(не) Любовные отношения

Одинокую беседку освещал лишь слабый фонарь и свет Луны. Вадим немного обогнал меня, а я остановилась и просто смотрела на него. Ничего не могла с собой поделать. Он казался таким родным, словно и не было всех этих лет. Но в то же время часть меня понимала, что передо мной другой человек. Не тот Вадим, которого я знала. Он будто отгораживался от всего мира.

Мужчина остановился перед входом и повернулся ко мне. А я стояла, как вкопанная на месте, и смотрела на него, не отрываясь. Казалось, даже воздух стал гуще. Меня бросило в жар, так как Вадим тоже не отводил взгляда. Он стоял так, что свет освещал его лицо. Сейчас в полумраке ночи он выглядел старше своих лет. А я в который раз напомнила себе, что между нами пропасть.

Видимо мужчина что-то понял по моим глазам. Он изогнул бровь, смотря на меня с бесстрастным выражением на лице. Но мне казалось, будто весь его облик кричит о том, что не стоит к нему приближаться. Я нервно улыбнулась и двинулась к беседке.

Вадим едва заметно встряхнул головой, отвернулся и достал пачку сигарет. Чиркнул зажигалкой и медленно затянулся. Привалившись к деревянной балке, прикрыл глаза. Он курил молча, не обращая на меня внимания. А я смотрела заворожено на его профиль, на то, как дергается кадык при каждой затяжке.

– Угостишь?

Голос предательски дрожал. Один лишь вид Жарова так близко со мной переворачивал все мои мысли с ног на голову. Вадим открыл глаза, затянулся и медленно выпустил дым изо рта, глянув на меня мельком.

– Не угощу.

Я вскинула подбородок и сжала губы. Вообще-то я не курю, пару раз пробовала в колледже на вечеринках. И мне совершенно это не понравилось. Но сейчас мне отчаянно захотелось взять сигарету и выпустить хоть толику напряжения из своего тела.

– Почему? – спросила его, встав напротив мужчины и сцепив руки перед собой.

– Мелкая слишком, – хмыкнул в ответ.

Вадим оторвался от балки, подошел к пепельнице и затушил сигарету. Встал спиной ко мне, смотря на огни сцены. Будто и нет меня здесь. Мне до боли хотелось схватить его за плечи и с силой развернуть к себе.

– Я выросла, Вадим, – вместо этого тихо сказала. – Если ты не заметил.

Он резко разворачивается и делает шаг ко мне. Так стремительно, что я даже не успеваю отшатнуться. Жаров так близко, что я чувствую запах его парфюма с примесью табака. Запрокидываю голову вверх, чтобы смотреть в его глаза. А они пылают таким огнем, будто мужчина на мгновение скинул маску безразличия. Меня кидает в жар, дыхание перехватывает, и я могу лишь молча смотреть на него, растворяясь в этом взгляде.

– Я заметил, Злата.

Сказал хриплым голосом, медленно окидывая взглядом меня с головы до ног. И там, где касается его взгляд, кожа начинает гореть. Словно в замедленной съемке я смотрю на то, как мужчина протягивает руку к моему лицу. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, и я уверена, он слышит этот бешеный стук.

Вадим наклоняется ко мне, в какой-то момент мне начинает казаться, что сейчас он поцелует меня. Я даже чувствую его дыхание на своей щеке. Забываю, как дышать и замираю. А потом ощущаю почти невесомое касание его пальцев на волосах, и он отстраняется.

– Застряла.

Слышу хриплый голос, открываю глаза и вижу, как Вадим показывает мне веточку на ладони. Его лицо совершенно лишено эмоций, только глаза стали еще темнее и горят будоражащим меня блеском. Машинально я поднимаю руку и приглаживаю волосы. К щекам приливает краска, мне хочется провалиться сквозь землю. Осознаю, что он все понимает.

– Вадим…

Говорю тихо и неосознанно делаю шаг к мужчине. Но он отходит в сторону и снова напяливает на себя эту чертову маску безразличия.

– Иди спать, Злата.

Глава 9

Вадим

После моих слов Злата вздернула подбородок, опалила меня убийственным взглядом и, резко развернувшись, скрылась из беседки. Она ничего не сказала, но итак было понятно, как мое поведение смутило ее.

На секунду мне даже стало жаль девушку. Столько разочарования и обиды было в ее глазах. Да к черту! Лучше сразу обрубить эти нелепые попытки сближения с ее стороны. Ни ей, ни мне на хрен не сдалась эта головная боль. А с Исаевой, уверен, именно так и будет.

Вспомнил, как она стояла передо мной. Такая беззащитная… Дрожащая… То ли от страха, то ли от возбуждения. Когда приблизился к ней, в ноздри сразу ударил ее аромат. Что-то крышесносящее. Аромат цветов и свежести молодого тела. Никогда не любил женщин, которые выливают на себя ведро духов. Но ее запах был идеальным. Его хотелось вдыхать, уткнувшись в изящную шею девушки.

Я видел, что Злата ждала поцелуя. Закрыв глаза, потянулась ко мне в безмолвном приглашении. А я просто стоял и смотрел на ее юное лицо, всеми силами стараясь сдержаться и не наброситься на девушку.

Если бы в этот момент она открыла глаза и опустила взгляд чуть ниже, сразу бы увидела, что я не так спокоен, как хотелось бы. И ведь со стороны можно было подумать, что это очередной флирт. Но я почему-то был уверен, что ни черта она не флиртует.

Покачал головой и ухмыльнулся. Охренеть просто. Завелся как какой-то сопляк. Даже не коснувшись Исаевой. Нужно просто выкинуть эту рыжую проблему из головы. Да и вообще сваливать с этой турбазы. На второй день я уж точно не подписывался.

Приняв решение уехать завтра прямо с утра, направился к своему номеру. Сейчас мне не помешает холодный душ…

Утром все мои планы свинтить незаметно для Михи, полетели к чертям. Исаев без церемоний ввалился в мой номер как раз в тот момент, когда я закидывал вещи в сумку. Стоная и кряхтя, словно столетний дед, плюхнулся в кресло. Откинул голову назад и прикрыл глаза.

– Я еще не сдох? – его скрипучий голос был похож на наждачку.

– Ну, смотря на тебя, похоже на то, – хмыкнул я.

– Блин, по ходу вискарь оказался паленым, – приоткрыл мутный глаз Миха. – А ты чего это, уезжаешь уже?

– Да, – коротко ответил ему.

Исаев подобрался, взъерошил свои рыжие волосы и покачал головой. Но тут же сморщился, будто это телодвижение причинило ему боль.

– Э… я думал, что мы обратно с тобой так же и вернемся.

– Вызови такси, – коротко бросил.

– Там Петрович шурпу готовит, – елейным голосом сказал Миха, на помятом лице друга появилось мечтательное выражение. – Из молодого барашка! Ты просто обязан остаться, Вадь. После вчерашней попойки кишки пополоскать, самое то! Я от его жрачки тащусь как тот шланг по огороду.

Я, не удержавшись, хмыкнул, а Миха приободрился.

– К тому же потом будут веселые старты. Бухгалтерша наша постаралась. Вспомним молодость.

– О, в этом я точно пас, – вздернул бровь. – Какие, к черту, веселые старты после вчерашнего?

– Слушай, – неожиданно перешел на серьезный тон Исаев, и я напрягся. – Я знаю, что ты терпеть не можешь все эти сборища. И я в какой-то степени тебя даже понимаю. Но если ты свалишь, Вадь, я восприму это как…

Друг замолчал, будто задумавшись. Я же отложил походную сумку и встал напротив него, сложив руки на груди.

– И как же?

– Как оскорбление и неуважение к другу.

Я закатил глаза. Ну хоть так. Пусть думает, что хочу уехать из-за своей интроверсии. И все это не из-за его малышки-сестры, которая, к слову, ни черта уже не малышка. Если Миха узнает, что я пускаю слюни в сторону Златы… как бы друг меня не любил, сестру он любит больше. Это факт.

– Хрен с тобой, остаюсь! – сдался я, и Миха довольно заулыбался…

Мы вышли из номера и сразу направились в сторону крытой террасы. Народ тоже потихоньку подтягивался к столам, будто шли на запах. А он реально стоял на всю округу. В стороне от террасы около большого казана колдовал Петрович. Миха на все праздники всегда приглашал этого повара, после того как на одном из корпоративов он испробовал плов в его исполнении.

– Я такой плов последний раз в Узбекистане ел! – восторгался тогда Исаев.

И в принципе я был с ним согласен. Готовит Петрович знатно. Вот и сейчас он был весь красный, распаренный от костра. Но было видно, какое наслаждение мужик получает от процесса готовки. Помешивая источающую слюновыделительный аромат шурпу, он что-то весело напевал себе под нос.

Мы сели за столик, официантка сразу принесла приборы. Народу еще было мало, видимо, с утра пораньше появились самые стойкие. Слушая беззаботный трёп Исаева, я смотрел в сторону озера. В слова Михи не вслушивался, витая в своих мыслях.

Надо привезти сюда Роберта. Ему тут точно понравится. Представил, как сын бегает по поляне, и будто наяву увидел эту картину.

– Ты чего это лыбишься? – угрюмо спросил Исаев, вырывая меня из раздумий.

– Задумался, – отмахиваюсь я.

– Я тут перед тобой, можно сказать, душу открываю, – насупился Исаев. – А ты…

– Так о чем ты говорил?

– К Инессе говорю хочу подкатить. Че думаешь?

– К нашей бухгалтерше? – удивился я. – Ты ж ее Шапокляк за глаза называл.

Друг поморщился, будто сожрал лимона. Наклонился через стол ко мне ближе и громким шепотом затараторил.

– Ну да, было дело. Но это ж все почему, Вадь? Ты видел, она ж вечно вся такая холодная, неприступная. Снежная королева, чтоб ее! Всегда с иголочки, вся такая прилизанная донельзя. А вчера видал ее?

Я покачал головой. Не заметил вчера Инессу на празднике, хотя я особо и не всматривался в гостей.

– Да вроде нет, не было.

– Вот! – философским тоном выдал Исаев и поднял указательный палец вверх. – А она тут! Только будто подменили ее. Волосы распущены, очки сняла, видать, на линзы сменила. Глазюки у нее, Вадь…

Исаев мечтательно закатил глаза, на его губах появилась глупая улыбка.

– Голубые-голубые! Костюмы свои бабские сменила, в платье каком-то была. Я на сцену когда вышел, сверху все разглядел в вырезе ее. Там такие дойки.

Я чуть не заржал в голос, так нелепо выглядел в этот момент Исаев. С взлохмаченными волосами, лицо после попойки помятое. Глаза горят безудержным блеском.

Только открыл рот, чтобы прочесть другу лекцию о том, что не стоит смешивать деловое и личное. Отношения на работе до добра не доводят. Как вдруг он резко перевел взгляд мне за спину, и его лицо моментально расслабилось.

– Белка! – помахал рукой Исаев, а я напрягся, вспомнив, что именно так Исаев зовет свою сестру. – Иди к нам, Златка!

Глава 10

Злата

Грубиян! Мужлан! Это лишь малые эпитеты, какими я покрывала Жарова, пока шла к своему номеру. То, что я сама наивная дурочка, старалась не думать. Свет Луны, стрекотание сверчков… обстановка была романтичная, вот меня и повело. И Вадим так близко-близко, словно сцена из моих тайных снов…

Конечно же, я трусливо сбежала. Не хотела, чтобы Вадим видел мои слезы, готовые пролиться из глаз. Уже в своем номере дала волю чувствам и разревелась как идиотка от разочарования и обиды. Нафантазировала себе невесть что, но Жаров спустил меня с небес на землю. Было больно и противно от самой себя и своей наивности. Ничему-то меня жизнь не учит…

А на утро эти глупые эмоции внутри меня сменились злостью. На Вадима, за то, что видит меня насквозь. На себя, за то, что реагирую на этого мужчину так остро…

Подошла к зеркалу и поморщилась. Да уж, видок еще тот. Волосы взлохмачены, глаза опухшие, веснушки потускнели. Любой при виде меня догадается, что я ревела в обнимку с подушкой. Хотя… ведь мы отмечали день рождения. Уверена, большинство гостей будет выглядеть не лучше!

К счастью, косметика творит чудеса. Консилер, немного тонального крема, тушь на ресницы и вуаля – я стала похожа на здорового человека. Натянула широкие брюки и толстовку с эмблемой своего университета. Волосы затянула в высокий хвост и, оставшись довольна, подмигнула своему отражению.

Вышла из номера и направилась к террасе. В животе натужно ныло от голода. Вчера я к еде практически не притронулась. По пути встретила девчонок, с которыми познакомилась вечером. Инесса и Даша работали в фирме Жарова.

– Видели, как ты приехала с нашими бигбоссами, – улыбнулась мне тогда приветливо Даша и многозначительно поиграла бровями.

Девушка едва доставала мне до плеч, такая она была миниатюрная. Ее пшеничные волосы были кудрявыми, как у барашка. Она напомнила мне домовенка Кузю.

А вот вторая, высокая блондинка с изящными чертами лица, смотрела холодно. Но после того как узнала, что я сестра Мишки, моментально расслабилась. Интересненько! Неужели эта красавица неровно дышит к брату? Бедняжка… Мишка хоть и старше, но у него до сих пор ветер гуляет в голове.

– Злата, пошли с нами! – перехватила меня Инесса на дорожке к террасе, куда подтягивались гости.

Они с Дашей начали наперебой делиться впечатлениями о файер-шоу, на которое я так и не попала.

– Значит так, – хлопнула в ладоши Инесса. – Сейчас подкрепляемся и пойдем готовить полосу препятствий.

Точно, а я ведь и забыла, что на сегодня запланированы веселые старты. Креативно, ничего не скажешь. Я не знала, что за испытания приготовили девчонки для гостей. Но вспоминая такие конкурсы со школы, представляла, как взрослые люди прыгают в мешках наперегонки.

Мы поднялись на террасу, к деревянным столикам. Большинство уже было заняты, люди с удовольствием уминали какое-то дымящееся блюдо в своих тарелках. Аромат стоял божественный!

Инесса с Дашей сразу направились к компании громко смеющихся молодых людей. Я уже сделала шаг в сторону за девушками, как услышала знакомый оклик и вздрогнула.

– Белка! Иди к нам, Златка!

Я мысленно взвыла. Он сейчас серьезно? Вот так, при всех?! Быстро развернулась и выцепила взглядом брата, яростно машущего мне рукой. Он сидел за небольшим столиком в отдалении от остальных. А напротив него, спиной ко мне – Вадим. Я сразу же начала нервничать, показываться на глаза Жарову не хотелось.