Академия Магических Талантов

Глава вторая

Пенелопа Громова

Я не знала, сколько прошло времени, но лишь Эрик разрешил открыть глаза, передо мной замелькали черные мошки. Когда зрение восстановилось полностью, я с любопытством оглянулась. Вокруг расстилались горы, ничем не хуже Альп. Сизые вершины, окружающие нас со всех сторон, были покрыты снеговыми шапками. Небо выглядело хмурым и неприветливым. Отчего-то возникла мысль, что тут вскоре запросто может случиться метель. Ветер пронизывал до костей, и я поежилась от холода. Ноги утопали по колено в снегу.

Сашка с таким же жадным любопытством рассматривал все вокруг. А потом я взглянула на эльфа и поняла, что наши дела плохи. Эрик хмурился и странным взглядом обводил местность.

– Эрик, в чем дело? – осторожно спросила я.

Эльф резко обернулся, как-то чересчур весело улыбнулся и сказал:

– Все хорошо. Мы на месте. Нужно поискать укрытие. Лучше всего какую-нибудь пещеру. Уже темнеет.

Что-то внутри меня тревожно засвербило. Беззаботность эльфа казалась наигранной. Но, решив не предаваться панике, я последовала за ним и Сашкой. Через двадцать минут я закоченела, а через час почти не могла шевелиться от холода, проклиная все на свете – эльфов, их мир и свою везучесть. Но пещеру мы нашли. Сашка и Эрик откуда-то натаскали сухих веток. Я настолько замерзла, что даже не поинтересовалась, где в горах они нашли хворост. Едва парни разожгли костер, как я блаженно улыбаясь, села возле огня.

Через час полностью согревшись, я расслабилась и поймала тревожный взгляд Эрика.

– Может, побольше хвороста натаскаем, – невинно предложила я.

– Зачем? – удивился Сашка. – На ночь нам хватит.

– Так метель надвигается, – сказала я, невозмутимо смотря на эльфа, глаза которого сверкали в темноте, напоминая яркие аквамарины.

– Уверена? – тихо спросил Сашка.

Я кивнула, не сводя глаз с Эрика. Остаток вечера мы потратили на то, чтобы натаскать сухих веток. Оказалось, неподалеку каким-то непостижимым образом на склоне горы рос лес. Эльф, у которого помимо меча оказался еще и лук со стрелами, подстрелил пару птиц про запас. Едва мы оказались в пещере, как поднялась страшная метель – белого света стало не видно. Мы проскользнули в дальний угол, прижались друг к другу и заснули.

Проснулась я оттого, что холод пробрался везде, куда можно. Стуча зубами и проклиная все на свете, стала разжигать потухший за ночь костер. Эрик и Сашка, проснувшиеся от того же, что и я, решили помочь. Мы поджарили на огне одну из пташек, поели и прислушались к метели, что никак не унималась. День прошел в бесполезном ничего неделании. Эрик, правда, немного рассказал нам об Эфре.

Этот мир представляет собой четыре огромных материка – Сандаринию, Эльдарию, Марандию и Векарию, окруженные одним Великим океаном и множеством морей, названия которых я с ходу не запомнила. На всех землях народы живут в относительном мире. Основных рас (тех, что способны к магии) – пять.

Первая раса – эльфы. Они делятся на светлых и темных. Их таланты достаточно сильно отличаются друг от друга. Чаще всего светлые эльфы имеют дары, связанные с жизнью растений или животных, или же с искусством. У них рождаются музыканты, художники, архитекторы, равных которым нет. Естественно, магия светлых эльфов достаточно уникальна. Есть те, кто рождается с даром повелевать водой, что случается редко и имеет особую ценность.

Большинство светлых эльфов предпочитает жить в Светлом Лесу, расположенном на Эльдарии. Их территория занимает две трети материка. Но есть и те, кто хочет учиться в Академии Магических Талантов, и те, кто путешествует, набираясь новых впечатлений. Эрик является представителем именно этой группы эльфов. Все они светловолосы, а глаза либо серые, либо имеют оттенок неба.

Темные эльфы – полная противоположность, что в принципе не совсем объяснимо. Им нет равных в боевых искусствах. Они – лучшие мечники и лучшие лучники. Наемники, которые не знают пощады и не чуждаются призывать тени из-за грани, если это необходимо. На вопрос о том, что за Эриком охотился именно дроу, Эрик кивнул. При этом его уши слегка покраснели. Ох, нечисто тут дело! Если темные эльфы такие беспощадные и непобедимые, то как Эрик против них продержался столько времени? И почему дроу, который приказал четырем теням напасть на Эрика, исчез, оставив его в живых? Интересная картина, не правда ли? Но пока расспрашивать Эрика не стала, решив оставить догадки при себе. Как оказалось к тому же, темные эльфы могут поставить самую сильную защиту, которую не пробьет даже дракон. Даже с добрыми намерениями.

И светлые, и темные эльфы постоянно роднятся друг с другом. Благо, дроу живут рядом, на оставшейся трети Эльдарии в Темном Лесу, далеко ходить не нужно. Мне оставалось только удивляться, как при всей непохожести характеров они умудряются жениться. Или тут закон противоположностей во всей красе действует?

В смешанных браках рождаются полукровки с неожиданными талантами. Темные эльфы поголовно брюнеты с зелеными или карими глазами. Эрик сказал, что определить полукровку проще простого – встретишь светловолосого эльфа с изумрудными очами, сразу все понятно.

Второй народ – драконы. Их принято относить к расе оборотней, но последние настаивают на том, что они круче. Оборотни могут превращаться в разных животных и птиц, в отличие от ящеров. Но с драконами, у которых дар повелевать огнем и воздухом, лучше не спорить. Частенько среди них встречается и еще один дар, редкий и нужный – исцелять.

Драконы предпочитают жить в Марандии, строя исключительно замки и исключительно в горной гряде Ардаманских гор. Эта территория их по праву. Тысячу столетий назад между ними и людьми разразилась война, которая принесла много горя обоим народам. Причиной послужило невыполненное обещание человеческого принца. Из-за него погибли юные драконы. Мир дался непросто. Драконы ушли в горы, практически уничтожив Сандаринию, материк, где всегда жили люди. Нет, они не мстительны, по словам Эрика. Просто не умеют прощать предательства.

Представителей драконьей расы можно запросто отличить. В волосах у них цветные прядки. По ним можно определить, какого цвета дракон перед тобой и предположить даже, каким даром он обладает.

В Марандии, практически сплошь покрытой горами, живут и гномы. Их дар – камни и огонь. И такие чудеса они творят, что ничто с ними не сравнится. Гномы крепки в плечах, сильны и выносливы. Сам Эрик никогда не бывал у них в гостях, но те, кто бывали, рассказывают, что подгорный народ построил удивительные города под землей – настоящие произведения искусства. Светлые эльфы, обладающие даром архитекторов, с удовольствием проходят практику у гномов и возвращаются в невменяемом состоянии от восхищения.

Четвертая раса – оборотни, живут на Векарии. Благодаря дару – умению оборачиваться в любых животных, птиц и даже насекомых – из них получаются хорошие шпионы и следопыты. Они – своеобразный патруль магического мира. Способны практически всегда найти преступника, поэтому и услуги у них недешевы. У оборотней каштановые короткие волосы. Они всегда одеты в плащи темно-зеленого цвета. А выражение лиц такое – встретишь, не перепутаешь, как заметил Эрик.

Пятый народ – люди. Есть среди них и магически одаренные, и простые ремесленники, крестьяне, аристократы. Они живут на всех материках, но в основном – на Сандаринии. Это самый большой материк в Эфре. На нем и расположена Академия Магических Талантов.

Когда мы с Сашкой поинтересовались правительством, Эрик улыбнулся и пояснил, что у каждого народа есть правитель и знатные рода. В общем, ничего нового.

На третьи сутки метель затихла. Пока Сашка вышел прогуляться, я подкралась к Эрику и напрямую спросила:

– В чем дело? Ты сам не свой. Думаешь, за тобой будет погоня? Так они же со следа сбились, сам говорил.

Эльф вздохнул, почесал макушку.

– Мы оказались не в том месте, где я планировал, – тихо выдал ушастый.

– А где ты планировал? И где оказались мы?

– Планировал, что мы окажемся в Лавандовом предгорье Сандаринии, – осторожно сказал Эрик.

– И?

– Мы находимся в Ледяном Глазе, – хмурясь, ответил он.

– А что такое Ледяной Глаз и чем опасен? – осторожненько поинтересовалась я.

– Это долина в окружении горной гряды, покрытая снегом. Она находится на Марандии. Для того чтобы выйти к жилью, нам понадобится спуститься, найти проход и…

Я внимательно посмотрела на него.

Эрик вздохнул, отвел глаза.

– Место специфическое, Пенелопа. Можно сказать, что проклятое. Согласно одной легенде, когда-то здесь от боли умирала Великая Праматерь, создавшая наш мир, – тихо ответил он. – В Ледяном Глазе не действует магия – раз. Полно жутких тварей, которые захотят нами закусить, – два. До жилья при благополучном исходе мы доберемся не раньше, чем через месяц, – три.

В пещере повисла долгая тяжелая тишина. Я смотрела на Эрика, заманившего нас в смертельную ловушку, шансы из которой выбраться равны нулю. Он виновато прятал глаза.

– У меня есть мамин амулет. Он обладает множеством полезных свойств. К примеру, способен создать щит. Она купила его за огромные деньги у одного темного эльфа. Благодаря амулету я и выжил в мире без магии. Он давал силы. Если дело повернется так, что нам не выбраться, – сказал Эрик, доставая шнурок с черным камнем из-за пазухи, – то сделай так, чтобы я прикоснулся к нему губами. Он создаст защиту, которую никто не одолеет.

– И что потом? – удивилась я.

– Ждать и надеяться, что помощь придет, – глухо ответил Эрик. – Мама поймет, что амулет активирован, поднимет эльфов на поиски. В вашем мире я этого сделать не мог.

– Так может, сразу его активируем? – вкрадчиво спросила я.

– Не выйдет, Пенелопа. Он сработает только в случае смертельной опасности.

Я сжала голову руками и подумала о том, что ужасно хочется прикопать светлого эльфа под ближайшим кустом. Мозг весело и беззаботно стал выдавать способы убийства, предлагая остановиться на семнадцатом – самом изощренном. Я застонала, выскользнула наружу и разыскала Сашку. Новостям он так обрадовался, что врезал эльфу по лицу, от чего у того сразу же под глазом налился синяк, а выражение лица стало настолько жалостливым, что хотелось заплакать.

Но делать было нечего, нам пришлось отправиться в путь.

– Простите меня, пожалуйста. Я не знал, что портал так сработает. Я хотел, как лучше, – понуро сказал Эрик на второй день пути, когда мы отбились от очередных чудищ. На этот раз они напоминали огромных летучих мышей и боялись огня. Мы умудрились отогнать их горящими ветками, а местами даже подпалить. Мышки исчезли с недовольными воплями. Зато сами мы сейчас выглядели так, что трубочисты позавидовали бы. И из милости еще бы и доплатили.

Я умывала лицо и руки снегом, вспоминая, что за время пути мы встретили троих мантикор и с десяток мелких животных, напоминающих обычных тушканчиков, но метающих ядовитые иглы. Это чудо, что еще никто из нас не был ранен. С совсем не сказочными тварюшками в основном справлялся Эрик, имеющий оружие и умеющий с ним обращаться. Сашке эльфийский лук не подчинялся. Меч же ему ушастый не отдал, заявив, что он без него, как без рук.

Сегодня меня добила встреча с диким медведем. Никогда не забуду огромную мохнатую тушу, мчащуюся на нас с бешеной скоростью. Но Эрик впечатлил в этой схватке еще больше зверя. Маленький, юркий и ловкий, по сравнению с медведем, он напомнил мне Леголаса из «Властелина колец», лихо разделался с чудовищем.

Я ненадолго прикрыла глаза, мечтая об отдыхе. За двое суток мы дважды перекусили и практически не спали. А добрались только до подножия гор. Нам еще предстоит запредельный путь по голой снежной равнине, где будет негде скрыться.

Вздохнув, я подошла к друзьям, устало сидевшим на валунах. Мы еще немного передохнули и двинулись дальше, практически сразу оказавшись в огромной, бескрайней пустыне. Только где-то совсем далеко виднелись горные макушки.

– Сейчас пойдем на восток. Там должен быть переход, – уверенно сказал эльф.

– Ты предлагаешь миновать всю эту, – обвел руками и взглядом Сашка, – долину?

Я тоже поразилась. Дело в том, что горные макушки были как раз на востоке.

– У нас нет выхода, – спокойно заметил светлый.

Нет, я точно его прибью, не выдержу.

– Пожалуй, я начинаю жалеть, что не оставил тебя под дверью своей квартиры, – прошипел Сашка.

Эрик виновато опустил голову и снова вздохнул. У-у-у-у… зараза ушастая. Доберусь я до тебя, не жди милости!

Мы побрели по бескрайнему сверкающему снегу. При этом мне постоянно вспоминалась сказка о Снежной Королеве. Наверное, Герда, спасая Кая, прошла не менее трудный путь по такой же долине. И не ныла, в отличие от нас.

Интересно только, что она ела? У нас еще оставались припасы в Сашкином рюкзаке. Как ни крути, а друг оказался самым предусмотрительным, прикупил еды перед нашим переносом, но растянуть ее на месяц было нереально. Максимум – неделя, если есть раз в день. Эрик, правда, утверждал, что выберемся из Ледяного глаза – поохотимся, но оптимизма это не добавляло. Да и толку-то от тушки неизвестного животного, если даже невозможно разжечь костер, чтобы приготовить еду? И не потому, что огонь привлечет каких-нибудь новых чудищ, банально нет хвороста. Эрик, конечно, пообещал решить эту проблему, но сдается, придется нам всем проявить чудеса изобретательности. Если, конечно, мы выживем в этом чудесном местечке, населенном чудовищами, где к тому же еще и царит вечная мерзлота. Хорошо хоть, амулет Эрика имел свойство согревать того, на ком он был надет, и мы носили его по очереди, иначе бы давно превратились в сосульки.

Но сейчас нас тревожило не это. Мы шли четвертые сутки, но никто не нападал. Эльф хмурился, почти не разговаривал, вяло отмахиваясь от наших с Сашкой попыток выяснить, что происходит. Напрашивался один вывод – нас ждет огромная-преогромная неприятность. Если вся тутошняя чудовищная живность настолько кого-то боится, что не предпринимает никаких действий в отношении нас, вяло плетущихся, то стоит начать рыть могилки. Если, разумеется, от нас еще что-то останется.

А как же сейчас хотелось оказаться дома, в тепле пушистого пледа, за столом, ломящимся от еды. Есть хотелось так, что и быка готова была слопать, честное слово! Но еще больше мечталось, чтобы это приключение оказалось страшным сном. Безумно интересным, но сном.

Я вздохнула, выплывая из грез, наклонилась, чтобы зачерпнуть снег, и замерла. В метрах ста от нас сверкали два серых камня. Я моргнула, всмотрелась, камней уже не было. Снова зачерпнула снег в ладони и заметила, что серых круглых камней стало уже не два, а четыре.

– Эрик, – хрипло позвала я.

Эльф моментально оказался рядом. Я молча некрасиво ткнула пальцем в серые камни. Лицо ушастого вытянулось, в одно мгновение сравнялось с цветом снега, а глаза стали похожи на два огромных блюдца. Я подумала, что сейчас его кондратий хватит. Но нет, он моргнул, сдавленно сглотнул, а потом прошептал мне побелевшими губами:

– Бежим!

Я только собралась спросить, что это за камушки такие, как снег вокруг зашевелился. И из него поднялись с десяток огромных, ростом с теленка, не меньше, белоснежных волков. И сразу стало понятно, что это были никакие не камушки, а глаза. Просто звери слились с белизной снега. Видимо, такой была их магия.

– Бежим! – закричал Эрик, стартуя.

Я больше не думала, я помчалась за ним, на ходу цепляя за руку оторопевшего Сашку.

– Льдистые волки! – прокричал эльф. – Они считаются легендой, вроде ваших динозавров. Ожившая страшная сказка! – вопил светлый на ходу, не сбавляя темпа. – С ними не справится никто, кроме Снежного принца. Он тоже легенда. Все, кто попытался его вызвать, отдали жизнь в обмен на просьбу.

Ответить мы не смогли. Ужаснуться – не успели. Мы мчались так, что я даже не догадывалась, что во мне есть такие способности к бегу.

– Петляйте! Они неповоротливы, – снова прокричал Эрик. – Слишком громоздкие и тяжелые!

Но силы были неравны с самого начала, если честно. Сколько сможет пробежать обычный человек, когда за ним гонится волк, пусть он и более медлительный? А десять волков? А если они непобедимые и из магического мира, в который ты до последнего не верила?

– Вызывай принца, – прокричал Сашка. – Я предпочту умереть от его руки, чем от их зубов.

– Не умею, – проорал Эрик.

Я смотрю, все веселее и веселее становится.

Минут через двадцать я стала отставать. В голове стучали молотки, перед глазами все плыло, а ноги напрочь отказывались двигаться. В какое-то мгновение, когда я собралась упасть, увидела голубые глаза Эрика. Он, не церемонясь, закинул меня на плечо и побежал. Где-то закричал Сашка. Пронзительно, надрывно. Эрик помчался к нему с моей тушкой на себе, опустил меня на снег, вставая рядом и вытаскивая меч.

– Сильно ранен? – прошептала я Сашке, подползая ближе.

– Ногу когтем зацепило, – припечатал эльф.

– Мне конец, – мягко сказал друг. – Спасибо, Пенелопа, за то, что ты была в моей жизни.

– Что? – взбеленилась я. – Ты с ума сошел? Ты будешь жить. Я тебе обещаю. Рано еще прощаться.

Мельком глянула на Эрика, сосредоточенно смотрящего вокруг. Нас окружали. Льдистые волки загнали свою дичь. Лицо Сашки стало практически белым. По коротким волосам пополз иней. И почему-то я поняла, что такая магия не лечится. Едва лед доберется до сердца, друга не станет.

– Холодно как, – тихо сказал он.

Я быстро сняла пуховик, укрыла.

– Что с ним? – спросила я, отрывая лоскут белой рубашки и бинтуя другу раненную ногу.

– Ледяной огонь действует, – глухо ответил эльф, прислушиваясь к рычанию ледяных волков. – Если не найти целителя, то через час…

Договорить эльф не смог, потому что волки разом напали. Я сжалась, загораживая друга, а Эрик кинул в зверюг какой-то порошок, явно припасенный на крайний случай. И это замедлило их движения. Теперь эльф метался вокруг, умудряясь рубить волков. Правда, они моментально восстанавливались. Такое ощущение создалось, что им снег помогал, давал сил. Но надолго Эрика не хватит. Он – светлый эльф, не дроу, который может везде и всегда выжить.

– Кидай амулет, – прокричала я, наблюдая, как он дерется с волками.

Маг резко стянул через голову шнурок, прикоснулся к кругляшку губами. Я поймала амулет и прижала к себе. Защитный купол появился моментально, растянулся на десяток шагов со всех сторон.

Волки, абсолютно невредимые, отлетели, как от удара неведомой волны.

Я пощупала пульс у Сашки, что-то шептавшего в бреду, и повернулась к Эрику. Тот глубоко вдохнул и повалился мне под ноги. Ранен! Волчьи лапы пропороли кожу. Одежда залита кровью. «Хорошо, что хоть не в шею волчара вцепился», – хладнокровно подумала я.

Наверное, мои нервы пережили такой стресс за эти дни, что я, до ужаса боясь крови, действовала, не задумываясь. Разорвала на умирающем эльфе одежду, приложила к ранам снег, порезала свою рубашку на лоскуты, превращая ее в подобие бинтов. Затем стянула свитер, закутала Эрика, оставаясь в одной футболке, штанах и носках. И только потом затряслась в лихорадке. Губы эльфа побелели, и выглядел он не лучше Сашки.

Вопрос один и вечный – что делать? Я лихорадочно стала думать. Сколько пройдет времени, прежде чем нас найдут? Много, очень много. И если учесть, что магия в Ледяном Глазе не действует, то шанс крохотный. Столько Эрик и Сашка не продержатся. Эльф говорил, что ледяной огонь убивает в течение часа. Сколько прошло времени? А сколько осталось? Как помочь? И что я могу, оставшись почти голышом в окружении волков посреди снежной долины? Даже сумку где-то потеряла. Сдается, долго щит не выдержит. И что тогда? Хотя и так ясно.

Нам нужна помощь. Но где ее взять? Кто сможет помочь? Кто? Ответ пришел странный и неожиданный. Снежный принц. Позвать его? Эрик говорил, что он – легенда. Такая же, как льдистые волки, которых тот может усмирить. Но взамен забирает жизнь.

Я посмотрела на слабо дышавших друзей, находящихся в беспамятстве. Выхода нет. Любой из них за меня бы умер. Эрик, к примеру, мог тысячу раз бросить и меня, и Сашку еще тогда, на Земле, но этого не сделал. И не оставил умирать, когда мы спасались от чудовищных волков. Защищал до последнего, прекрасно понимая, что его ждет смерть. Мне вспомнилось, как эльф бежал со мной на плече. К горлу подкатил ком, а на глаза набежали слезы. Глубоко вздохнула, заставляя страх отступить. Как говорится, двум смертям не бывать.

Теперь вопрос стоит иначе: как вызвать Снежного принца? Я понятия не имею, что нужно делать. Ничего не знаю о магии и талантах. Не считать же информацию моего мира достоверной и правильной. Прошло минут десять, пока я обдумывала все возможные и невозможные способы, при этом незаметно теребила синий камушек, висевший на шее на серебряной цепочке. Украшение появилось тогда, когда мама и бабушка одним самым обыкновенным днем исчезли в прямом смысле этого слова. Их долго и упорно искали, но не нашли. Даже не обнаружили никаких следов. Про отца же я ничего не знаю и никогда его не видела. Мама и бабушка на вопросы о нем не отвечали по неведомым мне причинам. Поняв, что ничего от них не добьюсь, я смирилась и не настаивала.