Разрешаю любить

Глава 1

Варя

Лед в моем коктейле давно растаял, и болтовня подружек изрядно утомила. Накручивая локон на палец, обнимаю трубочку губами. Делаю вид, что пью.

Таймер в голове отсчитывает время.

– Свадьба назначена на лето, но нас пока не информировали о точной дате. Видимо… – театральный взмах ладонями, – держат интригу для простых смертных.

– И что?.. – Аля, новенькая в нашей небольшой компании, округляет голубые глаза и перемещает взгляд со своей сестры на меня, – Помолвка была, и кольцо тоже?

Молча киваю, потому что речь идет обо мне и моей, назначенной на лето, свадьбе.

– Покажешь?

– Я не ношу его в бар.

– Потому что ее кольцо стоит почти столько, сколько этот бар.

– Ого!

Тяжело вздохнув, я убираю волосы за плечо и отодвигаю бокал.

– Вам больше поговорить не о чем?

– А твой жених? – не унимается Аля, – Какой он? Красавец, наверное?

– Симпатичный, мы видели, – отвечает за меня Аришка, моя лучшая подруга, – К тому же из очень хорошей семьи!

– Очень! – подтверждает кивком Тина, двоюродная сестра Альки, – Считай, наша Гаврикова вытащила счастливый лотерейный билет.

– Думаешь, мне просто повезло? – осведомляюсь с доброй улыбкой, – Он ехал по нашему городу на Ламборгини, увидел, как я иду по пешеходному переходу и влюбился без памяти?

– Правда?! Как его зовут?– ахает наивная Аля.

– Станислав, – отвечает за меня Арина, – Ударение на «и». На польский манер.

Мое терпение трещит по швам, потому что Тина снова оседлала своего конька. Ну не дает ей покоя моя свадьба! Не верит она в сказку про Золушку!..

Так и я не верю! На меня мое счастье с неба не упало! Я его у судьбы когтями выцарапала.

Сообразив, что перегнула, Тинка тут включает заднюю. Протягивает руку через стол и легонько, в своей дурацкой манере, пихает меня кулаком.

– Ладно, Варь. Не кипятись, – бурчит, шутливо хмурясь, – Завидую я. Жаба душит.

– Ты знаешь меня пять лет, и знаешь, как я вытаскивала этот счастливый билетик…

– Знаю. Прости…

– Девочки, ну, правда, не ссорьтесь! – просит Арина.

Только ничего не понимающая Аля продолжает хлопать длинными ресницами.

Глянув на часы, я переворачиваю телефон экраном вверх и нахожу в контактах Денежко.

«Леш, привет)) Я с подружками в баре, но так устала! Ты случайно мимо не будешь проезжать?»

Погасив экран, принимаюсь ждать. Нога под столом отбивает чечетку – с терпением у меня всегда проблемы были.

Ответ приходит через минуту.

«Не получится. У меня только что тренировка закончилась, а после нее дела»

Конечно, я знаю, во сколько у него заканчивается тренировка, а вот на дела после нее не рассчитывала. Жаль, придется ехать на такси с каким-нибудь Джабраилом.

– Мне пора, – говорю девочкам, – Вызову такси.

– А где же твой верный паж? – интересуется Тина.

– Ну, не шокируй ты ребенка!.. – шикаю на нее, имея в виду ошарашенно глазеющую на меня Альку.

В момент, когда я захожу в приложение, чтобы заказать для себя карету с шашечками, на экране всплывает сообщение от Леши:

«Скинь адрес. Буду через двадцать минут»

Укол удовлетворения в грудь растягивает мои губы в широкой улыбке.

– Мой паж приедет через двадцать минут.

– Это Леха Денежко, – поясняет Тина своей сестре, – Друг ее двоюродного брата, который типа… присматривает за ней.

– Не типа, а действительно присматривает, – поправляю я.

– Ой, Варь, не лечи нас!.. – смеется она, – Только не говори, что у него на тебя не стоит.

– Твою мать, Шишкина!.. – рявкаю я, – Ты сегодня замолчишь или нет?!

– Говорю же, завидую я! – отвечает со смехом, – Мне б твоего пажа на денек…

– Хочешь, я скажу ему, что он тебе нравится?

– Скажи! Скажи, Варька, а!.. – резко перестав смеяться, она падает грудью на стол, – Нет, Варь, я без шуток. Может, познакомишь поближе?

– Хорошо. Я подумаю.

От этой перспективы даже под ребрами засвербело. Почему бы и нет, правда? Тинка хоть и дурная, но девчонка хорошая.

Леша приезжает через двадцать пять минут.

«Выходи» – прилетает от него, и я поднимаюсь на ноги.

– Всем пока.

Подруги тоже начинают собираться и гуськом тянутся за мной к выходу. Подозреваю, для того, чтобы еще раз поглазеть на Денежко.

– Где он? – тихо спрашивает Арина, повиснув на моем плече.

Быстро отыскиваю глазами старую японку и, встряхнув волосами, поправляю ремешок сумки.

– Вон его Марк! – говорит Тина, глядя со мной в одну сторону, – Что, даже не выйдет, чтобы открыть тебе дверь?

– Кто это? – тихо шепчет Аля, – Жених Вари?

– Нет, поклонник ее.

– Ты достала, – награждаю разъяренным взглядом и, быстро клюнув в щеки каждую их них, бегу к машине.

Открываю переднюю пассажирскую дверь и плюхаюсь в велюровое кресло. Обожаю эту старенькую ракету и хозяина ее тоже люблю. Как друга и брата, разумеется.

– Привет.

– Пристегнись.

Делаю, как велит Денежко, и поворачиваюсь к нему всем корпусом.

– Как тренировка?

– Как обычно.

Его волосы все еще влажные после душа и пахнут мужским шампунем. Под расстегнутой олимпийкой поблескивает серебряная цепочка.

– Когда следующий бой?

– Через пару недель. Прийти хочешь? – спрашивает, мягко трогая машину с места.

Я знаю, на что способна эта красавица и млею от звука еле слышно урчащего мотора.

– Нет. Ни за что на свете, – мотаю головой, – Ты знаешь, как я к этому отношусь.

После одного из последних боев Лехе пришлось штопать бровь.

Он не отвечает. Вытащив звонящий телефон из кармана, сбрасывает вызов от какой-то Ляли.

– Кстати, Леш, – вспоминаю тут же, – Помнишь мою подружку Тину?

– Нет.

– Ну, как? Я же вас знакомила! – восклицаю с деланным возмущением, на самом деле испытывая эгоистичное удовлетворение от того, что это знакомство не отложилось в его памяти.

– Я должен помнить всех твоих подружек, Варя? Зачем мне?..

– Просто… просто ты ей нравишься, она хотела бы познакомиться поближе. Что скажешь? Дать ей твой номер?

– Завязывай.

Откинувшись на спинку кресла, надуваю губы. Сердце в груди стучит часто-часто, как обычно это бывает, когда получается задеть его.

– Я вообще-то о тебе думаю. У тебя даже девушки нет.

– Не надо обо мне думать. Я сам решу, с кем мне трахаться.

Глава 2

Варя

Ничего скучнее и нуднее философии не придумаешь. Пары, которые ведет профессор Гроссель, кажутся бесконечными и тянутся как серая резина. Я усердно конспектирую каждое его слово, потому что в голове после его лекций остается только разваренная овсянка.

– Скоро звонок? – шепчет Арина, касаясь моего локтя.

Она сегодня телефон дома забыла и поэтому чувствует себя подслеповатым котенком.

– Еще десять минут.

Изображая страдание и муку, она безмолвно стонет и закатывает глаза. И я с ней мысленно тоже.

Ее отец довольно известный в нашем городе художник. Однако талант свой дочке передать не смог. И после окончания ею одиннадцатого класса в надежде, что она определится, в какой сфере искусства захочет работать, заставил поступить на факультет искусствоведения. Выбор без выбора, да?

Аринка такой же искусствовед, как я, например, зооветврач. Учится кое-как и закрывает сессии только при посредничестве своего отца.

Мне тоже учеба не дается легко, но поступала я сюда осознанно – никаких долгов и хвостов позволить себе не могу. Каждая заработанная мной в диплом оценка – это вклад в мое будущее. А к своему будущему я отношусь очень ответственно.

Наконец, звенит звонок, и мы с подругой, скидав вещи в рюкзаки, в числе первых выходим из аудитории.

– Кофе успеем выпить?

– Давай в третьем корпусе выпьем, – предлагаю, потому что следующей парой физкультура, а спортзал находится в соседнем, в двух кварталах отсюда, корпусе.

– А может, вообще на нее забьем?

– Я пас.

Три пропуска за семестр, и зачет придется сдавать в индивидуальном порядке. Что-то не хочется, спасибо!

– Идем, ленивая задница! – тяну ее за руку к гардеробу.

– Ладно, идем… Там хотя бы на мальчиков нормальных поглазеть иногда можно.

Смеюсь, продолжая подталкивать Аринку к вестибюлю.

Про мальчиков она верно подметила. На нашем факультете их и так мало, и на тех, что есть, без слез не взглянешь. А в том корпусе и спортзал огромный, и стадион оборудован по последнему слову техники. Все межвузовские соревнования проходят именно там. Наши барышни даже с лекций сбегают, что не пропустить событие, когда все спортсмены студенческой среды соберутся в одном месте.

Накидываем куртки и выбегаем на улицу.

Совсем весна, хоть и не по календарю. Неожиданно пришло тепло, и снег начал стремительно таять.

Мы с Аринкой перепрыгиваем лужи, быстро шагаем по сухому тротуару, а когда добираемся до третьего корпуса, в моей звонит телефон. По мелодии понимаю, что это Станя, мой парень.

– Привет!

– Варенька, как твои дела?

Мне нравится, как звучит в трубке его голос. В нем всегда слышится улыбка.

– Отлично. Вот идем на физру. А у тебя?

– А у меня для тебя сюрприз, – проговаривает со смехом, но при этом загадочно.

– Заинтриговал… – жестом показываю подруге, чтобы шла дальше, а сама немного отстаю.

Не люблю, когда посторонние слушают.

– Я на выходные прилечу. Сходим куда-нибудь?

– Правда?! – восклицаю с радостью, – Прилетишь прямо из Штатов?!

– Нет, – смеется Станя, – Я по семейным делам завтра в Питере буду, меня отец вызвал. А оттуда прямиком к тебе и маме. Соскучился по вам дико!

– И я скучаю, Стань! Боже, как это здорово!..

– Рада?

– Конечно!

Очень рада и очень волнуюсь, потому что в последний раз мы виделись в декабре, когда у них там рождественские каникулы были.

– Отправишь фото?

– Не вопрос!

– Ну… тогда целую.

– И я тебя, Стань!

Отключаюсь и, остановившись у входа в студенческую кофейню, делаю на ее фоне несколько селфи и отправляю ему лучшее.

Глядя в экран, жду реакцию.

«Красавица моя! Принцесса нежная!»

Отправляю стикер с обнимашками и, спрятав улыбку за прикушенными губами, убираю телефон в сумку.

– Жених звонил, да?

– Ага…

– Светишься вся, – замечает Арина.

– Он на выходные прилетит. Соскучился, говорит.

– Да ладно! На два дня к тебе из Штатов?!

Неопределенно веду плечом. Звучит очень романтично. Почему бы и нет, да?..

– Ох, Варька, как же я тебе завидую, – вздыхает, беря меня под локоть, – Не так, как Тина, конечно, но завидую!

Чего уж?.. Я сама себе завидую!

Через пять минут, румяные и немного продрогшие, заходим в третий корпус и, взяв в автомате по стаканчику кофе, быстро шагаем в спортзал.

Традиционная разминка, бег на месте и волейбол – так обычно проходит наша пара. После мы выпиваем по стаканчику воды из кулера и идем переодеваться. А когда выходим из раздевалки, натыкаемся на компанию парней в холле, среди которых я мгновенно идентифицирую Денежко. У меня на него все радары настроены.

Сбиваюсь с шага и сбрасываю скорость.

Он и пара его друзей здесь явно по делам. Стоя кругом, о чем-то говорят с нашим преподавателем.

– Варь… Там Леха.

– Вижу.

А вот он меня нет. Мне приходится обойти их по дуге, чтобы подобраться к нему сзади.

– Ле-о-ош… – берусь за рукав толстовки.

Он оборачивается, смотрит в мои глаза и машинально – на губы. Чувствую щекотку между ребер. Лешка мой…

– Ты скоро освободишься? У меня последняя пара закончилась.

Привычным жестом проведя подушечкой большого пальца по своей нижней губе, отвечает на мой наглый взгляд.

– Двадцать минут сможешь подождать?

– Смогу! Мы с Ариной пока кофе выпьем.

– Арину я не повезу, – предупреждает сразу, не заботясь о том, что она может услышать его слова.

– Я помню, да…

Когда-то мы договорились, что просьба Саши, моего двоюродного брата, присмотреть за мной, распространяется исключительно на меня и никак не на моих подружек. Я это правило приняла и ни разу не нарушила.

– Ты с ним поедешь? – спрашивает Аринка приглушенным голосом, когда мы встаем в очередь к кофейному аппарату.

– Ага.

– Слушай, Варь, а твой жених в курсе?

– Конечно. Они с Сашей хорошо знакомы, и тот сам сказал ему про Леху.

– Ну… а он знает, что Леха к тебе… – мнется, розовея, – ну… неровно дышит?

– Да с чего ты взяла?

– Мне кажется, это все знают.

– Откуда?

Она краснеет еще больше и отвечает:

– Ты сама никогда не опровергаешь это.

– Потому что не люблю спорить с дураками, – припечатываю строго, – Если им нравится болтать, то пусть болтают.

– Ладно, забей, – бормочет еле слышно и лезет в сумку за пластиковой картой.

Я забиваю. Денежко – не самая моя любимая тема для разговоров. Свадьба, кстати, тоже.

Усевшись на широкий подоконник в холле корпуса, мы пьем наш кофе. Арина, расстроенная небольшой стычкой, разглядывает кого-то за окном. Я смотрю на огромное табло электронных часов над лестницей.

Ровно через двадцать минут в холл выходят Леха и еще два парня, имен которых я не знаю, но догадываюсь, что они из клуба, в котором Денежко занимается своими боями.

Спрыгнув с подоконника, шагаю ему навстречу.

– До завтра, Ариш, – бросаю через плечо и получаю в ответ взмах ладонью.

Лешка, кивнув в сторону выхода, велит следовать за ним. Перебрасываю кудрявую копну на одно плечо и улыбаюсь.

Глава 3

Варя

Парни выходят из вуза и шагают вдоль корпуса в сторону, где находится парковка. Я за ними, только сейчас понимая, что все они могли приехать с Лешей.

Черт.

Невольно сбавляю скорость и отстаю. Мне не хочется ехать в машине, под завязку набитой незнакомыми мне боксерами.

Однако, ловко перепрыгнув через натянутые между металлическими столбиками цепи, они пожимают друг другу руки и расходятся каждый к своей машине.

Я догоняю Денежко и с удовольствием ныряю в уютный Марк. Леха садится за руль и заводит двигатель.

– Пристягнись.

– Ага.

Щелкаю ремнем и поворачиваюсь к нему всем телом. Обожаю смотреть, как он водит. Внимательный, с прищуром, взгляд из-под густых бровей. Спокойно лежащая правая рука на руле и левая – на рычаге коробки передач. В такие моменты они с японкой как одно целое.

– Рассказывай, – требую я, – Что делал в нашем вузе?

– Дела были.

– Какие?

– Любопытной Варваре…

– Ну, Леш!.. – перебиваю со смехом, – Ну, правда, расскажи, а!

– Ничего, что тебе может быть интересным, – отвечает уклончиво, решив, очевидно, что я наивная дура.

– Это с твоими боями связано? Наш препод тоже имеет к этому отношение?

– Нет.

Его жесткое «нет» – это не значит, что я несу бред. Скорее – это «не лезь не в свое дело».

– Зачем ты этим занимаешься, Леш? – спрашиваю тихо, – В прошлый раз они из твоего лица отбивную сделали.

– Варя…

– Мне сказали, это бои без правил, за которые платят. Это так?

Денежко даже не думает разубеждать или подтверждать мои слова, чем безумно бесит. Молчит, аккуратно ведя машину в плотном автомобильном потоке.

– Ты сам предлагал прийти мне на поединок, – буркаю с обидой.

– Приходи в субботу. Придешь?..

– Нет.

– Тогда не лезь с расспросами, – отбивает невозмутимо.

– Дело не в этом… Просто в субботу Станислав прилетает.

Повисшая в салоне тишина почему-то кажется неуютной. На лице Лехи ни один не дергается, продолжает вести машину в спокойном темпе.

– Пойдете куда-то? В музей?..

– Может, и пойдем. К нам выставка картин сибирских художников приехала. Ты знал?

– Нет, не знал, – усмехается еле заметно.

Конечно, не знал. Область его интересов с искусством даже не в одной вселенной. У него только бои и тачки на уме.

Отвернувшись, незаметно вздыхаю. Не понимаю я Денежко, вот честно. С такими родственниками, как у него, он мог бы уже давно в городской думе сидеть, но вместо этого занимается какой-то ерундой.

Хотя он прав. Его жизнь и то, на что он ее тратит – не моего ума дело. Каждый отвечает только за себя.

Пока едем до моего дома, больше не заговариваем. Отстегиваю ремень, когда машина останавливается во дворе типовой панельной пятиэтажки, но дверь открыть не тороплюсь.

– Спасибо, Леш…

– Пока.

– Желаю тебе победить в субботу и при этом остаться целым и невредимым.

Кивает и, обняв руль обеими руками, ждет, когда я освобожу его от своего присутствия.

Я выхожу, но перед тем, как закрыть дверь, слышу:

– Когда твоя свадьба?

– Летом.

– Это мне тебя еще три месяца пасти?

Лицо обжигает жаром стыда.

– Устал от меня?

– Есть немного.

– Окей… Не стану больше навязываться.

Вложив в руку всю свою злость, хлопаю дверью и шагаю к дому.

Придурок! Утомила его? Да не вопрос!.. Сегодня же кину его контакт в блок.

– Варя! Подожди… – неожиданно окликает голос мамы.

Я жму на кнопки кодового замка, и мы с ней вместе заходим в подъезд.

– Привет, – здороваюсь, забирая у нее тяжелую сумку, – Что там? Кирпичи?

– Продукты, что еще? Мясо и капусту купила. Сейчас щи варить будем.

Морщу нос. Терпеть не могу капусту во всех ее вариациях. Пища бедняков.

– Кто тебя привез? Денежко?

– Да.

Медленно поднимаясь вверх по лестнице, она то и дело на меня оглядывается.

– Смотри, накрутишь задницей, своего Станислава потеряешь, – говорит, нарочно делая акцент на ударении в его имени.

– Не потеряю, мама. Леша просто иногда подвозит меня. Его Саша попросил.

– А Леше это зачем?

– Саша попросил! – повторяю с нажимом.

Поднимаемся на третий этаж. Упав спиной на стену, я жду, когда мама найдет ключи и откроет дверь.

– Тихо, не шуми, отец после смены, – шепчет, когда ступаем через порог и оказываемся в крохотной прихожей.

Молча раздеваемся, моем руки и расходимся по разным комнатам. Я в свою спаленку, мама – туда, где спит папа.

Через пять минут она заглядывает ко мне и тихо просит:

– Иди суп варить. Я немного отдохну и помогу тебе.

– Я собиралась позаниматься.

– Потом позанимаешься, – недовольно поджимает губы, – Зато меньше в телефоне просидишь.

– Ладно.

Если уж суждено сегодня ужин готовить мне, то лучше в одиночестве, чем толкаться вдвоем на тесной кухне.

Переодеваюсь и принимаюсь за готовку. Из комнаты родителей доносятся приглушенные голоса. Видимо, отец проснулся. Он работает водителем на скорой по графику двенадцатичасового рабочего дня и после ночных смен обычно спит целый день, а потом до трех ночи смотрит телевизор.

– Уже сварила? – удивляется мама, появляясь на кухне через два часа.

Папа входит следом и сразу занимает стул, стоящий между столом и холодильником.

– Привет Вареник, – говорит бодро, – Чего накашеварила?

– Щи.

– Ммм… Где щи, там и нас ищи, – выдает излюбленную поговорку.

Мама достает тарелки и сама разливает суп.

– Мне не надо, – предупреждаю сразу.

– Чего это?

– Я не ем щи, ты же знаешь.

– Давай-давай. При своем муже тоже от щей нос воротить собралась?

Господи. Иногда мне кажется, родители не до конца понимают, из какой семьи мой Станя. Неужели правда думают, что он поставит меня у плиты и заставит варить эти гребаные щи?!

– Я уже чаю напилась, пока ужин готовился. С бутербродами.

– Ну и дурочка, – говорит отец, отправляя ложку с супом в рот, – Раз в сутки суп должен быть в желудке.

Нарезав для родителей хлеб и включив чайник, я сбегаю в свою комнату, потому что на самом деле хотела перечитать сегодняшнюю лекцию по философии. В этом семестре по ней экзамен сдавать.

Однако едва я устраиваюсь с ногами на кровати, как мой телефон издает сигнал входящего сообщения. Жму пальцем на экран и попадаю в нашу с моей родной теткой переписку.

Там фото пузатой, с высоким узким горлышком, вазы. Разрисованная крупными цветами, она сияет глянцем.

«Урвала на аукционе. Династия Цинь, Варя!»

«Ого! Подлинная?!»

«Конечно! В моей коллекции нет фальшивок!»

«Поздравляю, Юля! Уже не терпится увидеть ее вживую!»

Страшно представить, сколько может стоить такое сокровище, но спрашивать о цене моветон.

«В субботу же Станя прилетает. Приходите к нам»

«Хорошо, обязательно придем»

Глава 4

Варя

Выхожу из такси и сразу расправляю подол узкой юбки. Ветер, взметнув мои распущенные волосы, бросает пряди в лицо. Кажется, укладки, на которую я потратила около часа, больше нет.

Класс.

Если от досады зареву сейчас, то макияжа тоже не станет. Поэтому глубоко вздыхаю и, зажав подмышкой маленькую сумочку, быстро иду к дому моей тети Юли.

Просто Юли. Она не разрешает называть себя теткой. Дескать, не модно, и добавляет ей возраста, а выглядит в свои сорок три она максимум на тридцать.

Юлия младшая сестра моего отца. Вышедшие из одной семьи, они проживают абсолютно разные жизни. Папа с семье ютится в крохотной двушке, доставшейся ему от его родителей, а Юля вышла замуж за дипломата и четыре года жила в Лондоне. Отец двадцать лет работает водителем скорой, а Юля владеет модной галереей. И нет, я не осуждаю родителей за то, что они не стремятся к лучшему, но для себя такой судьбы не хочу.

Обхожу закрывающий въезд на территорию элитного жилого комплекса шлагбаум, шагаю по широкому чистому тротуару и, набрав код на электронном замке, жду, когда передо мной разъедутся двери из тонированного стекла. Всякий раз дух захватывает, когда прихожу сюда.

– Добрый день! – приветливо улыбаясь, здороваюсь с консьержем.

– Здравствуйте.

Меня тут хорошо знают, поэтому вопросов, куда и зачем я иду, ни у кого не возникает. Взлетаю на лифте на пятнадцатый этаж, пересекаю полукруглый, отделанный хромом и матовым стеклом, холл и вскоре оказываюсь у нужной двери.

Одна плавное нажатие на звонок, и через полминуты она приветливо распахивается.

– Привет!

– Неплохо выглядишь, Варь.

– Ты тоже.

В это мгновение из глубины необъятной теткиной квартиры раздается заливистый лай Чаки, песика Юли породы бишон-фризе. Выкатившись из гостиной как шарик, он тут же узнает меня и подбегает поприветствовать.

– Привет, Чаки! – склоняюсь, чтобы погладить, но Юля пресекает мою попытку на корню.

– Ой, Варь, его только что от грумера привезли. Пусть хотя бы до вечера красивым походит.

– Окей, – пожимаю плечами и обращаюсь к Чаки, – В следующий раз приеду специально перед грумером и всего тебя затискаю!

– Проходи, не стой на пороге.

Я снимаю короткое пальто, ботинки и надеваю тапочки для гостей. После чего внимательно осматриваю себя в зеркале. Вынув расческу из сумки, осторожно поправляю то, что осталось от укладки, проверяю, не осыпалась ли тушь, и разглаживаю воротничок блузки и подол бежевой юбки. И то, и другое – подарки Юли из Европы. Бережно хранимые и надеваемые только по особым случаям вещи.

– Как родители? Все хорошо?..

– Да. Папа сегодня в день работает, а мама дома.

– В вузе как?.. Со всем справляешься?

– Ага.

Улыбаюсь собственному отражению, потому мне нравится, как я выгляжу. Густые волнистые волосы и большие глаза передались мне с генами отца. У Юли они такие же, поэтому нас с ней часто принимают за сестер.

– Философия муть полная, приходится зубрить, – рассказываю я, – Но, думаю, все равно сдам вовремя.

– Гроссель ведет?

– Да. Рассказывает как кот-баюн. Так и хочется прилечь на парту и уснуть.

– Ну, знаешь, баюн – не баюн, но он профессор философских наук. Сдать у него экзамен самостоятельно – дело чести.

– Да, сдам я, – вздыхаю тихо и разворачиваюсь к тетке, – Покажешь вазу?

Ее красивые темные глаза тут загораются. Махнув ладонью, она ведет меня в гостиную и распахивает дверцы стеклянного шкафа, под завязку набитого разными предметами искусства. Среди них музыкальная шкатулка Великой княгини Марии, старинные иконы и чаши японского императора Нинко.

Новое приобретение Юли стоит в центре.

Протянув руку, я осторожно касаюсь ее кончиками пальцев.

– Чудо, да? Говорят, сам Шихуан-ди подарил ее своей молодой жене.

– Ей больше двух тысяч лет? – шепчу благоговейно, – Где ты ее нашла?

– Сережа по моей просьбе на аукционе в Пекине купил. Дрался за нее до последнего.

Сережа – это Сергей Николаевич Беломестный, муж Юли и мой дядя. На данный момент советник дипконсульства в Китае.

Мне сложно представить, как можно хранить дома в шкафу такие сокровища. Разве им не место в музеях? Хотя Юля, конечно, не прячет экспонаты от глаз посторонних и каждый год накануне Рождества выставляет их в собственной галерее. Желающих полюбоваться редкими вещицами приходит не мало.