает. Моей больной голове это было бы кстати. Мы направились к западным воротам Пепла, затем после небольшой прогулки по каменной дороге свернули на полузаросшую просеку. Преодолев несколько сот метров сквозь чащобку, вышли к берегу.

Нас встретила широкая неглубокая река с кристально чистой водой. За ней густые заросли и подымающаяся вверх высокая скалистая стена. Налюбовавшись пейзажем, я подошел к воде и осмотрел линию берега. Вода в самой реке медленно и безмятежно утекала на север к самому подножью высочайшего плато. Кустарник на той стороне беспокойно всколыхнулся – какое-то животное поспешило скрыться от нашего взора, сверкнув копытами. Под прозрачнейшей водой были видны водоросли и округлые камешки.

– Жизнь здесь кипит, – пробубнил я.

– Как тебе начало обучения? – поинтересовался Матиас, будто решил, что уже можно говорить, во время прогулки же он не издал ни слова, но его явно что-то беспокоило.

Нечего торчать на месте, здесь действительно легко дышится, прохладный сырой воздух освежает голову и мысли. Легкой походкой мы направились вдоль берега.

– Управление стихиями? Серьезно? Ты все это умеешь? – искренне удивился я. И действительно, все то, о чем шла речь на уроке, было для меня незнакомым, непонятным, причудливым.

– Да, заканчиваю обучение. Такие возможности, такие просторы в новых познаниях! За десяток жизней всему не научишься.

– Надеюсь, и у меня получится.

– Абсолютно! В этом уверен… – Матиас вдохнул и готовился продолжить мысль, но что-то его отвлекло и заставило остановиться. – Это еще что такое? – Он резко кинулся с берега к чаще, мне ж пришлось следовать за ним.

Получив парой веток по лицу и нацепив колючки на колено, я вылез на лужайку. Под ногами захрустели сухие ветки. Перед нами стояло высохшее бледное дерево, оплетенное каким-то красным жилистым вьюном, напоминающим обваренные мышечные волокна. У корней валялось несколько обсохших оплетенных скелетов мелких животных. C провисающих стеблей вьюна увесистым грузом свисали небольшие водянистые надутые плоды, словно наполненные жидкостью шарики. Ни одной травинки, ни одного прочего кустика в радиусе пяти метров – все высохло и обратилось в пыль.