Rain. На страницах моего сердца
- -
- 100%
- +
Егор узнал его, даже не поворачиваясь. Зачем он вообще сегодня вышел из дома? Лучше бы догрыз гадкую халву…
– Что ты здесь делаешь? – не справляясь с раздражением, задал он совершенно глупый вопрос, и повернулся к стоящей рядом девушке.
Она приподняла руку с корзинкой, демонстрируя тот факт, что логично пришла сюда за покупками. Маргарита Шевцова. Она же – королева Марго. Она же – личный кошмар на протяжении всего одиннадцатого класса. Егор проклинал тот день, когда впервые увидел её после перевода в его школу.
Марго без скромности могла считаться красоткой, даже никогда не пользуясь косметикой. Из семьи каких-то богатеев. Личная машина уже в одиннадцатом классе, поскольку была старше его на год, и тогда уже стукнуло восемнадцать. Брендовые шмотки, и этот взгляд, как будто стояла на голову выше всех остальных смертных.
И вот среди всех этих смертных, по какой-то неизвестной Егору причине, королева Марго выбрала его своей целью. Не проходило и дня, чтобы новенькая не зацепила хоть одним словом. И больше всего злило то, что провоцировала только его. Особенно доставала вечная самодовольная усмешка, когда забавлялась тем, что говорила, будто нравился ей. Он. Нравился. Ей. Сумасшедшая…
Не случись той аварии и её последствий, он даже подыграл бы шутки ради. Наверное, даже воспринял совсем иначе все сказанные слова. Но появилась эта девушка в совершенно неудачное время. Когда он уже не мог так легко, как прежде, воспринимать всё с неизменной улыбкой. Ещё прошлым летом он, скорее всего бы предложил встречаться, раз уж утверждала, что так нравился ей. Но сегодняшний Егор Ремнёв воспринимал всё сказанное только как желание потрепать нервы. Да. Так он и думал, заканчивая одиннадцатый класс.
Апофеозом стал школьный выпускной. А именно – придуманный организаторами момент благодарения самого важного человека за время учёбы. И вот когда каждый дарил по цветку любимому учителю, слащаво льстя на прощание, роза из рук Маргариты досталась ему…
Лучше бы двинула в челюсть. Обязательно было так унизить прилюдно? Долго же над ним после этого потешались одноклассники по всем соцсетям. Они не виделись с момента выпуска. Так по какому невезению столкнулись сегодня в магазине?
Вся в чёрном. Волосы обрели платиновый оттенок и рваными короткими прядями падали на лоб и глаза. Глаза… То ли голубые, то ли серые. Егор никак не мог понять их постоянно меняющийся оттенок. Смотрела снисходительно, как, впрочем, и всегда.
На каблуках Маргарита казалась одинакового с ним роста. До сих пор не пользовалась косметикой… Остальные одноклассницы ещё лет с двенадцати штукатурились, пока их не начинали гонять в школе. Но ему нравились губы без помады. Разве так не красивее? Да и что за удовольствие после поцелуя походить на Джокера? Рейн в его книгах тоже никогда не использовала косметику. Но что-то он увлёкся мыслями…
– О… – её губы тронула привычная усмешка, когда остановила взгляд на лбу Егора. – Я-то думала, что единороги давно вымерли.
Что?.. Нет… Да нет же! Немедленно поднимая руку к своей голове, он наблюдал за тем, как ярче становилась улыбка Маргариты. Казалось, ещё мгновение, и разразится хохотом. Да чёрт!! Как он мог забыть?! Волосы постоянно лезут в глаза, когда работал за ноутбуком, поэтому стащил одну из ярких резинок Ленки и связал чёлку. А из дома вылетел, так и не глянув в зеркало. И брат… Гад, мог бы предупредить, а только улыбался, когда он выходил. Вот почему охранник смотрел как на идиота…
Роняя корзину на пол, Егор стянул резинку и зло затолкал её в карман джинсов. А пытаясь пригладить чёлку, сдался от бесполезности этого действия и тряхнул головой.
– Как очаровательно, Ремнёв. А я всё гадала, кого же ты мне напоминаешь.
Бледный, как белоснежка… Лёгкие тёмные тени под глазами выдавали усталость. И единственная доступная возможность вызвать хоть какой-то румянец на этом лице – немного разозлить или смутить. Если бы Егор знал, каким красивым становился в этот момент… Глаза распахивались шире, а губы приоткрывались в желании произнести ответную колкость. Тогда его щёки розовели, а взгляд наполнялся жизнью. Почему он опять выглядел таким замученным?
– Прекрати, – Егор не сдержался и шагнул к ней, сам не понимая зачем. Что он собрался делать? Они посреди магазина. Нужно просто игнорировать её. Просто уйти…
Маргарита снова улыбнулась, откровенно рассматривая его лицо. Ясные карие глаза с необыкновенным медовым оттенком. Каштановые волосы отросли и немного вились, что шло ещё больше. Даже нелепая разноцветная резинка на чёлке. Он так ходил по улице и магазину? Судя по всему, выскочил из дома и не удосужился глянуть в зеркало. Глупо, но так мило, чёрт возьми…
– Знаешь, а тебе подходит, – Маргарита протянула руку и коснулась его волос. Они были такими мягкими под пальцами. – По легендам, единорог – мифическое существо, которое символизирует целомудрие и душевную чистоту.
Сегодня все вокруг сговорились добить его рассуждениями о невинности? У него на лбу написано это? «Нет… Молчи, Ремнёв. Молчи. Не поддавайся»…
– Не заблуждайся на мой счёт, – конечно же, не сдержался он, стряхивая руку со своей головы. Сегодня Маргарита вела себя особенно странно. – По тем же средневековым легендам, единорог убивал всякого человека, который попадался ему навстречу. И укротить его практически невозможно. Уж точно не тебе, Шевцова.
– Так это вызов, неукротимый?
Теперь её глаза стали тёмно-серыми. Потому что злилась? Ладно, ему всё равно. Егор поднял корзину и бросил в неё золотистую банку пива. Даже если не угадал с маркой, соседу придётся пить то, что есть.
– Эй, тебе нельзя, – Маргарита нахмурилась, наблюдая за этими действиями.
– Тебя забыл спросить.
Пусть только попробует сказать, чтоб показал паспорт, и за себя точно не ручался… На сегодня с него хватит. Честно. По уму стоило бы просто проигнорировать. Но дух противоречия – он такой… Только не перед этой девушкой!
– Нельзя, – будто отдавая команду, коротко велела Марго, в этот момент, даже пугая своим взглядом. Да что с ней не так? – Твоё сердце…
Ну, конечно же, знала, какой он доходяга. Весь класс об этом знал. Как это можно было скрыть, особенно на физре? Вдобавок та проклятая автомобильная авария… Ладно, что уж об этом сожалеть сейчас.
– Это не для меня, – зачем-то поясняя Маргарите, Егор развернулся, и быстрым шагом пошёл между рядами витрин, не собираясь продолжать странный разговор.
– Ремнёв! – прозвучало, как выстрел в спину.
Она как всегда хотела оставить последнее слово за собой… И зачем он обернулся?
– Давно не виделись. Рада, что это произошло сегодня.
Маргарита неожиданно мягко улыбнулась, отчего Егор споткнулся на ровном месте, едва не задевая плечом какой-то стеллаж. Что она задумала? Почему вела себя так странно?
– Осторожнее. Пол скользкий, – услышал он продолжение слов, спеша уйти.
Рада была увидеть? Это чувство не было взаимным, знаете ли. Не тому же она рада, что теперь сможет повторить весёлые школьные деньки? Нет! Вот уж не надо. Спасибо…
Глава 3. Приходи без повода…
Кажется, он немного увлёкся, скупив половину кондитерского отдела, но оно того стоило. Откусив кусок от плитки шоколада, Егор буквально ощущал, как его наполняет блаженное умиротворение. Стоило повысить уровень глюкозы в крови, и уже на выходе из торгового центра мир вокруг казался почти прекрасным…
«Батарейки» заряжались, он успокаивался, возвращаясь мыслями к эпизоду, над которым предстояло поработать в первую очередь, когда вернётся домой. Обычно идеи приходили спонтанно, в любое время и в любом месте, потому вечно носил с собой блокнот для пометок. А если не было такой возможности, то делал записи на телефоне.
В этот раз «накрыло» у входных дверей. Те бесшумно распахнулись, выпуская в вечернюю прохладу, и Егор потянулся за телефоном, собираясь сделать пометки. Для удобства надев на запястье ручку от шуршащего пакета с покупками, он прислонился спиной к стене и стал набирать текст на экране.
Чёлка опять лезла в глаза… Он сдул непослушную прядь волос, тут же вспоминая встречу с Маргаритой. Снова охватила злость на себя за глупость с резинкой, и даже согрелся, стоя на ветру. Почему в жизни нельзя взять и просто стереть ненужный эпизод, а потом переписать его заново? Уж он бы постарался придумать сюжет, где они никогда не встретятся. Или наоборот, написал бы тот, где Рейн открылась ему. Чтобы могли стоять лицом к лицу, без масок, и без лишнего адреналина, сопровождающего каждую их встречу.
К слову, об адреналине… Неподалёку от парковки послышался смех. Несколько подвыпивших парней шумно разговаривали, прерываясь вспышками диковатого хохота. К своему удивлению Егор заметил возле них того самого мальчишку – вора-неудачника. Рядом с этой компанией он смотрелся нелепо, явно пытаясь выглядеть своим, и наигранно смеясь. Вот дурень… Неужели они послали мелкого в магазин, чтоб украл те закуски? Скорее всего, так и было. Настолько велико желание подражать им, что готов пойти на унизительное преступление? Тем временем мальчишка внезапно обернулся и ткнул пальцем в его сторону.
– Это тот идиот из магаза, который мне помешал!
Что ж… Ещё есть несколько секунд, чтоб включить здравый смысл и сбежать. Трусливо и унизительно… Но, конечно же, ноги буквально приросли к земле, и Егор не двинулся с места. Лишь глубоко вдохнул ночной сырой воздух, наблюдая за тем, как один из здоровяков двинулся в его сторону с недвусмысленной ухмылкой.
– Не меня ждёшь, неукротимый?
Егор вздрогнул, когда его внезапно обняли одной рукой за шею, и резко повернул голову на голос. Эту главу его реальности стоило бы назвать: «Мы всегда получаем то, что ненавидим…». Как Маргарите удалось подойти бесшумно на каблуках? Или он так сильно задумался?
– Уже совсем темно. Зачем девушке болтаться на улице в такое время? Ты купила, что хотела, так беги домой.
Егор попытался скинуть её руку, но вместо этого только больше повернулся к Маргарите, теперь почти прижимаясь к ней. Вот чёрт…
– Беспокоишься за меня? Тогда проводи, – совершенно не смущаясь того, что находилась так близко, заявила она. – Тяжело. Держи.
На его запястье повесили ручку от пакета с собачьим кормом.
– Эй, ты, – тем временем к ним наконец подошёл подвыпивший здоровяк, в сомнении топчась у бордюра. – Тебе говорю, слышь? Разговор есть!
– Вы любите классику? – заговорила с ним Маргарита, не отводя взгляда от лица Егора.
– Что?..
– Хотите познакомиться с Шекспиром? – на её губах лезвием блеснула улыбка.
Егор не знал, кто в этот момент растерялся больше: он или тот бугай, явно забывший, что хотел протереть его физиономией асфальт, поскольку с походкой «расслабленного убийцы» к ним подошёл холёный доберман. Пёс гордо остановился рядом с хозяйкой. И что сподвигло дать такую кличку? Хотя, кто бы говорил. У самого дома лохматое Безе…
– Идём, пока всё твоё мороженое не растаяло, – ухо Егору защекотало тёплое дыхание, и он тряхнул головой, сердито глядя на девушку.
Очнувшись, незнакомый парень пробормотал нечто невнятное, явно впечатлённый появлением великого Шекспира. Затем похотливым взглядом приклеился к Маргарите, когда та прошла мимо, увлекая за собой Егора. Сейчас он подчинился, не собираясь вовлекать в неприятности девушку, не имевшую к этому никакого отношения. А потом обнаружил, что машинально старался идти так, чтоб загородить Маргариту от взгляда парня, оставшегося на дороге.
Эту свою странность Егор не мог понять ещё с того момента, как Марго появилась в школе. Мог раздражаться и злиться вволю, но стоило кому-то попытаться навредить ей, как в душе поднималось странное чувство. Странное, совершенно непонятное, неконтролируемое. Появлялась незамедлительная необходимость действовать. Как инстинкт, который злил ещё больше. Когда-то Юрка Тимофеев – один из его школьных приятелей, сказал, что это первые симптомы скрытой влюблённости… За что, конечно же, получил учебником в ответ.
Не было никакой влюблённости. Ни скрытой, ни явной. Разве мог позволить себе хоть на минуту поверить, что Марго говорила серьёзно? Никогда. Все это не более чем развлечение от скуки. У него не было влюблённости… Ничего такого. И это совершенно естественно хотеть вступиться за девушку, как бы она ни раздражала. Разве нет? Вступился бы за любую. Хотя, стоило напомнить себе, что теперь он ещё слабее, чем был до аварии. А мнил себя заступником? «Ты – идиот, Ремнёв… Ты – жалок…»
Они прошли между стоящими машинами к той, что принадлежала Маргарите. Дорогущий чёрный бмв поджидал с одной открытой дверцей, и открытой, судя по всему самим Шекспиром. Девушка велела псу сесть в салон, затем открыла дверцу у водительского места.
– Я пошёл, – протягивая ранее врученный пакет, Егор ожидал, пока его примут.
– Садись, – только и произнесла она в ответ, удобнее устраиваясь за рулём.
– Я не собираюсь кататься с тобой. У меня работы по горло. Да и живу совсем рядом. Так что держи, и всё на этом, – он снова протянул пакет, только теперь замечая, что Маргарита была босиком.
Поэтому не услышал, как подошла к нему? Что за странная девушка… Какого чёрта она разулась? Где её обувь?
– Что случилось? Почему ты босиком? Не лето уже, да и грязь такая вокруг! С ума сошла?
– Так много вопросов, – Маргарита улыбнулась, отобрала пакет и забросила его на заднее сиденье. – Хочешь знать ответ – садись в машину.
– Обойдусь, – буркнул Егор, не собираясь поддаваться.
Судя по довольной усмешке, с ней всё в порядке. Но если сядет, то потом навряд ли сможет спокойно уйти, и это опять доведёт до ссоры, как бывало не раз. Нет. Эту странную встречу нужно заканчивать. И больше никогда не повторять.
– Пока. Веди аккуратно. И больше не делай таких сумасшедших вещей, – Егор указал на её перепачканные ноги.
– Слушаюсь, – усмехнулась Маргарита, и кивнула в сторону дороги. – Давай, тоже иди домой.
Она захлопнула дверцу, затем отъезжая со стоянки. Егор поглядел машине вслед, и двинулся в сторону дома. В этот раз, без приключений добравшись до подъезда, он задержался ненадолго, поднимая голову к ночному небу.
Крошка звёзд сегодня такая яркая. Он любил постоять вот так, просто глядя на них. Это успокаивало. Наверное, стоял бы так и до утра, забыв о том, что нужно спешить к ожидавшему ноутбуку и стучать клавишами до рассвета, а потом ещё готовить завтрак, отправить Ленку в школу и самому тянуться в университет. А ещё его ждал сосед. Чёрт с ним, с пивом, но просил купить хлеба, и возможно был голоден.
Егор вздохнул, и перевёл взгляд с неба на блестевшую ночными огнями улицу. Там было пусто, за исключением машин, летевших по мокрой дороге. Наверное, всё же стоило смириться с тем, что они с Рейн больше не увидятся. Хотя ещё долгое время будет оглядываться, пытаясь заметить её в толпе. Будет мучить себя вопросами, на которые никогда не получит ответ. Но если единственная возможность увидеться, это угроза жизни, то он не желал такой встречи. В прошлый раз Рейн пострадала из-за него. И ещё неизвестно, насколько серьёзно. Поэтому – довольно… Лучше умереть от неудовлетворённого любопытства, чем от чувства вины.
– Приходи просто так. Без повода… – проговорил Егор в ночь, прекрасно понимая, что никто не услышит.
Он поднялся по ступенькам крыльца и открыл дверь, чтоб войти в подъезд. На лифте подниматься не захотел и пошёл пешком. Уже на пятом этаже дыхание сбилось, а на седьмом лоб покрыла испарина, будто бежал марафон. Егор упёрся ладонью в шершавую стену рядом с соседской дверью и позвонил. Ждать пришлось долго, поскольку парень в гипсе был сейчас ещё более жалок, чем он.
– Ты чего белый как привидение? – взволнованно спросил сосед, принимая заказ.
– Аристократичная бледность… – Егор махнул ему рукой на прощание и зазвенел связкой ключей, открывая свою дверь.
– Ты в порядке? Чего так долго? – Вадим выглянул из комнаты, стоило младшему брату зайти в прихожую.
– Нормально всё. Кола будет в холодильнике. Возьмёшь, когда захочешь.
Брат окинул его недоверчивым взглядом, потом вздохнул.
– Ладно. Спасибо. Не сиди за ноутом до утра, понял? Завтра в универе как зомби будешь.
– Угу…
– Понял? – нахмурился Вадим.
– Да понял я, понял, – сдавшись, Егор побрёл к кухне.
– Малой.
– Мм?
– Точно всё в порядке?
– Да.
– От тебя женскими духами несёт, – усмехнулся брат, когда он прошёл мимо по коридору. – Ничего не хочешь рассказать?
– Нет.
– Кто она?
– Никто…
– Да ладно?
Егор кинул что-то невнятное в ответ, когда Вадим снова потрепал его по голове.
– Если просто в очереди с кем-то обжимался, так бы сразу и сказал. А раз брыкаешься, то здесь точно что-то есть.
– Нет! – повысил он голос, тут же умолкая, поскольку вспомнил, столько уже времени. – Иди спать…
Пришлось ретироваться на кухню, когда мать сердито шикнула на них, выглянув из спальни. Скрылся наконец и Вадим, бурча извинения за двоих. Оставив бутылку с колой в холодильнике, Егор посмотрел на большую упаковку мороженого. Действительно подтаяло, как кое-кто прогнозировал, шепча ему на ухо… Прогоняя воспоминания о недавней встрече, он забросил мороженое в морозилку, а всё остальное добро потянул в свою нору.
Обложив ноутбук горой конфет и шоколада, наконец, можно вернуться к работе. Егор сощурился, затем жмурясь и потирая глаза. Только полночь. А уже так дьявольски хотелось спать… Почему желание отрубиться на несколько часов особенно усиливалось, когда предстояло устроить марафон до самого утра?
Пряди волос снова упали на сонные глаза, и Егор поджал губы, вытаскивая из кармана джинсов разноцветную резинку. Завязывая её на чёлке, он подумал о недавнем вопросе на лекции по психологии. «Опишите себя двумя словами», – так просила каждого одногруппника новая преподаватель.
– Неукротимый доходяга…
Глава 4. Слишком близко…
Дверца машины была открыта, а невозмутимый Шекспир сидел возле неё, наблюдая за странным поведением хозяйки. Впрочем… Он уже привык. Игнорируя холод мокрого асфальта под босыми ногами, Маргарита подняла взгляд к небу. Точно так же, как задумчивый парень, стоявший у своего подъезда. Почему он всё время смотрел на эти звёзды? Считал их? Загадывал желание? О чём думал? Хотела бы она уметь читать мысли.
В следующий момент, будто почувствовав её присутствие, Егор повернулся в сторону дороги, произнося слова, от которых сбилось дыхание. «Приходи просто так. Без повода»…
– Если бы ты только мне позволил…
Маргарита нахмурилась. Он наконец зашёл в подъезд, но она так и осталась стоять, глядя на закрывшуюся дверь. Снова вспомнился взгляд Егора и выражение его лица, когда смотрел на ту пьяную компанию… Чёртова гордость, не позволявшая сбежать и тем защитить себя… А когда один из парней двинулся в его сторону… От избытка адреналина до сих пор ощущала дрожь во всём теле. Знал бы он, для чего были сняты, и брошены где-то на дороге её туфли…
– Не забывай про отдых, хорошо?
Маргарита посмотрела на едва осветившееся окно. Включил только настольную лампу. И как пить дать просидит до утра. Почему не бережёт себя? Что ж… Уже двенадцать. Нужно и ей возвращаться домой. Дом… Пустой. Тёмный. Дом, где уже столько времени никто не ждёт.
– «Куда уйду я, если сердце здесь? Вращайся вкруг планеты, бедный спутник»4… – горько усмехнувшись, она отвела взгляд от окна, возвращаясь к машине.
Шекспир поднялся, спокойно ожидая, пока хозяйка сядет за руль. Затем, по-джентельменски толкнул дверцу лапой, закрывая её. Маргарита привычно позволила псу эту заботу. Теперь наблюдала, как он обошёл машину и забрался на заднее сиденье, наконец потянув зубами за специальное крепление на стекле и закрывая свою дверцу. Сдержанно гавкнув, Шекспир напомнил хозяйке, что стоило бы пристегнуться. Вздохнув, Маргарита щёлкнула застёжкой ремня, и вывела машину на ночную дорогу.
– Свернём по пути, сделаешь свои дела перед тем, как вернёмся домой.
***
Он добрался до кровати только к четырём часам. Когда же в шесть прозвонил будильник, то ненависть к нему была запредельной. Кое-как заставив тело двигаться, Егор поднялся с постели.
В коридоре на него набросилось взъерошенное Безе, которое уже хватало за ноги и требовало есть. Насыпав коту корма, и сменив воду, Егор наконец добрался до ванной. Под душем едва не уснул стоя и понял, что так взбодриться не удастся. Он провёл ладонью по запотевшему зеркалу, и принялся промокать волосы полотенцем. Взгляд вновь упал в отражении на неприглядный шрам. Неровный, он шёл бледной полосой вдоль груди в самом её центре. Остался, как ему говорили, после автомобильной аварии и операции, которую пришлось делать в срочном порядке. Несколько тонких шрамов красовалось на руках пониже локтей и на ладонях. Видимо тогда в машине он пытался закрыть голову во время удара…
Об аварии рассказывали уже после того, как пришёл в себя в больнице. Всё случившееся в тот злосчастный день Егор благополучно забыл, якобы от шока. Точнее, забыл почти год жизни, который стёрся, так и не вернувшись.
Машину тогда знатно покорёжило после удара. Что-то приключилось с тормозами. Слава богу, отец не пострадал. Только он – идиот, поскольку не удосужился пристегнуться. Всегда делал это на автомате, как только садился в машину. Что же его дёрнуло в тот день забыть о ремне безопасности? Но одного раза оказалось достаточно. Урок он усвоил на отлично. Каждый шрам напоминал об этом.
В школе на физкультуре всегда было неловко переодеваться из-за этих отметин. Даже дома, в отличие от Вадима или отца, никогда бы не позволил себе показаться без футболки. Наверное, однажды станет плевать. Но разве какой-нибудь девушке может понравиться такое тело? Видеть отвращение в чьих-то глазах, он не был готов. Да и кому подаришь сердце, которое бьётся через раз? Это как разбитая игрушка, да и упаковка – так себе…
Переодевшись, и прекращая вздыхать над своей судьбиной, Егор потянулся на кухню. Спать хотелось смертельно. Но выпить натощак тот же крепкий кофе – всё равно, что принять дозу яда. Смиряясь с неизбежным, он понадеялся, что сумеет немного очнуться по дороге в университет. Ленка уже проснулась, и даже начала разогревать завтрак, скептически наблюдая за своим походившим на зомби братом.
– Опять не спал всю ночь?
– Не всю… – Егор зевнул, и велел ей садиться за стол.
Тряхнув взъерошенной головой и немного прогоняя сонливость, он принялся расставлять посуду на столе. Придвинув порцию сестре, Егор поинтересовался, что та предпочтёт: чай или молоко. Выбрала оба варианта… Он смешал напитки, уже в который раз удивляясь, как могла пить подобную бурду. Сам снова покосился на банку с кофе.
– Нельзя! – поняла его ход мыслей Ленка. – Осиротить меня собрался, мамуль?
– Жуй молча! – велел Егор, садясь напротив неё за стол. Аппетита нет, но нужно заставить себя съесть хоть немного. – В школу всё сложила?
– Да. Как всегда.
– Деньги на питание я внёс. Если опять не будет видно данных, я распечатаю копию квитанции для твоей классной. Скажешь ей.
– Хорошо.
– И зонтик возьми.
– И не выкладывала.
– Вода в холодильнике. Заберёшь свою бутылку. Не забудь!
– Да, мамуль, – усмехнулась Лена, демонстративно помешивая невнятного цвета бурду в чашке.
Егор уже пожалел, что дал ей прозрачную, чувствуя, как желудок сводило спазмом. Чёртова девчонка… Вадиму, судя по всему, сегодня ко второй паре, и он ещё счастливо спал. Мать появилась на кухне, когда они уже закончили есть, и Егор привычно заплетал сестре косу. Ленка что-то сосредоточенно вычитывала на телефоне, и приходилось постоянно заставлять её выровняться.
– Мамуль, я тебе в комнате коробку с фундуком в шоколаде оставила. Сидихин вчера подарил, но мне ж нельзя орехи. Так что слопаешь.
– Я не ем сладкое, – делая глоток чёрного кофе, Вера подёрнула плечами под тонкой блузкой.
– А я и не тебе предлагаю, – копируя её жест, хмыкнула Ленка.
– Не дерзи! – Вера нахмурила светлые брови. – Что за нелепость продолжать звать так родного брата?
– Я побежала. Увидимся! – игнорируя слова матери, она поднялась со стула, когда Егор закончил плести волосы.
Сестра демонстративно чмокнула его в щёку и исчезла в коридоре.
– Воду возьми!
Егор вздохнул, проходя к холодильнику под молчаливый взгляд матери и достал забытую сестрой бутылку. Вручил её на ходу, когда Лена пронеслась мимо в сторону прихожей.
– Ты не опаздываешь. Не летай так, – привычно ворчал он, наблюдая за тем, как девочка обувалась и накидывала лямки рюкзака на плечи. – Телефон?
– Есть.
– Зонт?
– Есть!
– Деньги ещё не закончились? – спохватился Егор, хлопая себя по карманам.
– Да есть. Всё есть. Сам ничего не забудь!
Входная дверь захлопнулась за сестрой, и белый пушистый комок ритуально понёсся к ней, ошибочно полагая, что кто-то явился. Понимая, что глупо ошибся, Безешкин возмущённо чихнул, задрал хвост и загрёб коврик.