Хранители тишины. Книга первая. Кот, кофе и труп на коврике

признался, что умеет летать. — Труп сам исчез?

— Ну… — Варлам беспомощно посмотрел на кота. — Может, его забрали?

— Кто забрал? — не унималась соседка. — Пришельцы? Призраки? Или это ты

его спрятал, чтобы не платить за доставку?!

Тут из подъезда вышел Борис Петрович — в спортивных штанах, но с таким

видом, будто на нём парадный мундир. Он окинул взглядом сцену: бледного

Варлама, невозмутимого кота, разъярённую Зинаиду Карповну, дядю Мишу с

метлой и пустое место у бордюра.

— Докладывайте, — скомандовал он. — Что произошло с объектом?

— Объект… — начал Варлам.

— Испарился, — закончил за него кот. — Без следа. Остались только обои и

ощущение неловкости.

Борис Петрович нахмурился.

— Испарился? — переспросил он. — Это как?

— Как чай в жару, — пожал плечами дядя Миша. — Был — и нет.

Зинаида Карповна вдруг схватилась за сердце.

— Я знала! — воскликнула она. — Я знала, что в этом подъезде что-то не

так! Сначала лифт сам ездит, потом самокат в подвал убегает, а теперь

трупы исчезают! Это всё из-за плохой энергетики! Надо освятить подъезд!

— Подъезд не виноват, — спокойно сказал кот. — Просто кто-то очень не

хочет, чтобы этот труп нашли.

— Или очень хочет, чтобы его нашли, — задумчиво добавил дядя Миша. — И

специально всё так подстроил.

Все замолчали и посмотрели друг на друга.

Тишину нарушил Варлам:

— Мне всё ещё нужен кофе, — тихо сказал он. — Очень нужен.

Кот кивнул:

— Согласен. И заодно подумаем: если труп забрали, значит, у кого-то есть

мотив его прятать. А если есть мотив — есть и подозреваемый.

— Подозреваемый?! — взвизгнула Зинаида Карповна. — То есть это убийство?!

— Спокойно, — сказал Борис Петрович, выпрямляясь. — Пока это просто

пропажа объекта. Но я беру расследование под свой контроль.

— Не надо! — снова выкрикнул Варлам.

— Надо, — отрезал сосед. — Я служил. Я знаю, как искать.

И он достал из кармана маленький блокнот и карандаш.

— Первый подозреваемый — ты, — заявил он, глядя на Варлама. — Ты его

выносил.

— Я?! — Варлам чуть не упал с бордюра. — Да я его первый раз в жизни

видел! На коврике!

— Второй подозреваемый — кот, — невозмутимо продолжил Борис Петрович.

Себастьян фыркнул:

— Мяу. Логично. Я же говорил, что мне не нравится этот подход.

Дядя Миша вздохнул, оперся на метлу и посмотрел на небо, будто надеясь, что оттуда упадёт ответ.

— Знаете, — сказал он, — я тут подумал… Может, это не труп был? Может, это манекен всё-таки?

— С отпечатком блюдца на щеке? — устало спросил Варлам.

— Мало ли, — пожал плечами дворник. — Сейчас такие манекены делают…

Зинаида Карповна достала телефон.

— Всё, — заявила она. — Звоню в полицию. Пусть сами разбираются, труп

это, манекен или инопланетянин.

И она начала набирать номер.

Варлам закрыл лицо руками.

— Это конец, — простонал он.

— Не конец, — возразил кот, усаживаясь рядом с ним. — Это только начало.

Глава 5. Капитанова наносит визит

Не успели Зинаида Карповна договорить «Алло, полиция?», как во двор

въехала патрульная машина — не с воем сирен, а так, буднично, будто

приехала не на вызов о пропавшем трупе, а за забытыми на лавочке ключами.

Из неё вышла женщина, при виде которой даже Борис Петрович невольно

вытянулся по стойке «смирно». Лейтенант Екатерина Капитанова была ровно

два метра ростом, в форменной куртке, туго натянутой на внушительной

груди, а её волосы были заплетены в две тугие косы, уложенные на голове в

идеальные «калачи» — будто не причёска, а боевая экипировка. В одной руке

она держала планшет, в другой — карандаш, который уже успел пострадать от

её зубов: кончик был изжёван до состояния мочалки.

— Так, — пробасила она, оглядывая собравшихся. — Где труп?

Все одновременно указали на пустое место у бордюра.

Лейтенант нахмурилась, подошла к бордюру, присела (это выглядело как

опускание монумента) и внимательно осмотрела асфальт. Потом потыкала в

лужу носком ботинка.

— Тут мокро, — констатировала она. — Значит, труп был.

— Был, — пискнул Варлам.

— А теперь нет, — добавил дядя Миша.

Коломбет подняла на них тяжёлый взгляд.

— Исчезновение трупа — это серьёзно, — сказала она. — Это вам не перчатки

потерять.

Воцарилась тишина.

— Так, — отчеканила лейтенант, оглядывая всех по очереди. — Кто

свидетель? Кто что видел,докладывайте!

Борис Петрович, будто по команде, встал по стойке смирно и зачем-то отдал

честь.

— Так точно, товарищ лейтенант.Это я ,то есть мы свидетели!

Капитанова удивлённо,но не без восхищения посмотрела на Бориса Петровича.

— Так, — потребовала Капитанова. — кто это мы?.

Зинаида Карповна, дрожащим голосом рассказала про то,как Варлам и кот

выносили что-то или кого-то,в чём теперь она уже

не сомневается,завёрнутого в рулон обоев и то как он внезапно исчез за

секунду до приезда полиции.

— Итак. Труп был. Теперь нет. Кто последний видел?

— Я! — выпалил Варлам, а потом тут же пожалел об этом.

— Конечно, — Капитанова ткнула в него огрызком карандаша,который

неустанно жевала во рту,видимо для успокоения нервов. — Ты. И кот.Ведь

именно вы и выносили загадочный свёрток.

Себастьян, до этого момента сидевший в стороне и старательно изображавший

«просто кота», медленно моргнул.

— Кот не может быть подозреваемым, — заявил Борис Петрович. — Он же

животное.

— Он разговаривает, — возразила Капитанова, яростно грызя карандаш. —

Значит, может. Вы оба под подозрением.

— Но у нас нет мотива! — воскликнул Варлам.

— Мотив — это дело десятое, — отмахнулась лейтенант. — Главное —

возможность. А возможность у вас была. Вы его выносили. Под видом мебели.

Варлам побледнел.

Зинаида Карповна гордо выпрямилась.

— Я сразу поняла, что тут нечисто, — заявила она. — Сначала коврик

скомкан, потом кот на табуретке медитирует, потом мебель в обоях… Это

заговор!

— Заговор, — эхом повторила Капитанова, делая пометку в планшете

(карандашом, который она только что вынула изо рта). — Записываю.

Подозреваемые: Варлам Кофейников, кот Себастьян, голубь (на всякий

случай). Мотив: неясен. Способ: телепортация или гипноз.

— Телепортация?! — взвыл Варлам. — Да мы его просто…

— Не надо признаваться, — перебила его лейтенант. — Я сама всё выясню.

— Так, — пробормотала она. — Труп исчез. Но вещи остались. Обои. Скотч.

Наклейка «Хрупкое». Значит, преступление было спланировано.

— Да не было никакого преступления! — в отчаянии крикнул Варлам. — Мы

просто… пытались…

— Пытались что? — Капитанова прищурилась. — Скрыть улики? Уничтожить

следы? Или, может, вы его съели?

— Съели?! — Варлам почувствовал, что сейчас упадёт в обморок. — Да я

вегетарианцем был три года!

— Вегетарианство — не алиби, — отрезала лейтенант.

Кот Себастьян, до этого молча наблюдавший за спектаклем, вдруг шагнул

вперёд и мяукнул особенно выразительно.

— Что? — Капитанова наклонилась к нему. — Ты что-то хочешь сказать?

Себастьян посмотрел на неё долгим взглядом, потом медленно кивнул.

— Мяу, — произнёс он. — Подозревайте не нас. Подозревайте… лифт.

Все замерли. Даже Капитанова перестала грызть карандаш — на секунду.

— Лифт? — переспросила она. — Почему лифт?

— Потому что он ездит сам по себе, — невозмутимо ответил кот. — А если

лифт ездит сам, значит, он что-то знает.

Лейтенант задумалась, потом кивнула:

— Логично. Записываю: лифт — главный подозреваемый. Мотив: месть жильцам

за мусор в кабине. Способ: затащил труп внутрь и уехал.

— Но лифт не может… — начал Борис Петрович.

— Может, — твёрдо сказала Капитанова. — В этом доме всё может. Даже

голубь на карнизе мне подмигнул.

Она снова оглядела всех,будто хотела рентгеном просветить всю сущность

жильцов.

— Ладно, — проговорила она. — Пока расследование приостанавливаю. Надо

проверить камеры. И опросить лифт. Но вы, — она ткнула огрызком в Варлама

и кота, — не уезжайте никуда. И не прячьте улики. Особенно обои.

И, развернувшись, она пошла к подъезду — величественно, как крейсер, рассекающий волны.

Как только она скрылась за дверью, все выдохнули.

— Это было… — начал Варлам.

— Эпично, — закончил за него дядя Миша. — Я такого лейтенанта ещё не

видел. Она карандаши как семечки щёлкает.

— Она нас посадит, — простонал Варлам. — Она думает, что мы съели труп!

— Не переживай, — спокойно сказал кот. — Она подозревает лифт. А лифт не

даст показаний.

— Зато даст показания Зинаида Карповна, — мрачно заметил Борис Петрович.

— Она уже, наверное, пишет заявление: «Прошу арестовать кота за соучастие

в телепортации».

Соседка гордо вздёрнула нос:

— Я свидетель. Я всё видела. И если понадобится, я дам показания даже

инопланетянам.

Дядя Миша покачал головой:

— Знаете, что я думаю? — тихо сказал он. — Труп не просто так исчез. Его

кто-то очень не хочет, чтобы его нашли. И этот кто-то… может быть ближе, чем мы думаем.

Все переглянулись.

— Только не говорите, что подозреваете меня, — взмолился Варлам.

— Тебя — нет, — ответил дворник. — Но вот лифт… Я с ним давно не в ладах.

В прошлом месяце он застрял между этажами и держал меня там сорок минут.

С тех пор я ему не доверяю.

Кот Себастьян фыркнул:

— Значит, план такой: пока Капитанова допрашивает лифт, мы сами ищем, куда делся труп. Потому что если она продолжит в том же духе, скоро она

начнёт подозревать почтовый ящик.

— Или мусоропровод, — вздохнул дядя Миша.

— Или меня, — простонал Варлам. — Я чувствую, что стану главным злодеем в

её отчёте.

— Не станешь, — уверенно сказал кот. — Потому что мы найдём настоящего

преступника. До того, как Капитанова решит, что это голубь на карнизе.

Глава 6. Заколдованный лифт, или «Я ещё не всё спросила!»

Лейтенант Капитанова зашла в подъезд и решительно шагнула к кабине лифта, оставив на площадке внушительные следы от ботинок — будто кто-то вдавил в

пол две большие чайные блюдца.Народ также решительно последовал за

ней,словно маленькие гусята за своей гусыней.

— Так, — пробасила она, оглядывая панель с кнопками. — Сейчас поднимемся, осмотрим место происшествия…

Она ткнула пальцем в кнопку третьего этажа. Та вспыхнула, лифт дёрнулся…

и замер.

Тишина повисла в воздухе, густая, как кофейная гуща.

— Это что, пауза для драматизма? — пробормотал Варлам, выглядывая из-за

угла.

Кот Себастьян навострил уши:

— Нет. Это начало чего-то плохого. Лифт никогда не замирает просто так. В

прошлый раз он стоял сорок минут, пока дядя Миша не постучал по панели и

не сказал: «Ну-ка, не выпендривайся».

Двери лифта медленно поползли назад. Коломбет засунула голову в

лифт,затем посмотрела на собравшихся в подъезде и строго сказала:

— Всем оставаться на своих местах.Я ещё не всё спросила!

Повисла неловкая пауза. Капитанова немного ещё подумала,снова посмотрела

на всех пронзительным взглядом и скрылась в кабине. Двери закрылись.

И тут лифт… поехал. Но не вверх. И не вниз. Он поехал вбок.

Борис Петрович, который до этого момента держался с видом человека, знающего, как устроена любая техника, моргнул:

— Вбок… — повторил он. — Лифты не ездят вбок.

— Этот ездит, — мрачно сказал дядя Миша, поправляя кепку. — Я же говорил: в этом подъезде всё возможно.

Из кабины донёсся глухой голос Капитанова:

— Эй! Тут трясёт! И пахнет пылью! И… кажется, я вижу паука размером с

кота!

— Не с кота, — фыркнул Себастьян. — С хомяка. Максимум.

Варлам схватился за голову:

— Она там застрянет! А потом будет винить во всём меня! Скажет, что я

подстроил, чтобы её отвлечь!

— Да, — кивнул кот. — И запишет в протокол: «Подозреваемый Кофейников, мотив — страх перед допросом».

В этот момент из кабины снова донёсся голос лейтенанта:

— Товарищи двери лифта заблокированы! У кого-нибудь есть что-нибудь

длинное и тонкое? Через щель просуньте!

Зинаида Карповна вздохнула, достала из сумочки карандаш с блёстками — и

попыталась просунуть его в щель между дверями. Карандаш застрял.

— Ну вот, — пробурчала соседка. — Теперь и карандаш пропал.

— Классика, — философски заметил дядя Миша.

Тут лифт снова дёрнулся, загудел, как рассерженный шмель, и… исчез.

Просто взял и исчез. На его месте осталась только пустая шахта, в глубине

которой тускло светилась лампочка и висел одинокий паук — действительно

внушительных размеров.

Все замерли.

— Он… телепортировался? — прошептал Варлам.

— Или уехал в параллельное измерение, — спокойно сказал кот. — Там, говорят, лифты вежливые и сами нажимают кнопки.

Борис Петрович подошёл к шахте, заглянул внутрь, потом посмотрел на

остальных и произнёс:

— Надо звонить в МЧС.

— И в полицию, — добавила Зинаида Карповна. — Вдруг это похищение?

— Мы и так с полицией, — устало напомнил дядя Миша. — Просто полиция…

уехала. Вбок.

Варлам сел прямо на лестницу, не обращая внимания на пыль.

— Всё, — простонал он. — Теперь меня точно посадят. Сначала труп исчез, теперь лейтенант. В глазах закона это выглядит как серия.

Себастьян уселся рядом, положил лапу ему на колено (насколько это

возможно для кота) и сказал:

— Не паникуй. Капитанова — женщина упрямая. Если лифт её куда-то увёз, она оттуда выберется. И вернётся. С вопросами. И с карандашом.

— Именно это меня и пугает, — пробормотал Варлам.

Тут из шахты донёсся приглушённый голос:

— Эй! Я тут! И у меня ваш карандаш!

Все подскочили.

— Она жива! — радостно воскликнула Зинаида Карповна.

— Пока жива, — уточнил кот.

— Что делать будем? — спросил Борис Петрович.

Дядя Миша задумчиво почесал затылок:

— Можно попробовать её выманить. Лифты, они как кошки: если им что-то

предложить, могут и вернуться.

— Чем его выманивать? — спросил Варлам. — Кофе? Пирожками?

— Карандашами, — уверенно сказал Себастьян. — Видимо это слабость

лифта.Видел как он втянул карандаш Зинаиды Карповны?

Зинаида Карповна тут же высыпала на пол всё содержимое своей сумочки: ключи, пудреницу, мятные леденцы и… шесть карандашей.

— Вот, — сказала она. — Пусть знает, что тут есть запас.

Они положили карандаши на край шахты и стали ждать.

Через секунду раздался глухой стук, скрежет, и… лифт вернулся. Не на свой

этаж, а прямо в шахту, будто его кто-то аккуратно поставил на место.

Двери со скрипом открылись, и оттуда, слегка помятая, но всё такая же

грозная, вышла Капитанова. В зубах у неё был огрызок карандаша, а в

глазах — решимость довести дело до конца.

— Так, — пробасила она, оглядывая всех. — Где труп? Где лифт? Я ещё не

закончила допрос!

Варлам закрыл лицо руками.

— О нет, — простонал он. — Она вернулась.

— А я говорил, — спокойно заметил кот. — Упрямая.

Капитанова ткнула огрызком в сторону Варлама:

— Ты! Ты что-то знаешь! Я вижу по глазам! Они бегают! Как тараканы!

— Они не бегают! — возразил Варлам. — Просто… я нервничаю!

— Нервничает он, — фыркнула лейтенант. — А лифт ездит вбок. И паук

смотрит на меня с осуждением. Тут что-то нечисто!

Она огляделась, заметила карандаши на полу, тут же схватила один и начала

грызть.

— Так, — пробормотала она. — Продолжаем. Кто последним видел труп?

Все одновременно посмотрели на Варлама.

Тот застонал.

— Только не это, — прошептал он. — Опять по кругу…

— По кругу, — кивнула Капитанова. — Потому что истина где-то рядом. Или в

лифте. Надо его ещё раз допросить.

И она повернулась к кабине, подошла к панели и строго сказала:

— Ну-ка, признавайся. Куда ты дел труп?

Лифт в ответ тихо звякнул, будто хихикнул.

— Видите? — торжествующе воскликнула лейтенант. — Он что-то знает!

Кот Себастьян закатил глаза, но вслух сказал только:

— Мяу. Абсолютно верно. Лифт — главный свидетель. Надо взять с него

подписку о невыезде.

Варлам посмотрел на потолок, будто надеясь, что оттуда упадёт

спасительный ответ. Но потолок был белым и безжалостным.

Глава 7. Баба Зина и её волшебные тросы

После эпичного допроса лифта лейтенант Капитанова решила, что пора

переходить к первоисточнику.

— Кто отвечает за лифт? — рявкнула она, оглядывая толпу. — Кто знает его

душу?

— Баба Зина, — хором ответили Зинаида Карповна, Борис Петрович и даже

дядя Миша.

— Где живёт? — Капитанова щёлкнула пальцами так, что все подпрыгнули.

— В подсобке, — сказал дядя Миша, махнув в сторону неприметной двери под

лестницей, из-под которой тянуло запахом сушёных трав и машинного масла.

— Но она… своеобразная.

— Я со всеми своеобразными справляюсь, — буркнула Капитанова и

направилась к двери.

Варлам и кот переглянулись.

— Это плохая идея, — прошептал Варлам.

— Хуже, чем выносить труп в обоях? — фыркнул Себастьян. — Сомневаюсь.

Дверь в подсобку была обита старым ковром и украшена связкой сушёного

чеснока, пучком полыни и табличкой «Не входить, если не звали». Коломбет

не обратила на табличку никакого внимания. Она распахнула дверь так, что

петли взвизгнули, будто от обиды.

В полумраке, среди катушек с тросами, ржавых гаечных ключей и банок с

непонятным содержимым, сидела баба Зина. Маленькая, сухая, с глазами, которые, казалось, видели не только тебя, но и все твои детские

проступки. На голове у неё был цветастый платок, а в руках — моток

верёвки, которую она перебирала, будто читала по ней судьбу.

— Чего надо? — спросила баба Зина, не поднимая глаз. — Не видишь, я

судьбу плету.

Капитанова выпрямилась во весь свой двухметровый рост и пробасила:

— Лейтенант Капитанова. Полиция. Вопросы по лифту. Он ездит не по

правилам.

Баба Зина наконец подняла взгляд. И посмотрела на Капитанову так, будто

увидела не лейтенанта, а особенно упрямый узел.

— Лифт — он как жизнь, — проговорила она, продолжая перебирать верёвку. —

То вверх тянет, то вниз, а то и вовсе вбок глянет — и не поймёшь, куда он

тебя везёт.

— Мне не философия нужна, — строго сказала Капитанова. — Мне факты. Кто

управляет лифтом? Вы?

— Управлять можно конём, — невозмутимо ответила баба Зина. — А лифт… он

сам решает, кого везти. У него своя дорога.

— Своя дорога?! — Коломбет нахмурилась. — Это не дорога, это шахта! У

него маршрут прямой!

— Прямой, да не простой, — покачала головой баба Зина. — В нашем доме

стены помнят. Полы скрипят. Лифт… чувствует.

Лейтенант достала блокнот, попыталась записать, но поняла, что карандаш

сгрызен до самого основания.

— У вас есть карандаш? — рявкнула она.

Баба Зина молча протянула ей уголёк из жестяной банки.

Капитанова взяла его, покрутила в пальцах и не зная что с ним делать

положила в карман.

— Продолжим, — сказала она. — Так. Хватит загадок. Где труп, который был

в лифте?

Баба Зина вдруг перестала плести верёвку. Замерла. И посмотрела на

лейтенанта так, будто только что поняла, о чём речь.

— А, тот, — тихо сказала она. — Который без кофе пришёл.

Капитанова подалась вперёд.

— Вы его видели?!

— Видела, — кивнула баба Зина. — И слышала. И даже… помогла немного.

— Помогли?! — воскликнула Капитанова. — Как?!

— Как умею, — снова уклончиво ответила старушка. — Дорога не любит, когда

её путают. А он её путал. Вот и пришлось… скорректировать маршрут.

— Скорректировать?! — Лейтенант уже почти кричала. — Куда вы его дели?!

Баба Зина медленно подняла руку и указала куда-то в угол, где висели

старые схемы шахты, покрытые слоем пыли.

— Туда, где дороги сходятся, — прошептала она. — Где лифт не просто ящик

с кнопками, а… переход.

Капитанова шагнула вперёд, чтобы схватить старушку за плечи и хорошенько

потрясти, но в этот момент баба Зина резко дёрнула за верёвку, которая, казалось, ни к чему не была привязана.

Верёвка натянулась. В подсобке потемнело. Запахло озоном и сушёной мятой.

А потом… баба Зина прошептала что-то на непонятном языке — не то на

старославянском, не то на языке лифтов, — и резко хлопнула в ладоши.

Вспышка света ослепила всех, кто стоял у двери. Варлам и Себастьян, наблюдавшие из коридора, зажмурились.

Когда они открыли глаза, в подсобке было тихо. Баба Зина спокойно сидела

на своём месте и снова перебирала верёвку.

А лейтенанта Капитановой не было.

Ни следа. Ни форменной куртки. Даже запаха не осталось.

Только на полу лежал один-единственный предмет — идеально ровный, будто

специально положенный: карандаш. Тот самый, с блёстками, который Зинаида

Карповна просовывала в щель лифта.

— Куда она делась?! — взвизгнула Зинаида Карповна, влетая в подсобку. —

Где лейтенант?!

Баба Зина подняла на неё спокойный взгляд и сказала:

— Где дороги сходятся. Там и ищи.

— Что это значит?! — закричал Варлам. — Вы её… телепортировали?!

— Не телепортировала, — спокойно ответила баба Зина. — Просто показала

короткий путь.

— Короткий путь куда?!

Старушка пожала плечами:

— Туда, где ответы лежат. Или где вопросы теряются. Как повезёт.

Борис Петрович, который до этого момента молчал, шагнул вперёд и строго

спросил:

— Гражданка, вы отдаёте себе отчёт в своих действиях? Вы только что…

переместили сотрудника полиции!

Баба Зина посмотрела на него так, будто он спросил, правильно ли она

заваривает чай.

— Отчёт? — переспросила она. — Отчёты пишут на бумаге. А дороги… они не

на бумаге. Они в стенах. В тросах. В скрипе ступеней.

Дядя Миша медленно вошёл в подсобку, огляделся, потом наклонился и поднял

карандаш. Повертел его в руках.

— Значит, так, — тихо сказал он. — Лейтенант пропала. Лифт —

подозрительный. Труп — исчез. А теперь ещё и ведьма в подвале.

— Я не ведьма, — спокойно сказала баба Зина. — Я лифтёрша. Просто старая.

И многое видела.

— И многое сделала, — буркнул Себастьян, подходя ближе. — Мяу. И теперь

нам надо понять, куда она отправила Капитанову. Потому что если лейтенант

вернётся… а она вернётся, я в этом уверен… она будет очень, очень злой.

Варлам сел прямо на пыльный пол подсобки, не обращая внимания на паутину

и запах машинного масла.

— Мы пропали, — простонал он. — Сначала труп. Потом лифт. Теперь

лейтенант. Что дальше? Дом улетит?

Кот сел рядом и положил лапу ему на плечо.

— Дальше, — спокойно сказал Себастьян, — мы идём туда, где дороги

сходятся.

— А где это? — прошептал Варлам.

Кот посмотрел на бабу Зину. Та снова перебирала верёвку и тихо напевала

что-то себе под нос.

— Она знает, — сказал Себастьян. — И расскажет. Когда будет готова.

Баба Зина на секунду прервала своё пение, подняла глаза и произнесла:

— Дорога начинается там, где кончается привычный путь. А кончается он… в

шахте.

Все одновременно посмотрели в сторону двери, ведущей к лифтовой шахте.