ПРОТИВОРЕЧИВАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ (ОБРАЗОВАНИЕ, ДОСТИЖЕНИЯ И КРУШЕНИЕ СССР) Книга – 1
- -
- 100%
- +
Ещё пример статистики: за 30-50 гг. есть данные об открытых восстаниях по 7 губерниям. Они следующие: помещичьи крестьяне – 37 восстаний, монастырские – 57, то есть, в полтора раза больше, притом, что церковных крестьян в тех же губерниях, напротив, было в два раза меньше, чем помещичьих («Вслед подвигам Петровым». М., Молодая гвардия, 1988, с.402). В начале правления Екатерины бунтовало более 100 000 монастырских крестьян (Там же, с.17). Решению Екатерины о секуляризации церковных земель предшествовали многочисленные челобитные монастырских крестьян о переводе в государственные или дворцовые (Там же, с.402-403). Вопиющая несправедливость церковных крепостников возмутила даже императрицу, и церковные земли были секуляризированы.
Наконец, отмена крепостного права. Церковь оказалась в числе наиболее консервативной части общества, решительных противников реформы. Наиболее авторитетный представитель высшего духовенства, московский Патриарх Филарет умолял повременить с реформой, ссылался на Сергия Радонежского, который якобы явившись во сне (???), предупреждал против реформы (А.Шамаро. «Дело игуменьи Митрофании». Л., 1990, с.48). Ссылался он и на право: «При решительном отчуждении от помещиков земли, прежде их согласия… помещики не найдут ли себя стесненными в праве собственности?» (Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского, по учебным и церковно-государственным вопросам. т.5.ч.1, М., 1887, с.17).
Вместе с Филаретом против отмены крепостного права выступал и ряд других деятелей высшего духовенства (А.Яковлев. Александр II. М.,Тера, 2003, с.302). Синод признал «неудобным» помещать в церковной печати статьи, «бичующие злоупотребления помещиков» (Дело канцелярии Синода № 662 за 1860 г.). Богословское обоснование подобной позиции приводилось в рецензии митрополита Платона на перевод книги по христианской этике: «В &403 внушается, что рабы, если только позволят обстоятельства, должны стремиться к своей свободе. Сколь вредные могут произойти следствия от этого внушения – это для всякого очевидно. Между тем, по учению слова Божия, и рабы могут достигать вечного спасения. Апостол ясно говорит: «Каждый оставайся в том звании, в каком призван». Ту же точку зрения выразил в 1859 г. Епископ Кавказский и Черноморский Игнатий (Брянчанинов), доказывая, что «рабство, как крепостная зависимость крестьян от помещиков, вполне законно и, как богоучрежденное, должно быть всегда, хотя в различных формах» (протоирей Симеон Никольский. Освобождение крестьян и духовенство //Труды Ставропольской ученой архивной комиссии, учрежденной в 1906 г. Вып. 1. Ставрополь, 1911, с.10).
НИ О КАКОЙ ЗАЩИТЕ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКОВЬЮ НАРОДНЫХ ИНТЕРЕСОВ, СПРАВЕДЛИВОСТИ ДЛЯ НАРОДА И РЕЧИ НЕ ШЛО, ТОЛЬКО ОТСТАИВАНИЕ СВОИХ, САМОДЕРЖАВНЫХ И ПОМЕЩИЧЬИХ! И крестьяне церкви платили взаимностью – ненавистью к церковным эксплуататорам.
Тем не менее, император Александр II приказал митрополиту Филарету отредактировать Манифест об освобождении. «Тот, будучи принципиальным противником реформы, отказался от почётного поручения. Только нажим со стороны императора и настойчивые просьбы духовника митрополита заставили последнего взяться за перо. Манифест все равно получился неудачным, чувствовалось, что автор писал его через силу, впадая в ложный пафос и неискренность» (Л.Ляшенко. Александр II. М., Молодая гвардия, 2003, с.193).
Итак, по мнению Е.Шаховского, об отношении церкви к крепостному праву в России можно сделать следующие выводы:
1. Монастыри, вплоть до взятия под контроль государства их вотчин, исходили из своих имущественных интересов. При этом в погоне за прибылью монахи проявляли мало экономического расчета, разоряли крестьян и доводили их до бунта. Частые мятежи монастырских крестьян и стали одной из причин секуляризации.
2. Белое (немонашествующее) духовенство, безусловно, поддержало введение крепостного права и относилось к своим крестьянам достаточно жестко. Характерна консервативность, проявленная высшим духовенством при подготовке отмены крепостного права. Едва ли не единственное оно выражало протест, но, в итоге, покорилось воле светской власти.
3. Низшее духовенство по своему положению находилось между крестьянином и помещиком. С одной стороны, его обязанностью было проповедовать покорность барину, деревенский священник находился от помещика и в материальной зависимости. Но, в то же время, в конфликтах, связанных с крепостничеством, порой случалось, что низшее духовенство оказывалось на стороне крестьянства.
Но и после реформ Александра II синодальная церковь в материальном отношении продолжала процветать («Монастыри после отмены крепостного права». https://www.istmira.com/drugoe-istoriya-rossii/13191-monastyri-posle-otmeny-krepostnogo-prava.html). Число монастырей значительно увеличилось, особенно женских. К 1905 г. официальные церковные документы свидетельствовали о 2,5 миллионах гектар земли в ее собственности. Подарки земельных угодий церкви со стороны самодержавной власти продолжались. Однако в реальности эта статистика была занижена. Впоследствии Советской властью из числа церковного имущества национализировали 8 с лишним миллионов гектар земли, свыше 80 заводов, более 1.800 гостиниц и постоялых дворов, 436 ферм, около 600 скотных дворов, не менее 300 пасек и т.д. Из этого следовало, что вся земля, отнятая у церкви в 1764 г., к началу первой мировой войны была вновь ей возвращена со значительным приростом. Бессарабские архиереи контролировали полтораста тысяч гектаров, Соловецкий монастырь – 66 тыс. с мощным хозяйством: литейное и гончарное производство, кирпич и изготовление саней, механический и смолокуренный цеха, свечной завод, мельница, каналы… и это далеко не всё. Подобных монастырей-монополистов в местной экономике было больше полутысячи.
Г) Влияние церкви на образование, науку и культуру
Для церкви важно было добиваться, как уже говорилось выше, абсолютной богобоязненности всех верующих (любить бога формально призывали, но не очень стремились к этому) и рабского смирения перед властью, а также бесконечной терпимости к жизненным невзгодам, обещая за это райскую жизнь на том свете. Другими словами, все миряне должны были принимать без размышлений данные догматы и не сомневаться в их истинности. Никакое инакомыслие при этом не допускалось. Но лучший способ достичь отсутствия инакомыслящих сделать так, чтобы не было мыслящих. Для этого нужно был взять под контроль образование, науку и культуру.
Такой контроль вылился в осуществление фальсификации истории, православной инквизиции и соответствующие гонения на просвещение, науку и культуру.
Фальсификация истории. Решение этой задача одинаково необходимо было как церкви, так и царствующему дому Романовых. Церковь нуждалась в возвеличивании своей роли в истории развития русского государства путем преувеличения ее значимости и приукрашивания своих некоторых деяний на отдельных этапах существования России. Династия Романовых стремилась поднять уровень своей родовитости, представить более благообразным свое восхождение на монарший трон и облагородить весь период своего 300-летнего с лишним царствования.
Почти все учебники по истории Руси начинают рассматривать ее с IX в. н.э., отраженную в «Повести временных лет». А что было до этого, и откуда взялась эта повесть? Например, Патриарх Кирилл в одном из своих публичных выступлений заявил, что до принятия христианства русичи были варварами и дикарями, людьми второго сорта, почти зверями (Доклад патриарха на Всемирном русском народном соборе. 10.11.2012). На взгляд, автора, так мог заявить не русский Патриарх, а только русофоб, ненавидящий своих пращуров. Немало историков придерживается иной, диаметрально противоположной точки зрения на своих предков.
Считается, что Повесть временных лет (ПВЛ) написана на рубеже XI и XII веков. Точный год написания «Повести временных лет» неизвестен, но есть несколько предположений по этому поводу. Историки А.А.Шахматов и Д.С.Лихачев полагают, что основная часть произведения была создана ещё в 1037 году, а затем оно дополнялось новыми сведениями от разных летописцев. Основным автором «Повести временных лет» многие историки называют Нестора, который написал эту летопись в 1110-1112 годах. При её составлении он основывался на сведениях из более ранних документов. В ней отражена «норманнская теория» привнесения государственности извне норманнами-викингами, которых на Руси называли варягами. Но до современников какого-либо оригинала этого произведения, в том числе, и первоисточников его написания, не дошло. Наиболее древняя дошедшая до нас копия (многократно редактированная) была изготовлена намного позже и датируется XIV веком. Её авторство принадлежит монаху Лаврентию. (https://diaryrh.ru/istoricheskij-fakt/povest-vremennyh-let-pervaya-drevnerusskaya-letopis). Именно по этой и некоторым другим версиям современные историки составляют картину событий того времени.
Аналогичная ситуация и с другими оригинальными источниками (помимо ПВЛ) русской истории. Как считает Л.Михайлов, артефактами, на которых базируются доказательства существующей историографии, тоже являются копиями «исчезнувших» древних манускриптов из сгоревших одновременно древних библиотек. Эти копии были созданы в XV веке и позже монахами-христианами, и даже в наше время с помощью современных компьютерных программ (Л.Михайлов. «Фальсификация прошлого России и цивилизации». Мера ss69100, 16.03.2016. https://ss69100.livejournal.com/2698825.html).
Российский историк А.В.Пыжиков пришел к выводу, что приглашенные Романовыми немецкие историки – Миллер, Шлецер и Байер, а также прикормленный придворный историк Карамзин, на самом деле писали не историю нашего народа, а рафинированное жизнеописание династии Романовых на основе летописей, составленных монахами, отражающими церковный никонианский взгляд на Россию (наподобие нынешнего Кирилловского). И именно это объясняет тот факт, что у нашей истории, как считает А.Пыжиков, украли древнейший скифо-арийский период, укоротив ее на тысячи лет.
Именно Романовы, в значительной мере утратившие русские корни, через подконтрольную церковь и западных историков начали насаждать норманскую теорию «превосходства» Запада, а по сути, проект «Россия» взамен проекта «Русь», который был прозападническим проектом интеграции нашей страны в западную паразитическую систему (А.Пыжиков о фальсификации истории России. https://ru-hidden.livejournal.com/159163.html).
Каким образом реализовывался этот «проект»? На эту тему написано много книг и статей, которые часто противоречат друг другу. Не претендуя на полную объективность в изложении этой проблемы, автор остановил свой выбор на публикациях, в которых изложена точка зрения, логически соответствующая событиям, происходившим в описывавшийся период истории. В этом плане представляет интерес публикация Д.В.Белоусова: «Кто уничтожил русские рукописи? Куда делись архивы церкви» (Д.В.Белоусов. «Кто уничтожил русские рукописи? 8.12.2017. https://cont.ws/@perfectworld/790818).
Например, «… Если нет документов, – пишет Д.В.Белоусов, – можно посмотреть фрески церквей. Но… При Петре I на территории Кремля разместили кабак, а в его подвалах – тюрьмы. В святых для Рюриков стенах играли свадьбы и ставили спектакли. В Архангельском и Успенском соборах Московского Кремля Романовы в XVII веке полностью сбили (!) все фрески-штукатурку со стен и заново зарисовали стены новыми фресками…
За многие века полная история славян – вообще не написана или уничтожена! Книга Мавро Орбини («Славянское царство», см. ч.2, Источники) сохранилась чудом. Все, что есть – тысячи фальсификаций о «диких славянах… лесных зверях… рожденных для рабства… стадных животных». И далее Д.В.Белоусов (приводим материалы из выше упомянутой его статьи с сокращениями и редакцией автора) дает перечень подобных фальсификаций.
«Даже самый первый русский «Хронограф по великому изложению» 1512 года был составлен на основе западных данных (византийских хронографов). Далее – ложь на лжи XVII века. В 1617 и 1620 годах «Хронограф» был сильно подредактирован (т.н. вторая и третья редакции) – история России была вписана в западные рамки всеобщей истории и хронологию Скалигера. Сначала фальсификациями руководили назначенные царем лица – протопоп Стефан Вонифатьевич (царский духовник), Ф.М.Ртищев (царский боярин), приглашенные «западнорусские учителя» Епифаний Славинецкий, Арсений Сатановский, Даскин Птицкий (из Киева), виршеслагатель Симеон Полоцкий. Но размеры фальсификаций и исправления старых книг в середине XVII века еще были скромными. Например: в «Кормчей» (церковный тематический сборник) 1649-1650 годов 51-я глава заменена на текст западного происхождения из требника Могилы; создали литературное произведение «переписка Грозного с князем Курбским» (написано С.Шаховским) и фальшивую речь И.Грозного 1550 года на Лобном месте (архивист В.Н. Автократов доказал ее сфабрикованность).
Но… малый объем фальсификаций истории не удовлетворял царский двор. С приходом на престол Романовых отдаются приказы в монастыри для сбора документов и книг с целью их исправления и уничтожения. Идет активная работа по ревизии библиотек, книгохранилищ, архивов. Даже на Афоне в это время жгут старые русские книги (Л.И.Бочаров. «Заговор против русской истории», 1998 г.). Волна «переписчиков истории» нарастала. Основоположниками новой версии русской истории становятся немцы. В 1674 году издается «Синопсис» немца Иннокентия Гизеля, первый официальный прозападный учебник истории Руси, многократно переиздававшийся (в т.ч. 1676 г., 1680 г., 1718 г. и 1810 г.) и доживший до середины XIX века.
Одновременно немец Г.З.Байер придумал норманнскую теорию: прибывшая на Русь кучка норманнов за несколько лет превратила «дикую страну» в могучее государство. Г.Ф.Миллер не только уничтожал русские летописи, но защитил диссертацию «О происхождении имени и народа российского». И пошло… По истории России до ХХ века были книги В.Татищева, И.Гизеля, М.Ломоносова, М.Щербатова, западника Н. Карамзина, либералов С.М.Соловьёва (1820-1879) и В.О.Ключевского (1841-191) и многих других. Но в сухом остатке – исходные семь книг, а по сути – всего три истории! Кстати, даже по официозу было три направления: консервативное, либеральное, радикальное. Вся современная история в школе – это перевернутая пирамида, в основании которой фантазии немцев Миллера, Байера, Шлёцера и «Синопсис» Гизеля, популизированные Карамзиным.
Русский историк Василий Татищев (1686-1750) написал книгу: «История российская с самых древнейших времен», но издать ее не успел. Немцы А.Шлецер и Г.Миллер (XVIII век) издавали труды Татищева и так их «отредактировали», что после этого в его работах ничего не осталось от оригинала. Сам В.Татищев писал про огромные искажения истории Романовыми, его ученики применяли термин «романо-германское иго». Оригинал рукописи татищевской «Истории российской» после Миллера бесследно исчез, а где находятся некие «черновики» (Миллер ими пользовался по официальной версии) ныне также неизвестно.
Великий М.Ломоносов (1711-1765) в своих письмах страшно ругался с Миллером насчет его лже-истории (особенно лжи немцев о «великой тьме невежества», якобы царившей в Древней Руси) и подчеркивал древность империй славян, и их постоянное передвижение с востока к западу. Михаил Васильевич написал свою «Древнюю Российскую историю», но стараниями немцев рукопись издана так и не была. Более того, за борьбу с немцами и их фальсификацией истории, решением Сенатской комиссии М.Ломоносов «за неоднократные неучтивые, бесчестные и противные поступки… по отношению к немецкой земле подлежит смертной казни, или… наказанию плетьми и лишению прав и состояний». Почти семь месяцев Ломоносов просидел под арестом в ожидании утверждения приговора! Указом Елизаветы он был признан виновным, однако от наказания «освобожден». Ему вдвое уменьшили жалованье, и он должен был «за учиненные им предерзости» просить прощения у немцев-профессоров. После смерти М.В.Ломоносова, на следующий же день, библиотека и все бумаги Михаила Васильевича (включая историческое сочинение) были по приказу Екатерины II опечатаны графом Орловым, перевезены в его дворец и исчезли бесследно. А потом… был напечатан лишь первый том монументальной работы М.В.Ломоносова, подготовленный к изданию тем же немцем Миллером. И содержимое тома почему-то странно полностью совпало с историей от самого Миллера…
12-ти томная «История государства Российского» литератора Николая Карамзина (1766-1826) – вообще переложение немецкого «Синопсиса» в художественном стиле.
Помимо В.Н.Татищева и М.В.Ломоносова прозападной лжи в разные годы противостояли такие русские люди, как А.И.Лызлов (1655-1697), И.Н.Болтин (1735-1792), Н.С.Арцыбашев (1773-1841), А.Д.Чертков (1789-1858), И.Классен (1795-1862), А.С. Хомяков (1804-1860) и др.
Старые летописи существовали во множестве и постоянно использовались вплоть до XVII века. Среди авторов книги Мавро Орбини – два русских историка древности – Еремея Русский (Иеремия Русин/Geremia Russo) и Иван Великий Готский. Причем Еремей написал «Московские анналы» от 1227 года, судя по всему – первую историю Руси.
Опять же – странные пожары в архивах церквей вспыхивали то тут, то там, а то, что удалось сберечь, по мнению Д.В.Белоусова, изымалось для сохранности людьми Романовых и уничтожалось. Большая часть остатков архивов – с запада Руси (Волыни, Чернигова и т.д.), т.е. оставили то, что НЕ противоречило новой истории Романовых. Мы о древних Риме и Греции сейчас знаем больше, чем о временах правления Рюриков. Даже иконы были сняты и сожжены, а фрески церквей – сколоты по приказу Романовых. По сути, сегодняшние архивы – это лишь три столетия русской истории при доме Романовых.
Просвещение и наука. Церковь не только фальсифицировала историю, но и осуществляла православную инквизицию, устроив гонения на науку и просвещение. Об этом достаточно информативно изложено в работе Е.Ф.Грекулова (Е.Ф.Грекулов.1893-1979 – советский историк религии. – «Гонения на просвещение и науку/Православная инквизиция в России https://scisne.net/a-81?pg=10). Далее автор приведет, наиболее значимые, с его точки зрения, извлечения из данной работы Е.Ф.Грекулова, а также некоторые другие источники.
Представители современной православной церкви утверждают, что гонение на просвещение и науку в России, если и было, то носило случайный характер, а церковь никогда не отрицала необходимости и пользы просвещения и науки. Профессор Московской духовной академии А.Иванов во время встречи в 1956 г. с представителями церкви США в своем докладе «Христианская вера и современная наука» уверял, что и вера, и наука – каждая имеет свою особую область и не мешает одна другой. Профессор Ленинградской духовной академии Л.Парийский в докладе на ту же тему доказывал, что религия не может противоречить науке, так как, по его словам, «библия и природа – это две книги, написанные богом и предназначенные человеку» («Журнал московской патриархии», 1956, № 5, стр. 66).
В действительности было не так. Российская православная церковь признавала только такое просвещение, которое было основано на религии. Просвещение же, не освященное благодатным влиянием религии, говорили ее представители, скорее пагубно, чем полезно. Относясь враждебно к просвещению народа и развитию отечественной науки, российская синодальная церковь часто была инициатором травли наиболее талантливых ученых и прогрессивных учителей. Она тормозила развитие просвещения и науки, добивалась уничтожения книг передовых ученых.
Еще на церковных соборах XIV-XVII рассматривались и утверждались списки запрещенных книг. За их прочтение назначалось церковное проклятие. Книги, признанные вредными, предлагалось сжигать на теле лиц, у которых они были обнаружены. Стремясь сохранить в неприкосновенности господствующую религиозную идеологию, освящавшую крепостнический строй и эксплуатацию народа, духовные власти боролись с проникновением в Москву западноевропейских идей, «испорченных» развернувшимся в Европе «Возрождением», уничтожали привезенные оттуда книги, а распространителей этих идей и хранителей запрещенных книг подвергали жестокой казни. При царе Федоре Алексеевиче хотели сжечь голландского фельдшера Квиринуса по обвинению в волшебстве. Боярина Артамона Сергеевича Матвеева за его пристрастие к книгам в 1676 г. обвинили в чародействе и сослали в Пустозерский монастырь.
В XVIII в. Российская Академия наук не была свободна от бдительного контроля представителей церкви. Православные инквизиторы проверяли ее издания, выискивая в них места «сумнительные и противные христианским законам, правительству и добронравию». По их настоянию в 1743 г. был изъят изданный Академией наук астрономический календарь, в котором духовные цензоры умудрились найти сведения о планетах, «к соблазну народному склонные».
Ненависть Синода и духовенства вызывал М.В.Ломоносов, не только как историк, но и за его научные исследования, которые подрывали основы религии. Ломоносов отвергал церковное учение о неизменности природы и создании ее богом. «Напрасно думают, – писал он, – что все, как видим, сначала творцом создано. Таковые рассуждения весьма вредны приращению наук. Легко быть философом, выучив три слова: бог так сотворил, – и сие дая в ответ вместо всех причин» (М.В.Ломоносов. Избранные философские произведения. М, 1950, с.397). В 1740 г. по инициативе Ломоносова была издана книга французского ученого, академика Фонтенеля «Разговор о множестве миров», в которой в популярной форме излагались научные данные астрономии, шедшие вразрез с религиозными мифами о создании мира. Синод признал книгу Фонтенеля «противной вере и нравственности»; книгу изъяли и уничтожили. Раздраженный выступлениями М.В.Ломоносова против религии и церкви, Синод хотел помешать его научной деятельности. Он требовал, чтобы произведения Ломоносова были сожжены, а сам Ломоносов был отослан в Синод «для увещания и исправления» (П.П.Пекарский. История Академии наук, т. II. СПб., 1873, с.603-604).
В 1756 г. Московский университет хотел издать философскую поэму выдающегося английского писателя Александра Поупа (1688-1744) «Опыт о человеке». В этой книге автор выступал против средневековых научных взглядов о строении вселенной, пропагандировал «зловредные идеи Коперника о множестве миров, противные Священному писанию», и книга была запрещена. До 1815 года с «благословения» РПЦ издавалось школьное пособие «Разрушение коперниковской системы», в котором гелиоцентрическую систему называли «ложной системой философической» и «возмутительным мнением». Для справки: Русская православная церковь выступала с критикой гелиоцентрической системы мира вплоть до начала XX века! Последним произведением, в котором критиковалась гелиоцентрическая система, стала вышедшая в 1914 году книга священника Иова Немцева: «Круг земли неподвижен, а солнце ходит». Автор «опровергал» систему Коперника цитатами из Библии и творений отцов Церкви.
Преследованиям духовных властей подвергся прогрессивный ученый, профессор математики Московского университета Д.С.Аничков (1733-1788), издавший в 1759 г. диссертацию «Рассуждение из натурального богословия о начале и происхождении богопочитания у разных, особенно невежественных народов». Отзыв о диссертации Аничкова дал московский митрополит Амвросий. Книга была признана им «вредной и соблазнительной». По его настоянию книгу Аничкова публично сожгли в Москве на Лобном месте.
Не избежал цепких лап духовных инквизиторов и другой выдающийся русский писатель, А.Н.Радищев, автор знаменитого «Путешествия из Санкт-Петербурга в Москву». Радищев был материалистом, он считал, что материя и природа существуют вечно, что их нельзя ни уничтожить, ни создать. Радищев отстаивал единство души и тела и критиковал религиозные взгляды на бессмертие души, осуждал царский деспотизм, религиозные суеверия. Воззрения Радищева были найдены «противными закону божьему, десяти заповедям, Священному писанию, православию и гражданскому закону». Книгу Радищева, уничтожили, а его как «бунтовщика хуже Пугачева» приговорили к смертной казни, которая была заменена 10-летней каторгой. Прошло более ста лет, и вновь эта книга писателя-материалиста подверглась осуждению со стороны церкви. В 1903 г. духовные цензоры нашли, что книга Радищева все еще опасна для религии и церкви, что она подрывает авторитет светской и духовной власти. По требованию церковников весь тираж книги уничтожили.
В 1819 году были преданы земле все экспонаты анатомического кабинета Казанского университета, по причине того, что «мерзко и богопротивно» употреблять «создание и подобие Творца человека на анатомические препараты» (хотя «распилить» тело «святого» на мощи – считалось богоугодным, но для поиска причин болезни и лечения оной нельзя).
В 1866 г. появилась замечательная книга русского ученого И.М.Сеченова «Рефлексы головного мозга». Опасаясь, что развитие естествознания и распространение материалистических идей подорвет основу христианской религии – веру в бессмертие души, по настоянию духовных цензоров эту книгу «за изложение самых крайних материалистических взглядов» признали вредной и наложили на нее арест. Автора хотели сослать в Соловецкий монастырь «для смирения и исправления». Но к книге И.М.Сеченова было привлечено внимание общества, и, боясь возбудить к ней особый интерес, цензурное ведомство было вынуждено снять с нее арест. Однако труд И.М.Сеченова продолжал долгое время числиться в списках запрещенных книг. Автора книги зачислили в число «неблагонадежных» и запретили ему читать лекции для народа («Материалы по пересмотру действующих постановлений цензуры и печати», ч. I. СПб., 1870, с.499-505; В.Прокофьев. Атеизм русских революционных демократов. М., 1955, с.88).