- -
- 100%
- +
Однажды ранним утром ехал мужик из деревни Теремково на телеге через лес – на базар, в мешке трех поросят вёз. Хоть и жалко было мужику свою скотину, самому бы сгодилась к осени, да делать нечего – продавать надо, жить совсем не на что. Копейка на хлеб да на квас позарез нужна, иначе хоть ложись да помирай. И бабка дома спуску не даст.
Заря чуть заалела вдалеке, не заметил мужик колдобину на дороге, споткнулась лошадь, подпрыгнула телега, скособенилась, и мешок с поросятами выпал в овражек.
Наступило утро, выбрались поросята из мешка, отряхнулись, осмотрелись по сторонам. Кругом дремучий лес, бурелом – не пробраться, деревья верхушками неба касаются, и только дорога каменистая вперед бежит, путь указывает. Невдомек поросятам, как оказались они в лесу и что дальше делать. И кушать уже хочется…
Посовещались Ниф-Ниф, Нуф-Нуф и Наф-Наф между собой и решили пойти вперед по дороге – куда-нибудь да выведет! Долго шли, копытца стерли и совсем уж было пали духом, как вдруг перед ними полянка показалась: широкая, светлая, трава-мурава спинок касается, ароматом дурманит. Обрадовались путешественники.
– Вот здесь и остановимся. Отдохнем, поедим и решим, что дальше делать, – сказал старший и самый мудрый из поросят – Наф-Наф.
После продолжительного отдыха и сна принялись поросята обсуждать, что дальше им делать.
– Давайте останемся на этой полянке! – предложил Ниф-Ниф. – Здесь очень хорошо, я никуда идти не хочу!
– Я согласен! – подхватил его идею брат Нуф-Нуф.
– Оставаться здесь небезопасно. Полянка хорошая, но только на первое время. Давайте осмотримся, подлечим свои израненные копытки, а потом пойдем дальше. – такое решение принял Наф-Наф.
Через пару дней поросята окрепли и поняли, что оставаться дольше здесь нельзя.
– Дорогие мои братцы! За эти дни мы изучили свою полянку очень хорошо, но нам нужно двигаться дальше. И сегодня мы разделимся и разойдемся в разные стороны для того, чтобы узнать, что же находится за лужайкой, – сказал Наф-Наф, – а потом соберемся, и каждый расскажет о своих приключениях. Только будьте осторожны, в лесу много опасностей.
Пожали поросята друг другу хвостики и разошлись в разные стороны: Ниф-Ниф пошел на север, Нуф-Нуф – на запад, а Наф-Наф – на юг.
Идёт Ниф-Ниф медленно, с трудом пробираясь через темные кусты, цепляются колючки за розовую нежную спинку, больно ранят. Спустя час, остановился, осмотрелся по сторонам: зябко, солнце не проглядывает через верхушки высоких деревьев. Страшно стало Ниф-Нифу, пожалел он, что один отправился, без братьев, в такую глушь. Не таким представлялось ему свое путешествие.
Вдруг сзади раздался громкий треск. Взвизгнул от неожиданности поросенок, прижался к земле и ждет, кто же выйдет из-за кустов. Шорох и треск приближались. И вот из бурелома показался сначала длинный розовый нос, а затем шарик с острыми колючками.
– Ты кто такой? – спросил сердито ёж, исподлобья глядя на незваного гостя, – я таких зверей отродясь не видел в наших краях.
– Я….я…Ниф-Ниф. Я поросенок, один из трёх братьев, из деревни Теремково. Мы с братьями заблудились в лесу и теперь ищем из него выход. Каждый из нас пошёл узнать, куда идти дальше, и вот я встретил тебя. Расскажи, где я нахожусь и что впереди?
– Некогда мне с тобой тут возиться, спешу я, дел не впроворот.
–Ну постой, не бросай меня здесь одного! Возьми меня с собой, колючий шар!
– Я не шар, а лесной Ёж. Я много лет живу в нашем лесу и слежу за порядком, владею всей ситуацией, знаю всех жителей. Иду к бабке Аглае, травы несу. Ладно, пошли со мной.
Признакомились по дороге, идут, весело болтают.
– В нашем лесу держи нос востро: хищники рыщут, волков много, – рассказывал Ёж, – удивлен, как это еще до ваших розовых хвостов не добрались. Хочешь выжить – держись поближе к Аглае. Она давно живет на краю леса, добрая, приветливая. Заболел – вылечит, голоден – накормит, устал – кров даст. Она – сердце нашего леса. А вот на юг лучше не ходи – там живут те самые волки, о которых я тебе говорил.
– Мой брат! В ту сторону пошел Наф-Наф! – В ужасе взвизгнул поросенок и побежал в обратном направлении – Мне надо его спасти!
– Стой! Куда ты пойдешь? Ты плохо ориентируешься, заблудишься в самой чаще или набредешь на грот волков. Может твоему брату повезет, и он пройдет мимо. Мы что-нибудь придумаем, когда дойдем до Аглаи.
Ниф-Ниф немного успокоился и согласился с планом Ежа.
Лес стал редеть, дорога стала шире и вот солнце ослепило своим ярким лучом двух путешественников. Они вышли на просторную солнечную поляну, на которой стояла небольшая аккуратная избушка. Избушка была обнесена невысоким частоколом, к которому была привязана на длинной веревке белая коза. Она безмятежно паслась у дома и, казалось, не замечала никого вокруг. Под частоколом что-то шевельнулось и от него отделилось черное пятно. От неожиданности поросенок сделал два шага назад – любое движение в этом лесу пугало его своей неизвестностью. От забора отошла большая черная курица. Она с важным видом прошла перед гостями и удалилась в избушку.
На крыльцо вышла маленькая старушка в цветном платочке, аккуратно завязанным назад. На ней было платье до пят, и такой же длинный фартук.
– Милости прошу, – произнесла старушка, глядя на Ежа и поросенка, – ты кого это к нам привел сегодня, Ёж? Проходите в дом, скоро на пороге будут гости.
– Пошли, – сказал Ёж поросенку, – сегодня же «Воскресенье – дружбы день и угощенья». Нужно успеть сварить традиционный чай с лесными травами.
В доме на полкомнаты стоял дубовый стол, накрытый лесными дарами и разными яствами. От каждого блюда струился свой тонкий аромат. Ниф-Ниф узнал только запах тонких лепешек, сложенных горкой на салфетке. Старик иной раз баловал поросят, пока не видит бабка, и, называя лепешки «блинами», разрывал и угощал братьев в деревне Теремково.
– А что тут будет? Зачем так много еды? – удивленно спросил Ниф-Ниф.
– У нашей бабушки Аглаи есть одна очень добрая традиция – каждое воскресенье она накрывает стол для друзей. Печет свои традиционные лепешки, которые называет блинами и оладьями, достает вкусное варенье, сметану, варит картошку и фарширует ее лесными грибами с луком. Грибы, кстати, я ей приношу. И листья для чая собираю тоже я. Ягоды и орехи приносят белки и зайцы.
– А кто друзья у бабушки Аглаи? – спросил поросенок.
– Все звери, которые живут в округе. Они любят и уважают её. Когда мы собираемся за общим столом, каждый рассказывает о событиях, которые произошли с ним за неделю, о главных новостях того уголка леса, где он живет. Так бабушка Аглая узнаёт обо всем. Если кому-то нужна её помощь или совет – она никогда не откажет, даже волкам, хоть и не любит она их за злые проделки. Она для нас что-то вроде хранительницы, хозяйки леса. Когда-то она спасла от смерти козу Белянку и курицу Чернышку, теперь они ей верно служат. Белянка дает молоко, а Чернышка несет яйца, из которых потом бабушка стряпает вкусные кушанья. Сегодня попробуешь и все поймешь сам.
Всё это время бабушка Аглая суетилась вокруг большой русской печки и тихо напевала какую-то песенку.
Через какое-то время изба стала наполняться гостями: белки, зайцы, птицы разных размеров от мелких шумных воробьев до больших говорливых сорок, ежи, кабаны, бобры, горностаи и даже огромный лось величаво вошел в маленькую избу и встал в дверях. Все радовались и оживленно разговаривали, поедая кушанья на столе. Бабушка Аглая с любовью смотрела на всех собравшихся и периодически умиленно приговаривала «Звери – это тебе не люди, с ними можно договориться».
Ниф-Ниф чувствовал себя очень комфортно в этой дружной компании, поедал желуди и внимательно слушал истории зверей. Когда очередь дошла до белки, она начала свой рассказ.
– А у нас, в западной стороне леса, случился на днях интересный случай. Прыгали белки по веткам в поисках орешек, как вдруг слышат визг приглушенный неподалеку. Думали сначала, что мелкие кабаны резвятся. Посмотрели поближе, а это не понять кто, на Ниф-Нифа похож, барахтается в болотине, только пятачок торчит из грязи. Спрыгнули всей братией, еловую ветку бросили зверю и достали его из топи. Сел зверь на задние лапы, дрожит весь и помощи просит. «Не бросайте меня одного здесь», – говорит. – «Я заблудился. Мне к братьям нужно». Вот сейчас отлеживается у нас под большой елью, заболел после холодной воды. Поим, кормим его, а как оклемается – приведем к тебе, бабушка Аглая.
– Так это же Нуф-Нуф!!! – радостно подскочил Ниф-Ниф, – ура, нашелся! Я скоро с ним встречусь!
– А сколько вас всего братьев? – спросил самый большой серый заяц-русак.
– Трое нас. Наф-Наф пошел разведать обстановку на юг. А Ёж сказал, что там живут волки. Я боюсь, что они его съе-е-е-ли уже… – и поросенок горестно завизжал.
– Успокойся! Мы найдем твоего пропавшего брата! И обязательно живым! – стая птиц вылетела из избушки и направилась в южную сторону леса.
Сколько времени Наф-Наф шел вглубь леса, он не помнит. Чаща становилась всё непроходимее, света было всё меньше. Поросенок понимал, что заблудился, но не знал, куда ему идти дальше. Чтобы передохнуть, он устроился на каменной гряде и задремал. Проснулся от далекого воя собак. Нет, вовсе не собак! Наф-Наф понимал, что это не деревня Теремково, собак здесь нет, только волки! Его охватил ужас. Поросенок стал искать в камнях место, куда бы можно было схорониться на время. Найдя небольшую пещерку, Наф-Наф укрылся в ней и затих.
– Я чувствую свежий запах поросенка, нам круто повезло сегодня с ужином! – прорычал самый старый волк, видимо, вожак стаи. – Все за мной!
Через полчаса стая волков крутилась в радиусе двадцати метров от пещеры с Наф-Нафом.
Тем временем стая птиц, пролетая над верхушками деревьев, заметили стаю.
– Там что-то не так, – прокричала сорока, – летите за бабушкой Аглаей, пока я отвлеку волков.
Стая мелких птичек с громким чириканьем бросилась назад, в сторону избушки бабушки.
Сорока подлетела к каменному выступу и важно присела на самый край.
– День добрый, господа волки! Что тут у вас происходит? – невозмутимо спросила сорока.
– Лети мимо, пока не стала нашим ужином. – буркнул старый волк.
– Вам нужно по воскресеньям всей стаей приходить к хранительнице леса, она будет рада вас видеть и поможет стать добрее, – сказала сорока, – и от вас польза будет лесу, вы сильные, большие, вон какие статные – можете лес расчищать, слабых защищать…
– Не мешай нам, птичий хвост! След не можем взять! – взревел сердитый вожак.
Но тут за кустами послышался треск сучьев и чьи-то тихие шаги. К стае вышла бабушка Аглая, а за ней дружная компания зверей. Впереди всех стоял Ниф-Ниф и с ужасом впервые смотрел на живых волков.
– День добрый, друзья мои, рада вас видеть! Я принесла вам угощенье. Раз вы не приходите ко мне, значит, я пришла к вам. Запомните, сильный не тот, кто слабого обидел, а тот, кто его защитил! Показывайте, где наш Наф-Наф.
Пока волки поедали принесенные бабушкой Аглаей дары, Наф-Наф вылез из своего укрытия и присоединился к дружной компании. Как он был рад, не передать словами. Сытые волки подобрели и пообещали бабушке подумать над предложением присоединиться к традиции «Воскресенье – дружбы день и угощенья».
Через несколько дней белки привели к избушке хранительницы Нуф-Нуфа: здорового, чистого и счастливого. Все поросята были в сборе. Посовещавшись, три брата приняли решение, что останутся жить и помогать бабушке Аглае: носить хворост, топить печь и молоть муку для приготовления вкусных воскресных блинчиков для друзей.
А волки мало-помалу стали наведываться к избушке бабушки, помогать ей и получать за свой труд вознаграждение – свежевыпеченный каравай.