Три желания

1. Вместо предисловия.

Эта история, больше похожа на сказку со счастливым концом, и кто-то уверенно скажет, как известный всем режиссер: «Не верю!»

Другие же, поверив в реальность этого события, начнут жалеть того, или иного героя, обсуждая и осуждая действия других. Именно по этому, хоть история произошла не так уж давно, но своё повествование, я хочу начать издалека, из того времени, когда ни одного из главных героев этой истории ещё и на свете то не было. Ведь только в этом случае можно понять и прочувствовать нелёгкую судьбу каждого из них, и не опустится до банального суждения. Ведь не судите, да и не судимы будете.

2. Три семьи. Три светлых повести о любви и детях.

Итак, на дворе был 1985 год. Маленький рабочий посёлок на берегу небольшой речушки где-то в Центральной России. Да и название у него было соответствующее- Заречный. Все жители поселка работали на одной небольшой ткацкой фабрике, выполняющей госзаказ. Специально для них были отстроены пара общежитий и три пятиэтажных дома.

Одними из первых переселенцев, была семья Задворкиных. Глава семейства, Иван Петрович, был весьма перспективным молодым человек. За короткое время он прошёл путь от разнорабочего на строительстве этой фабрики и простого рабочего до начальника цеха. Причиной этого стал скорее не природный талант, а высокая работоспособность, амбиции и желание доказать тёще, Федотовой Людмиле Васильевне, профессору медицинских наук одного из питерских НИИ, что он заслуживает более уважительного к себе отношения.

Когда он, будучи студентом ПТУ, начинал ухаживать за её дочерью, женщина сразу дала ему понять, что не о таком зяте она мечтала.

Часто сидя за столом при Иване она причитала: «Ох, был бы жив Илья, полюбовался бы. Таких женихов Наташка отшивала. И что она нашла то в тебе? Ни рожи, ни кожи, ни денег, ни перспектив!».

Наталья сама по себе была очень простой девушкой, не в мать. Да и характер был упрямый, в отца. Всегда добивалась своего. Она сама первая приметила Ивана и сделала все, чтоб он её заметил.

Иван отличался от других. Красивый, высокий парень, с открытой улыбкой, и в то же время слегка отстранённый, по-детски стесняющийся и смущающийся любого женского взгляда в его сторону, зацепил её сердце.

При первом взгляде на него, её сердце замерло, и она решила, что он будет только её. После этого её жизнь превратилась в охоту. Она выслеживала его, где только могла и старалась лишний раз попасться на глаза. После очередной неудачной попытки обратить на себя внимание, Наташка пошла в наступление. Сделав вид, что споткнулась, она буквально растянулась возле его ног. Парень нагнулся, чтоб помочь ей встать, и тут их обоих, будто искрой прошибло.

Не проходило и минуты, чтоб они не думали друг о друге. Теперь встреч искал уже сам Иван. Студентка первого курса педагогического института прочно засела в сердце молодого человека. Набравшись смелости, он первый подошёл и пригласил её в кино. Так и гуляли они до вечера. У них нашлось много общих тем. И на следующий день они договорились о новой встрече.

Когда началось строительство фабрики, парень с однокурсниками на каникулах помогал на стройке. С первой зарплаты он купил кольцо и два букета и пошёл знакомиться с будущей тёщей.

С этого момента у них в семье закрепилась традиция, на каждый праздник он стал дарить жене драгоценности. Она их носила редко, чаще складывала в шкатулку. За 10 лет совместной жизни их скопилось немало.

Родители Ивана жили в селе, и надеялись, что сын скоро устанет от города и вернётся, но, парень решил остаться. Когда фабрика построилась и начала работать, Иван устроился туда наладчиком, а Наталья в местную школу учителем литературы. Сыграли свадьбу. Закипела семейная жизнь, и все было хорошо. Вскоре Наталья узнала, что ждёт ребёнка. Иван был на седьмом небе от счастья. Он взял на себя все дела по хозяйству. Обеспечил жене покой и уют. После работы за руку они шли к речке подышать свежим влажным воздухом. И с нетерпением ждали появления дочки. Никто из них не мог сказать, почему, но оба были уверены, что это будет именно девочка.

Другая семья из фабричного посёлка появилась совершенно спонтанно. И Геннадий Буранов, и Ирина Гладких – воспитанники детского дома, после его окончания оба поступили в ПТУ. Она на повара, он на слесаря. После окончания ПТУ оба приехали работать по профессии на фабрику. Им дали соседние комнаты. После пары свиданий Ирина поняла, что она беременна. Вопреки уговорам Геннадия, Ирина наотрез отказалась делать аборт. А Гена, как честный человек обязан был жениться. Для себя еще в детском доме он решил, что у его детей будет полная семья. Так эти двое и попали в загс.

Третья семья могла бы сложиться далеко от остальных. Студентка первого курса театрального училища Марина на танцах встретила высокого и статного выпускника военного училища Сергея, они были влюблены, и всё свободное время проводили вместе. Своей матери, Клавдии Семёновне Канарейкиной, он представил ее как будущую жену. Мать не возражала, была с Мариной приветлива и мила. Даже разрешила жить у них. Всё нахваливала будущую невестушку за аккуратность, прилежность и умение готовить.

Все домашние дела Марина с радостью взяла на себя. В доме всегда было идеально чисто. На кухне всегда пахло домашней выпечкой. Покладистая, послушная, почтительная к старшим, идеальная во всех отношениях невестка.

После учёбы они планировали свадьбу. Но их планы нарушила командировка Сергея в Афганистан. Он обещал сыграть свадьбу, как только вернётся с войны.

Уезжая, он просил мать позаботиться о Марине, и мать заботилась. Сергей писал письма с фронта. Через какое-то время Клавдия Семёновна стала замечать, что Марину подташнивает. Будучи врачом, она сразу поняла, что к чему, и даже обрадовалась, что станет бабушкой.

Заботливо покупала ей витамины. И, даже, отвела к гинекологу в свою поликлинику. Врач подтвердил её догадки. Из училища пришлось уйти. А тут в их дом постучалась беда, пришла похоронка. Летчик, сержант Сергей Канарейкин, был сбит во время учебного вылета.

Обе пролили над письмом немало слёз. Теперь Клавдия Семёновна все своё вниманиё отдавала ещё не рождённому ребёнку. Вскоре у Марины родилась двойня. Девушка назвала их Миша и Маша.

И тут Клавдию как подменили. У них в роду никогда не было двойни, да и чем больше она всматривалась в лица малышей, тем меньше они ей казались похожими на Сергея. Всё чаще сыпались в сторону Марины обвинения в том, что она их нагуляла.

Не выдержав упрёков, с месячными детьми на руках, девушка уехала домой к родителям. Но там её ждал такой, же холодный приём. Родители Нина Аркадьевна и Михаил Андреевич Крыловы не хотели позора, и за советом обратились к своей знакомой, Людмиле Васильевне. Женщина, по доброте душевной, рассказала им про маленький фабричный посёлок, где теперь с мужем жила её дочка. В ближайшее время, и сама Людмила Васильевна собиралась ехать туда на помощь дочке, которая со дня на день должна была родить.

Зять её был в хороших отношениях с начальством, и мог попросить за Марину, чтоб её взяли на фабрику, хотя бы уборщицей, а она эти пару часов могла б посидеть с детишками. На том и порешили. Через три дня Людмила Васильевна, Марина и малыши сидели в автобусе.

Марина смотрела в окно с полным безразличием, за неделю она потеряла две семьи, и не знала, что ждёт её впереди. Людмилу Васильевну она всегда побаивалась. Женщина напоминала ей своим придирчивым взглядом и нравоучительным тоном учителя на экзамене. Вот и сейчас отражение в стекле её испытующего взгляда заставило поёжиться и повернуться.

Но, вопреки ожиданиям, вместо нотации, она услышала, насколько это было возможным, нежный мягкий тон: «Не бойся девочка, мы, со всем справимся. Не раскисай. Ты нужна детишкам».

Дети сопели как два маленьких ангелочка, и за всю дорогу даже не проснулись. Толи от того, что плотно поели, толи чувствовали, что едут в место, которое по праву станет их домом.

Встреча с Ваней и Наташей была тёплой и Марина тоже поверила, что все будет хорошо.

Им с Людмилой Васильевной постелили в одной комнате. Так как в детской всё ещё был незавершен ремонт. Детки, выспавшиеся в дороге, своим криком периодически будили всех жильцов квартиры. А на следующее утро Марина, первый раз в жизни вышла на работу. Её сопровождал Иван. Сначала он представил её руководству, затем показал где взять инвентарь. Провел по цехам.

Да, фронт работы был не маленький. Но за неделю всё заблестело чистотой. Даже, с работой, казалось бы, простой уборщицы девушка справлялась так, будто эта работа была мечтой всей её жизни. Наталья была всегда улыбчива и приветлива. Даже рабочие, казалось, начали стараться мусорить поменьше.

И начальство обратило внимание, и по возможности старалось поощрить её премией, зная о том, что она растит одна двоих детей.

Ване часто в шутку задавали вопрос, где он откопал такое золото. А как только на этаже рядом с Ваней и Наташей освободилась двухкомнатная квартира, Марину с детьми из комнаты, которую дали им на время, переселили в неё. Так Задворкины и Крыловы стали соседями.

Переехав, Марина первым делом настряпала пирожков, и позвала Задворкиных и Людмилу Васильевну в гости на чай. Она была им очень благодарна, что они не отвернулись от неё, в тот момент, когда от девушки отвернулась даже семья. Так и начали дружить семьями.

Через неделю Наталья родила девочку, которую назвали Катей. Теперь Наталья и Марина вместе гуляли с детками во дворе. Несколькими неделями ранее у Геннадия с Ириной родился сын Вова. И они тоже переселились в однокомнатную квартиру в соседнем доме.

Ирина держалась особняком, а Вова любил играть с соседскими детками. Так и гуляли эти четверо вместе и даже не подозревали, какие испытания готовит для них жизнь.

3. Возвращение к нормальной жизни.

В два года деток отдали в сад, и снова понеслась жизнь. Ирина вернулась в фабричную столовую, Наталья- в школу, а Марина, так и осталась уборщицей, хоть ей не раз предлагали перевестись в столовую или ткачихой на производство.

Девушка отказывалась. Когда все были на работе, она часто заходила в гости к Людмиле Васильевне. Ей нравилось слушать истории об её питерской жизни, о Наташином отце. Ей представлялось, что если б Сергей был бы сейчас жив, то возможно и она б сейчас уже была б офицерской женой.

Марина помогала Людмиле Васильевне по хозяйству и делилась с ней самыми сокровенными мыслями. Женщина стала ей сразу и подругой, и матерью.

«Мариночка,– Людмила Васильевна заметила, что девушка в последние дни выглядит слегка усталой,– с тобой всё в порядке?»

«Думаю, да. Только по ночам бессонница мучает, а если даже и удаётся заснуть, то мне Сергей снится. Всё просит меня, чтобы я с его мамой помирилась. Но, я, то ведь с ней и не ругалась, это она меня за дверь выгнала, да и наговорила такого, что у меня и язык не повернётся повторить»,– Марина глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь успокоиться.

«Прости её, горе-то, какое, сына потерять»,– женщина погладила Марину.

«Я понимаю, но обвинить меня в измене… Я ведь до сих пор не могу на других парней смотреть. По той причине и стараюсь убраться быстрее, да быстрее с работы уйти. Поэтому и отказываюсь от других предложений по работе»,– девушка всегда говорила только правду.

«А знаешь, что я думаю? Напиши ты своей неудавшейся свекрови письмо,– предложила Людмила Васильевна,– расскажи ей обо всём, что накипело. Вдруг она хоть что-то ответит».

Марина вернулась домой, недолго подумала, и решила, что это единственный выход. Письмо получилось коротким, но зато от чистого сердца:

«Здравствуйте, милая Клавдия Семёновна. Как ваше здоровье? Очень надеюсь, что в вашей жизни всё хорошо. Часто думаю о Вас. Ещё чаще о Сергее, и до сих пор его люблю. Было очень больно, изо дня в день, слышать от вас упрёки и подозрения. Но я Вас прощаю. Прощаю ради Сергея, и наших с ним детей. Зла на Вас не держу. И вы, если что, зла на меня не держите. С Наступающим Вас 1988 г».

В конверт с письмом Марина положила фотографию, на которой у ёлки стояли Маша в костюме мышки, Миша в костюме мишки, Катя-кошечка и Вовка в костюме волка. Запечатав конверт, Марина выдохнула, будто с её плечь свалился огромный камень. Написав адрес, она перевернула письмо, и долго рисовала ручкой, как это делал когда то Сергей. Короткое слово «ПИШИ!», а сколько в него вложено смысла.

Утром, идя на работу, Марина кинула на конверт прощальный взгляд, и опустила его в почтовый ящик. На работе она была сама не своя, будто никого не замечала. Придя домой достала кнопки и стопку фотографий из прошлого, и долго их рассматривала. На первой она была еще девочкой вместе с родителями. Как же Маша была на неё похожа такие же кудряшки, курносый носик и губки бантиком. Женщина задумалась о родителях, и решила вечером написать письмо и им. Не чужие же люди.

Взгляд её упал на следующие фото, там были: она, Сережа и Клавдия. Как раз на вокзале перед его командировкой, последний раз, когда она видела его живым.

«Зря ты так со мной Клавдия, Миша похож на отца, и нос поострей и волосы темные прямые жёсткие и характер один в один, такой же ласковый теленочек, не шкодит, не упрямится и на своём не может настоять. Маша по жёстче, как что не по ней, так сразу в лоб»,– женщина улыбнулась своим мыслям.

На всех остальных фотографиях они были с Сергеем: то в Домбае, то на субботнике, то просто вместе в обнимку. Почти на всех фото он был в форме. Она гордилась тем, что встречается, возможно, с будущим генералом. Фотографии с Сергеем она развесила кружочком, а внутри приколола три фото. На одном, она была с родителями, на другом- с Сергеем и Клавдией, а в самом центре фотографию с утренника, когда она заказала их три, то не знала для чего. А после первого письма решила, что второе фото отправит родителям. Пусть бабушки хоть в лицо знают своих внуков.

Сделав все домашние дела, она села писать письмо родителям, но слезы потекли из её глаз. Она вспоминала то, как они её холили и лелеяли всю жизнь, и то последнее их предательство.

Отложив письмо и взяв пирожки, которые испекла, она пошла к Людмиле Васильевне, рассказать, что письмо Клавдии Семёновны уже в пути, и что теперь она пытается написать письмо родителям, но боится, что они не ответят.

«Ответят! Ни куда не денутся! Они там себе места не находят! Но гордость, и страх, что ты их не простишь, не дают им первым на примирение идти. Уж я-то знаю. Они мне пару раз в месяц звонят, чтоб новости последние узнать. Как здоровье? И не надумала ль уволиться! Про деток всегда спрашивают, растут ли они, и на кого похожи? Иди детка, пиши! Они этого письма уже три года ждут».

После разговора с Людмилой Васильевной Марина пошла домой и письмо сложилось само собой:

«Здравствуйте мама и папа, я вас очень люблю и обиды на вас ни за что не держу, и вы на меня не обижайтесь. Да не такая как вы, не могу я жить в системе, да, детей без мужа родила, но не гулящая ведь я, кто ж виноват, что отца моих детей, которого я и сейчас люблю, и возможно, даже сильней чем раньше, нет уже в живых. Он живёт в моих детях. Да, работаю уборщицей, но не место красит человека. Меня на работе уважают, и работа доставляет мне удовольствие. Крыша над головой есть. В общем, не бедствую. Приезжайте в гости на Новый год. Будем очень рады».

Вложив фото с утренника в конверт, запечатав письмо, накинув сверху только пальто, по сугробам побежала к почтовому ящику. А после забрала детей из сада.

Дети никогда не видели её такой счастливой. На их многочисленные вопросы она только отвечала, что пригласила дедушку и бабушку на новый год. Придя домой, дети сразу увидели фото на стене. Марина по очереди подняла их повыше, показывая пальцем: это я, а это мои папа и мама ваши бабушка и дедушка, а это ваш папа и его мама тоже ваша бабушка».

Вопрос детей застал Марину врасплох: «Когда придёт наш папа?»

Раньше они и не думали, что у них тоже есть папа, как у Кати или у Вовы. За ребятами в сад приходят то папа, то мама.

Девушка заплакала, и сквозь слёзы выдавила из себя: «Никогда!».

После посадила детей за стол, положила им ужин, а сама ушла в комнату. Ей хотелось побыть одной.

4. Праздники в кругу семьи и друзей.

А 31 декабря случилось то, чего Марина очень ждала. Утром в квартире раздался звонок. На пороге стояли Нина Аркадьевна и Михаил Андреевич. Они обнялись, и остатки былых обид, как рукой сняло. Весь день прошёл в предновогодней суете.

Дедушка с внуками сходил на ёлочный базар, выбрал самую красивую ёлку. Купили ёлочные украшения, конфет и мандарин. Марина с мамой в то время готовили салаты на вечер. В гости пригласили Бурановых и Задворкиных.

Наступил вечер. Стол накрыли в зале, а ёлку поставили в детской. Детки в новогодних костюмах кошки, мышки, волка и медведя, вместе с взрослыми, ходили вокруг ёлки и пели песенку: «Маленькой ёлочке холодно зимой».

После Людмила Васильевна раздала детям кулёчки со сладостями. Все вместе сели за стол. Дети немного поели, и ушли играть в другую комнату к ёлке, а взрослые продолжали, есть, произносить тосты и общаться о взрослых делах.

Дети тем временем, не выходя из образа животных, прыгали вокруг ёлки. Вовкин хвост зацепился за ёлку. Ёлка покачнулась и несколько игрушек с неё упали и разбились. Вова стал белее ваты. На шум прибежали взрослые. Вова, понимая свою вину, постарался спрятаться за других ребят.

Марина подошла, погладила его успокаивающе, и тихо сказала: «Эх ты! Чего приуныл? Запомни, серый волк всегда смелый!»

И пошла за веником. С тех пор Вову стали звать Волк. Позже Мишку стали звать Мишкой, а Машу и Катю Мышонком и Котёнком.

Все праздники теперь эти три семьи отмечали вместе.

Следующий повод не заставил себя ждать. Ивана назначили начальником цеха. А ещё Иван с Наташей купили машину. Копейку. Теперь они могли периодически ездить к родителям Ивана в деревню.

Отмечали скромно. Но и этого хватило, чтоб озлобить сердце Геннадия. Он теперь был в непосредственном подчинении Ивана, и очень хотел получить сам это место, так как был уверен, что он работает намного больше. На праздник он шел с неохотой, но не хотел портить отношения с новым начальством.

Изрядно выпив в гостях, дома он сорвался на ребенке, и на подоспевшей, на его защиту жене. С тех пор всю неудовлетворенность жизнью он периодически стал выплёскивать на семью. А Вовка тихо начинал ненавидеть Ивана и его семью, как причину столь грубого поведения отца.

С Катей отношения начинали портиться, он старался лишний раз её зацепить. Миша и Маша в этом конфликте стали на сторону Кати и стали игнорировать Вову.

5. Праздник со слезами на глазах.

Дети выросли, и собирались идти в школу. В это время, ситуация в стране резко изменилась. Оставшись без госзаказов, в первую очередь мелкие, предприятия стали закрываться одно за другим. Фабрика тоже осталась без финансирования. Иван ходил понурый. Он знал, что фабрике приходит конец. И страдал из-за того, что не сможет содержать семью.

Каждый раз, проходя мимо Людмилы Васильевны, он испытывал смешанное чувство вины и стыда. Он всё чаще стал задерживаться на работе. Жену он не хотел беспокоить своими проблемами. Теперь в когда-то счастливой семье начались скандалы. Фабрика закрылась, точнее, сократила объёмы производства до тридцати процентов, цех Ивана первым не выдержал конкуренции.

Не желая быть семье обузой, Иван решил проблему так, как умел. Он попросил Марину ничего не говорить ни жене, ни тёще, и она сдержала обещание, хотя видела как Наталье сейчас тяжело. Мужчина обещал, что очень скоро сам всё жене расскажет.

Каждый день он бесцельно колесил на машине по окрестностям, делая вид, что уходит на работу. Иногда он подвозил кого-нибудь, за что получал небольшие деньги, складывал их в укромное место, а в конце месяца отдавал их жене в качестве зарплаты. Он не хотел оставаться с тёщей дома один на один и сидеть на шее жены.

А Наталья уже знала от Вовы, отец которого тоже остался без работы, что Ивана уволили, и решила, что у него появилась другая. После очередной ссоры, в которой Наталья требовала назвать имя соперницы, Иван ушёл, хлопнув дверью.

Это случилось первого сентября. В это время Катя и Людмила Васильевна были на линейке в школе. Вести Катю в школу должна была Наталья, но почувствовала себя плохо, и осталась дома, а оказавшись с мужем один на один, не смогла сдержаться, чтоб не выяснить отношения.

Иван к такому напору, а уж тем более к таким подозрениям и обвинениям жены оказался совершенно не готов. Схватив сумку и закидав в неё десяток первых попавшихся под руку вещей, ретировался, громко хлопнув дверью.

Наталья осталась одна в слезах на кресле. В этот вечер семья Задворкиных ждала гостей. Кроме того, что Катя пошла в первый класс, она сегодня отмечала день рожденье. 7 лет. Школа находилась в соседнем посёлке. Наталья взглянула на часы. Через два часа автобус привезёт Людмилу Васильевну и Катю домой. Собрав всю волю в кулак, женщина вытерла слёзы и пошла на кухню, готовить угощения.

Кате не терпелось рассказать маме про первые впечатления о школе. Она забежала на кухню и увидела маму с мокрыми от слёз глазами.

«Мамочка, ты плачешь?»– дочь обхватила шею матери руками.

«Лук. В этот раз он такой злой, а я его на салаты, целую гору, начистила»,– женщина кивнула на кастрюли с салатами, ещё не убранные в холодильник.

Дочь ей поверила, а может не совсем поверила. В последнее время она часто видела, как мама плачет.

На кухню зашла Людмила Васильевна: «Внученька, сходи к Мише и Маше. Погуляйте, а то школа начнётся времени на прогулки совсем не останется. А я маме помогу приготовить ужин».

Катя ушла, а Людмила Васильевна села за стол и в упор посмотрела на дочь: «Ну и где этот Чипполино?»

Наталья пожала плечами, тыльной стороной ладони растирая стекающие слёзы по лицу: «Он мне не отчитывается. Просто собрал вещи и ушёл из дома».

«Ладно. Разберёмся!– голос Людмилы Васильевны перешёл в змеиное шипение,– а пока вытри слёзы и готовь. Ты же не хочешь испортить дочке праздник?»

Наталья замотала головой: «Я не хочу, чтобы Катя узнала, что у нас с её отцом происходит. Может всё ещё наладится».

«Наладится? Мой Илья себе б такого не позволил! Будь гордой. Не бегай за ним. Он не ценит тебя. Скольких женихов ты отвергла. Может, сейчас бы счастлива была!»– отчитывала её Людмила Васильевна.

«Мааамааа»,– у женщины началась настоящая истерика, внутри боролись два чувства, и Наталья не могла решить какому из них дать волю.

«Ладно. Не реви!– грубо оборвала её мать,– лучше выключи котлеты, пока они не сгорели. Смотри не испорть дочке праздник».

Наступил вечер. В гости к Кате пришли Миша и Маша. Наталья улыбалась через силу и предложила детям самим проявить самостоятельность и накладывать и наливать себе все, что захотят.

Развернувшись, женщина вышла на кухню. Минут через пять в дверь раздался звонок. На пороге стоял Иван, в одной руке он держал ту сумку, с которой утром сбежал и большой букет белых роз, а в другой большую куклу в красивой коробке с бантом. Сегодня ему повезло, и у него был хороший заказ. Он отвёз двух мужчин в город. А после, почти целый день он возил их по городу. За это ему хорошо заплатили. Здесь же, во время очередной вынужденной остановки он зашёл в магазин игрушек и купил самую дорогую и красивую куклу из тех, что стояли на витрине.

Мужчина надеялся, что Наталья уже остыла, и даст ему возможность всё объяснить хотя бы ради дочери. Ведь у неё сегодня день рожденья. Не станет же супруга портить дочке праздник, и не оставит же его за дверью.

«Иди туда, откуда пришёл!»– сказала Наталья, пытаясь закрыть перед мужем дверь.

«Да нет у меня никого, только тебя я люблю и нашу дочку!– рукой Иван придерживал дверь и пытался просунуть в неё букет,– ну не веришь, и не надо! Передумаешь, найдёшь меня у родителей в деревне. Кате куклу от меня отдай».

Наталья рывком дёрнула куклу.

«Убирайся!»– прокричала она, и хлопнула дверью.

Иван полчаса стоял под дверью, в надежде на то, что, может, Наталья откроет дверь хотя бы посмотреть, ушёл он, или нет, но женщина, закрыв дверь опрометью пробежав коридор, захлопнув дверь в свою комнату, сползла по ней, сотрясаясь в беззвучном плаче. А после, упала на кровать, уткнувшись мокрым лицом в подушку.

Иван вышел из дома, швырнул букет в урну и сел в машину. Машина рванула с места. То, что он доехал до родителей живым и здоровым, иначе как чудом не мог назвать даже сам Иван. Из глаз его всю дорогу текли слёзы, а в голове стучалась одна мысль: «Это конец!».