Сага о параллельных мирах. Книга 3. Спасти Аквамарина

1. Странный ужин

Друзья уже почти уснули, когда появился Абдула.

«А можно нам сюда телек, соньку и несколько стрелялок, а то чтобы со скуки не умереть, нам придётся целыми днями спать, а много спать вредно»,– Юрий не дал шаману даже рта раскрыть.

«И я рад вас снова видеть. Это все пожелания?»– он демонстративно повернулся к двери, будто собрался уходить.

«Хотя бы занавески, не то чтобы я придирался, но мрачновато здесь, мы же не заключённые, а гости, какое может сложиться впечатление о хозяевах»,– Артём не хотел ни с кем ссорится, но и жить в тюрьме, после, привычной ему, атмосферы родительского особняка не хотелось.

«Хорошо, в ближайшее время мы подумаем о том, как превратить этот карцер во что-то, что хоть отдалённо можно будет назвать домом, а пока пора на ужин»,– он жестом показал следовать за ним в двери.

Есть им хотелось, но слова Абдулы о чистой энергии, перебивали аппетит.

Столовая представляла собой квадратную комнату средних размеров в изумрудно зелёного цвета мозаике. Стулья белого цвета со спинками и сидениями в цвете, повторяющем цвет стен. Ножки огромного стола были белыми, в то время как столешница по цвету не отличалась от цвета стен и обивки стульев.

«Здесь только восемь стульев»,– пересчитав несколько раз, чтоб убедиться, что он не ошибся, Юрий с недоумением посмотрел на Абдулу.

«Да, Роберт не ест в столовой, да и вообще ни кто ни разу не видел, чтобы он что-то ел»,– на спинках стульев под золотыми коронами золотыми нитками были вышиты имена. Сначала ребята отыскали взглядом стул Бронтеса, после – Абдулы, имена на остальных – для них пока были только именами: Аквамарин, Баффи, Волтер, Роберт, Роджер, Форест и мистер Грей.

«Присаживайтесь»,– Абдула кивнул головой.

«На любое место?»– уточнил Артём, он не любил непорядок и склоки, и не хотел кому-то помешать.

«Не думаю я что Баффи, Форест или кто-то из этих ребят придут сейчас, чтоб прогнать тебя со своего места, но на место Бронтеса садиться, думаю, не стоит. Да и мне на моём месте как-то сподручней, другие места можете занять»,– шаман подошёл к чему-то, что, по мнению ребят, должно было быть холодильником, четыре раза он открывал и закрывал дверцу, подавая по очереди каждому из друзей пакетик наполненный воздухом и завязанный ленточкой.

«Это шутка? Как это есть?», Юрий перекидывал пакет с руки на руку, как воздушный шарик.

«Это не едят, это вдыхают»,– Абдула поднёс пакет поближе к носу, и дёрнул за кольцо, но пакет не сдулся после открытия.

«Ха ха хорошая шутка! Воздух понюхай и не умрёшь с голоду»,– Юрий поднёс пакет к носу и снова отодвинул.

«Я не шучу! Как часто люди сталкиваются с проблемой катастрофической нехватки времени. Не хватает времени, чтобы приготовить, а порой даже съесть еду. Это самое лучшее решение, три вдоха и ты снова активен! В нашем мире, когда мы были очень заняты и не могли сесть и нормально поесть, только эти пакеты нас и спасали. Кстати, благодаря этому моему изобретению, мы смогли полностью разорвать отношения с остальным миром. До этого момента поставлявшим нам продукты на технологии, и мешавшим нам в полной мере заниматься любимым делом. Мы смогли полностью посвятить себя науке, настоящей науке, а не прикладной, подстроенной под нужды жителей нашего мира и не имеющей ничего общего с нашими желаниями и устремлениями»,– Абдула раздулся от гордости.

В столовую зашёл Бронтес. Он тоже открыл дверцу и проговорил тушёнку мне, пожалуйста, с макаронами. Ребята оживились, они решили, что на корабле есть нормальная еда, а Абдула просто шутит над вновь прибывшими, но очень сильно расстроились, увидев в руках у Бронтеса такой, же пакет как и у них, только ленточка у него была коричневого цвета. Он, не мешкая, сорвал её. Тремя жадными глотками втянул содержимое, и в руках великана ничего не осталось кроме ленточки. Он выдвинул лоток в верхней части холодильника и опустил ленточку.

«Доедайте, и милости прошу в мою лабораторию»,– Когда Бронтес вышел, парни, молча, смотрели ему в след».

«Я же вам сказал, что наша еда – чистая энергия – и само содержание, и внешняя оболочка, внутри находится разреженная энергия, а в так называемом «пакете» концентрат. Первым вдохом мы вдыхаем то, что находится внутри. Часть концентрата занимает освободившееся место, и мы его вдыхаем на втором вдохе, а после третьим самым глубоким вдохом завершаем процесс. Наш корабль может сотни лет провести на орбите, производя энергетическую пищу, и при этом ни одной обёртки, банки или грязной тарелки. Мы не вредим окружающей среде. Энергия растворяется целиком и не загрязняет окружающий мир. Топливо для корабля сделано по тому же принципу. А если б мы продолжали трудиться над желаниями жителей нашего мира, когда б мы работали над безопасными технологиями»,– Абдула жестом указал ребятам на их пакеты.

Юрий всё ещё мешкал, перекладывая пакет из одной руки в другую, не зная, стоит ли ему его пробовать.

Ян же наоборот, как только взял пакет, сразу открыл и глубоко вдохнул: «А ты переживал, что без мороженого нас оставил. Не обижайся Юр, но это даже вкусней мороженного, которое подают в кафе твоей мамы. Хотя всю жизнь я думал, что ничего вкуснее мороженого тёти Клары быть не может,– он с жадностью вдохнул ещё два раза,– кажется, я объелся»

После этих слов друзья один за другим вскрыли свои пакеты.

«Фруктовый салат с апельсином. У меня аллергия на цитрусы!»– проворчал Артём.

«У ботана аллергия на фрукты. Ха-ха,– Костик вдохнул первый раз,– курочка с жареной картошечкой».

«Лучше б ты молчал!»– Артём обиделся на Костика, толи за то, что он обозвал его ботаном, толи за то, что он оказался удачливее.

«Не обижайся. Давай, махнёмся, не глядя»,– они обменялись пакетами и Артём с довольной улыбкой, молча, донюхивал ужин Костика.

Костик вдохнул два раза салат: «Сейчас бы чайком занюхать!»

«Кто же нюхает жидкость? Вы что захлебнуться хотите?– возмутился Абдула и достал маленькие бутылочки,– Употребляем только через рот!»

Юрий всё ещё медлил, и ребята смотрели на него с немым возмущением: «Какой вкус у тебя?»

«У него пельмени»,– Абдула улыбнулся в ожидании следующего вопроса.

Юрий, как обычно не воспринимавший ничего на веру, попробовал: «Идеальные пельмени. Специи что надо. А мясо. Мясо по ходу говядина?»

«Ага,– хихикнул Абдула,– сами ростим, сами доим, сами режим и готовим».

«Вот это ты рифму загнул!»,– восхищённо произнёс Артём.

«А в правду, где вы берёте ингредиенты, ведь сам говорил, что животных уже давно не держите»,– Константин просто хотел поддержать разговор.

«Ты когда-нибудь думал, что энергия имеет вкус. У разной энергии вкус разный, соединив даже две энергии в разных пропорциях можно получить несколько десятков знакомых с детства вкусов, а если мы будем соединять три, то наши возможности окажутся безграничными. Но это лишни затраты времени и сил».

«А как на счёт калорий? Кое-кому из нас надо следить за фигурой»,– он толкнул Костика локтём.

«Ну-ну, тише на поворотах, а то под каток попадёшь»,– отозвался тот.

«На самом деле, когда речь идёт о чистой энергии, то калории считать не приходится, это сбалансированный вкус и заряд энергии которого хватает ровно на сутки. Завтра в это же время поедите и ни грамма лишнего не наберёте».

«За такой рецепт мороженого или пельменей любая хозяйка душу продаст»,– Ян погладил свой живот.

«А как же витамины и макроэлементы, ведь еда, это не только энергия?»– Артём подошёл к этому вопросу с практичной позиции.

«Это всё находится в пакете в необходимой концентрации. Как и при потреблении обычной еды, ты получаешь всё необходимое. Плюс нашей еды в том, что, не смотря на то, мороженое ты ешь или рыбу, за три вдоха ты получаешь суточную дозу всего необходимого организму. Только для того чтобы всё хорошо усвоилось, нужна вода. Вы пейте не стесняйтесь»,– он подвинул бутылочки поближе к друзьям.

2. Жидкость в бутылках с цветными крышками

«Что это?»– недоверчиво посмотрел на него Юрий.

«Вода, чистейшая вода, которая наполнит ваш организм бодростью и вымоет из него всё ненужное и вредное».

«Фу! Вода! Это же невкусно!– Юрий брезгливо поморщился.

«Это очень полезно. А на счёт невкусно, сначала попробуй»,– и Абдула протянул ему бутылку.

Ребята так же взяли бутылки.

«Не очень экологичная тара»,– Ян постучал по бутылке, раздался звон стекла.

«Смотрите на меня»,– Абдула провернул крышку по часовой стрелке. Из горлышка появилось что-то напоминающее трубочку из прозрачной пластмассы. Три раза со звуком, с которым обычно дети осушают маленький пакетик сока, он потянул по трубочке жидкость, и бутылка исчезла в воздухе. В руках шамана осталась только крышка зелёного цвета.

«Куда она делась?»– Ян смотрел на Абдулу как на фокусника, который вот-вот откроет свой секрет.

«А хочешь, я угадаю,– не дав ответить, перебил Юрий,– бутылка- концентрат воды. Принцип тот же что и с едой. Безотходное производство!»

«Не угадал. Вся жидкость в этой бутылке – концентрат, ведь в этой маленькой таре содержится суточная норма, три литра, и выпить такой объём за один раз невозможно. Мы изменили структуру воды, свернули молекулу так, что она как чёрная дыра втягивает в себя определённое количество таких же молекул. Из этих молекул чёрных дыр мы сложили паровозик, по трубочке этот паровозик проникает внутрь организма. Бутылка по плотности своей внутри и снаружи одинакова, монолитна, так как молекулы набитые молекулами становятся очень твёрдыми. Попадая в организм, они по очереди начинают разрушаться, отдавая накопленные в них молекулы. На сутки организму надо две тысячи таких молекул. Вот по этой причине я не рекомендую совать это в нос. Так как в носу намного суше, то молекулы будут разрушаться намного быстрее, и представьте, за секунды к вам в нос попадёт целая банка воды»,– Абдула радовался, что смог удивить ребят.

«Ты всё время говоришь о безотходном производстве, а это тогда что?»– Юрий протянул синюю ленточку от пакета.

«Это не отход,– он открыл ящик, в который до этого положил свою ленту Бронтес, и опустил туда ленту Юрия и крышку, от только что выпитой воды. Они словно намагниченные, еле касаясь дна ящика, разлетелись в разные отсеки,– можно было бы обойтись без них, но как бы мы тогда отличали абсолютно одинаковые на вид пакеты. Дайте мне ваши ленточки. Каждая лента обозначает конкретный вкус: розовая – мороженое, зелёная – салат, жёлтая – жареная картошка с курицей, а синяя – пельмени».

«Коричневая – макароны с тушёнкой»,– добавил Ян.

«Да, остальные вкусы пусть останутся для вас пока тайной, иначе будет неинтересно. С бутылками – так же. Пейте, меняйтесь впечатлениями о вкусе. А ленточки и крышки не забывайте складывать в ящик, там они сортируются и используются повторно. Сначала мы не хотели изобретать ни каких ленточек и крышек, но вкус оказывался неожиданностью, а наша команда не всеядна,– он немного подумал и добавил,– ну, за исключением Бронтеса. Я ем в основном овощи. Аквамарин – только морскую рыбу. Баффи, не ест ничего кроме мяса, предпочитает сырое. О диковинных вкусах других членов команды я даже говорить не хочу. Вот и пришлось нам выработать общую цветовую систему».

«Да не хотелось бы мне напороться на вкус сырой крольчатины»,– поморщился Костик.

«Кролик – диетическое мясо»,– попытался подбодрить его Юрий.

«Не стоит так переживать, мы не зря едим по времени, если вы будете каждый вечер приходить сюда в это время, то меню вас приятно удивит вкусовым разнообразием, а не экзотическими экспериментами. Но вот в обед я б не рекомендовал вам здесь появляться, если не хотите узнать каковы на вкус дождевые червяки или слизни, да и утром не заходите, чтоб не узнать на вкус целебную грязь или болотную жижу».

Ребята поморщились. И открыли бутылки. Вкус воды порадовал всех. Под синей крышкой оказалось молоко, под красной – вишневый сок, жёлтой – чай с лимоном, под чёрной – горячий шоколад.

«Если не секрет, то какой вкус спрятался под крышкой зелёного цвета»,– спросил Константин, который любил поесть, но выбирал из длинного списка только самое вкусное, именно поэтому, очень любил ходить после уроков в гости к Юрию, родители которого были владельцами кафе в центре города. Мать Юрия сажала их за столик и подавала меню. Костик мог по полчаса задумчиво листать страницы, а после – назаказывать кучу вкусного, и почти час поглощать, с аппетитом, и комплиментами шефу.

«Лимонад. У вас его кажется «Спрайт» называют. Остальные вкусы не узнаете, пока сами не попробуете,– Абдула хитро улыбнулся,– хватит нам чаи гонять. Бронтес ждёт нас в лаборатории».

3. Комната для четырёх друзей

На этот раз дверь будто нарисовалась чёрным карандашом на белой стене, шаман подошёл, и потянул за ручку. Жестом указал ребятам следовать за ним. Артём собрал все ленты и оставшиеся крышки, сунул их в ящик и закрыл. Раздался приглушённый звук движущихся предметов. Остальные ребята уже вышли из столовой, а Абдула ждал Артёма, зайдя следом за ним, он закрыл дверь, на удивление, дверь так и осталась на стене. За дверью был широкий коридор, друзья ушли далеко вперёд, но Абдула их окликнул, после повернулся лицом к стене, и на ней стала вырисовываться ещё одна дверь. Приоткрыв её, он произнёс: «Это ваша, простите за каламбур, спальня. Я подумал о вашей просьбе. Чтобы не сильно скучать по дому, когда появляется новый король, он создает вместо комнаты прошлого короля, интерьер комнаты в которой он провёл свою прошлую жизнь. Проблема только в том, что вас четверо, а комната одна, сможете ли вы договориться».

«Это как раз не проблема. Если можно создать интерьер комнаты, то я не думаю, что кто-то будет против, если, вместо этого серого и холодного карцера, мы поживём в комнате летнего лагеря для детей- гениев, в котором мы в первый раз встретились и после которого так и не смогли расстаться»,– предложил Ян.

«А ведь и вправду, похоже, мы тогда и кровати так же между собой поделили»,– хихикнул Костик.

«Но там за окном был такой чудесный вид, и море и горы, а здесь даже окна нет»,– Артём глубоко вздохнул.

«Ну, допустим и окно и море и горы я вам обеспечу, не настоящие конечно, но от настоящих не отличишь, все согласны с этим предложением?– в ответ все кивнули головой,– Вот и хорошо. Только чтобы волшебство сработало, вы должны все вмести вспомнить это место».

Абдула достал из кармана палочку. И взмахнул ей. Интерьер сразу преобразился.

«Это что, волшебная палочка?»– Юрий не мог в это поверить.

«Нет, не волшебная. Единственный её смысл вытаскивать из памяти воспоминания и превращать их в реальность. Фокус, чтобы впечатлить новичков. Сейчас я её хранитель, до тех пор, пока не удивлю вновь прибывшего короля и не передам её ему по наследству».

«То есть, всё, что здесь есть, просто иллюзия?»– Ян истолковал сказанное Абдулой, не совсем верно.

«Если иллюзия, то очень качественная, да из домика вы не выйдете, в море не искупаетесь, и в горы на прогулку не сходите. Однако, на этом стуле вы сможете посидеть, и даже посмотрите этот телевизор, но только тот фильм, который на нём вы смотрели в реальности, если все удовлетворены, то пойдём дальше».

Выпустив всех из спальни и прикрыв дверь, Абдула развернулся к противоположной стене: «Уборная. Вдруг вы тоже окажетесь не всеядными».

Следующие, появившиеся в стене двери, вели в бассейн, спортзал, комнату медитации, медицинский отсек, по крайней мере, так его назвал Абдула. Это была белая комната с белым креслом в центре. Ещё здесь была библиотека и комната, в которой стояли четыре компьютера. На стене висел огромный монитор. Последней комнатой была комната визуализации. В ней во всех подробностях можно было воспроизвести любой из миров, для более точного изучения. Напротив столовой была огромных размеров дверь, туда с самого начала и устремились трое друзей.

Когда дверь открылась, друзья увидели огромных размеров лабораторию, в ней без каких либо сложностей смог бы работать даже не уменьшенный до человеческого размера Бронтес.

Циклоп стоял у стола с реагентами. Единственный его глаз защищало что-то очень напоминающее маску сварщика. Только сделана она была из неизвестного ребятам материала, слегка подсвечивающая всё вокруг голубым светом.

Ян не смог удержаться, чтобы не подойти поближе. Все реагенты были ему хорошо знакомы.

«Ты сейчас работаешь над топливом для корабля?»– спросил парень.

«Да! Неужели здесь хоть кто-то хоть что-то понимает в химии?»– удивился Бронтес.

«Я знаю химию от и до. Все формулы хранятся у меня в голове. Но я не думал что в вашем мире обозначение химических элементов такое же как в нашем,– он задумался и достал из кармана листок, на котором Абдула писал им формулу топлива для корабля,– если это не формула, то что это тогда?»

«Ах это…– Бронтес потянул время, пытаясь придумать что-то правдоподобное,– Абдула перепутал бумажки и отдал вам список покупок»

«Покупок?– переспросил Юрий,– Ну вы же короли и с другими людьми не общаетесь?»

«Мы королями не рождаемся. Сначала мы живём в обществе, у нас есть семья, друзья. Вы не поверите, но даже я когда-то ходил в магазин,– он посмотрел вверх с таким видом, будто ему очень тяжело вспоминать об этих позорных страницах его жизни,– и даже убирал в своей комнате. Видно этот листок завалялся ещё с тех пор. Ох уж эти гении! Вечно всё путают».

«Спасибо»,– шевеля только губами, поблагодарил Бронтеса Абдула.

«Ну, тогда всё ясно!»– Ян был удовлетворён объяснениями великана.

«Раз вы решили здесь задержаться, то чувствуйте себя как дома. Ян, ты можешь приступать к экспериментам. Для путешествия вам понадобится приготовить пару таблеток топлива. Не люблю, когда лишнее потом валяется в моей лаборатории,– еле заметно он кивнул Абдуле головой в сторону выхода,– а мы с вашего позволения, ненадолго вас оставим. Надо проверить оборудование в столовой, а то мне кажется, попалась вчерашняя вермишель. Надо определить оборудование испортилось или генератор»,– ребята закивали, им и самим не терпелось остаться одним и поделиться впечатлениями.

4. Единожды солгавший

«Это не корабль, а мечта,– начал Ян, отмеряя реактивы по только что пересчитанной им для двух таблеток формуле,– в такой лаборатории я бы и жить остался. Любой алхимик согласился бы со мной, из тех реактивов, что стоят на полках можно хоть золото, хоть эликсир бессмертия создать».

«И еда здесь просто улёт!»– подхватил Константин.

«Нет, дружок, еда это то, что едят ртом, а это как назвать ума не приложу. Хотя ты прав. Нереально вкусно! Может, я сплю?»– отозвался Юрий.

«В таком случае мы все спим, и спим мы гораздо дольше, чем спала спящая красавица. Интересно книга рекордов Гиннеса этим заинтересуется?»– хихикнул Артём.

«Как думаете, когда топливо будет готово, наше путешествие, наконец, начнётся?»– Ян осторожно выливал жидкость, над которой клубился пар в пробирку с жёлтым порошком.

«Думаю, скоро мы полетим к приключениям,– Юрий посматривал на входную дверь,– интересно, куда они ушли?»

«Посекретничать,– наконец смог высказать долго грызшую его мысль Артём, в отличие от друзей он замечал обычно даже самые незаметные перемигивания,– мне кажется, они нам кое-что не договаривают».

«Артём, ты как всегда излучаешь оптимизм,– перебил его Юрий,– мы могли улететь, но это вы уговорили меня остаться. Хотя эта парочка действительно странная».

« Ха, ха, ха. Гениально! Циклоп и человек, который если вспомнит, что дружил когда-то с динозаврами, будет близок к правде, и абсолютно не соврёт, если скажет, что нянчил первых людей на Земле. Ещё б им не казаться странными. ну разве что только если вы каждый день видите уменьшающихся до размера человека великанов, или бессмертных шаманов»,– Ян пытался найти рациональную причину их страхам.

«Нет, не в этом дело. Слишком много секретов и загадок. Ладно, жизнь покажет»,– и он пошёл в другой конец лаборатории, делая вид, что читает надписи на пузырьках и банках, стоящих на полках.

После того как Абдула и Бронтес скрылись за дверью, вопреки сложившейся традиции молчание прервал шаман: «Зачем ты меня позвал? Ты же знаешь что ни в генераторе, ни в энергии я ничего не понимаю, да и помочь тебе в починке аппарата я не могу».

«Я-то знаю! А ты, мне показалось, забыл. Зачем ты дал им ту бумажку? На такой мелочи прокололся. Долго ли ты сможешь ещё играть роль великого учёного? Надо быть, а не казаться»,– голос циклопа резко повышался, а потом, боясь быть услышанным друзьями, он понижал его до шёпота.

«Так ты из-за этого на меня злишься?– выдохнул с облегчением Абдула,– Так надо было для дела! Иначе б я так и водил сейчас бедуинов по пустыне, а ты б сидел здесь один. Позже я обязательно им правду расскажу. Пусть пока считают меня заклинателем энергии, ведь Роджер врядли обидится».

«Надо быть, а не казаться. Если вдруг реально что-то сломается, как ты будешь выкручиваться. Ладно, с топливом для корабля, но зачем ты про чистую энергию соврал?»,– голос возмущённого Бронтеса уже плохо поддавался.

«Да тише ж ты,– он прижал палец к губам,– Понимаешь, среди вас я чувствовал себя белой вороной, казалось, вы знаете всё и обо всём, такие деловые, опыт, эксперимент, снова опыт. А я, как глупенький, только по клавишам компьютера стучу с утра и до вечера».

«Глупенький? Ты наш компьютерный гений. От тебя зависит работа нашего корабля, да и как бы мы без твоих компьютеров сохраняли результаты наших исследований, к тому же ты перевёл в электронный вид, все исследования наших предшественников, и упорядочил их, а то б они так и валялись разрозненными на полках. Поверь, не один из нас, не считает тебя бесполезным и уж подавно глупеньким»,– он похлопал Абдулу по плечу.

«Эти мальчишки заглядывают мне в рот, и ловят каждое моё слово, неужели ты думаешь, что если б они узнали что я обычный программист, они не изменили бы ко мне своего отношения»,– лицо Абдулы стало печальным.

«Поверь, эти мальчишки тебя уважали задолго до того, как ты дал им ту бумажку. И не за знания и изобретения, а за твою жизненную позицию. За упорство, с которым ты идёшь к цели, за умение подобрать нужные слова, и за твою самоотдачу»,– эти слова были сказаны тихим голосом, искренне и от души. Бронтес уже не злился.

«Это просто слова! Ты же видишь, они щеголяют друг перед другом своим умом, единственный шанс привлечь их внимание, быть, или казаться умнее, чем они»,– казалось ещё немного, и потекут слёзы.

«Хорошо, я им правду не скажу, но за других королей я обещать не могу. Чем раньше ты признаешься, тем меньше шансов навсегда остаться в их глазах лжецом. Ты уже на крючке! Артём, кажется, мне не поверил»,– Бронтес был внимателен к мелочам, и заметил в глазах Артёма скепсис.

«Я писал записку по памяти, и мне казалось, что формула, которую я видел в журнале Роджера, выглядела именно так. Наверно я чего-то перепутал. А ты здорово придумал со списком, ты меня в этот раз действительно спас. Спасибо».

«Ну, мы же друзья. Пойдём к ребятам. А впредь будь осторожней. В следующий раз меня может не оказаться рядом. И ещё, раз уж я тебя выручил, мне нужна ответная услуга,– Бронтес слегка смутился, не каждый раз он кого-то просит. Обычно он просто отдаёт приказы, а остальные их выполняют, но раз уж они теперь вроде как друзья,– поможешь с презентацией? Сколько не стараюсь, а компьютер меня не слушается».

«Пять минут, и всё будет готово, можешь пока присесть,– Абдула придвинул два кресла к компьютеру и зашуршал по кнопкам,– ну вот и всё. Если хочешь, мы её ещё раз проверим».

«Мне и так всё нравится,– Бронтес кинул обиженный взгляд на компьютер,– и почему я не могу, так как ты?»

«Ну, если б ты мог, так как я, то мне бы пришлось, так как ты,– хихикнул Абдула,– так что, лучше пусть всё остаётся, так как есть».

5. Считалочка

Когда Абдула и Бронтес вернулись в лабораторию, таблетки уже были готовы.

Юрий очень надеялся на то, что Бронтес сразу отдаст приказ сесть на корабль и лететь в очередное окно на поиски очередного короля.

Остальные тоже надеялись, что операция по спасению, если ещё не началась, то завтра начнётся обязательно, а через неделю- другую они с чистой совестью смогут отправиться к своей семье.

Но, по лицам вошедших, друзья быстро поняли, что им предстоит долгая кропотливая работа. И таблетки – это только первый шаг, или даже шажок на этом нелёгком пути.

«Командуйте дальше, шеф!»– Юрий выхватил, таблетки из рук не успевшего опомниться Яна и вложил в ладонь Бронтеса, осматривающего парней с видом строгого учителя.

В довершение этого образа тем же строгим голосом циклоп спросил: «Артём, Константин, вы не передумали?»