Соучастие в гражданском процессе России и США. Монография
- -
- 100%
- +
Вопросы распределения компетенции в связи с присутствием в судебном разбирательстве в качестве соучастников лиц – подданных различных штатов всегда создавали проблемы на практике. При традиционном соучастии в случае, если хотя бы один из соответчиков имеет с истцом гражданство одного и того же штата (minimal diversity)138, то при условии соблюдения прочих условий дело должно быть заслушано в местном суде.
7. И последнее, хотелось бы указать в качестве отличий групповых исков от соучастия – это возможность объединения исковых требований внутри одного масштабного группового иска в «организации исков».
В 2010 г. было подано огромное количество исков в федеральные суды США и суды штатов, требования которых заключались в выплате компенсации пострадавшим от взрыва на нефтяной вышке Deepwater Horizon, что привело к разливу в Мексиканском заливе нефти, добываемой корпорацией British Petroleum (BP).
В отличие от единичных катастроф (например, крушение авиалайнеров) судебные процессы по делу о разливе нефти BP были возбуждены в результате предъявления десятков тысяч исков, в основании которых указывались смерть, причинение вреда окружающей среде, причинение вреда имуществу, находящемуся в собственности, другие экономические потери и убытки, понесенные как частными лицами, так и юридическими корпорациями.
Несмотря на то что первоначальным общим фактом для подачи множества исков послужило происшествие в Мексиканском заливе, требования истцов основывались на иных обстоятельствах, которые явились производными фактами основания исков от первоначального факта промышленной катастрофы.
Поскольку разлив нефти произошел в 80 милях от штата Луизиана, дела по искам были переданы в компетенцию судьи Карла Барбье (Carl Barbier) федерального суда Восточного округа штата Луизиана. В ходе подготовки к судебному слушанию предстояло решить задачу – разделить самые разнообразные иски на управляемые группы, так называемые узлы просьб. Узлы представляли собой подгруппы исков, основанием для классификации которых выступали основные вопросы производных фактов139. В свою очередь узлы требований могли подразделяться на более четкие иски по схожим вопросам: часть из них объединялась исходя из категории истцов – физические лица, бизнес-компании, правительственные организации; другие требования создавались исходя из природы ущерба и негативных последствий – личные травмы, смерть, повреждение имущества, экономические потери140.
Далее по каждой группе требований были проведены слушания по отдельным типичным делам, являющимся частью совокупности судебных процессов по всему классу исков. В дальнейшем решение по одному из дел позволило рассматривать остальные требования, относящиеся к одному и тому же узлу подобным образом. В итоге для каждой подгруппы требований создавался свой микропрецедент, который ложился в основу для разрешения претензий от пострадавших в результате разлива нефти BP.
Подобное группирование требований в рамках института процессуального соучастия не представляется возможным. Учитывая однородность требований, единство оснований для возникновения соучастия (общность вопросов факта и права, наличие в качестве основания одного и того же события или сделки), разделение требований соучастников на подгруппы не вписывается в назначение данного института. Предполагается, что институт соучастия, наоборот, призван объединять в одно судебное разбирательство несколько участников, а не разделять их. В случае если в ходе рассмотрения дела выяснится, что часть требований соистцов не имеет «общих точек соприкосновения» с предметом судебного разбирательства, в данном случае целесообразно их выделение в отдельное производство. Оставление таких спорных требований в рамках единого судебного разбирательства приведет к затягиванию процесса в целом и излишней трате судебных ресурсов, что противоречит одному из принципов американского процессуального соучастия – достижение процессуальной экономии.
Суммируя все указанные свойства анализируемых институтов, можно сделать вывод, что в гражданском процессуальном праве США групповые иски и процессуальное соучастие обладают некоторыми общими чертами, но, по сути, являются самостоятельными процессуально-правовыми конструкциями.
Если процессуальное соучастие изначально существовало в континентальной правовой системе, являясь классическим процессуальным институтом многих стран, то групповой иск представляет собой самобытный продукт американской процессуальной системы, возникновение которого во многом объясняется особенностями правовой культуры США и возможностью незамедлительного реагирования американской прецедентной системы на массовые нарушения прав граждан и организаций.
В России институт группового иска в настоящее время находится на стадии становления. Данная правовая конструкция является новой для отечественного процессуального законодательства. Развитие общественных отношений привело к тому, что традиционное процессуальное соучастие как средство защиты интересов многочисленного круга лиц не отвечает современным потребностям и тенденциям, что обуславливает необходимость обращения к групповому иску. Несмотря на то что возможность рассмотрения дел по групповым искам предусмотрена в арбитражном законодательстве с 2009 г., данный вид искового производства до сих пор является редким случаем в практике российских судов. Это может быть вызвано различными причинами, одна из которых заключается в несовершенстве процессуального законодательства. Между тем иностранный опыт (в частности, опыт американского правосудия) видится весьма полезным в данном вопросе.
Заимствование отдельных положений в отечественное процессуальное законодательство усовершенствует регламентацию института по защите прав неограниченно многочисленного круга лиц, что позволит сформировать модель группового иска, отвечающую интересам российского общества.
В рамках заявленного контекста необходимо обратить внимание на некоторые недостатки главы 28.2 АПК РФ.
Во-первых, ст. 225.10 АПК РФ устанавливает, что юридическое или физическое лицо, являющееся участником правоотношения, из которого возникли спор или требование, вправе обратиться в арбитражный суд в защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов других лиц, являющихся участниками этого же правоотношения (далее – группа лиц). Фактически необходимость участия всех членов группы в едином правоотношении ограничивает возможность предъявления группового иска. На практике могут возникнуть ситуации, схожие с рассмотренной катастрофой, связанной с разливом нефти в Мексиканском заливе, когда одно событие влечет нарушение прав и законных интересов многочисленной группы лиц, которые не состоят в «одном и том же» правоотношении.
В связи с этим наиболее разумным представляется включение в процессуальное законодательство России в качестве основания для возбуждения дела по групповому иску положения о наличии общего вопроса факта или права, либо взаимосвязанных между собой фактических и правовых вопросов для всех участников группы. Думается, что это позволит расширить возможности защиты прав участников многочисленной группы лиц.
Во-вторых, необходимо обратить внимание на особый статус судьи при рассмотрении группового иска. В ходе данного вида судопроизводства суд обязан быть активным и выполнять контролирующие функции. Поскольку речь идет о защите общественных интересов, то даже американский законодатель предоставил суду положение руководителя судебного разбирательства.
Для отечественного цивилистического процесса активная роль судьи не является новым качеством. Однако в рамках группового иска российский суд должен проявлять особое внимание к процессуальным действиям сторон. В частности, необходимо проверять, добросовестно ли выполнена обязанность по извещению всех потенциальных участников группы. В рамках американского группового иска эта обязанность возложена на истца-представителя либо его адвоката. Однако американское профессиональное сообщество адвокатов существенно отличается от российского: в США адвокат – это помощник судьи в судебном разбирательстве, малейшая ошибка которого может привести к лишению лицензии и исключению из профессии. Поэтому американский судья, поручая выполнение каких-либо процессуальных действий (например, извещение всех участников спора), может с уверенностью рассчитывать на их надлежащее исполнение. В России отсутствует столь высокое доверие к профессиональным адвокатам со стороны суда. С учетом общественного характера защищаемых групповым иском интересов, а также существующих в российской действительности злоупотреблений сторонами процессуальными правами суд должен быть предельно внимательным ко всему ходу судебного разбирательства по групповому иску. В связи с этим, возлагая на истца-представителя обязанность извещения всех участников группы, суду каждый раз необходимо проверять добросовестность исполнения данной обязанности и в случае ее неисполнения или ненадлежащего исполнения применять к нарушителю негативные последствия (например, в виде штрафа).
В-третьих, российское процессуальное законодательство прямо не устанавливает возможность заключения мирового соглашения при рассмотрении группового иска. Фактически его участники не лишены этого права, при намерении урегулировать разногласия мирным путем, скорее всего, должны применяться общие положения о заключении мирового соглашения. Между тем, учитывая многочисленность лиц, чьи интересы подлежат судебной защите, при заключении мирового соглашения в российском законодательстве требуется предусмотреть некоторые особенности. Так, мировое соглашение должно предполагать удовлетворение интересов всех участников группы, а не некоторых из них. При отсутствии согласия отдельных членов группы с условиями соглашения им должно быть предоставлено право на выход из сообщества и заявление самостоятельного иска к ответчику. Кроме того, при утверждении мирового соглашения необходимо возложить на суд обязанность его тщательной проверки на предмет отсутствия ущемления прав других членов, не являющихся непосредственными участниками судебного разбирательства.
Очевидно, что это лишь фрагментарные проблемные вопросы российской модели группового иска. Учитывая необходимость дальнейшего совершенствования института групповых исков в отечественном процессуальном законодательстве, следует подчеркнуть положительные моменты изучения зарубежного правового опыта. Во избежание негативных последствий законодательного закрепления института группового иска в настоящее время у российского законодателя есть прекрасная возможность изучения трудностей, с которыми столкнулись другие государства при применении данной правовой конструкции.
Анализ института группового иска в иностранных правопорядках позволяет не только увидеть пробелы и проблемы в отечественном законодательстве, но и наметить пути их преодоления. Однако при этом не стоит забывать, что та или иная заимствованная норма права должна гармонично вписываться в правовые и общественные реалии государства-преемника.
Глава II
ВИДЫ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО СОУЧАСТИЯ
§ 1. Факультативное соучастие в американском гражданском процессе (permissive joinder)
Факультативное соучастие в американском процессе, так же как и в гражданском процессуальном праве России, подразумевает такую множественность соистцов и/или соответчиков, при которой возможно раздельное (самостоятельное) рассмотрение судом заявленных исковых требований, однако исходя из начал процессуальной экономии их совместное рассмотрение будет отвечать интересам сторон и правосудия.
В XIX веке суды статутного права предъявляли следующие требования к разрешительному процессуальному соучастию: 1) стороны должны быть надлежащими (proper parties); 2) их интересы должны относиться к одному и тому же предмету судебного разбирательства и должны быть одинаковыми в отношении одного и того же способа защиты права и предмета спора.
Например, если двум собственникам соседних земельных участков был причинен вред одним и тем же правонарушителем в результате одних и тех же противоправных действий, то они не могли сообща преследовать его в суде, так как предметом судебного разбирательства признаются разные участки земель.
Поскольку нормы общего права устанавливали определенные условия в отношении материально-правовых требований истцов и их заинтересованности в предмете судебного разбирательства, возможность возникновения факультативного (разрешительного) соучастия была строго ограничена для судов, действующих по нормам статутного права. Считалось, что интересы истцов могут быть совместными и раздельными. Соответственно, если истцов связывают совместные права, то в этом случае они могли быть привлечены в качестве факультативных соучастников, если же их права требования носят раздельный, обособленный характер, то оснований для образования процессуального соучастия не было141.
В отношении соучастия на стороне ответчиков нормы общего права предусматривали, что истец вправе по своему усмотрению преследовать в судебном порядке как совместно, так и по отдельности тех должников, обязательство которыми было принято «раздельно и порознь» (joint and several). Если же обязательство принималось должниками совместно (jointly), то они должны преследоваться в судебном порядке только совместно и только в качестве соответчиков.
Таким образом, для каждого вида обязательственного правоотношения со множественностью лиц существовал свой порядок по определению сторон спора. Для судов, действующих по нормам статутного права, были предусмотрены четкие основания, не допускающие какие-либо дискреционные полномочия судебных органов в отношении привлечения соучастников. Если соучастников связывали обязательственные правоотношения, права или обязанности которых приняты их участниками совместно (jointly obligation), то в случае возникновения спора из данного обязательства все его участники непременно должны быть привлечены в процесс в качестве обязательных участников.
В отличие от судов статутного права суды системы права справедливости были более свободны в своих возможностях по привлечению соучастников в процесс. В первую очередь они руководствовались целью отправления правосудия, оценивая в каждом конкретном случае, насколько участие в деле данного лица будет способствовать вынесению полного и справедливого судебного решения. При этом судья должен был учитывать интересы тех лиц, которые уже были стороной в процессе, и тех, кто еще не был привлечен в судебное разбирательство. Таким образом, для всех субъектов, имеющих интерес в отношении предмета спора, существовала возможность допуска их в процесс142. Для судов системы права справедливости отсутствовали четкие основания для процессуального соучастия, поэтому судьи руководствовались определенными ориентирами, которые не носили характера абсолютного предписания в отношении судопроизводства по всем категориям споров.
В 1937 г. в связи с принятием ФПГП США была введена статья 20, предусматривающая основания для факультативного соучастия. Положения данной нормы были заимствованы из закона о судоустройстве Англии (english rules under the judicature act)143.
Статья 20 (а) ФПГП США устанавливает, что все лица могут быть присоединены в качестве истцов, если они защищают свои права совместно, раздельно, альтернативно, при этом их требования вытекают из одного и того же события, сделки или серии событий и/или сделок, и если вопрос права или факта является общим для них. Подобное законоположение предусмотрено и для ответчиков.
Действующее американское процессуальное законодательство не требует столь категоричного подхода при определении возможности соучастия, как это было в отношении судов статутного права.
Современные нормы ФПГП США занимают некую промежуточную позицию. С одной стороны, закон предусматривает конкретные основания для обязательного соучастия, что ранее отражалось в деятельности судов статутного права, с другой – при определенных обстоятельствах суду предоставлена возможность, используя конструкцию факультативного соучастия, по своему усмотрению определять круг лиц, заинтересованных в участии в качестве соистца и/или соответчика.
Таким образом, американским федеральным законодательством установлено два критерия для объединения лиц в качестве соучастников на факультативной основе:
1) должны быть вопросы права или факта общие для всех соучастников;
2) у каждого из истцов должно быть право на судебную защиту против каждого из ответчиков, связанное или вытекающее из одной сделки, события или серии сделок или событий144.
Несмотря на то что основания факультативного соучастия закреплены в федеральном законодательстве, суды часто по-разному их интерпретируют, а иногда во имя достижения справедливого и скорого правосудия даже стараются «подвести» обстоятельства того или иного судебного дела к основаниям процессуального соучастия.
1) Требование общего вопроса факта или права.
Изначально данное основание предполагало наличие такого вопроса факта, общность которого между соучастниками не требует дополнительного доказывания. Иными словами, характерное единство фактов для соучастников должно быть явным и очевидным, что позволяло суду сделать вывод о необходимости привлечения лиц в качестве соучастников. Например, в одном из судебных актов в качестве основания для надлежащего присоединения ответчиков указывается на наличие одного общего противоправного действия (поджога дома), являющегося основанием иска к двум страховым компаниям и страховому агенту145.
Рассматривая любой спор с фактологической стороны, суд должен был определить, что истца с ответчиком связывает единство фактов: вред истцу был причинен в результате одного и того же инцидента, а доводы истца, в связи с которыми соответчики привлекаются, основаны на одном и том же деянии146.
В дальнейшем суды стали использовать более мягкий подход к определению общего факта как основания возникновения процессуального соучастия. В деле «Mosley v. General Motors Corporation»147 истец вместе с другими девятью лицами объединили предъявленные по отдельности иски к автомобильной компании, основывающиеся на различных основаниях. Отличительной особенностью данного судебного акта является то, что суд высказался в отношении оснований факультативного соучастия: вопросы права и факта, связывающие соучастников, не обязательно должны быть аналогичными, одинаковыми или идентичными. Присоединение соучастников в процесс возможно, если данные вопросы будут взаимосвязаны между собой.
Или другой пример. Комплексная судебная тяжба образовалась в результате предъявления иска, основанного на нарушениях федерального антитрестового законодательства. Истцы утверждали, что четыре ответчика сговорились фиксировать цены на записи фонограмм: первый ответчик договорился со вторым установить твердую цену на один из записывающих лэйблов, а третий договорился с четвертым установить твердую цену на другой лэйбл148. Хотя в данной ситуации существует множество вопросов факта, не являющихся общими для всех ответчиков, они должны участвовать в процессе как факультативные соучастники, поскольку между ними существует один общий вопрос факта – наличие сговора между всеми четырьмя соответчиками.
Вопрос об общности факта связан с теориями определения основания иска в американском гражданском процессе.
Теория предварительного права (primary rights), автором которой является профессор Pomeroy149, заключается в том, что основание иска состоит из двух составляющих: 1) предварительного (первичного) права и 2) деликта, который нарушил это право. Между этими элементами должна быть прямая взаимосвязь.
По мнению автора концепции предварительного права, основание иска определяется вредом, который был причинен истцу. Истец обладает предварительным правом на свободу от причинения вреда принадл ежащей ему недвижимости, свободой от нарушения заключенного им контракта, свободой от вреда его здоровью150.
При этом, как отмечает Pomeroy, предварительное право может включать в себя несколько отдельных правомочий (particular subordinate rights), однако будет ошибкой полагать, что различные основания иска будут связаны с каждым из отдельных правомочий, входящих в состав предварительного права151. Основанием иска может являться все предварительное право в целом, поэтому категорию «общность вопросов права и факта» необходимо трактовать в более широком смысле.
Критикуя теорию предварительного права, Charles E. Clark отмечал, что в практической области применение данной концепции будет бессмысленным, поскольку понимание категории «предварительного права» как «принципиального, основного, наиболее значимого права, которое включает в себя группу правовых отношений», не предполагает конкретного и однозначного определения основания иска152. Например, посягательство на земельный участок конкретного лица и право собственности на землю рассматриваются как предварительное право, которое по содержанию меньше, чем право требовать от всех соблюдать неприкосновенность частной собственности153.
Charles E. Clark, указывая на неопределенность правовых категорий в рамках доктрины предварительного (первичного) права, утверждал, что основанием иска является серия действий или событий, которые порождают одно или несколько взаимосвязанных правовых отношений, в которых праву одного лица корреспондирует обязанность другого154. Взаимосвязь событий должна определяться в каждом конкретном случае с точки зрения обеспечения удобного и эффективного судебного разбирательства155.
Приведенный подход получил название теория совокупности действительных фактов (aggregate of operative facts), согласно которой основание иска обусловлено не только содержанием норм материального права, но и фактами (событиями), которые позволяют истцу обращаться в суд156.
Сторонники теории совокупности действительных фактов, в целом разделяя точку зрения Charles E. Clark а, считали, что суд при определении основания иска, расценивая взаимосвязь фактических обстоятельств с точки зрения эффективности судопроизводства, должен руководствоваться не только существом материальных правоотношений, но и прагматизмом. Oliver L. McCaskill понимал под основанием иска группу действительных фактов, каждый из которых по отдельности показывает единое право истца и единое правонарушение, которое призывает государство через судебные органы оказать защиту всем лицам, чьи права нарушены157.
Понимание основания иска как совокупности фактических обстоятельств отражается на толковании американскими судьями в более широком смысле «единства вопросов факта» как основания факультативного процессуального соучастия. Общность вопросов факта в американской модели разрешительного соучастия определяется не идентичностью, а взаимосвязанностью юридических фактов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.