Девочка Ада

Глава 1

БорИска

– Ад, мне очень нужна твоя помощь, – я мяла в руках записку, которую нашла дома ещё утром. Она стала последней каплей, толкнувшей на отчаянный шаг прийти к Андрею Даниловичу Адакову, а в узких кругах просто Аду.

Не то чтобы он был спасителем угнетённых, мессией, радеющим за мир, героем, не позволяющим обижать невиновных, но в данный момент только Ад мог меня спасти!

– И что тебе нужно? – скучающе, почти безэмоционально отозвался Андрей, откинувшись на спинку массивного кожаного офисного кресла. Смотрел ровно, без интереса:

– В-вот, – шагнула к столу, несмело бросила записку перед ним.

Он даже не шелохнулся, чтобы её взять.

Я секунду помялась и торопливо развернула:

– Прочитай, – запинаясь, придвинула к нему.

Ад помедлил, но всё же взял.

– И что? – небрежно бросил обратно.

– Мне угрожают, – опешила его равнодушию. – Это не в первый раз! И звонки были. И СМС. Даже пару раз в доме находила то вазу разбитую, то кровь на полу.

– Для этого есть полиция, – в том же спокойном тоне отозвался Адаков.

– А тебе они много помогли? – это было жестоко, напоминать о случившемся в семье Андрея, и о бездействии правоохранительных органов по раскрытию зверского убийства его сестры. И я попала репликой в цель, удосужилась хоть какой-то эмоциональной реакции от Ада – расстрельного взгляда. Хорошо, что им нельзя убить, а так бы я уже была мертва.

– Прости, понимаю, что сейчас не са моё подходящее время, – попыталась смягчить свою бестактность. – Мой папа… – запнулась, потому что смерть Анджелы, сестры Андрея и моей подруги, нас обоих подкосила. Вот только… Ад в себе закрывался и на меня с чего-то обозлился, а вот мне ещё тяжелее пришлось. Сначала подругу убили, потом и отца. – И твоя сестра…

– Не смей о нем говорить в моём присутствии, тем более в контексте смерти моей сестры, – отрезал сурово Адаков. – Моя боль – моя, твоя мне побоку! – отсёк любую мысль, что нас что-то объединяет.

Я опять замялась, не зная, как вести себя со столь агрессивно настроенным мужчиной. Ведь пришла с болью, отчаяньем, надеждой. И с чего вдруг он так рычал на моего отца? Да, они не были друзьями, скорее уж непримиримыми конкурентами, но ведь он мёртв!

– Прости. Я просто хотела сказать, что и мне плохо, тяжело, а полиция только руками разводит, обещает, но ничего не делает.

– У тебя в доме камеры, – напомнил сухо.

– В том-то и дело, они с некоторых пор стали, барахлить, – пробормотала, осознавая, как глупо звучали мои оправдания.

– Уволь всех старых охранников, найми новых, если конечно, у тебя ещё на это остались средства, – облил новой порцией морозного равнодушия.

– Остались, – не поняла причины его яда. – Но я тебя прошу, – выдавила, едва слёзы не глотая. – Расследование убийства отца ещё идёт, но мне прямо в лицо говорят, что дело – очередной висяк.

Меня волновала не утрата родственника. Может, жестоко с моей стороны быть такой бездушной, но мы не слишком ладили с папой, вернее почти не общались, особенно после скоропостижной смерти моей матери. И я бы не пошла к Аду, но меня стали неизвестные донимать жуткими угрозами.

Конечно, я знала, в чём дело – в наследстве – в сети клубов, которые мне достались после отца. Так что, да, я лакомый кусочек на столе опасных и голодных волков этого бизнеса, а ещё слабый противник. Выживать в мире сильных мужчин не привыкла, ведь до сего дня легкомысленно купалась в достатке, не зная печалей и горестей под крышей папы, и не озадачилась тем, как управлять махиной, построенной моим дражайшим родственником.

А все помощники, «правые» и «левые» руки, только его не стало, мне всё навязчивее стали казаться алчными, так и ждущими моей ошибки, чтобы урвать кусок покрупней.

Нет, не сразу до этого додумалась, но когда сталкиваешься с кучей проблем, решение у которых лишь одно – назначить других, поверенными лицами моего состояния и бизнеса, хочешь не хочешь задумаешься о том, что нет в твоём окружении верных и порядочных людей!

И это в окружении!!! Что говорить о безжалостном мире, не терпящем оплошностей, кишащем бескомпромиссными конкурентами?!

Ад тоже был конкурентом, но он брат подруги и я ему нравилась одно время. Знала наверняка – Андрей в этом сам как-то признался. Правда, тогда был сильно выпившим. Я благоразумно сбежала от дальнейшей беседы по душам, просто ушла из гостей, а когда увиделись с Адом в следующий раз, он вёл себя, как ни в чём не бывало. А я умело подыгрывала его амнезии!

Но я ничего не забыла, поэтому и к Адакову не сразу бросилась.

Просто уже была на грани. Наследство таяло, бизнес разваливался, я билась в отчаянье!

– Ад, не поверю, что тебе плевать.

– Жаль тебя разочаровывать, но мне нет до тебя дела, а теперь, будь любезна, – кивнул на выход без толики жалости, скорее отмахнулся от назойливой мухи. Сказал так, как отрезал и вновь к столу подался, погружаясь в документы с головой.

– Зачем ты так? – Не знаю, почему, но этот мужчина у меня всегда ассоциировался со скалой. Неприступной, защитной. – Знаешь ведь, у меня больше никого, – слёзы всё же обожгли глаза. Я торопливо смахнула едкую влагу с щеки. – Я одна.

– Жаль, – Андрей недовольно выдохнул, но глаза поднял. – Бизнес уплывёт, а ты скорее всего, плохо закончишь, – не скрывал холода.

Он меня просто убивал своим неисчерпаемым равнодушием.

Да что с ним такое?! Мы дружили с его сестрой ещё со школы! И Андрея помнила ещё молодым и наглым парнем, только встающим на путь неправедный, зато прибыльный. И если я – наследница богатого человек, то Адоков кровью и потом ковал своё состояние и бизнес с нуля поднимал.

– Это жестоко.

– Зато честно. Ты дура! Единственная наследница, а мозгов нет. Вместо бутиков и салонов красоты нужно было учиться. Или научиться совмещать и то и другое. Ну или мужика умного закадрить, а ты… – скептически цыкнул: – Ни того, ни другого не сделала.

– Ты никогда не был таким грубым, – пробормотала, не отрицая, что салоны и магазины в моей праздной жизни бывали часто. – А в универ я всё же поступила.

– Да ну? – вскинул брови нарочито заинтересовано, и явно к этому оставшись равнодушным. – Моды?

– Нет, – покоробило очередное издевательское уточнение. – «Бизнеса и управления».

– Значит, учись и скоро у тебя всё наладиться, – заверил безлико.

– Меня грохнут за это время и состояние растащат.

– А что ты от меня хочешь? Чтобы я нашёл ублюдка? Чтобы избавился от него, если посчитаю необходимым? – пугающе бесстрастно перечислял Ад, сложив на стол перед собой руки замком, и смотрел на меня с тем же непроницаемым лицом.

Он всегда меня пугал сколько себя помнила. Чернотой дьявольских глаз. Лицом, редко позволяющим эмоциям проступить. Умением холодно реагировать на самые жуткие и потрясающие новости. Бесстрастным рассуждением на любые темы. И непредсказуемой реакцией на ВСЁ!

Я никогда не знала, о чём конкретно думал АД в тот или иной момент, даже если чувства и эмоции других были как на ладони.

АД! Он во всех красках оправдывал своё погоняло. Безжалостностью к врагам. Равнодушию к похвалам. Он был сам себе на уме.

И, конечно же, ненавидела и презирала себя, за то, что боялась его до чёртиков.

– П-просто сделай так, чтобы меня он больше не доставал.

Андрей продолжал топить своей мрачностью.

– Найди его, – всхлипнула обречённо. – Мне больше не к кому обратиться.

– То есть, ты ко мне пришла от безысходности?

– Потому что ты АД. Только ты можешь помочь.

– Но я не работаю телохранителем. И чтоб ты адекватно понимала ситуацию, на твой бизнес первый претендент я. Так что, если не хочешь остаться даже без трусиков… – На этом запнулся, зачем-то взглядом скользнув по моей фигуре вниз, и явно на промежность, которую едва прикрывало короткое платьице. Глаза Ада потемнели: – Боюсь, тебе нечего мне предложить, – опять дал понять, что разговор ему не интересен.

– А ты цену озвучь. Может, соглашусь. – прочти скулила.

Щекотливое молчание не было долгим как заминки перед этим.

– Раздевайся, – бросил спокойно Адаков, даже не сменив позы.

Вначале подумала, что мне показалось, но Ад продолжал молча и бесстрастно на меня смотреть.

– З-зачем? – давно себя так жутко не ощущала. Как маленькая, провинившаяся девочка, которую сейчас будут наказывать.

– Хочу глянуть, что мне предлагают.

– Но я не себя, – отчасти ложь. Не дура, идя на встречу, прокручивала сотни вариантов, и один из них был как раз этого направления. Вот только я думала о другом подходе со стороны Ада: мягче, нежнее, возможно вариант «уговаривает – он, я – отказываюсь».

Я ведь не продаюсь, гордая, несмотря на то, что на деле себе цену набивала. Но судя по тону, цена мне грош, и ни о каком торге речи не шло! Чтобы я не предложила за помощь, Ад уже точно знал, что собирался взять. Он уже оценил и обесценил, собирался взять за «так».

– Не выноси мозг! Конечно, мне нужна доля в твоём бизнесе!

– Тогда причём тут «разденься»? – голос надломился.

– Бонус за хлопоты. – оглушила циничная новость. – Тело и дело!

Я опешила в очередной раз. Такая завышенная цена, мне даже в кошмарном сне не могла присниться.

– Я вообще рассчитывала «по дружбе и симпатии». Мы же хорошо знакомы! Я тебе не враг!

– Нет, – на той же деловой ноте отрезал Адаков. – Это только в бабских романчиках мужики отваливают состояние, чтобы отыметь очередную пустышку. Увы, тебе достался не тот герой. Я прагматичен и корыстен. Если уж еб*ся то по всем пунктам.

– Я не отдам тебе весь свой бизнес, – категорично мотнула головой.

– Весь не нужен. Для начала я стану твоим партнёром. Поверь, это тебе на пользу. Если кто-то раскроет рот на твоё наследство, я возьму вопрос на себя. Ну и иметь тебя буду, – прозвучало так же безмятежно, но в цель ледяная стрела попала. У меня аж глаз дёрнулся, в жар бросило, потом холодом окатило. Я чувствовала, как кишки в узлы от страха скручивались.

«Е*ть»?

Он даже не скрывал грязных намерений! Как-то я оказалась не готова к столь суровой реальности. Как девушка, мечтающая о любви и спасении прекрасным принцем, лелеяла надежду на романтику, страсть и добрые чувства. Но всё, что озвучил Ад – похоть, корысть и чистая выгода, причём для НЕГО!

– Не согласна? – скучающе уточнил Адаков. – Тогда вали отсюда, – кивок на дверь. – Если «да», я член в тебя разочек загоню и будем считать, что договор между нами подписан!

Глава 2

БорИска

– Ад, ты в своём уме? Я не буду с тобой спать! – категорично заверила. – Я не шлюха! И пришла к тебе…

– Как шлюха, готовая на что угодно, лишь бы я помог, – буднично закончил за меня Андрей.

Больно ужалил. Почти раздавил.

– Ты просто мстишь, – пронзила мысль. – Ты подло и мерзко мстишь за то, что я тебе когда-то отказала. Никогда бы не подумала, что опустишься до такого. Это некрасиво, недостойно… – пристыдила и дрожащей рукой забрала записку, намереваясь уйти, но Ад за запястье ловко перехватил:

– Не тебе мне тыкать, – стискивал мою руку до ощутимой боли. – Не тебе в меня бросаться упрёками. Не я к тебе пришёл, милая, а ты. И ты права, шлюхи знают себе цену, и понимают, когда загибать палку не стоит. А ты с какого-то перепугу решила, что стоишь больше. Это твоя ошибка! – чеканил морозно. И каждое слово врезалось в меня ледяной стрелой. В грудь, сердце, живот и голову. – Я условия озвучил. В следующий раз, когда приползёшь, лучше сразу с минета начать, но запомни, срок моего условия истекает через неделю, – ни единый мускул не дрогнул на его лице. – Потом будет жёстче и суровей. Тогда я заберу у тебя всё, и с тобой поступлю, как пожелает моя больная фантазия.

– Да иди ты! – выпалила в сердцах. – Я думала, ты мужчина, а ты… – махом освободила руку от хвата и растёрла, потому что она болела. – Жаль, что ты оказался ТАКИМ, – гневно выплюнула упрёк, не скатываясь до уровня «обзываться». – Прощай, Ад, – гордо вскинув подбородок, двинулась к выходу, – и не мечтай, в твоё чистилище я не вернусь! – но шла, в тайне надеясь, что Андрей одумается, окликнет. Скажет, что пошутил. Да, вот так грубо и гнусно, но пошутил. Я знала, что он странный человек. Не всегда понятный. Порой грубый. Но до последнего надеялась, что ко мне проявит участие, понимание, сострадание.

Только бы окликнул!

Я бы остановилась.

Но нет. Х*н там!

Уже одной ногой за порогом, позволила себе беглый взгляд на Ада – была уверена, провожал меня глазами, но опять НЕТ! Он вообще обо мне будто забыл. Сидел и с бесстрастным лицом перебирал на столе бумаги.

Ну и чёрт с тобой!

Чертыхнувшись, зло хлопнула дверью его кабинета и деланно не обращая внимания на охранников, пошла прочь.

Чего не хватало, чтобы дочь Стэшака Митича ползала на коленях, умоляла и сосала.

Пфф!

Я честно пыталась выживать сама. Делала вид, что держалась, а ночью ревела. Почти выла от слабости и безысходности.

Вгрызалась в новую для себя жизнь, но, увы, пока обламывала зубы и когти.

Почти неделю!

Но кутерьма с документами по бизнесу и наследству, вечные звонки от управляющих, аврал с поставками, неуспеваемость в универе и прочие навалившиеся проблемы, вплоть до обрушившихся на клубы проверок всех инстанцией, меня доводили до истерик. Полиция затаскала по отделам и конечно непрекращающиеся угрозы.

Как и советовал Ад, я наняла охранников и радовалась мнимой безопасностью ровно до момента, когда нашла на постели записку: «Пусть ничто не потревожит твой крепкий сон, с*а».

Глядя видеозапись, поразилась наглости и бесстрашию маньяка – ничуть не смущаясь камер, во всём чёрном, в маске, он шастал по моей комнате ПОКА Я СПАЛА!!! А ведь дома в этот момент были трое охранников из супер-агентства! Помимо прочего, он изрезал мои вещи, разбросал по комнате, словно издеваясь. На камеру нюхал моё нижнее бельё и даже… дрочил на него!

Безустанно писала заявления в полицию! А она всё обещала и обещала. Я погрязла в депрессии, в универ уже не ходила, тени своей боясь.

Так что да, я честно пыталась вытягивать, но со всех сторон твердили – пора сбрасывать лишние клубы. Они и без того мне достались с большими долгами отца.

Об этом узнала от распорядителя через день после обращения к Адакову. И что са моё жуткое Ад был тем самым заёмщиком, у кого лежали долговые расписки.

Вот почему он был таким наглым, самоуверенным! Знал, что я в долгах, знал, что на грани разорения и не сомневался – рано или поздно я приползу молить о пощаде!

Ненавидела его и даже была готова к перепродаже клубов кому угодно, только не Адаков, но потом нашла убитую собаку, утром у себя на постели, с прибитой ко лбу запиской: «Уже скоро и тебя это тоже ждёт!»

БорИска

– Андрей, – в бессилие рыдала в трубку, сотрясаясь от слез у трупа собачки, – они убили Стэйси, – едкая вода жгла глаза. Я не знала, что делать. Больше не могла сражаться с этим жестоким миром!

– И что? Мне псину похоронить нужно? Тебя утешить? Дома прибраться? Что конкретно тебе нужно? – его слова стегали точно удары хлыста.

– Почему ты такой бессердечный? – всхлипнула в безутешном горе. – Неужели в тебе не осталось ничего?

– Не понимаю, с чего ты взяла, что я вообще должен тебе помогать? Берега не попутала?

– Потому что… – запнулась я. – Анджела всегда твердила: «Если обратишься, он поможет! Мы подруги. Почти сёстры. Он мой брат, значит и ты ему не чужая!»

– Энджи много говорила, и часто – пустого, – отрезал Ад, – я тебе никто! Ты мне… – секунду помолчал, – тоже.

– Андрей, я наняла как ты советовал охрану, но они не спасают! У меня больше нет никого. – чувствовала, как земля уходила из-под ног.

– А как же Димитрий Назарович Ветров? – прилетел вопрос, на несколько секунд протаранивший неорганизованный поток мыслей.

– Он… – мямлила, не понимая к чему вопрос, – он сокурсник. Мы просто виделись пару раз. Откуда ты?..

– Вот ему и звони! – на линии повисли быстрые гудки.

Я в шоке. В бессилии и разрывающей меня истерике!

Причём тут Ветров? Я с ним встретилась по делу. Его отец юрист, я хотела получить консультацию стороннего человека!

Что за бред?!

Зарыдала в голос над трупом Стэйси.

Что делать? Опять звонить в полицию?

Требовать от охранников ответственности?

Чёрт! Меня окружал Ад!

Сущий, непроглядный АД!!!

Андрей/Ад

Хрен знает, зачем, но еду.

В душе что-то шевельнулось?

Если только алчная радость, что доченьке отродья Митич хе*во!

Она в отчаянии рыдала и от безнадеги была готова сдаться.

Сдаться на удачу мне!

Когда прибыл на место, она уже в окружении полиции была. Давала показания. Зареванная, жалкая.

Её охранники меня встретили недовольно и хмуро, но лишних вопросов не задавали.

– Шмотки собери, – сухо бросил опешившей от моего появления БорИске. Не разменивался на любезности, и не особо желая фокусировать внимание на своем приезде. Но девчонка вытаращилась, словно я сам дьявол, явился по её жалкую душеньку!

Дура, я сам Ад! И контракт на её начинку и обертку уже готов!

Я вытрясу из неё всё, выжму все соки, вые*бу жизнь!

И я не напрашивался – терпеливо стоял в стороне и не вмешивался в её жизнь. Но раз она не успокаивалась и продолжала мне докучать, дам, чего желает. Слёзы после, меня уже не волнуют! Как говорится: «За что боролась, на то и напоролась!»

– Ад, но у меня полиция…

– Они закончат без тебя! Твои охранники будут здесь! Закроют двери, ключи привезут. У меня мало времени, – демонстративно глянул на наручные часы и так, словно опаздывал. – Если собираешься спорить, я пошёл, – киваю на выход.

Менты и охранники то на меня, то на неё косились.

– Боюсь, – один из них решил голос подать, – нам ещё нужно узнать…

– И вы будете искать? Реально? – прострелил его суровым взглядом, на все сто уверенный, что дело ляжет в папку «висяк» прежде, чем мы домой доедем.

– Ничего не имею против правоохранительных органов, но сильно сомневаюсь, что они задом пошевелят из-за убийства животного! – добавил значимо и, уже обращаясь к БорИске. – И тем более, простых угроз. Вот когда тебя изнасилуют, обворуют на круглую сумму, убьют, расчленят, да, – скучающе покивал, – а так… – ненавязчиво давил, но так, чтобы обманчиво верила, что что-то решала сама. – Тебе решать, отменять вызов или продолжать переливать из пустого в порожнее.

– Ты мне поможешь? – с надеждой на меня уставилась девчонка. Даже такая зарёванная, бледная, отчаявшаяся была непростительно хороша. Так хороша, что от её вида мои внутренности скручивало в узлы, горло сдавливало невидимыми клешнями.

– Если выбирать из двух зол, согласись, в этом деле у меня больше интереса, чем у них, – без какого-либо ехидства кивнул на ментов.

– Д-да, наверное, – нервно согласилась Бориска.

– Но мои условия не изменились. Ты же помнишь цену? – когда менты с ворчаниями ушли, напомнил свои требования.

– Да, – смущённо опустила глаза девчонка, на щеках румянец заиграл.

Это придало сил. Я уже чувствовал вкус сладкой победы!

– Если всё понимаешь. Уже оценила риски и последствия. Забирай из дома само ценное.

– Зачем? – моргнула непонимающе Бориска.

– Ты едешь ко мне!

Глава 3

Андрей/ Ад

Черт ведает, что в ней такого, но именно оно меня заставляло её так нездорово хотеть. Я давно болен, хотя не сразу среагировал на этот «бриллиант». Узнал о Бориске когда сеструху в школу к богатеям смог устроить. Вот тогда Энджи с дочуркой Стэшака Митич познакомилась. Им тогда лет по тринадцать было.

Я поначалу не воспринимал её толком.

Ну девчонка.

Ну подружка сеструхи.

Ну вместе учатся.

Ну у нас часто бывает.

А вот как на привлекательную девушку глянул внезапно.

Им было лет пятнадцать может шестнадцать и я бы не заметил изменений, да они так вырядились, накрасились, что я забыл, куда и зачем шёл. И о чём думал. Мысли, как и взгляд споткнулись о двух красоток в том возрасте, когда уже и по законам нашей страны их можно хорошенько оттрахать без уголовного преследования, хотя бы потому что сами напрашивались.

Тогда-то заметил: что девчонки выросли, и округлились в нужных местах. Ещё не шибко женскими фигурками обладали, но вполне аппетитно по-девичьи.

В тот момент мозгов хватило не выдать свою озабоченность, но нагоняй получили обе. И никакой вечеринки им не светило! А ещё пообещал ноги и руки оторвать тем парням, у которых глупости хватит близ этих малолетних идиоток крутиться.

Они меня тогда люто возненавидели. Нарекли тираном, деспотом. И периодически эпитеты в мою сторону прилетали очень красноречивые и звучные. Меня это охлаждало какое-то время. Отрезвляло. Пока Бориска у нас с ночёвкой в очередной раз не осталась.

Ей лет семнадцать уже было.

Ночевали у нас. Напились с Энджи.

Не знали, что я вернусь домой из командировки раньше и тоже под градусом.

Энджи и Бориска очень похожи. Чёрные волосы, худощавые фигурки.

И когда в потёмках кухни заприметил девушку, головой в холодильнике, в моей футболке с полной уверенностью, что это сеструха, зло шмякнул по заду:

– Какого чёрта… – на этом запнулся. Бориска ойкнула, с разворота отшатнулась от меня, спиной чуть ли не ныряя в открытый холодильник.

А меня заклинило на ней. Так и смотрел на испуганно вытаращенные, светлые глаза, полные дрожащие губы. Руки алчно к ней потянулись, но я не позволил тогда лишнего.

– Жрать по ночам вредно! Фигуру испортишь, – не в себе качнулся прочь, и едва в дверной косяк не врезался – перед глазами всё ещё Бориска полуголая стояла.

С тех пор моё сумасшествие к ней лишь обострилось.

Обострялось, оголялось до болезненной одержимости и жажды заполучить, пока они в очередной раз на днюхе сестренки не напился.

Чёрт за язык дёрнул сказать Бориске, что она красивая.

Смутно помню, но вроде не приставал, зато точно знаю, что она меня отшила и сестре сказала: «С ним ни за что! Он же… Ад!»

Покоробило это, какая-то малолетка-кокетка одним фырком растоптала моё мужское эго, поэтому отступил. Ушёл в тень и жил своей жизнью, больше не делая попыток.

Вот только не прошло моё заболевание с годами!

Уж и не думал, что удастся её так просто заполучить, но Бориска наконец в моих сетях! Только цели в отношении её отнюдь не благие: ни романтики, любви или черта милого и нежного! Я слишком зол. Слишком жаждал крови. Слишком долго ждал. И это всё обострено смертью сестры!

Нет радости в победе над жалкой, запуганной девочкой, но не я её такой сделал – сама! Её слабость лишь упрощает задачу по разрушению её жизни и империи отца. Останется пару финальных шагов: я её растопчу и выброшу за ненужностью!

По дороге домой заглядываем к нотариусу, он уже контракт между нами подготовил. Идея не с бухты-барахты родилась, я этой темой озадачился, когда девушка обратилась ко мне в первый раз. Поэтому знал, что там будет, какие условия, подводные камни.

И чтобы заполучить жертву в свои лапы на законных основаниях, с её полного, добровольного согласия, оставалось поставить подписи с обеих сторон: мою и Бориски.

Блин, у неё и имя какое-то не такое, барбариской отдавало. И так сладко во рту становилось, хоть водой запивай. Всегда так было. Но и ни черта не спасало.

Я Бориску дико хотел!

А заполучив, собирался ей запивать, заедать, дышать и подыхать. Поэтому и покупал доступ к её продажному, но такому вожделенному телу. И пользовать его собирался, как только позволит моя грязная фантазия.

Меня бомбили звонками и СМС по работе, а Бориска, поджав губы, неторопливо изучала типовой контракт на наши делово-интимные отношения.

Она ещё не в курсе, но на улице ждало несколько знакомых папарацци, чтобы запечатлеть для обозревателей их пабликов новую пару, якобы недавно объявившую о помолвке, но скрывающую об этом от всех.

– Значит, между нами фиктивные отношения? – нахмурила аккуратные дуги бровей.

– Фиктивная помолвка, – пояснил я, – чтобы куча вопросов отвалилась сама собой, а отношения…

Бориска как раз отложила последний лист и вскинула на меня глаза:

– Погоди, это что, я твоей сексуальной рабыней буду? – почти выплюнула мысль.

– Грубо прозвучало, в контракте чуть мягче, но суть ты уловила.

– Андрей, это же не серьёзно, – скривив личико, канючила Бориска.

– То есть, – недовольно брякнул я, – ты всё-таки решила мне мозги вы*ть? – перехожу в наступление, потому что не ожидал очередных претензий, споров, торгов. Был уверен, она уже готова. Как говорится, кто на горяченькое! Но девчонка опять была на своей волне.