- -
- 100%
- +
– Завтра в десять жду у себя, а после обеда поедешь в «Сочное».
Повесив трубку, Титан позволил себе немного вздремнуть. Водитель даже не обращал на это внимания. По радио крутили утренние новости:
– Группа беженцев из южных Пустошей подверглась нападению у перехода «Рудный» вдоль дороги Жизни этим утром. В эти минуты на границе вдоль ключевых трасс разворачиваются дополнительные блокпосты. Усиливаются меры безопасности… Мне подсказывают, что в эфир готов выйти наш специальный корреспондент Ванно́ Бугу́ртов. С места репортаж нашей радиослужбы:
– Да, Анна! Граница с Шелдыжерской степью с противоположной стороны практически не охраняется. Люди бегут нескончаемым потоком. Силам миротворческого контингента Конфедерации отдан приказ не вмешиваться. Мы следим за ситуацией. Напоминаем, что в Шелды на границах с пустошами Староросы в пределах Новостальского ведомства вторую неделю идут беспорядки из-за засухи и лесных пожаров. Беженцы, что смогли прорваться на нашу территорию, размещаются в старых тренировочных военных лагерях, где проходят соответствующую фильтрацию и дальнейшее распределение. На месте работают следователи, спасатели, психологи. В данный момент ситуация сложная. Много детей, раненых, голодных. Выявляются случаи заболевания нейтровидом, мы выявляем и изолируем таких больных. Начальник Таможенной Службы готов к…
Водитель служебной машины «Компелянца», тяжело вздохнув, переключил радио на незатейливую песню. Впереди неровная дорога, где проводился ремонт. Разгар лета, народ в отпусках. И дорожники, как всегда, заделывают побитое полотно. Всюду аварийные знаки, сигнальные огни, расставлены яркие конусы. Вдоль обочины вереницами стоят грузовики с песком и горячим асфальтом. Потные рабочие в касках и жилетах трудятся на раскалённых трассах.
Титана подкинуло на кочке, и он очнулся, потирая глаза. Хрупкая подвеска жалко пищала.
– И всегда людишки так! – презренно начал водитель. Он был из простых. С рабочими руками и видом человека, побитого жизнью. Дешёвые, но глаженые супругой брюки, белая рубаха на горло под небрежную щетину. – Вот ведь уже мир чуть не просрали, вогнали в пучину, едва не поубивали друг друга! Еле-еле восстановили жизнь, половина планеты вообще непонятно в каком состоянии. И опять собираемся стрелять, бомбить! А главное кого? Детей да стариков! Вот жалко, не добило нас тогда в Великую войну!
– Вы правы. Но мы ещё живём, существуем, боремся. Значит, это кому-то нужно, – философствовал Титан.
Подъезжая к «Сочному», при съезде с новенькой трассы на участок дороги по проспекту Мира откуда ни возьмись с полосы разгона их чуть не протаранила чёрная машина. Это был джип с тонированными стёклами, мощным мотором и огромными колёсами. Его намытый кузов сиял в лучах солнца. Внедорожник на большой скорости подрезал едущую по правилам белую машину «Бриллианс» бхаратской марки «Каста».
Визг тормозов – водитель аудитора едва успел уйти от бокового столкновения. Чёрный джип резко ушёл в сторону, стирая резину и прожигая тормоза. Ещё дал газу, плюясь бензином через спаренную выхлопную трубу. Раздражённый жидкий гудок белой машинки проклинал лихача на дорогом авто. Тот прижал невиновного к обочине трассы. Титану поплохело. Он тотчас пристегнулся дрожащей рукой и поправил сбитую манёврами чёлку.
Остановились. Тонированное стекло опустилось и внутри показался серьёзный водитель в солнечных очках известной марки.
– Осёл! Куда лезешь? Сдурел совсем?! – начал возмущаться владелец породистого авто. Странно. Неправ ведь он!
– Это ты куда прёшь? Там знак висит! Смотреть надо! – робко отвечал водитель служебного транспорта. Мимо в потоке проезжали другие автомобили и начинали возмущённо сигналить возникшей на дороге разборке.
– Чего? Специально для баранов повесили щиты с указанием маршрута! Ремонт идёт и знаки – временные! Слепой?! – неизвестный высунул руку из окна автомобиля, указывая на дорогу. На запястье блестели часы от «Кэйтилин Авиатор» – знакомая модель.
Аудитор выглянул между сидений и с улыбкой сказал вопящему водителю чёрной «Мекса-Люкс Перформанс»:
– Отелло Тимофеевич! Доброе утро! А я к вам еду…
Катт снял очки и подобрал с пола челюсть:
– Птенцов! Какое недоразумение! Прошу прощения, спешил на работу! Думал, вы меня там уже ждёте!
– Да понимаю, ничего.
– Давайте я вас подвезу? Отпустим водителя, нам же по пути, правда? – предложил Отелло.
Так и быть. Титан попрощался. Вылез из машины, прихватив сумку. Сел в «Мексу», уверенно захлопнув тяжёлую дверь. В салоне был лишь бизнесмен.
Внутри дорогой иномарки всё для настоящих богатеев: мягкая прошитая кожа, атмосферная подсветка, вставки из алюминия и дерева. Всё чёрное, брутальное, с мониторами и динамиками «Мантис-Баус» вкруг. Выбор аромата обдува в салоне: «Ниппонская сакура». Ледяные двадцать градусов системы климат-контроля выставленные на широком сенсорном экране. Бодрит! Режим вождения: «Спорт». Отелло не пристёгивался, вставляя в защёлку ремня безопасности заглушку. Титан теперь же – наоборот.
Мощный двигатель взвыл, колёса захрустели: сработали системы стабилизации. «Сочное» уже виднелось ниже по эстакаде. Левее между небольшим лесочком и старым бизнес-центром – район жилой застройки «Ракетный». Бедный и обшарпанный.
– Как вам первое впечатление? – начал Отелло.
– Ну вы и хам на дороге, однако! – возмутился Титан.
– Польщён. Но я про ферму, вообще-то! – прибавил газа, идя на обгон, водитель-лихач.
– А, ой! Нормально. Работаем. Пока нечего сказать. А вот так с людьми вести себя некрасиво в вашем-то статусе!
– Да ладно, я понимаю. Я уже извинился, не знал, что это были вы, – спокойно отвечал директор, входя плавно в поворот.
– Какая разница кто там был? А вдруг обычный человек, и что? Он ехал по своей полосе, никого не трогал!
– Послушайте, мистер аудитор! Я всё сказал! Не отчитывай меня как пацана! Мне теперь что, удавиться? Сами видите, какие проблемы на ферме. Бешеный хожу! Будем конфликтовать и мне придётся менять коней на переправе?
Титан промолчал, затаившись. А затем холодно, сдавливая гордыню, поставил точку в споре:
– Принимается.
Добрались до фермы. Припарковались под навесом за шлагбаумом частной парковки среди других авто. Отелло угостил Титана свежим кофе из рук Византины, когда поднялись в кабинет.
– Берлиндо говорил вы предоставите отчёт. За вчера хотелось бы посмотреть, – просил Катт.
– Позвольте! Первый день едва прошёл! Черновики есть, но они внутри компании «Компелянц Аудишенинг». Сам отчёт заказчику выдаётся уже со всеми правками и рекомендациями нашего руководства. Я вам до середины следующей недели и не смогу ничего показать.
– Нет, так не пойдёт! – обрушился Отелло. – Мы можем договориться? Мне принципиально получать от тебя черновики по моей внутрянке. Милановича я беру на себя!
– Я так не смогу, не положено! Меня же уволят!
– Так, значит? Тогда я набираю Берлиндо. Пока вы досогласуете всё, я тут разорюсь. Счёт идёт на часы, как не понятно? У меня платёж по кредиту в следующем месяце нечем закрыть! Мне нужно первое впечатление, твоё ощущение, – иногда переходил на «ты» директор.
Раздались гудки в динамиках неокома:
– Слушаю вас? – голос гендира аудиторского агентства был откровенно вялым.
– Берлиндо Миланович, доброе утро! Со мной Птенцов, вы на громкой связи.
– Чем обязан?
– Помните, мы предварительно обсуждали отчёт по работе аудитора? Мне нужна ежедневная версия, без вариантов. Я буду реагировать как-то налету! – не терпелось Отелло.
– Вы меня прямо застали врасплох, господин Катт. У нас есть процедура внутри компании, я не смогу её так поменять. Вдруг у аудитора будет что-то не так в отчёте, вы сделаете поспешные выводы и некорректно отреагируете? Это может пагубно отразиться на вашем же бизнесе! А ответственность будет лежать на ком – на мне? Руководители проекта должны внести поправки, всё подготовить. Я тогда в разговоре имел в виду отчёт финальный. Мы смогли бы его предоставить раньше стандартного срока. Я попросил Титана с коллегами поработать сверхурочно, чтобы мы выполнили ваши ожидания. Хотя они и так трудятся каждый день!
– Так не пойдёт! Давайте я распоряжусь, закажу аудитору что требуется: технику, связь, компьютеры. Приглашаю ваших руководителей сюда в офис «Сочного». Поработаете на месте. Вопрос серьёзный, Берлиндо! Я думал, мы договорились, что вы бросите лучшие силы! Мы же по принципу «открытой книги» условились работать, разве нет? Вы обещали! – нервничал директор. Он судорожно тряс ногой и вертел ручку, поглядывая в глаза спокойному Титану.
А у того в голове родился план мести: согласиться на ежедневные отчёты и разбить в пух и прах этого вредного заносчивого дядьку, который сколотил миллиарды и сидит всех учит жизни. «Ладно держи себя в руках, Титан, спокойно, оно того не стоит, дружок», – остужал мысли аудитор, делая глоток вкусного крепкого кофе. Скрестил худые ноги.
– Хорошо, – продолжал монолог Отелло. – Можно под мою ответственность все решения? Мы господину Птенцову Титану… как вас по отчеству?
– Серафимович, – сухо ответил он.
– Титану Серафимовичу доверяем же, да?
– Я не знаю… Доверяем, точнее, безусловно, да. В общем, как договоритесь, решите сами. У Титана все полномочия. Но я, в таком случае, за результат не отвечаю. Умываю руки, понимаете меня правильно, хорошо?
– Да! Мы разберёмся. Не волнуйтесь.
Отелло распрощался и завершил звонок. Титу это здорово не понравилось. Дурное предчувствие поселилось в его животе. Какая-то заварушка намечается.
– Прошу ежедневный отчёт – что видели, что произошло. Любая мелочь! Для меня она может быть важна, – директор подошёл к широкому окну с видом на ферму, рассуждая. – Вы человек новый, всех аспектов и старых проблем не знаете. Верю, вам удастся рассмотреть картину свежим глазом.
– Я понял. Сегодня пойду к… – Титан схватил блокнот и вычитал. – Ингрид Зорган. Агроном. На производство.
– Идите. Доло́жите потом. Хотя постойте!
Отелло попросил Титана отвернуться, а сам открыл у аквариума небольшой ящик и вынул конвертик с наличкой. Быстро пересчитал, шурша новыми купюрами. Положил на стол небольшую пачку и тихо сказал аудитору:
– Я не доверяю этим сейфам… Вот. На расходы. И передайте часть водителю. Заправиться, мойку сделать. Себе на карманные и офисные расходы.
– Ой нет, – твёрдо решил аудитор. – Я человек честный и открытый. Любые деньги только после выполнения задания если захотите поощрить мою работу. И строго через начальство конторы! А водитель и сам заправиться может, это включено в его расходы.
Отелло, немного опешив, не привыкший к такой реакции, сидел как оплёванный: «Неужели мало предложил?»
– Поймите, я возьму и буду должен. Не хочу! Свою работу я спокойно сделаю, не переживайте. Я не жалуюсь, и так прилично получаю. В эти ваши игры играть не стану! У нас есть репутация, принципы в конце-то концов! – заводился Птенцов. Он думал его прощупывают, хотя он так и так бы не брал чужих денег.
– Уважаю я всё-таки таких непробиваемых людей как вы и Берлиндо, гвозди. Гвозди! Понимаю, почему он вас так высоко ценит. Ладно, если что нужно – обращайтесь. Идите.
Титан залпом прикончил кофе и отправился в фойе, где его уже ждала Лина. На ней был короткий розовый пиджак и белая кофта, заправленная в широкие чёрные брюки-бермуды.
– Доброе утро! – скромно сказала она с улыбкой сквозь грустные глаза.
– Приветствую! – напряжённо поздоровался Титан. Он был серый и угрюмый как ноябрьская туча. Лина подумала, что дело в ней. Её попросили отвести аудитора на производство. Они оказались на первом этаже перед выходом в поле.
– У нас с карантином строго. Все приходящие гости должны надеть халаты и бахилы. Пожалуйста. Ещё дезинфекция рук и обуви. Сюда! – проводила инструктаж девушка.
Звучала она как детский доктор.
Подходя к шкафчикам у раздевалок в тамбуре, Лина взмахнула своими волосами, доставая упругий пакет с одеждой. Аромат её шампуня убийственно напоминал прохладный запах после дождя. Титан был уверен, что за её причёской ухаживает опытный парикмахер. А судя по загару, девушка часто купается в Меловом озере – на одном из дорогих курортов. С богатым женихом однозначно. Мимо прошли уставшие работяги и перебили солёным потом приятную ауру сопровождающей его сотрудницы.
Лина развернула тугой пакет и упаковала Титана в белый одноразовый комбинезон, смешную шапочку для душа, подала бахилы. Её движения были ловкие и уверенные: она привыкла одевать гостей в эти колючие костюмы. Бахилы Титан напяливал сам, кряхтя.
– А вам идёт! Точно пупсик из мультиков! – беззаботно засмеялась Лина. Всё равно в её голосе проскочило что-то тяжёлое, неуютное.
– Спасибо, видите какая у меня работа напряжённая? Не каждый день так наряжаюсь! Прям готовлюсь к выходу в космос, – жаловался Титан, наливаясь стыдом. Только бы рядом не было зеркала.
Специально обученный человек в респираторе опрыскал его с ног до головы каким-то вонючим спиртом. Аж закашлялся. Его солидный портфель упаковали в пакет.
Девушка с ним не пошла. Лишь скромно пожелала удачи, удаляясь в холл. За плотной резиновой шторой его уже ждали.
Внутри – чудеса! Из тамбура он очутился во дворике, окружённым высоченными стеклянными конструкциями – метров семь до крыши. Внутри зеленели огромные лианы-мутанты. Титан даже не понял сначала, что это такое растёт.
Перед ним в красном промышленном халате и резиновых тапочках с планшетом в руках возвышалась госпожа Зорган. Бледная, худая, с мешками под глазами. Её рыжеватые волосы слегка седые у корней путались в наскоро вдетой заколке. Серая и болезненная, с неестественной ухмылкой и прищуром голубого змеиного глаза, спавшая нормально ещё в позапрошлом году, она выдавила из себя неприветливым голосом:
– Аудитор! Здравствуйте.
– Доброе утро, – слегка кивнул Титан, оглядываясь вокруг.
– Какой оптимист, «доброе утро». Хах! Интересно, а зачем вы пришли сюда? Вам разве не требуется бухгалтерия? С каких пор аудиторы разбираются в растеньях и агрономии? – скептически пыхнула властная женщина. Все слушались её и ходили по струнке.
– Как любопытно! Позвольте узнать, с чего у вас такое мнение сложилось об аудиторах? – оскорбился гость в белом маскхалате.
– Приезжала тут парочка ещё до вас. Деловые в костюмах, походили вокруг да около, но дальше стенки не пошли. Их интересовали только цифры, акты, счета, фискальные отчёты. Страшные слова, я предпочитаю от них держаться подальше, знаете ли! От них пахнет Аллой, – она сложила руки с планшетом за спину и начала ходить тигриными кругами.
– Хм, конкуренты? В фирме «Компелянц Аудишенинг» у специалистов более широкий кругозор. Я работал и в ресторанах, и в логистических центрах…
– А на фермах, в сельском хозяйстве? – Ингрид пыталась подловить своего проверяющего.
– Нет, не совсем. Но я разберусь, можете быть уверены!
– А вот не могу! И хорошо, что не были. Я б вас не пустила на порог после других хозяйств! Вы бы мне принесли заразу какую или вредителей! Какой самоуверенный! Я могу вам показать всё и ничего, и вы не поймёте всех проблем и ошибок.
– А мне и не требуется разбираться в агрономии как вам, Ингрид Вульфовна…
– Зовите меня лучше Инга, ненавижу своё полное имя!
– Как прикажете, – вилял хвостом Титан. – Так вот, мне важно видеть людей и процессы, делать выводы, наблюдать. Вы удивитесь, как много общих проблем и сложностей в разных отраслях – от палатки с едой до оборонного завода. Люди везде одинаковы.
– Какое узкое суждение, ну ладно, оно имеет место быть. Я вас закреплю сегодня за агрономом… Патрикей! Сюда подойди!
Здесь из группы людей в белых тонких халатах вышел один парень. Молодой. С грязным неаккуратным хвостиком тёмных волос, подтянутых мягкой резинкой. Стройный, вполне привлекательный человек. Сутулился, но широко шагал. Носил джинсы и мятую серую рубашку с трефами под халатом. Будто из тюля. Патрикей шмыгал и слегка гнусавил:
– Инга Вульфовна!
– Патрик, у нас работает аудитор. Задача на сегодня – его полностью по всем запросам удовлетворять. В поля поедешь на «Кепри», возьмёшь у ребят, ясно? – затем задумчиво и с ядом: – Хорошей вам проверки, мистер аудитор. А я пошла работать!
Агроном не стал излишне формальничать и тут же протянул визитёру свою крепкую жилистую руку:
– Патрик, будем знакомы. Что ты хочешь посмотреть?
Титан опешил от обращения на «ты». А ведь и правда, они считай ровесники, может, аудитор на пару лет постарше. Не стал привередничать:
– Будем знакомы! Титан меня зовут. Мне нужен обзор производства. Хочу понять, какие у вас процессы. Сможешь всё показать?
– Канеш, не вопрос. Курить хочу, можно сначала? Уже с утра задолбали меня. Это я не про тебя. Там… Дела.
Патрикей показал рукой на вход в тамбур-курилку. Им туда.
– И чем успели задолбать? Вот прям с ходу скажи мне, – Титан достал блокнот и карандаш. Хотел приготовить камеру, что ждала своего часа в портфеле.
Агроном достал из джинсов мятую пачку папирос, вставил в мундштук и прикурил от спички. Такие дешёвые сигареты делали из чайного листа с никотином. Затянулся. Благо в курилке никого больше не было:
– Да в одном отделении какая-то зараза бушует. В другом завёлся чёрный клещ, сосёт плоды тыквы. А это самая прибыльная культура по мнению директора. Он прям каждый день спрашивает, что с ней. Требует отчёты, аж трясётся. Сейчас опять будет орать.
– А вы не можете избавиться от проблемы?
– Нет. Приглашали наёмных агрономов-консультантов, – Патрик аж поперхнулся сернистым табачным дымом. – Разводят… руками. Говорят, клещ не лечится, надо много сложных обработок – целый список. Проще всё выкопать, посадить туда помидоры какие-нибудь и забыть.
– Клещ вредит только тыкве? – размышлял аудитор.
– Да, других культур поражённых у нас нет.
– Любопытно. Это первый раз такое случилось?
– В том году под конец сезона клещ завёлся. Мы успели собрать урожай без потерь. Говорили в три горла, что в теплицу номер тринадцать и восемь нужно сажать что-то кроме тыквенных, чтобы клещ вывелся. Но Отелло сказал: «Нет, сажайте максимум тыкву!» Уверял нас, что мы всё победим. Победил он, ага, счас!
– Ясно, значит не победили, – покачал головой Аудитор, скрипя карандашом.
– Нет. Когда агрономы пришли с вердиктом, что тыкве хана, то он сам нас обвинил, мол, мы его не переубедили прошлой осенью. Представляешь? «Вы мне всё не так преподнесли, ввели в заблуждение! Покажите запрос в переписке!» Тьфу на них!
– Жесть! – записывал аудитор.
– Ладно. Пошли посмотрим огороды.
Патрик стряхнул фильтр в урну и повёл Титана в недра производства.
Первыми шли старые тепличные отделения, с которых строился бизнес. Кривые плёночные домики, пыльные и в дырках. Народу суетилось – тьма. На полу лежали длинные короба, в которых установлены некие чаши наподобие цветочных горшков. Из них лианами выходили томаты, подвязанные на крюках куда-то к потолку.
– Растения не в земле растут? Ух ты! – восхищался аудитор.
– Не, у нас под стеклом и плёнкой всё растёт в субстрате. Гидропоника называется. Интенсивное выращивание, – показывал сочные кусты Патрик. – Эти помидоры отлично себя чувствуют. Мы их собираем, пакуем в линиях на складе и продаём. Хороший продукт. Вся надежда на них.
– Наверно, мутагенные помидоры-то, с химией?
– Обижаешь! Чище получаются, чем в земле!
– Правда? Не опасные? – искренне удивлялся Птенцов, трогая красный плод на ветке.
– Да ну откуда такое мнение? Сорви—съешь. Всё натуральнее некуда, вся питательная вода и удобрения – чистые. Никакой химии, радиации. «Тепличные условия» – слыхал о таком?
Титан сорвал зрелый красный помидор размером с персик. Куснул недоверчиво. Сладкий и сочный, аж по рукам потекло. На вкус и правда никакой химии. Впрочем, а как её отличить?
Патрик ухмыльнулся:
– Вы – городские, привыкли есть из одноразовых покупных коробок всякое жужево. Так что для многих культурный шок, когда они подходят к истокам, к земле.
– Или к гидропонике! – довольно жевал аудитор.
– Точно! А так, я раньше в Артамоновке работал, на скотобойне. Вот там был реально мрак. Бедные коровы в несколько этажей стояли в стальных коробках, а в живот им вливали трубкой ферментную пасту, так что здесь мне нравится больше.
– Какой кошмар! – представил, поморщившись, аудитор. Он невольно отложил покусанный помидор. Красный сок тёк по его руке, словно бычья кровь.
Патрик водил его целую вечность по грядкам, где люди выращивали тепличные овощи. Казалось, им не было конца. С такой технологией – хоть на Марс! Изучив процесс, парни вышли к широкой парковке возле теплицы и сели в простенький электрокар «Кепри». Небольшая машинка напоминала проходимый двухместный багги. Они проехались с километр по видавшей виды раскалённой асфальтной дорожке и упёрлись в поле с какой-то зеленью за хилым заборчиком. Остановились, вышли. Патрик надел солнечные очки. Аудитор щурился от солнца.
– Ты можешь тут снять чепчик и бахилы. Мы уже вышли в грязную зону, – переобувался агроном.
– Слава атому! Я так запарился! – радовался Титан, стаскивая с себя потные бахилы и белый костюм.
– Ага! И дорога идёт до озёр, что ещё не пересохли. Вот схема фермы. Общая площадь теплиц – тринадцать и шестьдесят пять гектаров, а полей – около двух тысяч.
– Это много! Продовольственная безопасность страны под надёжной защитой! – восхищался аудитор. Он сделал фото плана-карты.
– Ну ты и шутник! – Патрик ухмыльнулся, достал электронную курилку. – У нас так, мелочь!
Вокруг никого. Тишина такая, благодать. Тепло, ветерок. Вдали – зелень и поля. С другой стороны – красивые домики из стекла и пластика, упирающиеся в старое ржавое здание и дамбу ГЭС. Птички поют, техника неспешно жужжит вдали. Дроны периодически пролетают мимо, пульсируя лампочками. Титан сделал несколько фотографий, любуясь умиротворяющими пейзажами. Сейчас бы лечь в гамак с книжкой и поставить шашлычки на углях.
– Скажи по-честному, что у вас случилось в последнее время? – внезапно спросил Птенцов. Патрикей чуть не подавился сладким дымом:
– Да не, ну, точнее, как… У меня ощущение, что наши занижают планы и фактический сбор в отчётах, честно скажу. Не говори только, что ты узнал эту идею от меня. Ладно? То влетит.
– Обещаю. Это как понять «занижают»?
– Ну мы же даём план того, что ожидается по сбору. Я думаю, что где-то продукция уходит мимо кассы. Как – я не знаю. Директор всё возмущался, ругался. Кричал, что с такими урожаями придётся бизнес закрывать, расходиться по домам, как-то так. Лучше узнайте у Инги.
– Это планы… А по факту как?
– Аналогично. Мы с ребятами смотрим, что грядки неплохие, ведём сбор, а потом данные с весов приходят сильно ниже, чем рассчитывали агрономы. А ведь им обидно, у них бонусы от этого зависят.
– За сбор бонусы? Интересно! – писа́л Титан.
– Во-во, они за них насмерть бьются. У нас была одна девочка – Света. Умная агрономша, из университета только вышла. Молодая, принципиальная, глаза горели. Она пыталась перевешивать что-то. Доказывала руководству о несоответствии факта до четверти между сбором и весами на приёмке. Что в утиль списывают продукцию отличного качества. И чем кончилось?
– Дай угадаю, уволили? – выдал очевидное аудитор.
– За профнепригодность, ага. Ладно. Поехали. Посмотрим лучше поля, то загар получим, а результат – нет.
Парочка уселась на электромашину и поехала вдоль посадок дальше. Рабочие собирали клубнику. Кто-то грузил деревянные ящики с продукцией в челнок. Сверху за всем наблюдал беспилотник службы безопасности. Титан подмечал зуд дронов и старался не болтать лишнего в такие минуты. В этот момент как раз заполнился первый автономный грузовичок. Титана угостили сочной крупной клубничкой. Невкусная. Будто из бумаги с крашеным соком.
Аудитор попросил отследить груз и посмотреть его судьбу на приёмке. Ответственный работник склада, сопровождавший челночный хоппер, закрыл кузов и что-то пикнул сканером. Щёлкнул задвижку замка. Транспортник тронулся в сторону склада.
Приехав на разгрузку, Титан с блокнотом встал перед грузовичком. Подбежал уже знакомый заведующий складом:
– О, господин аудитор!
– Здрасьте! Марк Синицин, не путаю?
– Это я, да! С чем пожаловали?
– Машинку хочу посмотреть: как разгрузят и поставят на приёмку. Процедуры ваши изучаю.
– Это правильно! Чамов, Варин, бегом на весовую!
Двое молодых крепких ребят подбежали к закрытому кузову. Работник что-то пикнул сканером, набрал номер бригады сборщиков, ввёл остальные данные. Челнок открылся. Чамов и Варин шустро принялись складывать ящики с клубникой на напольные весы шириной два на два метра.
Птенцов провёл эксперимент и встал на весы вместе с клубникой под удивлённые взгляды охранника и грузчиков, что трудились на смене. Весы показали шестьсот семьдесят. Велел вбить данные с весов в программу. Марк повиновался. Титан спрыгнул. Счётчик весов показал ровно шестьсот.