Истории Акары | Эпизоды

Один среди могил

Хриплая дверь распахнулась, впуская в маленькую тёмную комнатушку леденящий ветер, пронизывающий сквозь всю одежду словно нож. Прихрамывая, внутрь зашел молодой парень. Скинул на стул толстую поношенную фуфайку. Окунул мозолистые сухие руки в ледяную воду в тазу. Обжигающий мороз пробежался по телу. Резкими грубыми движениями он протер щетинистое лицо.Несколько поленьев полетели в топку потрескавшейся печи. Пламя лениво разгорелось, в попытках отогреть обледеневшую комнату. Парень рухнул на застеленную рядом кровать. Вздох облегчения. Расстегнул тугой ремень на куртке, глубокий вдох полной грудью. На пол полетели потрепанные ботинки.Уставший потерянный взгляд уставился в провисающий потолок. Под хищные завывания ветра, мысли гуляли по его голове. Мысли о том, как он здесь оказался. Зачем жизнь, если она такая. Может закончить всё здесь и сейчас?Он потянулся, в попытке отогнать хищные мысли. Волна удовольствия пробежалась по телу. Волна, которая медленно переросла в… Он резко подорвался с места и схватился за ногу. В ту же секунду судорога схватила икру. Холодная отрезвляющая боль накрыла голову на минуту.Отойдя от судороги и обувшись, он встал и подошёл к окну. За стеклом ветер подгонял падающий снег. Ледяная пустыня медленно, но верно забирала своё. Поглощала один за другим покосившиеся заброшенные домики. Его вымершая деревня погребалась под толщей снега. Резким грубым движением он сорвал со стула фуфайку и накинул на себя. Хлипкая дверь отворилась, впуская внутрь неоспоримую силу природы. Парень медленными уверенными шагами вышел наружу против ветра. Пока открытая дверь колыхалась в конвульсиях на проржавевших петлях.

День Гарунэ

Вездесущий шум толпы и восторженные выкрики вперемешку с разнобойными музыкой и песнями. Каждая улочка города гуляла и отмечала долгожданный праздник. Тяжесть войны настолько всех сдавила, что малейший повод сорвал головы целому городу.На главной площади царила непередаваемая атмосфера единения. Вокруг было многолюдно, но никто не чувствовал себя стеснённым в толпе. Люди смеялись, танцевали, пели и веселились. На главной круглой сцене выступали приезжие музыканты, не прекращая кружась вокруг.В центре ввысь уходила огромная статуя богини Гарунэ, вырезанная из красного дерева. Витиеватые узоры плавно переходили в выразительную женскую фигуру. Голое тело покрывали длинные густые волосы, скрывая все земные пороки. На безмятежном лице растекалась беззаботная улыбка, излучающая теплоту и заботу. С какой стороны не посмотри, глаза её пронзительно смотрели в ответ. Настоящее чудо местных мастеров.По краям площади притаились бесконечные лавки. Где-то торговали идолами, украшениями и амулетами. Рядом за длинными грубыми столами местные таверны разносили пиво и эль. Переполненные стаканы плескались пеной на зевак и на блюда на столе. Из бездонных мисок гуляки тащили вяленые полоски мяса, орехи и пересоленные сухари.Между лавками, столами и толпой носились дети, выхватывая то тут, то там сладости с прилавков. И только продавцы замечали их, они сразу пропадали среди сотен людей.Народ устал терпеть притеснения, боль и отчаяние. Сегодня они все отдыхали. Сегодня священный день Гарунэ.

Город нуждается в вас!

Звон колоколов перебивал шум оживлённой улицы. Повсюду сновали люди, спешащие по своим делам. Десятки горожан открывали свои магазинчики, пока сотни гуляк просто наслаждались столичными видами. Архитектура поражала своим разнообразием. Рядом с двухэтажными домами, настоящими произведениями деревянного зодчества, которые украшали резные картины и барельефы, стояли памятники технологического скачка – первые мануфактуры. Из их блёклых серых каменных блоков вокруг стен верхнего города выросли мириады скучных, но практичных домов. На пересечении двух этих миров: элегантного верхнего и практичного нижнего, на широкой дороге поднимался немыслимый шум. На краю моста, объединяющего два кольца города, уместилась маленькая сцена. Щёлкая каблуками из стороны в сторону, по ней расхаживал ухоженный взрослый мужчина. Метая руками из стороны в сторону, он надрывал голос, чтобы его услышали все. Прохожие один за другим останавливались, становясь активными слушателями.– Граждане нашего славного города! Внемлите мне, хозяину дома Дерон. Прошли времена единой Империи, когда царил закон и порядок везде. Злые языки разрушили наше единство, а сейчас они пытаются уничтожить и наше великий город-государство! Забрать у нас последнюю частичку величия. И они используют для этого эльфов. Они защищают их. Говорят, что мы должны с ними дружить и обмениваться с ними опытом! Представляете кого они защищают?! Остроухих дикарей, которые недостойны ничего более, чем быть ассимилированы в наше великое общество! Они прячутся по лесам, живут на земле и мерзнут по зимам! Пожары уничтожают их деревни подчистую. А эти звери даже не желают принять прогресс нашего великого народа. Наши открытия. Мы готовы были дать им технологии безвозмездно, в качестве жеста доброй воли. А что они?!Оратор взял паузу и хищным взглядом окинул собравшуюся толпу. Все молча внимали его словам. Он приковал всё их внимание.– А что они, мастер Дерон? — послышался крик с задних рядов.– Они плюнули в протянутую руку помощи! Даже хуже, они укусили ее. Приграничные города-государства в панике. Из их деревень, да что там, даже из-за городских стен эльфы крадут наших сородичей в рабство! Мы для них не больше, чем невиданные зверюшки. Они не хотят даже иметь с нами дело, считая НИЗШЕЙ РАССОЙ!Толпа начинала бушевать. Люди негодовали и поддерживали оратора выкриками. Он пытался их приглушить, но лишь скромным движением руки. В глубине души он наслаждался своим успехом.– Да, дорогие граждане! Они уводят наш люд в рабство. И хоть единой Империи уже нет, но осталось наше столичное величие. Наш монарх решил еще раз показать другим городам-государствам пример. Мы не бросим свой народ! Мы поможем приграничным городам и деревням! Мы спасем похищенных людей! Я не зазываю вас на очередную войну. Я сам пережил достаточно кровопролитий. Но я зову вас на спасение таких же людей, как и вы! А если вы не можете покинуть родные края, то у вас все равно есть шанс помочь общей великой цели! Устраивайтесь на наши мануфактуры. Мало того, что вы поможете своей Родине, вам также будет щедро выплачены полуторные оклады за переработки! Подходите ко мне и берите эти билеты, с ними вас сегодня же устроят на работу или возьмут в армию! Мы должны вновь объединиться под единым баннером, на зло предателям, развалившим Империю. На зло неотёсанным дикарям, прячущимся среди деревьев. Мы уничтожим их, если потребуется, но не дадим в обиду ни одного человека!Толпа взорвалась в радостных возгласах и аплодисментах. Оратор в одышке кланялся по сторонам. Десятки рабочих мужей пробивались ближе к сцене. Пока мастер Дерон раздавал всем вокруг себя небольшие билетики, на которых аккуратным красным шрифтов блестела надпись: «Город нуждается в вас!»

Попрошайка

Холодные противные капли дождя просачивались сквозь потрепанный плащ, кончики которого валялись в придорожной грязи. Лёгкий ветер продувал шею под огромный капюшон. Совсем маленькая девочка морщилась, поджимая голову в несоразмерном одеянии. В выставленную вперед ладошку постепенно набиралась прохладная вода.

По разваливающейся брусчатке, уложенной казалось столетия назад, мимо, то и дело, проносились серые экипажи в облупившейся краске. Между ними и растекающимися лужами маневрировали прохожие, прикрываясь чем попало. Кто-то из них даже бросал ей под ноги медяки. Монеты звонко дребезжали по камням и всё норовили застрять между ними. Судорожно хватаясь за грязный металл, она дарила им скромную улыбку и пришёптывала благодарности, заглушаемые барабанной трелью дождя.

В небольшой лочужке напротив, пристроенной к двухэтажной ночлежке, за грязным помутневшим окном металась едва заметная фигура кухарки. В своеобразном театре теней на фоне тусклого света свечей невысокая женщина с высоко завязанной копной волос помешивала что-то длинной широкой ложкой, отвлекалась на нарезку казалось овощей и вновь возвращалась к кастрюле. Небольшая кухонка пыталась поспеть за неугомонным аппетитом посетителей.

Со скрипом отворилась провисающая задняя дверь и в проходе показалась румяная женщина в перепачканном фартуке. Грязно голубые глаза девочки засияли, с надеждой всматриваясь вперёд. Осмотревшись по сторонам кухарка вытащила руку из-за спины. В грубых мозолистых пальцах она сжимала пропитавшуюся жиром ткань, силуэт которой выдавал половинку буханки хлеба.

Новенький

Тонкие молодые стволы деревьев пробивались среди своих многовековых сородичей. Между кустов и лишайников виляла тропа. Босые ступни ступали по опавшей листве и ошметкам сырой коры. Совсем маленькая эльфийка тащила над головой огромную корзину мокрой одежды, пока прохладная вода стекала по рукам и забегала под свободную рубаху. Под каждую упавшую каплю её ноги виляли из стороны в стороны и прибавляли шаг.

Кроны деревьев доброжелательно расступались, выпуская полуденное солнце. Лёгкие весенние лучи слегка согревали и предрекали долгожданное потепление. Лес словно расступался перед лагерем, формируя утаённую полянку. У совсем крохотной палатки на окраине во все стороны были натянуты верёвки, хватающиеся за приграничные ветви. Посвистывая себе под нос весёлую мелодию, девочка принялась аккуратно развешивать бельё, с трудом выжимая остатки влаги.

Неожиданно палатки ближе к центру начали суетиться, немногочисленная толпа собиралась у кострища. Любопытная курносая эльфийка аккуратно выглядывала из-за белья, наблюдая за всем со стороны. Весь клан окружил двух всадников, покрытых плащами. Первый спешился статный мужчина. Из-под капюшона на плечи стекали идеально гладкие белые волосы. Он поклонился перед Отцом и протянул закутанную в бинт руку тёмноволосой женщине. В ответ она развернулась в седле. За ней оказался ещё один пассажир. Мальчишка осторожно оглядывался по сторонам. Собравшаяся толпа явно пугала его. Мужчина подхватил ребёнка и поставил на землю.

Постепенно клан расходился, вновь пропадая в своих повседневных делах. Родители оставили ребенка у костра и уединились с Отцом клана в пёстрой центральной палатке. Любопытство всё никак не отпускало девочку и, отложив оставшуюся одежду в сторону, аккуратные босые ножки подкрались к новенькому.

– П-привет, — прошептала она и потупила голубоглазый взгляд в землю, нервно ковыряя её ногой. Мальчик обернулся и уставился на широкими карими глазами. — Меня Ширай зовут.

– Кейран, — он протянул вперёд дрожащую ручонку. Но тут же опустил как из соседней палатки донеслись шаги и оттуда вышли родители. Мальчик резво подскочил и семеня ногами спрятался за широким тёмно-зелёным маминым плащом.

– Не принимай на свой счёт, дитя. Дай ему время привыкнуть, в нашем клане не было других детей, — она растормошила его русые волосы, и её легкий мягкий смех зазвенел в образовавшейся тишине.

Аромат трав

Тёплое полуденное солнце на горизонте сонно забиралось за далёкие горы. Ветер прохладными потоками пробегался по прибрежному городу, маневрируя по узким улочкам. Стихийная толпа гуляк постепенно выползала из таверны на набережную, собирая на себе недовольный взгляды рабочих. Всё вокруг наполнялось их радостными криками и пьяными песнями, хоть и не все этого желали.

Приглушённый шум улицы еле заметно пробивался через плотное мутное стекло, заключённое в красиво выкованную решётку. Пара масляных ламп отбрасывала тусклый свет на пыльные прилавки. Букеты из засушенных горных цветов, крохотные саше, стеклянные колбочки с непонятным густым и не очень наполнением, разложенные словно по линеечке. В воздухе стоял терпкий окутывающий запах трав.

Старик с аккуратно подстриженной седой бородкой активно шастал за прилавком из одного угла в другой, постепенно накидывая в огромную каменную ступку душистые ингредиенты. Мелодичный перелив колокольчика на двери вырвал его из размышлений. На пороге стояла совсем юная девушка с грязной копной чёрных волос, оглядывающаяся по сторонам уставшими глазами. В руках она покачивала крохотный укутанный кулёк.

– Здравствуйте, Мастер Болен, — она неуклюже откланялась и подошла поближе. — У вас не появилось ничего успокаивающего?

– Всё не дает тебе спать по ночам? — с насмешкой пробурчал себе в усы старик и вышел к ней из-за прилавка. Он скорчился над кульком и пальцем подвинул плотную ткань. — Эй, молодой человек, уважайте свою маму, она у вас явно не высыпается.

В ответ на него лишь уставились любопытные карие глазки. Старик ещё раз усмехнулся, нагнулся через прилавок и вытащил небольшой холщовый мешочек. Содержимое аккуратно посыпалось на разделочную доску. Лепестки цветов, высушенные листья и ягоды, а за ними пару аккуратно состриженных веточек.

– В горячую воду и ночь настаивай в этом припарки. Потом на печи разогревай по необходимости и на тело малышу, — он отделил небольшую горочку и пересыпал в подготовленный яркий платочек. Девушка потянулась к аккуратному мешочку на поясе, но старик остановил её грозным взглядом. — Даже не думай тут! Мне для племянницы ничего не жалко. А теперь беги домой и передавай привет отцу.

В молчаливой застенчивой улыбке она вновь неуклюже поклонилась и поскорее скрылась за дверью. Вновь зазвенел колокольчик и мужчина с натянутой до ушей улыбкой вернулся к своему суетливому делу.

Зеркало

Небольшая ламбушка смиренно раскинулась на скалистой поляне. Несколько одиноких деревцев отбрасывали свою тень на зеркальную гладь. Редкий лёгкий ветерок поднимал едва заметную рябь, напоминая что это всё ещё вода. Яркие лучи солнца отражались во все стороны. Два спутника, Элсена и Ситрак, бок-о-бок любовались в природном зеркале своим отражением с невообразимой высоты.

По скалистому берегу между острых скользких камней маневрировала рыжеволосая девушка. Опираясь о валуны покрупнее, она подбиралась всё ближе. От каждого прикосновения к прохладной поверхности по телу пробегались мурашки по бледной коже, словно тысячи крохотных иголочек.

Она уселась у самого берега, подмяв ноги под себя. Миниатюрной ладонью с длинными пальцами зачерпнула воды. Рука вспыхнула холодом. Девушка поскорее прильнула губами. В несколько больших глотков вода пронеслась по тоненькой шее, которая казалось ужалась ещё сильнее от прохлады.

Замерзшими, слегка дрожащими пальцами она завела свои рыжие волосы за длинные навостренные уши. Эльфийка наклонилась над гладью ламбушки, любуясь своим сонным отражением. Потихоньку начала умываться. Непроизвольное тихое мелодичное мычание расплывалось над водной гладью. В своем медитативном процессе она словно растворялась, унесённая куда-то вглубь, уже совсем не чувствуя холода. Одна наедине с природой.

Странница

До самого горизонта простиралась бескрайняя степь, извиваясь холмами. Пустое безоблачное небо медленно светлело, знаменуя рассвет. Первые лучи ласково гладили засохшую траву. Величественно солнце поднималось над пейзажем. Воздух постепенно наполнялся теплом и сухостью.

Из далека донеслись приближающиеся выкрики. На одной из вершин показался одинокий всадник. Лёгкий шёлковый плащ развивался на сухом ветру.

Фигура галопом направилась к краю степи. Чудом безжизненная пустыня перерастала в густой лес из сотен тонюсеньких стволов, медленно уступающих место своим старшим сородичам. Всадник спешился у границы и скинул с головы капюшон. Во все стороны на ветру растрепались длинные русые волосы. Смуглая сухая кожа поморщилась. Девушка оглянулась по сторонам, явно кого-то выискивая.

Между деревьями мелькнуло пару фигур. В момент рядом с ней оказались двое эльфов, их лица были наполовину прикрыты импровизированными масками из рукавов одежды.

– Наконец-то… Чего-то самым умелым всадникам с Юга потребовалось больше времени, чем ожидалось, — недовольно пробурчал один из них и тут же словил на себе гневный взгляд путницы.

– Эй, — маска с женским голосом ударила в плечо другого эльфа. — Не обращай на него внимания. Этого нетерпеливого только с фронта выдернули, ему бы лишь поскорее в бой вернуться. Рады приветствовать народы степей на наших землях. Мы будем твоими проводниками до места Собрания.

– Взаимно, — сухо прокинула в ответ смуглая эльфийка и угрюмо осмотрелась по сторонам. — Все эти деревья… Некомфортно, слишком тесно. Давайте закончим это поскорее. В путь.

Невинность

Одинокое пышное облачко медленно плыло по лазурному небу. Знойный спёртый воздух обволакивал. Палящее солнце подогревало водную гладь. В кристально чистом зеркале отражался густой хвойный лес. Редкие птицы проносились с огромной скоростью, едва задевая воду. Жадные глаза выискивали добычу. То и дело когти оставляли за собой беспорядочную рябь, кругами расходящуюся по идеально ровному полотну.

Тёплые капли воды ручьями стекали с густых русых волос. Маленькие бледные руки отжимали их на юную траву. Длинные пальцы с терпением распутывали колтуны, поросшие грязью. На берегу немым наблюдателем устроилась утонченная женская фигура. С узких плеч свисала вымокшая рубаха, в нескольких местах заштопанная и украшенная древними пятнами крови. Грудь то и дело вздымалась, вдыхая освежающий аромат лета. Еле заметная улыбка удовольствия расползалась между острых длинных ушей, которые изредка подёргивались в такт мурашкам от дуновения ветра по мокрой спине.

Тайны приграничного леса

Густой лес начинался сразу за крохотной приграничной деревней и тянулся на многие километры. Он был окутан непроницаемой тишиной и тяжёлой, давящей атмосферой. По извилистым корням волочился лёгкий туман. Высокие мощные деревья мчались в небо, а их стволы укутывал мох и лишайники. Тёмно-зеленые листья покрывала тонюсенькая вуаль паутины.

Тьма и холод пробивали насквозь любого проходящего мимо путника. Воздух был переполнен запахом сырости и грибов, смешанным с ароматом хвои. Сквозь натянутую тишину изредка пробивался инородный треск, подстёгивая паранойю. Будто вечно кто-то следил за тобой из-за скрюченных деревьев.

Каждый смельчак, заходя в лес утопал в чувстве одиночества и терял все ориентиры. Казалось, что лес не хотел отпускать своих гостей и заманивал всё дальше в свои глубины. Из десятка несчастных в лучшем случае возвращалась лишь треть.

И, с каждым пропавшим без вести, страшные истории про эльфов, похищающих людей в рабство, переставали казаться такими нереальными. Для тех кто решался войти в глубины леса, он становился — новым «домом».

Из Тени

Шум толпы постепенно затухал, пока он брёл по затухающей аллее. Фонари лениво потрескивали и двоились в его пьяных глазах. Сухой ветер противно царапал морщинистое молодое лицо. Кошель на поясе скудно звенел. Скромные остатки на неделю бедной жизни – это всё, что осталось от последней награды. Неблагодарная работа наёмника стремительно сокращала ему жизнь. А неудачные заказы не давали ни шанса на раннюю отставку.

Тени вдали начали содрогаться и из неясных видений материализовалась фигура. Она пошатывалась с ним в унисон и приближалась. Поравнявшись с братом-пьяницей, мужчина поднял руку в приветствии. В мутных глазах предстал патлатый мужчина в обносках. Возможно алкоголь размывал все неровности, но его лицо было идеально гладким. Незнакомец приблизился и схватил его за плечо.

– Чего тебе, — непроизвольно вырвалось из осипшего горла наёмника.

– Тише, тише, брат, — кристально чистый голос прорезал его слух. Его лёгкие басовитые нотки пробирали до самого сердца. Стук в груди разгонялся, готовясь вырваться наружу. – Ты устал, примкни к моему плечу.

Манящее желание пересиливало любой здравый смысл. Затуманенное сознание даже не сопротивлялось. Тёплые руки незнакомца с усилием оплели пояс. По шее на мгновение пробежались мурашки от тёплого дыхания. Сквозь очаровывающее спокойствие только лёгкие нотки боли скакали по телу. По телу, которое медленно увядало на глазах. Пока с животной голодной яростью вампир поглощал свою добычу.

Живые декорации

Неважно насколько хорошо развит город. Сколько в нем живет богатых купцов и сколько сделок заключается ежедневно. Возможно, монументальные стены и опытные солдаты защитят его от внешних угроз. Но кто спасет нас друг от друга?

Наш разум – это и величайший дар… и величайшее проклятье. Концепт справедливости может существовать сколько угодно, но её мы так никогда и не добьемся. Люди в любом месте рано или поздно становятся узниками бед и несчастий. И вместо помощи одни протягивают другим лишь презрение.

Город живет свою обычную жизнь. Рабочие, купцы, домохозяйки, солдаты. Улицы, как никогда прежде, наводнены людьми с целями, задачами, мечтами. Но лишь только на поверхности. Стоит бросить пристальный взгляд по углам, обочинам и подворотням, и вы увидите истинных жителей.

Потрёпанные жизнью ветераны, которые застыли в вечном прошении милостыни на объедки и самый дешёвый алкоголь. Между ними носятся небольшие своры сирот, в попытке выхватить у зазевавшихся туристов хотя бы монетку. В тени скрываются презираемые всеми отбросы. Жертвы своих зависимостей. Начиная от молодых неосторожных солдат и заканчивая потерявшими всю надежду стариками.

Для обычного жителя все они служили лишь декорацией. Единственные, кто им уделял внимание – это мамы, которые пугали своих непослушных детей. Никого не волновала их тяжёлая судьба, какое несчастье привело человека на улицу. Все только радовались, что такая участь пока не постигла их.

Там, где давно угас свет

– Я не пойму, как ты можешь с ними работать, — мужчина лениво тормошил веткой костер, наблюдая за языками пламени.

– Деньги есть деньги. Одна их доставка, как пять других, — он задумчиво уставился на звёздное небо. Два спутника играли в свои вечные догонялки. Два юных брата Каэлен и Харон.

– Не удивлен. Мало кто захочет трупы таскать отовсюду… Что они вообще с ними делают?

В голове промелькнули недавние воспоминания. Выжженная на километры пустошь. Грубые величественные стены уходящие ввысь вместе с горами. Наследие гномов, построивших этот город. Одинокий тракт ведущий к главным воротам. Перед ним два мрачных вечно молчаливых стражника в тяжёлой стальной броне. А за спиной выдолбленный из непримечательного камня саркофаг, закованный несколькими мощными цепями.

Он поприветствовал тишину и слез, чтобы помочь спустить груз, всё как обычно. Только вот обычное и закончилось на этом моменте. Пронзающий кости крик. Глухие, но мощные удары изнутри саркофага. Ноги подкосились, и возчик повалился назад. Стражники сорвались с места, оголив короткие блестящие мечи. Цепи со звоном сорвались под пробудившейся мощью. В оседающей пыли на его телеге стояло нечто. Бледная истощённая фигура, поверх которой свисала пёстрая роба не по размеру. Оно в ожидании стояло на месте, вглядываясь в солдат. Скрежет металла о ножны. Оба стражника скрыли блеск своих мечей и преклонили колено.

– Не знаю, что они с ними делают. И знать не хочу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.