Проклятые чувства

– Валентина, хотите еще кофе? – предложила я.

– А-а… да. Спасибо, не откажусь. Я люблю кофе, а у вас он такой вкусный. Если вас не затруднит…

– Не затруднит, – ответила я и поднялась с кресла.

– Татьяна, мне еще нужно будет вам кое-что показать. Это немного странно… – видно было, что моя новая клиентка слегка замялась.

– Непременно покажете, – заверила я. – Сейчас я приготовлю нам кофе, и мы с вами продолжим.

Через несколько минут я вернулась в комнату с двумя чашками свежесваренного кофе – черный с перцем для меня и с молоком и корицей для моей клиентки.

– Благодарю. – Валентина приняла чашку и сделала два глотка. – Как же вкусно! Татьяна, вы просто мастерица. У меня дома кофемашина, но там не такой вкусный кофе, как у вас. Надо мне, наверно, тоже перейти на кофе в турке.

Я ничего не ответила, удобно расположилась в своем любимом кресле, сделала обжигающий терпкий глоток и перешла к сути дела:

– Валентина, вы обещали мне что-то показать! – напомнила я.

– Ах да!.. – она отставила чашку на столик и полезла в свою бесформенную сумку, больше похожую на котомку. – Татьяна, вы только не смейтесь надо мной. И не подумайте, что я сошла с ума, но… Эта находка меня насторожила, а когда я посоветовалась со знающими людьми, то поняла, что на это точно стоит обратить внимание. Это неспроста!

Валентина извлекла из сумки маленький, размером с детский кулачок, затертый, перевязанный черной толстой ниткой мешочек. И следом вытащила какую-то мятую бумажку.

– Вот, смотрите, – она протянула мне эти странные вещички.

– Что это? – спросила я.

– Я позавчера разбирала вещи в квартире отца и в его старой дорожной сумке обнаружила вот это. Во внутреннем кармане находился этот странный мешочек и вот эта записка. Посмотрите. Что скажете?

Я взяла в руки то, что мне протянула клиентка. Конечно, первым делом я рассмотрела мятый клочок бумаги, на котором обычным простым карандашом было написано печатными буквами:

И далее, после небольшого интервала:

Я хмыкнула, но ничего не ответила. Потом молча взяла в руки странный мешок и рассмотрела его. Открывать пока не стала, а лишь вопросительно посмотрела на свою клиентку.

– Вы знаете, что там может быть? – обратилась я к ней. – Что это вообще такое?

– Татьяна, поначалу я так же, как и вы, недоумевала, что это вообще такое и что там внутри. Да, я развязывала этот мешочек и в нем оказалась обычная земля. Но!.. – она сделала паузу и выразительно посмотрела на меня. – Опять же, вы только не смейтесь надо мной и не подумайте, что я рехнулась. Дело в том, что все это мне показалось весьма странным, поэтому я решила обратиться к одной ведьме. Ну как к ведьме… – поправилась Валентина, ибо теперь я вскинула на нее свой удивленный взгляд. – Есть у меня одна знакомая экстрасенс. Гадает на Таро, на рунах, занимается нумерологией, да и вообще весьма занятная и необычная особа. Так скажем, не от мира сего. Вот… Сходила я, значит, к этой Лиле, и знаете, что она мне поведала?

– Нет. Но начинаю догадываться.

– Она сказала, что земля в мешочке кладбищенская. А надпись на листочке не что иное, как колдовской заговор. – Девушка сделала паузу и трясущейся рукой понесла к губам чашку с кофе.

– И вы во все это верите? – спросила я.

– Не то чтобы прям верю… Но я считаю, что подобное имеет место быть. Лиля сказала, что над моим отцом был проведен очень страшный и сильный ритуал на смерть. Кто-то навел на него порчу. Представляете? Принес землю с кладбища, заговорил ее, написал заклинание и все это подсунул моему отцу. И как видите…

– То есть вы, Валентина, предполагаете, что виной гибели вашего отца послужило некое заклинание, порча? – скептически спросила я.

– Так отец же умер. Его нет больше в живых, значит, это, получается, сработало?

– Так, стоп! – Я сделала два крупных глотка кофе и собралась с мыслями. – Валентина, вашего отца убили. И это сделал не какой-то там злой дух или кара небесная, это совершил обычный земной человек. И этим человеком двигали какие-то мотивы. Обычно без причины не убивают, уж поверьте мне. И чисто случайным убийством, как говорят, по неосторожности, здесь тоже не пахнет. Кто-то пришел в дом к вашему отцу и намеренно его убил. Запланировано это было или убийца на месте решил это сделать – пока не ясно. И всякие там заклинания и порчи тут явно ни при чем. Другое дело, если бы вашего отца настигла другая смерть… Ну, например, у него резко, извините, отказало сердце, или, возможно, его бы сбила машина, или, в конце концов, ему бы на голову упал кирпич… Извините, я сейчас не иронизирую, просто пытаюсь до вас донести смысл моих рассуждений. И то вряд ли это можно было бы отнести к действию какой-то там магии.

– Татьяна, я понимаю, о чем вы говорите. Я с вами согласна. Но… но ведь как так совпало? Может, эта наведенная на него порча навлекла на него этого темного человека? Так, нет… кажется, я говорю ерунду. А вдруг это один и тот же человек. Сначала он ему подкинул эти странные вещи, а потом решил, что действеннее будет убить.

– Вот это уже более похоже на правду. Но опять же не факт. Возможно, это просто стечение обстоятельств. Но отсюда можно сделать вывод: у вашего отца были или был враг. Человек, который его, пока по неизвестным нам причинам, так ненавидел, что готов был пойти на убийство.

– Получается, что так. – Девушка глубоко вздохнула. – И получается, что я плохо знала своего отца. Я думала, что он мирный человек, а выходит, что у него есть враг. Или враги. На него насылают порчу, а потом убивают в его же собственной квартире. Какой кошмар!

– Я оставлю это у себя? – я кивнула на мешочек и странную записку, которые положила на журнальный столик.

– Оставляйте, конечно. Я даже боюсь это хранить у себя дома… Татьяна, вы не боитесь оставлять такие странные вещи у себя? Все-таки кладбищенская земля…

– Нет, не боюсь. Я не суеверная. Для меня это всего лишь вещдоки, которые могут помочь в расследование. А что там внутри мешочка и что написано на листке – мне абсолютно наплевать.

– Ну как знаете…

– Еще раз спрошу вас, Валентина: вы точно никого не можете назвать из окружения своего отца, кто бы мог желать ему… мягко говоря, неприятностей?

– Нет. Однозначно, нет. Я даже не знаю, с кем он вообще общался в последнее время. – Валентина как-то растеряно посмотрела на меня.

– Но ведь были же какие-то друзья или просто товарищи у вашего отца? Неужели он вообще ни с кем не общался?

– В том-то и дело, что не общался. Ну, по крайней мере, я никого не знаю и ни с кем его не видела. И в гостях у него при мне никого не было. И я же говорила уже, что отец вообще не любил с кем-то общаться, он всегда был одиночкой, я вообще не помню, чтобы у него были какие-то друзья…

– Друзей не было, а вот враг, оказывается, был, – тихо произнесла я, но Валентина меня услышала.

– Да, – так же тихо ответила она. – Поэтому, Татьяна, надо обязательно найти этого врага. И выяснить, что же тогда произошло и за что моего отца убили. Только потом я смогу спать спокойно.

– Хорошо, – бодро ответила я и подалась вперед, давая понять, что наш разговор подходит к концу. – Я возьмусь за ваше дело и постараюсь сделать все возможное, чтобы разобраться в убийстве вашего отца.

– Спасибо, Татьяна. Я очень на вас рассчитываю. Аванс я переведу вам на карту.

– Да, но только после того, как мы подпишем с вами договор об оказании вам детективных услуг.

После ухода моей новоиспеченной клиентки я снова слегка перекусила, немного поразмышляла и решила набрать своего полицейского друга Андрея Мельникова.

– Иванова, чего тебе надо? – услышала я в трубке вместо приветствия. – Если звонишь справиться о моем здоровье, то все отлично, спасибо. Если хочешь пригласить на чашечку кофе – то не сегодня, я занят. А если звонишь по делу, то перезвони позже, сейчас тоже занят.

– Э-э… Для начала – привет!

– Привет и пока! Позвоню, как освобожусь, – и Андрей отключился.

Я недоуменно уставилась на трубку, хмыкнула, пожала плечами и кинула смартфон на кресло. Видимо, мой друг реально занят, раз не стал сейчас со мной разговаривать. Буду надеяться, что, как освободится, сам мне перезвонит.

А я, раз пока не удалось пообщаться с полицейским другом, решила пообщаться с Высшими силами. Точнее, с моими магическими помощниками – двенадцатигранными косточками.

Я достала розовый бархатный мешочек, помяла его в руках и неожиданно предалась воспоминаниям.

Несмотря на то что я была весьма рациональным и прагматичным человеком, не верящим во всякие порчи, сглазы и заклинания, с самой юности у меня было прозвище Ведьма. Еще на первом курсе юридического факультета я стала интересоваться, так скажем, потусторонними и магическими штучками. Начала читать специфичную литературу по эзотерике и психологии, записалась в секцию карате, а потом еще и на кунг-фу, увлеклась медитацией и даже стала осваивать способы гадания на картах Таро, рунах и даже пыталась изучить азы астрологии. Тогда мне эта тема была очень интересна, я, словно губка, впитывала всю информацию, которая только попадала мне в руки, не мешая при этом и параллельно осваивать юридические науки. Я была очень любознательна, энергична и амбициозна. Времени мне хватало на все – даже периодически ходить на свидания со своими поклонниками.

Дело даже дошло до того, что многие мои сокурсники стали обращаться ко мне за советами и порой просили погадать. А бывало, что обращались с просьбой о таких странных ритуалах, как привлечь нужный билет на экзамене или чтобы тот или иной преподаватель вдруг неожиданно заболел или, наоборот, волшебным образом преобразился и стал добрым и отзывчивым. Так с того времени ко мне и прицепилось прозвище Ведьма. Плюс мои длинные светлые волосы и выразительные зеленые глаза дополняли этот образ. Я ничего не имела против, и мне даже нравилось такое амплуа.

Но со временем, где-то курсе на четвертом, я слегка поостыла в познании чего-то сверхъестественного и эзотерического и занялась более приземленными делами. Может, повзрослела, может, напряженные последние два курса дали о себе знать, но я постепенно забросила это увлечение. А потом, когда устроилась работать в прокуратуру, поняла, что жизнь – это никакая не магия. Все банально, приземленно и обыденно. Я осознала совсем другую сторону этой жизни, поняв, что попала в Систему.

Но, видимо, некие наработки оставили определенный след в моем подсознании, и я уже не могла мыслить, как большинство моих коллег, которых я стала про себя называть «винтиками системы». Я поняла, что не могу прогибаться под эту систему и долго в ней просто не протяну. Поэтому было принято решение податься на вольные хлеба. Не буду описывать, как я начала свою карьеру частного детектива. Да, было сложно, но интересно. И самое главное – я была свободна.

Нет, я не подалась снова в эзотерику, но точно осознала – в этом мире, кроме того, что мы видим и чувствуем, есть что-то еще. В первую очередь это наша вера во что-то. Кто-то верит в Бога, кто-то в заклинания, древние проклятия, порчи и молитвы. Да на здоровье! А я верю в свои внутренние силы, невероятное везение и… интуицию. И во всем этом мне помогают мои магические косточки.

Вот и вся моя эзотерика.

Я высыпала двенадцатигранники на поверхность журнального столика и рассмотрела выпавшую комбинацию.

5 + 20 + 27

Это означает: «Близятся трудности, но вы сумеете совладеть с ситуацией».

Четко, внятно, лаконично. Это комбинация мне выпадает очень часто, когда я пытаюсь взяться за новое расследование. Значит, косточки предупреждают, что это дело может быть опасным и непростым. Но хотелось бы более конкретного предсказания.

Я сосредоточилась и кинула кости еще раз.

6 + 33 + 17

Редкая комбинация, похоже, она мне даже никогда не выпадала.

Я открыла справочник по толкованию и нашла нужный ответ на эти цифры: «У нее были склонности ко всему доброму, и это ее погубило. Увы».

У кого – у нее? Это про меня, про мою новую клиентку или про кого-то еще, кто появится на моем пути во время расследования?

Ладно, не будем ломать голову, раз косточки решили дать такой ответ, то это неспроста. Позже я точно это пойму.

Примерно через час мне перезвонил Мельников.

– Ну, Иванова, рассказывай, что ты там хотела? – услышала я в трубке его бодрый голос.

– Извини, но точно не пригласить на чашечку кофе. А по поводу здоровья спрошу для приличия: как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, хорошо-о! – противным голоском ответил мне мой собеседник.

– Ну вот и отли-и-ично! – так же манерно ответила я ему и тут же сменила тон: – А теперь давай к делу.

– Татьян, я не помню, когда ты вообще звонила просто так?

– А что, надо было?

– Ну-у… вообще-то, нет.

– Тогда что ты ерничаешь. Я же знаю, что ты не любишь пустые разговоры. К тому же по телефону. А если ты хочешь пообщаться со своим старинным другом и услышать какой-то дельный и нужный совет, то ты обычно приглашаешь меня в кафе или погулять по набережной. Кстати, буквально на тех выходных я составила тебе компанию в кинотеатр на какой-то скучный фильм.

– Фильм был не скучный, а страшный.

– Вот, видимо, поэтому я его весь и проспала.

– Татьяна, ты настоящий друг. Спасибо тебе.

– Я знаю. Ты, кстати, тоже.

– Так что там у тебя?

– Меня интересует дело об одном убийстве, которое, по моим предположениям, должно расследоваться вашим ведомством, ибо совершено было в Волжском районе.

– О каком убийстве речь? – деловито осведомился Мельников.

– Некий Лазарев Николай Александрович. Пенсионер, был убит у себя в квартире ударом по голове.

– Кажется, я понял, о ком речь. Дело ведет наш салага Новиков Михаил. Мой ученик, между прочим. Мишаня толковый парень, но немного тормозит, бывает. Если хочешь, познакомлю вас, пусть парень немного поучится. Заодно воочию познакомится с грозой преступности нашего города. Да и не только нашего…

– Андрюша, если будет в этом необходимость, то обязательно. Но пока я не хочу тратить на это время. Мне просто нужна от тебя информация. Все, что известно об убитом, что показало вскрытие, то есть заключение, и какие подвижки у следствия, если они есть, конечно… В общем, ты сам прекрасно знаешь, что мне нужно.

– Понял. Сделаю в ближайшее время и сообщу. А насчет Мишани ты подумай. Если будет нужен напарник или помощник, то обращайся.

– Андрюша, ты прекрасно знаешь, что я привыкла работать одна. Но если что… хорошо, буду иметь в виду. К тому же… ты осведомлен, какие я иногда использую методы работы в своих расследованиях, и не всегда они идут рука об руку с нашим законодательством. Так что давай не будем портить твоего парня.

Андрей рассмеялся.

– Хорошо, дорогая моя, я тебя понял. На связи.

Я решила не тратить время и заняться делом, то есть расследованием, которое мне недавно заказали. Пусть пока Андрей собирает для меня инфу по этому делу, а я начну сама, поэтапно, как это всегда у меня бывает в начале любого расследования, заниматься убийством некоего Лазарева Николая Александровича.