За рекою кукушка. Стихи
- -
- 100%
- +
В.А.Серов Редактор
В.А.Серов Иллюстратор
В.А.Серов Дизайнер обложки
© Виктор Серов, 2024
© В.А.Серов, иллюстрации, 2024
© В.А.Серов, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0062-1232-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Бежали строчки в белые поля
Читая рукопись Виктора Серова, невольно вспоминаются строки Андрея Вознесенского По жизни Виктор путешественник, даже скорее, одинокий скиталец, которому дано многое увидеть и пережить. И в пути случаются стихи-монологи, когда душа переполнена впечатлениями или И приводят его дороги на"или просто на рыбалку, или в лес. В своих скитаниях он не одинок, ведь вокруг живая природа, которую он любит, понимает и умеет слышать, как"р «Стихи не пишутся – случаются, как чувства или же закат.» «память застряла в сюжетном изгибе». Улочки давнего счастья,/ Где ещё память живёт», ечка тихо о своём журчит,/ О бесконечном, вечном и нетленном…", как" Хнычут синицы в листве, словно малые дети…»
Неизбывное желание общения со всем сущим откроется строками, посвящёнными малой, неизвестной, певчей птахе:
Уходит поэт из дома на природу после бессонной ночи, когда»илиУходит поэт туда, где где «Уходит потому, что мир людей часто наводит на трагические мысли: Где-то пёс в глухоночье выл, / В небо нервы тянул и рвал…» » громко соседи ругались, / И казалось, что это не люди…". «Бирюзовая Синь после серости ночи», Клёны дымят на рассвете бордовым туманом».
Есть у поэта особый дар путешествовать не только в пространстве своей жизни, но и во времени, ощущая своё кровное родство с героями былинных времён. И тогда звучат его стихи как сказы:
Сила его древнего рода, передала поэту ощущение того, что он“ одар понимать верить в то, что „Путешествуя в ведическое прошлое, он становится Первославомкоторыйна „ты“ со славянскими богами, потому что весенним днём его с любимой венчал сам Лель, а потом Первослав „Травы в снопы вязал – отблагодарить Мокошь…", у Зимовея просил дать погоду потеплей. Памятью сердца он говорит: „ Он верит, что « тпрыск большой зари, / У которого вёсны в крёстных“; „многомудрую Русь“; зазвучит поэзия творенья, / Из родников ведической земли…“ , Нас к дубу Велес приводил – знакомил с Родом…". Сварожьим внукам на Земле, стезя – Бессмертье».
Как Первослав, он признаёт, что“Но, возвращаясь в настоящее, Виктор с горечью, видит что „", потому и хочется вновь заглянуть в окно, А теперь он пишет стихи-воспоминания. Время – всесильный жрец и вершитель знаний и дат“. сегодня жизнь равна зарплате, а день – уколу новостей… „…где оставил детство – Лето поёт… / Там каждый день писалась про нас новелла…".
Он не теряет своих корней, не боится признаваться в своём деревенском детстве, с любовью пишет о бабушке и тёте. До слёз пронзительно стихотворение о брате «Рыжий». Самобытности его лирике придают и слова карельские или старорусские, ныне почти не употребляемые, но они делают более «вкусными» строки его стихов.
Первослав, конечно, первоклассный лирик, но бывают моменты, когда «когда , тогда он пишет ироничные стихи, как говорится, на злобу дня, о себе, о соседях, о знакомых, о незатейливом быте родного посёлка. Пишет с юмором, но по-доброму, и чаще, читая такие стихи, не хочется смеяться, а становится грустно от того, как правдиво отображена наша провинциальная действительность. Стихи пылают, шипят чернила…", «утром жизнь кипучая ночной стирает мир…"
Обо всём пишет поэт, но только в любовной лирике его душа раскрывается в полной мере. Возможно, кому-то покажется старомодным такой стиль, когда Виктор признаётся:
Но до этого возвышенного слога он долго шёл тернистым житейским путём, чтобы сказать любимой:
Так пишет поэт, у которого миг восторга, когда" рсменяется долгими разлуками, в которых"И общение с любимой сузится до переписки: ядом та, что мир в тебе рисует», будут литься стихи, как слёзы». " Я в рифмах по тебе опять начну скучать…»,
Упоительны, но кратковременны встречи с любимой, момент прощания звенит строкой:
А потом» б ессонные ночи упрямые будут звать в …разговор», в признания:
Но и в одиночестве поэт умеет находить удивительные моменты:
Он умеет слышать ветер, который поёт карельскую «смолою пахнущую песню», мечтать под дождём, понимает грачиный и вороний грай.
Виктор Серов плодовитый поэт, жизненный опыт, богатство накопленных впечатлений, обострённое чувствование, желание быть услышанным рождают его стихи-монологи. Он мог бы признаться словами Анны Ахматовой:
Я познакомилась с Виктором Серовым в Бежецке. В 2023 году Бежецк получил статус Литературного города России, но уже много лет привлекает поэтов «Днями Ахматовой», «Гумилёвскими фестивалями», поэтому неудивительно, что у всех поэтов, кто бывает в Бежецке, есть стихи-посвящения семье Гумилёвых, памятным местам, связанным с ними. Неизменно гости города фотографируются у памятника Анне Ахматовой, Николаю и Льву Гумилёвым. Приходилось не раз слышать мнение, что памятник кажется эклектичным, а вот как своё видение выразил Виктор:
И это определение, наверное, лучше всего отражает идею этого памятника семье из трёх талантливых, неординарных людей, проживших три трудных судьбы и оставивших нам богатое литературное наследство.
Каждый, кто посещал дом Гумилёвых в Градницах, не мог остаться равнодушным к его истории и старине и мог бы повторить вслед за Виктором Серовым:
Уверена, что каждый читатель найдёт в поэзии Виктора созвучные себе мотивы и строки, или наоборот, захочет подискутировать с автором. Мне близки его лирические зарисовки состояний природы, его стихи любимой женщине.
Я желаю поэту Виктору Серову, чтобы чаще «чтобы попытаться написать об этом новые стихи-монологи, которые приоткроют дверцу его души для любимой, друзей, его читателей. бежали строчки в белые поля», на» Островок босоногого детства», «сберечь миг краткосрочного чуда» и
«…Подкрашенной каплей минораСловечко мне слышится – «Вить!»И я бы хотел её имяСказать троекратно в рассвет,Чтоб птаха с душой херувимаМеня поминала сто лет…»…« Мир погибнет, но не от заразы —Ненавидя родных и соседей…Мы забыли о божеской сути —Что всё сущее неповторимо,Что добром измеряются судьбы…»«В краю моём, в отрогах-берегахСокрыта мудрость древняя венедов,Оберегают сосны сон в векахВолхвов и дедов…В краю моём струится из землиДуша Руси прохладой родниковой —Здесь Древний мир со мною говоритЗаветным словом…»«О, как прекрасно это чувство притяженья,Когда с тобою ангел твой обожествленный!»«Теперь весь свет сошёлся на тебе —Я сбросил груз потерь и расставаний,Босым прошёл по высохшей стерне,Чтоб подарить тебе свои желанья;»«А потом я пришлю свой май,Чтобы совью не слушать грусть…Между строчек меня читай —И мечты, и объятья чувств…»«Ты уедешь, погода испортится —Ветер снег напророчит и дождь;Безответною рифмой наполнитсяДом, в котором ты редко живёшь.»«…Злюсь, понимаешь, я на одиночество —Не на тебя, – на потерянность злюсь…»«ночь была восторженно-красивой,Когда я Осень провожал домой…»«Моя душа закрыта ото всех,И лишь стихи приоткрывают дверцу.»«А в Бежецке памятник странный стоялОтлитый, как будто, из трёх обстоятельств…»«И пела грусть во мне неизъяснимо,Что сберегалась домом много лет…» Елена Бурчилина, член Союза писателей России. 9 декабря 2023г.Елена Бурчилина
Виктору Серову
Я не вписалась в грусть твоих стихов,Я не вчиталась в объяснения чужие…Меж нами топи и леса глухие,И высота летящих облаков.Я знаю вкус невыплаканных слёзИ одиночества звенящие моменты…И потому легко на комплиментыСойду. И пожелаю, чтоб сбылосьВсё то, что намечтал ты под зонтомПод тихие напевы дождевые.Пусть чувства ваши жаркие, живыеС любимой согревают общий дом!И будет сладким, мирным счастье в нём!09.12.2023гОб авторе
Виктор Алексеевич Серов – творческий псевдоним на просторах интернета «Первослав». Член Союза писателей России.
Родился в мае 1971 года в посёлке Максатиха Калининской (ныне Тверская) области. С малых лет отец привил любовь к природе и тягу к рыбацкому бродяжничеству по реке – даже представить не могу, как бы я жил без реки моей, Мологи и её малых рек-сестёр Волчины и Ривицы.
Первая проба пера, так сказать, произошла в седьмом классе, когда апрель месяц принёс отголоски ледохода с Тверцы и мы всем классом прильнули к окну, чтобы хоть как-то разглядеть буйное пробуждение реки. Девчонки расталкивали мальчишек у окна и было очень весело наблюдать за всем со стороны, была там одна… Ей были первые мои стихи. А дальше – мне понравилось, как реагируют одноклассницы на мои послания, и я писал, писал… Даже в школьную стенгазету…
После окончил Максатихинское проф-тех-училище по специальности шофёр-тракторист и пошёл служить в армию. После демобилизации получил дополнительное образование: диплом по силовой электро-механике. В период службы было исписано несколько тетрадей стихами, которые исполнялись под гитару на популярные в начале девяностых годов мелодии и иногда на собственные «дворовые» мелодии. С 1995 и, наверное, по 2010 почти ничего не писалось – тяга к стихам возвращалась не сразу, по душевному состоянию, но в один момент «накрыло», и строки стали проситься в тетрадь… И вот – пишу, – пока пишу…
В настоящее время являюсь руководителем Максатихинского межрайнного творческого объединения «Молога»
Создатель и руководитель творческой группы в сети ВК «Сосновые берега». Постоянный член жюри детско-юношеского музыкально-поэтического фестиваля «Юный Орфей» г. Борисоглебск Воронежской области, член жюри детского-юношеского поэтического фестиваля-конкурса «Проба пера» с. Старая Криуша Воронежской области.
Соавтор и выпускающий редактор проекта «Тверские перекрёстки» – областной альманах поэзии и прозы.
Издано четыре авторских сборника стихов: сборник разных лет «Очень хорошие стихи»; «Этот мир, на реальный похожий…»; «Ты гражданин» и сборник лирики «…под соломенной стрехой»
Публиковался в СМИ Тверской, Кемеровской, Воронежской, Волгоградской и Ростовской областях. Публикации в СМИ Краснодарского края, Республики Бурятия, Украины и Белоруссии.
Судьбу себе не выбирают
Снится мне Русь
Часто мне Родина снится:Зелень колхозных полей,Ветер качает пшеницу,Шелест листвы тополей;Снится река и таёжныйКрай без шумов городских,Где закликают тревожноГуси детей озорных;Крик петушиный с зарёю,Выгон на пойму коров,Дева, что лебедь – не скрою,Частая гостья у снов.Русская снится деревня —Говор чудных стариков,Сладостный запах вареньяИ с творогом пирогов.Снится мне Русь, где есть воля,Вера в людей и любовь,Но просыпаюсь и в горлеКом за пролитую кровьБратьев украинцев, сербов,Братьев армян и грузин;Боль за Россию, что серымЦветом покрылась руин…Правда иль сон был неверный,Как же народ всё забыл…Где ж ты, родная деревня,Кто же тебя погубил?Улочки давнего счастья
Думалось, что неуместноВспомнились судьбы людей,Живших на улице детстваРодины малой моей.Но не напрасно лазейкиПамять свои выдаёт —Вытянет с дальней ячейкиОбраз и сердце ожжёт…Шумные прежде проулкиСтали немы и тесны,Сердце намеренно гулкоБьётся в груди от вины,Что вспоминаю не частоИ навещаю раз в годУлочки давнего счастья,Где ещё память живёт.Птаха
«Свет снегириный… Память. Примета
Дальней, иной,
Светлой поры… Неужели всё это
Было – со мной?»
А.Г.Нестругин. «Свет снегириный»
Западный ветер в осень вплетаетСнежную мгу,Лужи не мёрзнут – снова растает,Но на лугуМожет и дольше: на глиноземьеИ полежит…Снегу неважно – время не бремя,Если бежит.Стайка синичья в старой кормушкеИщет пшено…Юркая птаха так простодушноСмотрит в окно.Припоминаю: было однаждыВ детстве моём,К ночи морозной голубь отважныйВпущен был в дом…Спорятся птахи, в гроздьях рябиныИщут приют,Снежною пылью ветры под зимуЗемлю метут.…В дальнем сарае стрёкот сорочий —Птичий ли знак? —Стайку синичью кличут от ночиСкрыться в чердак.Птахи сорвались с места и дробьюПрхнули в лаз, о Смотрит одна лишь птичка со скорбьюВ дом мой сейчас;Лапку поджала – знает, что на ночьГреться впущу…Словно комочек, к печке прижалась,Я же – молчу…Картина – храню их немало…
Картина – храню их немало:Тропа в разнотравье бежит,А в детстве косили, бывало,И делали маленький скирд.Под соснами домик Серовых —Над кручею береговой,А вниз по реке рыболовыТягают подъязков удой.И путает ноги в осокеОт стада отставший телок,И смотрят на реку свысокаВитёк и малой Игорёк.Чудные – по моде, в пилотках,О чём-то под гору кричат,Наверное, деду. А в лодкуЛещи заглянуть норовят —И надо ведь, бок золотистыйПокажет под самым бортом…А в речке и берег гористый,И дедов, как в зеркале, дом.И небо – бескрайние дали:Я трогал их детской рукой,Прохладой оно отзывалось,Шепча мне о правде земной…Я знал, что особое счастьеМне Мокошью будет дано —Что к Вечности буду причастенИ знания пить, как виноПьянея от счастья и боли,За то, от судьбы что принял,Вот только, что съем и пуд соли,Об этом я правды не знал…А правда… Кончается детство,Тускнеет пейзаж за окном,И прежний дружок по соседству,Уже не заходит в мой дом.И берег совсем не высокий,И сосны не громко шумят,А славное детство далёко,Далёко – полвека назад…Сюжеты… Виденья-картиныНазад возвращают меня,Туда, где есть жизнь без рутины,В тот мир, где остаться нельзя.В тот мир, где живут ещё люди:Родители, баба и дед…А много ль картин ещё будет?Судьба не подскажет ответ.У Судьбы за пазухой
Тишина туманная за рассветы спорится,Меркнут, как фантазии, звёзды в небесах…У Судьбы за пазухой, знаешь, что находится? —Бежецк и Максатиха прячутся в лесах.А поодаль, к западу, где глаза озёрныеСпорят, чья небесная чище синева,Там стоят высокие церквы золочёныеИ вышневолоцкая слышится молва.У дорог берёзоньки – весты бессловесные,Кланяются по» ветру, смотрят долго вслед,Словно змейка, вертится полем-перелесками,С Волочка до Бежецка межевой завет.Если выйти затемно летом за околицу,Тайну заповедную можно обрести:Что другим сокрытое, от тебя не скроется —Ты услышишь вечную песню о Руси.Справа с балалайкою, слева раззадористо,Древнее карельское в сердце постучит…У Судьбы за пазухой не смешно, не горестно —Слышно, как туманная, тишина звенит.По тропке забытого детства
«В ивняковых зарослях дождей
Вдоволь света, тишины, озона.
Будто здесь особенная зона…
Может, потому, что нет людей?»
А. Г. Нестругин.
По тропке забытого детстваТы, память, меня проведиК задирам-гусям по соседству,К оврагу, что шепчет в дожди.Под крышей сосновой – в осоке —К плоту, где рыбалил отец, —Туда, где скучал одинокоНе знающий жизни юнец.Веди меня, тропка, под кручуК сырым ивнякам у реки,Что так же к погоде плакучи,Что стали в обхват велики.Как воды бурлят переката,Здесь память теряет покой,И пламень вишнёвых закатовЮнец провожает рукой…За рекою кукушка…
За рекою кукушка всё поёт и поётЗакликая Судьбу в небесах долгим эхом:Если чёт накукует, то и Счастье придёт,А запнётся на счёт… обзову неумехой;И пророчить мне время не буду просить:Знаю точно – соврёт, – насчитает лет триста,А когда б нагадала, как ещё век прожить,То сказал бы: «Кукуй! Даже если тернисто…»«Ночные тягостны тревоги …»
Ночные тягостны тревоги —Монах читает мне псалтырь…– Нет, не пойду я той дорогой,Что люди ходят в монастырь.Пусть караулят жертву бесы,А я – полями да рекой,И после выйду прямо к лесу,Где храм древнейший волховской.Вокруг него дубы могучиИ сосны в небо, как персты —Монашеское чтиво слушатьВолхвам тоскливо, а крестыОни не ставят на распутьях,А в камне оставляют след,Так, чтоб заблудший видел путник,Куда крещёным хода нет.Мой храм – скала первозаветов,В неё вмурован Алатырь,Что затмевает силой СветаЛюбой монашеский псалтырь.Я прихожу и припадаюК нему и телом, и душой,И мудрость Предков принимаю —Вот Храм вовек исконно мой!…Я у костра, под звёздной крышей —Уды не дремлет «сторожок».Путь потеряв, на берег вышелМонах – к ухе на «огонёк»Всё, что далось…
«Завтра, конечно, всё будет иначе:
круче, ясней.
Сбудется день колоритней и ярче,
впору весне!»
О. Лукашева. «Реминисценции дальнего эха долго звенеть…»
Завтра – конечно… Память, что волны,бьются о брег:Каждый тычок о прошлом напомнит —чем пренебрег.Предал ли вечер, иль на рассветескворушкой пел.Может быть, знал желания ветер,но… был не смел.Время – всесильный жрец и вершительзнаний и дат;Прошлого волны, не окропитеслёзно мой взгляд…Всё, что далось к познанью судьбою —блажь и юдоль, —Память порой приносит прибоем,чтоб помнить боль…Бескрылый
Бессонна ночь. Не разуму тревожно,А было чувство, словно не один…Незримый он – я был его заложник —Ко мне он прежде чаще приходил.Всесильный он… усталый мой воитель,Мой древний Дух сегодня был со мной:Оберегал мой город и обитель,И завлекал межзвёздной глубиной.Он мне шептал, что есть миры иные,Земных миров намного красивей,Что если б крылья были молодые,Покинул дом, как славный Одиссей.Просил он крылья дать ему на время:За триста лет свои он потрепал.Дух говорил, что все мы лангольеры*,Что бог премногим крылья оборвал…Я возразить хотел, но зверю я подобно,Рычал, как будто был немым теперь,И дар небес – летать – ему не отдал,И указал рукой ему на дверь…Но древний Дух, меня он не покинул —Он, сбросив крылья, мною утром стал,И дал обет испить со мной судьбину,Чтоб без него я звёзды не познал… лангольеры* – пожиратели времениСон. На бранном поле
Мой сон:Я в месте незнакомом,Разлилось небо по земле,И тело битое ознобом,В сырой застыло тишине;И не живой я, и не мёртвый —А на засечном рубеже,Моя потерянная рота,Лежит под пеплом на меже;И воют дикие собакиПо павшим воинам в бою,А мне… не вспомнить даже драки,Как будто не был я в строю.Но обретая пульс сознанья,Я тяжесть чувствовал в рукеИ братья павшие вставали,И взвился стяг невдалеке;И меч в руке моей ожившейХолодным блеском очи жёг —Вскричал я страх переступившим:«Не я ли вас не уберёг?!Не спите – мы ещё живые,Ещё не время пепел есть,Сожжём тела в кострах немые,Кто пал героем в битве здесь!»И в бой мы шли, и песню пели,И пел свинец, несущий смерть.Земля вздымалась и горела,Но мы поклялись страх презреть.И верил я – на бранном поле,Врагам не стану зло прощать:Когда на бой идут герои,То нужно только побеждать!…И я проснулся. ВожделенныйСтруился в окна тёплый свет.Мне мнилось: «Всё же во Вселенной,Как на земле, рассветов нет,Туманов нет, и зим, и вёсен,И нет ночных ревущих гроз…Но мы в церквях защиты просим,А в войнах пьём со смертью злость…»Покровитель свечи
И не ветер слушать хочуИ не сов, что кошек пугают —Я Луну в окно не пущу,Пусть свеча танцует нагая.Наказав метелям, их стыньРазбросать на скаты речные,Намечтаю звёздную быльИ миры, невхожие ныне.Приглашу на чай домовыхС околотка жжёного тленом,Принесу дровец смоляных,Кину в топку пару поленьев,И наследный чайник «седой»Напою студёной водицей,Пусть гудит огонь озорной,А плита ему станет жрицей.Будут разум сонный пленятьОчага хранителей речи,Будет свет свечи танцевать,И ласкать нам очи и плечи;А когда вода забурлитНа плите в наследной латуни,Позову я чай всех испить,Что мне друг привёз из Батуми…Когда утро в окна войдёт,Разойдутся добрые гости,И февральский ветер начнётЗадувать под крышу от злости —Я ж не слушал песни егоИ метели танец не видел,Только что мне с ветра того,Если я свечи покровитель.На грани сна
Словно совьи глаза,свет фонарный в окне мерцает —ночь со мною стихи читаетна границе у сна.Знаю, строфы мои,но из прошлого вьётся строчка,словно образ был дан в рассрочку,чтоб меня опоить.Силуэты дворцови ажурных мостов горбатых,а видения, словно вата —я копил их для сов.Где-то конь вороной,встретив призрак, в галопе бьётся…и внезапно строка свернётся,предо мною стеной.…Размыкаю глаза —серый сумрак рассвет пророчит, —стих последний порваться хочет,сон в окно унося.Спросило небо…
Спросило небо:– Ты летал?– Летал. – ответил я. – Не важно…Орлом всесильным я не стал,И не был соколом отважным;Взлетал… Ты знаешь, что без крылЛететь живому невозможно,Но я «на грани» жизни был,А там, ты знаешь…– Всё возможно.– В твоих объятьях темнота, —Продолжил я ответ свой небу. —Земная жизнь – не суета,А умирать не тянут жребий…Зачем? Вот, ангелы твои,Они и с крыльями – но живы?Когда отец их сотворил,В них было больше перспективы…Летают птицы (но не мы)И те, кто жизнь прожил земную,Но не уснул на грани тьмы,И людям зло не вылил всуе.С тобой мы встретимся потом,Когда Сварог вернёт мне крылья.Но прежде дел не счесть в земномБыту, где дни, как диафильмы.Вздохнуло небо:– Как сказать… —Закрапал редкий дождь солёный. —Мне трудно ангелов считать,Но хуже крылья рвать крещёным…По небу прокатилась дрожь,И вечер весь, и ночь, и послеНе прекращался нудный дождь —Как будто лично мне был послан…О нужде и морали
«Дорогу осилит идущий» —Восточный мудрец говорил,Но поиска истины сущейОн путь указать позабыл.С тех пор и хотят пилигримыНайти свой «священный грааль»,Но все не сойдутся в единойДороге с названьем «Мораль»;И каждый какого-то богаТаскает в суме за спиной.А истинный путь – от порога —С чего-то назвали «Нуждой»…Недописанный сюжет
Был сюжет, но не писался так, как надо —Оставались незаконченными строки, —Залипали у невидимой преграды,Как уставшие от истины пророки…Отчего-то становилось даже страшно —От потери неизвестной и никчёмной?Иногда ломался грифель карандашный,И точился снова с чувством обречённым.Рвались мысли жить на мятую бумагу,Где уже бывали строфы лет прошедших,Но писать их не хватало мне отваги,Знал – сочтут их позже бредом сумасшедшим.День рождался, и карябал невпопад яТот сумбур, что мне привиделся сегодня.Но, когда проснулся, было всё ж досадно,Что с начала тот сюжет никак не вспомнить.Но ты живёшь…
Пусть нелегко судьбу благодаритьИ принимать от жизни мудрый опыт:Тяжёл тот груз, но выбор верный – жить,Не становясь никчёмным мизантропом.Но нелегко тянуть житейский воз,И гуж порою рвётся от натуги,И жизнь несёт, как поезд под откос,Что по судьбе даётся за заслуги.И жаль того, кто спину надорвал,Да и того, кто ждал всю жизнь подсказки:Судьба – не блажь для разных приживал,И не в хомут впряжённая савраска.Неведом путь и слог её строки,Как и объём, записанного свыше,Да и порой шаги не так легки,Но ты живёшь, раз небом был услышан.Запах отпусков
Дороги с юга пахнут дыней,Арбузом пахнут и вином;Дороги северные – рыбой,Грибами, клюквой и костром;А в городах совсем иначе:Впиталась гарь в житейский быт,Туман, остыв, соляркой плачет,Когда сквозь смог рассвет спешит.Но есть особый – современный —У пассажирских поездов:В вагон вселяясь, непременноВдыхаешь запах отпусков;И много позже, вспоминаяСвой туристический «вояж»,Нам ясно память проявляетВагонно-ролтонный купаж:Нарезок сырных и колбасных,Салатов пряных и яиц,И тел вспотевших, понапраснуСалфеткой пот стиравших с лиц…Бежит по рельсам память лета —Плацкартов душных и сует,Едою пахнущей бюджетнойВ душе оставив тёплый след. Тверь – Борисоглебск. Август, 2023 год.Вот такая весна
– Вот такая весна – то мороз, то оттепель. —Разглагольствует дед, лёжа на печи,– Я наверно схожу к детям, там хоть потчуют,А ты тесто поставь всё ж на калачи…Завтра ж праздник тебе! Что, забыла старая?Выставляй свою снедь, что ли, ко столу.Внуки, может, зайдут, вкуснотой побалуем,А под вечер, глядишь, и бока помну…– Ах ты, перец сухой – эвон, что задумал-то!Я сейчас вот ухват у печи возьмуИ устрою тебе «сладость» полоумному,Будешь год вспоминать праздник и весну…Бабка села к окну поглазеть на улицу:– А и впрямь, ты смотри, вон сосед идёт,А с ним Валька-жена, и совсем не хмурится,И цветов он букет, глянь какой, несёт.Что расселся, стручок? – бабка подбоченилась, —Завтра жду от тебя праздничный обедИ… наверно молчи, чтоб я не обиделась,И цветов подари завтра мне букет…А назавтра, чуть свет, печь уже протоплена,Стол салфеткой накрыт… свечи и цветы,На тарелках салат луково-картофельныйИ ещё на пару тянутся манты…– Вот такая весна: то мороз, то оттепель. —Разглагольствует дед с внучкой у печи, —Надо бабку будить, праздничным попотчевать,А потом уж и чай, мёд да калачи.