Мэй. Сломленная
- -
- 100%
- +
Послышалось тихое «угу». Девушка откинулась на спинку стула, затем сказала:
– Любому бы захотелось это выяснить, будь он на твоём месте. Это нормально. Только как ты сейчас это сможешь узнать?
– В том-то и проблема, что никак. Без доступа к сети это будет просто нереально.
Я не стала выдавать сразу всё, а только лишь намекнула. Если она действительно такая сообразительная, ей не составит труда самой догадаться, к чему я клоню.
Лицо Амелии приняло задумчивый вид. Она поднесла палец к губам и вполголоса произнесла:
– Кажется, я начинаю улавливать общий смысл. Мэй, а ты не подумала, насколько это может быть опасно для тебя?
Я хотела было возразить, но она продолжила:
– Я ведь правильно поняла, ты хочешь сбежать отсюда? Ведь только так, оказавшись на свободе, ты сможешь раздобыть нужную информацию, ― девушка на секунду прикрыла лицо руками. Помедлила и снова посмотрела на меня. ― И как давно ты уже об этом думаешь?
Как давно? Да с того самого момента, как поняла, что никто не собирается мне ничего рассказывать. Что только сеть сможет в этом помочь. Наверное. Во всяком случае я на это очень надеюсь.
Она оказалась умнее, чем я думала. Вот так сходу смогла понять, даже не услышав моего окончательного ответа. Пора бы привыкнуть, что возраст – это всего лишь цифра. Было глупо судить о ней в подобном ключе. Зачастую ум человека измеряется не по годам, а по тому жизненному опыту, которым он владеет. Это ещё одно доказательство, что девочке пришлось пережить не самые приятные моменты в её жизни.
– Ты всё правильно поняла, ― медленно начала я. Не было смысла скрывать правду. И так уже почти проболталась, а она догадалась обо всём сама. ― С сегодняшнего утра, как проснулась, так и подумала об этом. Что мне ещё остается делать? Сидеть тут и дальше, в полной неизвестности, и ждать, когда кто-нибудь из тех людей вдруг вспомнит обо мне?
– Думаешь, они умудрились забыть про тебя? Надо быть критическим недоумком, чтобы забыть указания своего начальства, или просто положить на них болт, ― девушка изогнула бровь и невесело усмехнулась.
– Значит, мне повезло и они действительно недоумки. А на что это ещё похоже? ― развела руки в стороны, и удивилась, как легко мне это далось. ― Я нахожусь тут уже уйму времени. Кроме тебя, никто так и не пришел. Если бы я была им так нужна, уверена, что эти люди хотя бы приставили охрану, что ли.
– Хочешь сказать, моё негласное участие не является должным присмотром?
Мне показалось или в её голосе прозвучал намёк на обиду? Забавно. Неужели девчушка правда думает, что сможет как-то помешать мне? Хотя… Если приплести к этому моё нынешнее состояние и полную дезориентацию, то да. По сути охрана ни к чему: я и двух шагов не смогу сделать, как Амелия уложит обратно в кровать. Ей не составит труда остановить почти обездвиженного недочеловека, а затем связаться с тем же самым директором этой дыры. Чтобы тот в свою очередь оповестил посредников моего «спасителя».
– Не бери в голову. Это обычное размышление, ― отмахнулась я в попытке перевести тему.
К счастью, мне это удалось. Лицо собеседницы приняло задумчивый вид, а через несколько секунд она вдруг спросила:
– Раз ты так хочешь отсюда сбежать, должно быть и план у тебя есть? ― Амелия достала из кармана леденец и положила его в рот. А когда так и не дождалась ответа, добавила: ― Господи, Мэй, только не говори, что не успела придумать чёртов план. Как ты собралась всё это провернуть, совершенно не позаботившись о деталях?
– Я не говорила, что у меня нет плана. Не так уж легко соображать, когда находишься в подобной ситуации, ― последние слова прозвучали как жалкое оправдание. Не отрицаю, возможно, я неосознанно пыталась оправдать себя, потому что действительно не успела ничего придумать.
– Но ты и не сказала, что он есть. И также не сказала какой он, этот план. Выходит, у тебя его просто нет.
Не знаю почему, но сейчас по сравнению с Амелией я чувствовала себя безгранично тупой. Не самое приятное умозаключение, но факт остаётся фактом.
– Ты сама понимаешь, что здесь ничего не знаю. И ни с кем не общаюсь, как только с тобой, ― начала я, но девушка перебила:
– Понимаю. Поэтому, смею предположить, что весь твой план заключается в том, чтобы попросить меня о помощи.
– Ладно, чёрт побери, ты права. Я действительно хочу попросить тебя помочь. Знаю, что для тебя это не меньший риск, чем для меня самой. Но ты работаешь тут, знаешь каждый коридор, поворот, кто и какими путями ходит. Амелия, пожалуйста, помоги мне, ― с неприкрытой надеждой обратилась к ней.
Мне пришлось переступить через свою гордость. Если быть честной, далось это не без труда. Я не привыкла просить кого-то, или уж тем более надеяться на малознакомого человека. Но сейчас не тот случай, выбирать не приходится.
Вместо ответа она встала со стула и подошла к двери. Немного постояла, прислушиваясь, затем дошла до окна и облокотилась спиной об подоконник.
– С этого и надо было начинать, подруга, а не давать неоднозначные намеки, ― невнятно буркнула Амелия, по обыкновению, сложив руки на груди. Послышался звук леденца, ударившегося об её зубы, после чего продолжила: ― Ты верно подметила, я рискую не меньше тебя. Если кто-то узнает об этом, меня уволят отсюда к чёртовой матери. Это в лучшем случае. Мы не знаем, что это за люди и кто их босс. А узнавать я не горю желанием. В случае неудачи, нас ждут большие проблемы, Мэй. Ты это понимаешь? Тебя как сбежавшую, а меня как соучастника.
– Да всё я понимаю. А также понимаю, что, если не сбегу, может быть ещё хуже.
Я не могла винить её. Девушка права, это большой риск для нас обоих. И если вдруг что-то пойдет не так, нам придётся заплатить за это. Возможно, даже жизнью. Только в отличие от Амелии, мне терять нечего. Я и так, считай, труп.
Сейчас всё больше начала осознавать, что это не какая-то там мелкая шайка притащила меня сюда. Не даром же они так беспокоились, чтобы некий Хью не прознал об их делишках. В городе немало различных группировок, которые промышляют в тех или иных сферах. Торговля оружием, наркотиками, органами, подпольные клиники, доходные дома и их же с ними ― все эти отрасли имеют своих хозяев. Это не мелкие уличные банды. Они, кстати, тоже не всегда без присмотра. У каждого есть свой начальник. Тот, кто заправляет и следит, чтобы его люди, а в частности товар, приносили доход.
Мой случай не является исключением. Каждый из главарей считает себя круче другого, у них уже давно идет негласное соперничество за территорию и статус. Никому бы не захотелось быть опозоренным перед другими. А теперь наглядная картина: кто-то из таких личностей берет под «опеку» девчонку, которая вдруг решает сбежать. К сожалению, это не удаётся сделать: ее ловят. И тогда вся эта затея катится к чертям собачьим. Занавес. Кем в такой ситуации будет чувствовать себя босс? Буквально у него из-под носа пытались убежать, а заодно и обхитрить. Он будет унижен, оскорблён, втоптан в грязь. Эта неудача не останется незаметна. Не думаю, что стоит продолжать размышления на этот счёт, и что последует далее.
Но, как говорится, есть и обратная сторона медали. Допустим, побег будет удачным, а вот исход ― тот же. Опять унижение. Только по причине того, босс и его люди не смогли ничего сделать. Как ни крути, но в обоих случаях у нас могут быть проблемы. Однако Амелии повезет уже чуточку больше: её причастность останется тайной.
– Даже не знаю… Это просто на грани безумия, ― не глядя ответила Амелия. Её задумчивый взгляд был устремлён в пустоту, из-за чего девушка казалась немного старше своих лет. Всю картину портил грёбаный леденец и раздражающие причмокивания.
– Ты не обязана соглашаться. По сути, мы чужие люди, я тебе никто. Я пойму и ни в коем случае не обижусь, если ты откажешься.
Это была правда. Я просто не имею права обижаться на незнакомого человека. Хотя сама при этом прошу его о помощи, за которую он может понести наказание. В данной ситуации я просила помочь даже не взрослого человека, а несовершеннолетнюю девочку. Из-за чего мне отчасти стало стыдно за столь эгоистичный поступок.
– Я не отказываюсь тебе помочь, ― сказала Амелия, слегка удивив меня своим ответом.
– То есть, ты согласна? ― встрепенулась я, а где-то внутри опять появилась надежда.
– Мне нужно подумать. Дай мне пару дней, хорошо? Это не хреновый риск. Необходимо тщательно поразмыслить над некоторыми мелочами, чтобы данная авантюра не вышла нам боком, ― сказав это, она подняла с пола бельё и вышла за дверь.
Глава 6
С момента нашего последнего разговора Амелия словно сквозь землю провалилась. Она не появлялась у меня в номере, из-за чего возникло неприятное ощущение, будто что-то не так. Не исключено, что её отсутствие могло означать отказ, или же она просто была занята другими делами. Но несмотря на это, я продолжала терпеливо ждать. Рано или поздно она всё равно придёт. Хотя бы потому, что это же её приставили ко мне в няньки. Возможно, тогда и расскажет о своём решении. К тому же пара дней – это понятие растяжимое. Девушка не сказала точно, сколько именно ей потребуется времени, чтобы подумать. Это может быть дня три, а то и целую неделю. Во всяком случае, если Амелия скажет нет, так у меня хотя бы будет возможность подумать над тем, как выбраться отсюда самостоятельно.
Не буду отрицать, что в какой-то степени надеялась на положительный ответ. Как бы то ни было, она ― моя единственная надежда. Помимо этого меня до сих пор гложило чувство стыда перед ней. За то, что вообще втягиваю её, что подвергаю риску. Неоправданному риску. Но с другой стороны, я не видела иного способа, как обратиться к ней.
За четыре дня полного одиночества я перебрала все возможные варианты. Некоторые из них казались ещё более безумными, нежели моя недавняя просьба. В конечном итоге я приняла решение: если Амелия не объявится на пятый день, тогда буду действовать в одиночку. План был прост как доска: дождаться ночи, когда постояльцы уже спят, а сотрудники не шастают по коридорам с деловым видом. Аккуратно выйти из номера и, ориентируясь по указателям (если они, конечно, имеются), искать выход. И самое главное – действовать тихо и желательно не облажаться.
Не спорю, это полное безумие, но другого выхода не вижу. Прошло уже достаточное количество времени с тех пор, как я оказалась здесь. А предположение, что те люди просто забыли про меня, всё больше походило на правду. Так почему бы не воспользоваться этим? Было бы глупо упускать такую возможность и тем самым ждать, когда же они вдруг вспомнят и объявятся. Этого хотелось меньше всего. Я понятия не имею, кто они, что у них на уме и какие цели преследуют. Не хочу быть марионеткой в чужих руках. Уж лучше один раз рискнуть, чем потом жалеть об упущенной возможности всю оставшуюся жизнь.
***
Сегодня я была как на иголках. Наступил пятый день. День, который решит мою дальнейшую судьбу. Громко сказано, но что поделаешь, если это действительно так. Я всю ночь не спала, прокручивала в голове разные варианты исхода, представляла, как выглядят эти коридоры и что меня будет ждать за дверьми отеля. Я по-прежнему не была уверена в своих силах: моторика хромала, движения были неловкие, зрение не до конца восстановилось, из-за чего всё было подернуто дымкой и немного плыло перед глазами. С таким списком я главный кандидат на получение проблем. Но я не намерена отступать.
Ближе к вечеру уверенность начала постепенно таять, и ей на смену пришла нервозность. Волнение усиливалось, что порождало сомнение в моей голове. Трудно усидеть на месте, нужно было чем-то занять себя. Только чем? По-хорошему не помешало бы немного размяться, встать с кровати и походить по номеру. Так хотя бы буду иметь представление о том, как быстро устану и смогу ли вообще передвигаться. А то я прямо «гениально» всё придумала, но не учла одну деталь: что так и не пробовала немного походить. Верх идиотизма.
Внезапно раздался короткий стук в дверь. Он был настолько неожиданный, что я аж вздрогнула и поневоле вжалась в матрац. Но не успела и подумать, как дверь открылась и в номер вошла Амелия. Выражение ее лица было нечитаемо, из-за чего я не могла понять, о чём она думает. Уже по своему обыкновению, девушка села на стул и только тогда наконец заговорила:
– Извини, что не заходила, ― начала она тихим голосом. ― Нужно было время, чтобы узнать графики других сотрудников, пересменки охраны и всё такое. Кстати, как ты себя чувствуешь?
– Это значит, что ты согласна? ― пропустив последний вопрос, поинтересовалась я.
Признаться честно, сомнения были не только в правильности моего решения, а ещё и в том, придёт ли она. Мало ли, что могло случиться. Может, она внезапно для себя решила уволиться и взяться за учёбу. Я не была уверена, что Амелия вообще сегодня придёт, и даже слегка обрадовалась её появлению. Дело не только в просьбе, а в том, что теперь я знаю, что с ней хотя бы всё хорошо. Мы живём в таком городе, где ты не знаешь, что тебя ждёт за углом.
– Сначала ответь на вопрос. ― произнесла Амелия с лёгкой улыбкой. Затем уже серьёзнее добавила: ― Я хочу иметь некоторое представление о твоём нынешнем состоянии. Иначе смысл тогда от моего ответа.
– Со мной всё нормально, если ты об этом.
Очень вкрадчиво, ничего не скажешь. А что я ещё должна была сказать? Отчасти это было правдой, я действительно чувствовала себя лучше.
– Нормально, говоришь… Ла-а-адно, сейчас попытаюсь всё объяснить.
Она окинула меня изучающим взглядом, будто сама хотела убедиться в правдивости моих слов. После чего снова заговорила:
– Мне нужно было время не только, для того чтобы подумать, а также для того, чтобы дать тебе возможность немного восстановиться. Благодаря своему отцу я кое-что знаю о таких, как ты. Он сам такой же. Ну или почти такой же. Не в этом суть, ― девушка неопределенно махнула рукой. ― Отец как-то рассказывал, что после проведения подобных операций нужно определённое количество времени, чтобы человек мог восстановиться. Это же, по сути, тебе вставляют инородное тело. Организм либо принимает его, либо отвергает. В твоём случае адаптация займёт намного больше времени. Собственно, именно поэтому я не приходила к тебе. Мэй, я не слепая и видела, в каком ты тогда была состоянии. Это большая нагрузка на организм. Ты даже не прошла должный курс реабилитации. Я хотела дать тебе хотя бы немного привыкнуть к своему новому телу.
Её слова заставили меня задуматься над некоторыми вещами. Неужели она тоже думала, что после такого вмешательства я просто не выживу? Её знания по данной тематике значительно превышают мои. Не иначе как она догадывалась о, скажем так, побочных эффектах в виде внезапной смерти. Да уж, приятного мало, но, если это так, возможно, всем стало бы проще. Амелии не пришлось бы рисковать из-за незнакомого человека, а мне…
«Так, надо заканчивать с подобными мыслями. Пессимистичный настрой делу не поможет. Пора бы уже свыкнуться с тем положением, в котором сейчас нахожусь, а не забивать голову всяким депрессивным дерьмом» ― сама же одёрнула себя.
– Ладно, как выяснилось, я ещё жива. А значит, всё не так уж и плохо, ― я попыталась улыбнуться, но, судя по лицу девушки, получилось не очень.
– Я бы сказала, что это замечательно. Твоё тело не отвергло импланты, оно постепенно начинает привыкать к ним. К сожалению, у нас сейчас нет такой возможности, чтобы ты могла расходиться и полностью прийти в себя. Если ещё не передумала сбежать, нам нужно действовать настолько быстро, насколько ты можешь, ― сказав это, Амелия посмотрела на меня так, будто только и ждала, когда я откажусь от своей затеи.
– Нет, я не передумала, ― к её неприкрытому разочарованию я отрицательно покачала головой.
Тогда она нагнулась к стулу, подняла какой-то сверток и протянула его мне.
– Это одежда. Не будешь же ты постоянно ходить в таком виде, ― пояснила на мой вопросительный взгляд.
Тут не поспоришь. То тряпьё, что сейчас было на мне, очень напоминало старую ночную рубашку из прошлого века. Судя по её внешнему виду, этой вещице удалось пережить немало.
– Ничего такого не подумай, но… откуда у тебя эти вещи? ― я не смогла удержаться от вопроса, когда обнаружила строгие женские брюки, свитер цвета морской волны и мужские кроссовки.
– Они не краденые, если ты об этом. Иногда постояльцы забывают часть своих вещей, а мы их находим, когда начинаем приводить номер в порядок. Не выкидывать же, ― девушка беззаботно пожала плечами.
– Меня не волнует краденые они или нет. Просто стало интересно, ― ответила, а потом добавила: ― Спасибо.
Вещи и правда были в хорошем состоянии, и по качеству заметно отличались от того, что мне раньше приходилось носить. Мне было абсолютно без разницы, что они оказались на размер больше, не говоря уже о кроссовках. Сразу видно – мужские. Да и плевать. Это лучше, чем совсем ничего.
– Так, а теперь приступим к делу, ― сказала Амелия, после того как я закончила с переодеваниями. ― По собственному опыту знаю, что в ночное время сотрудники предпочитают отсиживаться в комнате для персонала. В связи с тем, что сейчас половина номеров пустует, есть шанс ни на кого не наткнуться. С постом охраны тоже проблем быть не должно. Я посмотрела их график, где-то через полчаса у них будет пересменок. Как раз в этот момент мы сможем улизнуть из отеля.
После этих слов она подошла к окну и внимательно посмотрела куда-то вниз. Помолчала и добавила:
– Но небольшая загвоздка у нас всё-таки есть.
Я бы удивилась, если бы она этого не сказала. Ну не может всё быть настолько гладко, обязательно что-то да появится.
– И что это за проблема? ― поинтересовалась я, когда не последовало продолжения.
– Твой номер находится на самом последнем этаже. В отеле их девятнадцать, тебе как раз посчастливилось оказаться под самой крышей. Не исключено, что это не без определённого умысла. Скорее всего, те люди хотели перестраховаться, вот и выбрали этот номер с прекрасным видом на город.
– Не вижу тут никакой загвоздки, ― я аккуратно встала с кровати и, слегка пошатываясь, подошла к окну.
И правда, с такой высоты город был как на ладони. Его ночные огни, вперемешку со светом неоновых вывесок, отражались от привычного мокрого асфальта. Мимо проезжали машины, оставляя позади себя красный свет от задних фар. Внизу прогуливались прохожие: кто-то зависал возле дешевого на вид бара, кто-то ― с ленивым видом сидел возле палатки с фастфудом, а кто-то ― и вовсе примостился под фонарём. Всё это выглядело до боли знакомо и непривычно одновременно. Обстановка не походила на деловые кварталы, но и не была похожа на мои родные трущобы. Это было что-то среднее между тем и другим.
И тут меня осенило. Я находилась в средней прослойке города, где живут люди с чуть большим достатком, чем такие, как мы. Получается, что немного ошиблась, когда посчитала, что Амелия принадлежит к «верхним». Девушка выглядит самодостаточно, но, вспомнив её последние слова насчёт забывчивости постояльцев, всё стало предельно ясно. Не исключено, что большая часть её гардероба – это вещи тех, кто по своей невнимательности умудрился забыть их в номере. Ну, тут её нельзя винить. Да и чего греха таить, возможно, я бы поступила так же.
– Дело заключается в том, что у нас уже вторую неделю не работает лифт, ― послышался вздох. ― Для меня это не критично, а вот для тебя может вызвать некоторые сложности.
– Хм, какое странное совпадение, не думаешь? ― протянула я, не отрывая взгляда от окна.
– Я более чем уверена, что никакое это не совпадение. Эти типы решили перестраховаться, чтобы ты не смогла сбежать, ― девушка повернулась ко мне и невесело усмехнулась: ― Смею предположить, что про тебя никто не забывал. Они не дураки, всё продумали до мелочей: выбрали номер на последнем этаже, договорились об отключение лифта, приставили меня, чтобы ты не была без присмотра. Нет, подруга, они не забыли, просто тянут время. Ждут, когда пройдёт адаптация.
Чёрт, а вот об этом я как раз не подумала. Ну да, слишком много совпадений, что действительно уже наводит на неприятные мысли. Только одного никак понять не могу: зачем? Зачем я им вообще могла понадобиться? К чему такие меры? Нет, мне определённо нужно сваливать отсюда, и причём как можно скорее.
– Сколько сейчас времени? ― спросила я и перевела взгляд на Амелию.
– Полночь, ― тихо ответила та, и решительно добавила: ― Пора выдвигаться.
Глава 7
Когда Амелия упомянула о неработающем лифте, я попросту не придала этому особого значения. Все мои мысли были заняты немного другим – причиной. Зато сейчас я окончательно убедилась, что это действительно проблема. Мы без труда покинули номер, миновали пустой коридор и вышли к пожарной лестнице. После продолжительного бездействия было крайне непривычно выполнять столь несущественную нагрузку. Но тогда я даже не представляла, что меня ждёт впереди.
Мы преодолели всего два лестничных пролёта, а я уже выбилась из сил. Ноги казались неподъёмными, дыхание сбилось, перед глазами всё плыло, голова кружилась от усталости. Ну вот почему я не позаботилась об этом раньше? У меня была возможность размяться, походить по номеру, чтобы спустя всего каких-то пятнадцать минут не чувствовать себя развалюхой.
Я устало прислонилась к стене в надежде ощутить её прохладу и чуточку взбодриться. Но, к своему великому сожалению, кроме твёрдой поверхности, никаких ощущений не последовало. Если исходить из недавних слов Амелии, которая терпеливо ждала, когда немного передохну, процесс восстановления прошёл не до конца. Следовательно, нервные окончания ещё не вернулись в норму, либо и вовсе утратили свои свойства.
– Эй, ты как? ― шёпотом спросила девушка, внимательно смотря на меня.
– В норме, ― сделала глубокий вдох, после чего мы двинулись дальше.
Не могу предположить, сколько по времени занял спуск вниз. Мы то и дело останавливались чуть ли не через два пролета, что значительно замедляло нас. Я корила себя последними словами, что не подумала об этом раньше, но, к счастью, Амелия и слова не сказала. Она ни разу не упрекнула меня, лишь иногда спрашивала о самочувствии.
До первого этажа оставалось совсем немного: один пролёт и мы внизу. Уже на последней ступеньке девушка вдруг остановилась и, приложив палец к губам, стала прислушиваться. В отличие от неё я не слышала ничего, кроме своего сбивчивого дыхания. Однако где-то через пару минут стали доноситься отчётливые шаги. Судя по звуку, они принадлежали мужчине. И не одному.
– Это кто-то из сотрудников? ― еле слышно поинтересовалась я.
– Понятия не имею.
Амелия аккуратно подошла двери, слегка приоткрыла её, затем так же тихо сказала:
– Сомневаюсь, что это персонал. Трое мужиков стоят возле поста охраны. На постояльцев они не похожи, а персонал компаниями не разгуливает по отелю.
Вот это уже совсем не хорошо. Что-то мне подсказывало, что спуск с девятнадцатого этажа – это полная фигня. Самая настоящая проблема только впереди. В виде тех троих, которым зачем-то понадобилось заявляться в отель посреди ночи и воровато озираться по сторонам.
Не успела я задать ещё один вопрос, как Амелия бесшумно прикрыла дверь и в один шаг оказалась рядом.
– Нужно прятаться. Они идут сюда. Хотя в идеале было бы лучше свалить куда-нибудь подальше, ― торопливым шёпотом заговорила она.
Её встревоженный взгляд заметался по сторонам в поисках укрытия. Так как рядом ничего подходящего не было, девушка схватила меня за руку и потянула за собой в нишу под лестницей. Укрытием это место не назовёшь. Но из-за того, что тут было достаточно темно, оставалась слабая надежда, что нас просто не заметят. К тому же дверь располагалась так, что при её открытии взгляд сразу утыкается в ступени. Если эти трое не будут заглядывать под них, нам повезёт и сможем остаться незамеченными.
Стоило оказаться в спасительной тени, как послышался звук открывающейся двери. Следом раздались неторопливые шаги. Они буквально на секунду остановились, после чего стали удаляться прочь. Как только они оказались приблизительно на пятом этаже, Амелия снова подошла к двери и заглянула в проём.
– Охранника нет. Можем выдвигаться, ― пояснила она. Достала из пакета два респиратора и один протянула мне. ― Надень, воздух здесь не лучше вашего, ― пояснила на вопросительный взгляд.
– Может и так, вот только боюсь, что эта штуковина мне больше не понадобится. Не помню, чтобы ауги ходили в намордниках, ― невесело ответила я.
– Как знаешь, ― Амелия скептически изогнула бровь, но спорить не стала.
Как можно аккуратнее мы вышли в тускло освещённый холл. Девушка ещё раз посмотрела по сторонам, затем потянула меня за собой в сторону выхода.
Улица встретила привычным шумом. Несмотря на весьма позднее время суток, людей было немало. Это ещё одно отличие от моего скромного района. У нас так спокойно ночью не походишь, без крайней необходимости жители стараются и вовсе не покидать домов. А те, кто только возвращаются с работы, ходят максимально безопасными маршрутами, чтобы ненароком не наткнуться на банды или мелкие шайки. Тут же было наоборот: люди расхаживали каждый по своим делам, словно пропажи, грабежи и убийства, были только у нас.