- -
- 100%
- +
Горбуны Часть 2 Сны
Вспоминаю я постепенно. Что я пережила, пока дописала эту книгу до конца!
Посвящается Минобороне России. Их смелости, ведь они не побоялись бросить писателя в центр своей криминальной структуры
Отдельное спасибо моим любимым контрабандистам калашниковых Марии Шейх, Владимиру Нагорнову, Далиле, Никите Криворог с семьей – моему неиссякаемому источнику вдохновения. Семье Спенсермэнов отдельный привет! Если бы не вы, этот роман никогда бы не увидел свет!
Один в поле воин
– Эдам, ты не победишь нас всех! – Разве что поодиночке…
Горбуны Часть 1. Калашниковы
Когда-нибудь мы вспомним это
И не поверится самим…
Песня «Одна победа» Б.Окуджава
And who can say where the road goes?
Where the day flows? Only time
Who knows? Only time
ПесняEnya «Only time»
Наш мир такой примитивный, сказку не можем изжить. Для того чтобы рисовать реальный мир, нужна фантастика. Особенно мир преступный… Ведь только с помощью фантастики можно показать мир реальный…
Автор
Содержание
Введение
Часть 1. Осень 2004
Разговор отца с сыном
Умный американец Мэтт
Саша-Маша
Новые американцы
Дятлы
«Мечты и последствия»
Кофе
Искусство
A woman
Часть 2. 2003 год – взгляд в прошлое
Поцелуй
Золотой слиток Анны
Олень ослепляющий
Топаз золотистый
Медянка
«Кошка» Надя
Дань
«Груздь» Келвин-Джош или Эдам2
Клан Келвинов Спенсермэнов: «зайцы» и «кролики»
Откровения Спенсермэнов. Имена
Спенсермэнам посвящается
Часть 3. Те самые полгода
Бегуны
На Карасунах
Обед
Гейзеры
Следующий американский лагерь, навсегда изменивший мою жизнь
Какао
Часть 4. Перекупщики калашниковых
Владимир Нагорбов
ЗАТО поселок Лиан
Саша
Ариадна
Далила
Марина Шайн и Елена Шайк
Часть 5. Религиозная миссия. Питер-2005
Осень 2005
Поездка в поезде. Игра слов
Пансионат
Спас на Крови
История Георгия Семеновича Зайцева
Все в твоих руках…
В свете софитов
Елочки
Мать Эдама
Эсэмэс
Зуб за зуб
Шпионаж
Часть 6. Контрабандисты из Минобороны
Инкогнито
1997 год
1960 год
Надежда
Дмитрий Семенович
От производителя
Иван-да-марья
Иван Игнатьев
Тициан
Мастера
Никита Кривогор
Как Анна Фокина стала Александром
Старая гвардия
На заводе
Список
Питер
Тот номер. Тайники
Марфа Васильевна и ядерная война
Темирязев Виктор Павлович
Японские драконы
Часть 7. Древний мир Эдама Хейсонда
Костер
Ама
Изгои
Вуху
Казнь
Мы и древний мир
Часть 8. Слепота
Пульс
Новая вера
Лазер
Главный
Микрохирургия глаза
Последняя встреча
Подсчет
У патологоанатома
Свидетельство
Подделки
Преступники города. Пожелание Эдаму
Часть 9. Кай Беспощадный с планеты Трутон
Как Кай Беспощадный гуся воровал
Трутон
Оксана Куйва
Часть 10. Что было дальше…
2008 год
Саша и Яся
Письмо в ку-клукс-клан, январь 2008
На поле
Брак на производстве
Недостача
Паленко и Ивлев
Моя очередная могила 2010
Морковка
Надя Мернокова
2010-2015 гг.
Яна и Майкл
Нашей полиции посвящается
Часть 11. Один день
Орлы и волки
Близнецы
Принц Иорданский
Ток-шоу
Казначей
Сад
А в это время в Америке…
Часть 12. Эдам Хейсонд после России
Священник
Эдам и Деликаты
Перестрелка
Американские преступники об Эдаме. Разбор полетов
Эдам и ку-клукс-клан…
Как наши сажают Эдама за то, что сделали… он сам
Шутки-прибаутки
Они и мы
Часть 13. Двенадцать лет спустя 2015 год
Сафари-парк
Авария
Часть 14. Жизнь, которой не было
В аэропорту
Lady in Red
Номер
Травма
Бегство
Изнасилование
Гости
Примирение
Оксана
Эдам
Оргазм
Новый дом
Отец Джейка
Кукольный домик
«Я тебя люблю»
Суд
Шаблоны
Анал
Болезнь
Костя
Женщина в красном
Совещание
Замена
Семья
Благотворительность
В лимузине
Нобелевская премия
Ускользающее счастье
Введение
На планете орлов умирал один знатный вельможа… Человек-орел… Вокруг революция, восстания, хаос и смерть! Убийства и грабежи! Он умирал в муках… – Только бы закрыть шкатулку… Шкатулку рабства на планете Земля… – говорил он хриплым слабым голосом, говорил с трудом и мольбой, смотря на своего верного слугу. – Быстрее… Только бы закрыть… – Это были его последние предсмертные слова…. И его верный слуга, единственный оставшийся, уже убегая от мятежников, быстро вскочил в космический корабль… Но немного опоздал… его уже успели ранить… И улетел… скрылся в темноте… Он летел на Землю… Но эта история не о том…
***
В далеком 2000 году черт Слава Оглоблин сидел у себя на кухне и глядел в потолок своего огромного и роскошного дома. Потерял наш черт покой и сон… Все боялся он, что к нему придут полицейские и будут забирать у него рабовладельческое золото. Но вдруг он понял… что даже если кого-то из детей возвращают из рабства, их продавцам уже ничего не будет, полиция никого не сажает… Никто ничего доказать не может, дети не помнят, кто и когда их воровал… то есть даже если детей вернут, то деньги все равно можно не возвращать. И их вообще обычно не возвращают… И это был ключевой момент для нашей истории… Это был тот момент, когда все поменялось…
Если бы в этот момент пролетела надоедливая муха, от которой наш черт все время отмахивался, то эта мысль не посетила бы его голову и эта история могла сложиться совсем иначе… И Эдам Хейсонд никогда не стал бы нашим святым козлом! Но именно этим летом черт ждал у себя великих мыслей, как говорил его оракл, он готовился к великим мыслям и повесил на всех окнах москитные сетки, и никаких мух в его большом доме не было, и быть не могло! Черт ждал, что этим летом на него снизойдет вдохновение! И дождался! Оно снизошло!
Сначала черт понял, что надо возвращать детей, и никто не заберет его золото… И черт Слава даже подпрыгнул на месте… Детей решил все-таки возвращать! И это было важно… И обрадовался!.. Но потом он понял, что надо посадить хоть кого-то… И тут он подпрыгнул во второй раз! И, чтобы побольше детей вернуть, надо найти козла отпущения… Но кто же может стать таким козлом? Где найти такого идиота?.. И черт взгрустнул… Но его взгляд стал сразу заинтересованный, быстрым и сконцентрированным! Вот только где найти козла отпущения? Надо завтра же поговорить со знакомым полицейским Георгием Семеновичем Зайцевым… Может, он чего подскажет… И впервые за много ночей наш черт спал спокойно и больше не переживал за свое золото…
Пока работорговля была подписана на высшем уровне, черта Славу бы не тронули, но как только ее бы официально отменили, Славу с семьей казнили бы прилюдно. И чтобы жить дальше, за проданных им же детей надо было бороться, их надо было возвращать. И официально кого-то за себя сажать… И тут появился наш Эдам…
– Подождите-подождите! А сколько нам вернут детей, если мы посадим за работорговлю того, кто подписал декларацию рабства? Сколько-сколько? Серьезно!!! Ого! – Наш черт потер довольно руки… быстро посмотрел вокруг… и решил действовать…
Когда приехал Эдам и все ораклы подтвердили черту, что Эдам будет сидеть за всю работорговлю за последние сорок лет, черт даже не поверил своему счастью, даже схватился за сердце! Ведь если посадят Эдама, то детей вернут много. и черту платить меньше… И золото дадут легализовать… И опухоли можно не пить! И жить в богатстве, чести и уважении до конца дней! Одни плюсы!
После отмены рабства в России в 2004 году Деликаты возмущались: – И представляете, Путин подписал окончание работорговли… Представляете, какой кошмар!.. – Как только Деликаты поняли, что детей можно вернуть, а золото не возвращать, они сразу стали помогать полиции и черту Славе. Сразу стали всем полезны и стали детей после рабства реабилитировать…
И черти искали себе святого козла. И преступники искали себе козла, чтобы отсидел за их преступления… Потом вдруг оказалось, что то один и тот же козел… Эдам Хейсонд… и объединились тогда черти с преступниками сажать Эдама за них всех…
Часть 1. Осень 2004
Разговор отца с сыном
А в это время в поместье Спенсермэнов после поездки Келвина в Россию отец Келвина-Джоша ругал сына:
– У него рука не поднимется убить генеральского! Как же так! Так ты меня на весь мир опозорил!
– Ты же мне сам говорил, в чужой стране не убивать генеральских? Все сложно, и надо все подписать!
– И не дай Бог ты его убьешь! Не дай Бог!.. Да мне стыдно за тебя! Мне за тебя стыдно! Как это ты не хочешь генеральских выродков мочить? Как это ты сам разрешал себя подстрелить, чтобы не дай Бог не попасть в генеральского… Да мне за тебя уже черную метку поставили! Выродок ты, и мать тебя не от меня родила, а от того врача, с которым мне изменяла… Ну не мой ты! Не можешь ты быть моим… Как это мой? Ты проверь ДНК-тест, мой сын не может отказаться стрелять в генеральских… Только та девочка и может… Анна, по-моему! – и отец слег с холодным компрессом на лбу…
И своим потом отец говорил: – Его в перестрелки не берем! Он в генеральских даже не целится и стрелять в них отказывается…
А потом оправдывался:
– Ну не может он генеральских убивать! Ну не может он! А друг его детства, единственный друг, генеральским оказался, полицейским… И не смог он убить его… взял и не мог… опустил пистолет… такой вот он у меня… За друзей…
И снова сыну говорил: – Мы за порядок, мой мальчик… Лучше бы ты от того врача был… Хоть не так стыдно перед своими… Позор! Ты мой позор! Наградил Бог дурачком! Это про тебя, Келвин. Мне стыдно за тебя! Мне почему-то всегда за тебя стыдно! Ты ни в одного полицейского попасть не можешь, ты хоть в меня попадешь?.. Сам под пули поставляется! Чтобы ему бок подстрелили! Это надо же! На весь мир ты меня опозорил!..
Умный американец Мэтт
Летом в американский центр приехал новый американец Мэтт. Он вел тренинги, как эффективно проходить интервью, и мне показался очень харизматичным, раздал нам свои распечатки с основными правилами интервьюирования… С новым американцем мы провели три дня тренинга… Я в него, конечно, же тут же влюбилась, как и все девушки, кто его видел и сидел на тренинге… Мэтт был среднего роста, «бочковидного типа», с кругленьким животиком на ножках, темноволосый, коротко подстриженный, с ежиком, небольшой щетиной, с плоским круглым лицом, в очках в металлической оправе с минусом, примерно минус три… У него были выцветшие голубые глаза, курносый нос и средний рот, и он был очень умным… По крайней мере таким казался. Он сказал, что ему двадцать шесть.
В первый день он нам рассказывал правила прохождения интервью и говорил, что он получил все работы, на которых когда-либо подавал резюме. Много ли было у него в его годы работ? В тренинге участвовало не много человек – только семь… Мэтт был очень харизматичен, говорил эмоционально и воодушевляющее!
Мэтт говорил быстро. Нам, не носителям языка, все свои лекции он дал в распечатках, чтобы мы могли следить по тексту, переводить и подписывать сверху новые слова карандашиком.
Потом Мэтт нам дал домашнее задание – составить свое резюме, как будто мы ищем работу, описать свои сильные и слабые стороны.
Пока мы ждали в коридоре в первый день, мимо пробегал Саша-наркодилер, который был Машей Бонтюк, его тоже сделал «мальчиком» его профессор. Посмотрели на Мэтта и Сашу-Машу вдвоем… Маше Бонтюк, говорили, растворили «вешалку», чтобы ее плечи по ширине были как у Маши-Саши. «Он» учился на моем факультете информатики в параллельной группе, но после первого курса перевелся на эконом. Я знала лично и общалась и с Машей Бонтюк, и с ее мужским клоном…
Дома мы должны были написать свое резюме для приема на работу, принести ему и на следующий день пройти с ним собеседование, как с работодателем, рассказать о себе. Мы должны были пройти с ним интервью, описать свои сильные и слабые стороны. Надо было готовиться к его заковыристым вопросам. Мэтт так отличался от веселых и «глупеньких», на мой взгляд, наших летних американцев, которые уже уехали, был таким серьезным и умным… Он был в стиле топ менеджеров крупных фирм, как я тогда их себе представляла.
Мэтт спрашивал меня на интервью на следующий день: – Кем вы видите себя через пять лет?
– Ну, через пять лет я думаю закончить вуз. Надеюсь, и буду работать экономистом, я думаю… – До этого я вообще не задумывалась, где и кем я буду работать через пять лет.
– Какой ваш уровень владения языка? – спросил он у меня, к этому моменту я уже перепутала пару слов и еще несколько не знала.
– Upper-intermediate, выше среднего.
– Upper-intermediate? – он даже рассмеялся. – I think it’s intermediate1… – сказал он уверенно.
Его вердикт моего английского я запомнила на всю жизнь…
– На какую работу вы хотите подавать?
– На работу экономиста в крупной иностранной компании.
– Зрите в корень… – он говорил, что сильный оракл открыл ему будущее, – Вы будете работать аналитиком в табачной фирме… И зажжете там «утреннюю звезду»…
Если бы я еще понимала, о чем он… Я говорила словами Виолетты Генриховны, что надо быть специалистом со знанием языка…
Зажечь звезду – сделать значимое открытие, утреннюю звезду – поставить рекорд по возрасту, быть самым молодым специалистом, который разрешит какую-либо задачу и справится, в моем случае, с производственной проблемой.
Я рассказала ему о своем будущем образовании, как будто я его уже получила, своих сильных и слабых сторонах из его распечатки.
– Going well2, – сказал он о моем интервью…
В его распечатке по подготовке к интервью было сказано, что все свои слабые стороны надо в итоге представить как сильные.
Мне подходила следующая слабая сторона:
–I used to be doing everything in the last moment, so I work well under pressure3… – И это было моим недостатком. Хотя я, конечно, ничего не откладывала на последний момент, но надо было что-то сказать…
Мое интервьюирование прошло на ура, спокойно и равнодушно, я сказала ему все свои заученные фразы, где я хотела бы работать, описала придуманную работу, все свои плюсы и минусы. Ничего особенного… Он, наверняка, ждал от меня большего… Но большего я придумать не могла… Думаю, он был немного разочарован… И показал мне это… Но я все равно больше ничего не придумала… И не переживала из-за его недовольства совсем…
Но от Мэтта я была в восторге…
На тренинге также была одна девушка Аня, похожая на адыгейку, но русская, белокожая, закончившая первый курс геофака, c длинными черными крашеными волосами ниже ягодиц, длинным узким лицом, у нее был тонкий хвостик и черные тонкие сапоги-чулки на высокой ровной платформе, хотя было лето. Она плохо говорила по-английски.
Пока мы ждали в коридоре, в комнате напротив Мэтт проводил переговоры, и Аня бросила на гостя Мэтта, лысого, высокого, в строгом костюме, прослушку, пылинку и сделала аудиозапись их разговора – как он передал Мэтту квадратный черный высокий ящичек с новым глушителем сигнализации, последним достижением техники для угонов очень дорогих авто, который сделал сын нашей преподавательницы, лаборант компьютерного класса Гена.
Мы в коридоре у стены пытались прослушать, что они говорили друг другу в комнате, Аня смотрела на небольшой монитор, как у игрового тетриса, на котором плыли отдельные черные стрелы речи, как на компьютерных проигрывателях звуковых файлов, делали запись их разговора. В искаженной речи мы пытались уловить отельные слова. Аня говорила просто и спокойно…
– Все – сделка проведена! Мэтт передал ему пять тысяч долларов за этот ящик!
Потом лысый мужчина в костюме вышел из комнаты, отряхивая голову, пытаясь скинуть пылинку с прослушкой.
– Пять тысяч? Только пять тысяч? – весело крикнула ему Аня.
Он усмехнулся. Пылинка упала, и адыгейка бросилась ее искать на полу. Нашла. Мне тут же в лицо прыснули препарат «забвения», и я как всегда все забыла… Аня достала калькулятор и стала умножать пять тысяч на курс доллара.
– Двести двадцать тысяч! И только?
– А сколько ты думаешь, это стоит? Примерна как машина, иномарка…
Потом Мэтт подарил нам всем одинаковые грамоты об участии в его тренинге, тоже меня немного разочаровав.
Про Мэтта Эдам сказал, что он принудительный трансвестит, тоже из оружейников, он на самом деле женщина, но его принудительно сделали мужчиной. Раньше часто делали принудительных трансвеститов, из женщин мужчин. Особенно часто из представительниц преступного мира даже без особых причин. Только психику подрывали. Эдам взял от меня «звезду» под будущие достижения, чтобы через десять лет этот американец стал опять женщиной… Эдам и «звезды» у меня брал, и в мой талант не верил, думал, это «плащ», и слепоту растворить мне собирался… Он не мог иначе… Его бы свои не поняли… Как казахстанские работорговцы… действует всегда в своих интересах… Эдам во многом в России взял политику работорговцев.
Аня поняла, что Мэтт был женщиной – он показал в последний день тренинга знак «О», сомкнул большой и указательный пальцы, выпрямив остальные. После тренинга эта адыгейка подошла к нему и сказала, что если он ищет прикрытие, то она может выйти за него замуж… Мэтт готов был сквозь землю провалиться… А за это сейчас растворяли раковые опухоли… Могли растворить… На самом деле на тренинге было две близняшки-блондинки, одна с длинными волосами, другая – с накладными… Блондинки на самом деле были загримированы под брюнетку Аню. А одна из них дала показания, что видела на конференции, пока мы ждали в коридоре… Ее потом прятали где-то в горах…
Меня, как свидетеля, тоже привели к трансвеститу Мэтту – еще один из способов меня убить, но пронесло, в трансвеститах я тогда еще не разбиралась… И если Мэтт казался мужчиной, то для меня и был им на самом деле… Американцы называли Мэтта – тысяча бед…Тибет… Через десять лет он уже мог поменять свое тело… Мой прадед, который был членом преступной банды, убивал и жил до сих пор, давал эти «звезды». Поэтому американцы-убийцы меня сначала принимали за свою. Как прадед говорил сам, военные убивали намного больше. Тогда старались перемешивать преступников и военных, ждали генетических сюрпризов.
Мэтт уехал в конце августа и больше в Россию не приезжал… С тренинга Мэтта я вышла абсолютно влюбленной в него и говорила себе, как и другая девушка с тренинга, что Мэтт слишком умный, чтобы кем-то заинтересоваться…
Саша-Маша
У Саши-Маши до университета из чрева вырезали живого пятимесячного ребенка… Его доносили в инкубаторе, свернули наркотическую зависимость, и в свой срок он появился на свет… С помощью акушерки… Профессор, от которого зачала Саша-Маша еще будучи девушкой, усыновил этого ребенка… Он сам сделал ее мужчиной, подделав все подписи… Говорят, она была девственницей, когда ее сделали мужчиной. А от профессора зачала, сделав ему минет, сохранив сперму, введя ее в себя шприцом и выпив специальные таблетки… У этого профессора был гепатит С, и своему ребенку он его свернул, акушерка свернула. Потом Саше-Маше вернули ее тело, своего сына она усыновила… С профессором сошлась… И в другом теле ее профессор смог сохранить ее для себя и сына… Ждал, когда повзрослеет и поумнеет… Все хорошо, что хорошо кончается… Для них… Скучно им точно не будет…
Саша-мальчик повесился на экономе, а Саша-девушка через три месяца вернулась из Америки… к своему приемному сыну и профессору…
А американцы, да, звери… Совсем больные… Ничего святого…
Новые американцы
Тогда делали синтетических людей под свидетелей и загружали показания в них… В Аринином синтетике был тайник, и там были все фотографии и аудиопленки с лета 2003. Списки операций по контрабанде и даты убийств. Его хранила у себя в загородном доме одна судья… Сначала наши полицейские, которые носили маски американцев, собрали доказательства и пошли прятаться в лесах.
Осенью 2003 года приехали новые американцы – Джейк не приехал, хотя в глубине я души очень надеялась. Есть что-то притягательное в этом типе мужчин. Было что-то запретное в том, чтобы приручить его зверя.
Летом американцы подарили нам диски с кантри-музыкой. Мне подарила диск Морген. Я немного попереписывалась с Шерил и даже пошутила, что песня про себя «About me» – это точно песня про Джейка. В песне говорилось, как молодой человек любил говорить только о себе.
На американских встречах Эдам рассказывал, что стежок у Анны поменялся, стал крестиком – у нее в будущем пошли волны. И для штопки огнестрелов команды Эдама она больше не подходила…
Новые американцы должны были остаться на несколько лет, не уехать через год. Новая группа состояла из семи человек, четырех девочек и трех мальчиков. Здесь была обрученная пара Андрэа и Эдам Вэн, еще один Эдам, Дэвис, Рассел и Джаспер, две Кейт и Брэнда. В России еще оставались Эдам, «беременная» Морген и Шерил.
Мы встретили американцев в аэропорту и обратно ехали с ними на автобусе. Автобус был старый, небольшой, в салоне сильно пахло бензином, и у меня заболела голова. На пути из аэропорта Андрэа, немного полная блондинка примерно моего роста, смотрела на меня с нескрываемой неприязнью. Я подумала, что очень красивая, и это обычная женская зависть…
Лицо Андрэа тоже было очень красивым, и она мне тоже поэтому не понравилась. Это была остроносая блондинка с ровным каре по плечи. У нее были тонкие черты лица, узкий рот и небольшие глаза. Внешность «типа воробей», ее мать на шестом месяце беременности Андрэа съела воробья, чтобы у Андрэа была такая внешность. Сейчас наследовали внешность съеденных птиц и зверей… У Андрэа было лицо – правильный овал, и я думала, как это красиво. Фигура была бочковидная, немного выступающий живот, как бывает в этих случаях. Но среди американок редко были худые, большинство американок были полными и нефигуристыми.
Мы привезли американцев в те же общежития у универа. В этом году они собирались снимать еще трехкомнатную квартиру на Таманской в нескольких остановках от университета.
Эдам Вэн, тезка Эдама Хейсонда, сказал, что он друг Джейка. Эдам был высоким, крупным шатеном, у него были широкие темные брови, острый нос, средний рот, на голове торчащий ежик. Он носил очки в прозрачной оправе, но минус у него был небольшой – максимум минус полтора. Он был очень высоким – под два метра. Андрэа говорила о своем Эдаме: – Он очень большой человек.
Эдам спросил обо мне:
– Эта так девушка, о которой говорил Джейк? – оказывается, Джейк говорил обо мне с друзьями.
– You know he suffered so much, – сказала мне будущая жена Эдама Вэна… – Didn’t he ask you to date him? – спросила Андрэа немного возмущенно и удивленно так, что ее слышал ее жених.
– No, he didn’t4…
Когда Джейк приехал в Америку, он тут же дал показания против Эдама и его компании, как и думала Марина Шайн.
– Арина, пошли, – позвала меня Яся Воронина, и мы покинули общежитие. Американцы остались в общежитии раскладывать вещи, уставшие после дороги. Яся недавно переехала за город в поселок Плодородный, ее трехкомнатная квартира в центре сгорела. Теперь у нее был частный дом из дешевого неровного кирпича, который бил обит пластиковыми белыми панелями… Географически поселок был в центре Краснодара. Но к нему пока не были проведены заасфальтированные дороги – выезд и въезд в поселок вызывал проблемы. В непогоду дороги тонули в грязи. Яся в город ездила на велосипеде. Семья Ворониных – бабушка, тетя Люба и сама Яся – переехали в еще недостроенный дом, с замашками новых русских и пустым карманом. В доме Яся сама выкладывала плитку в коридоре и на кухне. Я думаю, что у них тоже был огромный подвал. Тетя Люба судилась с бывшим мужем, Яниным отцом и потеряла все свои сбережения. Янин брат имел свой бильярдный клуб, но не хотел иметь ничего общего ни с матерью, ни с бабушкой, ни с сестрой. Сначала они занимались котами – шиншиллами. Но потом пораздавали котят даром, потому что их нечем было кормить. Их регулярно обворовывали. А небольшой садик регулярно обносили…