Круче, чем в кино 1-2

К воротам рыбоводческого хозяйства "Главрыба" подъехала легковушка, а за ней, густо пыхтя гарью, шеренга грузовиков-цистерновозов.

– Открывай! – зычно рявкнул парень из автомобиля. – Свои!

– Привет, Кузьма! – поздоровался с молодым человеком усатый охранник.

– Где Он?!

– У водоема. Рыбу кормит.

Управляющий схватил из машины пухлую папку с документами и поспешил в указанном направлении.

На специально оборудованной площадке в нескольких метрах от пруда в кресле-качалке сидел бывший президент. Теплое майское солнце выглянуло из-за ватного облачка, одарив приветливыми лучами лысую макушку пожилого мужчины. Он улыбнулся. Сбылась его давнишняя мечта – оставить великие дела где-то за бортом бушующего океана людской жизни и сосредоточиться на личном – тихой старости и разведении рыбы, которую он так любил, как в живом, так в приготовленном виде.

Сзади послышались торопливые шаги.

– Кузьма, ты что ль пожаловал? – окликнул гостя старик.

Кузьма остановился в почтительном отдалении от бывшего президента.

– Я, Владимирович! Уже вернулся!

– Ты рано…

– Задания партии превыше всего! – бордо и шутливо отрапортовал управляющий, чуть подавшись вперед таким образом, чтобы попасть в поле зрения старика.

В это же мгновение невесть откуда взявшийся назойливый слепень сел управляющему на нос. Он отмахнулся от насекомого широкой ладонью.

– Люблю преданных мне людей, – довольно заметил Владимирович. – Да ты не дрейфь, подходи ближе. А то сейчас к вечеру еще и комары налетят!

Бывший президент заботливо крутанул на максимум тумблер, расположенного рядом с креслом прибора для отпугивания насекомых.

– Наслаждайся!

Кузьма с благодарностью кивнул.

– Слышал, браконьеры вчера нагрянули? – голос старика дрогнул. – Стараешься, стараешься, а они во как – на халяву поживиться хотят.

– Распользовали, как говорится, у первой стены! Ну… Обижаете. По законам военного времени.

– Эх, военное время. Петька то когда биться с зомби отправляется?

– Двадцать второго числа следующего месяца.

– А люди чего говорят? Народ что думает?

– Народ молится.

– Это правильно и праведно…

Внимание бывшего президента привлекло движение на глади воды. Стайки мальков, патрулировавших прибрежную зону, в панике брызнули в разные стороны, и на поверхности водоема показалась черная, покрытая слизью голова.

– Ну наконец-то пожаловал! Сколько часов жду! – крикнут бывший президент при виде любимого питомца.

Огромный сом, годящийся по возрасту Владимировичу в ровесники, уставившись на хозяина черными бусинками маленьких глазок, в вожделении раскрыл широченный рот.

– Кузьма! Быстро беги в беседку за мышами.

Получив в руки клетку, бывший президент ловко схватил японского мышонка и бросил его сому, но чуть промахнулся. Пискнув в полете, мышонок ударился о жабры и упал в воду. Сом нырнул вглубь и всплыл ровно под отчаянно сучащим лапками зверьком, затягивая его в водоворот своей пасти. Мгновение, и все было кончено.

– Видал, какой дрессированный? – радостно осведомился у собеседника бывший президент. – Вчера с три дюжины ему скормил. Вот почему сегодня капризничает.

Старик с довольным видом почесался.

– А у Катьки твоей как дела?… Ну и славно. Иди к ней. На сегодня свободен… Выпишу тебе, хм…

Кузьма напрягся.

– Пятнадцать польз!

– Спасибо вам большое! – воскликнул управляющий, засияв от счастья.

– Всех вам благ! – кричал он уже у беседки, мимо которой по дорожке убегал от патрона.

Пролог второй. Это твоя Родина, сынок (июль 2037 года)

Где-то на далекой периферии необъятной страны. Воскресенье.

На городской площади волнуется море из людей. Среди прочих отец с сыном, пришедшие посмотреть на казнь ведьмы. Мальчишка постоянно привстает на цыпочки. Заметив это, мужчина легко подхватывает его и сажает к себе на плечи.

– Папа, а переносные виселицы будут?

– Не "виселицы", а "виселица", – поправляет ребенка отец. – Сегодня казнят только одного человека. Зато еще будут столб и большущий костер! Вы с вожатыми в летнем лагере такой делали. Правильно?

Сын энергично кивает.

– Пап, – снова спрашивает он, – разве для того, чтобы ведьма сдохла, мало ее повесить?

– Конечно, мало! Тело умрет, а бес, который в ней, нет. Нужно, чтобы ничего не осталось. Это врагов народа достаточно просто повесить.

– А почему казнят только ведьм, колдунов и врагов народа?

– Потому что их невозможно перевоспитать. Для других преступников существуют исправительно-трудовые лагеря. Тсс, почемучка! Начинают!

На лобное место в середине площади выдвигается странная процессия. Первым важно ступает священник в рясе и монотонно бубнит молитвы. За ним катит длинный фургон с прицепом, на который установлена металлическая клеть, сваренная из толстой арматуры. Внутри клети, приняв собачью позу, сидит старуха, пяля на зрителей абсолютно безумные глаза. Когда фургон останавливается, открываются борта и на землю спрыгивают люди в черной одежде – помощники палача. Ловкими движениями они вытаскивают из кузова элементы виселицы, шест и прочий, необходимый для казни, инвентарь. Появляется сам палач, который выделяется на общем фоне яркой красной подвязанной тесьмой, косовороткой. Под его умелым руководством дело быстро спорится. Когда приготовления завершаются, помощники открывают двери клетки и тащат ведьму на эшафот. Та трясет седыми патлами длинных волос, брыкается и, скаля гнилые зубы, громко ругается на незнакомом мальчику языке.

– Это вместо нее нас бес проклинает, – поясняет сыну отец.

Кат на помосте четко выполняет возложенную на него нелегкую миссию.

Как детская игрушка, у которой закончилась батарейка, тело старухи несколько раз дергается. Следом замирает.

– Сжечь! Сжечь ее скорее! – доносится из толпы.

Труп ведьмы вынимают из петли и водружают на шест, после чего обкладывают со всех сторон толстым слоем хвороста. Вспыхивает пламя, обволакивая шест непроглядной завесой. И тут из обуглившегося рта нечисти вырывается жуткий, клокочущий рев, заставляя вздрогнуть не только парнишку. Люди истово крестятся.

Уже вечереет. Но программа воскресного дня в полном разгаре. Плотно поужинав, отец с сыном собираются на футбол. Супруга, аккуратно надев на своих мужчин клубные шарфы, приветливо машет им вслед рукой. Стадион всего в получасе ходьбы, и скоро они уже вливаются в шумную толпу преданных команде болельщиков, спешащих на матч. На входе, оторвавшись от всех неотложных дел, со связкой воздушных шаров стоит президент клуба и раздает их, пришедшим на футбольный спектакль, детишкам.

Неподалеку спонсоры устроили для болельщиков конкурс на знание всех игроков команды. Это так просто! Цвета клуба защищают матерые ветераны и талантливые воспитанники местных спортивных школ. Их имена у всего города на слуху!

Отец получает в награду дисконтную карту районного супермаркета, а сын сладкую вату на палочке и щедрую горсть шоколадных конфет.

Повсюду разносится запах кофе и душистых пирожков с яблоками и капустой, продаваемых у трибуны в палатке.

Матч удается на славу! Огромное количество опасных моментов, град голов в те и другие ворота. Во второй его половине с поля на трибуну прямо в руки героям нашего рассказа летит мяч. Мальчишка цепко хватает заветный сувенир! Ему так хочется подержать в своих руках мяч, но время не терпит! Счет 2-3, последние минуты драматичной игры! Их команда штурмует ворота соперника и он, не медля, отправляет спортивный снаряд точно в руки футболисту хозяев поля. Тот вбрасывает его в линию атаки… Удар… И… Гооол!!!

Возвращаясь со стадиона, малыш взахлеб пересказывает события прошедшего дня.

Пища от восторга он восклицает:

– Папа, как здорово!

Отец треплет парнишку за лохматые кудри.

– Это твоя Родина, сынок!

Глава первая. Бункер

…За три года до описанных выше событий…

Тусклая подвесная лампа едва освещала стол, заваленный различными деталями. Темнокожий мужчина склонился над ними, выбрал одну, повертел в руках и потянулся за паяльником.

– Исаак, опять ты воздух портишь? – донесся из темноты коридора через раскрытую настежь дверь комнаты смешливый баритон. – Пошли лучше жрать, да в карты играть!

– Нет, спасибо, не сейчас. Хочу поскорее закончить сборку антенны.

– Что толку? Здесь в бункере все одно приема сигнала нет, да и самому сигналу, наверное, взяться неоткуда.

– Наверху зато есть, – отмахнулся Исаак.

– Глупость!

Вместо ответа Ньютон демонстративно повернулся спиной к собеседнику, и владелец баритона удалился восвояси.

Исаак Ньютон внешне являлся самым что ни на есть заурядным человеком. Среднего роста и телосложения. С типичными для афроамериканца чертами лица, но был награжден природой большими выразительными добрыми глазами, какие среди военных редко встретишь. Впрочем, пошел на армейскую службу Исаак исключительно по нужде.

Отец Исаака благодаря выдающемуся уму высоко поднялся по служебной лестнице, работая в крупной исследовательской компании. Уже в зрелом возрасте он встретил женщину с тремя взрослыми детьми. Через год после свадьбы на свет появился мальчик. Мечтавший о сыне отец дал ему имя «Исаак», сделав полным теской гениального ученого. Супруга не спорила. В отличии от своих чернокожих сверстников, интересовавшихся традиционно только сексом, спортом и наркотиками, любимым увлечением Исаака в детские годы было чтение. Как следствие, школу молодой Ньютон закончил с блестящими результатами по всем предметам. И почти тот час в семью пришла беда. С интервалом в несколько месяцев от рака умерли родители Исаака. Старшие сводные братья и сестра растащили имущество, продали дом. Уже собравшийся поступать в колледж Исаак очутился без средств к существованию на улице.

Достаточно быстро заработать деньги на дальнейшее обучение могла предоставить только военная служба по контракту. В душе отрицавший любое насилие Ньютон согласился на этот компромисс ради своего будущего. Его направили в расположение артиллерийской части, дислоцирующейся километрах в пятидесяти от Нью-Йорка. Никакого серьезного стратегического значения часть не имела. Командир, которого звали Билл Смит, очень любил флору. Перед административным зданием, на первом этаже которого находился кабинет начальника, Билл приказал разбить огромный цветник. Исаак много знал про растения. Когда он попросился в специально собранную из солдат бригаду по уходу за цветами, командир вызвал его, выслушал, довольно хмыкнул и дал добро. Следующие два года службы пролетели для Ньютона как в раю. Благосклонное отношение армейского босса, яркие, нежные георгины и розы вместо серых, грязных пушек и снарядов. Казалось еще немного, как срок контракта тихо, счастливо и размеренно протечет к своему завершению. Но тут судьба подложила Исааку очередную мину, благодаря которой, справедливости ради следует отметить, он остался жив. Билл Смит получил повышение по службе, а на его место прибыл Боб Смит – классический вояка с вечно злобным взглядом на бульдожьем лице. Первым его распоряжением было закатать все зеленые насаждения, имеющиеся на территории части в асфальт. То ли желая перед кем-то выслужиться, то ли просто являясь придурком, как большинство военных, от природы, Боб Смит развил кипучую деятельность. Часть солдат без конца перекрашивала заборы, другая сдувала пылинки с плаца, третья, в состав которой был определен Исаак, работала в находящемся по соседству с воинской частью бункере, построенном еще в шестидесятые годы двадцатого века на случай ядерной войны и использующемся теперь в качестве склада. Тогда Ньютон всей душой возненавидел командующего за уничтоженный цветник, но давно простил армейского босса, которого в день всепланетного апокалипсиса сожрали зомби.

Исаак взглянул на часы. Было без четверти семь вечера. Пора на ужин, решил он. Отключил от сети паяльник, убрал со стола обрезки проводов, стружку и прочий мусор. Огляделся, снял и бережно повесил на стул фартук, направился к выходу и выключил в помещении свет.

В столовой было шумно. Часть собункерников, а именно так друг-друга в шутку называли военные, после ужина играла в карты. На кону, как обычно, были сигареты, которых осталось крайне мало. Ньютон взял поднос, наполнил одну тарелку протеиновым супом, положил в другую пшеничную кашу, после чего наполнил стакан простой водой, так как напитки и сухофрукты закончились еще в прошлом году. Монотонно пережевывая невкусную еду, Исаак смотрел сквозь людей и утварь на обшарпанную стену в глубине залы, когда послышалась команда:

– Встать! Смирно!

В столовой появился сержант Гомес, главный в бункере после того, как старший по званию майор повесился от тоски и безысходности в туалете. Гомес оглядел подчиненных.

– Вольно! Исаак!

Ньютон оглянулся.

– Что у тебя нового?

– Почти все сделал.

– Через час жду у себя с отчетом.

Поначалу в бункере смеялись над идеей Исаака создать из подручных материалов радиостанцию, способную работать на длинных волнах. Это мысль пришла Ньютону после того, как бункер перестал принимать любые информационные сигналы с поверхности земли. Не функционировали ни интернет, ни телевидение с телефоном, ни специальная связь с другими подземными убежищами, а две команды, отправленные наверх на разведку, бесследно исчезли.

– Докладывай! – без лишнего вступления гаркнул лейтенант, когда Ньютон появился на пороге штаба.

– Антенна завтра будет готова. Приемник несколько раз проверял. Можно пробовать.

– Ну, ты ведь понимаешь, что отправившись наверх, ты подвергнешь риску всех нас?

– Господин сержант, – Исаак упрямо насупился, – мы ведь сто раз это уже обсуждали. Кроме автомата дадите мне пистолет. Так проще застрелиться, если укусят. Не сомневайтесь, не подведу. К тому же в ангаре над бункером должны остаться ящики с сухими пайками. Еды тут осталось всего ничего. Скоро одной водой из скважины будем питаться.

– А вдруг все зомби давно передохни и мы зря тут сидим?! – с надеждой с голосе добавил он.

– Да понимаю я все, – вздохнул Гомес. – Но я командир. На мне ответственность.

– Назначьте дату.

– Операция стартует в понедельник, в… – покопавшись в отделениях письменного стола, Гомес достал справочник, наморщившись, прикинул что-то в уме, – в 7.00 утра, в сумерках. Одну нашу группу мы на поверхность отправляли днем, другую ночью. Глядишь, тебе повезет больше. Свободен!

Ночью Исааку не спалось. Понимая, что скоро все изменится, он вспоминал ключевые события долгих девяти лет, проведенных в бункере.

Мир давно стоял на грани бактериологической войны. Коалиции и отдельные государства по примеру Израиля вели активное строительство Стен по границам. Из выпусков новостей Ньютон знал, что больше других в этом преуспела Россия. Но казалось, что, как и с ядерной войной, бактериологическая – не более, чем страшилка политиков. А потом молниеносно привычный для него мир рухнул. Эксперты предположили, что "бомбу" взорвал террорист одиночка. Кто это был, из какой лаборатории он украл штампы вируса, осталось неизвестно. Вирус был очень сильным. Попадая внутрь человека, он прятался, ожидая, когда придет время. Так вирус распространялся по миру около месяца и потом в один день с интервалом в считанные минуты миллионы людей на Земле превратились в зомби. Вернее сказать, инфицированных окрестили словом "зомби". Зараженные, почти полностью утратив интеллект, бросались на окружающих, кусались, буквально разрывая зубами чужую плоть и пополняя тем самым свою армию. Что случилось в других частях света, Исаак не знал, но США исчезли прямо перед его взором. Таская коробки у входа в бункер, он услышал сначала протяжный вой сигнала тревоги. За ним последовали одиночные выстрелы со стороны воинской части, потом автоматные очереди вперемешку с истошными воплями людей. Следуя инструкции, майор Гринсби приказал подчиненным, находящимся снаружи, сесть в лифт и прибыть под землю в пункт сбора. С этого момента Исаак больше никогда не видел солнца.

Укрытый под двадцатью метрами железобетона и тридцатью грунта, бункер представлял из себя разделенный на секции квадрат. Кроме помещений, доверху набитых военными и съестными припасами в нем имелись все условия для проживания ста человек. Генератор производил электричество. Хвала какому-то начальнику прошлых лет, распорядившемуся перевести его работу с дизеля на солнечную энергию. Насос качал из подземных источников воду. Рядом располагались санитарный узел, кухня, столовая, казарма с двухъярусными кроватями для сна и отдыха, два административных кабинета, оборудованных узлом связи и сразу полюбившаяся Ньютону мастерская.

Первым делом майор Гринсби пересчитал подчиненных. Их оказало кроме него самого сорок два. Помимо бессмысленных в сложившейся ситуации снарядов, различных деталей для пушек, у военных было семь автоматических винтовок, восемь пистолетов и несколько десятков ручных гранат. В первые три дня люди почти не спали, жадно ловя из радиоприемника и модуля спецсвязи информацию. Самым жутким для Исаака было слышать, как ворвавшись в студию

зомби жрали ведущего передачи во время прямой трансляции. На четвертые сутки в эфире наступило, наполнившее сердца ужасом, молчание, которое означало, что в радиусе сотен километров от бункера людей больше не осталось, или они так же прячутся, как крысы в искусственных норах под землей. Гринсби велел наладить быт в бункере. Кто-то стал поваром, кто-то уборщиком территории, а Исаак Ньютон, как самый толковый из отряда, отправился в мастерскую. Через месяц, предположив, что возможно вирус уже не активен, наверх был собран отряд в составе пяти человек. Назад никто из смельчаков не вернулся. Посчитав себя главным виновником трагедии, после затяжной депрессии повесился майор Гринсби. Следом покончили жизнь самоубийством рядовые Фукс и Мэлоди. В бункере осталось тридцать пять человек.

Старшему по званию сержанту Гомесу Ньютон предложил идею создания радиоприемника, способного ловить сигнал радиостанций, находящихся за тысячи километров. Тот был не против. Но кроме основного занятия Исааку постоянно приходилось что-то где-то чинить. Плюс ко всему, об объекте самого проекта он имел весьма смутные представления. Не хватало материалов, деталей. Чтобы ничего не испортить, Ньютон неделями обдумывал, как и куда прикрепить единственный имеющийся у них проводок или резистор, ибо замены ему на складе просто не было.

Через год по разным причинам скончалось еще два человека. Истощился запас консервов. Через три в бункере числилось тридцать душ. Была организована вторая попытка прорыва наружу. Следующая группа опять из пяти бойцов пропала вместе с гулом поднимающегося лифта. Осталось двадцать пять человек. Столько же их было и сейчас, после девяти неполных лет, проведенных в бункере.

Следует отметить, что однажды у Исаака появилась возможность избежать необходимости служить в армии. После школы он иногда покуривал, хотя курильщиком его назвать было сложно. Как-то вскрыв пачку "Мальборо", Ньютон нашел в ней глянцевую бумажку с призывом участвовать в конкурсе, организованном табачным гигантом. В рамках конкурса необходимо было придумать сценарий рекламного видеоролика для стран третьего мира, где была разрешена реклама сигарет. Ньютон слово в слово помнил, отосланный им тогда текст:

Самолет летит из Африки в США. На борту кроме прочих пассажиров парень с девушкой. Не смотря на комфорт и отличную еду, юноша не может найти себе места. После приземления он первым, расталкивая попутчиков, бежит на паспортный контроль. Следующая сцена в зале аэропорта. Девушка караулит поклажу, а парень сует в щель табачного автомата деньги, после чего с вожделением достает из отсека выдачи пачку "Мальборо". Уже стоя в курилке за прозрачным стеклом герой ролика смачно затягивается, дует на стекло и на появившемся замутнении пишет девушке – "Мальборо! Настоящая Америка!". Последняя сцена в такси. Пара, прижавшись друг к другу, с восторгом рассматривает достопримечательности огромного мегаполиса. За кадром торжественный, немного картавый голос еще не старого, но умудренного жизнью еврея: – "Да, Мальборо – настоящая Америка!"

Исаак вздохнул и закутался посильнее в одеяло. В конкурсе он занял второе место. Победитель получил двадцать тысяч баксов, а он два блока сигарет.

Глава вторая. Говорит Москва

– Аккуратнее! – прикрикнул Исаак на солдат, несущих к лифту аппаратуру радиоприемника.

– Антенна точно в кабину влезет? – с некоторым беспокойством уточнил Гомес, глядя на длинную металлическую жердь. – Здоровая!

– Не сомневайтесь!

Голос Ньютона чуть подрагивал, выдавая сильнейшее внутреннее напряжение.

– Еще раз уточним твои действия, – не унимался командир. – Сначала, после выгрузки приемника, ты заносишь в лифт из ангара максимальное количество съестных припасов. Опускаешь их к нам. Дальше настраиваешь радиоприемник. В это время мы поднимаем лифт обратно. Старайся делать все быстро!

– Так точно господин сержант!

Ньютон оглядел собравшихся у лифта собункерников.

– Я вернусь!

– Действуй!

Исаак зашел в лифт. Все без исключения военные вскнинули руки, производя воинское приветствие. Ньютон закрыл створки двери, закинул в пазы тяжелый навесной затвор и нажал красную кнопку. Тихо зашелестели подшипники, скрипнула лебедка. Лифт медленно пополз вверх.

Когда лифт остановился, Исаак прислушался. Двери были сделаны из толстой многослойной стали, способные по мнению разработчиков выдержать последствия ударной волны. Снаружи не доносились никакие подозрительные звуки. К сожалению, это не означало, что там Ньютона не поджидала стая голодных каннибалов. Мужчина снял винтовку с предохранителя, перекрестился, отпер замок и открыл двери.

Светало. В ангаре не было ни души. Лишь ветер, рвущийся внутрь через разбитые окна, собирал в крохотные смерчи песок, гоняя его по полу. Взяв М-16 в боевую готовность, Ньютон подкрался к выходу из помещения и выглянул наружу. В десятке метров от себя он заметил присыпанный землей округлый белый предмет, а рядом каску. Вот все, что осталось от добровольца первой или второй группы, грустно подумал Исаак. Впрочем, медлить было нельзя. Ньютон осмотрел собранные у стен ящики с едой, выбрал нужные и начал переносить их к лифту. Затем вытащил радиоприемник, затолкал в кабину ящики и отправил лифт вниз. На сборку и отладку радиоприемника ушло минут десять. Запустив систему Ньютон осторожно принялся вертеть колесико, перепрыгивая с одной частоты на другую. Пусто. Уже почти отчаявшись, Исаак чуть не подпрыгнул, когда в тишине эфира послышался звук. Как будто из другого мира глухой и далекий мужской голос произнес два слова на незнакомом языке: "ГОВОРИТ МОСКВА".

Сигнал прервался, а одновременно с ним из ворот ангара высунулась лохматая голова. Ньютон вскину винтовку и выстрелил. Голова исчезла. Исаак бросился к лифту, после чего обернулся. Стая нелюдей бежала в его направлении с дикими воплями. Дав длинную очередь по нападавшим, Ньютон захлопнул створки дверей, после чего утер кулаком холодный пот, выступивший на лбу.

– Раздевайся! – приказал Гомес, когда Исаак вышел из лифта.

На него направили сразу несколько стволов. Стояла напряженная тишина. Ньютон снял с себя всю одежду. Укусов на теле, конечно же, не было.

– Повернись! Разведи руки… Ноги.

– Уфф…

Сержант позволил себе расслабиться.

– Ну, рассказывай!

Исаак поведал, что с ним случилось.

– Кто мне может ответить, что означает "ГОВОРИТ МОСКВА"? – поинтересовался у столпившихся военных сержант.

Из дальнего ряда к нему пробрался этнический поляк Павел Ступницкий.

– Кажется, это по-русски, – предположил он.

– Первое слово я расшифровать не могу, но второе почти сто процентов указывает на столицу России.

Присутствующие переглянулись. Поднялся ропот.

– Значит, Россия выжила после апокалипсиса? Но как такое возможно? Неужели…

– Главное другое, – подытожил Гомес. – Что нам теперь с этим делать?

На следующий день по просьбе Ньютона Гомес собрал совещание.

– Вот, что я придумал, – начал Исаак. – Когда я перетаскивал в лифт еду, то заметил чуть поодаль еще несколько десятков ящиков с продуктами, о которых мы, наверное, забыли. Это год, да какой там, годы жизни в бункере. У нас на складе имеется химзащита и противогазы. Я облачусь в них, наверху обмажу себя кровью и соками из внутренностей тварей, пару я железно подстрелил, отправлю вам вниз припасы. После пройду около двадцати километров пешком до морского побережья, найду моторный катер, пересеку на нем Атлантику и вернусь к вам с помощью.