Я рискую собственной шкурой. Как стать частным трейдером в России и заработать 2 миллиона процентов за 5 лет

Питер

Мое становление в трейдинге проходило осознанно. К тому времени у меня уже был опыт в собственном бизнесе – я руководил сетью спортивных магазинов и сетью турфирм с несколькими сотнями сотрудников. Для меня это было большой ответственностью по многим пунктам. Сеть выросла до 30 магазинов в Питере и Москве, плюс открылось пять магазинов по франшизе в разных городах России.

Но я устал от повышенной нагрузки, от взаимодействия с людьми, от планирования на годы, от закупок ассортимента и контроля движения денежных средств. И на этом фоне трейдинг стал для меня одной из попыток найти область, где остаешься один на один с собой.

Получается очень интересно: открываешь счет на бирже, загружаешь депозит и начинаешь зарабатывать. Звучит более чем привлекательно. Конечно, я тогда начитался красивых книжек об «успешном успехе» и о личностном росте с верой в себя, одолел кучу материалов в интернете. Но у меня всегда была цель – найти сильную команду участников рынка, у которых можно учиться. Все по-взрослому, как в спорте.

Жил я тогда в Питере. Интернет еще толком не развился, всю информацию мы узнавали из справочника «Желтые страницы» да из периодики и журналов с рекламой. Как раз из газеты «Метро» я и узнал о курсах биржевой торговли.

Первой моей альма-матер стало заведение под громким названием «Биржевой университет» на Садовой улице. За небольшие деньги я записался на семинар и пришел на занятия. В аудитории старинного здания было 30–40 человек – будущих трейдеров, а преподавал нам немолодой мужчина с лишним весом. Он прочитал лекцию о бирже, об акциях, о фьючерсах и форексе, много распространялся о том, как развиты финансовые рынки в США и как сильно отстает Россия даже от Запада. В общем, пробежался по верхам. Было интересно, но мне не хватило.

Все, кто давно со мной знаком, знают, что, если меня что-то заинтересовало, я «долго запрягаю» – глубоко погружаюсь, чтобы если не стать номером один, то хотя бы получить результат, за который не будет стыдно.

Я, например, мастер спорта и чемпион России по фристайлу, и для достижения такого результата мне потребовались годы дисциплинированных тренировок. В среде спортсменов меня называли человеком-роботом.

Фристайл оформился в отдельную горнолыжную дисциплину в 1970-х годах, а в 1980-х он появился в РСФСР и развивался с бешеной скоростью. Уже в 1986 году в Ташкенте определились первые чемпионы страны. И мечтой того времени было вырваться из серости и разрухи, в которой мы жили, и попасть в Европу.

Мой приход в спорт, к сожалению, совпал с периодом развала СССР, а потому я не застал того счастливого времени, которое было у спортсменов в Советском Союзе, – с их социальными и финансовыми льготами.

Я ненавидел последние строчки в протоколе. Когда я начал заниматься фристайлом в начале 1990-х, этот спорт находился в России на пике популярности благодаря тому, что не требовал высоких гор и длинных склонов, а спортивные базы могли располагаться даже в Москве и Ленинграде (Санкт-Петербург). Кроме того, советские, а затем российские спортсмены добивались выдающихся результатов в новом виде горнолыжной дисциплины, в отличие от «классики» (скоростной спуск, слалом).

Фристайлист Сергей Шуплецов стал легендой российского и мирового спорта по количеству наград: за сезон-1994/95 он выиграл подряд шесть этапов Кубка мира и получил кубок в 1995 году.

И вот я, совсем новичок, приехал на соревнования в город Чусовой в Пермском крае, на спортбазу «Огонек», – в родной город чемпиона Шуплецова. Когда закончились соревнования, все участники на подъеме загрузились в автобусы, а те, кто не попал на пьедестал, узнавали свое место из финального стартового протокола, который передавали по рядам сидений.

Мы с другом Лехой Ивановым погрузились в изучение списка участников. Первое место – Шуплецов Сергей. Пролистав дальше четыре страницы фамилий, нашли на последней наши: Алексеев Сергей – последнее место, Иванов Алексей – предпоследнее.

Это был поворотный этап. Я ощутил себя на самом дне, и мне тут же захотелось попасть в топ лидеров. Перед глазами сформировалась новая картина успешного будущего: чемпионаты России, чемпионаты Европы, Кубки мира, Олимпийские игры…

Это была совсем непростая задача: я начал заниматься фристайлом в 11 лет, а чемпионами мира становятся в двадцать пять. Представьте, сколько времени мне предстояло жестко тренироваться? В трейдинге все точно так же, но тогда я еще ничего этого не знал.

В 18 лет я стал чемпионом России, потому что, как уже говорил, ненавижу последние строчки в протоколе.

Начался кризис 1997–1998 годов, во время которого Олимпийский комитет объявил о приостановке финансирования всех мероприятий. И все спортсмены, которые находились на сборах или служили в спортивной армии, вынуждены были приостановить или завершить карьеру.

Я решил уйти из спорта. И что в итоге? Вместо радужной картинки будущего снова остался ни с чем.

И вот я – человек-робот, любитель первых мест – пришел на биржу.

Здесь все было непонятно: мне придется то ли много лет тренироваться, чтобы отточить навыки торговли, то ли искать в трейдинге команду «спортсменов», которые помогут достичь результата. Я начал копать интернет и нашел компанию «Альпари» – популярный форекс-дилер, с которым все знакомы. И купил у него курс за 5 тысяч рублей (по тем временам хорошие деньги: курс доллара был 20 рублей).

Я приехал на занятия в бизнес-центр на Сенной еще с одним учеником. Курс читал молодой, модно одетый преподаватель. Он загадочно улыбался, и я на него смотрел и понимал: он что-то знает, но нам не рассказывает. Очень нескоро я разобрался, в чем была причина его позитива: в системе биржи мы были обычными «хомяками», которые кормили всех вокруг, кроме себя. Но благодаря учебе в «Альпари» я прекрасно изучил историю биржи и технический анализ, потому что учебный центр снабжал курсантов огромным количеством литературы. Так и началась моя карьера трейдера.