Записки кактуса со школьного подоконника

Фрукт был довольно большой, весь красный и назывался «сердце дракона», по-научному – питтахайя. Его привёз Ромкин дядя-программист из Вьетнама. Ромка Вобликов фрукт съел, вкус не понял, а одну семечку посадил.

Появился росток. Совсем скоро росток стал похож на маленький кактус. Ему постоянно хотелось обнимашек, а может, просто было желание поздороваться. Ромка надевал кухонные варежки-прихватки на синтепоне и со словами «Привет лунатикам» чесал кактусу пузико.

Днём кактус активно развивал мелкую моторику колючек: ковырял дырочки в тюле и плёл косички из бахромы. Косички выходили так себе, а дырочки – что надо, но мама почему-то старалась их спрятать и цепляла на тюль пластиковых бабочек на прищепках. Бабочки сначала порхали, потом запутывались в кактусе. Кактус становился похожим на мультяшную принцессу Фиону, выходящую замуж за Шрэка, а дырок на тюле прибавлялось и прибавлялось.

Ромке нравилось, что кактус нужно поливать редко. Очень трудно вспоминать про поливы, когда ты учишься в математической школе, да ещё и в том самом 5 «Г», у той самой Полины Алексеевны, которая «так, Роман, повтори, что я только что сказала». Даже на стуле покачаться некогда. И почему он должен всё повторять? Может быть, у него в классе самый громкий голос?

Ромка вёл свой канал про видеоигры, иногда снимал мультики о компьютерном человечке – стикмане, мечтал стать программистом, когда вырастет, а своего разросшегося на половину подоконника колючего друга считал секретным оружием в случае зомби-апокалипсиса и надёжной защитой при попытках тайного проникновения недоброжелателей через окно.

Все готовились к новому учебному году: Полина Алексеевна покупала ручки с красными чернилами, директор школы прыгал с парашютом, чтобы поддерживать уровень адреналина, а школьная уборщица Нина Васильевна мечтала когда-нибудь поехать в Австралию для погружения с аквалангом близ Большого Барьерного рифа.

Кактус понятия не имел, что совсем скоро с ним случится новоселье и у него появится свой блог. Из него-то все и узнают про 5 «Г» и про Ромкину тайну. Тайна появилась не вчера, а ещё во втором классе. Ромка не знал, о чём первое видео для блога снимать. Пошёл у Нины Васильевны спрашивать. А она такое вспомнила…

Тайна

Во втором классе у Ромки была тайна. Училась тайна в параллельном классе – во 2 «Б», и звали её Ариадна. Ариадна была очень красивая. Всякий раз, когда Ромка налетал на неё как будто нечаянно на перемене с громким «а-а-а!», Ариадна ничего не отвечала и, подняв свой чудесный носик, уходила с одноклассницами в свой кабинет.

Ещё у Ромки была Мухина. Мухина тайной не была. Училась Мухина за соседней с Ромкой партой, и все признавали, что она очень умная, но списывать Мухина не давала. Зато проверяла, на той ли странице открыл Ромка учебник и всё ли, написанное на доске, он успел переписать в свою тетрадь.

На одной перемене, когда Ромка по отработанной схеме собирался «поздороваться» с Ариадной и уже набрал в лёгкие воздуха для своего «а-а-а!», он увидел, что с Мухиной разговаривает какой-то парень из класса постарше, вроде из 4 «А». Вид у парня был недружелюбный.

Ромка, неожиданно даже для самого себя, отменил своё «а-а-а!» и моментально направился к Мухиной. Подойдя поближе, он понял, что парень отобрал у Мухиной мячик и теперь дразнится.

– Отдай, я его первая взяла! – выпалила Мухина.

– Значит, ты уже наигралась, теперь моя очередь, – как ни в чем не бывало отвечал парень.

– Верни ей мяч! – сам не зная почему, выдал Ромка.

– А ты отними, – хмыкнул обидчик.

– А я отнимать не буду, сам отдай и извинись, – со всей имеющейся вежливостью предложил Ромка, сжав кулак и приготовившись во что бы то ни стало отстаивать мячик Мухиной. Парень оценивающе глянул на Ромку: волосы взъерошены, рубашка из штанов вылезла, на щеке свежая царапина (утром не поделил с Яблочкиным, кто первый добежит до кабинета).

– Ладно-ладно, что ты разъерепенился? – пошёл на попятную парень. – Заберите свой мячик, малявки.

– Спасибо тебе, – только и смогла произнести Мухина.

– Да ерунда, – сказал Ромка. – Ещё сунется – обращайся!

– А давай в съедобное-несъедобное?

– А давай, – согласился Ромка.

– Пирожок.

– Башмак.

– Шоколадка.

– Я бы сейчас от пирожка не отказался, – облизнулся Ромка.

– А я б от шоколадки, – ответила Мухина. – А пирожок у меня с собой, могу угостить.

– А у меня шоколадка. Давай меняться?

И они пошли в класс. По пути прошли мимо наблюдавшей за ними Ариадны с подругами. Те с удивлением смотрели то на Ромку, то на Мухину, а потом принялись изо всех сил шушукаться: вместо того чтобы врезаться в самую красивую девчонку со своим «а-а-а!», Ромка заступился за какую-то Мухину, а теперь ещё и пирожки с ней ест.

С того дня Ромка перестал носиться по коридору на перемене, на уроках стал внимательнее и с Яблочкиным почти не дрался. Учительница не могла на него нарадоваться:

– Как же ты так переменился, Рома? Прямо тайна какая-то.

«Нет никакой тайны, – думал Ромка, – только Мухина».

В класс заглянула учительница 5 «А» и на время отвлекла Полину Алексеевну, Ромка как раз успел рассказать всем про кактусные обнимашки, дырки в тюле и даже заикнулся про зомби-апокалипсис.

Капустина умоляла принести кактус в школу, Тишка вызвался помочь, а Петров обещал завтра взять с собой чеснок, чтобы не только зомби, но и вампиры обходили 407-й кабинет стороной.

Полина Алексеевна даже не стала возражать: не часто Вобликов проявляет рвение к учёбе. Полина Алексеевна придерживалась мнения, что в классе должно быть хотя бы одно растение: фиалка или спатифиллум. Знает ли кто-нибудь из ребят, как на самом деле называется фиалка?

Правильнее фиалку называть сенполией или узамбарской фиалкой, по имени Узамбарских гор в Танзании – естественного ареала обитания этих растений. Открыты сенполии были бароном Сенполем в 1892 году во время прогулки. С тех пор они и стали самыми популярными комнатными растениями.

Сенполии не требуют сложного ухода, но не терпят пересыхания почвы или заливов. А это как раз школьный случай: на каникулах засушим, а потом польём дважды. Если Пирожкова полила, то Капустиной тоже надо.

И пусть будет кактус. Можно поставить рядом с компьютером. Составить график дежурств по уходу за растением. Пусть каждый внесёт свой вклад в заботу о растении.

Полина Алексеевна любила графики, а Ромкины увлечения компьютерными играми считала пустой тратой времени.

Ромка вспомнил, что читал в Интернете про английского ботаника XVI века Джона Жерарда, который называл кактус «бугристой или комковатой массой или клубнем удивительной плотности», сочетающей в себе «в различных формах особенности дыни и репейника, соединяя то и другое в одном теле, сотворённом в виде стога сена».

Ромка решил, что расскажет про «комковатую массу» географу Иннокентию Арнольдовичу, а пока рванул на перемену, потому что звонок прозвенел.

Географ

У учителя географии Иннокентия Арнольдовича был кот Васька и собака Шарик. Васька по утрам истошно мяукал и просил варёной трески, а Шарик по утрам истошно скулил и просился на улицу. Иннокентий Арнольдович варил треску Ваське, выводил на улицу Шарика, а потом шёл в школу.

В школе ни Васьки, ни Шарика не было. Можно было отдохнуть от варки трески и прогулок. Но не тут-то было. Двоечник Яблочкин дёрнул за косичку отличницу Ясю. Отличница Яся вместо того, чтобы стукнуть Яблочкина учебником географии по голове, подсказала ему все ответы на контрольную. И Яблочкин «от чувств» подарил ей собаку Пушистика прямо на уроке географии.

Иннокентий Арнольдович хотел написать Яблочкину в дневнике замечание, но кончилась ручка. Он пошёл за ручкой в соседний кабинет биологии. Там учительница биологии Инесса Васильевна рассказывала про митохондрии. Иннокентий Арнольдович посмотрел на митохондрии, и их глаза встретились. Географ решил, что хочет слушать всю жизнь, как Инесса Васильевна рассказывает про митохондрии.

Что делать в таких ситуациях, Иннокентий Арнольдович знал. Но собаку Пушистика Яблочкин уже подарил Ясе. Поэтому на следующем уроке географии Иннокентий Арнольдович снова отправился в кабинет биологии и подарил Инессе Васильевне кошку Бусинку. «От чувств».

Инесса Васильевна от Бусинки отказалась, сообщила географу, что у неё аллергия на кошек, но она была бы не против послушать, как Иннокентий Арнольдович рассказывает про Великие географические открытия. И показала географу, как заполнять электронный дневник без красной ручки.

Пришлось тогда Иннокентию Арнольдовичу забрать Бусинку к себе. Дома у географа кошка запрыгнула на окошко. А кот Васька так был рад этому событию, что научился сам варить себе треску и гулять с Шариком.

Дома к расставанию с кактусом отнеслись скептически. Мама в тот же день купила кактусу специальный грунт и приличный горшок. Папа едва сдерживал слёзы, пока нёс кактус в школу. Он чувствовал кактусный захват даже через осеннюю куртку, поэтому бежал в школу с такой скоростью, что Ромка еле успевал за ним. Папа в молодости занимался дзюдо и знал не понаслышке, что после захвата скорее всего последует бросок…

Рядом с компьютером кактус не поместился, занял собой бо€льшую часть подоконника и сразу понял, что в школе заниматься ерундой у него не получится: рядом нет ни тюли, ни бахромы. Бабочек тоже нет. Только дидактические материалы, толстенный орфографический словарь и одна божья коровка между оконными стёклами. Её Соня принесла в школу на портфеле. Хотела обратно отнести на улицу, а Пашка предложил оставить. Пусть в тепле зимует. В природе божьи коровки прячутся в пнях или других укрытиях от холода и сквозняков. Пища зимой им не нужна, хватает накопленных за лето в организме запасов. В Японии и Америке этих насекомых специально выращивают и продают фермерам для борьбы с вредителями растений.

Подскочили Капустина с Пирожковой и начали наперебой рассказывать, что весной они откроют окно «вот так» и божья коровка улетит «вот так». Руками размахивали и тыкали пальцами в форточку, как будто сами лететь собрались. Кактус колючки растопырил, чтобы девчонки не вылетели – до весны-то ещё, как до луны. Не 5 «Г», а перелётные божьи коровки на зимовке!

Перегудин заметил, что Улька в школу пирожки с повидлом принесла, и пока все глядели на божью коровку, подошёл и спросил…

Как я помог подруге

– Улька, дай пирожок!

– Отстань, Перегудин. Я сама ещё не завтракала.

– Ага. Ты просто для Петрова хранишь.

– Ещё чего, – сказала Улька и залилась румянцем. – Я сама съем.

На перемене Улька предложила пирожок Петрову. Петров сказал Ульке спасибо и пирожком угостился. Потому что пирожки у Ульки были вкусные, с повидлом.

Петров доел пирожок, подсел к Иванцовой и включил ей видео на телефоне.

– Отстань, Петров. Со всякой ерундой, – сказала Иванцова и вышла на перемену.

Петров вернулся за свою парту, аккуратно подготовился к уроку. Достал книгу про соотношение сил перед началом Великой Отечественной войны и стал читать.

– Ну хотя бы сытый, – прошептала Улька.

– Ничего ты, Ульяна, не понимаешь. Ты к Петрову с пирогами, а ему Иванцова нравится. А почему она ему нравится, подумала?

– Ты сам-то много понимаешь, Перегудин?

– А может, и понимаю. Может, у меня и метод есть.

– Это какой же?

– Ты будь как она, только лучше.

– Не поняла.

– Ну вот смотри. Что у Иванцовой за тест по окружающему миру?

– Тройка, по-моему.

– А ты пару получи.

– Ну вот ещё, придумал.

– Так тебе Петров нужен или нет?

– Да никто мне не нужен. Вот пристал.

– А ещё Иванцова рот вот так рукой прикрывает и хихикает.

– Вот так: хи-хи-хи?

– Ну да, только попротивнее хихикай.

– Ну это легко.

– Иванцова заклички умеет петь. Она в народный хор ходит. Парочку выучи.

– Я петь-то совсем не умею.

– Что там уметь. Заклички кто угодно петь сможет. Там главное – громкость. Помнишь, как Иванцова поёт, что аж уши закладывает. А остальное не разберёшь: ни слов, ни пения.

– Помню-помню. Может, просто крикнуть изо всех сил? Я когда в деревню приезжаю, в поле выйду и ка-а-а-ак закричу. Даже перепёлки разлетаются.

– Ну вот и отличненько. Считай, Петров уже почти твой.

– А почему почти?

– Потому что самое трудное осталось. Парик нужен и туфли как у Иванцовой. Красные.

– Какой ещё парик? Какие туфли? Ты, Перегудин, уже совсем.

– Ну посмотри: Иванцова – брюнетка. А ты? Одна коса, и та рыжая. Ещё туфли у неё вон какие! А ты в кроссовках ходишь.

– Где же я парик-то тебе возьму с туфлями?

– Откуда мне знать, где девчонки всё это берут. Я тебе план составляю, а ты уж ищи, где хочешь.

– Постой-ка, парик у меня есть. Я в детском саду Белоснежку играла. У меня костюм до сих пор лежит. Вместе с париком. А туфли поищу, но не уверена.

– Вот и ищи. От твоих усилий зависит ваше с Петровым будущее.

Дома Улька нашла парик, немножко похихикала для тренировки, уроки решила попросту не открывать, чтоб уж точно даже на троечку не наработать. Попробовала крикнуть – перепёлки не разлетелись. Откуда перепёлки в московской квартире? Зато сосед снизу постучал по батарее. Одна проблема – туфли ну никак не находились.

– Никаких красных туфлей даже у мамы нет, она в кедах ходит, – опустила руки Улька.

И тут она вспомнила, что бабушка показывала ей свои босоножки из молодости на 12-сантиметровых каблуках. Мама их выкинуть хотела, но бабушка запретила. Так-так… Улька залезла на верхнюю полку и стала рыться. Вскоре она достала заветную коробочку.

– Как же я люблю бабушку! – обрадовалась Улька. – Теперь держись, Петров. Я тебе устрою соотношение сил!

Улька запихнула бабушкины босоножки в мешок для сменки, нацепила парик под шапку, пока бабушка ей в школу бутерброды собирала, и побежала в школу навстречу своей судьбе.

В школе она надела босоножки и почему-то стала выше всех. Даже выше Полины Алексеевны. Полина Алексеевна Ульку в парике и на каблуках не узнала и прошла мимо.

– Хи-хи-хи! – хихикнула Улька, прикрывая рот ладошкой.

Оставалось добраться до четвёртого этажа, чтобы поразить Петрова закличками и получить заветные двойки.

Держась за перила и за проходящих рядом, Улька кое-как добралась до кабинета.

– Ээээй, Петров, ну что ты теперь скажешь? – В дверях 407-го кабинета, держась за дверной косяк, стояла Улька в парике Белоснежки и в красных бабушкиных босоножках.

Петров как-то весь сжался, поник и уткнулся носом в «Соотношение сил», но и так было понятно, что силы не равны.

«И что я нашла в этом малахольном?» – подумала Улька и уселась на своё место.

– Слушай, Перегудин, ты пирожок-то будешь?

– Пирожок буду, – ответил Перегудин. – Только ты парик сними и с контрольной повнимательней, у нас с Петровым вкусы разные.

Полина Алексеевна уже отказалась от мысли, что сегодня у неё получится провести литературу. Она распахнула дверь в коридор. За дверью стоял директор. За директором – комиссия.

Полина Алексеевна спиной вперёд, как в физкультурном упражнении, вернулась обратно в кабинет. За ней вошёл директор, а за директором – комиссия.

Учительница поправила очки, съехавшие с носа. Комиссию на сегодняшнем уроке она ну никак не ждала.

Кактус протянул директору колючку, чтобы пожать руку. Вроде так принято здороваться с директорами. Колючка пронзила директору палец и застряла в коже. Директор нахмурился. А старший инспектор Ольга Николаевна по достоинству оценила хорошие манеры кактуса и уточнила, насколько активно он участвует в жизни класса и помогает ли наладить дисциплину. Уточняла она это не у самого кактуса, а у Полины Алексеевны. Поэтому кактус вежливо промолчал.

Учительница с трудом представляла, как можно наладить дисциплину в 5 «Г». Этот вопрос заботил её вот уже на протяжении пяти лет. А как дисциплину кактусом налаживать – совсем уж непонятно.

Хорошо, что директор пришёл на помощь и объяснил, что весной состоится районный конкурс проектов. Самые сильные и дружные классы выступят со своими исследованиями. Сначала, как водится, будет отборочный тур в стенах школы. По решению школьной проектной комиссии два года подряд на районный конкурс выезжал «А» класс. В этом году у них уже куча новых идей – ребята наблюдают за погодой, графики ведут. В прошлом году они третье место заняли – рассказали про муравьиную ферму. Выяснили, что муравьи могут быть не только воинственными, но и проявлять заботу. Они носят продукты питания к раненой особи до тех пор, пока та не поправится. Что же в этом году ребята из «А» класса напридумывают?

Победителей районного конкурса награждает сам глава управы, это очень почётно. Директор уверил и комиссию, и весь 5 «Г» вместе с Полиной Алексеевной, что школа и в этом году имеет все шансы побороться за призовые места. Конечно, подготовка отнимает немало времени. Нужно провести исследование, отснять фото и видео, грамотно составить презентацию. Ораторские навыки тоже не помешают. Мастерство рассказчика играет в защите проекта важную роль.

Директор уцепился за застрявшую в пальце колючку и попробовал вытащить. Колючка не поддавалась.

И тут-то Васе Петечкину тоже захотелось призов. Улька предлагала принести на конкурс кабачковую икру из выращенных на даче кабачков. Улькино предложение поставило в тупик и директора, и старшего инспектора Ольгу Николаевну.

А Ромка предложил кактусу блог завести, чтобы кактус о жизни класса рассказывал в соцсетях. Ромкино предложение старшему инспектору Ольге Николаевне больше всех пришлось по вкусу, и она попросила директора держать на личном контроле попадание кактусного блога на районный конкурс проектов.

Витька с Ромкой поспорил, что не получится «ашек» переплюнуть каким-то блогом. Пашка спорил и с Ромкой, и с Витькой, что надо кактус оцифровать: создать 3D-модель при помощи специального сканера, а уж потом блог делать. Только для этого придётся на денёк кактус домой забрать. Ромка не возражал, кактус – тоже, к ним Соня подсела. Пашка и с ней поспорил.

Спор

– Вот я бы с тобой, Сонька, на Луну полетел, – придумал Пашка.

– А я бы не полетела, – отказалась Соня.

– Это ещё почему?

– Потому что у меня скафандра розового нет.

– Так сошьём.

– Ты, что ли, шить будешь?

– А что? Возьму и сошью. У меня и машинка дома есть швейная. Только мне это… Мерки нужно снять.

– Ничего я снимать не буду.

– Ну я тогда так, плюс-минус на вырост. Мы же не завтра на Луну собрались, а как соберёмся, тут уже у тебя всё готово.

– Да ничего у тебя не получится. Тоже мне модельер скафандровый.

– А вот и получится. Спорим?

– На что?

– Давай на билеты в кино.

– Ну смотри, ты сам предложил.

Пашка пришёл домой, переоделся, поставил обед разогревать. Тут ему Витька позвонил.

– Паха, ты там как? Нанотехнологии применяешь? Помощь нужна?

– Какие ещё технологии?

– Так ты это. Соньке скафандр шьёшь на спор.

– А-а-а… Это. Ну шью, шью. Помощь не нужна, не отвлекай. – Пашка повесил трубку и принялся за обед.

На обед была картошечка с котлеткой и солёным огурчиком. Пашка наелся и решил ещё кофе выпить. Со сгущённым молоком.

После вкусного обеда уроки не хотелось делать совершенно, но Пашка себя заставил. Он заложил себе час на всё про всё. Чтобы потом ещё свободное оставалось.

За час сделать не получилось, но за полтора справился.

Снова позвонил Витька.

– Ну ты хоть фотку пришли. А чем ты красил?

– Витёк, не мешай. Что ты такой нетерпеливый?

Пашка повесил трубку и включил компьютер.

– Можно и поиграть чуток. Главное, ещё на завтра любимую футболку приготовить и маму попросить джинсы погладить.

На следующий день все ждали Пашкиного триумфального или провального появления со скафандром для Сони. Но не дождались. Потому что Пашка с Соней в кино пошли. Билеты-то он проспорил.

«Шу-шу-шу», – носилось по рядам. 5 «Г» хотелось точно знать, нравится Соньке Пашка или нет и кто в кого влюбился первым.

Полина Алексеевна постучала по столу, выдержала паузу – в классе стало тише.

По кактусу кто-то ползал, перебирал по зелёной коже маленькими лапками: это божья коровка с инспекцией. Она никак не хотела впадать в спячку, искала что-нибудь съестное – тлю или червячка какого… Откуда им взяться? Она забыла, что ей должно хватать летних запасов?

От этих её поисков становилось очень щекотно, особенно когда она пробегала рядом с ареолами. Ареола у кактуса – такое место, откуда растут колючки и цветы. Наличием ареол кактус отличается от других суккулентов.

Кактус терпел, терпел, а потом тихонько «пиликнул» на всю Ивановскую, точнее, на весь 407-й кабинет.

Тоха Перегудин скорчил страшную рожищу и заявил, что Вобликов притащил говорящий кактус-зомби. По словам Перегудина, в ближайшее время колючий освоится и сожрёт всех с потрохами.

Яся в зомби не верила и предположила, что это просто на чей-то телефон сообщение пришло или напоминалка сработала…

Кактус не мог поверить, что теперь он – блогер. Хорошо, что скоро география начнётся. Расскажут про дальние страны. В дальних странах растут кактусы. А есть ли среди них блогеры? И про что они рассказывают? Про редких животных? Про птиц? Чаще всего кактусу за окном показывались воробьи, голуби, прилетали вороны, а однажды кактус видел уток. Они летели в Измайловский лесопарк на Лебедянский пруд.

На следующий день Ромка пришёл. Его очередь была у кактуса дежурить. Он вдруг стал изливать кактусу душу. Наверное, потому, что лейка куда-то подевалась. А кактус что? Слушал, доверчиво так. Кактусы вообще очень доверчивы (не доказано), ну просто как утка-пеганка.

Утка-пеганка

– Утка-пеганка очень доверчива. Легко подпускает вплотную к себе. Поэтому численность этих птиц резко уменьшается, – рассуждал географ Иннокентий Арнольдович.

– Может, среди уток поганки – редкие, а вот в нашем лесу поганок полно, – сказал Тишка Сёмушкин. – Лучше бы побольше белые попадались или рыжики. Я рыжиков очень люблю. Жареных. С картошечкой и лучком. Садишься за стол и этот запах лета, дачи. На великах гонять, на рыбалку сходить.

– А эти поганки конфеты едят? – почему-то спросил я.

– Какие ещё, Вобликов, поганки? Мы про редкую птицу разговариваем. Про утку-пеганку. Питается она мелкими ракообразными, моллюсками, водными насекомыми и их личинками, – продолжил Иннокентий Арнольдович, не ответив на мой вопрос.

– А я на пруду уток конфетами кормил, – говорю. – Они их не ели. А я их даже из фантиков разворачивал. Конфеты, конечно, не уток. Только трюфель я уткам не стал давать, он у меня один был. Я его себе оставил. Трюфель бы съели, наверное.