Вестник из будущего. Книга 2

– О, да ты страшный человек! – воскликнул Борис с некоторой наигранностью, – и никто бы не догадался, если бы сам не рассказал.

– Ничего подобного, – возразил Степаныч, – со всяким такое может произойти, только я чувствую последствия, но ничего не могу изменить.

– Так ты, Степаныч, может и не пытался – сказал я, подключаясь к беседе.

– Попытался однажды – признался он, – случай со мной произошёл, когда я ехал на автомобиле. Проезжал я как-то через небольшой городок сразу после дождя. Было пасмурно и хоть, и не поздно, но все автомобили ехали с включённым ближним светом. Дорога через город шла по дуге. Выезжая из-за поворота, я увидел впереди стоящий автомобиль, к нему спереди вышел мужчина и остановился между светящихся фар. Он повернулся ко мне спиной и что-то крикнул кому-то через своё авто. Видимо, что-то с мотором – подумал я, – сейчас его напарник принесёт ключи, и вдруг, я почувствовал, что сейчас должно что-то произойти. В общем, сбил я того напарника. Никак не ожидал, что он пойдет поперёк движения моей машины. Тормозить было уже поздно, и я только успел крутануть влево, пытаясь объехать его, и это почти что получилось, но двадцати сантиметров не хватило. Парня ударило по ногам, он кувыркнулся в воздухе, пролетая через крыло машины. В результате парень в больнице с серьёзным повреждением руки, а меня под суд, поскольку они заявили, что шли вдвоём через пешеходный переход. Дело можно было замять, но что-то мне говорило, что нужно им дать шанс и я согласился. На следствии я предложил им покаяться, но они отказались.

– И что с ними стало? – поинтересовался.

– Да, даже не знаю – ответил Степаныч. – Меня это мало волновало, я просто должен был выполнить какую-то миссию, но для чего, сам не знаю.

– А чем все-таки дело закончилось? – поинтересовался Борис.

– Был суд и мне светил срок на пару лет. – Степаныч кивнул головой, – и это меня очень удивило, потому что перед следствием что-то мне подсказывало, что меня не осудят. В этот момент вышла амнистия и меня в процессе заседания суда амнистировали.

– А с чего это ты Степаныч разоткровенничался так? – с удивлением спросил Борис, – никогда не поверю, что это вследствие выпитых двухсот грамм водки. Выпивали мы, бывало, и по более того.

– Да, – согласился тот, – выпивали, но репутацию начальника охраны я всегда держал на высоте. Ни к чему знать кому-то странные подробности моей жизни. А сейчас, просто, собираюсь к выходу на пенсию. Доктор мне проболтался, что деду осталось совсем мало жить. Может быть кратковременное улучшение здоровья, но затем будет ещё хуже. Он как Титаник получивший пробоину, непременно пойдёт ко дну и его уже ни что не спасёт. Так что, скоро пойду на пенсию. Разведу пчёл, буду природой любоваться, да внуков нянчить.

– Напрасно вы так, Степаныч – заметил я. – Знаю точно, что дед справится с болезнью.

Немного помолчав, он ответил – может быть и так, раз ты такое говоришь, но видимо, мне действительно пора на покой, я уже внутренне подготовился.

Вскоре мы выбрались с лесной дороги на шоссе, по которому быстро доехали до коттеджа.

Наутро я вновь направился на проведение сеанса лечения Николая.

В комнате находился только лечащий врач, с которым я сразу же поздоровался. На столике перед кроватью больного заранее была подготовлена свеча и спички, чтобы зажечь её. У доктора в этот раз не было такого пренебрежительного отношения ко мне, и он не собирался отвлекаться на свои дела, а внимательно наблюдал за всеми моими действиями. Конечно же, ничего понять он не смог бы даже при самом ближайшем рассмотрении. Тем временем, достав цилиндр и закрепив на нём горящую свечу, я начал перемещать его над телом больного нашептывая беззвучно всякую билиберду.

Минут через пятнадцать лицо больного порозовело, а лоб покрылся испариной. Неожиданно даже для меня, больной вдруг вздрогнул всем телом, вздохнул глубоко и открыл глаза. Взгляд его был рассеянным, видимо, он ещё не понимал происходящего, но губы определенно еле слышно произнесли слово пить. Доктор тут же подскочил к своему пациенту с бутылочкой воды в руке. Сделав несколько глотков, больной закрыл глаза и погрузился в сон.

– Всё – сказал я доктору, – следующий сеанс нужен через неделю. За это время вашему пациенту должно стать значительно легче и нет сомнения, что вы правильно выберете дальнейший курс лечения в соответствии с состоянием больного, а пока, я пойду.

– Погодите! – воскликнул доктор, суетливо осматривая ещё раз больного и показания приборов. Меня он догнал уже в коридоре, когда я подходил к своей комнате.

– Алексей, – обратился он ко мне, – вы просто кудесник. Вы совершили чудо.

– Никакого чуда не было – попытался остановить его я. – Вы его лечили, и вот, наконец, появился результат.

– Ну, это вы можете, кому угодно рассказывать, только не мне – возразил он. – Алексей, а давай перейдём на ты. Зови меня просто Дмитрием, а когда нет посторонних, просто Димой, и неплохо бы это дело было отметить.

– К сожалению, скоро уезжаю.

– Так чисто символически за завтраком, мы же оба ещё не успели позавтракать в такую рань. У меня есть бутылочка великолепного красного вина – похвастался доктор.

– Красное вино к рыбе не подходит.

– Ничего, найдём и белое не хуже.

Мой вчерашний улов повар поджарил профессионально, да и белое вино оказалось просто чудесным. Мы выпили за здоровье Николая, потом, за наше, затем цилиндр дал мне тревожное сообщение о вреде третьей рюмки и предостерёг о коварстве моего визави. Сообщение мне было ни к чему. По утрам я не пил. Две рюмки сухого белого вина были исключением из правил. Да и с доктором мне было всё понятно. После того как он убедился, что пить я больше не буду, задал вопрос напрямую:

– Как это у тебя получается, лечить людей. В чём секрет?

Сказку придумать совсем не трудно, и я сказал ему, что с таким же успехом он мог спросить у птиц о тонкостях полёта и у рыб о технике плавания. Мы ещё немного поболтали о пустяках, пока не пришел Борис с напоминанием, что нужно выезжать, чтобы не опоздать на поезд. На прощание доктор пожал мне руку и сказал, что не очень-то мне верит. Какой-то секрет всё-таки есть и ему хотелось, чтобы им воспользовалось всё человечество. Если вдруг захочется поделиться секретом, то он готов помочь воплотить это в жизнь.

Уже в поезде нахлынули раздумья. Атлантов вокруг я не чувствовал, даже в городе, их не было. Получается, что в этом мире я один такой уникальный, и как же мне жить с этой уникальностью ещё без малого тысячу лет? В былые времена подобных вопросов не возникало, человек знал, что жизнь коротка, и нужно прожить её ярко, и достойно, иначе соплеменники тебя не поймут. Риск был оправдан, а ради чего могу я рисковать? Даже ничего не делая, может произойти что-то непредвиденное, и мне придётся спасать свою жизнь. От подобных дум вскоре начала вспухать голова и решив передохнуть, забрался на верхнюю полку купе.

Поспал всего каких-то минут пятнадцать, но в душе что-то произошло, и я понял, злой рок может настигнуть меня всегда, спрятаться от него невозможно. Вполне вероятно, что годы жизни будут не такие уж и длинные, но убегая от всего, я проживу тусклую и невзрачную жизнь. Решив, что буду жить как всегда, я успокоился, и внутри у меня всё стало на свои места.

Вернувшись в свой город, вновь увидел его другими глазами. Улицы, здания, люди были точно такими же, как и прежде, но изменился я сам. Зная, что могу управлять большинством людей, а так же абсолютно всеми банкоматами, не знал, что с этим делать. С одной стороны, всё это мне под силу, но мои действия не останутся незамеченными. С другой стороны, я ни в чём пока не нуждался, да и мог снять очень приличную сумму, которую мне уже прислали за лечение. С помощью этих денег можно было также вполне легко заняться многими делами, правда мною может заинтересоваться налоговая полиция. Торопиться не стоило.

Сегодня заканчивался последний день отпуска, завтра нужно было выходить на работу, но что она могла мне дать?

Всё-таки решил выйти на работу потому, что пока не придумал для себя никакого другого занятия.

Вечером решил сходить в ночной клуб, чтобы развеяться. В клубе гремела музыка, молодёжь веселилась, поддался общему настроению и я. Вскоре заприметил девушку, которая также поглядывала на меня, и вот мы уже за одним столиком болтаем о всякой ерунде. Она назвалась Ириной и сообщила что в клубе впервые, пришла с подругой, но та встретила сразу же старого знакомого, и они сейчас сидят за столиком в другом конце зала.

Ирина сразу понравилась мне. Стройная жгучая брюнетка, общительная, она так и притягивала меня к себе. Во время очередного танца, я чмокнул её в щёчку. Когда я подводил её к нашему столику после танца, анализатор цилиндра уже проделал свою работу.

– У тебя киста в левой почке – сказал я ей, когда мы уселись на свои места за столиком.

– Чего? – спросила она с удивлением.

– Киста небольшая – заверил её я, – пока ничего страшного, но нужно наблюдение у уролога.

Ирина уже не улыбалась и внимательно смотрела на меня изучающим взглядом.

– А что ещё? – спросила она.

– Годам к тридцати у тебя могут быть проблемы по женской линии, если ты в скором времени не познаешь радость материнства.

– О, это уже интересно – оживилась и заулыбалась она, – весьма оригинально. Мне ещё никто так не намекал, а главное, с таким серьезным видом. И что же дальше? – спросила она с улыбкой.

– Дальше тебя может мучить желудок. Не поддавайся на рекламу, тебе не подходит вегетарианство, ешь больше мяса и рыбы, правда, не в избытке. Ирина снова перестала улыбаться и уже смотрела, молча на меня каким-то странным взглядом. Я решил закончить полный диагноз и сказал, что к восьмидесяти годам её ожидает сильный остеохондроз, переломы костей и большая вероятность летального исхода из-за длительного лежачего положения. Она посмотрела на меня ещё несколько секунд с удивлением, потом выдала мне свой диагноз относительно меня.

– Я поняла – сказала она, – ты псих.

– Да, нет – спохватился я, – и уже с улыбкой начал её убеждать, что ничего подобного, просто иногда на меня находит наитие, и между прочим, заверил Ирину, часто сбывается.

– Каким же образом на тебя так находит? – спросила она.

– Поцелуй в щечку дал мне полную информацию – честно признался я. – Мог бы даже, с таким номером выступать по телевизору, но ведущие не всегда молодые и зачастую не девушки.

– Браво, – похвалила она, – для психа, ты очень неплохо вывернулся, а других способов диагностики у тебя нет?

– Есть бесконтактный способ, но он помогает определить уже имеющиеся заболевания, а не генетическую предрасположенность. Например, когда я только увидел тебя, то сразу понял, что передо мной симпатичная, молодая, здоровая девушка.

– Ну, наконец-то я дождалась комплементов – улыбнулась Ирина. – Только слово здоровая, вроде и хорошее, но в комплименты обычно не попадает.

– Да, – согласился я, – но здоровье многого стоит, и я бы здоровье поставил на первое место и как врач, в данный момент, прописываю своей пациентке танцы.

– Согласна – хохотнув, сказала она, вставая из-за столика.

Когда музыка замолкла, сделав очередной перерыв, я предложил Ирине выпить на брудершафт для окончательного примирения. Мы снова сели за столик. Открыв бутылку шампанского, и разлив вино по бокалам я произнёс коротенький тост – за нас молодых, – и мы выпили.

Со стороны наш поцелуй выглядел, конечно, весьма буднично, скорее, как дань традиции, но для меня это было что-то особенное. Её теплые мягкие губы разбудили во мне желание коснуться их вновь и вновь. Но тут я узнал результаты нового анализа, и мне это показалось очень важным, поэтому, сразу же сообщил, что пить ей сегодня больше нельзя.

То ли поцелуй на неё подействовал сильнее чем на меня, то ли музыка громко играла, но она меня, вроде как и не слышала, а только мило улыбаясь, хлопая ресницами смотрела на меня. Тогда я решил более подробно объяснить ей всё.

– Генетически – сказал я, – у тебя нет никаких проблем, но у тебя плохая реакция организма на алкоголь и печень не справляется с такой нагрузкой. Тебе практически нельзя пить спиртное вообще, иначе после сорока лет тебя замучают боли в правом боку, а врачи только будут разводить руками. Ирина уже не улыбалась, а смотрела на меня не моргая как-то через чур уж серьёзно.

Посидев так неподвижно несколько секунд она, наконец-то спросила

– Так ты целуешься только для того что бы сделать анализ?

– Нет, нет – поспешил заверить её я, – это было так чудесно, но одновременно я узнал кое-что.

– Одновременно?

– Да, одновременно.

– К сорока годам?

– Нет, после сорока.

Ирина ещё посидела, неподвижно глядя куда-то сквозь меня, и произнесла – а как все хорошо начиналось.

Через пару секунд она выдала окончательный вердикт – ты всё-таки псих, Алексей.

– Но…

– Никаких но. Ты псих и придурок – уже более эмоционально произнесла она, – уж лучше я вернусь к Серёге. Он хоть и выпивает иногда лишнее, а в прошлый раз был совсем не прав, но он не псих, – сказала Ирина, вставая из-за столика с явным намерением уйти от меня подальше.

– Погоди! – вскрикнул я, также вскакивая из-за столика и хватая её за руку.

– Не трогай меня! – эмоционально произнесла она и попыталась освободить свою руку, но я её не отпускал.

В этот момент ещё можно было всё исправить, варианты были. Нужно было только уйти от той темы, но мне хотелось доказать свою правоту, а ведь я был прав. Можно было так же подключить гипноз, но зачем? Фактически я был прав на все сто процентов, нужно было только всё разъяснить.

– Погоди – повторил я и попытался изложить это всё как бы со стороны. – Мы с тобой встретились случайно – начал я, – но мы подходим друг-другу, ты же это чувствуешь. После первых же слов Ирина перестала вырываться и стояла ко мне боком и глядя куда-то в сторону, но внимательно меня слушая. Приободрённый такой реакцией продолжил – всё, что я сказал, было сказано только с заботой о тебе. В сорок лет жизнь не заканчивается, а по признанию некоторых, они только начинают жить и нужно…

Договорить я не успел. Она вдруг выкрикнула мне в лицо слово дурак и выдернула свою руку из моих рук. Освободившись, Ира убегать не стала, а на несколько повышенных тонах высказала мне, что через двадцать с лишним лет она уже будет старухой и её ни капли не волнует, что будет там, в том древнем возрасте.

Заодно она поставила мне окончательный диагноз – занудливый параноидальный псих.

Высказав мне всё, Ирина развернулась и быстрым шагом куда-то пошла через зал.

Интересно, кто тут псих? – подумал я, глядя ей в след. – А всё-таки жаль, конечно, девочка она что надо, только слишком эмоциональная. Сегодня, безусловно, к ней бесполезно подходить, но может быть, завтра. Только где её можно будет найти?

Настроение, конечно же, подпортилось, и я решил поднять его, направившись к бару. Заказывая сто грамм водки, почувствовал протест цилиндра и тогда заказал двести грамм.

Очнулся я всё-таки в своей постели. Ужасно болела голова. С трудом повернув её в сторону, обнаружил рядом с собой спящую женщину лет на пятнадцать старше себя. Едва я чуть пошевелился, как женщина сразу же очнулась, и оглянувшись на меня, восторженно воскликнула – Алёшенька, наконец-то проснулся, а я тут давно уже хозяйничаю. Завтрак приготовила, в квартире прибралась, а ты всё спишь, да спишь. Дай, думаю и я прилягу, а то вдруг тебе ещё чего захочется. Некоторые мужчины очень страстны по утрам – сказала она и потянулась, что бы поцеловать меня.

Я попытался отстраниться, но движение головой вызвало в ней очередной приступ боли, и я чуть не застонал.

– Ой, да тебе совсем плохо – озабоченно сказала женщина, – да и с памятью, вроде, у тебя не всё в порядке, не узнаёшь меня. Люда я – пояснила она, – Люда. Мы с тобой в баре познакомились. Вспоминаешь? Ночной клуб, как мы танцевали вместе, потом сюда приехали и ты, вроде, ещё был очень, даже, ничего, а сейчас вдруг расклеился. Может тебе чайку горяченького? – участливо спросила она.

– Да, – сказал я и кивнул слегка головой.

Людмила вскочила с кровати, накинула халатик и поспешила на кухню. Я следом так же встал с постели и пошёл в ванную. Под прохладным душем мне сразу полегчало, но вспомнить недавние события так и не смог. На кухню зашёл в относительно лучшем состоянии. Люда сразу заметила это и полезла обниматься, видимо, ей хотелось продолжения того, чего я так и не вспомнил. Позволив ей поцеловать меня в щёчку, я сказал, что надо спешить, на работе заждались меня, наверное.

– Конечно, заждались – согласилась она, – ведь полдень уже.

– Домохозяйка из неё неплохая – отметил я, – везде чисто и завтрак на столе ждёт. Интересно, каким ветром занесло её в ночной клуб? Вообще-то она симпатичная, энергичная, заботливая, но разница в возрасте у нас приличная, а мне ещё лет тридцать жить без изменений, внешне, по крайней мере. Вчера, видимо, выпил лишнего, ничего не могу вспомнить. Такими темпами я очень скоро могу спиться, и будет потом вечно молодой бомж по мусорным бакам лазить.

– Ты прекрасная домохозяйка – похвалил я её, – это у тебя профессиональное или от рождения? Хотя, чего я спрашиваю, профессионалы бесплатно не работают, а по возможности отдыхают.

– Спасибо, Алексей, – сказала она с улыбкой, и тут же задала главный интересующий ее вопрос, – мы с тобой ещё встретимся?

– Не знаю – честно ответил я, – мне предстоят поездки и впереди у меня, видимо, большие перемены, так что, моё будущее очень туманно.

Закончив завтрак, который по времени можно было назвать обедом, мы вышли на улицу. Людмила села в свой большой белый джип, а я пошагал к станции метро.

Похмелье быстро проходило, а раньше после такой пьянки мне пришлось бы мучиться целый день. Я изменился, но восприятие осталось прежним. Не смотря на полдень, все люди куда-то спешили, и видимо, знали куда и зачем идут. Меня же мучил вопрос - куда я спешу и нужна ли мне эта работа.

Этот же вопрос задал мне мой босс Петр Петрович, как только увидел меня. Он что-то ещё мне говорил, но информация как-то пролетала мимо. Почувствовав это, начальник перестал читать нотацию, махнул рукой и сказал, что мне срочно нужно выехать на производство той самой фирмы, с которой мы никак не можем заключить контракт. Подремонтируй станок и заодно попытайся выяснить дальнейшую судьбу нашего контракта. Воспользуйся офисной машиной, дорогу ты знаешь, так что действуй. Поломка на станке оказалась незначительной, и её быстро удалось устранить. Подписывать бумаги по акту выполненных работ нужно было у директора. Он снова, в который раз, начал твердить, что готов купить наше оборудование и даже, планировка под станок начерчена, но он решил ещё подумать.

В прошлый раз я безропотно всё это выслушал, но в этот раз мне можно было действовать по-другому.

В гипноз директор погрузился моментально, и уже честно без утайки рассказал мне, что говорил всё это для того, чтобы иметь рычаги управления над нами. На самом деле, завтра он подпишет контракт с нашими конкурентами. Тогда я внушил ему, что его предприятию угрожает опасность и спасти положение сможет только срочное подписание договора с нашей фирмой.

– Что же мне делать? – в ужасе спросил у меня директор.

– Сейчас же подписать договор – подсказал ему я, – мы его в прошлый раз ещё к вам привезли.

Директор тут же вскочил с кресла и бросился в приёмную с криком к секретарю – Маша, найди договор.

После того как бумаги были найдены и подписаны, он наконец-то вздохнул облегченно, пожал мне руку и назвал меня спасителем. Я в свою очередь напомнил ему, что договор нужен нам обоим, попрощался с ним, прихватил свой экземпляр и вышел из кабинета.

Войдя в приёмную, я заметил удивленный взгляд секретарши. Видимо, таким директора она ещё не видела и перемены связала с моим появлением.

Марья Сергеевна была опытной секретаршей, она моментально угадывала настроение своего начальника. Ей было лет под сорок, но выглядела она всё ещё очень привлекательно. Ухоженное лицо и руки, правильно нанесённый макияж и покраска волос создавали ей более молодой образ.

Поняв, что мои действия не остались незамеченными, я решил сам развить эту тему.

– Что с директором произошло? – спросил я у неё негромко, доверительно, – сидели мы, разговаривали о договоре, вдруг он подскочил какой-то возбуждённый, побежал искать бумаги. Не бережёте вы его, перерабатывается он, видимо.

– Ой, да я что? – возразила она, – да и работы он не боится. Всегда пахал как вол. Потом, глянув на дверь и уже негромко, высказала мне свою догадку – это всё она, его молодая жена. Совсем молодая, но хитрющая женщина, – трагично произнесла она. – Разве ему такая нужна? Я сразу поняла, что хорошим это не закончится.

– А может, он всё-таки устал – выдвинул я свою версию. – Ему бы часок отдохнуть, да чайку попить.

Затем извинившись, сказал, что у меня много дел, покинул приемную.

Ещё большее удивление по поводу договора было выражено на лице моего шефа.

– По моим сведениям – сказал он, – договор должны были подписать с нашими конкурентами, и тебя я за договором не посылал.

– Ой, извините – сказал я и потянулся к бумагам, – отвезу назад.

– Ничего, ничего – заверил меня начальник, забирая докумкеты и пряча их в стол. – Это очень хорошо, но как-то очень странно.

– Что странного? – с удивлением спросил я, – они просто не нас водили за нос, а наших конкурентов. Очевидно, у нашего босса более весомая сила убеждения.

– Может быть и так, – согласился он, – главное, что дело сделано. Если бы ты раз в месяц решал подобные задачи, то мог бы и не ходить на работу.

– Так значит, мой запоздалый утренний приход забыт? – спросил я.

– Да – согласился он.

– Приходить через месяц?

– Чтоб завтра был на работе минута в минуту – закончил диалог он.

Теперь я окончательно убедился, что любое применение сверхспособностей приводит к повышенному вниманию, а далее соответственно найдётся человек, который захочет использовать мои возможностями в своих целях. Если я уйду от одного, то попаду в ловушку к другому. Можно было бы, конечно, ворваться во власть, подчинить себе всех, но у меня никогда не было таких амбиций, да к тому же, тогда пришлось бы всех куда-то вести, а куда и зачем вести я не знал. Придётся пока затаиться со своими способностями, как это делал гражданин Корейко с заветным чемоданом.

Следующие пару дней промелькнули в обычном ритме. На работе всё как обычно, с Ириной я так и не встретился, а с Людмилой не захотел.

После очередного рабочего дня я возвращался домой на метро. Час пик, народу много, эскалатор поднимает меня наверх. Рядом на ступеньках стоят два бугая и что-то негромко между собой обсуждают. Вдруг я почувствовал атланта. Он ехал по соседнему эскалатору вниз. Сразу же спрятавшись за фигуры двух здоровенных парней, я стал выглядывать из-за них пытаясь рассмотреть собрата по крови, и увидел его. Его вид не имел ничего общего с могучими предками. Обычный парень лет двадцати с темными пытливыми глазами пытался рассмотреть меня в общем потоке людей, поднимающихся на эскалаторе вверх. Мы максимально сблизились, в потоке людей он вниз, я вверх и начали разъезжаться. Выйдя из метро, я сразу же поймал такси, что бы отъехать от метро подальше. Дома уже начал прикидывать обстановку. Его взгляд сразу же мне сказал, что он не один, потому то, мне и не захотелось с ним встречаться. Вначале надо бы узнать, кто они и чем занимаются, но несомненно, что даже небольшая группа с такими как у меня способностями может владеть этим миром.

На следующий день после работы я решил выйти со станции метро с противоположной стороны, но атлант меня ждал на платформе и как только мой вагон остановился и открыл двери, ринулся внутрь, не смотря на возмущение выходящих пассажиров. Это было его ошибкой. Он застрял на входе, а я тем временем успел пробраться к другому выходу, вышел из этого вагона, пробежал по платформе и вошёл в другой. Преследователь, конечно же понял, что там меня уже нет, но пока он выбрался и добежал до моего вагона, двери закрылись и поезд тронулся. На прощание атлант передал мне своё чувство удивления и самые дружественные намерения.

Всё, в метро не захожу – решил я для себя.

Хотел ещё завтра выйти на работу, а потом съездить в Карелию, провести третий курс лечения Николая, но атланты наверняка начнут прочёсывать район, прилегающий к станции метро, так что, лучше сразу же мне ехать на вокзал.

Снова поезд до Петрозаводска. В пути позвонил шефу и сказал, что подписание последнего договора несколько подорвало моё здоровье и мне срочно нужен отпуск на недельку, согласен за свой счёт. Начальник, конечно, был очень недоволен, но меня это уже не очень-то волновало. Позвонил также начальнику охраны Николая и попросил, чтобы меня встретили.