- -
- 100%
- +
Ну, держись, юг!
«Вы же понимаете, что у них просто нет другого выбора! Это в Европе отельным гидам платят хорошую зарплату, чтобы те действительно помогали туристам. А наши ребята, уехавшие работать гидами в Турцию или Египет, что? Нашим, чтобы прокормить себя, просто необходимо втюхивать экскурсии. Причем, на минутку, по стоимости в два-два с половиной раза дороже, чем на местном рынке. Иначе они просто останутся без бабок. Туроператоры им платят самый жесткий минимум, а остальной заработок – что стрясут с туристов, пока те не успели опомниться. Вот и обманывают наши отельные гиды их, как только могут. Вот и появляются потом байки про то, что, если не купить у гидов от туроператора экскурсию, потом вас просто домой не отпустят, обратный билет на самолет не подтвердят и т.д. Гиды прекрасно понимают, что творят, и злятся от этого, но ничего поделать не могут… Увы, на что сами подписались».
– Что за чушь ты смотришь, Ника?
– Решила что-нибудь поискать про этих реализаторов экскурсий в интернете, но там ничего особо нет. Про отельных гидов в основном рассказывают.
– И зачем тебе это? Ты мне не веришь, что ли?
– Нет-нет, Света! Пожалуйста, не воспринимай это на свой счет.
– Если бы я сама не знала всю подноготную из первых уст, от Юли, я бы тоже никуда не дернулась. Но тут все на мази: фирма – не кидалово, жилье уже нашли. А добавь к этому еще Черное море, солнце, развлекухи и сто кусков в месяц… О чем еще мечтать можно? Согласна?
– Наверное, да…
– Ты, кстати, мать о нашем отъезде предупредила?
– Нет еще.
– А чего ты медлишь?
– Хотела ей сказать в день сдачи последнего экзамена.
– Ника, я не шучу. Если ты не поговоришь с ней в ближайшее время, я просто уеду без тебя. И точка. И так приедем уже к горячему сезону, когда все бабки без нас зашибать будут.
– Я поговорю с ней.
– Поговорить – это еще пол беды, – вздохнула Светка. – Я тебе, как подруга, скажу: так нельзя. Тебе уже восемнадцать лет, а мамка до сих пор контролирует каждый твой шаг: где ты, с кем ты, когда вернешься. Неудивительно, что у тебя до сих пор нет парня. Ой, извини-извини. Забыла, что ты не любишь на эту тему говорить. Если ты сейчас не настоишь на отъезде, дальше будет только хуже! Считай, что работа реализатором на юге – это не вопрос денег, а вопрос твоей самостоятельности. Пора уже становиться самостоятельной!
– Да-да, ты, как всегда, права…
Они уже месяц назад договорились со Светой поехать после сессии на все летние каникулы на юг – подшабашить реализаторами экскурсий. Эту идею им подкинула двоюродная сестра Светы – Юля, которая три года назад таким образом уехала из родного Тамбова. Юля захлебывалась от восторга, в красках описывая, как она гребет деньги лопатой на продажах экскурсий, работает всего пару часов в день, а остальное время тусит и наслаждается всеми прелестями Черного моря. «Легкое бабло, как в казино!» – этот ее слоган дурманил.
Света сдалась моментально. Ника, воспитанная матерью в парадигме «Легких денег не бывает, а если и бывает, то они обязательно нечестные и грязные», долго сомневалась. Но месяц упорного серфинга на «Авито» и созерцания сумм в шестьдесят, девяносто, сто двадцать и более тысяч рублей постепенно пробивали брешь жгучего сомнения и в ней. Разве такие деньги не стоили того, чтобы, в конце концов, заявить перед матерью свое право на взрослость? Тем более что на это право в очередной раз покушались: мать планировала через свою подругу трудоустроить Нику на летние каникулы в какую-то фирму перебирать бумажки. Нике такая затея вообще не нравилась. Она бы еще одно лето, как в старые добрые школьные времена, провела дома в приятном безделии. Но если уж и работать, то только по Светиному варианту.
Зазвонил телефон.
– О! А вот и маман твоя звонит, очень кстати. Давай!
– Я… – Ника запнулась от волнения.
***
Естественно, Ника затянула с разговором до дня последнего экзамена. Молчать дальше уже было невозможно. С одной стороны, ее постоянно дергала Света: билеты на поезд раскупались очень быстро. С другой, мать все настойчивее сватала какую-то непонятную работу. А сегодня, после звонка Ники с отчетом об успешно сданной сессии, поставила перед фактом, что завтра в полдень у дочери собеседование. Ника вышла из себя. Но вариться в негативных эмоциях ей пришлось до самого вечера, пока Валентина Андреевна не вернулась домой с работы. Тогда и разразился скандал.
– Ника, ты сбрендила! Откуда ты вообще это взяла? – брызгала слюной мать. – Это все твоя подружка Светка! Та еще зараза.
– Не отзывайся так о ней!
– Так и знала, что в многодетных семьях растут непутевые, брошенные дети, которые рано начинают приобщаться ко взрослой жизни. И через такие непонятные работы в том числе. Но ты-то куда? Домашняя, тихая, чистая девочка!
– Я тоже хочу быть взрослой, мам!
– А чем мой вариант тебя не устраивает? Никуда ехать не надо, фирма проверенная, все официально, по договору, по трудовой книжке. Опять же, рядом со мной.
– Да кому вообще нужны трудовые книжки?
– Это тебе сейчас так кажется, что никому. А потом ой как понадобится! Локти начнешь кусать. – Возникла выразительная пауза, во время которой Валентина Андреевна достала из холодильника кастрюлю и начала греметь тарелками. – А твой юг, что? Сплошное кидалово, скрытое за красивой картинкой!
– Тебе откуда знать? Ты там не работала и не жила!
– Мне хватило одного раза! – Громко хлопнула дверца микроволновки. – Ты, наверное, не помнишь. Маленькая была, годика четыре. Мы тогда с папой поехали отдыхать на эти самые юга. И что в итоге? Его всего за пару дней увела какая-то шалава из местных. Домой мы с тобой вернулись вдвоем. А папка потом приехал через пару месяцев, когда с ним там наигрались. Но и здесь жить не смог. Забрал вещи и ушел насовсем. Побитая собака.
– Я это плохо помню… Но, так или иначе, его уход с работой не связан. Это разные вещи.
– Нет, Ника, не разные. Запомни: на юге хорошо только отдыхать, а не жить и работать, тем более приезжей, как ты. Обман на каждом шагу. В лучшем случае – не заплатят, в худшем – окажется, что ты им еще и должна. Все договоренности только устные: сегодня пообещал одно, завтра сказал другое, да еще на тебя сам наехал, якобы это у тебя память такая дурная. А ты даже толком постоять за себя не умеешь!
– Конечно, не умею, потому что ты меня постоянно одергиваешь!
– Я тебя не одергиваю, а защищаю. Потому что в жизни и так полно всякого говна, чтобы тебя так рано в него окунать.
– А потом вдруг окажется, что я его совсем не умею разгребать! И в мои тридцать лет ты начнешь меня упрекать, что я ни на что не гожусь и не могу отлипнуть от твоей юбки.
Мама грозно помолчала, а потом спросила:
– Ника, чего ты добиваешься?
– Я хочу уехать!
Разогретый ужин не лез Валентине Андреевне в горло, и она теперь нервно отстукивала кончиками ногтей по кайме на тарелке.
– Кем ты там будешь работать? Этим, как его, продавцом экскурсий? Ты вообще хоть что-нибудь знаешь о продажах?
– Я думаю, что быстро разберусь на месте.
– Ты думаешь… Ты думаешь, это как пальцами щелкнуть? На раз-два?
– Мам, не надо, пожалуйста. Мы послезавтра уезжаем. Давай не будем усугублять.
На самом деле Ника блефовала. Билеты еще не были куплены. Но эту бессмысленную перепалку пора было прекращать. И другого способа, кроме этого обмана, она не придумала.
А мама резко встала из-за стола и, максимально громко хлопнув дверью, вышла из кухни. Разговор прервался. Итог остался непонятен. Попробовать помириться с мамой или уже пойти до конца? Ника сделала первое, что пришло в голову: написала Свете в мессенджере, чтобы та покупала билеты. Через минуту Света отправила в ответ кучу лайков и эмодзи.
Процесс был запущен…
Часом позже Света прислала Нике ее билет. По любопытному стечению обстоятельств уезжали они действительно послезавтра. Места нашлись. Так что, можно сказать, она нигде не наврала.
Весь следующий день Валентина Андреевна не разговаривала с дочерью. Нику это даже забавляло.
В день отъезда мама зашла к дочери в комнату перед уходом на работу. Ника уже не спала и паковала вещи. Валентина Андреевна сухо сообщила, что не успеет прийти на вокзал и проводить ее, и оставила на тумбочке пятитысячную купюру на расходы на первое время. И ушла. Ни объятий на прощание, ни поцелуев, ни очередной полемики на повышенных тонах, ни слезных уговоров остаться. Ника осталась в недоумении от такого сдержанного прощания.
***
Уже в поезде Ника неоднократно задавалась вопросом: почему же ее все-таки отпустили? Может, мама здраво решила, что такое приобщение к труду и работе лучше, чем полное отсутствие оного? Поняла, что Ника все равно не пошла бы на то собеседование, даже если бы пришлось выгонять ее из дома пинками. А, может, ее просто отпустили назло? Ну, разрешили поступить по-своему, чтобы потом, в случае неутешительного исхода, постоянно напоминать о провале. «Я же предупреждала!», «Я же говорила, что на юге только кидают!», «Я же говорила, что на юге тебя каждый встречный-поперечный будет за нос водить, как невинную овечку!», «Я же знаю, что там опасность ждет на каждом шагу, и под каждым кустом тебя будут подкарауливать местные абреки-насильники!», «Я же говорила, что продавцом с нуля не станешь» и т.д. и т.п. Я же говорила! Я же говорила! Фу!
Нике от этих мыслей стало тошно, и она перевернулась на другой бок в надежде, что все неприятное мигом улетучится из головы. Чтобы ускорить процесс, она начала читать мантру собственного сочинения: «Черное море… Черное море… Скоро я скажу тебе: “Привет!”»
***
Не успели девчонки выйти из поезда, как их окатило горячим влажным южным воздухом. На ж/д вокзале подруг встречала Светина двоюродная сестра Юля. Стройная девушка невысокого роста с рельефными ногами и бесстыже красивым бронзовым загаром. Из-под красной бейсболки выглядывал растрепанный хвост, а на правом плече красовалась огромная татуха.
– Привет, тамбовчанам! – Юля расцеловала Свету в обе щеки и приобняла Нику за плечо. – Сейчас загрузим вас в машину и заселим, а потом – все остальное.
Девушки вышли из здания вокзала, пересекли небольшую площадь, до отказа забитую машинами, автобусами и такси, и подошли к уазику с открытой крышей и боковинами.
– Тигран, знакомься! Это Света и Ника.
– Привет, красавицы!
Откуда-то сзади появился такой же невысокий, как и Юля, темный кучерявый парень. Он залпом допил содержимое маленького пластикового стаканчика и бросил его на панель рядом с коробкой передач.
– Залезайте.
Света и Ника примостились сзади, Юля – на переднем пассажирском сидении. Тигран до упора вдавил педаль газа в пол – и машина, как бешеная, рванула вперед. Подружки только успели взвизгнуть и ухватиться за боковые поручни под открытой крышей. И понеслась… Ветер в ушах, растрепанные волосы, палящее солнце, крутые виражи, бесконечные сигналы встречных машин и это:
«Зачем мне сердце колыхала?
Любовь мне в душу запихала,
Конкретную любовь.
Шикарная женщина, садись
Ко мне в машина.
Ты будешь моя львица.
Хочу тибя любицца»1.
– Тигран у нас джипинги катает. Самые лучшие на районе. Правда, Тигранчик?
– Ой, правда! Самые лучшие! – и в подтверждение своих слов он в очередной раз резко вошел в поворот.
Света и Ника перекатились с одного края машины на другой.
– Простите, нам еще долго?
Нике это развлечение совсем не доставляло удовольствия, и она с радостью дошла бы до нужного адреса на своих двоих.
– Да не. Тут рядом, – перекрикивая ветер, ответила Юля. – Тигран как узнал, что ко мне сестра с подружкой приезжает, сразу сказал, что встретит и бесплатно покатает.
Юля довольно сощурила глазки и сладко чмокнула местного Шумахера в щёку.
– Расскажете чуть-чуть про наше жилье?
Ника плевать хотела на этот обмен любезностями. Ее больше волновал вопрос проживания: команда встречающих неосознанно посеяла в ней какие-то непонятные страхи. Странно, что Света вообще не интересовалась этим вопросом: распустила волосы, закрыла глаза и кайфовала от обстановки.
– У его тетки Марьям жить будете. Женщина пожилая, но не вредная. Можете гулять до глубокой ночи, главное – мужиков в дом не водите, – игриво ухмыльнулась Юля.
– И это, если чё попросит сделать по дому или в магазин там быстро сгонять, не отказывайте. Ладно? – добавил от себя «Шумахер».
– Ладно, – буркнула Ника за двоих.
Бесплатная джип-экскурсия вскоре завершилась возле приземистого двухэтажного дома почти кубической формы. Одной своей стороной участок выходил прямо на оживленный кусок горного серпантина, от которого его отделял хлипенький деревянный забор.
Навстречу компании из дома вышла, опираясь на палку, низкорослая полная женщина. Переваливаясь с ноги на ногу, как пингвин, она доковыляла до гостей и уставилась на них своими потухшими карими глазами, слегка прикрытыми седой челкой.
– Симпатичные девочки. Такие правильные с виду, – хмыкнула женщина, пожевав губы.
– Они такие! – развеселилась Юля. – Ну, ничего! Поживут тут с пару месяцев и оценят все прелести местной жизни.
– Ну-ну, – Марьям махнула рукой в сторону ажурной лестницы на второй этаж.
– Не переживайте, тетушка. Все в рамках приличий! – заверил Тигран.
– Наверх веди их, – дала указание Марьям и скрылась за дверьми первого этажа.
Юля по-хозяйски поднялась по лестнице, пересекла веранду и открыла дверь. Тигран остался внизу с тетушкой.
– Проходите, кидайте вещи и бежим дальше. Не первая береговая линия, конечно, но и вы у нас не туристы тоже, а местный рабочий класс. Для первого года сойдет, а дальше – на что сами заработаете. Дорога рядом, остановка рядом, пятнадцать минут – и вы на море. И оплата сейчас, сразу за месяц.
– Сколько? – спросила Ника, закатывая чемодан в комнату.
– Для своих всего пятнадцать кусков с человека. Оплата Тиграну сейчас, наличкой или переводом.
Девушки расплатились, оставили вещи, сели обратно в машину и вернулись в город. Тигран высадил их у начала набережной и уехал по своим делам. Троица немного прогулялась и устроилась за столиком одного из уличных кафе. К ним быстро подошел официант Вадим.
– Новобранцев обучаешь? – спросил он у Юли.
– Все-то тебе расскажи, Вадим, – та кокетливо улыбнулась и взяла из его рук меню.
– Как будете готовы – зовите.
– Обязательно.
Вадим отошел от столика, на ходу поймав посланный Юлей воздушный поцелуй.
– Сестренка, да ты, наверное, всех тут знаешь, – Света не скрывала восторга.
– Три года тут проживешь – и не такое знать будешь. Давайте заказывайте что-нибудь и погоним. Информации очень много, а времени – катастрофически мало. Мне скоро на работу бежать.
Введение в профессию
Юля достала вейп и сделала затяжку.
– Итак, реализатор… – она выдохнула пар. – Работенка вообще не пыльная. Главное – иметь подвешенный язык, чтобы «намазывать» туристов покупать экскурсии именно у вас. «Намазали» на одну экскурсию, спросили, как все прошло, и «намазали» на другую. И так до бесконечности, пока у них не закончится отпуск или деньги. Продали экскурсию – получили свой процент: двести-триста рублей, а иногда и больше. Зависит от типа экскурсии. Подробно расписано в нашем чате, я вас туда сегодня добавлю. Внимательно почитайте, что мы предлагаем и что сколько стоит. У экскурсии есть две цены. Одна – по которой мы продаем ее туристам, и вторая – бортовая, то есть ее себестоимость. Разница между этими ценами и составляет ваш заработок. Старайтесь продавать по той цене, что указана у вас в буклетах. Доширачников лучше обходить стороной. Они будут прогибать вас сделать максимальную скидку. Можете, конечно, уступить им, но любая скидка – за ваш счет.
– А доширачники – это кто? – брезгливо полюбопытствовала Света.
– Это такая категория нищебродных туристов, которые ради скидки в сто рублей не поленятся оббежать все экскурсионные будки города и обзвонить добрую половину реализаторов. Обычно они ходят с целой кипой листовок и трахают мозг вопросами, особенно по части дополнительных трат. Со временем вы научитесь узнавать их и обходить стороной. А пока набивайте руку и раздавайте буклеты абсолютно всем. Прокачивайте свой продажный скилл.
– Допустим, мы «намазали» туристов. Что конкретно с ними делать? – еще активнее включилась в инструктаж Света.
– Чё делать? Я вам каждой раздам буклеты. Вы на них напишете свои имена и номера телефонов. Допустим, вы впарили кому-то листовку, человек погулял, подумал и позвонил вам. Вы спрашиваете, на какую именно экскурсию он хочет записаться, какого числа, сколько их будет человек и откуда забрать. Все это спрашиваете и потом вместе с его номером телефона скидываете в наш рабочий чат. Все, на этом ваша работа завершена. Дальше им уже перезвонит диспетчер и расскажет, на каком автобусе и во сколько они поедут. Если турист начнет задавать эти вопросы вам, культурно скажите, что время ориентировочно такое-то, автобус – такой-то. Мы все это прописываем в сводной таблице, которую составляем вечером по итогу приема всех заявок. Если в этой табличке ваша заявка горит зеленым цветом, значит, все ок: люди подтвердились и едут. Если отмечена желтым – не отвечают, красным – не едут. Тогда можете начать наяривать им и спрашивать, что за дела, предлагать перенести экскурсию на другую дату и далее по списку. Если вам оставили номер телефона, ваша задача – ни в коем случае этого человека не упустить, а дожать, додавить, заставить его поехать. Вот. Запомните, что туристов забирают от КПП крупных отелей или от остановок общественного транспорта. По частному сектору не блукаем. Пока все понятно?
– А деньги? – Света схватывала информацию на лету.
– Переводятся вечером на карту, если туристы едут на экскурсию в этот же день. Если на следующий – вечером следующего дня. С морскими прогулками сложнее. Там партнеры могут перечислять оплату и по три, и по четыре дня. Но мы с этим ничего поделать не можем. Только ждем.
Юля снова сделала затяжку и оценивающе посмотрела на учениц. В глазах Светы крутились, как в игорном автомате, незримые купюры. Ника же сидела мрачнее тучи.
– Ника, тебе все ясно? – Юля затянулась снова.
– Да, наверное… Я только не понимаю, где мы работаем. В экскурсионной будке, что ли?
– Вы – нет. Все мы начинаем с бегунков. Мы не сидим на стационарной точке, а раздаем листовки, просто гуляя по городу. Кто-то из ребят забивает за собой определенное место и стоит по несколько часов только там, старается примелькаться. Другие не любят стоять на месте – надели ролики и погнали по всему городу кататься. Советую начать бегунками. Так опыта быстрее наберетесь и свой график сами сможете регулировать. Я вот, допустим, стою на месте только с утра, с 8 до 11, а потом иду до вечера отдыхать. Днем все равно сквозняк. Люди идут с пляжа никакущие, и им на все эти экскурсии пофиг. Лишь бы добраться до номера и бросить свое тело в кровать или накатить пивка где-нибудь на веранде. А вот утром или вечером к ним можно приставать. Утром они довольно бодрые, и им надо чем-то себя занять на пляже, вечером – под этим делом. – Юля щелкнула пальцами по шее. – Они очень разговорчивые, и их можно раскрутить на поездку. Бегунками работать сложнее, потому что это – холодные продажи, зато платят больше. Со стационарами чуть проще. Туда подходит уже теплая публика, которой просто нужно помочь определиться с выбором и сразу взять с них предоплату. Но там надо весь день торчать, как на привязи, и платят меньше. Поэтому там обычно сидят старые тетки, которым продажи на бегу уже не по возрасту. Вот. Поэтому у вас однозначно только один вариант для начала.
Гуру продаж опять затянулась и глянула на часы.
– Так, девчонки, если еще остались вопросы – задавайте, а то мне уже бежать пора.
– Сестренка, а сколько так можно в день заработать?
– По-разному. Зависит от того, где стоишь, как долго стоишь, как хорошо языком чешешь. В хорошие дни можно и десятку за день вытащить.
– Уууххх, – присвистнула Света.
– Ты же знаешь, я плохого для своих не посоветую. – Юля победоносно заулыбалась. – Давайте так. Завтра подходите к 9 утра ко мне и посмотрите пару часиков, как я работаю. Геометку я чуть позже скину Свете в личку. Потом я добавлю вас в наш рабочий чат. Внимательно прочитайте сообщения в закрепах: какие экскурсии у нас есть, какие цены, в какое время делаем обзвон туристов. Это прямо обязательно. Ну и про сами места хотя бы чуть-чуть почитайте. Обычно того, что написано в буклете, туристам достаточно, но некоторые слишком дотошные. Поэтому буквально пару статеек в инете почитайте – и достаточно будет. Так легче потом импровизировать. На сегодня все. А то я смотрю, твоя подруга, Света, совсем скисла.
– Информации просто слишком много, – буркнула Ника.
– Пару дней попредлагаете, несколько заявок оформите, и все начнет как от зубов отскакивать. Не дрейфь! Вы девочки интеллигентные. Таких как раз и не хватает. А то у туристов уже в печенках сидят матерые реализаторы в леопардовых костюмах с прокуренным голосом. Целую, я убежала!
Юля быстро встала из-за стола, кинула на него тысячную купюру и чмокнула в щёку сидевшую рядом двоюродную сестру.
– А куда нам домой ехать? – опомнилась Ника, когда Юля уже на пару шагов отошла от столика.
– Ща в личку адрес кину, – бросила та, даже не оборачиваясь, и скрылась в толпе туристов.
Подруги переглянулись.
– Что будем делать? – первой спросила Ника.
– Ну, давай пройдемся, глянем, что тут есть, а потом прикинем, где людей больше гуляет.
Ну что, погнали!?
– За нас, за море и за сбычу мечт! Ура! – не дожидаясь, пока Ника поднимет свою кружку, Света чокнулась с ней и с удовольствием сделала большой глоток домашнего вина, купленного в магазинчике на побережье.
– Ура, – кисло отозвалась Ника, пребывая в легком шоке от их вечерней вылазки в город.
Ее представления об отдыхе на южном побережье совершенно не сошлись с увиденным. Она воображала себе нечто похожее на Рио-де-Жанейро в представлении Остапа Бендера: красивые богатые здания, чинная публика, которая сидит в ресторанах, попивает из бокала на тонкой ножке холодное вино и обязательно заедает его салатом «Цезарь». А вокруг звучит приятная чилаут-музыка, доносится негромкая, уважительная по отношению к другим речь. Пахнет соленым морем в конце концов. А по факту: куда ни пойди – бесконечные толпы туристов, пьяная, горланящая молодежь, кучи крикливых детей, заплывших жиром молодых девушек и мамашек без комплексов, выгуливающих свои наряды на набережной. А еще эта местная музыка, бесконечные крики зазывал, запахи подгоревшего шашлыка и прочее, прочее. Не фонтан, мягко сказать. А еще Света решила оторваться в честь приезда и погулять до поздней ночи. Ника еле уговорила ее поехать домой. И так возвращались на последнем автобусе. Водитель, славный дядечка Мурат, вполне охотно рассказал им, что живут они в горах, на самой окраине города и что на попутке в ночи лучше сюда не добираться. А еще Ника только сейчас смогла оценить их временное жилье, которое днем толком не дали рассмотреть. Оно оказалось далеко не номером категории «люкс» и даже не «стандартом». Второй этаж хотя и был большим, со своей кухонькой и душевой, но старым, с совдеповским ремонтом и стенами, пропахшими плесенью. Телефон – и интернет на нем – хорошо ловил только на веранде. Туда они и переместились «праздновать» начало трудовой деятельности на юге.
– Ко всему можно приспособиться, – продолжала Света, как бы отвечая на мысли Ники. – Что плохого в этих людях? Ничего. Они просто привыкли отдыхать именно так. И они – наш хлеб. Не в наших интересах воротить нос и осуждать их за то, что они хотят весь день валяться с огромным голым пузом на пляже, а потом – напиваться до чертиков. Это их образ жизни. Все это – временные трудности. Если Юлька права, и здесь за день реально можно положить десятку в карман, на хер мне сдалась эта Марьямовская развалюха? Я в тот же день помашу ей ручкой и перееду в нормальную хату у моря!
– Так у моря, наверное, очень дорого.
– Не дороже, чем терпеть этот клоповник. – Света подлила себе очередную порцию вина. – Представь, если я вытяну за лето пол-лимона, а то и больше. Я сразу же пошлю университет куда подальше. А там!.. – Света закружилась на месте, не устояла и, смеясь, рухнула на пол. Кружка со звоном выпала из ее рук, но Света сумела быстро до нее дотянуться. – А у тебя, напомню, вообще мегасерьезная задача – стать самостоятельной! Сегодня какое число?
– Двадцать восьмое июня.
– Двадцать восьмое июня. До двадцать восьмого августа…– Она начала загибать пальцы. – До двадцать восьмого августа у нас с тобой сколько дней?