Цвет крыльев. Серый

Глава 3

Анжела всегда любила каникулы.

Да и вообще, разве нашелся бы школьник, который не любит их?

Хотя сейчас, надумав вернуться в школу, девушка предпочла бы сделать это незамедлительно, а не томиться бездействием, пускай теперь уже вынужденным. Анжела была из тех, кто, решив что-то однажды, стремился выполнить свое решение как можно скорее.

И пока занять себя школой не имелось возможности, а с необходимыми делами было уже покончено, девушка вернулась к волонтерству.

Буквально на следующий, после разговора с Дэймоном, день она пошла в больницу, чтобы договориться о количестве смен – в праздники люди попадали в неприятности куда чаще, и помощь была бы кстати.

– Анжела, бедная ты моя девочка, прими наши соболезнования, – всплеснула руками Лили, немолодая медсестра, указы которой и выполняла девушка. – Стать круглой сиротой в твоем юном возрасте это ужасно. Мы не ждали тебя так рано. И уж точно никто бы не осудил тебя, если бы ты отдохнула на каникулах.

– Спасибо, – Анжела выдавила улыбку. – Но мне нравится работать здесь. К тому же, как я могу сидеть дома, когда людям нужна моя помощь.

– В этом ты права, – Лили зорко оглядела девушку, – твоя помощь будет весьма кстати. Что ж, тогда за работу.

Больше у Анжелы никто ничего не спрашивал – Лили разбиралась в людях получше любого Хранителя и очень быстро смекнула, что Беллз пришла в больницу забыть о своем горе, а не отвечать на вопросы, или получать жалостливые взгляды.

Но, пусть напрямую ей никто и ничего не говорил, Анжела то и дело слышала за спиной шепоток «бедная девочка, потерять обоих родителей так рано», однако к подобному она была готова. В конце концов, эти люди действительно ей сочувствовали.

Да и времени думать у нее просто не оставалось – как обычно медсестры остро нуждались в ее помощи, и всю свою смену она носилась по больнице, выполняя всевозможные указания.

Она задержалась и после окончания смены – особых планов на вечер у девушки не было, а эта деловая суета и забота о других помогали ей справляться с собственным горем.

Наконец закончив (на самом деле Лили буквально вытолкала ее домой), Анжела вышла из больницы.

Устало потянувшись, она распустила собранные в тугой пучок волосы и оглядела забитую машинами стоянку.

Сегодня ей предстояло добираться до дома самостоятельно.

Дэймон, в последнее время постоянно подвозивший ее, в этот раз улетел к своим таинственным друзьям, чтобы раздобыть еще денег, хотя на взгляд Анжелы их было вполне себе достаточно.

Крис же по-прежнему продолжал избегать ее общества. Наверно, девушке стоило собраться с мыслями и поговорить с ним – бывшему ангелу всегда приходится туго после падения, особенно такому правильному и послушному, каким прежде был Кристиан. Но она все еще откладывала этот неизбежный момент, не готовая утешать кого бы то ни было, ведь сама пока не переварила свое горе.

– А вот и она, виновница всего этого свершившегося великолепия!  Прими мою искреннюю благодарность, – торжественно раздалось прямо над ее ухом.

Анжела вздрогнула.

На секунду ей показалось, что это Люцифер. Словно время обернулось вспять, и все те события, когда он благодарил их за помощь, и которые теперь казались такими далекими, вновь вернулись. Словно она сейчас стояла не на пороге больницы, а опять очутилась у себя дома, в момент, когда Самаэль забрал ее отца вместо нее самой, начав этим Апокалипсис.

Но нет. Лишь показалось.

Это был кто-то другой, явно непохожий ни на Люцифера, ни на кого-то из ее знакомых.

Высокий молодой человек лет двадцати трех – двадцати пяти на вид, с острым подбородком и кудрявыми каштановыми волосами, беспорядочно растрепанными. Он был одет в брюки, рубашку с закатанными рукавами и жилетку. Куртки, несмотря на холод, у него не было.

– М-м-м, прелес-с-стно, – растягивая согласные, протянул незнакомец, пока Анжела его рассматривала. – Знаешь, реальность всегда разочаровывает. Я, признаться, ожидал чего-то большего от той, из-за которой начался Апокалипсис. Ну не знаю, может какую-то супер-внешность, или третью грудь. Третья грудь не может быть лишней. А ты слишком обычная.

– А ты очередной ангел? – хмуро спросила Анжела, еще раз оглядев незнакомца с головы до ног.

Она и сама считала себя вполне заурядной, а потому слова этого манерного щеголя не могли задеть ее (пусть и были не слишком приятны). Но после тесного общения с Люцифером девушка небезосновательно опасалась заводить разговор с незнакомыми ангелами, особенно если они не выглядели благостными святошами. Этот на святошу уж точно не походил – он больше напоминал лощеного аристократа – а потому не внушал ей никакого доверия.

– Не очередной, а единственный и неповторимый, – фыркнул ангел. – И я гораздо выше простых двукрылых. По крайней мере, был.

Услышав про «был», девушка молча развернулась, и поспешила к своей машине. Она определенно хорошо усвоила урок, и без Дэймона не собиралась слушать (а уж тем более слышать и разговаривать) никого, кто «был».

– Какая гостеприимная встреча, – незнакомец помахал вслед девушке пальцами, но идти за ней даже и не думал.

Он уже удовлетворил свое первое любопытство в плане той, что помогла ему, пусть и не намеренно, вырваться из заточения. Впрочем, его слова были не слишком искренны. Да, он ожидал чего-то экстраординарного от девушки, ради которой упали уже два ангела, причем один из них был не просто Хранителем, а Первым, что значило еще больше (хотя на счет причин падения ангела, ныне именовавшегося Кристиан Таннер, можно было и поспорить).

Но все же, пусть третьей груди девушка не имела, но и заурядной не была – пышные волосы, кукольное личико и стройная фигура выгодно выделяли ее на фоне прочих.

А уж он знал толк в земных девах.

– Самаэль, – незнакомец оставил мысли о рыжей прелестнице и улыбнулся пустоте. – Давно не виделись. Расскажи-ка мне последние новости.

– Что ты хочешь знать, Азазелл? – спросил мужчина в классическом костюме, растерянно растрепав свои волосы, стриженные несколько старомодно.

В его голосе не было настороженности, или ненависти. Он явно знал этого манерного молодого человека и относился к нему нейтрально, даже с некоторой долей симпатии.

– Все. Я хочу знать все. Я скучал по этому грешному миру.

И взяв Самаэля под ручку, он повел его прочь от больницы.

***

Анжела с нетерпением ожидала, когда вернется Дэймон.

Она всегда скучала по нему, даже если их расставание было коротким, но сегодня ей хотелось увидеть его пораньше не только из-за этого.

Неожиданная встреча у больницы порядком взволновала девушку. Кто это мог быть?

Судя, по его словам, он был падшим. Конечно, падших довольно много – она сама общается с двумя из них – и опасаться их особо не стоит (разумеется, до тех пор, пока они окончательно не превратились в демонов). Да и место их пребывания – преимущественно ад. Ведь обычно ангелы падают вслед за любимым человеком, желая быть рядом с его душой.

Этот же, если верить его словам, был выше простых ангелов, а с учетом времени появления и благодарностей за почти устроенный Конец Света, явно откуда-то сбежал. Может какая-то клетка была заперта не так крепко, как Чистилище, и первых снятых печатей вполне хватило, чтобы отворить дверь?

Тогда тем более хорошо, что она не стала с ним разговаривать!

Незнакомец выглядел неопасно, но кто знает, что за бывший ангел вышел на свободу, и откуда вообще он вышел. Она умеет учиться на своих ошибках, и после Люцифера никогда не повторит подобного.

Наконец, когда девушка уже устала томиться ожиданием, оконная створка распахнулась, и на подоконник присел Дэймон.

После смерти отца и отъезда Карен, Анжела осталась одна в большом доме, но так и не решилась разобрать вещи Джоша, или что-то изменить (хотя когда-нибудь это все же придется сделать), и жила лишь в своей комнате. А Дэймон по-прежнему предпочитал окно, а не дверь.

Прошедшие события не изменили его пристрастий в одежде, и сейчас на нем были белые джинсы и такого же цвета майка, которая оставляла плечи открытыми и не мешала материализации перьев.

С сочувствием Анжела заметила, что сзади одежда заляпана алым. Конечно, Апокалипсис не помешал и не остановил ход падения, да и с чего бы? И процесс проявления крыльев по-прежнему причинял Дэймону боль. Впрочем, он готов был вынести и не такое, если это гарантировало счастье и безопасность Анжелы.

– Привет, – Дэймон открыто улыбнулся, – как дежурство?

Впрочем, заметив волнение девушки, он напрягся:

– У тебя что-то случилось?

– Я сегодня видела ангела, – тут же выложила Анжела. – Кажется, он был падшим. Я не стала с ним разговаривать и ушла.

Теперь-то она понимала, что такие важные новости никогда не стоит откладывать на потом, или искать для них более подходящее время.

– Падшего? – Дэймон не на шутку встревожился.

У него уходило много сил на контроль собственных эмоций и борьбу с той тьмой, что возникла в нем после падения. Однако появление в городе еще одного падшего (да и любого нового ангела) он бы точно не пропустил.

Хотя, раз уж Люцифер научился так маскироваться, то наверняка это мог сделать и кто-то еще. Те же Смотрящие умели прятаться ото всех сразу, или же ангелы самого высокого чина. Правда ни среди первых, ни среди вторых падших явно не наблюдалось. Кроме, разве что… нет, неужели?

– Вроде да. По крайней мере, он знал про Апокалипсис, и сказал, что был не простым ангелом. Все это звучало так, будто он только что выбрался из клетки, – пояснила Анжела.

Видимо первая мысль Дэймона оказалась верной. Падших было много, гораздо больше, чем того хотелось бы небесам. Но основная часть ангелов отступалась от рая ради своей любви. И все они, в конце концов, становились демонами, оставаясь в Аду, выбраться откуда крайне сложно. А клетка…

– Кажется, я знаю, кто это мог быть, – Дэймон хлопнул себя по лбу. – Он представился?

Конечно, все они изучали (а кто-то и наблюдал воочию) историю падения Люцифера от гордыни. Потому что это было совершенно неслыханно. А еще слишком темно и слишком больно для простых ангелов, которых наполняет легкий свет, счастье и любовь.

Это был пример того, как делать не стоит, и все ангелы (да и люди) знали наизусть те события, и ужасались ими, обещая, что никогда такого не повторится. Хотя кроме Люцифера никто подобное повторить бы и не смог, ведь ангелам закрыты низменные чувства. Особенно бестелесным.

Но, даже помня историю Люцифера, были и другие. Те, кому не понравилось создание людей. Способные пока что любить только Создателя (ведь возможность любить людей ангелы получили лишь после смерти Каина) некоторые приревновали его к новым, странным существам, а другие выразили свои сомнения в целесообразности их создания. Это не был бунт, как таковой. Лишь недоумение и непонимание.

Тогда некоторых, особо сильно сомневающихся в людях, не Хранителей, но ангелов, что куда выше по силам, отправили на землю, дабы они на своей шкуре осознали, что значит быть человеком. Многие восприняли этот урок, но были и другие… точнее, один-единственный другой.

– Я не стала его слушать, решив прежде поговорить с тобой, а он не стал меня преследовать. Но могу сказать, что у него были каштановые кудрявые волосы, довольно длинные, а еще острый подбородок, – отрапортовала Анжела

– По описанию не слишком похоже, но если это тот, о ком я думаю, то внешность не важна, – протянул Дэймон. – Ведь тот, о ком я думаю, вовсе не просто ангел…

– Не просто ангел? Ты тоже не просто ангел, а Первый Хранитель. Самаэль Первый Ангел Смерти, а Люцифер… его уж точно никак нельзя назвать простым, – фыркнула Анжела. – Я вообще сомневаюсь, существуют ли «просто ангелы».

– Крис был самым простым, – засмеялся Дэймон. – За исключением телесности. Нет, я имею в виду нечто другое. Не все ангелы приглядывают за людьми. Даже на небесах существует иерархия.

– Раньше ты этого не говорил, но, кажется, я понимаю. Ведь кроме просто ангелов есть еще архангелы, херувимы и прочие? – перечислила девушка по памяти.

Даже встречаясь с ангелом, она не стала знатоком религии, и весьма смутно представляла, в чем различия между теми же архангелами и херувимами, кроме как в названии.

– Да, именно так, – подтвердил Дэймон. – Люди считают, что существует всего девять чинов, поделенных на три своеобразных ступени. Но все это не слишком-то и верно.

– Почему? – заинтересовалась девушка, на некоторое время позабыв о странном незнакомце.

– Потому что ангелы не делятся на более близких к Создателю, или более далеких. И уж точно Он не восседает на ангелах, хотя люди почему-то решили иначе, – фыркнул Дэймон. – Но все же, несмотря на равную близость, иерархия есть. Она сложная и простая одновременно, но если тебе будет интересно, я расскажу об этом позднее. А сейчас вернемся к тому, кого ты видела. К новому падшему ангелу, который, если я правильно угадал, вышел из клетки после снятия первых печатей.

– Скажи, у нас снова неприятности? – нахмурилась Анжела, вновь становясь серьезной.

Теперь она действительно опасалась знакомств с ангелами, которые «были».

– Нет, все в порядке, – усмехнулся Дэймон. – Он совсем не похож на Люцифера.

Если поначалу Хэвенли и сомневался в том, кем является неожиданный визитер, решивший вдруг посетить городок Сэнт Хиллз, то пару мгновений назад новый ангел позволил ему себя почувствовать, и все сомнения отпали.

– Так кто это?

– Думаю, он сам тебе все расскажет.

Не успел Дэймон договорить, как на подоконнике возник тот самый молодой человек, которого совсем недавно видела Анжела.

– Можно войти? – вскинув брови, поинтересовался он.

Посмотрев на Дэймона, Анжела кивнула, и незнакомец ловко впрыгнул в комнату. Он был грациозен, а рубашка с брюками сидели на нем так элегантно, точно он носил их с момента сотворения мира.

– А разве ты когда-то нуждался в приглашении? – усмехнулся Дэймон.

– И тебе привет, Ал, – незнакомец уселся на кровать, – ты нас познакомишь? А то твоя девушка боится делать это на улице.

– Ну, во-первых, меня теперь зовут Дэймон…

– Да-да, хорошо, Ал. Переходи к «во-вторых», – небрежным жестом отмахнулся тот.

Он был буквально воплощением изящества с замашками аристократа, которые почему-то не слишком влияли на его манеру речи.

– А во-вторых, Анжела – Азазелл. Азазелл – Анжела.

– Азазель? – переспросила девушка, вспоминая, что же она слышала про этого бывшего ангела.

Выходило, что ничего хорошего.

Демон пустыни, которого отправили в заточение за то, что он показал людям оружие и научил женщин пользоваться косметикой.

– Не Азазель, а Азазелл. Что у людей за привычка коверкать имена и додумывать все самим? – фыркнул тот.

– У Аза это больная тема, – хихикнул Дэймон.

– Я все слышу. Посмотрел бы я на тебя, если б твое истинное имя растиражировали в таком исковерканном варианте. Да еще эта неприятная история с заточением… Фууух… Клетка – это не самое лучшее место на земле.

– Что тебе здесь надо? – прямо спросила Анжела.

Дэймон отчего-то молчал, лишь хитро усмехаясь. Конечно, такая его реакция немного успокоила девушку, но все же, она хотела прояснить все сразу и не позволить себе вновь обмануться.

– О, именно здесь, в этом городке, меня интересуют только Сэм, Ал и симпатичные девчонки, – широко улыбнулся Азазелл и, подумав, добавил. – Ну и ты, пожалуй.

Анжела задумалась, стоит ли ей обижаться на эту сомнительную фразу, но Дэймон ее опередил.

– Аз, – падший нахмурился. – Прошу тебя, будь более… сдержан. Я слишком хорошо тебя знаю.

– Ладно, ладно, – Азазелл вскинул руки, точно сдаваясь. – В любом случае, Ал, я жду тебя на улице. Думаю, нам есть, о чем поговорить.

– Хорошо, – ответил Дэймон, но бывший ангел уже перемахнул через подоконник, скрывшись за ним.

– Азазелл? – спросила Анжела, вскинув брови.

– Фигляр с замашками аристократа, – фыркнул Дэймон. – Но он не Люцифер. Я давно его знаю, и он вовсе не жаждет уничтожить этот мир, или чего-то подобного. На самом деле, он может быть куда более серьезен, чем кажется.

– Если он так хорош, то почему его изгнали?

– Это долгая история. Не такая известная, как у Люцифера, но все же заслуживающая внимания. Если хочешь, то немного позже я попрошу Аза рассказать тебе ее.

– А почему ты не сделаешь это сам? – удивилась Анжела.

Да и после Люцифера историю падения какого бы то ни было ангела она предпочла бы услышать от Дэймона.

– Ну, я так и не понял до конца, что же им двигало, – развел руками Дэймон. – Мы не успели толком поговорить об этом. Но давай пока закроем небесную тему. Лучше расскажи, как прошел твой день.

Анжеле по-прежнему было любопытно, отчего упал этот новый для нее ангел Аз, и зачем он на самом деле здесь объявился, но она послушно стала рассказывать о своем сегодняшнем дне в больнице.

В конце концов, Дэймону все же лучше знать, и раз он не видит никакой угрозы в этом наглом падшем с аристократическими замашками, то, скорей всего, никакой угрозы и нет.

Они проболтали (и не только) до самой ночи – оба успели соскучиться друг по другу. И лишь уложив Анжелу спать, Дэймон бесшумно выскользнул в окно, осторожно прикрыв за собой створку. Аз ждал его внизу, и им действительно было что обсудить.

Глава 4

– Старина Ал! Приветствую тебя, мой юный друг, – Азазелл похлопал Дэймона по плечу. – А ты, я погляжу, совсем не изменился.

– Тебя создали немногим ранее меня, – усмехнулся тот в ответ. – Что это за облик? Ты сам на себя не похож.

– О, боюсь, мой истинный вид слишком специфичен для этого консервативного городка, – отмахнулся Аз.

– И то верно, – кивнул Дэймон. – Ну, рассказывай.

– О, это ты должен мне рассказать. Меня не было всего ничего, а ты успел устроить Конец Света и вернуть старине Сэму его чувства.

– Конец Света устроил не я, а Люцифер. Да и чувства Самаэлю вернул Кристиан.

– Но ты два раза спас свою рыжую девицу, – Аз поднял указательный палец вверх. – Я уже успел кое-что разузнать от Сэма. Бедняга совсем растерян и едва справляется с обрушившимся на него ураганом эмоций. А эмоции для ангела, это как… ну ты сам знаешь.

– Как наркотик, – продолжил за друга Дэймон. – Да, у меня еще не было времени поговорить с ним, но я вполне могу представить, каково ему. А вот как освободился ты?

– Ваше шоу смело все замки, что держали клетку запертой, – пояснил Азазелл. – На самом деле, уверен, что выбраться смог не только я, ведь и врата Ада, и Небес заметно пошатнулись после столь эпичной битвы. Впрочем, думать об этом я не стал. Я провел наедине с самим собой слишком много времени, чтобы теперь думать долго хоть о чем-то. Увидев брешь, я тут же вырвался на волю, а потом пришел посмотреть на тех ангелов, которые устроили это. И знаешь, увидев тебя, я совсем не удивился.

– Почему? – вскинул брови Дэймон.

– Рано, или поздно, но ты должен был упасть, – пожал плечами Аз, словно говоря о само собой разумеющихся вещах. – После падения Люцифера это стало очевидно всем, у кого есть хоть капля мозгов. Ведь ты чрезвычайно похож на него. О, старина, не смотри так… я имею в виду, похож в самых хороших смыслах. Те же глаза и та же непокорность в них, то же свободолюбие. Только, в отличие от Люцифера, ты борец не за свою гордыню, а за справедливость. Темное пламя разума и воли, которое в итоге все равно должно было вырваться наружу.