Ох, Люба, Любонька, Любовь моя!

Глава 1

Первая любовь

Люба росла тихим, нелюдимым подростком. Не любила шумные компании и частые посиделки родителей с гостями. Сторонилась дворовых разборок и шумных игр детей. И в отличие от старшего брата Сережи, совсем не любила школу. Училась Любочка из рук вон плохо, мама постоянно ругала дочь за плохие отметки и ставила в пример старшего брата, который успевал везде: и в учебе, и в спорте, и во дворе. У Сережи была своя компания, «банда», как они сами себя назвали. «Банда» любила ходить в походы в лес. У них были свои «места», «обжитые» сторожки и землянки в лесу. Люба тоже просилась с ними в поход, и иногда Сережа жалел сестренку, брал с собой. Но чаще отмахивался от нее и жаловался матери.

– Мам, Любка мне уроки мешает делать! – кричал Сережа матери на кухню, когда Люба тихонько проходила мимо него в комнату.

– Любка, я тебе сейчас покажу! – доносился грозный голос матери с кухни.

Девочка, поджав губы, бежала к себе, чтобы не отхватить от мамы, попутно показывая кулак старшему брату. «Ну и вредина он, – думала она про себя. – Я ведь даже не трогала его. Наверное, все из-за похода, ищет предлог, чтобы не взять меня с собой».

Люба стеснялась своего тела, так как была полненькой, «плюшечкой», как ее называл любя отец. Отец у них был строгий, но Любку обожал. Только он и защищал ее перед Сережкой. Мать же всегда была на стране брата. «Любимчик, – думала Люба, ревнуя брата к матери. – Не то, что я».

Придя к себе в комнату, Люба стала рассыпать спички из коробка нагибаться, чтобы собрать каждую. Огромный коробок 110 спичек, Люба знала точное количество, ведь она собирала их не впервые и пересчитывала каждый раз. Если хоть одна закатится и Люба ее не найдет, то влетит ей от матери.

– Опять дурью маешься? – сказала мать, зайдя в комнату и застав дочь за сбором спичек. – Пошла бы лучше полы, что ли, помыла, и то полезнее. – Мать не верила, что за этим нехитрым упражнением можно похудеть. Да и проблемы в полноте не видела. «Кому надо, и так полюбит», – говорила она дочери. Да и Люба сама не видела проблемы в своих округлых бедрах, пока не влюбилась.

Первой любовью Любы был Олег. Одноклассник и лучший друг Сережи. Олег часто бывал у них в гостях, и именно из-за него Люба и стала проситься в походы. Но Олег был из тех парней, вокруг которых всегда толпой ходили девочки. Красивый, высокий, разговорчивый, он всегда знал, что сказать и сделать, чтобы девочки млели. Люба знала, что Олегу нравятся худенькие, ей как-то Сережа проболтался, когда они обсуждали с ним его девушек. У Сережки тоже было полно воздыхательниц, он ведь на гитаре умел играть. Но Люба находила общий язык со всеми его пассиями и, втиравшись в доверие, просила их уговорить брата брать ее с собой в походы. И если Любе брат всегда сразу же отказывал, то, попросив его об этом же очередная девушка, он иногда и соглашался. А Люба и рада, все поближе к Олегу. Хоть одним глазком полюбоваться на него помечать, что когда-нибудь он ее заметит…

И однажды это случилось…Люба только похоронила отца, который так неожиданно ушел в 45 лет, она была безутешна, ведь отец был ее защитником и опорой. Именно тогда она очень сильно похудела, девушка сама не знала, от спичек или от стресса. Она заканчивала девятый класс и собиралась поступать в училище, брат уже заканчивал учиться на сварщика, и его скоро должны были забрать в армию. Поминки, 40 дней, собрались близкие родственники и друзья отца, пришел и Олег. Люба помогала матери на кухне, и пока та встречала и провожала гостей, тихо мыла накопившуюся посуду в раковине.

– Привет, красавица! Трудишься? – Олег подкрался сзади к Любе и обнял ее. Девушка от неожиданности подпрыгнула, и поняв, кто это, покраснела от смущения.

– Ой – отозвалась она. – Привет. А Сережка с бабушкой там, на стол носят компот и кисель… – Люба так растерялась, что не знала, что и сказать.

– А я не к нему, я к тебе пришел, – сказал загадочно парень.

У Любы от услышанного соскользнула тарелка из рук и с шумом, упав на пол, разбилась.

– Что там у тебя происходит? – услышала она строгий голос матери из коридора.

– Тарелку разбила, – ответила Люба, заранее зная, что мать будет злиться, зажала уши руками.

– Ах ты растяпа криворукая! – ругала ее мать, не стыдясь гостей.

Олег молча вышел из кухни и вернулся с веником и совком в руках.

– Я помогу, – сказал парень, и не успела Люба опомниться, уже собрал все осколки с пола в мусор. – Это к счастью, – приободрил он ее, потрепав по голове.

Люба пожала плечами, не зная, как реагировать на его поведение.

– Слушай, давай я тебе посуду помогу помыть? – предложил парень Любе.

– Не надо, мама ругать будет, что я тебя заставила, – сказала нервно девушка и стала озираться по сторонам, не идет ли мать на кухню отчитывать за разбитую тарелку.

– Ну ладно, – ответил парень и пожал плечами. – Слушай, а ты в прощальный поход идешь перед отъездом Сережки в армию?

– Боюсь, не возьмет он меня, – ответила Люба. – Они с матерью злые стали после смерти отца, еще пуще прежнего. Будто я виновата, что папа умер. – Девушка не смогла удержать слез.

Олег тихо подошел к ней и обнял её, утешая. Сердце Любы бешено забилось, и казалось, счастливее момента еще не было в жизни. Олег, любимый Олег заметил её и вот рядом обнимает и утирает ей слезы. Момент счастья продлился недолго. В кухню вошел Сережка.

– Эй! – воскликнул он, увидев парочку в обнимку. Олег испуганно отошел от Любы на пионерское расстояние. Сергей заметил, что сестра ревет. – Ты чего опять слезы пускаешь тут, вместо того чтобы помогать?

– Сереж, это я виноват. Напугал ее, она тарелку разбила и расстроилась, что мать ругать будет, – защитил девушку Олег.

– Пошли, поможешь мне, – обратился Сережа к Олегу, сунув в руки по компоту и киселю. – Неси на стол. – Олег, повинуясь, ушел в зал, где сидели гости. – А ты смотри у меня, – обратился он к сестре. – Нюни распускать тут при гостях. Думаешь, мне без отца легко? – Он махнул, посмотрел на нее пренебрежительным взглядом и вышел с кухни.

***

Люба все-таки поехала в поход вместе с Сережей. Коленки тряслись, сердце уходило в пятки при каждом взгляде Олега и упоминании его имени. При всех парень вел себя как обычно, ни словом, ни жестом не давая понять, что Люба ему нравится, но вот как только им удалось остаться один на один, парень открылся:

– Люба, – позвал он девушку по имени.

– Что? – отозвалась она. Вместе с Олегом они ушли за ветками для костра, пока остальные ребята ставили палатки и готовили импровизированный ужин.

– Ты мне давно нравишься, – сказал как будто между делом Олег.

– Правда? – удивилась девушка. Она не верила, что может нравиться парням, а тем более Олегу. Она застенчивая «плюшечка», на которую вечно все кричали и были ей недовольны. Она, которая вечно ходила за старшим братом безмолвной тенью, как маленький запуганный зверек… Она, и нравится Олегу – лучшему парню на Земле, лучшему, которого она знала и видела в свои 16 лет. Девушка остановилась, у нее выпали ветки из рук.

Олег молча подошел к ней, глядя ей в глаза, шепотом сказал: «Правда» – и поцеловал девушку. Душа Любы улетела куда-то к небесам. «Неужели это не сон? Неужели это происходит здесь и сейчас с ней? И это Олег ей первым признался в чувствах и сам поцеловал ее?» Это был первый поцелуй девушки и самый запоминающийся счастливый момент в жизни, который она будет еще долго вспоминать и прокручивать в своей голове.

– Ты красивая, – сказал Олег, оторвавшись от губ Любы. – Только Сережа…

– Что Сережа? – спросила испуганно Люба.

– Думаю, он будет не в восторге… – сказал грустно парень.

– Не в восторге от чего? – спросила Любочка.

– От того, что я приударил за тобой. Ты ведь его сестренка. Мне не хочется, чтобы он меня ненавидел, – сказал печально Олег.

– За что ненавидел-то? – Люба искренне не понимала Олега.

– Ты не понимаешь, что ли? – Они шли за ручку по лесу, и Олег пытался ей донести свои чувства: страха перед гневом лучшего друга, растерянности и боязни потерять ее и дружбу с Сергеем.

– Нет, не понимаю! – ответила Люба – Я не понимаю, почему, если мы друг другу нравимся, не можем быть вместе только потому, что Сережа мой старший брат и твой друг. По-моему, ему абсолютно все равно, где я и с кем! Он сейчас увлечен своей Татьяной и прощальным вечером перед армией. Ты действительно думаешь, что Серега будет против нас?

– Это ты думаешь, что ему пофиг до тебя. Он твой старший брат и переживает за тебя. Он не раз мне говорил, что не хочет, чтобы ты с нами ездила в походы, потому что переживает, что кто-то из ребят напьется и будет приставать к тебе. Но ему здесь легче контролировать тебя, тут ты под его присмотром. А там, в городе, когда он уезжает, мало ли что может случиться…

– Он действительно так говорит? – Любочка была шокирована. Она никогда не думала, что брат за нее переживает и ему не все равно, с кем она и где.

– Да. Он даже просил меня по-дружески за тобой приглядеть, пока он в армии, но боюсь, я не смогу сдержать свое слово, – сказал парень.

– Это еще почему? – спросила девушка.

– Потому что мне самому вчера пришла повестка, Любонька. – Он сказал это так печально, будто не хотел идти служить. А ведь Люба знала, что они с Серегой с 10 лет мечтали пойти в армию.

Люба сама остановила его, поцеловала и, обняв, заплакала.

– Я обязательно тебя дождусь, любимый. Слышишь, я дождусь тебя! Даже если надо будет ждать всю жизнь, – шептала она сквозь слезы.

– Моя хорошая, – говорил он и вытирал ей слезы рукой.

Вернувшись к ребятам, они вели себя как раньше, будто и не было этого разговора поцелуев и признаний. Люба каждый раз смущалась, поймав на себе его взгляд. Там, в лесу, когда они были вдвоем, он стал ей таким близким и таким желанным, что она не могла скрывать улыбку на губах и счастье в глазах. Но, похоже, кроме Олега, этого никто и не замечал. Сережа был поглощен своей очередной девушкой Таней, с которой они при всех сидели в обнимку и ворковали в последний раз перед армией. Другие ребята сидели у костра и пели песни, а Люба сидела напротив Олега и дарила ему полные обожания и преданности взгляды. Она смотрела на него с таким восхищением, как может смотреть лишь впервые влюбившаяся девчонка 16 лет.

***

После похода Люба виделась с Олегом еще раз на перроне, когда провожали Сережу в армию. Бабушка сильно сдала после смерти своего любимого сына – отца Любы и Сережи, и лежала уже несколько месяцев подряд, не вставая; мать осталась с ней, а Люба уехала с компанией шумных друзей Сергея на вокзал.

Брат долго прощался на перроне со своей девушкой Татьяной. Она плакала и обещала дождаться любимого, а Люба мысленно представляла себя и Олега на их месте. Прощание на перроне, поцелуи, томный взгляд, его слова любви и ее обещания дождаться. Но она даже не знала, когда Олег уходит в армию, от какого числа у него повестка и когда ему нужно явиться в военкомат. Девушка стеснялась подойти к парню при всех и заговорить, тем более спросить, когда он уходит в армию. Они молча стояли на перроне и переглядывались друг с другом. Настала очередь прощаться Любе. Девушка подошла к брату, обняла его и заплакала. Сережа строго посмотрел на сестру, вытер слезы рукавом и сказал:

– Это еще чего ты удумала, рыдать тут! Не хватило мне, думаешь, мамкиных и Танькиных слез? Ты теперь за старшую остаешься, так что давай крепись. Два года продержаться, потом я вернусь, и все будет хорошо.

– Ага, – пробубнила сквозь слезы Любочка. Она еще никогда так надолго не расставалась со старшим братом. Всегда вместе везде: в садике, в школе, в летнем лагере, в деревне у бабушки, и даже в походы в лес он часто ее с собой брал. Осознание того, что она не увидит брата ближайшие два года, пришло к ней резко и окатило волной паники и безумной печали.

– Вот и отлично, успокаивайся. На тебе теперь весь дом: мамка с бабушкой. Проследи, чтобы они не кисли без меня и обязательно дождались моего прихода. Особенно это касается бабушки, сама понимаешь, она очень сдала после смерти папы. Но она мне обещала, что дождется. Ох, Любка… – Он сам обнял сестру, и она почувствовала, что брат вот-вот расплачется, как в детстве, когда их обоих ругали за шалости. Но Сергей взял себя в руки, поцеловал сестру в щеку и отпустил.

Потом он пожал друзьям руки, обнял подруг и, махнув на прощание рукой, прыгнул в вагон уже отъезжающего поезда.

– Я тебя провожу, – сказал тихо Олег Любе. Он шел сзади нее, и робко взяв девушку за руку, встал рядом. Еще один друг Сережи, Игорь, озадаченно посмотрел на него.

– Я ее до дома проводить хочу. Я обещал Сереже, – сказал он, как будто оправдываясь. Игорь пожал плечами:

– Ну ладно. Мы тогда в центр с ребятами поедем. Ты подъедешь потом?

– Вряд ли, дел полно, – ответил Олег и, попрощавшись с друзьями, за руку с Любой пошел к остановке трамвая.

– Когда ты уходишь? – спросила Люба, прервав их молчание.

– На следующей неделе, в понедельник, – ответил Олег.

– Так скоро, – сказала Люба, еле сдерживая слезы.

– Эй, малыш, ты чего? – Он взял ее за подбородок. – Только не плачь, пожалуйста! – На остановке на них уставились люди. А бабушки с тюками неодобрительно стали цокать.

– Я просто хотела побыть с тобой подольше. – И тут Люба осмелела и сама обняла парня. Бабушки ахнули от возмущения. Олег обнял девушку в ответ и с ухмылкой посмотрел на зевак остановки. Подъехал трамвай. Олег пропустил Любу вперед, и они сели вместе на переднее сиденье. Как мужчина, он заплатил за нее и за себя, и они всю дорогу ехали, держась за руки и молча смотря в окно. Сойдя на нужной остановке, медленно побрели к дому Любы.

– Не хочу тебя отпускать, – резко сказала она ему – Побудь еще немного со мной.

– Не могу, я обещал матери помочь, – сказал печально парень – Да и собираться уже надо, понимаешь.

– Понимаю, – ответила она грустно. Они уже подошли к ее дому.

– Ну, пока, – сказала она, печально смотря прямо в глаза.

Он резко посмотрел по сторонам и, дернув девушку за руку, завел в подъезд, а там поцеловал. Люба ликовала, Олег чувствует к ней то же, что и она.

Оторвавшись от девушки, он сказал ей:

– Завтра после школы я встречу тебя, и погуляем. Хорошо?

– Хорошо, – ответила Люба с неподдельным восторгом в голосе. – Я буду ждать тебя.

***

Любочке казалось, что уроки никогда не закончатся, она почти все время просмотрела в окно. Вдруг Олег придет раньше, тогда нужно будет придумать что-то, чтобы уйти с уроков.

– Люба! – строго одернула ее учительница – Конец года, на носу экзамены, а ты в облаках летаешь!

Люба повернулась к доске и со страдальческим лицом принялась переписывать задание в тетрадку.

– Любка, ты идешь? – окрикнула ее подруга Оля. Девушка оделась и стояла возле входа в школу. Подруга, с которой они «не разлей вода» с первого класса, озадаченно смотрела на Любу и ждала, что они, как обычно, пойдут домой вместе.

– Нет, я кое-кого жду, – ответила Люба – Сегодня иди без меня.

– Батюшки, у тебя какие-то секреты появились от меня? – удивилась бойкая Ольга, которой казалось, что она свою скромную подругу знала лучше всех.

– Потом расскажу, – ответила она ей и заулыбалась: за спиной Оли шел Олег и махал ей. Ольга, увидев взгляд подруги, обернулась и, присвистывая, сказала:

– Ну ничего себе тихоня… Я от тебя такого не ожидала!

Люба молча обошла подругу и пошла Олегу навстречу. Он обнял ее и они, взявшись за руки, пошли в направлении парка под изумленные взгляды одноклассников и учительницы Любы, которая тоже как раз выходила из школы.

– Я думала, ты уже не придешь, – сказала ему Люба.

– Ну я же обещал, – ответил ей Олег.

– Куда пойдем? – спросила она его.

– В парк, – ответил он ей.

И влюбленные с улыбкой и нескрываемой радостью в глазах отправились на прогулку. Они гуляли до самого вечера, ели мороженое, украдкой целовались, пока никто не видит, и болтали обо всем. Люба была самой счастливой в тот день. Но нужно было возвращаться домой. Скоро придет мама с работы. Бабушка одна без присмотра, Люба обычно после школы кормила ее и хлопотала по хозяйству, пока мамы нет. Девушка знала, что сегодня ей несдобровать, мать будет очень злая на нее за то, что она гуляла после школы.

– Я не хочу с тобой расставаться, – сказала она Олегу, прощаясь в подъезде, но мыслями уже была дома; она знала, мама вот-вот вернется, и нужно скорее идти домой, чтобы она их не застукала в подъезде.

– Я тоже, Любонька моя! – сказал Олег и поцеловал ее на прощание.

Девушка зашла домой, щеки горели, губы потрескались от поцелуев на улице, но глаза выдавали счастье, переполнявшее душу.

– Явилась, – услышала она голос матери с кухни.

– Ты что, уже дома? – испуганно спросила Люба.

– Вообще-то, дорогуша, по пятницам у нас короткий день на заводе, и я уже час как дома. А вот где тебя носит? Бабушка одна некормленая, в туалет сходить не может, бедняга! Где ты шлялась, я тебя спрашиваю? – Мать была вне себя от ярости.

– Я была у Оли, мы с ней домашку вместе делали, – соврала Люба.

– Не ври матери! Ольга давно дома, я ее, когда с завода шла, встретила, она навстречу мне шла в магазин. С кем ты была? – Мать взяла Любу больно за руку. – В глаза мне смотри!

Люба не умела врать, да и не приходилось как-то раньше. Она опустила глаза, стыдясь встретиться с матерью глазами.

– С мальчишкой… Точно с мальчишкой. – Мать все поняла по ее смущению, она размахнулась и ударила дочь по лицу. – Мала ты еще с парнями шастать! Смотри у меня, в подоле принесешь, выгоню на улицу, поняла?

Люба, плача и держась за щеку, по которой мать ее ударила, молча кивнула ей и убежала в свою комнату.

– Галя, ну зачем ты так с ней? – услышала она голос больной бабушки из комнаты.

***

Больше Люба Олега не видела. На прощальный вечер он ее не позвал, так как там будут все их друзья с Сережкой. А когда он уезжал в понедельник, она не знала. Пару раз она пыталась набрать его номер домашнего телефона, но каждый раз брала мать Олега, и девушка испуганно бросала трубку. Ей так хотелось пойти проводить его, но как – она не знала. Прогулять школу и пойти на вокзал? А вдруг он уезжает поздно вечером? Она могла бы ждать его там, на перроне, хоть целый день, чтобы напоследок проститься с ним. Но еще одного скандала от матери она бы не выдержала.

И все же она решилась. В надежде, что он уезжает в первой половине дня, Люба прогуляла школу и около четырех часов провела на вокзале в ожидании. Когда девушка уже отчаялась и поняла, что время поджимает и ей надо возвращаться домой, иначе она опять придет позже матери и схлопочет, появилась шумная компания провожающих Олега.

Парень шел в центре толпы и озирался по сторонам. Кажется, он искал ее взглядом. Встретившись в толпе глазами, он улыбнулся и махнул ей. Люба скромно подошла.

– А ты-то тут откуда? – удивился Сережин приятель Игорь.

– Это я ее позвал, – соврал Олег.

– Это еще зачем? – стал подозревать неладное Игорь.

– Ну тебе-то какая разница, – отмахнулся от него Олег.

Игорь подозрительно посмотрел на парочку, которая при встрече обнялась и так же, в обнимку, пошла на перрон.

На вокзале были все: близкие друзья Олега и Сережи, мать Олега и приятели из школы. Люба не могла сдержать слез, и конечно же, всех это заинтриговало. Началось прощание. Сначала прощалась мама, потом друзья и приятели. Люба молча стояла в сторонке и плакала. Потом Олег позвал ее к себе.

– Я люблю тебя, – прошептала она ему на ухо, когда они обнимались, – и обязательно дождусь.

– Малышка моя, – ответил он ей. – Я буду писать тебе, слышишь? Не плачь, пусть это будет нашей тайной. – Он наклонился к ней, чтобы поцеловать в щеку, и так же шепотом прошептал: – Я тоже люблю тебя, Любонька!

– Вы прям как влюбленные прощаетесь, – вставил свое слово Игорь, который уже заподозрил неладное. – Слезы, перешептывания, поцелуи в щечки.

– Не лезь не в свое дело! – ответил ему сквозь зубы Олег.

– А Сергей-то знает? – спросил с ухмылкой парень.

Олег промолчал и, запрыгнув на перрон, помахал всем рукой на прощание.

Люба, вытирая слезы, пошла к остановке и вдруг услышала голос за спиной:

– Тебя проводить, красотка? – Это был Игорь.

– Сама дойду, не маленькая, – ответила ему Люба.

– А я думал, ты любишь, когда тебя провожают. – Он больно взял девушку за руку. – Ты считаешь, я дурак и не понимаю, что ты спишь с Олегом? А братец-то твой в курсе?

Люба в шоке одернула руку и переспросила его:

– Что ты сказал?

– А то, что я вас, голубки, вычислил! У вас там лямуры, а Сережа-то и не в курсе. Он все нам мозги промывал, если хоть кто-нибудь приблизится к его сестренке… А Олег, я смотрю, к тебе очень даже близко приблизился… – Злость и зависть сверкали в глазах парня.

– С чего ты вообще это взял? – ответила ему Люба. – Я просто по-дружески пришла его проводить. Он же лучший друг Сережки, как брат мне почти.

– А целовались вы и обнимались не по-братски, – сказал с укором Игорь.

– Не придумывай, – ответила Люба.

– А мне и придумывать не надо… Как думаешь, напишу я об этом Сереже в письме?

– Не посмеешь! – Люба была вне себя от ярости.

– А вот и посмею. Если ты со мной не будешь.

– Что?! – Люба не верила своим ушам.

– Что слышала. Проведешь со мной вечер, и я ничего не скажу твоему братцу. А нет, так пеняй на себя. Думаю, по их возвращении из армии ждет Олеженьку серьезный разговор с Сережей.

– Да, пошел ты! – Люба развернулась и прыгнула в первый попавшийся трамвай, даже не посмотрев на номер.

– А ты подумай хорошо! – крикнул ей вслед Игорь. – Это в твоих интересах, чтобы все осталось только между нами.

Олег сдержал свое обещание и писал Любе по письму в месяц. Девушка жила этими письмами. Каждый день, возвращаясь из торгового колледжа, куда они поступили вместе с Ольгой, она заходила на почту узнать, не пришло ли очередное письмо от Олега или Сережки. Сережа писал нечасто, в основном матери раз в три месяца, но и было пару писем для Любы. Девушка знала их наизусть, потому что они были очень короткими и содержали в основном фото Сережи со службы.

– На ваш адрес, к сожалению, писем нет, – ответила работница почты, которая уже знала девушку в лицо.

– Жаль, – ответила печально Люба.

– Пойдем сегодня в кино со мной и Гришкой? – предложила Оля грустной подруге. Девушка встречалась с их одногруппником по колледжу, перспективным и амбициозным парнем Григорием.

– Не могу, ты же знаешь, мне надо за бабушкой присматривать, пока мать на работе, – ответила ей Люба. – Если честно, за маму я тоже в последнее время очень переживаю, сердце прихватывает, но она делает вид, что все нормально.

– Может, ей к маме моей в поликлинику обратиться? Она же врач, подскажет ей лечение, – предложила Оля подруге.

– Это идея, – воодушевилась Люба. – Лишь бы только пошла. Попробую сегодня предложить.

– Конечно, попробуй, – ответила Оля.

Но по приходе домой Люба обо всем забыла, так как на пороге стоял Сергей.

– Сережа! – радостно кинулась ему на шею сестра. Но брат был очень печален, и Люба не сразу поняла, в чем дело.

– Бабушка… – лишь вымолвил он, и Люба все поняла.

Бабушка совсем чуть-чуть его не дождалась. В тот день Сергей приехал впервые за полтора года службы, вызвала мать, потому что утром умерла бабушка. Сереже дали увольнительную на похороны.

Люба молча зашла в квартиру, где уже собрались близкие родственники, и рыдала мама.

– Чуть-чуть не дождалась Сережу, – повторяла мать. – Чуть-чуть…

Несмотря на то, что бабушка была Любе со стороны отца, мать Любы ее очень любила и уважала. Да и невозможно было не любить Екатерину Николаевну, настолько она была добрым и светлым человеком. Это она научила Любу читать, это она провожала и отводила девочку в школу, пока родители трудились на заводе посменно, это она учила с Любой стихи и кормила самой вкусной в мире едой. Несмотря на то, что бабушка давно болела, Люба все равно не верила, что она когда-нибудь умрет. Слезы подкатили к горлу и не отпускали ее почти все время. Она рыдала и днем, и ночью. Как же они теперь без бабушки? Без самого доброго человека в их доме?

***

Люба и Ольга сидели у подруги дома. Оля резко расплакалась.

– Что случилось? – спросила удивленная Люба.

– Я беременна, – ответила зареванная Ольга.

– А Гриша знает? – спросила Люба подругу.

– Да, – сказала Оля и заревела еще пуще прежнего. Люба обняла подругу и спросила:

– И что он? Как он отреагировал? Что думает по этому поводу?