Приключение Арчибальда Д'энуре: проклятье камня и пепла

Пролог.

Краз лежал, глядя в потолок. Стоны вокруг не мешали ему думать. Они были таким же естественным фоном карантинной залы, как мольбы вопрошающих о своей судьбе и увещевания ухаживающих. Таких как Краз, смирившихся со своей судьбой, было немного.

В залу вошли жрецы храма земли, единственное горестное развлечение в их скорбной ситуации. Совсем недалеко от Краза стоял постамент, используемый как кровать, накрытый покрывалом. По идее, под покрывалом должно было находиться тело покойного, но Проклятье Камня и Пепла, было беспощадно. Сначала, оно покрывало пальцы рук и ног коркой, постепенно превращая конечности в камень, а после, плоть осыпалась небольшой кучкой пепла. Проклятье убивало взрослого цверга за лунный цикл, медленно перемалывая его плоть в пепел.

Для Краза, самым страшным моментом стало принятие заболевания, лекарств к которому не было. Ни одно лечение, ни один эликсир, ни самое сильное благословление жрецов храма земли, не останавливало неизбежное. Медленно, но верно, тела совершенно здоровых цвергов каменели, а когда из них исходил последний вздох, осыпались кучкой пепла.

Жрецы принялись за работу. Они медленно сняли покрывало и бережно собрали всю пыль в огромную урну. Далее они прочитали пару молитв Матери-Земле и очистили постамент водой и огнем. После, жрецы взяли урну и понесли ее к выходу. Согласно распоряжению Адамитового Короля, весь прах должен быть сожжен в кузнечных печах. Это было против традиционных правил захоронения цвергов, но после того, как проклятье стало всеобъемлющем, никто не высказывался против.

Краз медленно повернул голову к выходу и увидел тех, кого был рад увидеть больше всего на свете: своих детей.

– Ольдра! Ульз! – Краз крикнул чуть громче обычного, к чему его соседи не были привычны, отчего они тоже повернулись к выходу.

– Отец! – Ольдра подняла руку и замахала вместе со своим братом.

Когда они только попытались войти в зал Краз резко дернулся и крикнул:

– Стой!

Он рефлекторно дернул плечом, поздно осознав, что сделал это зря: от дернувшегося плеча раздался хруст и каменная на вид рука пошла трещинами, а после, осыпалась на кровать пеплом. Теперь у Краза не было одной ноги по пояс, одной по колено и руки; вторая оставалось такой же каменной на вид.

Краз поднял глаза на своих детей и увидел в них боль, отчего ему самому стало не выносимо.

– Отец, – низким тяжелым голосом произнес Ульз. – Мы… прости, но мы… уйдем…

Краз не сразу понял, что тот имеет ввиду

– Вы отправитесь на поиски лекарства?

– Да, – подтвердила его догадку Ольдра. – Мы отправимся завтра. Ульз уже получил благословление в храме, а начальник стражи отпустил меня.

Ульз согласно кивнул. «Искатели», как их называли, отправлялись на поиски лекарств, целителей или заклинателей, что могли быть способны хоть как-нибудь помочь в борьбе с проклятьем. Их стали направлять в самые разные земли, с того момента, как стало понятно, что проклятье распространяется, словно пожар в шахте, наполненной газом, но до сего момента ни один из не смог вернуться с хорошими новостями.

Взгляды отца и детей были наполнены болью и страданием. Краз понимал, что видит их в последний раз, и что ему больше никогда сказать, как сильно он их любит и не прижать к своей груди. Глаза его детей выражали боль последней встречи и невозможность ничем помочь своему отцу. С уголка глаза Краза скатилась одинокая слеза, что упала на кровать, в пепел от только, что потерянной руки. Он, как отец, решился первым отвернуть голову и лишь произнес:

– Прощайте. Я горжусь вами.

Он видел перед собой лишь стену, что мутнела от накатывающих слез.

– Прощай, отец.

– Прощай.

Два столь знакомых голоса, рвали наполовину окаменевшее сердце, но Краз силой воли заставил себя не поворачиваться. Вслед за голосами, раздалась пара уходящих от залы неуверенных шагов.

Краз впервые за много лет, мысленно помолился Матери-Земле: пусть она сохранит их. И даже если весь народ цвергов вымрет, пусть они останутся целыми и невредимыми. Он же, просто верил в них. Верил, что у них получится найти лекарство; верил, что они смогут добиться успеха там, где никто не смог.

Глава 1.

Ульз шел по Либерталису с недовольным выражением лица, что не скрывала даже его кустистая борода. Недовольство вызывало множество факторов. Например, солнечная и жаркая погода. Цверги были пещерными жителями и, несмотря на то, что солнца они не боялись и быстро привыкали к нему, предпочитали чуть влажноватый воздух и тьму бесконечных коридоров своих городов.

Еще, его недовольство вызывали взгляды людей, мимо коих он проходил. Они с сестрой были уже достаточно далеко от своих земель, а в этих краях цверги встречались не часто, так что постоянные шушуканья и подозрительные взгляды, от которых не было спасения, сопровождали их постоянно.

Третьим, и самым главным пунктом, вызывающим у него раздражение, были людские традиции. Ну зачем, скажите пожалуйста, нужно выжидать несколько дней, чтобы назначить встречу, а после перенести ее еще на пару дней?! Нет чтобы сразу решить все вопросы и не тратить ни их, ни свое время.

Он подошел к гостинице, где они снимали комнату и поднялся по лестнице, лишь бросив короткий кивок администратору, что был возможно единственным человеком в городе, которому не было дело до того, что они были цвергами. У двери их комнаты он остановился и постучал условным стуком. Не то, чтобы это было нужным, но привычка, появившаяся после того, как их чуть не ограбили, в одном из западных полисов, уже въелась в разум.

– Входи!

Зычный голос его сестры раздался из-за двери и Ульз вошел. Она сидела за столом приводя в порядок свою амуницию: латный нагрудник, пару обычных наплечников и наручей и ее двухсторонний молот. Все остальные вещи были собраны и подготовлены к отъезду: если они получат отрицательный ответ, то больше в этом городе им будет делать нечего.

– Готов?

– Да. А ты?

– Тоже.

– Возьмешь с собой? – Ульз кивнул на двухсторонний молот.

– Нет, не стоит, – немного подумав ответила Ольдра. – Мы идем в магическую гильдию. Твои навыки геоманта будут полезнее моих воинских, братишка.

– Не называй меня так!

– А как еще мне тебя называть?! Я на пятнадцать лет тебя старше.

Ольдра поднялась со стула и возвысилась на Ульзом на целую голову и тому лишь пришлось признать ее правоту. Его бесила привычка сестры называть его «братишкой», но поделать он ничего не мог. Если бы она называла его так при посторонних, то Ульз бы воспротивился, но при общении между собой, это прощалось: он не хотел ссор, ведь кроме сестры у него больше никого не осталось.

– Нам не пора выдвигаться?

– Пора.

Ольдра поднялась и быстро надела доспехи, спрятав под наручи пару ножей. Поймав на себе осуждающий взгляд брата, та лишь усмехнулась и, поправив свои волосы и бакенбарды, кивнула.

Путь до гильдии занял чуть более часа. Здание, было роскошным даже по мерках архитектуры людей. Это было объяснимо: Либерталис был городом, со множеством учебных заведений, и, хоть с отдельными великими учебными заведениями, такими как Имперская Магическая Академия, Академия Архитектуры Белого Града, или Морское училище Наутики, соперничать они не могли, по среднему уровню образования превосходили многие большие государства. К примеру, три четверти населения полиса владели грамотой, в отличии от той же Империи Августа, где таких людей было чуть больше половины.

Цвергов провели к Магистру Академии, Асконии Мак’Магики, человеческой женщины, преклонного, по меркам людей, возраста. Она была невысокого роста, едва выше Ульза, чуть полноватой, в небесно-голубом одеянии, с орнаментом, изображающем морские волны.

– Рада приветствовать Вас, дорогие гости, – сияла женщина. – Надеюсь, задержки при нашей встрече, не сильно ухудшат ваше мнение о нашем полисе?

Очередной глупый людской ритуал обмена любезностями. Ульз мысленно скривил гримасу, но вида не подал. Из них двоих у него лучше получалось вести переговоры, ведь как жрец храма земли он изучал языки людей, и имперский, в частности. Его сестра чаще всего молчала, лишь изредка добавляя, что-то от себя, когда понимала, о чем идет разговор. Она была воином, и оружием владела намного лучше, чем словом. Ульз улыбнулся всей своей бородой:

– Ничего страшного. Задержка была не столь критичной. Позвольте нам представиться. Меня зовут Ульз Краздурр, а это моя сестра.

– Ольдра Краздутта, – кивнула цвержка, что была выше магистра на полторы головы.

– Меня же, как вы, наверное, уже знаете, зовут Аскония Мак’Магика, и я занимаю пост Магистра данной Академии. Прошу вас пройти и присесть за стол.

Аскония указала на свой стол перед которым стояли два стула, явно приготовленных заранее. Пока они шли к своим местам, Ульз заметил, что в затемненном углу светлого кабинета, сидел еще кто-то. Как любой из цвергов, Ульз хорошо видел в темноте, и отлично разглядел сидящего. Это был старый мужчина-человек, с белыми волосами, темноватой кожей и фиолетовыми глазами. На мужчине было белое одеяние, а сам он сидел в кресле, попивая какой-то напиток. Мужчина не сильно скрывал свое присутствие, но, как казалось, не желал влезать в предстоящую беседу. Вести переговоры в присутствии охраны им доводилось часто, так что ни Ульз, ни Ольдра этому не удивились.

– Мы прибыли с одобрения Адамитового Короля, – сказал Ульз, сев в кресло. Он попытался вынуть из-за пазухи документ, с печатью, но Аскония его остановила:

– Не стоит – я вам верю.

Ульз этому тоже не удивился. Слухи о ситуации в Королевстве цвергов распространялись быстро. К тому же, они не скрывали причины их прибытия в этот город и провели пару похожих встреч ранее. Так что осведомленность магистра академии была понятна.

– Давайте, лучше сразу перейдем к делу, – предложила магистр.

Следующие два часа Ульз рассказывал все, что знает о Проклятье Камня и Пепла, в то время как Аскония задавала дополнительные вопросы. Диалог шел между ними двумя, в то время как Ольдра лишь переводила взгляд с Асконии на Ульза, периодически кивая, подтверждая слова последнего. Мужчина же в углу продолжал попивать свой напиток, изредка доливая себе в чашку, из небольшого чайничка.

К концу второго часа Аскония перестала задавать вопросы становясь все смурнее лицом. Такую картину Ульз наблюдал часто, и каждый раз его сердце разбивалось вдребезги, с четким осознанием того, что результат опять нулевой.

– Хм… – Аскония задумалась. – Честно говоря, я и не знаю, чем можно помочь.

– Может в ваших библиотеках есть какое-нибудь упоминание о похожих проклятьях? – не сдавался Ульз.

– Наврятли, но я еще уточню у старшего библиотекаря.

– Как много понадобиться на это времени?

– Декады четыре, может пять…

– Слишком долго. А вы не могли бы отправить кого-нибудь хоть с какими-то положительными результатами в Королевство цвергов. Можно прямо ко двору Адамитового короля? Даже если это будут лишь мелкие и незначительные зацепки, я прошу Вас, это сделать. Или еще лучше, если направите кого-нибудь из своих заклинателей. Может, оказавшись на месте, они бы смогли в этой проблеме разобраться.

– Хорошо. Если что-нибудь найдем, мы постараемся передать такую информацию. Но своих людей отправлять не станем, – абсолютно неискренне улыбнулась, Мак’Магика.

– Я уже Вам сказал, проклятье поражает только цвергов. Ни один эльф, человек или зверолюд ей еще не заразился…

– …«еще»… – перебила Ульза Аскония.

Ульз замолчал. Разумом он ее понимал: в Королевстве цвергов бушует неизвестная болезнь, что не лечится никакими методами. Если такая перекинется на эльфов или, не дай Мать-Земля, на людей, последствия могут стать катастрофическими. Сердцем же, он негодовал, но что же мог поделать. Осознание, что и здесь ему помощи не видать, заставило его сжать кулаки и подняться. Ольдра поднялась вслед за ним.

– Простите, что отвлекли Вас от важных дел, магистр, – процедил сквозь зубы Ульз. – Спасибо Вам за оказанное сочувствие. В королевстве будут рады любым крохам информации.

Ульз и Ольдра синхронно поклонились и когда они развернулись, чтобы уйти, из угла, где сидел старик, послышался привлекающий внимание кашель.

– Постойте, господин Краздурр, – старик поднялся и с чашкой в руке медленно направился к столу. – Я долго слушал Вас и могу сказать честно: боюсь, что помочь Вам не сможет никто.

– Нас не представили друг другу, – насупился Ульз.

– О! Простите мне мои манеры! После отставки я утратил хватку. Раманджа Сиптх, к Вашим услугам. Бывший Глава Гильдии охотников Капитолиса и Глава Лиги охотников Империи.

– Гильдия охотников… – задумчиво произнесла Ольдра. – Я слышала о вашей организации. Вы занимаетесь убийством зверей, зверолюдей и полулюдей, ведь так?

– Мы охраняем покой своего народа, – поправил ее старик.

– Глупая игра слов, – фыркнула Ольдра.

– Как Вам, госпожа Краздутта, будет угодно. К тому же, я уже пять лет, как не являюсь членом гильдии и не могу говорить от его имени.

Пока старик это говорил, он подошел к столу и Ульз почувствовал терпкий аромат травянистого напитка, что парил над чашкой. Как старик мог в такую жару пить что-то горячее, Ульз не понимал. Поймав его взгляд, Сиптх сделал жест рукой:

– Хотите отведать чай?

– Нет, – отрицательно замотал головой Ульз: что такое «чай» цверг не знал. – Надеюсь вы остановили меня не чтобы поглумиться, господин Ситх?

– Сиптх, если быть точным. И, нет, я не собираюсь глумиться над Вами, я действительно хочу Вам помочь.

– Вы знаете, как нам помочь? – голос Ульза источал недоверие, но это не поколебало улыбку Сиптха.

– Лично я, нет. Но я знаю одного человека, – Сиптх по-заговорчески мигнул Ульзу, – кто точно может.

– Кто это? – с придыханием спросила Ольдра.

– Арчибальд Д’Энуре, Внештатный советник Магистра Имперской магической академии и личный советник Императорской семьи по вопросам магии.

– О, да! Точно! – в ту же секунду, как Сиптх произнес это имя Аскония, будто бы ожила, в отличии от предыдущего получаса общения с Ульзом. Женщина зашлась румянцем, а ее глаза горели и впервые Ульз и Ольдра увидели ее настоящую.

– Сам Арчибальд Д’Энуре! – продолжила лепетать Мак’Магика. – Он способен решить любую проблему! Да, да, точно! Вы абсолютно правы, господин Сиптх!

Резкая перемена в женщине пугала, но и воодушевляла одновременно. Если два сильных заклинателя уверены в этом, что этот человек справиться, то стоило иметь того ввиду.

– А где он живет? – спросила Ольдра.

– В Капитолисе, – Сиптх неопределенно махнул рукой на север, – столице Империи Августа. Только прежде чем, Вы к нему направитесь, я бы дал Вам пару советов.

– Зачем? С ним что-то не так?

– В силу возраста и высокого влияния в Империи, Вам будет тяжело пробиться к нему на прием и тем более убедить вам помочь.

– Надеюсь, он не будет слишком стар для столь далекого путешествия.

– Хо! – усмехнулся Сиптх. – Позвольте полюбопытствовать, а сколько вам лет?

– Мне, семьдесят восемь, – сказал Ульз.

– Девяносто три, – с победным укором в сторону брата произнесла Ольдра.

– Выходит, он старше вас двоих вместе взятых, – растянулся в улыбке Сиптх.

– А разве люди живут так долго?

– Обычные, нет. Мне, к примеру, девяносто один, – Сиптх положил руку себе на грудь. – Но даже я помню старика Д’Энуре древним, когда еще сам был безусым мальчишкой.

– Так, как нам поступить? – Ульз вернул закатившего глаза Сиптха из его мечтаний.

– Поступить? А! Обратитесь напрямую к Императору. Понимаю, звучит не просто, да и к тому же подождать придется, но у них не всегда ладятся отношения и, если вам повезет, то Император может «настоятельно попросить» Д’Энуре помочь с этой проблемой.

– Не думаю, что он сильно захочет помогать, из-под палки.

– Вы просто не знаете старика Д’Энуре. Даже если работа ему не нравиться, он всегда выполняет ее на совесть.

– Хм… Звучит обнадеживающе. Что скажешь? – Ульз повернулся к Ольдре.

– Попробовать стоит, – кивнула ему в ответ сестра.

– Спасибо Вам большое, господин Сихтп, – поблагодарил Ульз.

– Сиптх, – вновь цверга поправил старик.

– Думаешь, он им поможет? – спросила Аскония, после того, как за цвергами закрылась дверь.

– Не знаю, – неопределенно пожал плечами Сиптх. – Но, если кто и способен, то только он. Я лишь надеюсь, что не умру от проклятья икоты, – рассмеялся старик.

Цверги возвращались в свою комнату в раздумьях. Впервые, за все время их путешествия, кто-то действительно смог дать им надежду – сладостный, но горький яд, и оба не желали поддаться преждевременной эйфории.

Когда они вошли в свою комнату, Ульз спросил:

– А что, ты в действительности думаешь?

– Не знаю, братец. Слишком уж это неопределенно.

– Угу, – буркнул Ульз, его обуревали похожие мысли.

– С другой стороны, подойди сюда, – Ольдра поманила Ульза к столу, на котором расстелила карту. – С другой стороны, мы можем убить двух зайцев сразу. Вот здесь находится Капитолис, – ее палец указал на точку на севере карты, – а еще севернее, находится священный для людей город, Иерудея, – ее рука прочертила линию до самого края карты и еще чуть-чуть дальше.

– Хм… Мы не собирались в Иерудею – город расположен слишком севернее. Но теперь можно и туда заехать.

– Именно. Если этот Август даст нам аудиенцию, скажем, через лунный цикл, а то и два, мы успеем и в Иерудею съездить и этого Арчибальда, как там его, посетить.

– Арчибальда Д’Энуре, – в задумчивости произнес Ульз. – В храме я слышал о нем. Сильный заклинатель, живший два с половиной века назад. Один из основателей Империи. Даже разок и в Королевство цвергов заглядывал.

– Возможно, что это один из его потомков?

– Тогда почему он не присвоил себе новое имя? Например, Третий, или там Двадцатый, как это у людей принято?

– Не знаю, – пожала плечами Ольдра, – ты в людских традициях лучше меня разбираешься.

– Это точно, будь они не ладны.

Последняя фраза слилась со стуком в дверь. Для уборки и обеда слишком рано, и серьезно насупившись, Ульз на имперском произнес:

– КТО?!

– Господин Краздурр? Я посланник от господина Сиптха.

– Войдите.

В комнату вошел молодой человек, одетый в униформу учащегося магической академии, передал Ульзу два свертка, и просьбу Сиптха вскрыть больший из них. Он был свернут рулоном, тогда, как меньший, хитро сложен и опломбирован печатью. Ульз развернул большой свиток.

– Что там? – Ольдра всегда была любопытной.

– Не знаю.

– Ты же их языки лучше меня знаешь.

– Говорить на них сносно я могу, но с письмом у меня еще есть трудности. Подожди секунду. [Малое Знающее Око].

Его карий глаз стал светло-голубым, и Ульз начал читать

– … так, погоди… тут ничего интересного…

– Совсем?

– Угу. Типичная людская переписка: много слов – мало толку. А вот! Угу… ага… понятно, – Ульз свернул свиток и положил его на стол. – Он пишет, что понимает нашу торопливость, и чтобы нам помочь передает это письмо. Его нужно отдать одной из глав Гильдии охотников, Таше или Саше Аргументис, и те помогут нам быстрее попасть ко двору. Если мы ему не доверяем, то можем вскрыть письмо и прочитать его содержимое, но если принесем его в нераспечатанном виде, то и доверия к нам будет больше.

– Понятно. Вскроем? – голос сестры принял заговорческие оттенки.

– Нет. – Ульз убрал письмо за пазуху. – Нам нужно предстать в самом лучшем свете. Ну что, ты готова? Пора выдвигаться.

***

– Уф! – с кряхтением Ульз упал на кровать, распластав руки.

– И не говори, братишка, – Ольдра растеклась по креслу натирая свои виски.

Общение с двумя главами гильдии было невероятно утомляющим. Две женщины, в возрасте начала заката людских жизней, были близнецами, одинаковыми во всем: одинаковые одежды, одинаковые манеры, одинаковое выражение лица и одинаковые седые косички, свисающие по обеим сторонам груди; одинаковое все, кроме единого мнения. Создавалось ощущение, что близнецы спорили всегда, так и не приходя к одному выводу. Постоянное перескакивание с темы на тему, взаимные упреки, и разный подход к решению одной проблемы, делали беседу с ними сущей пыткой.

Ульз, не испытывал к людям ненависти, но эти женщины раздражили его больше, чем кто-либо из них до сегодняшнего дня. В целом, цверги не превозносили себя над другими расами, считая, в частности людей, слишком поспешными. По мнению цвергов, люди, жившие мало, слишком спешат охватить все и вся, пытаясь прожить свои короткие жизни слишком ярко и слишком беспечно. Цверги любили основательность, неторопливость и постоянство. Поэтому Ульз и был выжат досуха такими переговорами. Что уж говорить о нем, когда его сестра, воин, сильный и выносливый, потребовала от Ульза клятвы предков, что он больше никогда не возьмет ее на переговоры с эти двумя.

– Верно народ говорит, близнецы – проклятые души.

На это заявление сестры Ульз даже реагировать не стал. В народе цвергов рождение близнецов было плохой приметой. Считалось, что Мать-Земля дарует душу при рождении, и раз близнецов двое, то и душа у них одна на двоих: расколотая и неполная. Вторая же половина, остававшаяся пустой, была отличным местом для пристанища различных злых духов.

– Думаю, что два дня ожидания мы могли бы провести, немного отдохнув. Что скажешь?

Ольдра лишь подняла сжатый кулак – символ молчаливого согласия.

Отдохнуть им действительно стоило. За последние два лунных цикла они давали себе отдохнуть лишь один день, и то, он возник, когда один из знатных алхимиков оказался «срочно вызван» к правителю полиса и не решился тому перечить. Ульз закипел, когда это узнал, но сдержался: люди, в целом, были склонны не выполнять свои обещания.

Дорога до Капитолиса заняла у них полтора десятка дней. Сначала морем до Белого Града, а после, брат с сестрой, нанялись в сопровождение к купцу, что так же собирался ехать на север, но опасался варваров. Взять к себе в проводника жителя степей, торговец не решился: опасался, что тот сам его ограбит, да, и в целом, наемникам не доверял. Цвергам, откровенно говоря, тоже, но они были в этих краях редки, так что найти их не составит большого труда.

Путешествие прошло без сучка и задоринки – варваров не было видно и близко. Это удивило и самого купца. Обычно степняки за пять дней пути так или иначе себя обозначали, а сейчас, если и захочешь, никого не увидишь. Ульзу и Ольдре такое было лишь на руку: влезать во всевозможные стычки желания у них не было.

Капитолис потряс цвергов. В их королевстве тоже были крупные города, но они скрывались под толщей горных пород и полного своего размаха не показывали. Столица Империи стал самым крупным и многонаселенным городом из всех, что они видели до этого. И, к неудовольствию Ульза, одним из самых беспокойных. На южном континенте они посетили пару городов Зултаната, где любая улица представляет собой сплошной человеческий гвалт, но привыкнуть к вечному мельтешению людей так и не смогли.

Здание Гильдии охотников они нашли спустя пол дня шатания по улицам. Уставшие и голодные, они уже обрадовались, что все самое сложное позади, пока их не встретили ОНИ… Саша и Таша Аргументис… Воспоминания об этих двух, заставили внутренности Ульза кувыркаться внутри себя и болеть.

– Уф…

– Что такое, братишка?

– Устал, – без эмоционально выдал Ульз.

– А я уж подумала, что прикидываешь дорогу до Иерудеи.

– Сейчас я об этом даже думать не хочу.

– Все равно мы не успеем: на дорогу туда и обратно нам еще десяток дней нужно. А-то и все двадцать.

– Нам только первого ответа от Гильдии охотников дождаться, и можем выдвигаться.

– Что ты имеешь в виду?

– У людей      так принято: если ты приходишь к более титулованному или знатному человеку, то должен подождать, но мы обратились не к знати.

– А в чем разница?

– Гильдия не состоит из знати. К тому же, позиционирует себя свободной. Так что мы, приличия ради, подождем пару дней и, если попросят подождать еще, скажем, что пока ждем, доберемся до Иерудеи, сославшись на наше тяжелое положение, и не думаю, что они откажут.

– А по прибытию в их священный город быстренько проведем пару встреч и если не получится, то вернемся назад?

– Скорее всего, мы успеем там только встречи назначить и лишь спустя некоторое время получим аудиенцию.

– Погоди, погоди! Разве людская церковь не состоит из простых людей?! Думаешь в пару дней не уложимся?!

– В пару дней, точно нет. Видишь ли, у людей религиозные деятели хоть знатью не являются, но относиться к ним принято, как к знати.