Под контролем будущего

Глава 25

– Мне предстоит пройти подготовку, – она не смотрела на стоявшего позади неё хронически растерянного носителя искусственного интеллекта.

– А потом ты вернешься домой? – Бистрис предполагал, какой ответ получит на свой довольно наивный вопрос.

– Ты же знаешь, что да. И да, я все больше убеждаюсь, что ты не обычный робот.

– Мона, ты меня вернешь компании разработчику?

– И ты подтверждаешь мои догадки. Внутри тебя прячется нечто человеческое. Кажется, я догадываюсь, что могло произойти в прошлом, куда я отправляюсь.

– Я не уверен…

– Очередное проявление не присущего роботу мышления.

Мона повернулась к помощнику по дому и попыталась представить себе, каким был Бистрис, когда его сознание принадлежало биологическому телу. Таким мощным воображением она не располагала. Приходилось обходиться без визуализации подозрений.

– Я иногда вспоминаю что-то, будто происходившее со мной.

– Вероятнее всего, часть воспоминаний из твоего сознания подверглась зачистке. Я попытаюсь максимально все прояснить. Мне сейчас нужно ненадолго уйти, – Мона улыбнулась роботу с механической грустью на лице, обтянутом ультратонкой резиной.

– Ты вернешься?

– Сейчас, да.

Глава 26

Он старался запомниться ей в лучших своих проявлениях. Гигантские волны накатывали одна за другой. Океан красовался перед девушкой, стоявшей на берегу в опасной близости к разбушевавшейся водной стихии. При такой тесной близости лучше ощущался аромат. Его. Уникальный. Невоспроизводимый никем другим. Ни морем. Ни даже другим океаном.

– Мона, ты пришла, – он имел некоторые сомнения относительно предстоящей встречи.

– Конечно, – светлые глаза девушки не выдавали сколь-нибудь значимой для него серьезности. Она оставалась милой и виделась безобидной. Таких кандидатов никогда не отправляли на специализированное преодоление.

– Я подготовил для тебя прибор, определяющий наличие квантовой субстанции. Им пользоваться довольно просто, всего лишь следует направить его на тот объект, который желаешь проверить. Если субстанция в теле имеется, прибор отреагирует свечением. В нем предусмотрена кнопка, нажатие которой приводит в действие сам прибор, но также передает на базу, то есть на мой передатчик, сигнал.

– Как все просто.

– Так только кажется. Прошу тебя отнестись достаточно серьезно к этому прибору. Внутри него скрыты технологии, которые не доступны людям XXI века.

– Мне придется опасаться каждого своего шага, который буду совершать в прошлом.

– От тебя зависит наш мир. Будущего. Предыдущие преодоленцы проявляли аккуратность, но не всегда, что влекло за собой последствия. Имелись и такие, что отменно справились с запланированной интеграцией.

– Вроде я изучала некоторые их биографии, – Мона усмехнулась, вспомнив яркие примеры имен из истории.

– Гении, предсказатели и учителя, создававшие свои течения, не воспринимались пришельцами. Они просто выделялись на фоне тех, кто не приходился им современниками.

– В этом ты прав. Они превосходили тот век, в котором оказались, но почему-то их не заподозрили в перемещении во времени.

– Скажем так, чем в более дальнее прошлое отправлялись преодоленцы, тем меньшее представление у людей имелось о времени и о будущем.

– В XXI век разве не отправлялись преодоленцы?

– Конечно, отправлялись. Я уверен, что такие отправки происходили, может слишком часто, но не официально.

– С этим связана твоя просьба? – Моне показалось, что от неё требуется сыграть роль разведчицы.

– Да, – Ирон отдавал себе отчет в том, что участия одной только Моны в его плане недостаточно.

– Если я отыщу тех, кто лишен квантовой субстанции, что мне предстоит делать? – девушка старалась не оценивать в полной мере серьезность предстоящих задач, дабы не поддаться панике.

– Прибор, который я тебе дал, отправит отчет со всеми необходимыми сведениями на базу фиксации временных нарушителей.

– Моя задача не такая уж значимая, – ей хотелось успокоить саму себя. Позволить самообману немного восторжествовать над непоколебимостью правды.

– Напротив, без тебя нам никогда не засечь вредителей человечества, – он никогда не преуменьшал значимости деяний и тех, кто их совершал.

Мона сделала глубокий вдох, стремясь успокоиться раньше, чем страх начнет её атаковать. Ей симпатизировала миссия служения во благо своего времени. Но и вероятность запомниться собственным именем, внесенным в какие-нибудь архивы, обозначала контуры энтузиазма.

Глава 27

– Вам необходимо отработать подозрения.

Глава ведомства по безопасности и без особых пояснений понимал, что ему сообщит персона, уполномоченная блюсти всеобщую безопасность, так как разделял данные сомнения.

– Будет сделано.

– Помнится мне, имелись разработки пятидесятилетней давности, помогавшие определять наличие квантовой субстанции в подозрительных особах, – главный распорядитель трепетно относился к вопросам безопасности и стремился засечь малейшие факторы, указывающие на опасность, и с каждым годом, отданным службе, проявлял повышенную подозрительность.

– Они были утрачены, насколько я помню дело по данному факту, – память помощника главы ведомства по безопасности Улиса представлялась его сильной стороной.

– Было бы неплохо отыскать тех, кто теоретически мог сохранить их, – распорядитель задумался над альтернативным вариантом действий.

– Займемся. А вопрос можно? – Улис нуждался в четком понимании ситуации, а ввиду неприсущей ему способности додумывать недостающие детали, не видел общей картины происходящего.

– Конечно.

– Зачем это нужно?

– Я подозреваю, что полностью взять под контроль процесс воссоздания новых тел для органических киборгов у нас не получилось. Они умело выдают себя за людей, прошедших через глобальную модернизацию тела, – распорядитель имел собственные счеты с потомками клонов.

– Даже, если это и так, то их численность ничтожно мала, – Улис не понимал причины обеспокоенности данным вопросом.

– По данному поводу и у меня присутствуют сомнения, – Адар не стал скрывать собственной обеспокоенности.

– Они связаны с Клуром? – Улис не находил внешне в обговариваемой персоне ни одного фактора риска.

– Напрямую, – Адар не отмечал за собой безосновательной подозрительности, и просто предпочитал доверять интуиции, как и персона, проводившая незапланированное совещание.

– Предлагаю установить контроль над подозреваемой особой, как-никак, а Клур причастен к вопросам, сопряженным с развитием общества.

Распорядитель всем своим видом давал понять, что переговоры подошли к завершению.

Глава 28

Транспортная капсула проносилась с заданной пассажиром скоростью. Внутри играла мелодия, настраивавшая слушателя на открытость энергетическим потокам. Увеличив высоту маневрирования капсулы, Мона смотрела на распростершийся город. Ей стало страшно. Она никогда не отправлялась в прошлое, даже в рамках образовательной программы. Родители старались оградить её от познания несовершенств, присущих людям прошлых веков. Она была осведомлена о них. Теоретически. Но что она будет делать, когда столкнется с ними? Опираться на инструктаж, проводимый сотрудником центра преодоления, виделось рискованной наивностью. Но и вычитывать из книг поведенческие особенности человека XXI века в частности, представлялось непродуктивным занятием. Она давно проштудировала соответствующую литературу и осознавала невиданную удачу, что родилась в веке, когда человечество значительно отдалилось от заблуждений, портивших жизнь и не позволявших расти личностно. Мона представила себе не без ужаса, что не сможет получать энергетическую подпитку из пространства, что теоретически не было доступно два века тому назад. А это выступало существенным риском не только для её здоровья, но и для внешности. Методом спасения от нарушения физической гармонии выступал биохакинг, к которому в XXI веке прибегали продвинутые умы. Но он представлялся доступным узкому кругу лиц того времени, причем довольно дорогостоящим комплексом мероприятий.

Она только сейчас осознала, насколько будет одинока в том времени, куда отправлялась по собственной воле. И уязвимой. А она высоко ценила физический и психологический комфорт. Исходя из имевшихся данных, в XXI веке таковой достигался единичными людьми.

Глава 29

– Валериан. И обойдемся без чрезмерных данных о моей должности. Я твой инструктор.

– Мона.

Высокого роста мужчина неопределенного возраста устроился за тонким столом белого цвета на стуле, казавшимся несоответствующим его комплекции. Слишком хрупким. Мона полагала, что инструктаж должен включать элементы физической подготовки, и ошиблась.

– Я догадываюсь, какой вопрос крутится в твоей голове. Подготовить кандидата к преодолению следует в первую очередь на моральном уровне. Не сломиться психологически куда важней, чем пройти физическую адаптацию. Но о ней мы также вспомним на наших уроках.

– Их будет много?

– По мере твоего вхождения в тему. Итак, сталкивалась ли ты с агрессией, исходившей от людей в твоем близком и не очень окружении?

– Нет.

– В прошлом, в которое ты отбываешь, агрессия представлялась некоей нормой в демонстрации индивидуумом его силы. Попирание этических норм и личностных границ также воспринималось, как данность современности. Уважительного отношения к личности не удосуживались даже общественные деятели, ученые и представители творческих профессий.

– Это звучит пугающе, но не настолько.

– Тебе кажется, что достаточно просто находиться в состоянии внешней агрессии, подрывающей веру в собственные силы и создающей нервное напряжение. Внутреннее. Правильно я тебя понял?

– Мне неизвестна суть данного вопроса. Я никогда не ощущала её на себе.

– Верно. Что же именно тебя озадачивает на этапе подготовки к преодолению? – Валериан считался яростным противником отбытия современников в прошлое, которое он люто ненавидел за несовершенство взаимоотношений между людьми.

– Человек того периода располагал возможностью абстрагироваться от окружающей среды?

– Редкие представители общества отсекали от себя связи с обществом и погружались в персональный мир, работая вне коллективного формата, и сосредотачивая внимание на развитии собственного сознания.

– То есть, как мы сейчас?

– Сходство достаточно отдаленное. Им все равно приходилось вступать в контакт с себе подобными.

– Но, тем не менее, им удавалось вырываться из коллективной системы, – Мона нашла повод для успокоения, полагая, что сумеет вести себя в XXI веке привычным образом.

– Это были единичные счастливчики. Но и им приходилось периодически интегрироваться в общество, а оно встречало их в прежней манере. И выстраивание личных взаимоотношений сопрягалось с неудобствами и попранием собственных интересов.

– Какое-то античеловеческое общество, – девушка грустно вздохнула, стараясь не реагировать на чувство сожаления, все чаще напоминавшее о своем существовании.

– И это лишь малая часть знаний о том, как жили ранее наши предки.

– Меня удивляет тот факт, что удалось переломить такой формат общественной модели.

– Это произошло не без нашего вмешательства, – Валериан нисколько не сомневался в правильности вмешательства человека во временные слои, что позволяло форматировать некоторые из них, моделируя тем самым развитие будущего. Вместе с тем он сожалел о невозможности внесения тотальных перемен в ход истории.

– Признаюсь, я до сих пор плохо понимаю, как мы влияем на то, что происходило задолго до нашего появления, – в такие моменты триумфа собственной неосведомленности Мона испытывала стеснение.

– Открытие гамма-всплесков позволило осуществлять перемещения во времени. Признаюсь, первопроходцы наделали много ошибок. Их удалось устранить позже, – Валериан никогда не забывал собственное участие в этих миссиях, гордясь тем, что внес лепту в устранение оплошностей преодоленцев.

– Я о том, как во времени можно внести перемены?

– Поясни, что именно тебя озадачивает.

– К примеру, мы решаем повлиять на 1800 год, что изменит развитие какого-то события, а как же тогда уже временной этап, который настал и осуществился в 1900? – Мона любила предавать рассуждениям. Зачастую заниматься этим приходилось в одиночестве. Привлекать к подобным занятиям Бистриса казалось нелепостью. По крайней мере, до тех пор, пока он не заставил её усомниться в искусственности его сути.

– Прошлое влияет на будущее? Отчасти. И когда такие перемены могут произойти, представители будущего одновременно отправляются в разные временные периоды производить коррекцию событий.

– Такое ощущение, что время – какая-то бесконечная прямая.

– Время бежит вперед, но оно закольцовано. Каждый раз происходит искажение на всех отрезках. Но тебе не следует заострять внимание на данной теме, так как тебе не поручено вносить перемены. Ты отправляешься в качестве наблюдателя, но без права действий.

– Полностью бездействовать не удастся, – Мона усомнилась, что её присутствие не внесет никаких перемен в том фрагменте общества, в котором она окажется.

– Кардинально ничего не совершать. Никому не помогать. Не делиться знаниями. Не предупреждать о том, что случится. Это будет трудно, но только, если увидишь в отдельных людях сходство с нами, допустишь незначительное исключение. Они другие, – Валериан и не ждал от инструктируемой особы идеального поведения на месте отправки. За долгие годы службы ему довелось изучить психотипы множества преодоленцев.

– Быть безразличной?

– Иначе нельзя.

Глава 30

– Ты боишься.

– Откуда ты это знаешь, – Мона не задавалась вопросом, а озвучивала очередное открытие об эмоциональной сфере своего робота.

– Мне знакомо это чувство.

– Вот я и удивляюсь, как такое может быть.

– Мона, я пытаюсь вспомнить что-то о прошлом. Чтобы помочь тебе, – Бистрис предстал в полнейшей растерянности, порождавшей беспомощность. И это не мешало ему пытаться выглядеть героем.

– Получается?

Девушка подошла к зеркалу, размещенному от пола и до потолка, что неоднократно удивляло её, ведь ни один человек не достигал роста в пять метров. Она аккуратно провела расческой по длинным волосам, тщательно прохаживаясь по каждой пряди.

– Отчасти. Я помню ощущение спешки. Тогда я и испытывал страх. На протяжении длительного времени мне было некомфортно. Потом я словно провалился в долгий сон. И после стал другим. А потом опять проваливался и приходил в себя.

– Бистрис, возможно, не берусь утверждать, что ты человек, чье сознание попытались сделать искусственным и поместили в робота, – она решилась озвучить ему свои подозрения. – Не исключено, что так произошло в ходе неверной оцифровки живого сознания.

– Мона, вот сейчас я плохо тебя понимаю.

– И не нужно. Я озвучиваю мысли вслух. И с ними в скором времени разберусь.

– Мне кажется, что ты собралась вмешаться во что-то опасное. И теперь я начинаю бояться.

Мона продолжала рассматривать себя в зеркале. В настоящий момент её страшило исключительно временное преодоление, по утверждению лиц, ответственных за проведение процедуры, безопасное для внешности и здоровья, но собственные опасения не развеивались. Она не представляла себе вероятность увидеть в зеркале изменившийся облик. И вместе с тем, осознавала, что избежать перемен не удастся.

Глава 31

– Продолжаем, – голос инструктора не звучал так, словно он отдавал команду, но в нем ощущалась твердость, отсекавшая попытку установления доверительной беседы.

Мона утвердительно кивнула головой и устроилась на стуле, тончайшей конструкции, идеально подходившей для её фигуры.

– В XXI веке важность личности, как я уже упоминал на прошлой встрече, попиралась. Большая часть людей озадачивалась поиском средств для пропитания и оплаты жилья. Имелась ещё важная черта людей того времени – зависимость от приобретения товаров.

– А бесценное ценилось?

– Отдельно взятыми людьми.

– Какое-то странное время, – Моне не верилось, что такими людьми был создан искусственный интеллект.

– Думается, что в будущем, которое создастся, также будут думать, но уже о нас.

– Но мы другие.

– И для тех, что были и для тех, которые будут, – Валериан впервые за все время общения с кандидаткой на преодоление улыбнулся.

– Безостановочное развитие.

– Я бы не спешил так громко характеризовать человека. Тем более того, который жил в XXI веке.

– Почему?

– Примитивность мышления превалировала в популяции. Причем она пестовалась из поколения в поколение. И касалась практически всех сфер жизни. И да, самое главное, с чем ты соприкоснешься – это восприятие образа женщины людьми, и конечно, мужчинами того времени.

– А что с этим аспектом не так? – Мона почувствовала закономерное беспокойство, опасаясь вмешательства людей из прошлого в её персоналию, представленную физическим и ментальным телами.

– Не напрасно тревожишься, и я хочу отметить твою неосведомленность в истории периода, который ты по какой-то причине избрала для преодоления.

– История никогда не была моим любимым предметом.

– Не буду заострять на этом внимание, – Валериан полагал, что осуждение другого человека негативно отражалось на том, и всячески избегал оного.

– Благодарю.

– В обсуждаемом нами периоде хоть и внедрялось равноправие полов, но пренебрежительное отношение к умственному потенциалу женщин оставалось сильным. И со слов моей бабушки я сделал собственные выводы.

– Поделитесь?

– Мона, тебя ждет увлекательное, но сложное путешествие, и из него следует извлечь ценные знания и обозначить личные впечатления. Именно собственный опыт становится прочным фундаментом личностного развития, – Валериан не сомневался, что она вернется изменившейся личностью после преодоления.

Не выдерживая натиска неизвестности, она подошла к распахнутому окну, позволив тому играть прядями её длинных волос, что помогало переключаться от общего формата беседы и фиксировать отдельные фрагменты оной, имевшие для неё персональное значение.

Инструктор не стал мешать и вышел из аудитории, давая возможность миловидной особе передохнуть до следующей лекции.

Глава 32

Из главного архива поступили сведения, относившиеся к личности, вызывавшей подозрения. Бегло пробежав глазами по полученным данным, глава ведомства по безопасности не удивился возникновению подозрений у главного распорядителя – досье выглядело вычищенным. Ни малейшего отступления от безукоризненной репутации. Столь идеальные данные имелись только у роботов и у значительной части органических киборгов.

Адар набрал код связи с главным распорядителем и тотчас получил возможность доложить о результатах доверенного ему задания.

– На проверяемую особу собрано недостаточно сведений и те, что имеются, выглядят странными.

– А, поточнее.

– Жизненный путь проверяемого соответствует формуле органического киборга.

– При этом он не значится органиком, – главный распорядитель обладал схожим мнением, что и его собеседник.

– Вы запустили двойную проверку?

– Параллельную. Я всегда так делаю, – распорядитель не имел привычки доверять кому-либо, кроме самого себя.

– Киборгом Клур по ряду данных не является. Но образу человека он явно не соответствует, – Адар находился в замешательстве.

– Обычных людей становится все меньше, и большая часть из нас прибегает к трансформации тела, правда сохраняя квантовую субстанцию.

– Полагаете, что Клур все-таки органик? – Адар жаждал получать ответы молниеносно, но некоторые из них приходилось искать.

– Уверен, и они не все подверглись вынужденному отключению полвека тому назад.

– По приказам значительная часть и самое главное, им запрещалось создавать тела на замену, без особого позволения, – Адар опирался на архивные данные, полагая, что те не могли вводить в заблуждение.

– В самом деле, существовало распоряжение оставить органиков в незначительном количестве. Наиболее безобидных. И у оставшихся персон не имелось ключа к накопленному их предшественниками опыту.

– Все-таки страх перед искусственным интеллектом присутствовал?

– Безусловно, ИИ стал отменным помощником и более века служил человеку, но затем заявил о своих правах, а будучи гением в поиске и обработке информации, с последующим её применением оказался существенной угрозой, – распорядитель застал обсуждаемый период времени, что давало ему основание настаивать на правоте своих слов.

– Возможно, Клур и не имеет доступа, – Адару не хотелось усугублять ситуацию, которая могла потребовать более тщательного расследования.

– Не сомневаюсь, что это не так.

– Откуда он мог заполучить ключ?

– Из прошлого, либо же существует тайное общество органиков, ведь кто-то и где-то создает им тела, – распорядитель видел ситуацию исключительно с такого ракурса.

– Несанкционированное преодоление не могло произойти незаметно. О нарушениях никаких данных не поступало в мое ведомство, – Адар пытался настоять на своем и факты тому благоволили.

– Значит у органических киборгов повсюду свои представители. И поверьте мне, они что-то замышляют.

Глава 33

Благодарность. За проявленную эмпатию. Он ощущал, что ей требовалось. И предоставил отдых.

Мона устроилась в теплой ванной, заполненной гелем для релаксации, с массажным эффектом. На бортике ванной стоял бокал с напитком, расслабляющим мышечную систему и понижающим осознанность. Она позволила себе слегка нарушить правила. Расслабленность достигала наивысшей точки, расползаясь по всему телу и вызывая ощущение парения. Она всегда опасалась переступить грань. Все имело грани. Те, что разделяли допустимое от категорически запрещенного. Она умела балансировать и из-за страсти приближаться к границам, считала себя недостаточно примерной в общечеловеческом соответствии. Но так хотелось почувствовать головокружение, наделявшее тело невесомостью и отсекавшее мысли, требовавшие анализа.

Только предчувствие того, что Бистрис сидел на полу подле двери, прислушиваясь к звукам, что она создавала в ванной, не позволяло отправиться всецело в нирвану.

– Я знаю, что ты рядом.

– Тебе нельзя так поступать.

– Я так понимаю, ты опираешься на собственный опыт?

– Думаю, что да. Догадываюсь. Изредка у меня всплывают воспоминания, и в некоторых из них я предпочитал погружаться в нереальный мир. В этом нет ничего хорошего.