Лучик для Тёмного

1 часть

Глава 1 

В семье не без урода…

Лейра

 «Все как у всех, все как всегда…Добро и зло. Белое и чёрное. И почему нам не жить как раньше? Кому нужны все эти эксперименты? Зачем сталкивать монстров и чистые души? Почему я?» – предаваясь минутному отчаянию, Лейра стремительной походкой выходила из кабинета отца.

Вообще-то Лейра была оптимисткой. А как ей не быть? Попробовали бы вы родиться в семье, где семь старших братьев и все – Ангелы Высшего круга. К таким-то подойти страшно не то, что заговорить.

Все как на подбор: с каменными лицами, вековым льдом в глазах и мужественными губами. И эти губы всегда сурово поджаты… Хотя нет. Когда братья смотрели на неё – скорбно изогнуты, а в глазах вселенская тоска, мол, в семье не без урода.

В те времена, когда Лейра была маленькой, она верила, что возможно растопить айсберги сердец.

Что она только ни делала… Улыбалась сама, веря, что улыбкой отвечают на улыбку. Затем пыталась вызвать смех, показывая разные смешные фокусы, нарочно падая или цитируя смешные истории, но видела лишь нескрываемую жалость и сочувствие братьев.

Откуда пошла эта вера в то, что Лея является «уродом» в семье? История давняя и печальная.

Может быть, если бы тогда выжили её мать или сестра, все было по-другому. Но, увы… Эту историю ей рассказала няня ещё в детстве, считая, что маленький ребёнок ничего не поймёт, но Лейра запомнила на всю жизнь, и никогда не подходила к отцу или братьям с вопросом о матери, которую никогда не видела.

Семнадцать лет назад, в жаркий летний день на свет решили появиться две девочки. Две!

Тоненький писк разорвал тишину раннего утра, и счастливый отец с трепетом взял на руки крошечное дитя. Девочка была истинной, ангелом во плоти. Светлые волосы искрились на солнце, ярко-синие глаза в обрамлении чёрных ресниц лучились небесным светом, небольшие, кипельно-белые крылья неуверенно затрепетали на воздухе.

Отец полюбил дочь сразу. Океан нежности затопил его холодное сердце. Правитель вскинул дочь над головой, являя миру. Даже солнце померкло от божественного света ребёнка, по венам которого текла чистейшая кровь. Все ангелы признали в ней истинную, рождаемую один раз в пять веков…

Но тут крылья малышки стали сереть, темнеть… обвисли, и душа истинной покинула идеальную оболочку.

Отец даже имя ей дать не успел.

Солнце тотчас набрало силу, будто вновь ощутило своё могущество, и с пущим рвением обрушило свет на мир. Тёплый ветерок стремился ворваться в комнату, чтобы разделить счастье Правителя, но на руках отца медленно умирало крошечное чудо.

Синие глаза подёрнулись плёнкой, белоснежные крылышки опали вялой тряпочкой, сияние волос померкло. ребёнок умер, так и не напившись воздуха Высшего мира.

Отчаяние чёрной волной затмило разум отца. Образ прекрасного ангела все ещё стоял перед его глазами, когда мать снова скрутило болью схваток. И через несколько минут на свет появилась новая девочка… Послышался ещё один слабый писк.

Отец с надеждой обернулся, веря, что судьба вернула ему его прекрасное создание. Вот только вместо чистокровного ангела на него пялились глазёнки непонятного существа… По-другому и назвать-то сложно.

Девочка была очень маленькой, тощенькой и синенькой. Наглые рыжие волосы бросали вызов всем присутствующим, застывшим в немом ужасе.

А крылья!!! Что это были за крылья?..

Лейра вздохнула, вспомнив, как эмоционально описывала этот драматический момент няня.

Нежные пёрышки блестели не небесным холодным светом, а отливали золотом, наполняя комнату теплом и освещая все тёмные углы. Да, это было непривычно – если бы Лейра родилась в обычной семье Верхнего мира, её даже посчитали бы чудом. Но Лея родилась в семье Правителя, где все мерилось эталоном и малейшее отхождение от него считалось уродством и браком. Никак не меньше.

Правитель не мог позволить себе ломаного гена. Вот только он был! Прямо сейчас лежал перед мужчиной. Дрыгал ножками и глупо улыбался этому миру. Наивно, открыто и чисто!

А перед глазами отца стоял ангел…

– Что за…? – отец не докончил фразу, но все сразу поняли, что имел в виду Правитель и скорбно отвернулись от младенца, раз и навсегда приклеив ему ярлык «урод».

Мать умерла через неделю. Лейре хотелось думать, что это была самая прекрасная неделя в её жизни. Мать не выпускала её из рук, умоляя мужа признать дочь, не отворачиваться, полюбить. Вот только Правитель не мог забыть прекрасную первую дочь, никак не желал смириться с её смертью, постоянно задавая себе вопрос: «Почему она, а не эта?»

Вот так Лейра осталась в полном одиночестве, не зная ни отцовской любви, ни любви братьев.

Ни один за семнадцать лет ни разу ей не улыбнулся, не погладил по голове, не сказал ласкового слова. Только и слышала девушка «должна, обязана, долг, цели, задачи, результат». Должна хорошо учиться, чтобы выполнить свой долг – выйти замуж за Архангела, и обязана родить никак не меньше семи сыновей… Девочку не обязательно. Хотя сейчас времена изменились, и на вес золота были девочки. Вот только отец признавал мальчиков, считая, что у настоящих мужчин «девки просто не получаются», а если ты способен зачать и родить девочек, то настоящим мужиком и не являешься. «Пусть девок рожают другие, – говорил он, – а у нас в семье должны быть Воины, которые могут постоять за себя и свою семью. Любая захочет замуж за такого, а слабакам жены просто не достанутся».

Вот именно по этим критериям: чистая кровь, сильный ген высшего ангела, который способен будет победить кровь Лейры, сильный характер, настоящий Воин – и был выбран Лее в мужья Михаил, будущий Архангел. Да и в семье его тоже рождались только мальчики. Девочками этот род «очернён» не был.

Михаил ещё Архангелом не стал, но уже сейчас был назначен на пост военачальника всех ангелов. Впрочем, пока что он был лишь обычным кадетом военного корпуса Высшего Легиона, куда мечтали поступить все ангелы не только мужского пола, но и женского. Лейра не мечтала, только у неё не было выбора. Она была вынуждена поступить в этот же Университет на факультет искусств, потому что все девочки из высшего света учились только там, во все века, во все времена.

Да, в университет Высшего Легиона поступали не все, а точнее поступали только избранные, дети Высшего круга. Там они знакомились. Там влюблялись. Там создавали семьи.

Многие приходили, уже зная, кто их пара, и стремились подружиться, чтобы не создавать конфликтов, не расстраивать свои семьи, да и себе не создавать проблем. И у всех всегда все было удачно, до недавнего времени.

Эх! Точно, в семье не без урода!

Лейра вздохнула. Заставить себя полюбить златокудрого Михаила она так и не смогла. Уж очень он напоминал ей собственных братьев. Такой же холодный, отстранённый, равнодушный. Вот не тянуло её согреться рядом с ним, наоборот, хотелось отойти подальше, как от большого холодного сугроба, который Лейра видела в какой-то книжке. Сугроб был большой, с глазами и ярко-красным ртом. Няня рассказывала малышке, что он холодный и если пробыть рядом с ним очень долго, то даже можно умереть. Вот умереть рядом с Михаилом Лея и боялась.  Душа её замерзала при виде высокого блондина с холодным взглядом голубых, почти прозрачных глаз, которые взирали на неё безлико и недружелюбно.

Брррр! А ведь с ним ещё целоваться придётся!

Лейра зябко передёрнула плечами. Может быть и хорошо, что ей придётся уехать в другой Университет, и этот эксперимент с демонами не так уж и плох. Не так страшен черт, как его малюют. Брак с Михаилом страшнее! Правда, там с Михаилом ей придётся быть намного чаще. А вдруг   он поймёт сам, что не пара они? Сам откажется от неё, возьмёт и выберет Эмилию – образец чистейшей породы. А Лейра наконец-то будет принадлежать сама себе, займётся, чем мечтала, научится лечить души и уедет на Землю, чтобы помогать людям. Интересно, а люди будут считать её уродом?

 Лейра посмотрела на своё отражение, которое множилось в зеркальном зале дворца. На неё со всех сторон смотрела невысокая, хрупкая девушка, с копной золотистых волос медового оттенка, изумрудные глаза печально рассматривали каждое отражение.

Девушка нахмурилась и отражения нахмурились вместе с ней. Попыталась втянуть в себя пышные губы, чтобы сделать их поменьше. Хорошо ещё нос не подкачал, обычный средний, чуть курносый. А вот веснушки…

Да-а-а, беда-беда, печаль. Веснушки…Лейра послюнявила палец и попыталась стереть противные рыжие росинки. Веснушки померкли на какой-то миг, а потом проявились ещё ярче, будто Лейра их не стёрла, а от пыли оттёрла.

Так что внешность не удалась, порода вся ушла к братьям, а ей досталось…вот и неизвестно от какой такой родственницы ей вообще достались гены простушки-дурнушки.

Кровь Высшего круга на ней видимо закончилась, поэтому сосуд наполнили тем, чем было, и в результате родилась она – ни внешности, ни ангельского характера. Урод одним словом!

А что делать уродам в Высшем мире? Понятное дело – нечего! Вот и пожертвовали тем, кого не жалко. Лея вспомнила слова отца. Низкий голос до сих пор звучал в ушах:

– Лейра, дочка, – уже тогда она напряглась, отец называл её дочкой, когда ему от неё что-то надо было, – что ты знаешь о нашем положении в мире?

Отвечать не хотелось. Отец любил делать замечание по поводу её невежественности, а потом говорить долго, нудно, непонятно, упиваясь собственным красноречием.

– Все у нас хорошо, – попыталась отвертеться она общими фразами.

– А что ты знаешь об отношении ангелов и демонов?

В кабинете повисла такая тишина, что Лейра услышала, как паучок, перебирая мохнатыми лапками,ткёт паутину.

Нужно отвечать! Отец не заговорит, пока не услышит ответа. А выдерживать паузы он мастак.

– Какие отношения могут быть между Высшими и Падшими ангелами? – буркнула девушка в пол. Демонов она видела только в страшных фильмах, и знакомиться с ними вживую не очень-то хотелось.

– Ну вот, – обрадовался отец так, как будто Лейра сказала что-то умное, – тебе выпала великая миссия наладить эти отношения!

Лейра подавилась воздухом и с изумлением уставилась на отца. Он ведь шутит? Невесело, но шутит!!!

Только с чувством юмора у отца, как и у всех Высших, было не очень, чтобы очень…

– Пошутил? – попыталась улыбнуться Лея, вглядываясь в родное лицо, в надежде отыскать в глазах смешинки, ну хотя бы в дрогнувших уголках губ, в морщинках возле глаз. Но отец смотрел холодно и осуждающе.

– Это твой долг, как дочери правящего семейства. Мы должны показывать образец поведения. Если я отправляю свою дочь, значит и весь Высший круг пошлёт своих детей следом за тобой.

– Куда… – голос пропал и Лейра откашлялась. – Куда пошлёт? – прохрипела. Слушать продолжение не хотелось от слова совсем, но язык сам задавал дурацкие вопросы, а мозг судорожно искал выход из создавшегося положения, уже просчитывая варианты, принимая решение.

– Вот это правильный вопрос, – тон отца на минуту даже потеплел, или просто показалось. – Ты поедешь в межмирье, в город Ангелов. Город только строится, тебе точно понравится! – убеждал так, будто пытался не дочь уверить, а себя оправдать. – Падшие ангелы живут по правую сторону реки, светлые ангелы – по левую. А на реке есть красивый остров, где и расположен университет. Там вы будете общаться друг с другом, учиться находить общий язык, общие интересы, делать ОБЩИЕ проекты…

От слова «общие» начинало коротить.

– Зачем? – вытаращилась от недоумения Лея.

Всю сознательную жизнь демоны и ангелы враждовали друг с другом. В ней с рождения текла ненависть к чёрной крови. Она могла бы и убить, если бы точно была уверена, что перед ней демон! А тут…она должна «находить общий язык».

 Отец тяжко вздохнул:

– Как хорошо было, когда ты была маленькой и не задавала лишних вопросов. – Лейра ни на секунду не сомневалась – отец не рад затянувшемуся разговору и устал от упрямства дочери, которое, по сути, обоснованно! – Перед страшной силой даже враги объединяются. Ангелы и демоны вырождаются. Мужчин и там, и там становится все больше, девочки рождаются редко и ценятся очень дорого, – отец оглядел её и скорбно вздохнул, – скоро такие как ты будут расхватываться на лету, а ещё пятнадцать лет назад мне с трудом удалось тебя сосватать за Высшего. Тебе ещё повезло, что ты родилась в правящей семье. – Отец просто констатировал факт, не делая акцент на некрасивости дочери.

Казалось бы, Лейра должна привыкнуть. За столько-то лет и дня не проходило, чтобы кто-то не намекнул, что в семье не без урода, и этот урод – она. А тут снова зацепило. Ощутимо укололо душу. Впрочем, отец как всегда ничего не заметил и продолжил:

– Учёные с обеих сторон твердят, что необходимо смешивать кровь. Понятно, что твою кровь никто смешивать не собирается, мне не нужны ублюдки от демонов. Мне нужны чистокровные внуки, похожие на отца или с моими генами, если повезёт, – пошли снова сухие факты, как будто отец программировал её на потомство с высшей, светлой кровью, без примеси её генов.

Когда-то отец надеялся, что в Лейре спит чистая кровь и её возможно пробудить. Что только с ней ни делали, но веснушки никуда не делись. Крылья, как были рыжими, так и остались. Глаза не посинели, а стали ещё ярче, приобретя изумрудный оттенок. Учёными был поставлен вердикт – ген ломаный, чтобы его победить, Лейре необходим муж с кровью идеального ангела. Только тогда порода выправится и больше такого позора, как ОНА в их роду не будет никогда! И даже есть вероятность зачать и родить истинного – того, кого ждали все эти века ангелы. Ждали и верили!

Правитель тоже верили, что истинный родится в его семье, как когда-то, и возлагал большие надежды на дочь и Михаила, точнее на Михаила! Лейре веры не было!!!

Лейра силой заставила себя слушать дальше.

– Но вот других девочек Высшие отдавать не хотят, боятся, что демоны их там… – отец закашлялся, проглотив слова, – поэтому на Высшем совете мы договорились, что в университет поступят почти пять сотен парней и чуть больше трёх сотен девушек. И чтобы подать пример, я пошлю свою дочь одной из первых, – то ли мерещилось, то ли отец и правда был горд. Хотя похоже больше на то, что он рад отослать подальше изгоя, но с благими намерениями. По крайней мере, так душе своей объяснял.

– С тобой поедет Михаил, как твой жених и защитник, поэтому тебе ничего не грозит. Он защитит тебя от демонов, да и вам надо сблизиться уже, а то все как чужие, друг от друга шарахаетесь. Будете учиться так же, как и здесь. Он на боевом факультете. Ты на факультете искусств. Поизучаешь чуть темное  – тебе не помешает. А через годик, когда все устаканится, все привыкнут, мы потихоньку, не афишируя, заберем тебя и Михаила назад. И университет закончите уже здесь, чтобы не портить диплом всякими непонятными заведениями. Если у тебя есть ещё вопросы, задавай быстрее, мне некогда, – и отец направился к возвышению, на котором стоял стол, заваленный разными рукописями, вперемешку с документами.

– Вопросов нет, – убито обронила Лейра, хотя их было столько, что голова разрывалась. – Я пойду? – душу томило.

– Иди, иди, – снисходительно повелел отец, – вещи собирай. Когда корабль будет готов, сразу же полетите на новое место проживания и обучения.

И правитель тут же забыл о ней, как о благополучно решенном вопросе.

Глава 2 

Самый умный, самый красивый, самый лучший…

Ринго

– Я поеду! – Ринго встал, хлопнув по столу руками, словно ставя точку. – Раз все равно кто – мальчик или девочка, поеду я! – повторил он твердо, чтобы отец не мог поставить под сомнения его слова. –  Сестру отдавать ангелам не дам, лучше сюда привезу себе Светлую, смешаем кровь и все дела. В конце концов, брать в жены ангела меня никто не обязывает, родит девочку, и пусть летит в святой светлый мир.

– Сын! – демон встал, загородив собой тускло льющийся свет из окна. Вечерело. Мрачный трон из красного железа жалобно скрипнул и замолчал, стремясь сделаться невидимым. Казалось, от тона голоса, которым было сказано лишь одно слово, замерли все, даже в зале сразу сделалось мрачно и неуютно. Уже тогда брат с сестрой поняли, что дело «дрянь». – Ты – наследник! – загремел, усиленный сводами, многократным эхом голос Высшего демона. Джоанна втянула голову в плечи и искоса посмотрела на сохранявшего видимое спокойствие брата. – А Джоанна всего лишь девочка из правящей семьи. Я не могу рисковать тобой! Поедет Джоанна – это мое слово!

Джоанна помрачнела и опустила глаза, чтобы не встречаться взглядом  ни с кем из толпы, сочувственно смотрящей на нее. Особенно с ним, с тем, кого любила, кому отдала своё сердце.

 В отличие от Ринго, который больше всех на свете любил себя красивого, умного, смелого, Джоанна любила Кима. Любила до боли в сердце, до дрожи в коленках, до умопомешательства. Поездка, смешение крови со светлыми были для неё сродни самоубийству, и брат знал это. Знал и сейчас защищал ее, как мог!

Ринго, наконец, наклонил голову, якобы выказывая смирение и принятие решения отца. чёрные волосы упали на смуглое хищное лицо, закрывая глаза, полыхнувшие злым огнём,  в которых зрел протест против такого выбора. Спорить с Высшим демоном себе дороже, да и не подобало пререкаться с Правителем. Поэтому брат и сестра вышли, отпущенные великодушным кивком отца. Молча дошли до покоев Джоанны, сохраняя невозмутимость на мрачных лицах, и только когда за ними закрылась дверь, сестра всхлипнула:

– Ринго, что мне делать? – в отчаянии подняла она на брата полные слез глаза, – я не могу со светлым. Я умру…

– Спокойно, змейка, – усмехнулся Ринго, – сказал, что поеду я, значит – поеду я!

– Да как? Как поедешь ты? Вопреки воле отца? Как только он все поймёт, тебя тут же закроют в покоях! Запрут за решёткой! Ты же главное сокровище Нижних миров. Ринго самый умный. Ринго самый красивый. Ринго самый лучший! – со злостью передразнила она отца.

Ринго понимал её негодование. Джоанна сейчас напомнила ему о недавних годах детства. Да, он родился первым, но спустя две минуты на свет появилась его сестра. Точная его копия, и если бы не гендерные различия, их сегодня было бы не отличить друг от друга. Брат и сестра были похожи как две капли воды.

В детстве…

До сих пор на комоде в спальне у родителей стояла фотография, где запечатлены детские мордахи. Два ребёнка, которых нельзя отличить друг от друга. Оба смуглые, с копной чёрных вьющихся волос до плеч, одинаковые угольные глаза ещё с восторгом смотрят на мир. Милые дети, до оборота и не отличишь от других рас.

Сейчас все по-другому. Ринго вырос так, что сестра еле-еле доставала ему до плеча и с благодарностью поминала всех богов, каких знала, что ей не был дан гренадерский рост. Брат же был счастлив, что не стал обладателем нежных девичьих черт. ещё в двенадцать лет обстригся коротко и теперь о чёрных локонах мог разве что догадываться тот, кто близко знал семью. А вот Джоанна сохранила пышную шевелюру, с любовью ухаживая за длинными смоляными волнами волос, водопадом струящимися до самой талии, ещё она гордилась своей тонкой фигуркой и сильным характером. Правда, Ринго был в курсе всех её слабостей.

– А помнишь, Джо, как тебя приехал сватать твой первый жених?

Джоанна прыснула, вспомнив, как она рвала и метала, узнав, что её собираются просватать за демона, которому давно за двести, и как на выручку ей пришёл брат. Так же, как и сейчас, они стояли в её покоях, продуваемых ночными ветрами, потому что огненной сестре было жарко, как никогда, и Джоанна орала в лицо брату, что все мужики сволочи! И она не собирается удовлетворять похотливого старика, готового заплатить за неё нереальную цену только лишь потому, что она молода и невинна.

Тогда-то и случился её первый оборот, девочки взрослеют рано. Огонь разлился по телу, и Джоанна споткнулась на полуслове, увидев, как глаза брата медленно расширяются от изумления.

– Что… Что происходит? – раздался её голос, ставший низким и хриплым.

Ринго смотрел на увеличившуюся сестру снизу вверх и глупо моргал глазами. Джо вытянула вперёд руку и с интересом уставилась на выросшие ногти, которыми запросто могла перерезать, казавшуюся в данный миг тонкой, шейку брата.

– Вот это рога-а-а-а-а, – Ринго задумчиво почесал макушку, – тебе там сверху видно Высший мир или как? Ты, это… люстру не сбей, она вроде как из хрусталя… горного. И жениха не кастрируй, пока ублажать будешь…Острые ощущения ему обеспечены!!!

Джоанна сверкнула глазами и гаркнула на брата, ударив хвостом ровно туда, где стоял подросток. Хорошо ещё, что Ринго уже был опытными бойцом и уходить от хвоста умел, поэтому ловко избежал атаки. Демонесса обиженно рыкнула и крутанулась, в поисках брата.

Вот только его нигде не было.

Ринго понял, что если сейчас что-то не предпринять, то сеструха разрушит в своей комнате все, что было ей дорого до этого момента. А виноват будет он. Поэтому, недолго думая, парень проворно вскочил ей на спину и  грубо закрыл  рот ладонью, лишая возможности говорить.

– Заткнись и успокойся! – уверенный голос прозвучал как приказ. –  Демонессе никогда не победить демона, даже если он ещё не умеет оборачиваться, – холодно отрезал брат так, что Джоанне стало не по себе, и весь боевой пыл мигом прошёл.

Девушка приняла свою обычную форму и чуть не упала под тяжестью брата. Но он среагировал быстрее и, удержав на весу, придержал за талию.

– Все девки истерички. – Сделал вывод брат. –  Прежде чем орать и оборачиваться, – Ринго было немножко обидно, что первым обернулся не он, –  надо решить, как избежать этой ситуации. Вот что я предлагаю…

Через пятнадцать минут жизнь снова засверкала новыми красками. Джоанна повеселела, мать с отцом не могли нарадоваться на ставшую вдруг послушной дочку, удивляясь её покладистости. Ринго вообще куда-то пропал. А потом приехал жених…

Демон действительно был в возрасте, так казалось тогда двум подросткам. Он был взрослым, умудренным опытом, и только похотливый блеск в глазах, да влажные губы от частого облизывания, когда он глядел на свою невесту, вызывали отвращение.

Джоанна через силу высидела официальную часть приёма, неискренне улыбаясь, еле сдерживая в себе внутренний огонь,  а когда демон спросил разрешения побыть наедине со своей невестой, тихо попросилась выйти припудрить носик.

В туалете её ждал переодетый брат. В парике, скрывающем за длинными иссиня-черными локонами его лицо и широкие плечи, темно-синем платье, подчёркивающем тонкую талию – он выглядел почти как Джоанна, почти…хищный взгляд угольных глаз выдавал его.

– Не смей смотреть на него, он все поймёт, – прошептала Джоанна, – у тебя взгляд агрессивного парня.

– Это моя суть, куда я её запихну? – огрызнулся Ринго, нервно подтягивая корсет. – Как вы все это носите, колется же… – и Ринго задрал юбку, почесывая зудящее бедро.

– Ты что, не надел туфли? – ужаснулась девушка, разглядывая волосатые ноги в огромных кроссовках. – Да ты до двери дойти не успеешь, тебя сразу раскусят. И не чешись!

– Не раскусят, я подол поднимать не буду, а туфли сама носи, это колодки для пыток, а не нормальная обувь. – Ринго назло сестре усиленно зачесался обеими руками.

Джоанна закатила глаза, всем своим видом показывая, что думает о выходке брата.

– Вам же нравится, когда мы на высокой шпильке, ножки тоньше и щиколотка изящнее, – съязвила Джо.

– Спасибо Богам, что я не девушка! А ты носи свои туфли,  вдруг никто замуж больше не возьмёт! – пробурчал Ринго, понимая, что сестра не повелась на его поддразнивания, оправил юбки, и направился к двери, нарочно вихляя задом.

В саду в это время уже темнело. Красный диск солнца закатывался за край планеты, давая дорогу ночи, на Нижний мир опускался холод.

– Не замерзла? – Ринго вздрогнул, когда сзади его обхватил жених. – Хочешь, согрею? – тихий шёпот прямо над ухом заставил парня отодвинуться подальше. Но сильные руки нетерпеливо притянули его обратно, давая почувствовать мужское желание. «Хаос! Противно-то как!» –  Ринго думал недолго,  острый локоть парня с силой врезался в солнечное сплетение не готового к такому отпору демона. А так как сила в Ринго сейчас удесятерялась злостью и отвращением, то демон застонал, согнувшись пополам.

– Ты чего? – не то скулил, не то рычал жених. – Разве девушка может драться? – праведно негодовал он, стремясь вернуть себе нормальное дыхание. – А ну иди сюда! – демон разозлился и, схватив Ринго за руку, дёрнул на себя. Только кронпринц был в ударе – он дал возможность своему телу пронестись прямо на демона, и в последний момент нарочно головой врезался в подбородок неудачливого жениха. Зубы громко клацнули, демон взвыл, хватаясь за вывернутую челюсть.