Цена верности

Лучи клонящейся к горизонту звезды окрасили облака над океаном в красные цвета. Лёгкие волны неторопливо накатывали на заснеженный берег, который словно хищник ощетинился грубо сколоченными из досок причалами и, омывая небольшой участок суши, обнажали крупную гальку. Возле деревянных настилов, на воде покачивались привязанные к столбикам лодки.

Над ними кружились синие чайки, привлеченные запахом легкодоступной пищи, а самые смелые из стаи, иногда пикировали вниз и, ухватив клювом, лежащую на сетях рыбу, уносились прочь. Никто не мешал им таскать доставшийся тяжелым трудом улов, и стоило лишь немного задрать голову вверх, чтобы понять почему. От горящего на холме поселка в небо поднимались плотные столбы дыма, уносящие с собой хлопья серого пепла.

По мере приближения от пристани к поселку, запах гари становился невыносимым и дополнялся ароматами пролитой крови и горящей шерсти, а возле остовов догорающих домов, изломанными куклами лежали тела местных жителей. Всех до единого. Они пали от клинка обезумевшего рыцаря, да и его самого уже нельзя было называть живым.

Рыцарь стоял на краю поселения, уткнувшись коленями в снег, и смотрел на горящие дома отрешенным взглядом. Белая одежда превратилась в пропитанные кровью лохмотья, а душа истлела от горя. Он не испытывал сожаления, но чувствовал, как внутри догорают остатки ненависти, оставляя после себя пустоту. Пустоту, заменившую боль и породившую чудовище.

Глава первая. Долг хранителя

Над домами небольшого северного поселка плыли плотные облака. Они накрывали деревянные жилища ползущей по белой земле тенью и нехотя пропускали свет звезды Ак’Шири.

Когда лучам все же удавалось пробиться через завесу туч, снежные сугробы начинали искрить яркими переливами, и в такие моменты местные жители начинали щурить глаза, оберегая их от ослепительной белизны, или спускали на нос меховые шапки. Тяжелые головные уборы были вынужденной необходимостью и хорошо защищали от холодов, особенно вместе с тулупами и валенками.

Северный посёлок, как и весь этот мир, населяли льветы. По своему телосложению они имели большое сходство с людьми, если не считать длинного хвоста, короткой шерсти и вытянутого лица, присущего крупным представителям семейства кошачьих. Необычные существа, хотя для них, встреченные на просторах космоса земляне, тоже выглядели странно.

Место под строительство северного поселения льветы выбрали далеко не случайно, и здесь располагалась удобная бухта для пристани. Рядом с берегом проходило холодное течение, приносящее огромные косяки красной рыбы, а ее охотно покупали по всему миру и хорошо платили за деликатес.

Поэтому, почти все взрослое население посёлка было связано с рыболовством. Большинство из них постоянно ходили на промысел в море, а остальные работали на заводе по производству консервов. Выловленной добычи сполна хватало не только на обеспечение семьи едой, но и на отправку крупных партий нежного мяса в города на юге, что приносило неплохой доход. Его половину почти всегда пускали на расширение поселения или на ремонт обветшалых домов. Несмотря на суровый климат, местные очень ценили свою родину и надеялись, что их поселение когда-нибудь дорастет до статуса маленького города.

Хеалс Севен прибыл сюда уже пару дней назад и никак не мог привыкнуть к сильному морозу. Ему даже пришлось купить у местного лавочника серую меховую шапку. Она не сильно изменила общее состояние южанина но, по крайней мере, могла защитить торчащие на макушке уши от холода. Львет сожалел о вынужденной необходимости оставить привычный белый плащ, который сразу мог выдать в нем хранителя закона из-за его терморегуляции. Замечательная функция позволяла носителю не перегреваться в жару и спасаться от холода даже в сильный мороз. Нужно было лишь иногда подзаряжать ткань энергией и наслаждаться комфортом.

Но ради исполнения цели, Хеалс сам решил на время отказаться от ношения положенной по статусу рыцаря одежды. Он надеялся, что в Ордене не смогут прознать от этом поступке, иначе по возвращению с задания, львету могли запросто назначить серьёзное наказание и лишить месячного жалования.

Сейчас Хеалс одевался не броско, и в серой одежде походил на простого путешественника, притащившегося на север по никому не интересным делам. Он сидел в двухэтажной гостинице, единственной в поселке и старательно кутался в шерстяной плед. Рыцарь всматривался в покрытое изморозью окно, наблюдая за главной улицей и редкими прохожими. Утро еще только наступало, а уже все печные трубы выпускали в небо клубы плотного дыма. Хозяйки готовили стряпню возле огня, а запах свежего хлеба из местной пекарни плыл по улице и, проникая через щель в рассохшейся раме, попадал в комнату гостиницы, заставляя Хеалса давиться слюной.

Из-за мороза стекло постоянно покрывалось корочкой льда и рыцарю часто приходилось отогревать его дыханием, чтобы сохранить возможность видеть хотя бы что-то. Правда, снаружи сейчас ничего и не происходило. Котята еще спали перед занятиями в Квадривиуме, а их отцы уже ушли на промысел в море, оставив льветесс заниматься хозяйством.

Севен поежился от пробирающего через одежду холода и с тоской посмотрел на нетопленную каменную печь. Возле нее лежала растопка в виде оторванной коры и охапка сухих дров. Ничего не мешало ему разжечь огонь и согреть комнату, вот только хранитель не умел этого делать и ворчал на собственную глупость.

Когда его заселяли, Хеалс прослушал инструкции хозяйки, и в итоге, проболтавшись по улицам поселения до темноты, львет вернулся в остывшую комнату и обнаружил, что ее никто не собирается отапливать. Возле печи он нашел охапку уложенных дров и попытался сразу же растопить каменку, вот только дым ни в какую не желал выходить наружу. Он скапливался в помещении, вылезая из всех щелей печки, и быстро заполнил помещение, грозясь задушить кота. Хеалсу пришлось заливать огонь водой и проветривать комнату несколько часов. Самое обидное, никто даже хвостом не пошевелил, чтобы прийти к рыцарю на помощь.

По приезду Хеалс старался вежливо обходиться с местными жителями, но по незнанию северных обычаев, умудрился обидеть хозяйку гостиницы, когда та поинтересовалась причиной приезда хранителя. Он в шутку упрекнул женщину за любопытство и неожиданно заработал врага. Северянка холодным тоном пообещала, что больше не станет совать хвост в дела важного гостя, и после этого почти с ним не общалась. Севен попытался извиниться, но льветесса упрямо придерживалась своей позиции и предложила съехать, если его что-то не устраивает. Переселиться оказалось не куда, и из-за этого Севен уже две ночи спал под тремя одеялами, а утром делал силовую зарядку, разгоняя кровь по продрогшему организму.

Пока что он не заболел, но подобный инцидент неумолимо приближался. Поэтому Хеалсу оставалось надеяться, что удастся разобраться с делами как можно скорее.

Окно, перед которым сидел львет, снова замерзло, но Севен не стал на него дышать и скоблить иней пальцами. Рука с подточенными когтями потянулась к столу и подняла несколько исписанных разным почерком бумаг. Вертикальные зрачки Хеалса расширились и тут же снова превратились в две узенькие щели. Он невесело ухмыльнулся, обнажая острые клыки, и погладил подбородок, в очередной раз пробегаясь по знакомым символам.

Документы в основном содержали сведения о бесследно пропавших жителях и патруле хранителей, отправленном в посёлок для расследования. С ними попросту пропала связь, а поисковая команда, облазившая всю округу, не смогла обнаружить никаких следов. Официально объявили о падении транспортника в море, но этот факт смотрелся слишком нелепо. Льветы уже давно научились сканировать подводное дно, а никаких обломков найти не удалось.

Кроме странной пропажи, в орден поступило несколько доносов на подозрительный груз с товарного транспортника, развозившего красную рыбу по городам. В них говорилось о наличии в ящиках оружия и непонятных склянок с разноцветными жидкостями. Только через несколько дней после получения подобной информации, отправитель совершал необъяснимое самоубийство и вскоре подобные сообщения перестали появляться в Ордене. Но, несмотря на подсказки, рыцарям пока не удавалось захватить груз или отыскать производство. Отсюда следовало, что стоявшая за преступлениями организация обладает большими возможностями.

Единственной зацепкой, за которую можно ухватиться, оставался торговый корабль. Хранители были уверены, что груз перевозят именно на нем, только две тщательно подготовленные облавы на транспортник не дали результатов. На борту находили только консервы или замороженные брикеты с рыбой.

Несмотря на неудачи, и отсутствие доказательств Орден не мог просто закрыть глаза на подобную ситуацию и периодически отправлял рыцарей в посёлок, в надежде что рано или поздно кто-то из них преуспеет в расследовании. За раскрытие дела даже назначили награду в виде внеочередного звания и этот факт не смог не заинтересовать Хеалса Севена. Он уже давно стремился получить статус командующего и осесть в одном из маленьких городов, так что северный поселок со своими тайнами подвернулся львету весьма кстати.

Зная расписание транспортника, составленное на пару недель вперед, Хеалс прибыл в поселок заранее. Прикидываясь историком, собирающим различные факты, он расспрашивал местных жителей на счет тех или иных зданий и просил поделиться необычным рассказом. Только за целый день пустых бесед с рыбаками, стала понятна бессмысленность этой идеи. Льветы с неохотой шли на контакт и старались отделаться от назойливого южанина как можно скорее. Даже предложение выпить за его счет не смогло привлечь больше чем пару самых ленивых и бездарных рыбаков, которые только хвастались нереальными подвигами или ныли на свою тяжелую жизнь, не сообщив ничего полезного.

Потратив первый день в пустую, Хеалс предпочел сменить подход и прогуляться по поселку. Он планировал получше изучить местность перед прилетом транспортника и заодно поискать одних из самых надежных информаторов, а именно котят.

Часто малыши могут услышать много интересного от взрослых, которые не обращают внимания на их присутствие и треплются на весьма деликатные темы. Считается, что котенок ничего не понимает, и не сможет навредить их планам, но он может все запомнить, а потом пересказать за сладкое вознаграждение. Хеалс уже не раз прибегал к помощи котят и благодаря им раскрыл не одно провальное дело.

Шатаясь по поселку на протяжении нескольких часов, ему удалось отыскать подходящих для беседы котят. Шайка местных хулиганов, занималась тем, что развешивала рыбьи потроха на дверные ручки, самых вредных, по их мнению жителей.

К радости Хеалса котята не стали разбегаться, испугавшись приезжего, и завалили его вопросами о южных городах. Рыцарю пришлось рассказать несколько захватывающих историй, а когда рты маленьких слушателей открылись от удивления, он поинтересовался на счет таинственных мест, куда запрещено пускать детей.

Котята охотно рассказали об одной особенной пещере, недалеко от поселка. Получалось, что взрослые запрещают туда ходить и даже побаиваются подземелья сами.

Казалось, Судьба улыбнулась рыцарю, и еще немного с ними побеседовав, хранитель убедил маленьких льветов отвести его туда.

Дети заставили рыцаря полсти за ними по сугробам целый час, но показанное ими подземелье, оказалось небольшим по площади гротом, с несколькими нечитаемыми фресками на стенах.

Хеалс облазил пещеру вдоль и поперек, но ничего не говорило о наличии тайных проходов или существовании мастерских. Кроме того к подземелью не вели следы по снегу, и Севен признал, что здесь ловить нечего.

Отблагодарив котят несколькими монетками, и полюбовавшись их засветившимися от счастья лицами, львет пробрался по снегу обратно в посёлок. Теперь оставалось, только дожидаться прилета корабля и попытаться проследить за пассажирами.

Закончив листать документы, и не обнаружив ничего нового, Хеалс швырнул их обратно на стол. Он взглянул на часы, и довольно улыбнулся. Оставалось подождать всего одну минуту, чтобы утро перестало считаться ранним, а это открывало возможность получить завтрак из свежеприготовленных продуктов.

Пока что, единственным плюсом за всё его пребывание в заснеженном поселении была очень вкусная еда, которую подавали в общем зале. Всего один раз, отведав обжаренную в овощах рыбу с гарниром из морской капусты, он прочувствовал все великолепие северной кухни, и искренне наслаждался трапезой. После этого рыцарь сделал заказ на полноценную кормежку в течение всего срока съёма комнаты. Это было еще до того как рыцарь непонятным образом нагрубил хозяйке, и сейчас Хеалс искренне надеялся, что льветесса не плюёт ему в пищу из вредности.

Стрелка на комнатных часах, сдвинулась на верхнюю отметку, и раздался слабый перезвон колокольчика. Хеалс сам выставил звонок, чтобы не пропустить начало завтрака, и как только его услышал, шустро вылез из пледа.

Спустившись в общую залу, хранитель блаженно улыбнулся, сразу почувствовав приятное тепло от большого камина. По сравнению с его комнатой, находиться тут было очень комфортно, и рыцарь собирался просидеть за завтраком как можно дольше.

Хеалс не спеша выбрал пустующий столик у окна и уселся за него, положив на скатерть, недавно купленную шапку. Рыцарю нравилось щуриться под лучами восходящей Ак*шири, и представлять тепло южных городов.

Сейчас в гостинице кроме него больше не было постояльцев. В зале находился только сам Хеалс, и девушка подавальщица. Собирая для него поднос за стойкой, льветесса как бы невзначай расстегнула верхнюю пуговицу блузы и подмигнула сидящему у окна Хеалсу. Хранитель улыбнулся ей в ответ.

Из-за аристократичной внешности красавца и манеры любезно держаться в присутствии девушек, ему почти всегда везло на милашек. Но каждую из них, Севен в итоге оставлял, и льветессы возвращались домой с разбитым сердцем. Хеалс стремился найти ту единственную и упрямо следовал своей цели. Он оставался рыцарем, и приходилось следовать священному кодексу, согласно которому брак разрешалось заключить только один раз, и коту не хотелось всю жизнь терпеть присутствие сварливой избранницы.

Наконец, льветесса закончила собирать завтрак и принесла поднос к столику хранителя, специально наклоняясь пониже, чтобы ему открылась большая часть ее груди. Только Хеалс не собирался спать с ней, зная суровый нрав северных рыбаков. За такое они могли и поколотить, не обращая внимания на его заявленную принадлежность к историкам, а потом бы всем поселком доказали, что ученый перебрал и, навернувшись с лестницы, сломал шею.

Вежливо поблагодарив девушку за оказанную услугу, Хеалс спокойно взял в руки столовые приборы и принялся за омлет из морских яиц. Он оказался весьма не плох, не смотря на зеленоватый цвет, и приятно освежал мятными пряностями.

Подавальщица обиженно поджала губы, принимая на свой счет пренебрежение наглого южанина и задрав нос, удалилась за стойку, на ходу застегивая пуговицы блузы. Но рыцарь по-прежнему не обращал на ее внимания. Восхитительная еда всецело завладела сознанием львета и позволила вновь взглянуть на окружающий мир, только когда перекочевала из тарелки в живот.

Наевшись, он счастливо выдохнул, мысленно воздавая хвалу кулинарным способностям хозяйки, и взял с подноса аккуратную чашечку с ароматно пахнущим глинтвейном.

Обычно с утра его не подавали, но Хеалс доплатил за маленькое исключение и теперь блаженно щурился под прорывающимися через окно лучами, наслаждаясь пряным вкусом горячего вина с ягодами.

Сейчас ему некуда было спешить. О прибытии транспорта станет мигом известно всему поселению, а в окно он пялился просто от скучного прозябания в не отопленной комнате.

Медленно потягивая глинтвейн, львет спокойно размышлял над своей миссией. Если не оплошать с этим заданием, должность командующего перестанет казаться для Севена далекой мечтой, а станет приятной явью. Он желал осесть в маленьком спокойном городе, стоящем на берегу моря и обзавестись семьей.

Хранитель считал, что уже достаточно постарался на благо родного ордена и пришла пора подумать о своём счастье. Пара подчиненных и отсутствие серьезных дел позволят насладиться жизнью, не подвергаясь постоянной опасности, а воспитание маленьких котят не позволит заскучать.

Отхлебывая очередной глоток пряного вина, хранитель чуть не подавился одной из ягод, когда дверь в общую залу резко распахнулась, и внутрь вбежал львет с покрытым инеем лицом. Сразу заметив кашляющего рыцаря, он чуть ли не бегом направился к его столу и, не спросив разрешения, уселся напротив, растянув лицо в довольной улыбке.

– Господин историк, я все узнал, как Вы и велели, – произнес кот и нахмурился, глядя на удушливый кашель Хеалса.

Поднявшись со своего места, львет не жалея силы хлопнул хранителя по спине и злосчастная ягода, вылетев из горла, покатилась по скатерти, заляпав голубую ткань.

– Как же Вы так, – сокрушенно покачал головой кот в заношенном до дыр полушубке, но тут же заткнулся, уловив недовольный взгляд Хеалса.

– Давай рассказывай, что у тебя случилось, раз бежал, словно тут бесплатно наливают, – потребовал Севен.

– Так я с того и начал, господин историк. Транспортник то ваш летит, вот я, как и было велено, прибежал сообщить.

Хранитель резко вскочил и, наклонившись над столом, принялся скоблить окно, чтобы увидеть летящий корабль. Спустя несколько секунд усиленных стараний, через стекло стало видно затянутое облаками небо, на фоне которого четко различался силуэт приближающегося транспортника.

Зрелище обрадовало Хеалса, и он радостно схватил свою шапку собираясь бежать к посадочной площадке. Только рука доносчика неожиданно ухватила его за плащ.

– Простите за рыбацкую наглость, но может, рюмашку нальете, а то бежал ведь старался?

Севен поначалу хотел отмахнуться от надоедливого кота, но вовремя сообразил, что тот просит справедливо и, пошарив по карманам, вывалил на стол несколько крупных монет.

– Молодец! Держи награду и снимай шубник, Высайр, выпьешь, а потом прикупишь себе новый наряд. Твой я покупаю.

Львет радостно улыбнулся, скидывая верхнюю одежду и сгребая со стола деньги. Только поблагодарить рыцаря уже не успел, как и задать вопрос, зачем историку поношенный шубник. Хлопнув дверью, Хеалс скрылся на улице, по дороге накидывая рыбацкую одежду.

На шум с кухни выбежала подавальщица и, увидев грязного Высайра, схватилась за метлу, собираясь вытолкнуть взашей надоедливого попрошайку, но он бросил в нее монеткой.

Поймав серебряный кругляш, девушка удивленно присвистнула и с наигранной вежливостью поинтересовалась, чего желает клиент. Высайр довольно улыбнулся, в этот день бедный львет мог позволить себе любой заказ.

Хеалс выскочил из гостиницы и понесся по улице, на бегу поправляя наспех надетую шапку и застегивая пуговицы вонючего полушубка. Возможно, хранитель немного поспешил с оплатой, и одежонка ленивого кота могла обойтись ему в разы дешевле, но возвращаться было слишком поздно.

Смирившись с потным запахом, Хеалс поплотнее затянул тряпочный ремень поверх полушубка. Убедившись, что все кроме сапог не выдает в нем приезжего, он специально потоптался в груде угля, сваленной возле одного из домов. Теперь блеск обуви сошел на нет, и Севен спокойно мог сойти за одного из рыбаков, решивших устроить себе выходной.

Он выбежал к посадочной площадке как раз вовремя. Транспорт уже опустился на деревянный настил, очищенный от снега и глушил двигатели.

Вокруг корабля успела столпиться приличная группа местных жителей, состоящая в основном из женщин и котят. С ним обычно всегда прибывал торговец, который мог побаловать северян диковинками из тёплых земель, а для поселка это было всегда значимым событием.

Наконец, моторы транспортника замолчали, и в задней части медленно опустился трап, по которому первым как раз и спустился довольный лавочник. Вместе с ним шагали механические ноги, на которых были закреплены огромные раздвижные ящики.

Как только кот оказался на земле, он дал команду железному носильщику, и механизм, приземлившись на краю площадки, развернулся, обращаясь стеллажами с различным товаром. Льветессы и котята сразу хлынули туда, освобождая проход с площадки, а на месте осталось стоять только несколько рыбаков и слившийся с ними Хеалс, в надвинутой на лицо шапке.

Дождавшись когда станет посвободнее, с трапа спустился капитан судна в черном куртке наёмника. Его сопровождали двое здоровяков в сером пальто, из-под которых проглядывались силуэты плазменных метателей.

Подобная охрана оказалась неожиданностью, и хранитель машинально ухватился за пояс, проверяя собственное вооружение. Убедившись, что силовая сабля с метателем на месте, он понял, что суета может привлечь лишнее внимание и сделал вид, что поправляет полушубок.

Пока Хеалс размышлял над появлением опасных противников, наёмник спокойно сошел на площадку и махнул рыбакам. Они шустро устремились на корабль, а через пару секунд покидали его уже с ящиком в руках.

Хранитель остался в одиночестве и уже собирался присоединиться к покупателям, чтобы не выделяться, но услышал адресованный себе окрик.

– Эй, парень, ты новенький? Давай живо за ящиками, иначе останешься без награды за старание, – пробасил один из здоровяков и рассмеялся.

Севен просто кивнул и рысцой устремился к транспортнику. Ему даже не пришлось импровизировать, и Судьба сама подбросила шанс проследить за грузом. Оставалось только понять, как в ящиках появляется контрабанда и миссию можно считать успешно выполненной.

На корабле оказался еще один громила в черной куртке, он показывал рыбакам на дощатые коробки, которые необходимо вынести с корабля. Хеалс дождался своей очереди и, подхватив один из ящиков, поспешил за колонной рыбаков, идущих в сторону консервного завода.

Это было самое большое здание в поселке, и тут работали почти все, кто не ходил на промысел в море. Из любопытства, рыцарь заходил внутрь на второй день своего пребывания на севере, но не обнаружил ничего интересного. Просто угрюмых котов, которые собирали пресервы и консервы на конвейерах, а потом паковали их в ящики.

Втянувшись в распахнутые складские ворота, рыбаки складывали груз с транспортника возле входа и, подхватив коробку с упакованной рыбой, отправлялись обратно. Хранитель сходил с ними несколько раз, бесплатно поработав грузчиком, но после очередной возвращения на склад немного замешкался и, дождавшись, когда цепочка рыбаков покинет помещение, залез за заваленные всяким хламом стеллажи.

Там он прикрылся куском порванного брезента и приготовился ждать, когда рабочие закончат перетаскивать товар. Хеалса одолевало желание залезть в ящики, которые привёз транспортник, но следовало дождаться хотя бы ночи. Если в них находятся не пустые упаковки под рыбу для производства, а алхимические компоненты или детали для оружия, можно сразу связаться с ближайшим управлением ордена и вызвать помощь. Лежащий в кармане комуникатор мог быстро передать сигнал практически из любой точки мира, и рыцарь не сомневался, что вскоре им придётся воспользоваться.

С реальными уликами появиться возможность расколоть рыбаков, и выйти на заправляющую производством банду. Но в случаи ошибки, подобная выходка могла сильно насторожить хозяев предприятия и тогда они затаятся еще сильнее, а Севен лишиться возможности стать командующим в ближайшее время.

Пока хранитель отсиживался под брезентом, время тянулось достаточно медленно. Хеалс насчитал больше ста ходок грузчиков, прежде чем они закончили с перетаскиванием товара.

Когда двери сарая закрылись, хранитель осторожно вылез из-за стеллажей, распрямляя затёкшие ноги. Прислушавшись к удаляющимся по снежной тропке шагам, он протяжно потянулся, согревая мышцы, и приготовился осуществить свою задумку, заглянув в ящик.

Как и предполагал рыцарь, на улице наступила ночь. В расположенное под потолком узкое окно, было видно небесное сияние, которое появлялось только на севере. Севену нравилось следить за его переливами перед сном в гостинице, но было некогда любоваться видами.

Львет осмотрелся в поисках монтировки.

Небольшой металлический ломик нашелся довольно быстро возле пожарной бочки с песком. Подобрав нехитрый инструмент с пола, Хеалс наугад выбрал один из ящиков с надписью «консервные банки» и размахнулся, чтобы вогнать под крышку остриё монтировки. Но скрип двери в задней части склада и ворвавшийся в помещение свет, едва не застал рыцаря врасплох и он в последний момент остановил удар по ящику.

Высунувшись из-за коробок, хранитель разглядел вошедших со стороны завода рыбаков и сразу же спрятался обратно. Коты в засаленных шубниках медленно приближались и Хеалс, отпихнув ломик в сторону, осторожно вынул из-под плаща лучевой метатель, переключив его на оглушающие заряды. Независимо от причастности рыбаков к клановым бандитам, Севен не любил убивать без необходимости.