Ладно. Сборник Психологических Сказок

Редактор Саловат Данилович Юсупов

Вёрстка и оформление Алла Николаевна Письменная

Публикация книги ТЦ Со-Творение

© Эльмира Сергеевна Кулешова, 2021

ISBN 978-5-0053-9358-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Мир сказок разнообразен, научившись писать самоисполняющиеся сказки, ободрённая победой в сказочном конкурсе Натальи Михайловны Стуковой, конечно, мне захотелось пойти дальше – прикоснуться к знаниям о глубоких (сакральных) символах и образах народного сказкотворчества. И чтобы закрепить ценные знания, сразу применить их в новых учебных сказках.

Первую книгу сборник «21 Сказка» мне было писать легче, потому что я писала не из знания, а из Потокового состояния, из своего подсознания. Красивая фраза «Сказка пишет себя сама» стала для меня тогда метким определением моего творчества.

Совсем по-другому я чувствовала себя создавая сказки для второго сборника. Признаюсь, было трудно, я столкнулась даже с внутренним сопротивлением по отношению к некоторым сюжетным линиям, которые были заложены в учебные алгоритмы сказок. А всё потому, что я по привычке воспринимала информацию слишком буквально, но по мере погружения в знания о народных образах, пришло глубокое понимание, что сказку полезнее и интереснее воспринимать иносказательно.

Словно из ларца я доставала сказочные предметы, волшебные состояния, действия, символы и вплетала их в канву сказки. Писать осознанно труднее, но и интереснее, теперь я понимаю, что я хочу сказать тем или иным действием или состоянием героя.

Благодаря глубокой, вдумчивой проработке, я наилучшим образом закрепила полученные уникальные знания о сказочной символике.

Изучить психотерапевтические и психокоррекционные сказки на примере сказок из глубины веков, оказалось чрезвычайно увлекательно. Мои сказки вобрали в себя дух того времени, даже название сборника «Ладно» говорит об этом.

Вооружившись новыми знаниями, так интересно перечитывать первый сборник самоисполняющихся сказок, теперь они невольно выполняют и роль диагностических сказок, ведь, когда я их писала, я ещё не была знакома с миром символов.

Благодарю моих Родителей за комфортные условия для погружения в Творчество. Мою Маму за неоценимую помощь и поддержку в подготовке материалов для издания сборника.

Благодарю Фею Фей Наталью Михайловну Стукову, Руководителя ТЦ «Со-Творение» Салавата Даниловича Юсупова, Волшебницу-оформителя Аллу Николаевну Письменную, моего чудесного куратора Галину Фетисову, сокурсниц, друзей за Внимание, Доверие, веру, за техническую, интеллектуальную и душевную поддержку, за Волшебное Пространство, за Инструменты для счастливой, осознанной Жизни, Мудрость, глубину и Знания, за окрыляющую обратную связь. Благодарю!

Как всегда, поставив себе одну цель – писать осознанно, я получила несоизмеримо больше, об этом расскажу в послесловии.

В книге я использую материалы, полученные в ходе обучения на курсе «Формула Волшебства» Ступень II в Высшей Школе Сказкотворчества.

Добро пожаловать в мир сказок, созданных по алгоритмам старинных сказок с использованием образов народного сказкотворчества.

Сказки с картинками

Цвет жизни

Далеко-далеко за морем-окияном, за пучиной златогривой, на местах раздольных, среди лугов привольных раскинулось тридевятое царство, тридесятое государство и правили в том государстве царь Благодарь с царицей Всеславой. Жили супруги в мире да согласии, и в положенный срок родился у них сын. Мальчика родители назвали Иваном. Рос царский сын не по дням, а по часам умным, добрым, да способным, родителям на радость.

В том царстве-государстве богатством считалось явление особое, семью цветами радуги переливающееся, каждому жителю от рождения предназначенное и звали его Цветик-семицветик. Когда ребёночек рождался, в этот день родители сажали семечко этого цветка в землю и к семи годам цветок распускался. Семена хранились в амбарах царских за семью печатями и строго выдавались по факту рождения. Каждый житель, обладая таким цветком, мог творить свою жизнь по своему разумению на благо Рода, а потому государство цвело, развивалось и богатело.

Пришла пора, исполнилось Ивану семь лет и, как всем детям того государства, был дарован ему цветок. Подивился, полюбовался Иван, решил полить растение, да солнечными лучами побаловать, приговаривая:

– Будешь подарком моей невесте, когда выросту.

И оставил цветок в царском садочке свежим воздухом подышать, да на радость пёстрым бабочкам.

Не долго Цветик-семицветик к солнышку лепестки тянул, затмило небо чёрное облако, налетел вихрь-ураган и по семи ветрам Цветика-семицветика развеял.

Опечалился царский сын пропаже. Царь с Царицей желая сыну добра, посадили ещё один Цветик-семицветик, нарушив правило – единственного раза посадки.

Прошло ещё семь лет, второй цветок не расцвёл – беда. Да беда поболе – опустели закрома семян Цветика-семицветика, а как восполнить никто и не знает, привыкли Благодарь со Всеславой, что всегда были семена, а тут несчастье такое.

Весть быстро разнеслась по государству, рождаемость резко сократилась, а если всё же дети рождались, то никто не радовался, а только печалился.

Царь с царицей места себе не находят, думу думают, да придумать ничего не могут.

Делать нечего – стали они жить дальше.

Долго ли коротко ли, только жизнь государства из семицветной превратилась в чёрно-белую.

И тогда приходит к царю с царицей под ясные очи повзрослевший Иван и говорит:

– Благословите родители мои славные меня на путь дальний, я отыщу способ восполнить запасы царские.

– Сын ты наш любимый, наследник единственный, – отвечает ему царь-отец, – куда же ты пойдёшь?

– Куда глаза глядят, авось повезёт и отыщу сестрицу Цветика-семицветика.

– Сестрицу? – удивились царь с царицей.

– Да, дочь дождя и света – Радугу. С чего она начинается, с того и Цветик-семицветик расти будет.

Понравилась царю речь сына.

– Хорошо! – отвечает Благодарь. – Благословляю я тебя на дело праведное! Бери из казны золота, серебра сколько требуется. Коли помощь тебе нужна, забирай дружину царскую.

– Спасибо тебе, царь-батюшка, только не возьму я ни золота, ни серебра. Не нужна мне дружина, обойдусь я и без оружия. Возьму с собой лишь Дудочку-самодудочку. Ежели через три года назад в родное царство не вернусь, выбирай себе нового наследника.

Взял с собой Иван Благодаревич Дудочку-самодудочку, помолился и отправился куда глаза глядят.

С утра до вечера добрый молодец всё прямо да прямо шагает, а как ночь наступает, на травушку шёлковую ложится, да звёздным сводом укрывается.

Шёл он так, шёл, пока не добрался до леса дремучего. И слышит земля из под ног уходит, топот, грохот, треск.

– Что ж, – думает Иван, – двум смертям не бывать, а одной не миновать!

Отправился он в самую лесную чащу страху в глаза посмотреть. Добрался до опушки, видит: два диких кабана дерутся аж искры из глаз летят!

Подошёл к ним Иван поближе да и заиграл на дудочке песню весёлую, плясовую. Опешили кабаны, а копыта не слушаются, выплясывают точно в такт, что пыль коромыслом. Плясали они так, плясали, пока не уморились да на землю не повалились. Спрашивает их тогда царский сын:

– Почему это вы, поросята, дерётесь? Что не поделили?

Отвечают ему кабаны наперебой:

– Как же нам не драться, мил человек? Вот сам рассуди! Шли мы по дороге да нашли скатерть-самобранку, сапоги-скороходы и шапку-невидимку. Хотели поровну поделить, да не можем!

– А зачем вам, кабанам эти предметы? Какой для вас прок от них?

Задумались кабаны.

– А ведь прав ты человек! Желудей в лесу и так предостаточно, прятаться и убегать не от кого. Вот спасибо, вот помог, только что нам теперь с ними делать, может тебе нужны?

– Так и быть заберу предметы спора, авось пригодятся.

На том и порешили, кабаны довольные пошли своей дорогой, а Иван перекинул скатерть-самобранку через плечо, сунул шапку-невидимку с дудочкой за пазуху, обул сапоги-скороходы и зашагал семимильными шагами.

Шёл-шёл Иван, через реки, горы переступая, и видит в чистом поле на перепутье трёх дорог избушка на курьих ножках вокруг себя оборачивается. Не растерялся Иван, снял сапоги скороходы и говорит:

– Избушка-избушка, встань по-старому, как мать поставила: к лесу задом, ко мне передом!

Повернулась избушка, зашёл в неё царский сын, а там Баба-Яга костяная нога на печи лежит, в потолок плюёт.

– Фу-фу-фу! – говорит старуха. – Тысячу лет русского духа не чуяла, а тут он сам ко мне явился. Зачем, гость незваный, пожаловал?

– Кто ж так, бабушка, гостей встречает? – спрашивает Иван. – Ты меня сначала напои, накорми, баньку истопи, а потом уж расспрашивай.

Вскочила Баба-Яга с печи – и откуда прыть взялась? Баньку истопила, царского сына напоила, накормила, стала расспрашивать:

– Ну, рассказывай добрый молодец, куда путь-дорогу держишь?

– Ищу я, – отвечает царевич, – дочь дождя и солнца – Радугу. Не знаешь ли ты, бабушка, где мне её найти?

– Вот чего не знаю, того не знаю. А на что она тебе сдалась?

– Беда в моём царстве приключилась, закончились в царской казне запасы семян Цветика-семицветика.

– Ну, а при чём здесь Радуга?

– Так цветов семь, вот и решил я, что сестрица она Цветику-семицветику.

– Кхе-кхе, – откашлялась Баба Яга, – голова у тебя светлая, мысли логичные рождает, только не сестра она ему.

– Вот не задача, как же мне теперь отыскать мой Цветик-семицветик?

– Целым точно уже не найдёшь, разметали семь ветров твой цветик-семицветик. А ты не горюй, ведь это всего лишь инструмент. Да, с его помощью жить легко и радостно, но раз не сумел вовремя его применить, кто теперь тебе виноват.

– Я хотел этот дар невесте своей приберечь.

– Эх, молодёжь… Наивный ты царевич, ведь с помощью своего дара ты мог таких даров припасти своей невесте, что ей и не снилось. А теперь не понятно, встретитесь али нет. Вот давай посмотрим, как бы развивались события, если бы ты с семи лет пустил бы лепестки в дело.

Баба Яга поставила блюдце на стол, налила в него мёртвой водицы и живой разбавила, приговаривая, – славь в правь. – Вода забурлила, паром окутала и увидел царевич себя семилеточкой, срывающим жёлтый лепесток со словами: «Лети-лети лепесток, через запад на восток, через север через юг, возвращайся сделав круг, лишь коснёшься ты земли, быть по-моему вели! Хочу петь! И достичь великого мастерства, чтобы вся Вселенная слушала и струнами подыгрывала на радость моей семье и всему народу. И чтобы речь моя лилась словно песня, складно и по делу». Картинка сменилась, царевич увидел своё царство семью цветами переливающееся, счастливыми лицами полное, Божественным голосом окутанное.

Задумался царский сын, неспроста его к пению тянуло, но только на дудочке и научился играть.

– Не горюй, беде твоей я помочь смогу. Расскажу, где обитают красный и жёлтый лепестки твоего семицветика. Про остальных не знаю. А живут они в палатах белокаменных у Лесного Чудища. Чтобы найти их, по средней дороге идти нужно. Только труден тот путь, больно уж далеко шагать надобно. И даже если доберёшься, толку мало – съест тебя Чудище, даже косточек не оставит!

– Ну, бабушка, это мы ещё посмотрим! Русский человек жилист да костляв, авось Лесное Чудище и подавится! Да и вообще: Бог не выдаст – свинья не съест. Спасибо тебе за подсказку да за хлеб-соль. Не поминай лихом!

Обул Иван-царевич сапоги-скороходы да зашагал по средней дороге семимильными шагами. И дня не прошло, как он до каменных палат, высокой стеной обнесённых, добрался. Подошёл добрый молодец к воротам, а там чертёнок сидит, грозно кричит:

– Никого пускать не велено!

Решил тогда царский сын стену обойти да с другой стороны через неё перелезть. Взобрался наверх, а там струны натянуты. Задел их Иван ногой, и такой тут звон-перезвон раздался, хоть святых выноси. Выбежали на крыльцо жёлтый и красный лепесток, увидали незнакомца и спрашивает:

– Кем добрый молодец, будешь? Что тебе здесь надобно?

– Я Иван-царевич – сын царя Благодаря да царицы Всеславы! Пришёл я, чтобы вас братья лепестки от Лесного Чудища избавить, да расспросить, как казну царскую семенами Цветика-Семицветика восполнить.

Спустился Иван со стены.

– Не сможешь ты нас, Иван-Царевич, отсюда увезти! Сейчас Чудище Лесное явится да съест тебя, даже косточек не оставит!

– Не бойтесь, я не пропаду!

Сказал эти слова царевич, надел шапку-невидимку да тут же исчез, словно его здесь и не было. Прилетело Чудище Лесное, стало Жёлтого и Красного расспрашивать:

– Где гость, который через стену перелез?

– Не видели никаких гостей! – ответили лепестки.

– А почему же тогда звон-перезвон на всю округу стоял?

– Так это, наверное, воробей мимо пролетал, крылом за струны зацепил, вот они и зазвенели.

– Нет, это не воробей! Чую я – русским духом пахнет!

– Да мерещится тебе, Чудище Лесное! Рыщешь ты по белому свету, духа человеческого нанюхаешься, вот он тебе везде и чудится!

– Может, оно и так, но я бы сейчас не отказался человечишкой каким-нибудь полакомиться.

Снял тут Иван-Царевич шапку-невидимку и говорит:

– Да зачем тебе, Чудище Лесное, меня есть? Видишь, какой я костлявый! Мной не наешься! Давай-ка лучше угощу я тебя по-царски, такими яствами, которых ты в жизни своей не едал! Только смотри, осторожнее ешь, язык не проглоти!

Развернул царский сын скатерть-самобранку, и тут же на ней появилось угощение диковинное. Набросилось Чудище Лесное на еду, стало за обе щеки уплетать, чуть не лопнуло. Так наелось, что даже до палат белокаменных не доползло – тут же у стены свалилось да заснуло. Говорит тогда Иван Лепесткам:

– Вас я нашёл, надобно мне теперь и ваших братьев разыскать – Синего, Фиолетового, Зелёного, Оранжевого и Голубого. Не знаете ли, где они живут?

– Знаем, – отвечают Желтый и Красный Лепесток. – Живут они в океанской пучине в чертогах Чудища Морского. Только труден тот путь, больно уж далеко плыть надобно. И даже если доберёшься, толку мало – съест тебя Чудище, даже косточек не оставит!

– Ну, братцы, это мы ещё посмотрим! Русский человек жилист да костляв, авось Чудище Морское и подавится! Да и вообще: Бог не выдаст – свинья не съест. Спасибо вам за подсказку, не поминайте лихом! Как найду ваших братьев, вернусь, и поедем мы все вместе в моё царство!

Обул сапоги-скороходы, подхватил шапку-невидимку, скатерть-самобранку да дудочку-самодудочку и отправился семимильными шагами к морю-океану. Добрался он до берега морского, видит: стоит у причала ладья деревянная со снастями лыковыми да парусами тканными. А на той ладье собираются корабельщики к острову Буян плыть. Говорит им Иван-Царевич:

– Не возьмете ли меня, люди добрые, с собой? За провоз мне вам заплатить нечем, отблагодарю вас сказками да песнями. Так заслушаетесь, что и не заметите, как доплывёте!

Согласились корабельщики, подняли паруса да поплыли вместе с царским сыном по морю-океану. Всю дорогу им добрый молодец сказки рассказывал да на дуде играл. Вдруг откуда ни возьмись налетела буря, поднялись волны – вот-вот ладья ко дну пойдёт!

– Ох! – закричали корабельщики, – пока дань Морскому Чудищу не отдадим, он нас дальше не пропустит! Давайте жребий кидать, кому в морскую пучину отправляться!

– Не надо никакого жребия, – говорит царский сын. – Я сам, по доброй воле к Морскому Чудищу пойду.

Подхватил он шапку-невидимку, сапоги-скороходы, скатерть-самобранку да дудочку волшебную и спрыгнул с ладьи в морскую пучину. Тут же буря утихла, волны успокоились, ладья дальше поплыла, а Иван-Царевич по дну морскому пошёл Лепестки искать. Долго ли он брёл, коротко ли, пока не добрался до чертога Чудища Морского. Как увидел его хозяин, оскалился, зубами заклацал:

– Эх, давно я мяса свежего не ел, а тут оно само ко мне пришло! Ты кто ж такой будешь?

– Я сын царя БлагодАря да царицы Всеславы! Пришёл, чтобы Лепестки Цветика-семицветика забрать!

Взял Иван-Царевич дудочку волшебную и заиграл мелодию, да такую заунывную, что Чудище Морское разохалось, разахалось, а потом зарыдало горючими слезами. Тут как приударит добрый молодец, как заиграет песнь развесёлую! Ноги у Чудища Морского сами в пляс пошли. Скачет он вприсядку, никак остановиться не может. Ногами топает, пальцами щёлкает, глазами хлопает да такие гримасы корчит, что все рыбы вокруг хохочут. Потешилось Чудище на славу и говорит:

– Ну, такого молодца грешно есть! Оставайся у нас, живи сколько хочешь! Эй вы, сельди, щуки, лещи да окуни! Подавайте на стол, кормите-поите гостя дорогого!

Пока царский сын угощался, кит перед ним сплясал, сельди хором песню спели, а караси с морскими коньками на арфах да гуслях сыграли. После концерта Чудище Морское спать завалилось, а Лепестки говорят Ивану-Царевичу:

– Хоть и рады мы спасителю дорогому, но всё равно уходить тебе отсюда надобно. У Чудища Морского семь пятниц на неделе: сегодня он тебя потчует, а завтра сам угощеньем на его столе оказаться можешь.

– Как же мне вас братцы Лепестки вызволить? – спрашивает Царевич.

– Чудищу Лесному с Чудищем Морским никто не указ, кроме Миръ-Девицы! Только её одну они слушаются, только ей одной беспрекословно подчиняются! Коли она тебя полюбит, то прикажет Чудищам нас отпустить. Одна беда – стража у Мирь-Девицы больно суровая, никого к хозяйке своей не подпускает. Приезжали к ней свататься разные цари да царевичи, короли да королевичи, и богатыри, и витязи со всех государств окрестных, только ничего они не добились, все на копья угодили.

– Ну, страшна гроза небесная, да велика милость Божья. Как найти мне ту Миръ-Девицу?

– Дам я тебе моего горбунка любимого, садись на него да плыви. А дорогу вам белуга носатая показывать будет.

Обнялись Царевич с Лепестками на прощанье, взял Иван-Царевич шапку-невидимку, сапоги-скороходы, скатерть-самобранку да дудочку волшебную, оседлал горбунка и поплыл вслед за белугой. Раки их по пути встречают – честь усами отдают, клешнями в барабаны бьют, мелкую рыбёшку с дороги прогоняют, путь расчищают. А по морю-то плыть не то, что по лесу топать – ни пенька, ни задоринки, дорога гладкая, катись себе как по маслу! Домчал горбунок царского сына до берега да снова в пучине морской скрылся. А добрый молодец надел шапку-невидимку и стал к дворцу Миръ-Девицы подбираться.

Прошёл он незамеченным мимо стражи, зашёл в сад заповедный, прогуливается по нему, словно хозяин, яблочки наливные жуёт. Тут прилетели двенадцать белых голубиц, ударились о землю и превратились в двенадцать девиц – таких прекрасных, словно звёзды яркие. Вышла Миръ-девица из дворца, подошла к девицам-голубицам да говорит:

– Ой, подруги мои любезные, как же солнышко сильно припекает! Давайте в пруду искупаемся! Царский сад стража крепкая охраняет, мимо неё даже муха не пролетит!

А Иван-Царевич снял с головы шапку-невидимку да смеётся:

– Муха, говоришь, не пролетит? А как же я сюда пробрался?

Разохались девицы-голубицы, разахались, а добрый молодец поклонился Миръ-девице и молвит:

– Не бойтесь меня, девицы красные! Я не медведь, не кусаюсь! Сердца неволей не возьму, а коли есть среди вас моя суженая, так я ей ряженый!

Раскраснелась Миръ-Девица, словно маков цвет, протянула руку белую и отвечает:

– Добро пожаловать, добрый молодец, в моё царство девичье! Царь ли ты или царевич, король ли ты или королевич, мне неведомо. Но если пришёл ты к нам ласковым гостем, то и приём тебе будет приветливый. Приходили ко мне невежды да грубияны, хотели сердце девичье силой взять, за что и поплатились. А ты человек, вижу, вежливый. Пойдём же в мой дворец белокаменный, накормлю тебя, напою, о жизни своей расскажу, да о твоём житье-бытье расспрошу.

Долго Иван-Царевич с Миръ-Девицей беседовали, полюбились они друг другу и решили свадьбу сыграть. Закатили пир на весь мир, угощенья, что на скатерти-самобранке появилось, на всё царство хватило да ещё осталось. Как отшумело веселье, рассказал молодой муж жене любимой о том, что мечтает он семь Лепестков Цветика-Семицветика от Чудища Лесного да Чудища Морского избавить.

– Супруг ты мой возлюбленный! – отвечает Царь-Девица. – Да разве ж я такой малости для тебя не сделаю?

Отправила она к Чудищу Лесному воробья шустрого, а к Чудищу Морскому ерша вёрткого с указами Лепестки Цветика-семицветика освободить и в родительское гнездо царевича доставить.

Уж как царь Благодарь с царицей Всеславой обрадовались, что ни в сказке сказать, ни пером описать! А потом приехал к ним в гости Иван-царевич с женой своей Миръ-Девицей.

Только даже с возвращением Цветика-семицветика родное царство не стало переливаться семью цветами радуги, а по-прежнему прозябало в чёрно-белом свете.

– Как же так, – раздосадовался Иван-царевич, – что не хватает для исцеления моего государства, – воздав руки к небу сокрушался царский сын.

– Не горюй, не бранись, друг ты мой сердечный, супруг ты мой любимый, – прильнула Миръ-Девица к плечу мужа, – а просто осознай, что всё должно быть вовремя, как сезон года сменяет другой, как луна восходит на смену солнцу, как цветут деревья весной, так и тебе было даровано использовать возможности свои на благо себе, Роду и всему Народу.

– Кто сказал, что поздно! – воскликнул Иван-царевич, – да и что этородители приуныли, али я не Царевич, али напрасно длинный Путь проделал!

Взял царский сын жёлтый лепесток и запустил со всей силы со словами: «Лети-лети лепесток, через запад на восток, через север через юг, возвращайся сделав круг, лишь коснёшься ты земли, быть по-моему вели! Хочу воплощения моего первого дара – это Пение».

Только сказал Царевич эти слова, как тут же оказался у себя в садочке маленьким мальчиком, а в ручке у него был Цветик-семицветик с оставшимися шестью лепестками. И так петь захотелось, что и не сдержать. Роток детский, а голос Вселенский, на радость всем разливается, новые Цветики-семицветики зарождаются. Царство цветёт, радугой переливается. Предназначения воплощаются.

Но Царевич догадался, что вернувшись в прошлое и реализовав все свои предназначения, он уже не встретит Миръ-Девицу. Потому, второй – красный лепесток он потратил с таким наказом: «Лети-лети лепесток, через запад на восток, через север через юг, возвращайся сделав круг, лишь коснёшься ты земли, быть по-моему вели! Хочу вернуться в то время, когда я был с Миръ-Девицей».

Только сказал, как тут же вернулся обратно.

– Супруг ты мой любимый, романтик невообразимый, было у тебя семь лепестков, стало пять, а государство по-прежнему чёрно-белое, – вздохнула Миръ-Девица, – и от чего ты решил, что не встретимся мы при верном стечении событий в твоей жизни?

Если бы я знал, но жёлтый лепесток уже утрачен, потому обратно путь закрыт.

– А вот и не закрыт, бери любого цвета и повтори своё первое желание. Ведь всё в твоих руках, я буду ждать тебя, мой любимый Супруг, у тебя ещё целых пять лепестков, у тебя всё получится, до встречи. – С этими словами Миръ-Девица растворилась в пространстве.

– До встречи, моя прекрасная Миръ, – хотел было Иван-Царевич загадать так, чтобы очутиться в саду у Миръ-Девицы, да вовремя одумался, распознал свой неуместный романтизм и произнёс запрос: «Лети-лети лепесток, через запад на восток, через север через юг, возвращайся сделав круг, лишь коснёшься ты земли, быть по-моему вели! Хочу воплощения моего первого дара – это Пение».

Рос Иван-Царевич, своевременно дары раскрывая на благо себе, Роду и всему народу. Государство ширилось, всеми цветами радуги переливалось, светом в оконце всему миру светило. И только фиолетовый лепесток не торопился Иван-Царевич запускать, знал, что пригодится для встречи долгожданной.