Мани манят

Осмотрев поселок Ключищи, они быстро нашли по адресу дом, который мало был похож на стандартную дачу. Хельге он напомнил деревенскую усадьбу из популярного тогда телевизионного сериала «Тени исчезают в полдень». Те же ворота! Бесконечный, засаженный картофелем огород, далеко не чеховский вишневый сад. Бревенчатые, капитальные стены, явно видавшие лики многих поколений, выросших здесь, приняли их настороженно. Водопровод отсутствовал, уличный туалет, наскоро сколоченный, конечно, без унитаза, вплотную примыкающий к коровнику и курятнику. Вот и все прелести жизни! Хельге трудно было представить себя здесь идущей с коромыслом и двумя маленькими детьми на ключ за водой. Да и земля ее всегда пугала. Видимо, отсутствие в генах подобного пристрастия сказывалось на ее восприятии сельского хозяйства. Ей тогда показалось, что она здесь умрет от скуки со всей этой драгоценной землей, да еще и потеряет много сил в борьбе за налаживание быта. Надо серьезно подумать над этой затеей и всё взвесить!

И вот сели они с мужем на нагретые солнцем бревна на берегу Волги и решили довериться судьбе или случаю, что, собственно, одно и то же. Бросили монету: решка – стоит купить дом, орел – нет. Выпорхнул орел и все разрешил. Возвратившись домой, они снова стали думать и гадать, что же все-таки делать с деньгами. Сейчас бы им такие проблемы?! Мозги, ограниченные советской ментальностью, явно нелепо тормозили. И тогда Хельга придумала еще один вариант. Она всегда мечтала о большой библиотеке, чтобы, не выходя из дома, можно было взять с полки любую любимую и нужную книгу. Такое желание появилось у неё и усилилось еще в отрочестве, когда она узнала от своей бабушки, что до 1937 года, то есть до всех репрессий, которые обрушились на их несчастный дворянский род, у них была огромная фамильная библиотека, занимавшая несколько комнат. И хотя она тоже выросла с книгами, но это была небольшая домашняя библиотечка из доступных в советское время подписных изданий. И еще несколько дореволюционных энциклопедий и словарей Даля, Брокгауза и Ефрона. Только эти книжные раритеты смогла увезти на санках родственница после того, как 32-летнюю бабушку Хельги арестовали как члена семьи врага народа, имея в виду ее мужа – деда Хельги – благороднейшего и образованного человека. Теперь у самой Хельги росли двое детей. И она, филолог-журналист, окончив в 1978 году историко-филологический факультет Казанского университета и в 1985 – МГУ, достаточно хорошо представляла, какие книги должны стоять на полках в ее доме и что желательно с младых ногтей читать детям. В книжных магазинах тогда много чего не было. Сплошной интеллектуальный дефицит. Существовал, правда, черный рынок, и Хельга иногда туда заглядывала, но это была капля в море, так что от такого своего решения Хельга даже захлопала от радости в ладоши! Ей вдруг стало понятно, на что потратить эти «бешеные» деньги.

На следующий день она дала в газету объявление примерно с таким текстом: «Хочу купить библиотеку». И тут же, как ей показалось, сорвала джекпот. Мгновенно на ее «глас вопиющего чтива» откликнулись многие люди. В основном это были уезжающие из Советского Союза еврейские семьи. У них варварски был ограничен вес вывозимых за границу вещей, поэтому тяжелые книги эмигранты вынуждены были продавать или отдавать. Так Хельга получила доступ к интеллектуальному дефициту и обошла десятки библиотек интеллигентнейших книголюбов, выбрав для себя и своих детей много нужного и интересного. Она чувствовала себя тогда прямо-таки книжным диверсантом. Но ей такая разведка боем, как ни стыдно это признать, очень нравилась.

А вот один звонок для нее оказался совершенно нетипичным и разительно отличался от всех предыдущих. Семья, откликнувшаяся на объявление, только что прилетела из Болгарии, где они пробыли три года. Там им удалось подписаться на многие редкие издания, в том числе на Пастернака и Ахматову, т.е. на все то, что невозможно было купить в Союзе. Но, к великому счастью Хельги, этой семейной паре катастрофически не хватало денег на покупку автомобиля – новой, тогда модной «девятки». Увидев объявление в газете, они решили расстаться с поэтами и еще с кое-какой литературой. У всех свои приоритеты. И это нормально.

Хельга на всю жизнь запомнила, как выбрала для этой затеи время между кормлениями грудной дочери Василисы и, оставив детей на свою маму, на всех парах побежала по адресу «благодетелей», тревожась лишь о том, что ее явно ввели в заблуждение и это окажется какой-нибудь ошибкой или еще хуже – розыгрышем. Кто может расстаться с Пастернаком, если даже на черном рынке его нет?!

Дверь ей открыла очень милая энергичная женщина и вежливо пригласила пройти в их уютную квартиру. Ее муж Алекс, возникший за ее спиной и очень похожий на французского актера Алена Делона, тоже приветливо улыбнулся и, оставив право решить вопрос жене, поспешил обратно к гостям на кухню. Хельга поняла, что пришла совсем не вовремя и, видимо, нарушила своим визитом встречу друзей. Но Рина, так звали хозяйку дома, спокойно провела книголюбку в зал и стала показывать ей то, что ее интересовало. Хельга еле сдерживалась, чтобы не выдать свою слишком явную заинтересованность и распирающий её изнутри восторг, который может сказаться на цене покупки. Три новеньких синих тома Пастернака еще пахли типографской краской. Хельга бегло прошлась по содержанию и даже зажмурилась от удовольствия: Доктор Живаго, Пять повестей, Занятие философией! Стихотворения и поэмы: Начальная пора, Поверх барьеров. Стихотворения, не включенные в основное собрание и другие редакции. Статьи. Рецензии. Предисловия. Переводы. Экспромты. Вот это да! Какое везение!

– Что-то не так? – поинтересовалась Рина.

– Нет-нет, что Вы, все замечательно! – выпалила Хельга. – Но где четвертый и пятый тома?

– Их вот-вот должны прислать, – пояснила Рина. – Мы выписали этот пятитомник перед самым отъездом из Софии. Все наши так делали. Вы не волнуйтесь, – заверила она. – Как только их пришлют, я тут же Вам позвоню.

– А вам не жалко их продавать? – прорвало совестливую Хельгу.

– Да, нет, не волнуйтесь. Я полистала и поняла, что это не мое, меня как-то не цепляет, – ответила искренне Рина.

И этим откровением она, как ни странно, окончательно расположила к себе Хельгу. Ни один самодовольный амбициозный гуманитарий из окружения Хельги так бы честно не смог ответить, хотя не понять Пастернака есть шанс у многих из них, да и у самой Хельги тоже.

– А Ахматова? Это ведь о любви – понятно всем, – попыталась несмело произнести Хельга, опять чувствуя себя грабительницей.

– Ну да, – отстраненно произнесла Рина, явно нервничая и оборачиваясь на смех и возгласы, доносившиеся из кухни. – Но машина нам сейчас нужнее! – убежденно сказала она.

Тогда Хельга уже без колебания начала быстро брать с полок нужные ей книги, пока хозяйка не передумала. Время от времени она только оборачивалась на Рину с умоляющим взглядом: это можно? Альбомы по искусству и многое другое Рина все-таки оставила себе. Все вместе с Пастернаком и Ахматовой получилось на три тысячи рублей. Именно этой суммы им и не хватало на модную и престижную тогда «девятку». Все-таки неисповедимы пути Господни! Но кто бы мог тогда подумать, что именно Пастернак так изменит и развернет жизнь Хельги! А Рина станет ее близкой подругой!

А когда уже через две недели пришел четвертый том великого поэта и прозаика, Хельга помчалась за ним вприпрыжку. И в этот раз ее встретила гостеприимная хозяйка, но теперь уже в сопровождении симпатичного добермана Бено, который в прошлый раз был с сыном на прогулке. В квартире теперь царила непривычная тишина. Чувствовалось, что Алекса не было дома. И еще Хельгу поразил некоторый беспорядок в таком уютном, со вкусом обставленном пространстве. Он как-то уж очень диссонировал с общей установкой и атмосферой красивого дома. В боковой комнате повсюду были навалены елочные гирлянды, шинели. Фетровые шляпы разного цвета стопкой стояли на журнальном столике. В зале работал цветной японский телевизор, на котором полоской выделялся видеомагнитофон и еще какая-то неизвестная Хельге техника. Полки, где когда-то стояли книги, заняли красивая посуда и богемское стекло. Все в этом доме выдавало, что люди приехали из-за границы и живут на широкую ногу. Хельга осторожно поинтересовалась: купили ли они желанную машину? Рина ответила утвердительно: «Да, белую ласточку, как ее ласково назвал муж, но пока сам он в Китае, а автомобиль в гараже».

– Где-где? В Китае? – удивилась Хельга, как будто ей сказали, что он улетел на Марс. – А что он там делает? – неделикатно полюбопытствовала она.

– Бизнесом занимается. Деньги зарабатывает, – как бы между прочим ответила хозяйка дома, поправив на себе длинный шелковый халат.

– Он там в командировке по долгу службы? – уточнила Хельга.

– Нет, он давно работает на себя, так сказать по зову сердца, – усмехнулась Рина.

– А что значит «работать на себя»? – докапывалась бестактными вопросами непонятливая любительница литературы.

Рина тогда с неким превосходством, жалостью и, пожалуй, раздражением посмотрела на допотопную, не от мира сего гостью и решила кое-что объяснить ей. «Без толку, конечно, но не отстанет же», – подумала она, еще раз демонстрируя, как бы между прочим, роскошный китайский пеньюар.

– Ну, вот скажите мне, – спросила она Хельгу. – Сколько зарабатывает Ваш муж?

– Двести рублей, с премией – двести пятьдесят, минус алименты 25% на сына от первого брака.

– Понятно, – протянула Рина, снисходительно глядя на Хельгу. – А вот представьте, что за десять дней вы сможете заработать двадцать его зарплат.

– Это же невозможно! Что же такого нужно сделать? Ваш муж, наверное, суперпрофессионал? – удивилась Хельга.

– Да где Вы видели, чтобы у нас в Союзе специалистам много платили? – саркастически заметила симпатичная Рина, при этом гламурно закуривая сигарету «Marlboro». Затем она, как будто вспомнив истинную причину прихода странной гостьи не ее круга, тут же достала откуда-то с верхней полки синий, вожделенный для Хельги томик Пастернака и протянула его бестолковой собеседнице. И, смерив ее еще раз ироничным взглядом, продолжила. – Вот у вас остались хоть какие-то деньги для начального капитала? Ведь вы же на что-то купили у нас книги?!

– Да, мой муж заработал их на шабашке на Оргсинтезе, – честно призналась Хельга.

– Ну, так вот, хотите их увеличить, поезжайте в Китай, – неожиданно предложила Рина.

– Почему в Китай? – удивилась Хельга.

Но эта идея-затея ей сразу понравилась. Если бы сказали, что за этим нужно ехать куда-нибудь в глубинку или в любой другой город Советского Союза, ее бы это совсем не заинтересовало. А тот факт, что нужно было лететь зарабатывать в «Поднебесную», Хельгу, между прочим, вдохновило не меньше, чем сам Пастернак. Вот уж никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь?!

– Так вот, – перейдя на «ты», Рина продолжила свой ликбез. – Берешь путевку в «Татарстан-туристе» и вместе с группой летишь в Хабаровск. Оттуда на поезде до китайской границы, а потом до города Суйфеньхэ. С собой везешь все, что там ценится: шинели, фетровые шляпы, гирлянды, командирские часы из Чистополя и так далее. Все это там меняешь на юани, а юани на товар.

– Какой товар? – выпучила глаза Хельга.

А Рина продолжила:

– Да там все такое красивое: детские вещи, кроссовки, ветровки, игрушки, сумки. В общем, всё, что тебе самой понравится, то и возьмешь. А здесь всё это улетит за два дня. Если ты совсем неспособная и нерасторопная, то увеличишь деньги в два раза, уж точно. Ну, а если есть у тебя хоть какой-то талант, как у Алекса и его друзей, то можно увеличить в десять и даже в двадцать раз, – заверила Рина. И с явным сомнением по поводу ее способностей посмотрела на взволнованную и растерянную гостью, на всю голову чокнутую любительницу поэзии.

Дело в том, что происходящее сейчас с Хельгой было для нее очень нехарактерно и даже абсурдно. Прийти за духовным, а вдохновиться материальным. Она нервно перекладывала томик Пастернака из одной руки в другую и откровенно, стыдясь своей заинтересованности и любопытства, пыталась внутренне оправдать себя тем, что у нее растут дети. Дочери Василисе уже почти год, а сыну Елисею – три. И деньги их семье, конечно, не помешают. Но в глубине души Хельга понимала, что дело не только в детях и деньгах. Именно в этот момент в ней проснулась и заговорила вечная ее мечта: попасть за границу и увидеть мир. А это была, между прочим, не меньшая страсть, чем литература. Да и книги, кстати, нужно было на что-то покупать. Ей, журналистке, после двух декретных отпусков эта идея показалась просто фантастической! Увидеть Китай и заработать деньги! Она от всей души поблагодарила Рину за дельный совет и предложенную помощь в приобретении вещей для обмена в Китае.

– Алекс на днях должен вернуться. Он подробнее расскажет, что туда выгоднее везти, – сказала Рина на прощание. – Звоните.

Оставался еще пятый том великого поэта, так что у Хельги были два повода еще раз посетить эту семью. Сейчас же ее главная задача заключалась в том, чтобы убедить мужа. Вряд ли он даст согласие на возможность такого вояжа?!

Вечером Хельга в красках расписала Георгию, как и какие они могут заработать деньги! Сколько красивых вещей привезет она детям и, конечно, то, что она увидит Китай и Дальний Восток. Сдерживая ее пыл, супруг лишь посмеивался.

– Ты же еще кормишь дочь, да и такая неприспособленная к жизни! Какая заграница? Ты даже валюты в глаза никогда не видела, а уж от продажи и бизнеса совсем далека. Для такого дела нужно быть практичной, ушлой, работать в торговле и вообще быть другим человеком.

– Но всему можно научиться! – возражала Хельга.

– С этим надо родиться! – убеждал ее муж.

Но, в конце концов, под горячим и серьезным напором жены все-таки сдался. И на следующий же день сам стал искать шинели и обдумывать, как все это осуществить без ущерба для детей. А Хельга во сне уже видела Великую китайскую стену и слышала мяукающую речь людей самой многочисленной страны планеты.

Через неделю Алекс вернулся из Китая очень довольный и привез с собой много интересных и дефицитных по тем временам «шмоток». Рина удачно пристраивала их, раздавая продавцам, чтобы как можно выгоднее реализовать всю эту невиданную для Союза роскошь. Деньги лились рекой. И когда Хельга прибежала за пятым томом любимого поэта, муж Рины уже собирался в следующую экспедицию, к которой она, кстати, и решила присоединиться. Рина помогла ей купить недалеко от Казани, в поселке Пестрецы, всевозможные фетровые шляпы, командирские часы, а офицерские шинели они сами достали. В общем, все было готово к первой ее поездке за границу.

Так началась новая жизнь Хельги. Совершенно далекая от высоких материй, притязаний на интеллектуальную профессию и возможности отсидеться за спиной мужа.