Другая история Золушки. Темная в академии Светлых

Глава 12

Я немедленно представила, как свисаю с мощного плеча будто куль с мукой. Роэн же невозмутимо перевязал волосы шнурком и стал отдаленно напоминать мужчину, а не принцессу с мускулами.

– Даже не приближайся, – прошипела я.

Ни за какие блага мира я не позволю человеку, ненавидящему пепельных магов, дотронуться до меня. Да и что означает «возьму на себя обузу»? Ходить и бегать я пока не разучилась. Сама справлюсь.

Боевики внезапно перестали скалиться, подсобрались, и я увидела магистра Калестора, приближающегося к группе широким шагом. Это мог быть только он – тренер. Об этом говорила и спортивная преподавательская форма с эмблемой огня – символом боевого факультета, и деревянный планшет с закрепленным на нем списком фамилий.

– Это еще кто? – Он смерил меня взглядом.

Действительно, кто бы это мог быть? Черные волосы, коса – увы, не за плечами. Очевидно, что я не удовольствия ради нацепила на себя форму на десять размеров больше и с утра пораньше приползла на полигон.

– Студентка Лир, хаосмагический факультет, – протолкнула я сквозь зубы, решив, что пикировка с каждым новым преподавателем не лучший способ заявить о себе. – Мой наставник, магистр Кроу, включил в мое расписание тренировки вместе с факультетом боевиков.

Магистр Калестор раздраженно почесал переносицу.

– Морвин никак не угомонится, – пробормотал он, но не удивился, видно, понял, что к чему. – Упрямый до невозможности. Сколько раз ему было сказано…

Тренер замолчал, решив, что не моего ума дело, кто и что говорил магистру Кроу.

– Давай так, – задумчиво продолжил он после паузы. – Ты спокойно посидишь часок, пока я оцениваю физическую подготовку группы, а я засчитаю тебе час тренировки. Сегодня первое прохождение полосы препятствий в парах. Будем честны, ты и сама ее не пройдешь, и напарника своего утопишь.

Заманчивое предложение, что и говорить. Усесться в первом ряду и стать единственным зрителем восхитительного представления «Мускулистые парни ползают в грязи». Особенно один самодовольный тип. Все, как я и мечтала! И кто помешает мне отпускать шуточки и остроты по поводу тесного знакомства оного с дорожной пылью?

Магистр Кроу не узнает, но если я отступлю перед трудностями сейчас, то до конца жизни так и останусь золушкой, выгребающей сажу из чужих каминов.

Я посмотрела на серую воду в овраге, по ее поверхности плавали листья и мусор. Листья плавали, а вот я точно пойду ко дну. Посмотрела на стену и ненадежную веревку: если грохнусь – костей не соберу. Стиснула губы.

– Чтобы я пропустила тренировку? Да ни за что!

Светловолосые головы все как одна повернулись ко мне.

– Настырная, – высказался кто-то вслух.

Магистр Калестор раздраженно кивнул, но настаивать не стал.

– Кто возьмет в напарники студентку Лир?

Взгляды, только что обращенные ко мне, разбежались в разные стороны. Мокрые листья на земле, одинокие облачка в небе и далекие крыши домишек в тренировочной деревушке сразу обрели заинтересованных зрителей.

– Я возьму, – выплюнул Роэн, и голос его звучал героически и сурово, будто принц готовился взойти на эшафот.

– Хорошо. Первой парой пойдут Элмир и Вейлар. Покажите пример, парни!

Я до сих пор путалась, где Элмир, а где Вейлар. Они были похожи, словно братья-близнецы: комплекцией, оттенком волос, суровой линией челюсти. Хорошо, что ходили парой. Можно назвать любое имя – в кого-нибудь да точно попадешь.

Одногруппники проводили их на старт поддерживающими воплями, а я – кислым взглядом. Всех вокруг охватил боевой азарт. Парни разминались, подбадривающе колотили друг друга по плечам. Они еще не успели вспотеть, но, клянусь, я явственно ощущала густой и терпкий запах мужского пота.

Что я здесь делаю, магистр Кроу? Это просто смешно! В таких условиях единственный дар, который может во мне пробудиться, – дар нервного заикания.

– Внимание! Я засекаю время! – Тренер продемонстрировал зажатую в руке луковицу хронометра. – По итогам испытаний лучшая команда получит десять баллов, худшая – минус десять. Все помнят о том, что до экзаменов не допускают студентов, чей личный рейтинг опустится ниже ста баллов?

Нежелание оказаться со мной в паре сделалось яснее ясного.

– Пепельные маги – к несчастью, – сострил кто-то.

Златовласка стоял с невозмутимым лицом. Герой, как есть герой! Всех спас! Принял удар на себя! Выдайте ему медаль.

– На старт. Внимание. Пошли!

Магистр Калестор дал отмашку, приятели – телохранители принца рванули с места. Мне почти ничего не было видно за широкими спинами болельщиков, к тому же парни подпрыгивали и орали как сумасшедшие. Я подтянулась и с трудом влезла на деревянный брус, чтобы встать повыше. Не то чтобы мне было любопытно поглядеть на мускулистых парней, у блондинов нет и не появится ни единого шанса завоевать мое внимание, но нужно оценить трудности прохождения трассы.

Элмир и Вейлар – имена так и норовили слиться в одно – проходили полосу препятствий с кажущейся легкостью. Ловко один за другим преодолели тонкий мосток над оврагом, размашисто и энергично проползли под сеткой – так шустро, что только комья земли летели во все стороны, с разбега взяли приступом деревянную стену, причем Элмир (или Вейлар, не разберешь!) даже не стал использовать веревку в качестве страховки. Вскарабкался, цепляясь пальцами за выступы. Не пальцы, а железные гвозди! Он и в земляной лаз нырнул первым, чтобы через несколько секунд показаться по другую его сторону и подать руку нагоняющему его напарнику.

И вот уже оба направляются назад, сверкая улыбками. Что сказать: только зубы и оставались чистыми. Жирная осенняя грязь покрывала парней с ног до головы, но, кажется, совсем их не смущала. В отличие от меня. Я поспешно принялась переплетать косу вокруг головы: потом меньше придется возиться, вычесывая из нее комки земли и мусор.

– Минута и сорок три секунды! – провозгласил магистр Калестор. – Ну, кто сможет оспорить рекорд?

– Я! – крикнула я и помахала с бруса: какой смысл откладывать неизбежное? – Мы.

Тренер с сочувствием взглянул на мрачного Златовласку.

– Да. Готовы, – подтвердил он, едва разжимая челюсти.

Мы вышли к линии старта, обозначенной на земле полосой из белых плиток. Роэн, думая, что я не замечу, несколько раз быстро посмотрел в мою сторону.

– Что? – резко спросила я, поймав его взгляд.

– Зачем ты это делаешь? – прошипел он.

Что «это»? Учусь в академии? Не согласилась на заманчивое предложение тренера и все-таки стану проходить полосу препятствий? Или просто дышу и живу на свете?

– Исключительно чтобы тебя позлить! – усмехнулась я.

Глава 13

Тренер поднял руку с зажатым в ней хронометром, напоследок скользнул по мне скорбным взглядом. Не знаю, многих ли пепельных магов ему приходилось тренировать на своем веку, но, судя по поджатым губам, я была среди них самым бесперспективным. В общем и целом я его сомнения разделяла.

– На старт. Внимание. Пошли!

Я рванула с места, намереваясь вложить в этот старт все силы и не ударить в грязь лицом – в прямом и переносном смысле слова. Напрячься на пределе возможностей!

Предел возможностей наступил прежде, чем я успела добежать до первого препятствия, мостка через ров. Я отставала от Роэна все сильнее. Да у меня и не было ни малейшего шанса бежать с ним наравне – кого я обманываю. Вот только командное время засчитают, когда к финишу придет последний из двух студентов. Я тоскливо посмотрела на противоположный берег рва и тоненькую жердочку, по которой предстояло перейти. Будем честны: если. Если дойдет.

Златовласка оглянулся, злобно сверкнул глазами, вернулся, схватил меня за руку и потащил за собой.

Никогда в жизни я не бегала так быстро. Казалось, что ноги вот-вот оторвутся от земли и я полечу за Роэном, легкая, как воздушный шарик.

Прежде чем ступить на мостки, Роэн притормозил, разжал ладонь.

– Иди первым… – начала было я, но ахнула, потому что слова Златовласки о «ноше» оказались не просто фигурой речи: он мастерски закинул меня на плечо, не удосужившись даже предупредить.

Воздух выбило из легких, когда я со всего маха приложилась о мускулистые телеса. Я повисла вниз головой, лицезрея нижнюю часть туловища высочества, любоваться которой так близко не чаяла даже в самых кошмарных снах. Перевела взгляд чуть дальше и невольно вцепилась в ткань рубашки Роэна: он энергично шагал по тоненькому, словно щепочка, мостку, а под его ногами темнела вода. С такого ракурса казалось, будто внизу разверзлась бездна.

Я не обольщалась: Роэн заботился о навязанном обстоятельствами напарнике не больше, чем о грузе, который надо перенести с места на место, чтобы победить. Принц придерживал меня одной рукой, чтобы не упала – но оно и понятно: не хотел терять драгоценные минуты, вылавливая меня потом из мутной воды.

По ту сторону рва он стянул меня с плеча, как стягивают небрежно накинутую куртку.

– Стоишь?

– Сволочь! – процедила я.

– Объявляем о техническом поражении? – сухо спросил он.

– Да пошел ты!

Пошатываясь, я добрела до натянутой сетки и как подкошенная рухнула на землю. Вот и хорошо: ползти – не идти! Здесь и места для меня вполне достаточно, не то что для принца, который и лежа почти задевал головой веревочную преграду.

Выбившиеся из-под шнурка пряди светлых волос приподнялись и заискрили. Точно не обошлось без стихийников и их штучек с ручными молниями.

– Голову ниже! – бросил он. – Здесь заклятие на сетке.

– Вижу!

– Передвигай руками!

Ценный совет! Без тебя бы не разобралась! Однако я не стала тратить силы на пустые споры и поползла вперед, опираясь на локти и колени.

Штаны цеплялись за камешки, за пучки травы, напитывались грязью, тяжелели и постепенно принялись сползать. Мало того – бечевка, которую я использовала вместо ремня, размоталась. Ее хвост, перепачканный в земле, тащился за мной следом, словно червяк.

– Ты что творишь? – шикнул Роэн, заметив, что я остановилась, перевернулась на спину и судорожно шарю под жилеткой в районе талии. – С ума сошла?

– Ползи куда полз!

Он вернулся задним ходом – под сеткой не оставалось места для маневра – и сверху воззрился на меня, распластанную на земле.

– Что?!

Тут Роэн и сам заметил кусок веревки, торчащий из-под рубашки. Не идиот, догадался, что она все это время удерживала мои безразмерные штаны от позорной капитуляции.

– Вы там разлеглись отдохнуть? – достиг наших ушей гневный голос магистра Калестора. – Две минуты и десять секунд. Одиннадцать… Двенадцать…

Неприятная ситуация стремительно оборачивалась катастрофической. Минус десять баллов! Принц потом легко отработает, а вот я рискую накопить – физическая подготовка явно не мой конек – и уже никогда не поднимусь!

– Дай сюда! – раздраженно велел Роэн, выхватывая скользкую от грязи бечевку из моих судорожно сжатых пальцев. – Отпусти! Я на твою невинность не претендую, упаси Пресветлый! И я все равно ничего и не вижу под этим балахоном! Эль, проклятье!

Я, сбитая с толку этим панибратским внезапным «Эль», выпустила из рук оплот девичей чести. Понятно, что Роэн назвал меня коротким именем для собственного удобства – пока выговоришь «Миррель», да еще и «Лир», полдня пройдет.

Я и глазом не успела моргнуть, как Златовласка, рыча, затянул на моей талии бечевку и быстро завязал каким-то хитрым узлом.

– Ползи, иначе я тебя за ногу потащу! – пригрозил он.

Я представила эту картину маслом. Впереди, рассекая жирную грязюку широкой грудью, двигается высочество и волочет на буксире меня, ухватив за лодыжку. Я качусь на пузе, рубашка задралась. Никто из будущих боевиков, наблюдающих сейчас за нашим позорным дебютом, не забудет этого зрелища до конца жизни!

Я вдохнула. Выдохнула. И поползла на четвереньках – благо рост позволял.

Роэн первым добрался до края натянутой сети, в мгновение ока оказался на ногах, наклонился и за шкирку, как кутенка, вытащил меня на свет. Направил легким тычком по направлению к стене. Тренер, как оживший долбаный секундомер, продолжал отсчитывать секунды.

– Тридцать семь… Тридцать восемь…

Ладно, все не так плохо!

Глава 14

…Все плохо. Все очень плохо! Мои замерзшие мокрые пальцы срывались с деревянных выступов стены, руки дрожали от усталости. Я не могла приподнять свое неожиданно тяжелое тело и на несколько сантиметров от земли, не говоря о том, чтобы взобраться на самый верх, перевалить через гребень и соскользнуть по веревке с другой стороны.

Внезапно крепкая рука обхватила меня за талию. Роэн притиснул меня к своей широкой твердокаменной груди и подсунул веревку.

– Держись! – На пространные объяснения его уже не хватало, но и я тугодумкой не была. – Перебирай ногами. Я страхую!

Почему-то мне явственно слышалось недосказанное и повисшее в воздухе «Как меня все допекло!».

Медленно, но уверенно мы ползли вверх по стене, прильнув друг к другу, как лучшие друзья. Или, что скорее, сцепились, как враги во время смертельной схватки.

Большая часть нагрузки лежала на Роэне, я же старалась не слишком мешать, нащупывая кончиками носков опору и подтягиваясь на руках. Но силы заканчивались быстрее, чем препятствие, – казалось, что стена с каждым нашим новым усилием вырастает ввысь и мы никогда не достигнем вершины.

– Передышка. Пять секунд. Разомни пальцы.

– Нет уж. Уронишь!

– Ты весишь не больше моей кошки, – хмыкнул Роэн.

Я, пораженная то ли тем фактом, что у высочества есть кошка, то ли его смешком, выпустила веревку из рук, держась за нее коленями. Немедленно закрутилась, вскрикнула, была поймана, стиснута с удвоенной силой и вдруг оказалась нос к носу со Златовлаской.

До этой секунды я наблюдала его высокомерную физиономию с позиции снизу, сейчас мы глядели глаза в глаза. Теперь я видела: они синие и, что особенно странно, не такие уж холодные и пустые – видимо, просто свет падал неудачно.

Хуже другое: теперь, когда нас разделяли считанные сантиметры и я могла разглядеть высочество во всей неидеальной красе – чуть заметную светлую щетину на щеках, крошечный шрам на переносице у кончика брови, выгоревшие на кончиках ресницы – меня накрыло воспоминание из детства.

Я начисто забыла, что мы с Роэном уже однажды встречались. Если, конечно, можно назвать встречей его мимолетный взгляд на черноволосую девчонку в толпе.

Наследному принцу исполнилось десять лет. В честь значимой даты будущего правителя провезли в карете с открытым верхом по всем площадям и улочкам Нов-Куарона, почтив присутствием и самые отдаленные, забытые самим Пресветлым уголки вроде нашего дремучего района. В народе его со злой иронией называли «Пепелище» – понятно почему.

Жители тысячами высыпали на улицы, чтобы поглазеть на юного Роэнмара, названного так в честь прадеда. Люди улыбались, махали, желали наследнику династии долгой счастливой жизни и славного правления, он благосклонно кивал, но несильно наклонял голову, опасаясь уронить слишком широкий для детской головы венец.

– Какой хорошенький, – сказала мама.

Мы семьей тоже вышли посмотреть на принца. Постыдная страница в моей биографии, неудивительно, что я предпочла вытеснить из памяти события того дня. Мама держала на руках двухлетнюю Лизу, я стояла, прижавшись к папе, и ощущала на плече тепло его большой ладони. Сколько мне исполнилось? Да, точно – семь лет.

– Главное, чтобы был умный, – вздохнул отец. – Чтобы сумел изменить… все.

Он неопределенным жестом обвел облупившиеся дома, белье, что сушилось в проулках прямо над грудами мусора, и играющих в этих грудах детей.

– Я выйду за него замуж! – во всеуслышание заявила я.

Как обычно – тоном, не терпящим возражений. Я уже приняла решение.

– Нет, малышка. – Папа рассмеялся и подхватил меня на руки, поцеловал в щеку. – Вряд ли получится.

– Получится! – Я надулась. – Не понимаю, что мне помешает!

Я, болтающаяся в хватке Роэна между небом и землей, едва не застонала от нахлынувшего на меня стыда и невольно прикрыла лицо ладонью.

– Не вздумай отключиться!

Роэн неверно истолковал мой жест и, видно, дабы привести в чувство, встряхнул в крепких объятиях так, что у меня клацнули зубы.

– Я в порядке! – огрызнулась я. – И хватит отдыхать!

Иронично изогнутая бровь высочества высказалась вместо него: «Я-то не устал, в отличие от некоторых субтильных личностей».

– Три минуты двадцать пять секунд! – подстегнул нас окрик магистра Калестора.

Мы одновременно оглянулись и не сговариваясь возобновили восхождение. Короткая передышка помогла, и вот уже Роэн, сделав рывок, зацепился рукой за крюк, с которого свисала веревка, подтянулся и закинул меня наверх.

– Иди первой! – Роэн указал подбородком на вторую веревку, опускающуюся до земли с другой стороны стены. – Сразу беги к лазу.

Не теряя времени даром, я бесстрашно скатилась вниз и торопливо захромала к черному зеву норы. Иначе и не назвать эту черную дыру, вырытую в земле. Хотя даже уважающая себя лиса побрезговала бы селиться в такой грязи.

Роэн догонял. За неполные четыре минуты мы стали с высочеством ближе закадычных приятелей. Но даже у них порой за всю жизнь не наберется столько ярких совместных впечатлений! Я успела полюбоваться пятой точкой, он успел облапать меня за талию – причем неоднократно. Я изучила на носу Златовласки каждую пору и запечатлела в памяти изгиб брови. Я бы прекрасно прожила без этого потрясающего опыта. Так что в некотором смысле невинности он меня лишил. Душевной.

Поэтому, едва заслышав приближающуюся тяжелую поступь, я кинулась в лаз вперед головой и заработала локтями изо всех сил.

Напрасно я надеялась добраться до света в конце короткого земляного тоннеля без эксцессов. Я ползла недостаточно шустро, заткнула собой лаз, будто пробка – горлышко бутылки. Не хочу даже думать, какой вид открывался Роэну, ползущему следом. Только бы он не вздумал меня подтолкнуть! От одной этой мысли я рванула вперед и вылетела, как та самая пробка из бочонка с газировкой.

Вскочила на ноги, замахала руками. Мы сделали это! Роэн присоединился через миг и тоже поднял руку.

– Четыре минуты пятьдесят пять секунд, – крикнул тренер и сделал пометку на планшете.

И пяти минут не набралось, а я словно целую жизнь прожила! Столько нового познала!

Мы двинулись в обратном направлении, к ожидающей нас толпе однокурсников. Первые мгновения я переживала чистейший восторг. Я смогла, я дошла! Однако посмотрела на напряженную, неестественно прямую спину Златовласки и сникла. Мы потратили слишком много времени. Сейчас наша пара уверенно занимает почетное последнее место, и если никто серьезно не облажается, оставаться нам в аутсайдерах. Свежее чувство для наследника великой династии, привыкшего быть первым во всем.

На старте Роэн обменялся рукопожатиями с приятелями, которые смотрели с сожалением на него и с осуждением на меня.

– Да забей, – прогудел Элмер. – Ты и так сделал невозможное. Практически вытащил ее на себе.

Как бы зла я ни была, но самообмана не терпела. Вытащил. На себе.

Зачем-то не к месту вспомнился пронизывающий взгляд синих глаз и небрежно брошенное: «Держись! Я страхую!».

Я поежилась от внезапно нахлынувшего озноба. Роэн дернул плечом, обернулся, скользнул по мне равнодушным взглядом. В вытянутой, пропитавшейся грязью форме я представляла собой жалкое зрелище. Тьфу, я ведь еще нос вытирала, пока пробиралась по лазу.

– В очередной раз убедился, что пепельники по праву занимают свое место на дне, – кинул он презрительно.

Зря я переживала насчет грязи на одежде. Теперь и мою душу снова облили грязью. А это страшнее.