Паутина Мойры. Мистический детектив

© Сергей Антипов, 2026

ISBN 978-5-0070-5995-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Наверное, в жизни у каждого бывают резкие повороты судьбы, когда непонятная и влекущая сила настойчиво тянет за собой в неизведанные дали и приключения. Точно такая же ситуация обрушилась на Валеру Поляковского тёплым московским июлем 1999 года, практически в день его рождения.

Ему, высокому, спортивному, голубоглазому брюнету с симпатичным лицом и застенчивой улыбкой, кандидату химических наук и просто приятному человеку, завтра исполнялся тридцать один год.

И вот ночью накануне этого «эпохального события», как, иронизируя сам над собой, Валерий называл свой день рождения, ему приснился странный сон. Высокий худой старик благородной внешности, в длинной чёрной рясе, напоминавшей одеяния свя щенников, чем-то показавшийся Валере смутно знакомым, сказал ему всего два слова: «время пришло». В этот момент Валера проснулся: он ощутил, что эти слова Старик сказал ему прямо в уши, и они до сих пор отдавались в них эхом.

Поляковский открыл глаза и вздрогнул: образ Старика, внезапно появившегося из череды ничего не значащих картинок сна, уже наяву «висел» у него в спальне прямо напротив кровати — незнакомец внимательно смотрел на Валерия, а через пару мгновений исчез так же внезапно, как и появился.

Что это могло означать, Валера не понял, да и размышлять на эту тему он не собирался.

«Приснится же такое…» — подумал он, сладко зевнул, повернулся на другой бок и безмятежно заснул. Теперь уже без снов.

А наутро, быстро приведя себя в порядок, наскоро позавтракав и подмигнув себе в зеркало — с днюхой тебя, Валера! — ровно в одиннадцать часов он вышел из дома и направился в ближайший магазин сделать дополнительные предпраздничные приобретения. Само празднование было запланировано на вечер, основные покупки Валерий сделал заблаговременно, но он подумал, что докупить ещё чего-нибудь вкусненького будет не лишним. Сокращая свой путь, Поляковский решил срезать и по диагонали пересечь хоть и небольшой, но красивый и густо разросшийся парк.

Настроение у Валеры было хорошее, день — солнечным. Неторопливо, прогулочным шагом он двигался по парковой тропинке, протоптанной такими же «торопыгами» между аккуратно высаженных деревьев и клумб, наслаждался погожим деньком, ароматами цветов, пением птиц и общим состоянием покоя, думая о каких-то милых пустяках и строя приятные планы на ближайшие дни.

Неожиданно, вырвав его из этих размышлений, хрипатый мужской голос затормозил его неспешное движение.

— Старик! — обратился к Валере человек неопределённо-среднего возраста и неясно-южной национальности, может быть, цыган, а может, и представитель Кавказских гор. — Привет! Что, не узнаёшь меня? Да мы же вместе учились! — и, крепко обняв его, оторвал Валеру от земли и, чуть потряхивая, по-вторил:

— Вот это встреча, вот это неожиданность!

— Вы меня с кем-то путаете, — пытался вырваться из крепких объятий кандидат химических наук Поляковский. — Да отпустите меня, наконец! — ему было неприятно такое обращение, тем более что человек ему был незнаком, да и его неряшливая внешность и необоснованно фамильярные манеры вкупе с сильным перегаром, фонившим от мужчины, не вызывали у Валеры симпатии.

Незнакомец поставил его на землю и растерянно проговорил:

— Гриша, неужели это не ты? Да не может быть, чтобы я обознался, — казалось, он убеждал сам себя. Его младший товарищ, такой же неопрятный тип, стоявший рядом всё это время, монотонно внушал ему:

— Пить на ночь надо меньше, а утром не опохмеляться!

Старший уныло извинился:

— Прости, друг! Ну как похож! Прямо вылитый Гришка! Прости! — и, пожав Валерию руку, поспешил в противоположном направлении, за ним поплёлся и его товарищ.

Поляковский некоторое время постоял, приходя в себя от этого неожиданного и неприятного происшествия, а затем быстрым шагом отправился прямиком в магазин. Была уже половина двенадцатого, и люди старались отовариться до двух часов — в это время в универсаме была скидка пять процентов.

В растрёпанных чувствах Валерий дошёл до магазина, гаденький осадок от этой встречи всё ещё оставался — ему хотелось повернуться и пойти домой, чтобы поскорее принять душ, а вещи кинуть в стир-ку, — к тому же его не оставляло сосущее чувство, что на этом неприятности сегодня не закончатся. Набрав по списку всё необходимое, он встал в очередь к кассиру. Девушка — оператор кассы подсчитала чек и объявила сумму. Валерий потянулся за кошельком и не нашёл его на привычном месте. Стоя перед кассиршей, он, как дурак, по третьему разу шарил по всем карманам, слушая нарастающий недовольный ропот очереди, быстро образовавшейся за ним. Но хоть в чём-то ему сегодня повезло: у него в этом магазине был кредит, так как он являлся постоянным покупателем и его хорошо знали. Кассир позвала руководителя, и подошедшая замдиректора магазина, поняв, в чём дело, разрешила взять продукты в кредит, а банковскую карточку Валеры тут же заблокировали.

— Вот беда! Спасу от них нет, от этих воришек! — в два голоса запричитали замдиректора и кассир, когда Валерий озвучил, возможно, единственную причину пропажи кошелька. — Вы уж больше старайтесь не попадать в такие ситуации. И не беспокойтесь, мы знаем, что вы человек порядочный, празднуйте спокойно, а деньги потом занесёте.

— Спасибо вам, прекрасные милые дамы, — поблагодарил Поляковский зардевшихся от комплимента замдиректора и кассира. — С вашего позволения, пойду готовиться.

— Конечно-конечно, — синхронно закивали головами обе «прекрасные милые дамы». — С днём рождения!

— Благодарю! — Валерий коротко им поклонился и пошёл домой.

Солнечное настроение, с которым Поляковский вышел сегодня из дома, было испорчено.

Дело даже не в деньгах — их в бумажнике было не очень много, но жулики также спёрли и дорогой телефон, в котором хранились все важные для Валерия номера.

Досадно было — не то слово. Валерий разом как-то устал и с тяжёлыми пакетами в руках медленно поплёлся домой, теперь уже стараясь идти по людным местам. Хватит — уже «насрезался» сегодня…

Глава 2

Но поскорее забыть об утреннем инциденте Валере не удалось — эта тема стала почти главной новостью вечера. В кругу приглашённых на празднованье друзей — а в основном это были коллеги по работе и ещё Галина, его нынешняя девушка, — Валерий в очередной раз в красках рассказывал, как его, взрослого мужчину, «легко обчистили, как конфетку у ребёнка отобрали»: кто-то из ребят выпустил из себя эту реплику, и она закрутилась по его трёх-комнатной квартире почти как бумеранг — улетая от гостя, облетая всех присутствующих — и возвращаясь к началу.

«Да что вы к ней прицепились, к этой фразе, к этой истории? Друзья, называется… У меня сегодня день рождения, вообще-то…» — с досадой думал Валерий, которого уже подзадолбало снова и снова рассказывать хохочущей компании о неприятном для него происшествии.

Он даже как-то с облегчением выдохнул, когда в разгар посиделок раздался короткий, робкий звонок во входную дверь.

— Заходите! Не заперто! — закричали несколько голосов.

«Вот… свинтусы. Гости, а ведут себя как дома», — с неудовольствием подумал «новорождённый» и пошёл открывать дверь: она всё же была заперта, да и предоставлять возможность неизвестно кому входить в свою квартиру он не хотел.

Когда Валерий открыл дверь, он ещё раз с облегчением выдохнул и сделал приглашающий жест рукой: он знал этого «незваного» гостя.

Гость не стал чиниться, кивнул хозяину, уверенно прошёл через коридор к комнате и остановился на её пороге.

Компания с интересом рассматривала «пришельца». Мужчина был в годах, возможно, ему было около шестидесяти лет — об этом говорили многочисленные морщины, прячущиеся в уголках пронзительных голубых глаз и благородная седина в когда-то чёрных волосах и ухоженных бороде и усах.

Но был он высок, строен, хорошо держал спину («настоящий полковник», — пронеслось в мыслях у девушек), с правильными, немного хищными чертами смуглого лица, говорившего о большой доле южная крови. Мужчина был явно одет по-домашнему, с лёгкой небрежностью, но элегантно: расстёгнутая на пару пуговиц шёлковая рубашка кремового цвета, классические брюки цвета кофе с молоком и удобные коричневые туфли из мягкой кожи в сочетании с лихой, где-то даже проказливой улыбкой придавали ему более молодой вид. В руках гость держал вместительный красочный пакет, из которого доносились многозначительные побулькивания и дребезжания.

Гость выдержал красноречивую паузу и задал вопрос:

— Могу ли я перешагнуть сей порог? — его голос оказался низким и звучным.

— А зачем спрашиваете — вы вампир? Можете, можете! Входите! Входите! — понеслось со смехом со всех сторон.

— Спасибо! Нет, не вампир, поверьте наслово, — лукаво усмехнулся мужчина. — И спешу представиться: сосед по лестничной площадке и друг Валерика генерал в отставке Аристарх Лаврентьевич Магулия — это моя настоящая фамилия. — Мужчина коротко поклонился и полушутливо щёлкнул каблуками.

— А были и не настоящие? — уточнил с претензией на шутку кто-то из девушек.

— Не менее двух десятков, сударыня, — ответил он на любопытство дамы, подмигнул ей и лихо, гусарским жестом, расправил седые усы.

Разгорячённая компания в ответ на его жест взорвалась смехом.

— Сколько вам стукнуло сегодня, многоуважаемый господин учёный? — обратился гость уже к Валерию, успевшему за это время закрыть входную дверь и теперь уже некоторое время с улыбкой наблюдавшему за происходящим также с порога комнаты.

— Да какой я учёный… — откликнулся Валерий. — Раззява, а не многоуважаемый… Да и возраст мой ни тудэма и ни сюдэма, а ровно тридцать один год.

— Хороший возраст! — не согласился Аристарх, доставая из пакета грузинский коньяк десятилетней выдержки, бутылочку абхазского розового вина «Псоу» и пару огромных, ещё тёплых грузинских лепёшек.

Компания, к этому времени уже принявшая горячительного в значительном количестве, ответила на это действие громким свистом и улюлюканьем, но Аристарха это не смутило и он, разлив всем спирт-ное «по вкусу», подняв рюмку коньяка, провозгласил тост с пожеланием имениннику здоровья, удачи и как можно больше весёлых дней. Гости тост поддержали и выпили, и тут кто-то из них с подначкой добавил к тосту Аристарха:

— Он уже утром крепко «повеселился».

И вся развесёлая компания стала наперебой рассказывать об утреннем приключении именинника. Внимательно выслушав всё, что они имели сказать, и когда друзья Валерия наконец-то устали рассказывать о том, какой же он простофиля, выдохлись и замолчали, отставной генерал Магулия спросил:

— Есть кто-то из вас, дамы и господа, кто не пил сегодня никакого спиртного?

— Есть! Это Николай Пузунов, он за рулём сегодня, — тыча пальцами в спокойного парня, молча сидевшего с края стола и налегавшего на мясную нарезку, нестройным хором ответили гости.

— Хорошо. Кто ещё есть непьющий? — продолжил спрашивать генерал.

Одна из девушек, с недоумением глядя на Аристарха, молча подняла руку.

— Это Марина Кукушкина, у неё аллергия на спиртное, вот беда какая с ней приключилась, — теперь уже тыча пальцами в девушку, провозгласили гости.

— Ну это с какой стороны посмотреть, — резюмировал Аристарх. — Вам, дорогие Николай и Марина, я даю весьма ответственное задание. Поезжайте сейчас на Рижский рынок и среди цветочниц найдите Розу Кипанидзе, это не сложно — у неё в причёску всегда вплетена красная роза. Передайте ей эту записку — я напишу её на грузинском языке. Валера, дай листок бумаги и ручку, — и, приняв у именинника просимое, быстро набросал на листочке несколько строк и отдал девушке.

Не совсем поняв — зачем и какой результат ожидается, но молча согласившись с поручением генерала, Николай и Марина уехали по назначению.

— Ну, скажите же, что вы там написали? Что должно произойти? — сразу, как только за «порученцами» закрылась дверь, заканючили девушки.

Аристарх хранил таинственное молчание и только громко восхищался накрытым столом и хвалил каждое блюдо.

Мужской половине присутствующих тоже было интересно, что затеял Аристарх, но парни держались и вопросов не задавали. Валерий же спокойно дожидался развязки этого действа.

Изнывавшим от любопытства гостям ждать пришлось недолго: через час с небольшим Николай и Марина вернулись с огромным букетом цветов, небольшой картонной коробочкой и передали их «но-ворождённому».

Когда Валерий открыл коробочку и гости ринулись смотреть — а что же там такое? — в комнате раздался общий громкий «ах!»: в ней находились «потерянные» вещи и вложена сумма, с лихвой ком-пенсирующая украденные у него деньги и моральный вред. А шикарный букет можно было рассматривать как знак извинения и поздравления с днём рождения.

Компания разразилась громким хохотом и аплодисментами. Аристарх встал и шутливо раскланялся. — Как вы это сумели сделать, дядя Ариста-а-а-а-арх? Ну расскажи-и-и-и-те! Ну пожа-а-а-алуйста-а-

а-а! — девушки с обеих сторон облепили генерала и начали приставать к нему с вопросами.

— Ничего сложного, — ответил Аристарх приосанившись: внимание юных дев было ему приятно. — Украденные телефоны, как правило, оседают в этом же районе или на Рижском рынке. Они не выстав-ляются, как все дорогие аппараты, но предлагаются из-под полы, и даже если их здесь нет, то местный продавец знает, где их найти. Если, конечно, они ещё не проданы, — уточнил он. — То, о чём я просил Розу в своём послании, было тут же выполнено, ибо я нахожусь на дне рождения, так сказать, потерпевшего… Но в следующий раз нужно быть бдительными или обращаться в милицию, — наставительно закончил генерал. — Тем более что от подобных неприятностей никто не застрахован. Никто! — веско добавил он и поднял вверх указательный палец, и Валерию почему-то показалось, что в конце своего короткого монолога его сосед имел в виду уже не Поляковско-го, не присутствующих здесь гостей, а — себя самого.

— Да! Какого там! — громко загалдели девушки, развеивая своим гомоном настроение момента. — Вся милиция это знает, но ничего не делает, только и могут, что деньги брать.

— К сожалению, это так, — грустно сказал Аристарх.

На несколько минут компания, задумавшись, затихла. Но потом кто-то включил музыкальный центр, загремела музыка, компания разбилась на пары, начались танцы, и всё произошедшее быстро было забыто.

Глава 3

Генерал ещё какое-то время побыл с «молодёжью», а потом тихонько засобирался к себе. Да, в общем-то, на него уже никто и не обращал внимания — гости увлеклись танцами, а Галина освежала стол. Поэтому попрощаться и проводить его вышел только Поляковский. Уже открывая входную дверь, Валера не удержался и спросил:

— Как это у вас всё так просто получилось, Аристарх Лаврентьевич?

— Это только так кажется, что просто, на самом деле — далеко не просто, — отозвался генерал в отставке. — Тридцать лет службы в ГРУ, да ещё десять лет постпенсионного преподавания по контракту в КГБ, сейчас вот пишу мемуары — это тебе не баран чихнул. Ты зайди ко мне после сабантуя, когда освободишься… Посидим, кофе по-турецки выпьем… Хотя я думаю, что кофе пришёл к туркам от греков, а к нам от армян.

— Но вы ведь грузин? Извините, если… — робко уточнил Валера.

— Да! — улыбкой давая понять, что вопрос его не задел, ответил Аристарх. — Но предки мои мегрелы, а мама, покойная, была из Армении. Они с отцом познакомились на высших военных курсах, — сосед на мгновение задумался о чём-то своём. — Ну ладно, заходи. — Он встрепенулся и пожал Валере руку. — Ещё раз с днём рождения, Валерий!

— Спасибо, Аристарх Лаврентьевич! Конечно, я зайду, но… если только завтра? Нужно будет хоть дух перевести после этого… — Валерий мотнул головой в сторону комнаты, откуда играла громкая музыка, доносился смех и топот — гости резвились.

— Понимаю, — улыбнулся генерал. — Заходи завтра, да хоть в любое время. Ну пока, не буду тебя задерживать. Гости ждут… наверное… — он улыбнулся, подмигнул Валерию и ушёл к себе.

Поляковский запер дверь и нехотя вернулся к друзьям: он бы с большим удовольствием продолжил общение с соседом, но долг хозяина обязывал. Гости, несколько запыхавшиеся от танцев, ринулись подышать свежим воздухом на балкон и, закуривая сигареты, вдруг вспомнили об Аристархе.

— Ну и молодец твой сосед — генерал, здорово он этих жуликов нашёл! Да как быстро! Чем он теперь занимается? — донимали они Валерия.

— Занимается тем, чем обычно занимаются порядочные отставники, — мемуары пишет, — полушутя ответил Валерий.

— Хорошо бы их потом найти и почитать, — высказал кто-то «глубокую» мысль. — Ты это, Валера, наверняка ведь узнаешь, когда книжка выйдет?

Стрельни у соседа экземплярчик для друзей, пусть он нам подпишет свою книженцию на вечную память! — и компания захохотала.

Поляковского вдруг покоробили эти слова, которым он раньше, возможно, и не придал бы значения. Но сейчас разница между Магулией и гостями, которых Валерию уже не хотелось называть друзьями, была настолько явно видна, и она была настолько в пользу генерала, что Поляковский оскорбился за соседа. Он ничего не стал говорить вслух: ему не хотелось окончательно испортить свой и так нервный день рождения лишними выяснениями отношений, так что он просто ждал, когда эти посиделки наконец закончатся.

Посидев ещё с часок, гости стали расходиться, и только его подруга Галина осталась наводить порядок и гремела на кухне вымытыми тарелками.

— Давай я тебе помогу, Галя, а то ты всё одна ворочаешь, — предложил Валерий.

— Иди уже, помощник, отдыхай, а я тут сама справлюсь, — махнула она на него рукой в мыльной пене и деловито продолжила заниматься уборкой.

«Лишь бы она не затеяла завтра стирку, — с тоской подумал Поляковский, глядя на женщину, с хозяйским видом снующую по его кухне. — А то весь день свободный погубит. Надо решать этот вопрос…»

Ему хотелось завтра побыть одному в тишине, проверить все предыдущие наработки, кое-что поправить…

Да и к Аристарху не помешает зайти на часок пообщаться, посоветоваться о своих делах, в частности о том, что вроде бы намечается доцентская должность на кафедре — вопрос это серьёзный, совет мудрого человека может пригодиться.

Налив себе полрюмки подаренного коньяка, Поляковский произнёс тост:

— С днём рождения тебя, Валера! — и чокнулся со своим отражением в зеркале. — Будь здоров! Счастья и удачи тебе! — он лихо опрокинул в себя коньяк и завалился спать на одноместном диване: уже через пять минут можно было слышать его музыкальный храп.

Услышав это «представление», Галина закончила заниматься уборкой, вытерла руки и пошла в комнату.

«Умаялся, бедненький, — умилённо глядя на храпящего Поляковского, подумала она. — А поговорить о нашей свадьбе мне с ним сегодня так и не удалось — то гости эти придурочные, то сосед… А время-то идёт… Ладно, как-нибудь случай ещё подвернётся».

Галина вздохнула, взяла так и оставшиеся на столе блокнот и ручку, написала записку и тихонько вышла в коридор, то ли улыбаясь, то ли гримасничая от обиды.

«Одно хорошо, — думала она, — что живём рядом через дорогу».

На следующее утро Валерий проснулся несколько помятым, с лёгким шумом в голове, и ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Он не был большим любителем крепких напитков, но и не отказывал им. Повалявшись ещё какое-то время на диване, он встал, решительно прошёл в ванную, быстро привёл себя в порядок, принял душ и, на ходу вытирая полотенцем влажные волосы, прошлёпал босыми ногами на кухню, подошёл к холодильнику, открыл его и хмыкнул, рассматривая содержимое.

«Хорошо вчера погуляли… Гости дорогие стрескали почти всё…»

Валериному взору предстала разносортица недопитых вин, вазочка с мандаринами и остатки закусок — «былой роскоши» вчерашнего праздничного ужина. Особенно его умилил кусочек сыра, сиротливо лежавший посреди большой тарелки и заботливо накрытый пищевой плёнкой. Валера вздохнул, но надежды на лучшее не потерял. И ему повезло: он нашёл бутылку неоткрытого нарзана.

Поляковский с наслаждением, не размениваясь на мелочи типа стаканов, прямо из горла практически в один длинный глоток выдул холодный нарзан до донышка и отставил пустую бутылку.

«Эх, хорошо!» — крякнул Валерий, наслаждаясь тем, как пузырьки щекочут ему нос, цапнул из холодильника мандарин, быстро очистил, отправил его в рот целиком и начал активно жевать. «Кайф!»

И тут его взгляд зацепился за стоявшую прямо рядом с холодильником на кухонном столе бутылку «соседского» коньяка, в которой ещё плескалось грамм двести благородного напитка.

Поляковский колебался пару секунд, а потом решительно достал из холодильника блюдо с кусочком сыра, снял с него плёнку и добавил к нему пару мандаринов.

Как только он протянул руку, чтобы взять коньяк, в дверь позвонили. Поляковский чертыхнулся и пошёл открывать.

Глава 4

На пороге стоял раздражающе свежий Аристарх, державший в руках блюдо, на котором разместились фарфоровая тарелочка с тонко нарезанным лимоном, небольшая, изящная турка, а также сосуд, содержимое которого сразу же страстно возжелал организм Валеры, — полбутылки густого, как дёготь, восьмилетней выдержки армянского коньяка.

— Ну вот, решил скрасить твоё одиночество, — осматривая Валеру блестящими глазами, в которых проскальзывал огонёк необидной, понимающей смешинки, пояснил сосед. — Кофе сварил в турке из чистой бронзы, так что давай принимай утреннего гостя.

— Милости прошу, товарищ генерал, — чуть растерянно пригласил старика в дом Валерий и посторонился, давая ему пройти и закрывая дверь.

— Ты не комплексуй перед моей персоной, звания ничего не значат, — входя, прокомментировал Аристарх. — А вот возраст надо уважать, это да…

Разместив всё принесённое на журнальном столике, генерал разлил коньяк по рюмкам.

— Аристарх Лаврентьевич, я ещё не завтракал, — предупредил хозяин.

— Вот и замечательно. Когда древний напиток проходит через организм по чистому пути, в этом-то и вся прелесть. Ну, с первым днём твоего рождения! — скаламбурил сосед, поднимая рюмку. — Счастья и удачи тебе! — повторил он те же слова, которые вчера вечером сам себе сказал Валерий.

— Спасибо! — с лёгким удивлением отметив этот факт, отозвался Поляковский.

Коньяк действительно лёг с мягкой нежностью на душу, а глоток чёрного кофе запечатал выход обратно своей вязкой ароматной горечью.

— Ну как? — поинтересовался Аристарх.

— Здорово! — только и сумел сказать Валерий и заинтересованно посмотрел на бутылку. — Коньяк просто обалденный и, безусловно, дорогой. Давайте я компенсирую…

— Не-е-е-ет, не нужно. Ты не думай, что я нищий, — перебив его, засмеялся дружески сосед. — Мои студенты чего мне только не тащат! Домой я забираю только самое лучшее, остальное оставляю на кафедре доцентам, кандидатам, и так по нисходящей.

Он снова разлил коньяк по рюмкам и предложил: — А теперь давай добавим под лимончик, чтобы разговор бежал быстрее и интересней.

Валерий уже не сопротивлялся, втайне надеясь, что Галина не додумается сегодня к нему прийти.

— Ты знаешь такую секту — «Свидетели Иеговы»? (Данная организация является запрещенной на территории РФ) — жуя дольку лимона и чуть щурясь от её кислинки, внезапно сменил тему разговора генерал.

— Да так, понаслышке, ничего определённого. Что-то вроде корейской то ли ёнрике, то ли чёрнике — бес их знает, не интересовался я этой темой, — ответил хозяин и уже сам разлил по рюмкам коньяк.

— Примерно так, — улыбнулся Аристарх. — Вот я и преподаю молодым сотрудникам весь этот западный маразм и восточную ахинею. В России всё это переплелось в один омерзительный клубок. Кстати, сегодня будет произведён ритуал «индийской» секты монахов, переплетённой с полудюжиной других сект.