- -
- 100%
- +
( Пролог)
– Мне жаль тень, но боюсь ближайшее время использовать магию ты не сможешь.
Я кивнула, молчаливо соглашаясь. Спорить в этом случае совершенно бесполезно. Капитан прав, магии я в себе не чувствовала. Там, где всего сутки назад жила искра дара, сейчас было пусто. Больно, больно и холодно.Магу такого уровня как у меня будет очень сложно прожить без искры. Ага. Нет, ну, а что ты хотела отдавая последние капли резерва на укрепление дворцовых кругов защиты? Ответь будь честна хотя бы с собой! Славы? Поздравляю! О твоём безрассудном поступке судачат во всех светских домах столицы. Денег? В деньгах я не нуждалась и до этого. Титул? Возможно. Хоть я и дочь графа, но рождённая до брака, значит, ни титул, ни состояние не наследую.
– Надолго?
–Энхем говорил о трёх, четырёх месяцах.
Я вздрогнула: четыре месяца это, конечно, не приговор, но будет очень тяжко. Капитан положил руку мне на плечо и сказал… как мысли подслушал.
–Я знаю,как это сложно, особенно с твоим уровнем силы. Держись!
– Держусь.
Нет, я действительно держусь. Я устало улыбнулась.
– На некоторое время тебе лучше покинуть дворец. У моей тени слишком много врагов в столице.
И снова он прав. Я слишком многим успела навредить. Моя скоропостижная кончина будет непросто выгодна большей части придворных. Они сделают всё, чтобы удалить меня сейчас, когда я беспомощней слепого котёнка. Одно мало-мальски грамотное проклятье, и всё. Не поможет ни владение боевыми искусствами, ни врождённая везучесть.
– Вы правы капитан. Я завтра же покину столицу.
– Вам есть куда идти Айриша? – капитан Норд Эйприл обеспокоенно посмотрел на меня. Я на пару минут зависла, решая: «А правда есть ли?». В общем то, я не бедствую: у меня есть дом в городе и небольшое поместье, дающее стабильный доход, но это всё равно не то.
– Да, я поеду в восточное графство. Отец давно звал меня домой.
Отца, высокого человека, ещё не старого, но уже седеющего с хищным профилем и тёмно-серыми глазами я любила всей душой. Мать свою я не помню, она умерла рано, но боль потери не чувствовалась. Мне было хорошо и так. Отец любил и оберегал, исполняя любой каприз. Наверное, он видел во мне погибшую жену, которую,я уверена любил всем сердцем. Так продолжалось почти шестнадцать лет. Пока одним дождливым вечером в доме не появилась она. Ребекка Шеффер была тонка фигурой, недурна на лицо и кроме прочего, имела низкий грудной голос. Таким голосом хорошо исполнять баллады, аккомпанируя себе на гитаре или фортепиано. Но петь Ребекка не любила, что, в общем то, не мешало ей выступать на публике, когда того требовала её роль прекрасной, во всех отношениях, светской дамы. Она была вежлива, много улыбалась и горела желанием помогать. Правда, хватило её ненадолго и как только они с папой считались браком и Ребекка перевела в наш дом свои вещи и свою дочь, её поведение кардинально изменилось. Нет, она меня не била и даже не пробовала унизить, вела себя подчёркнуто вежливо, но как бы не замечала, что лично меня вполне устраивало. Она кивала мне, здоровалась, и как бы снова забывала о моём существовании. В отличие от матери моя милая сестрица Присцилла забывала о моём существовании. Она была на год старше меня, но выглядела сущим ребёнком. Со своими огромными синими глазами и по-детски капризным лицом.
– Это хорошо! – сказал капитан, вырывая меня из воспоминаний.
– Я боялся, что ты не захочешь туда возвращаться.
Я пожала плечами.
– Там мой дом Норд.
Капитан кивнул. Мы с ним были знакомы долго, почти с самого поступления в академию боевых магов. И он прекрасно знал, почему я покинула отчий дом. Точнее, отчий дом я покинула ещё до отъезда в академию и оставшиеся два с половиной года жила на самом краю графства, в небольшой охотничьей избушке вместе со старым охотником. Отец сначала был против, но потом смирился и больше мне не мешал. Старик охотник умер год назад, и сейчас избушка из двух комнат и одной кухни пустовала. Именно туда я собиралась податься на эти четыре месяца. Капитан встал со стула, наклонился ко мне и взяв за плечи прижал меня к своей каменной груди. Улыбнулся и тихо сказал, шепча на самое ухо:
– Всё будет хорошо. Я всегда буду рядом, помнишь, я же поклялся!
Норд действительно поклялся. На первом курсе. Когда мы были ещё детьми. Молодой парень с незаурядной внешностью и огромным магическим потенциалом. Этот парень через пять лет стал моим капитаном. Теперь мы связаны обетом теней. Смысл обряда в следующем: сильный стихийный маг может найти себе тень. Маг клянётся, обеспечивает тени покровительство, отдаёт часть своей силы,усиливая тем самым её или его уровень силы. Взамен тень становится защитой и опорой мага. И в случае смерти последнего тень может уйти за грань, чтобы вернуть душу умершего мага обратно.
Я тень Норда. Я стою за его плечом на всех собраниях и советах. Я тень своего капитана. Я прикрываю его спину во время зачисток нежити. Я тень первого советника императора. Для меня нет закрытых дверей. Капитан опустил меня, взглянул в глаза, затем развернулся и не сказав больше ни слова вышел за дверь.
(Глава 1)
Весь оставшийся день и половину ночи я собирала необходимые вещи. Результат мягко скажем, не подводил. Из вещей первой необходимости действительно нужными оказались лишь пара рубашек, штаны для верховой езды и сменное белье, пара простеньких артефактов, коими можно пользоваться без магии. Свитки, и пара книг: по психологии и тактике. Магические фолианты тащить смысла не имеет. Всё равно в ближайшее время они имели бы ценность разве,что в виде макулатуры. Плащ с фамильным гербом и статусными нашивками оказался порван в трёх местах. Таааак! Я просунула руку в самую маленькую из дырок, прикидывая, что будет проще: зашить или выкинуть. По всему выходило, что проще выкинуть. Потому что, если в первую дырку проходила лишь моя рука, то вот вторая спокойно вмещала мою голову, а через третью я могла пролезть насквозь. Решив так, я вытащила из-под матраса кинжал и не особо заботясь о сохранности тряпки сноровисто отпорола все нашивки, серебряный оберег и другую шнягу. Выросшая за последние пять минут кучка драгметалла весело поблескивала в неверном свете магического освещения. Ещё раз осмотрев своё, в высшей степени сомнительное богатство я мысленно проверила все ли есть. Так: рубашки, штаны, сменное бельё, лекарственные мази, настойки перегонки из разных трав которые вообще-то пить не рискнула даже я, ибо в основном они оказывали не очень плодотворное влияние на организм человека, уже утрамбованы на самое дно сумки. Я даже попрыгала сверху для верности. Аптечка влезла, и даже, что странно заняла меньше места чем подразумевалось изначально.
Следом, утрамбовке подверглись свитки и книги, потом одежда, средства личной гигиены, амулеты, зонтик, мешок с деньгами. Почётное место наверху импровизированной пирамиды заняли кинжалы и метательные звёзды. Которые напоминали скорее шестерёнки, отбракованные с конвейера по эстетическим соображениям. Ещё пятнадцать минут ушло на поиски нового плаща и пришивания к нему всех положенных мне регалий, без которых я не то что куда-то уехать, вздохнуть не могу.
Провожать меня никто не вышел: замок императора спал. Хотя это и хорошо, что никто не вышел. Сейчас я не хотела видеть даже капитана. Сама выявила из стойла коня. Белого, как снег на вершинах скал Хорна и быстрого, как ветер Тауру. Красавец трёхлетка уже полтора года сопровождал меня во всех поездках, я не видела смысла менять что-то сейчас.
Девушка в белом плаще на белом коне медленно ехала по торговому тракту. Небо на востоке розовело. Таура тяжело дышал: пена, белыми хлопьями собралась в уголках махровых губ и стекала вниз по мощной шее. Я гнала коня добрых шесть часов, чтобы до рассвета успеть уехать как можно дальше от города. Теперь, по бокам дороги виднелись одинокие домики и целые деревеньки. Но останавливаться у крестьян было бы неразумно.
Я усмехнулась. Мои недруги могут быть довольны: тень правой руки императора убегает, как преступница. Они будут зубоскалить, обвиняя меня в бегстве – и будут правы. Ведь, что это как не позорное бегство? К полудню мы проехали ещё четыре версты; яркое солнце стояло в зените. От земли поднимался пар. По небу плыли дождевые облака. Скоро пойдёт дождь! Не желая намокнуть, я свернула в лес, под защиту деревьев. Да и поспать явно не мешает. Спрыгнув с коня растянула тент, выкопала яму и разожгла костёр. Раньше я делала это при помощи магии. Тяжко вздохнув повалилась на траву. Смирись тень – ты пустышка! Я проснулась от резкого грохота. Открыла глаза и вздрогнула. Дождь! Значит, измученное тело взяло своё. Что странно, отдохнувшей я себя не чувствовала: спать хотелось ещё больше. Сплошная пелена дождя полностью закрывала мне обзор. Правда, было в этом и нечто хорошее. С тракта меня тоже не видно. Костерок весело трещал, разгоняя подбирающуюся тьму от костра. Я решила заночевать здесь же, торопиться мне уже некуда: столица осталась далеко позади. Кипел котелок с чаем. Тишь, гладь, да божья благодать!.. Тишь нарушил треск веток, и на поляну, ведя коня за повод, вышел человек в чёрном плаще.
– Тихой дороги, путница! – сказал человек в плаще, подходя к моему навесу. Я напряглась. Человек, понятное дело – не внушал доверия. Рука нашла лежащий рядом кинжал.
– Тихой дороги и тебе, путник! Зачем пришёл к моему очагу?
Плащ колыхнулся и скинул капюшон, но я ничего не увидела. Плащ был магом и носил магическую маску. Клубящийся туман плотно скрывал черты лица и основные параметры фигуры. Удобная штука, сама такую носила.
– Пустите к костру… – тем временем продолжал плащ.
Я медленно кивнула. На тракте свои законы: никто не может отказать попросившему о ночлеге. Это не только неприятно, но и может расцениваться как оскорбление Гермесу. Богу, покровителю путей и дорог. Маг ещё раз критически осмотрел место моей стоянки и замотанную в одеяло меня. А затем снял плащ, бросил его на землю и уселся сверху. М-да. Только мага под боком мне не хватало. Сняв, котелок с костра я достала две кружки. Налила чаю себе и ему. Протянула одну кружку гостю, во вторую бросила щепоть белого порошка, размешала и отхлебнула позеленевшую жидкость.
– Что это такое? – я подняла голову и взглянула на собеседника. Он смотрел на меня туманом сумрачной маски. Я бы не ответила. Разговаривать с магом не хотелось… Просто не было сил. Но он упорствовал, прожигая меня готова поклясться крайне скептическим взглядом.
– Сахар. Угощайся, – выдавила я, пододвинув к магу мешочек с сахаром. Он задавал ещё какие-то вопросы, но я не слышала. Отвечала, не думая. Да, чему только не учит светская жизнь. Просто ушла в себя.
Пришла какая-то странная удовлетворённость. Здесь в лесу, посреди тракта, под проливным дождём. Рядом что-то заворочалось, громыхнуло. Маг зашипел, выдал забористое ругательство и что-то пнул. Что-то прокатилось по поляне прямо у моего носа, чуть не задев ручкой. Плащ притих, ещё пару минут просидел тихо, а потом снова чем-то зашуршал. Окончательно успокоился мой неожиданный сосед лишь ближе к полуночи. Я несколько раз поднималась и ходила проверять привязанного Тауру. Маг спал, положив голову на сумку, накрывшись плащом. Раньше я могла смотреть в обход маски, но без магии я не могу полностью использовать способности тени. Так, что остаётся лишь гадать кто этой ночью сопел мне на ухо. Я застыла, анализируя свои ощущения: ни угрозы, ни агрессии со стороны спящего я не чувствовала. Тень чуйкой вообще не особо трепыхалась. Ну маг и маг! Он спит… Я вернулась на своё место: легла, закрыла глаза и… И всё! Казалось, прошла всего минута, а потом свет и резкая боль. Проснулась от крика, своего крика. Боль острыми иглами пронизавшие тело медленно уходила, оставляя лишь ощущение гнетущей пустоты в груди. А-а-а-а-а! Началось… Я уже говорила, что без магии будет тяжко, так вот: магия, что течёт в жилах тени не только средство защиты от магии этого мира, но и возможность защититься от мира за гранью. Ведь тень одной ногой к смерти. И если тень слаба, смерть никогда не упустил своей добычи. А я… я слаба!
Открыв глаза тупо уставилась в туман, склонившейся надо мной маски. Маска колыхнулся и отстранился от моего лица.
– Ты кричала! – сказал маг.
Я кивнула, хотя это вряд ли вопрос. И попробовала приподняться на локтях, но резкая боль вновь вернулась и я упала назад.
– Дай воды, будь человеком… – прохрипела я мужчине.
Он, к его чести – спорить не стал. Поднялся, налил чаю в походную кружку, и приподняв меня за плечи попробовал влить жидкость мне в рот. Ну, что можно сказать. У него не получилось. Очередной приступ моего кашля пришёлся как раз на тот момент, когда заботливый сосед решил наклонить чашку, чтобы я могла сделать глоток. Рука мага дрогнула, в результате чего моя несчастная тушка была облита ещё и сладким чаем. Как пережила эту ночь не знаю. Голова зверски трещала, глаза слезились. Хотя это было ещё более менее терпимо. Но дальше приступы будут лишь сильнее, а сил все меньше. Нужно добраться до дома. Там моя земля. Как у любого мага у меня была преобладающая стихия: земля. Родная же земля никогда не оставит меня без защиты. Главное добраться…
– Что с тобой? Это какая-то порча или может болезнь? – спросил маг продолжая придерживать за плечи, моя голова покоилась на его груди. Я слышала, как мерно бьётся его сильное сердце.
– Нет, – мотнула головой я. Просто нет: все, на что меня хватило. Да, он помог мне, возможно даже спас жизнь… Но открывать ему правду, сродни самоубийству. Ведь я не знаю кто скрывается под дымчатой маской. Поёрзав я высвободилась, и еле переставляя ноги, поплелась к своему коню.
– Ты куда? – спросил в спину тихий баритон. Мужчина поднялся с земли и последовал за мной.
Седло, сумка, я. На сборы ушло около часа. Таура чувствовал мою боль и в меру своих сил, отыграл её на себе.
– Мне нужно спешить, – ответила я. Благодаря помощи четвероногого я смогла кое-как держаться в седле.
– Спасибо тебе, что помог! Не знаю, как бы справилась сама. Да и справилась бы!
Я постаралась изобразить на лице что-то вроде благодарной улыбки. Видимо не вышло. Маг наклонил голову на бок. И не слушая моих возражений положил руку на лоб. Резервы чистой силы потекли по телу, залатывая дыры в ауре. Маг был силён, вероятно магистр или даже архимаг. Иной не смог бы так просто создать прямой канал передачи магии. Простились молча. Да, так и надо. Чего только не бывает на тракте. Сегодня помог ты, завтра спасли жизнь – тебе. Остаток перехода почти не запечатлелся в памяти. За оставшиеся два дня приступов больше не было. Сила неизвестного мага бурлила внутри, поддерживая организм. Тот, кто всего пару дней назад поддерживал, тот, чьего имени я никогда не узнаю.
(Глава 2)
Родительский дом встретил меня праздничным оживлением. Весь Хафлинг был щедро украшен лентами и шариками. Чистые дома смотрели на меня блестящими стёклами. По улицам важно ходили празднично одетые люди. Я не была здесь три года. Но чувство такое будто никогда и не уезжала. Народ, завидев дочь господина срывали шляпы и радостно приветствовали вернувшуюся в добрый час странницу. Меня помнили – и я помнила. Несмотря на жизнь при императорском дворе, всё равно помнила и верила, что вернусь. Со многими горожанами была знакома лично. Некоторых из них считала друзьями. Ради этих встреч спешивалась. Вот например дочь местного исправника Эйротова, с которой мы, бывало, не по часу просиживали на берегу небольшой речушки Медозы, что несла свои воды с северных гор – земель воинственных горцев. Или вот в толпе мелькнула рыжая голова Сида, сына пекаря: парню недавно исполнилось 18. Три года назад мы часто брали отцовских коней и скакали к восточным границам графства, туда где ходили дозором хмурые стражи границы. Среди этих нарядных людей я казалась себе лишней. В дорожной одежде и грязном белом плаще, кстати – опять рваном.
Родовой замок возвышался в западной части города, как звезда на вершине щедро украшенной ёлки. Огромный, с белыми стенами и синими скатными крышами. Над высокими башнями развивались голубого, цвета неба флаги, с вышитыми вручную песочными часами. Символ рода Риат Навара, песочные часы в спирали познания. Сей воистину странный рисунок своими корнями уходил далеко в прошлое настолько, что никто и не помнил, что он значил изначально. Хотя это не мешало роду Навара гордиться собой и своим гербом настолько, что песочные часы были везде: на фасадах домов и тротуарах улиц, оберегах и украшениях. Все статуи и картины в городе так или иначе торжествовали с песочными часами, а на форме у городских жандармов вместо принятых везде звёздочек на погонах были песочные часы. Дошло до того что хозяйки стали печь печенье и пряники в виде часов, а молодые девицы затягивали корсеты так, чтобы те были как можно больше похоже на песочные часы. Ну да, мы кажется отвлеклись.
Замок стоял на возвышенности. Кое как город был построен у подножия, из-за этого белые башни словно парили над Хафлингом. В вечерние часы город закрывали зубчатой тенью белой стены. Таура процокал копытами по подвесному мосту и мы выехали на основной двор, тут же утонув в блеске и гомоне шумной толпы. Слуги бегали и светились спеша скорее выполнить задания господ. Люди не обращали на меня никакого внимания путаясь под копытами лошади. Таура раздувал ноздри, недовольно тряся головой. Ему не нравятся подобные скопления людей. Чтобы мой конь никого не затоптал я была вынуждена спешить и вести четвероногого за уздцы.
– Позвольте принять вашу лошадь, госпожа! – проорал мне в самое ухо подскочивший молодой человек и раньше чем я успела возмутиться столь неординарным поведением слуги, выхватил из моих рук повод и утащил Тауру в неизвестном направлении. А там все мои вещи между прочим. И что же мне теперь делать?!
Я вздохнула: что ж, похоже остаётся надеяться лишь на чувство самосохранения. Буду верить что у этого парня оно есть. Махнув рукой на, кажется, совершенно потерянные вещи, мне ничего не оставалось кроме как отправится на поиски горячо любимых родичей. Осталось только вспомнить куда идти…
– Элагим, – крикнула я, срываясь на бег. – Как я рада тебя видеть, ты не представляешь Элагим!
– Госпожа, – учтиво кивнул дворецкий, остановившись посреди коридора, дабы я могла его догнать. – Вы приехали в добрый час, господин будет рад видеть вас.
– Да? Где же он? Прошу отведи меня к отцу, Элагим.
Мужчина тепло улыбнулся и кивнул. Наш дворецкий Элагим был тем немногим, с кем я постоянно поддерживала связь, и кому действительно доверяла. А таких людей было ой как немного. Жизнь во дворце как-то напрочь отбивает это желание доверять кому попало. В замке поговаривали, что дядя Элагим настолько стар, что помнит время, когда в городе не сыскать было ни одних песочных часов. Из чего я в своё время сделала вывод: сейчас Элагиму Ларанжу должно быть лет четыреста. Ну в принципе все возможно! Он же маг и не слабый.
Но на самом деле все люди в замке обладали искрой дара, даже у горничных и конюха она была. Из чего можно сделать неутешительный вывод… Единственный человек без магии здесь это я!
– Господин в малой гостиной. Прошу последовать за мной.
Мы медленно прошли главный зал и свернули в коридор поменьше. Малая гостиная была вторым по величине залом, после, большой банкетный. Она была представлена в светло-серых и коричневых тонах. По бокам у стен стояли диванчики, на стенах висели картины изображающие то сцены охоты, то весёлые игрища. Хотя в целом, зал производил впечатление скорее отталкивающее. Здесь отец принимал гостей, устраивал игры на бильярде и в карты. Здесь же собирались и мачеха с подругами.
Сейчас их было человек двадцать: отец с самыми близкими друзьями и Ребекка с Присциллой в окружении фрейлин. Последние были одеты в одинаковые платья и постоянно передвигались, поэтому определить сколько их было на самом деле крайне затруднительно.
Мы возникли на пороге и остались незамеченными, пока Элагим не выдвинулся вперёд и не объявил:
– Леди Айриша Навара.
Обернулись все. Я осмотрела и кивнула всем, не обращаясь конкретно не к кому. Моё предложение освобождало придворных от расшаркиваний. Чем я без зазрения пользовалась.
– Айришенька, дорогая, я так рад тебя видеть! – воскликнул отец поднимаясь со стула.
В рядах друзей произошел сдвиг: вперед выдвинулись молодые и похоже не женатые. Фрейлины перестали носиться как угорелые и теперь в упор рассматривали ещё одну госпожу. «Всего их семнадцать», – со внутренним удовлетворением отметила я.
Тем временем отец подошёл ко мне и с силой притиснул к груди.
У меня потемнело в глазах и я умоляюще прохрипела:
–Прошу вас папенька не сжимайте так сильно. У меня же там сломанное ребро! – чувствуя, что если отец сейчас же не отпустит я самым неподобающим образом шлёпнусь в обморок. А ещё и это ребро. Его конечно подлатали магически, но оно всё равно ощутимо ныло, особенно если меня давить. Хотя жить оно и не мешает. Признаться, его сломанности я и не чувствовала. Ну по крайней мере до того, как меня чуть не превратили в блин.
Причиной моего столь плачевного положения, стала дурная голова и поездка верхом на волколаке, по одному из нечистых болот. Отдельно надо отметить ещё и то, что волколак был против.
– Что с тобой? – испуганно взревел родитель немного отстранившись и пытливо всматриваясь в моё побелевшее лицо. А я… Я почувствовала что у меня есть ребра. Просто обычно воспринимаешь себя как-то в комплекте, а сейчас отдельно была я. Отдельно мои ребра.
– Я очень устала с дороги папа. Да и три ночёвки на земле подряд не особо способствуют хорошему самочувствию.
Отец кивнул и повернувшись к мирно ожидающему неподалёку Элагиму сказал, чтобы мне приготовили мою комнату. Признаться, не думала что за пять лет что я не живу в родовом замке здесь ещё осталась моя комната. Меж тем дворецкий кивнул и вышел распорядиться о моем заселении. А меня пригласили поговорить в отцовский кабинет дабы нам не мешали. Гости были не против, точнее Ребека величественно кивнула, изобразив что-то отдалено напоминающее приличный полупоклон. Присцилла мило улыбнулась, намекая что мы ещё успеем поговорить. А друзья вернулись к оставленному разговору, потеряв ко мне всякий интерес.
( Глава 3)
В кабинете меня усадили на мягкое кресло и с почестями вручили бокал крепкой гномьей настойки. Отец расположился в кресле рядом, и глотнув из стеклянного фужера кроваво-красную жидкость, и улыбнувшись сказал:
– Думаю не стоит тебе доченька злоупотреблять крепким алкоголем.
– Не бойтесь отец: как будущую тень первого советника меня научили многому, в том числе пить не пьянея, – улыбнулась я, с содроганием вспоминая все те литры, что пришлось вылакать до того, как алкоголь перестал затуманивать мой разум. В общем то сейчас мне трудно сказать сколько прийдётся выпить, чтобы действительно напиться.
– Ага. Вот чему оказывается учат в академии на направлении боевых магов, – возмутился батюшка, только в глубине мудрых глаз блеснули алые смешинки. – Скажи честно, ты поступила в академию, чтобы научиться правильно пить?
– Ну… – я опустила глазки в ковёр, – как сказать… Это в общем близко к истине.
Некоторое время мы молчали. Каждый думал о своём. Я вспоминала сложные годы обучения. Та Айриша, что пять лет назад попала в академию высшего искусства, осталась в прошлом. Новая я стала другой, сильней можно сказать, искушенней во всем. Я усмехнулась. Да, виконтесса Ольфилд до сих пор расхлябывает последствия сплетённых мной интриг. Не буду хвастать но это моё лучшее дело!
– Ты надолго? – спросил отец прервав игру в молчанку. Я пожала плечами. В общем скрывать не имеет смысла…
– Сегодня же отправлюсь к северной границе. Хочу провести пару недель в своём домике.
– Сегодня же?
– Да. Сейчас мне необходима помощь родной земли. В доме где я жила до отъезда… там моя связь с землёй особенно сильна. Это должно помочь. Ты же заметил, что стало с моим магическим резервом. Столичный целитель говорит, что пройдёт четыре месяца, прежде чем он полностью восстановится, – напрямик высказала я. Он поймёт. Отец сильный маг и знает к чему может привести полное магическое истощение, сам не раз был на грани.
– Что-то случилось в столице? Куда ушёл весь твой резерв?
– Попытка государственного переворота. Сын императора решил, что отец слишком засиделся на престоле. На их стороне было много сильных магов, – пожала плечами я.
– Никлауса казнили?
– Разумеется! А с ним ещё пятеро организаторов, остальные либо сосланы на рудники, либо мертвы.
– До нас медленно доходят новости.
– Ничего удивительного. Император пожелал оставить этот неприятный инцидент. Слишком высокие люди вовлечены в конфликт. Думаю в ближайшее время нас всех ждут репрессии и проверка на вшивость. По крайней мере Норт будет выступать за полное магическое дознание.