Паук в янтарной паутине

Глава 1

Яркий свет слепил глаза, голова раскалывалась на части, на щеках остались дорожки от выплаканных слез.

Рина протерла руками лицо, собирая себя по кусочкам. Карие глаза прищурились от солнечного света, который настырно лез в глаза и мешал спать. Она выкатилась из кровати, доплелась до окна, зацепив ногой прикроватный столик. Взгляд замер на фоторамке с фотографией, и сон как рукой сняло. На ней Рина хохотала и пихала брата в бок. А тот застыл с открытым ртом и изумленным взглядом.

Жизнерадостные воспоминания вспыхнули в памяти, на глаза набежали слезы. Рина втянула носом воздух и перевернула рамку, чтобы воспоминания и дальше не выкручивали ее душу наизнанку. Если бы была кнопка, которая могла отключить все эмоции, стереть чувства, убрать эту колючую, словно проволока, боль, то было бы проще.

Но такой кнопки не существовало. Душа была истерзана, боль с каждым днем разгоралась все ярче, а пустота углублялась, вытягивая из девушки все силы. Не раздумывая, Рина задернула синие шторы. Небольшая, но уютная комната в светлых тонах погрузилась во мрак.

Девушка вернулась на свою удобную кровать и свернулась калачиком, давая выход слезам. Она дрожала всем телом, сотрясаясь от рыданий. Перевернулась на живот, уткнулась носом в подушку и зарыдала от бессилия и душевного опустошения.

На прикроватном столике лежал блокнот. Белоснежный лист был беспощадно испачкан красными чернилами, завитками и зачеркнутыми палочками. Пятьдесят четыре… Столько дней назад исчез ее брат.

Иногда она держалась и при посторонних выдавливала из себя улыбку. Однако лицо оставалось измученным, взгляд был отрешенным, словно она находилась в другом месте.

Стук в дверь заставил замереть ее на месте, словно зверя. Она втянула носом воздух, приходя в себя. Звук повторился. Рина обрадовалась, что заперла дверь, иначе мама снова взялась бы за свое − стала бы читать нотации в духе «Жизнь продолжается, не стоит раскисать!». Рине даже казалось, что исчезновение Кита подействовало так болезненно лишь на нее. На деле же веки матери были опухшими от слез.

Рина подозревала, что наедине с собой она также скорбит по Киту, только старается не подавать виду. Отец же замкнулся в себе. Видимо, ему было проще справиться с горем наедине с собой, чем в кругу семьи. Он по-прежнему держал кондитерскую. Уходил еще до пробуждения дочери и жены, а возвращался, когда они уже спали.

Ищейки прошерстили весь город в поисках Кита. Ни одна живая душа не видела его в тот самый день, когда он исчез.

Тощие, длинные, с мрачными лицами и вытянутыми руками ищейки больше напоминали иссохшие деревья, чем людей. Они искали парня две недели, а потом бросили все попытки, сославшись на то, что у них дел по горло. Отец пихал им в руки зеленые бумажки, мать бросалась им в ноги, лишь бы те нашли их старшего сына, но те и слушать ничего не желали, а деньги швырнули отцу в лицо. Факт оставался фактом − Кит исчез… Взял и испарился.

Мать пыталась достучаться до дочери, подергала за дверную ручку, окликнула ее, чтобы она вставала, и, оставив безуспешные попытки, ушла на кухню готовить завтрак.

Рина встала с кровати, накинула на ночнушку халат, расписанный диковинными птицами с разноцветным оперением. Приняла душ, натянула на себя джинсы и бежевый гольф под горло. Подошла к окну, втянула носом воздух и резко распахнула шторы, прищурившись, словно опасаясь, что ослепляющее солнце спалит ее кожу, оставив на ней ожоги.

Солнечное тепло окутало лицо жаром и до одури раздражало − словно ничего не произошло, и Кит был по-прежнему здесь…

Рина распахнула карие глаза и уставилась на людей, которые сновали туда-сюда. У каждого были свои планы. Белокурая девушка с длинным носом щебетала по телефону. Она смеялась и жестикулировала, чем и раздражала Рину.

Полная, измученная женщина тащила за собой двух непослушных и непоседливых темноволосых девочек, которые сопротивлялись ее попыткам отвести их в детский сад. Проказливые, непослушные, эти двойняшки напоминали Рине их с братом. И, несмотря на разницу в возрасте в три года, иногда ей казалось, что они с Китом близнецы − в голову им обоим забредали одни и те же мысли, в компании друзей они могли одновременно произнести какую-то фразу, а потом посмеяться над этим. И время от времени Рине казалось, что они читают мысли друг друга.

В детстве они часто дрались. Рина подставляла брата и сваливала на него всю вину, за что Киту влетало, а повзрослев, они стали неразлучны и даже могли прикрыть друг друга перед родителями.

Все изменилось два месяца назад, за неделю до его исчезновения − Кит резко похудел, ходил побледневший, с темными кругами под глазами и по неизвестной причине стал скрытным и раздражительным. У него появились секреты от сестры.

Попытки выпытать у него, в чем дело, лишь воспламеняли в нем злость. И как она ни старалась узнать причину − у нее это не получилось. Рина молча смотрела, как брат чахнет на глазах, и не могла ничего с этим поделать. «Раз он хранит от меня секреты, то пусть и сам решает свои проблемы», − так она решила тогда, а после его исчезновения вспомнила тот самый день и стала корить себя за то, что не узнала, что его так сильно беспокоило.

С тех самых пор ее душило не просто чувство опустошения и боль утраты, а ядовитое и противное чувство вины! «Надо же быть такой эгоисткой, чтобы думать в первую очередь о себе, а не о том, кто тебе дорог!» Теперь она даже не сомневалась, что Кит влип в какую-то темную историю. И, судя по всему, он хотел от чего-то уберечь сестру и поэтому ни словом не обмолвился с ней об этом.

От этих мыслей дыхание девушки перехватило, в груди потяжелело так, что было невозможно вздохнуть. Рина зажмурилась, прогоняя накатившие на глаза слезы. Она взяла деревянный гребень и расчесала золотистые спутанные локоны, которые водопадом спадали до талии. Стянула на затылке высокий хвост и посмотрела на себя в зеркало: бледная, с припухшим лицом и темными кругами под глазами. Она расправила на себе складки бежевого гольфа, взяла со спинки стула рюкзак, вставила в замочную скважину ключ и дважды прокрутила его, открыв дверь.

Нос уловил головокружительные запахи, отчего желудок свело спазмом. В последнее время аппетита у нее совсем не было. Из-за этого одежда на ней висела мешком. Но от запахов сливового пирога и жареной утки под чесночным соусом все мысли вылетели у нее из головы. Ноги тут же понесли ее вниз по ступенькам. Она провела рукой по светло-зеленой стене.

Мама накрыла на стол в кухне. Красные шкафы достигали потолка. Со светлого потолка свисала люстра с тремя плафонами. Белые лилии смотрели в разные стороны. Под ногами поскрипывал паркетный пол.

На столе стояла ваза с нежно-пурпурными розами, пустая тарелка, вилка и ложка. А посередине стола красовалась причина ее вернувшегося аппетита. Рина села на кожаный диван и принялась уплетать еду. Она съела ножку жареной утки, тщательно обглодав кость, проглотила кусок сливового пирога, застонав от удовольствия, запила фруктовым чаем и, похлопав себя по округлившемуся животу, встала из-за стола, помыла в раковине грязную посуду, поставив ее на место.

Маму она нашла в библиотеке. Та сидела в мягком бежевом кресле и читала детектив. Рина молча обняла ее и поцеловала в щеку. Мать прильнула к дочери. Рина поцеловала ее еще раз и развернулась, чтобы уйти на запланированную встречу.

− Рина, − окликнула ее обеспокоенная мать.

У Рины все сжалось от этого тона.

− Будь осторожна, − голос мамы дрогнул.

Рина улыбнулась краешками губ. Она поцеловала мать в лоб.

− Буду, мам! – пообещала она.

Глава 2

Рина вышла на улицу, вдохнула сентябрьский воздух и подняла голову к солнцу. От радости во время завтрака не осталось и следа.

Внутренняя боль вернулась с удвоенной силой, скручивая внутренности и впиваясь жалом в живую плоть. Но солнце соприкасалось с кожей, убаюкивая ее на месте.

Она посмотрела на часы − половина девятого. Значит, время еще есть. До пропажи Кита Рина работала в элитном бутике, куда богачки приходили за изысканными платьями, деловыми костюмами и элегантными аксессуарами. Но после исчезновения брата она стала рассеянной − дважды пробила чек их постоянной клиентке, вместо красного костюма принесла черный, перепутала размер. Ко всему в придачу, отложенный и оплаченный товар Рина продала другой клиентке. Начальница давным-давно уволила бы кого-либо из своих подчиненных за такие промахи, но в свете последних событий дала девушке отпуск, пока та не оправится. Все-таки Рина несколько месяцев была лучшим продавцом.

Из-за этого Рине стало только хуже… На работе она хоть как-то отвлекалась от мрачных мыслей, а теперь она оказалась наедине со своей болью и чувством вины.

Был еще один человек, на которого исчезновение Кита подействовало, как нож в сердце, − его невеста Лана. После того, как он не вернулся в квартиру, которую они снимали, Лана каждый день приходила домой к его родителям и сестре с заплаканными глазами, с дрожащими руками и всхлипываниями. Мама каждый раз отпаивала ее мятным чаем и успокаивала. Но спустя месяц девушка прекратила к ним заходить, чем избавила мать от новой порции переживаний − ей и так хватало волнений…

Рина шла медленным шагом в направлении парка, где договорилась встретиться со своими друзьями. По обе стороны тянулись частные дома с садом, подстриженными кустами в виде скульптур и с цветами у входа. Рина проверила в сумке телефон, билет на поезд, деньги. В воздухе пахло пряностями и сладостями. Едва мимо Рины прошла пожилая дама с желтым шарфом, как девушка тут же чихнула от удушающего облака приторного запаха духов.

Небо было прозрачным − ни одного намека на дождь. Уже в парке она посмотрела на часы − пришла на семь минут раньше. И, конечно, ни Зарины, ни Лакра еще не было. Те всегда опаздывали. Рина нашла глазами свободную лавочку и поспешила к ней, пока ее никто не занял.

Странное дело − в это время людей здесь было немерено. Парк был наполнен громкими голосами, смехом детей, ворчанием старух, которые спорили о чем-то друг с другом и учили молодежь жизни.

Она села на деревянную лавочку со спинкой, засунула руку в рюкзак за телефоном и замерла на месте, словно статуя, не сводя глаз с деревянной доски объявлений. Кажется, Рина перестала дышать. Она поднялась, будто ею кто-то управлял, и на негнущихся ногах подошла к доске. На нее смотрели разные лица: молодой парень с вихрастой головой, карими глазами и веснушками на лице; полнолицая девушка со светлыми, как летнее небо, глазами и короткими кудрявыми волосами цвета пепла; короткостриженный мужчина с серьезными темными глазами и вытянутым лицом.

На одном портрете ее взгляд задержался подольше − круглое лицо с правильными чертами лица, синие, как океан, смеющиеся глаза и очаровательная улыбка, которая свела с ума множество его поклонниц, − Кит.

Рина вытерла рукавом гольфа набежавшие на глаза слезы и обрадовалась, что не нанесла на лицо макияж. Она сглотнула ком в горле и обратила взор на еще один портрет. Рот непроизвольно открылся от неожиданности и шока. На нее смотрела Лана. Ее пшеничного цвета волосы до плеч были закручены на концах, зеленые глаза смотрели с укором. Она наклонила голову в сторону, словно даже с портрета тянулась к Киту.

У Рины перехватило дыхание. Лана тоже пропала? Когда это произошло, и почему она не в курсе? Рина отступила на шаг и в кого-то врезалась.

− Ауч, убить меня решила? − вспылила Зарина. Она возмутительно посмотрела на подругу и тут же успокоилась.

− Прости… − прошептала Рина, все еще шокированная тем, что Лана тоже исчезла. Мысли атаковали ее, словно рой жужжащих пчел.

− Да не страшно! − Зарина внимательно посмотрела на Рину − бледная, исхудавшая. − Как ты? − тихо спросила она, с беспокойством рассматривая ее лицо.

− Я… − в горле Рины застряли слова.

Зарина хотела заорать на нее, сказать, что все то время страшно волновалась за подругу, звонила к ним домой, но та не подходила к телефону. Она даже приходила к ней домой, но Рина не удосужилась спуститься вниз, сославшись на плохое самочувствие. И даже сейчас из Рины ни слова не вытянешь. Стоит как привидение. Зарина тут же вспомнила слова своего психотерапевта: «Досчитайте до десяти, сделайте глубокий вдох и продолжайте разговор. Так вы избежите ссоры».

Зарина последовала совету психотерапевта, покосилась на доску объявлений и сообразила, что Рину пора уводить отсюда подальше, иначе та вернется обратно домой зализывать свои душевные раны. Она осторожно взяла Рину за руку.

− Нам пора. Поезд ждать не будет. Идем? По дороге все расскажешь.

Как удачно отец Зарины достал три билета в замок Лирхов! Это был отреставрированный замок, претерпевший много веков назад страшный пожар. Долгое время на его месте были лишь руины, пока чиновники не решили его восстановить. И, чтобы отбить вложенные деньги, сделали платный вход. Стоимость билета была по карману лишь богачам, а отец Зарины как раз входил в этот круг. Плюс − об этом замке ходило столько слухов, что попасть в него мечтал каждый. Местные соткали из сплетен легенду о призраках и кладе, завладев которым, можно исполнить любое желание. Глупость, да и только! Но именно эти сплетни привлекали любопытных со всей округи. И, чтобы вырвать подругу из плена скорби по исчезнувшему брату, Зарина уговорила отца приобрести для нее и ее друзей три билета.

Лакр добежал до них, махнул Рине рукой и поставил руки на колени, чтобы отдышаться. Лицо было красным от бега, а сам парень задыхался.

− С тобой все в порядке? − испугалась Рина.

Лакр кивнул и снова махнул рукой.

− Ой, да отойдет он! − вмешалась Зарина. − Ри, ты мне лучше скажи, как ты? Мобильный отключила, к домашнему не подходишь, не спускаешься… Знаешь, я ужасно на тебя злюсь?!

− Зарина! − с укором перебил ее Лакр и кинул на девушку предупреждающий взгляд.

− А что такого? Я и правда переживала! И знаешь, ужасно по тебе скучала! Ты же просто игнорировала меня!

Рина опешила. А ведь это правда! Она так погрузилась в самобичевание и жалость к себе, что забыла обо всех остальных. Новая порция вины обрушилась на нее мощным потоком.

− Прости меня. Я… ужасная подруга, правда… Я все еще прихожу в себя после… ну ты и сама знаешь… И спасибо тебе, что позвала в замок. Надеюсь отвлечься немного…

Зарина втянула носом воздух и крепко обняла Рину.

− Ну ладно, не будем разводить сырость, − сказала она, скривившись от вида слез на глазах подруги.

− Лакр, догоняй! − кинула Зарина уставшему другу, и, взяв Рину под руку, они двинулись в сторону вокзала мимо лавочек, запруженных людьми.

Все время, которое они шли на вокзал, Лакр и Зарина о чем-то спорили, даже успели поругаться и снова помириться, а ведь шли они не больше двадцати минут. А Рина была поглощена своими мыслями. Из головы не шел портрет Ланы. Невеста брата ей не нравилась − та вечно была чем-то недовольна, пререкалась с ней и часто огрызалась. Но ее лицо на той доске объявлений привело Рину в ужас. Лана уже пятая, кто исчез за последние четыре месяца. Кто за всем этим стоит? Ищейки заверили ее, что это не проделки маньяка, как изначально она думала. Но спокойнее от этих слов ей не стало. Ведь после Кита исчезла Лана, и что-то ей подсказывало, что она не последняя, а значит, исчезнувших может быть больше! С каждой минутой ноги тяжелели и сердце бешено колотилось в груди.

Рина не заметила, как оказалась внутри экспресс-поезда. В глазах зарябило от красно-желтых тонов с уютными круглыми столиками, на которых красовалась ваза с живыми тюльпанами, и светло-зелеными мягкими креслами, утопающими в бежевом ковре. Панорамные окна с видом на горы и леса собирали возле себя любопытных пассажиров.

Рина устроилась в кресле, уставилась в окно на размывшийся пейзаж, когда поезд набрал скорость, и погрузилась в сон.

Она проснулась от резкого толчка.

− Просыпайся, соня, мы на месте, − шепнула ей на ухо Зарина.

Рина потерла лицо ладонями, − точь-в-точь как это всегда делал Кит.

− Уже приехали? − пробубнила Рина.

− Ага, − Зарина завороженно смотрела через панорамное окно на замок, который выделялся на фоне гор.

Лакра рядом не было.

Длинные темные косы Зарины доставали до пояса, на смуглом лице выделялись большие карие глаза. Изумрудное шелковое платье ниже колен подчеркивало ее стройное тело. На ногах выделялись бежевые со стразами сандалии. Сумочка в виде туфли и на золотистой цепи была зажата в ее руке. Все вместе смотрелось гармонично.

Возле них в ряд выстроились пассажиры, чтобы первыми выскочить из поезда и помчаться в замок.

− Слушай, Ри, − облизнула губы красавица, − я не хочу на тебя давить, но, если ты захочешь об этом поговорить, ты только скажи, ладно?

О чем «об этом» – итак было ясно. Но говорить о произошедшем с Китом Рине хотелось меньше всего. Правда, Зарина могла знать об исчезновении больше ее, так как постоянно общалась с людьми.

− Ты знала, что Лана пропала? − вырвалось у Рины прежде, чем она подумала об этом.

С лица Зарины исчезла улыбка.

− Конечно! Весь город до сих пор шумит об этом. Кто-то распространил слух, что это маньяк похищает людей. Лана пятая, кто исчез.

Рина задумалась. На той доске портреты были выставлены в порядке исчезновения. До Кита пропало трое, он был четвертым, Лана после него.

− Ты знаешь об этом что-нибудь? Об исчезновении Ланы?

Зарина настороженно посмотрела на подругу.

− Совсем немного. Только то, что она пропала около месяца назад. Просто не вышла на работу и все. Ее мать обклеила все столбы в поисках дочери, но ее портреты до сих пор на них висят. Как и остальных.

Осознав, что Зарина ляпнула лишнее, она резко поднялась на ноги и подала Рине руку.

− Идем, мы последние.

Рина поднялась и направилась к выходу. Лакр ждал их на улице. В синих джинсах и джемпере он казался обычным мальчишкой. И даже не скажешь, что он управлял корпорацией отца. Он уложил руками свои непослушные светлые локоны, поправил очки и сложил руки за спиной. При одном взгляде на него можно было догадаться, что он по уши влюблен в Зарину.

***

Желающих посмотреть на отреставрированный замок было слишком много. Правда, было непонятно, что в нем такого особенного?! Да и Рина согласилась на эту поездку только лишь для того, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей.

Трое друзей шли неспешным шагом, пропуская вперед нетерпеливых людей. До ушей донеслось ворчание одной женщины. Она сетовала, что не привыкла передвигаться на своих ногах, и, если бы знала, что здесь ее не ждет водитель, то не тратила бы такие деньжищи на эту поездку.

А Рина как раз наоборот обрадовалась, что наконец-то сможет размять ноги, да и мысленно похвалила себя за то, что обула удобные кроссовки. Все-таки в туфлях по гравийной дорожке идти было бы неудобно.

Рина обратила внимание на молодую девушку примерно ее возраста. Она шла в сером шелковом платье, на ногах была высокая шпилька, и только Рина подумала, как вообще эта красавица ходит в такой неудобной обуви, как та замахала руками, не удержалась на месте и, подвернув ногу, рухнула на землю. Рина была готова броситься к ней на помощь, но спутник девушки уже опустился перед ней на корточки и поднял ее на руки.

Взгляд зацепился за мужчину, на плече которого висела сумка с фотоаппаратом, а в руке он нес штатив для съемки.

В основном, люди держались группками. Было сложно сказать, кем они друг другу приходятся: знакомыми, близкими или просто друзьями.

От обилия цветов у Рины закружилась голова: огненно-оранжевые, красные, как мак, черные, как мрак, жемчужно-белые платья, костюмы цвета бронзы, золотистые и даже фиолетовые пиджаки…

Рина поморгала и отвела взгляд, уловив краем уха, что Зарина с Лакром опять о чем-то спорят. На этот раз они обсуждали, как быстро вышвырнут из замка того парня со штативом и фотоаппаратом. Потом они оживленно фантазировали насчет этого замка − кто и зачем его поджег.

Рина впервые осознала, что улыбается. Как же, оказывается, ей не хватало этих споров! Эта парочка всегда поднимала ей настроение. Насчет Лакра здесь итак все было ясно, а вот почему Зарина, несмотря на их ссоры, продолжала проводить с ним время − вопрос. Они все время подначивали друг друга, доказывая свою точку зрения до хрипоты, до крика.

− Ри, а ты как думаешь? − оживленно спросил Лакр.

− А?

− Что стало причиной поджога? Зависть, ревность, любовь?

− Достал ты уже со своей любовью! Причем здесь она вообще? Власть! Вот что! − выпалила Зарина.

Рина с облегчением вздохнула. Вступать в эту схватку она не хотела, да и незачем! И обрадовалась, что подруга ответила за нее.

В следующую секунду мысли в ее голове спутались, глаза округлились до размера шаров, изо рта вырвался еле слышный крик. Рина приземлилась на четвереньки. Джинсы в этих местах остались в целости, но от пульсирующей боли в колене и ободранных ладоней на глаза набежали слезы.

Из-за шума вокруг ее друзья не обратили на нее никакого внимания и, поглощенные спором, пошли дальше.

− Вам помочь? − Рина посмотрела на мужчину в очках. В темных волосах проступила седина, глаза были серо-голубые. Клетчатая бело-красная рубашка с синей бабочкой приковали к себе взгляд − настолько странно это выглядело. Мужчина с тревогой смотрел на нее и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Рина улыбнулась, покачала головой и выдавила из себя «спасибо», чтобы не обидеть его.

На лице мужчины отразилось разочарование. Он убрал руку, поднялся на ноги и, еще раз взглянув на нее, спешным шагом двинулся в сторону замка. Остальные же просто обходили ее стороной и торопились занять свою очередь у входа.

Рина неуклюже встала на ноги, отряхнув свои джинсы. Вдруг ее ослепил какой-то яркий блеск, и она тут же зажмурилась. Она открыла глаза, перевела дух, шагнула вперед, но ее снова что-то ослепило. Рина оглянулась, чтобы понять, как реагируют прохожие на этот странный блеск, но, в отличие от нее, те были воодушевлены отреставрированным замком, где их ждал гид с легендами о нем, и не обратили внимание на эту странность.

Рина покосилась в сторону пня, где и лежал предмет, который слепил глаза, и подошла к нему. Но больше, чтобы убедиться, что там и правда что-то есть.

Она подошла поближе к тому месту, прищурилась и старательно начала выискивать глазами причину ее замешательства. Осознав, что это, похоже, и правда плод ее воображения, она выпрямилась во весь рост.

Блеск повторился. Рина резко повернулась и увидела ленту, расшитую множеством драгоценных камешков. Сперва она предпочла убраться восвояси и не подбирать чужое, но что-то подтолкнуло ее взять эту вещицу в руки. «Только посмотрю и положу обратно», − решила она.

Лента была шелковая, кобальтового цвета. Такую замужние богатые дамы носили на шее в качестве украшения или же связывали ею волосы. Стоили такие ленты целое состояние. Рина продавала подобные в бутике, но сама никогда такие не носила.

Девушка уже была готова оставить найденную вещь возле пня, но неожиданно ее охватило желание завладеть ею, будто невидимая сила приказывала ей взять ленту с собой.

Она сглотнула ком в горле. «Ну ладно, отдам ленту гиду, гляди и хозяйка найдется!» С этими мыслями Рина аккуратно сложила ленту и засунула ее в карман джинсов. Почему-то не хотелось класть ее в рюкзак.

Осознав, что она отстала от остальных, девушка помчалась ко входу в замок.

Глава 3

Рина проталкивалась сквозь возмущенную толпу людей, занявших очередь у входа. Рина насчитала восемьдесят пять человек и сбилась со счета! И это она только треть посчитала! К счастью, очередь продвигалась быстро. Лакр с Зариной одной ногой уже были внутри замка. Подруга вертела головой в разные стороны.

− Ри, где ты ходишь?! − с видом строгой учительницы спросила она.

− Прости, я засмотрелась по сторонам и не заметила, как отстала от вас… − соврала Рина.

Зарина протянула охраннику в желто-зеленой жилетке три билета с таким гордым видом, будто она владеет этим замком!

Охранник оторвал корешки билетов и протянул оставшуюся часть обратно девушке.

Они прошли внутрь замка и завертели головами, осматривая его убранство.

Внутри изобиловало роскошью. У винтовой лестницы стоял орган из золота. Под ногами, прямо на мраморном полу, была расстелена красная дорожка, которая тянулась через винтовую лестницу прямо на второй этаж.

От потолка с изображением полуобнаженной пары с рогами и хвостами было невозможно оторвать взгляд. Ослепительная хрустальная лампа придавала величия холлу.

По стенам пробежалась золотистая краска, переплетаясь с серебристыми и лазурными завитками. У дальней стены висела огромная картина с изображением короля. На нем был длинный, расшитый золотистыми нитями хитон с красной накидкой на плечах. Одеяние подчеркивало его большой живот. Седые волосы были коротко стриженными. Надменный взгляд зеленых глаз даже с картины прожигал насквозь.