- -
- 100%
- +
– Не очень, – тихо ответила Настя. – Мы познакомились в Москве два месяца назад.
– А почему в Москве?
– Я там живу, – пояснила Настя. – Вернее, жила. А Сергей приезжал туда по делам. Он задержался в городе, мы встречались все это время и в конце концов решили пожениться, а сюда приехали, чтобы я познакомилась с его родителями. Вернее, у него только мама, отец умер несколько лет назад.
– Вы знаете ее адрес? – Мельников придвинул блокнот ближе.
– Нет, – разочаровала его Настя. – Мы не успели побывать у нее, мы приехали только вчера, и я не спрашивала конкретного адреса – зачем? Знаю только, что живет она где-то далеко от центра. Впрочем, это по тарасовским меркам далеко, для Москвы все это – не расстояние.
Настя грустно усмехнулась. Мельников покивал для проформы и снова вернулся к своим вопросам:
– Вы жили здесь вместе?
– Нет, я поселилась в квартире Сергея, а он отправился к матери, потому что давно с ней не виделся. Я не хотела идти вместе с ним – зачем стеснять человека, у них там только одна комната, к тому же когда есть отдельная квартира.
– То есть с матерью своего жениха вы не встречались ни разу?
– Нет, не успели. – Настя грустно поджала губы. – А теперь… Теперь, наверное, в этом уже нет никакого смысла. Хотя на похоронах мы все равно встретимся, а я даже не знаю, как с ней общаться. Господи, о каких дурацких вещах я думаю, а ведь Сергея больше нет! – вдруг воскликнула она, всплеснув руками. Видимо, просто эмоциональная реакция.
– Вы постарайтесь успокоиться, – тут же вмешался Мельников, видимо, опасаясь, что эмоциональная реакция девушки может перерасти в истерику и продолжать разговор с ней станет затруднительно.
– Ничего, ничего, – кивнула Настя. – Продолжайте, пожалуйста, я могу отвечать.
Мельников повеселел и задал следующий вопрос:
– А чем занимался ваш жених? Чем он зарабатывал на жизнь?
– Он раньше работал в какой-то фирме… я даже не помню названия, что-то очень стандартное. А потом она вроде бы закрылась, и Сергей говорил, что он пока без работы.
– А кто может подсказать название его фирмы? – заинтересовался Мельников.
– Не знаю, наверное, его мать, – пожала плечами Настя. – Я-то не думала никогда, что это может оказаться так важно…
– А вы знакомы с кем-то из его друзей-приятелей, коллег?
– Нет. Я еще никого не успела узнать, я же говорю, мы только вчера приехали. А в Москве Сергей был один.
Мельников собирался спросить еще о чем-то, но тут его позвал один из оперативников, и тот, извинившись, отошел. Пришлось вступить мне, поскольку у меня к этому моменту тоже накопился ряд вопросов к Насте. И я начала с самого главного.
– Настя, кто мог желать смерти вашему жениху? – прямо спросила я.
– Не знаю, – вздохнула Настя. – Понимаете, мы были не очень долго знакомы – два месяца.
– И вот так сразу решили пожениться?
– Да, а что здесь такого? Сергей мне понравился, он относился ко мне хорошо, и я к нему тоже, мы практически не ссорились, во многом дополняли друг друга. Я была бы ему хорошей женой.
Я порадовалась в душе, что Мельников на время оставил нас с Настей вдвоем, поскольку это давало мне возможность завести с девушкой этакий женский разговор «по душам», в котором та может быть откровеннее.
– Скажите, а у Сергея был какой-нибудь капитал? Вы говорили, что у него есть своя квартира, – откуда она взялась? Досталась по наследству или он ее купил?
– Он говорил, что купил еще тогда, когда работал в той фирме, названия которой я не помню, – ответила Настя. – И еще у него есть машина, это все тоже еще с тех времен. Но я не хочу сказать, что в первую очередь клюнула на его деньги. Конечно, материальная база для меня важна, но не думайте, что я заняла позицию стяжательницы. Я даже не знаю, где он хранил свои деньги, – усмехнулась Настя. – И сколько точно их у него было.
– А кому теперь достанется машина, квартира?
– Не знаю! Во всяком случае, не мне! – зло произнесла Настя. – Сергей не составлял никакого завещания, мы даже брачный контракт не подписывали – свадьба-то должна была состояться через месяц! У меня вообще ничего и никого не осталось!
– А где вы теперь будете жить? Вернетесь в Москву? У вас там родители?
– У меня нет родителей, – глухо ответила девушка. – Но возвращаться я буду в Москву, естественно. Здесь мне даже жить негде! Кто я теперь такая? Невеста без места!
Она вдруг не выдержала и расплакалась. Я сидела рядом и даже не знала, как ее утешить. В самом деле, накануне свадьбы остаться у разбитого корыта…
Хотя с материальной точки зрения все обстояло не так уж плачевно. В конце концов, у девушки московская прописка, если она вернется в Москву, то ей, по крайней мере, будет где жить, к тому же возможны и перспективы в плане работы – с этим в столице при наличии прописки вообще проблем нет. Непонятно, почему она согласилась на переезд в провинцию. Такая огромная любовь? Но мне показалось, что Настя в своих матримониальных планах руководствовалась скорее здравым смыслом, чем чувствами. А возможно, она просто эмоционально сдержанный человек… Но это все вопрос, может быть, десятый. А может, и нет. Но, по крайней мере, не первоочередной.
Настя, видимо, умела владеть собой. Она быстро вытерла слезы белым платком и сказала, словно подтверждая мои мысли:
– Ничего, не пропаду. Деньги на дорогу у меня есть, как только эта история закончится и мне разрешат уехать, я вернусь в Москву, найду работу. Попытаюсь вернуться на прежнее место.
– А кем вы работали?
– Дизайнером. А Сергей, как я говорила, нигде не работал, когда мы познакомились. Говорил, что только что рухнуло дело, которым он занимался. Я не стала выспрашивать подробности. Тем более он был абсолютно уверен, что сможет хорошо устроиться здесь, в Тарасове. Обещал, что бедствовать мы не будем.
– Откуда такая уверенность?
– Не знаю. Деньги у него на расходы были. Хотя бриллиантовых колье он мне не дарил, но тем не менее нисколько не сомневался, что сумеет добиться многого.
Настя помолчала. Потом, вздохнув, продолжила:
– Я знаю, что ему предлагал работу один человек, но Сергей относился к этой идее со скепсисом.
– Вот как? А что за человек? – ухватилась за информацию я.
– Некто Батищев. Я знаю об этом случайно. Просто однажды Сергею кто-то позвонил, он поговорил, а потом выглядел очень удивленным. Сказал, что звонил его давний знакомый по фамилии Батищев, с которым ему приходилось работать. Я спросила, чем он так удивлен, и Сергей ответил, что они нехорошо в свое время расстались, а теперь этот Батищев звонит и как ни в чем не бывало предлагает работать вместе. Сергей еще поначалу сказал, что, возможно, подумает, а потом поостыл. Когда я напомнила об этом разговоре, он презрительно ответил, что Батищев – дерьмо, причем редкостное, и работать он с ним не будет.
– А он с ним встречался в недавнее время, не знаете?
– Не знаю, – вздохнула Настя. – И вообще больше ничего об этом Батищеве не знаю. Сергей не хотел с ним общаться, зачем же мне интересоваться этим человеком?
– А чем же все-таки Сергей занимался?
– Ничем конкретным. Во всяком случае, я не знаю. Мне он частенько вечерами говорил, что уезжает по делам. По каким – повторяю, не знаю, но кое-какие деньги у него были. Знаете, я даже думала, что он женщину себе завел.
– Почему?
– Не могу описать, но… было что-то такое неуловимое в нем, когда он возвращался. И денег становилось все меньше. И запах… Запах женских духов. Очень слащавый и въедливый. Мне все время казалось, что я чувствую этот запах! Мне казалось, что я сама им пропитана!
– Может быть, вы просто внушали это себе? Все-таки это не совсем адекватное поведение – познакомившись с вами и решив узаконить отношения, завести себе еще какую-то женщину, – осторожно сказала я.
– Может… – отозвалась Настя каким-то безразличным голосом.
– А вы не пытались с ним поговорить откровенно?
– Нет. Зачем? Ведь реальных предпосылок не было. Я не хотела еще перед свадьбой прослыть дамой, ревнующей к каждому столбу. И потом, мне же это просто казалось. Хотя никакого ощущения тревоги, как ни странно, я не испытывала. Все было нормально, стабильно, спокойно. Я не сомневалась, что через месяц мы поженимся. И вот надо же было кому-то так все обломать!
Последние слова Настя буквально прокричала с ненавистью и с силой сжала кулаки. В этот момент к столику как раз возвратился Мельников, вид у него был весьма озабоченным. Разговор по душам, естественно, сразу же прервался, поскольку подполковник сам приступил к делу:
– Скажите, Настя, были ли у Сергея враги?
– Враги? – удивленно приподняла брови Настя. – Если и были, то мне ничего об этом не известно. Я же говорю, что не была знакома ни с кем из его окружения.
В этот момент к Мельникову подошел раскрасневшийся администратор и тихонько шепнул что-то на ухо. Андрей тут же поднялся, я последовала за ним. Администратор отвел нас в сторонку, там стояла директриса Маргарита Решникова. Лицо ее было совсем убитым.
– Что случилось? – уточнил Мельников.
– Наш охранник Коломейцев исчез, – чуть не всхлипывая, произнесла женщина. – Богдан Коломейцев. Это новенький, что ли? – она раздраженно посмотрела на администратора.
– Да какой новенький?! Полтора месяца он у нас, – возразил тот.
– Ну, это считай – новенький, – махнула рукой Решникова. – И что ты можешь про него сказать, Семен Абрамович? Ты же ведаешь у нас кадрами охраны!
– Да нормальный парень! – развел руками администратор Семен Абрамович. – Ничего такого за ним не замечал.
– Н-да, – только и смог сказать Мельников. – Ну что ж, давайте адрес.
– Неужели вы думаете, что это он? – широко раскрыл глаза администратор и ни к селу ни к городу добавил: – Борисевич моя фамилия…
– Ну, это самое очевидное, что приходит в голову, – пожала плечами я. – А что говорят другие охранники?
– Другие – это в общем-то другой, – пояснил Борисевич. – Их у нас двое. Ну, и еще начальник охраны, Валерий Павлович Шмелев, вон он стоит, – и он указал пальцем в сторону высокого мужчины, того самого, который властно призвал публику к порядку. – Он говорит, что, когда заваруха началась, Коломейцева уже видно не было. И второй охранник говорит то же самое… Да вот он, – Борисевич показал на парня с квадратным лицом, который шел как раз мимо нас. – Иван! Иди сюда!
Иван подошел и басом поздоровался:
– Здравствуйте!
– Когда ты последний раз видел своего напарника? – без предисловий начала Решникова.
– Я… видел его… – Речь Ивана была отрывиста, но говорил он с паузами, видимо, тяжело обдумывая каждое слово. – Час назад…
– Ты скажи, перед тем, как все случилось, или после? – раздраженно перебил охранника Борисевич.
– После, – тут же ответил Иван, но сразу же торопливо поправился: – Нет, перед! Перед! – более уверенно повторил он.
Решникова тут же завелась. Она вообще показалась мне дамочкой нервной и истеричной. Видимо, туповатость Ивана ее взбесила.
– Ты можешь сказать точно – перед или после? Это очень важно, Иван, ты понимаешь?
– Я… понимаю, – опустил голову охранник. – Я видел Коломейцева… перед…
– Значит, он, – зловеще проговорил Борисевич. – Значит, он!
И Борисевич со злостью стукнул кулаком о колонну, которая служила украшением интерьера зала ресторана.
– Как он выглядел? Что вообще за человек? Какое производит впечатление? – забросала я вопросами Борисевича, разговор с которым считала более продуктивным, чем с Решниковой.
– Высокий такой, статный, настоящий Рэмбо… – начал припоминать тот. – Но без злобности и особой тупости, как часто бывает, – он покосился на Ивана и решил не развивать тему. – Вежливый, исполнительный…
– Неужели все-таки он? – захлопала руками Решникова.
– Нормальный пацан, – донеслась до меня характеристика, данная Коломейцеву его напарником Иваном.
– Да-а-а, – протянул Борисевич в ответ, почесывая голову. – Нормальный пацан…
«Нормальный-то нормальный, – мысленно усмехнулась я. – Но его нет на месте. И это значит, что или в его нормальности произошел некий сбой, или… Нет, – остановила я себя, – на тему Коломейцева подумаю потом, в спокойной обстановке, а сейчас нужно возвращаться к невесте убитого».
Когда мы вернулись к столику, Настя сидела с потухшим взглядом и катала в руках смятую салфетку. Салфетка превратилась в грязноватый шарик, но Настя, кажется, совершенно не замечала, что делает. Создавалось впечатление, что она даже не заметила нашего отсутствия. Когда мы с Мельниковым подошли, она подняла голову и сказала так, словно продолжила разговор:
– Я вообще, знаете, что думаю?
– Что? – заинтересовался Андрей, усаживаясь.
Я, заинтересовавшись не меньше его, тоже тихонько присела за столик, надеясь не спугнуть откровенность девушки.
– Что это случайность, – проговорила Настя. – Знаете, как бывает – попал человек под горячую руку, вот и все. Может, его ограбить хотели!
– У него в кармане обнаружено семьсот долларов, – возразил Мельников. – Я думаю, что на ограбление это мало похоже. Если только он не таскал с собой сумму в сто раз большую, а эти баксы воры оставили для того, чтобы заморочить нам голову, – усмехнулся подполковник. – Хотя я в это не верю.
После этих слов он вопросительно посмотрел на Настю.
– Нет, таких сумм он, конечно, с собой не таскал, – сразу признала та. – Думаю, у него их и не было. Но, может, там драка была или еще какие разборки, а он случайно услышал. Вот его и убили как свидетеля.
В этот момент к Мельникову подошел Коротков, отозвал его в сторонку и что-то тихо сообщил. Я была почти уверена в том, что информация касается охранника Коломейцева. Так оно и вышло.
– Дело в том, что из ресторана исчез охранник, принятый на работу около месяца назад, – сообщил Насте Мельников, вернувшись на свое место за столом. – По фамилии Коломейцев. Пока что рассматривается версия, что именно он и убил вашего жениха.
Настя напряженно задумалась, сжав пальцами виски.
– Так, может, между этим самым Коломейцевым и кем-то еще разборки и происходили? – после паузы предположила она. – Я же не отрицаю, что он может быть убийцей. То есть я считаю, что все вышло непреднамеренно. Ведь Сергей даже не был знаком с этим Коломейцевым! Какой у него может быть мотив для убийства?
– А у кого может? – тут же спросил Мельников.
– Меня уже об этом спрашивали, – Настя скосила глаза на меня. – И я ответила, что не знаю. Во всяком случае, я ничего не замечала, что могло бы натолкнуть меня на мысль, что Сергею грозит опасность. А Коломейцева этого… Я не знаю его, – мотнула головой Настя. – А Сергей если бы знал, то не повел бы меня сюда, ну, если бы у него с этим Коломейцевым были какие-то заморочки…
Мельников машинально кивнул, как бы одобряя логический ход мыслей Насти Капрянской. Потом, помолчав, со вздохом напомнил ей:
– Но вы были не очень долго знакомы, так что многого могли и не знать.
– Зачем вы тогда вообще со мной разговариваете? – резко вскинула голову Настя. – Если считаете, что мне нечего вам сообщить, то к чему лишний раз трепать мои нервы? Они у меня и так на пределе!
– Не нужно так реагировать, – примирительно проговорил Мельников. – Мы просто разбираемся и считаем, что вы можете помочь следствию. Хотя бы потому, что сегодня были здесь вместе с Сергеем. Поэтому я вас попрошу рассказать подробно, что происходило сегодня вечером в ресторане и что этому предшествовало. А мы уж сами решим, что из этого важно, а что нет.
Настя помолчала, вперив задумчивый взгляд в столик напротив. Потом повернулась в сторону Мельникова и, вздохнув, произнесла:
– Хорошо… Слушайте, если вам это нужно.
* * *Сергей заехал за Настей около семи часов вечера, как и было условлено. Правда, заехал не на своей машине – предстоял поход в ресторан, как сказал Сергей, лучший в их городе, и там они собирались отдохнуть и расслабиться, позволив себе насладиться не только закусками, но и французским вином.
Настя была уже готова: одетая в модный костюмчик с короткой юбочкой, подчеркивающий стройность ее фигуры, с наложенным макияжем и маникюром, а с прической у нее вообще не возникало проблем – стрижка была настолько короткой, что практически не требовала укладки. Сергей улыбнулся, затем попытался привлечь невесту к себе, но та отстранилась, мягко показав на часы:
– Мы уже опаздываем. Давай оставим нежности на потом.
– Давай, – с неким сожалением согласился он. – Просто ты у меня такая красивая…
– Ну, красота моя, надеюсь, никуда до ночи не денется, – улыбнулась Настя, направляясь к двери.
На улице они поймали машину и отправились в ресторан. Там Настя с Сергеем сели за заказанный заранее столик у окна. Как выяснилось, для них здесь уже были приготовлены деревянные тарелочки с крабами и хрустящие хлебцы, белое вино, бифштексы в соусе, половина омара, жареная картошка по-французски, лимонный пирог и кофе. Сергей явно хотел произвести на невесту впечатление, и ему это удалось.
Настя не стала стесняться и принялась за еду. Она никогда еще здесь не была и действительно поразилась, какая великолепная в «Нирване» кухня. Настя никак не могла оторваться от предложенных блюд.
Наконец она откинулась на спинку стула, достала свои сигареты и закурила.
– Настя, ты хотела потанцевать, – напомнил ей Сергей.
– Куда уж танцевать с набитым желудком, – отказалась Настя. – Подожди немного.
Она сидела и осматривала зал. В основном здесь присутствовала чинная публика – люди зрелого возраста, одетые в очень дорогую одежду, сверкающие украшениями. Даже по тому, какие машины стояли перед входом, можно было сделать вывод, что сюда ходят люди с достатком куда выше среднего уровня.
Никаких тинейджеров, только несколько представителей «золотой молодежи», хотя было видно, что им здесь скучно до смерти.
– Это ресторан для пожилых пар! – с улыбкой заявила Настя.
– Ну, это ты зря, Настя, – несколько укоризненно проговорил Сергей. – Сюда даже из нашей областной администрации ходят!
– А там все юноши, что ли? – усмехнулась Настя.
– Ну… – не нашелся что ответить Сергей.
Настя его вполне понимала. Он-то хотел произвести на нее впечатление, а она…
– Извини, Сережа, – мягко сказала Настя, положив прохладную ладонь ему на плечо, чтобы загладить свою вину. – Кухня здесь действительно отменная, да и уютно в общем-то. Я сейчас передохну от сытного ужина, и мы непременно потанцуем!
Перфильев не то чтобы очень уж обрадовался перспективе потанцевать, просто, видимо, успокоился, что невеста в хорошем настроении и скучать не собирается.
– Я тебя оставлю на пару минут, хорошо? – поднимаясь, сказал Сергей и, тронув Настю за плечо, отправился в сторону коридора.
Настя потягивала коктейль, продолжая осматриваться. В принципе публика мало отличалась от той, которую она привыкла наблюдать в Москве. Да и к тому же жителей столицы назвать москвичами можно было лишь условно, поскольку очень многие из них были приезжими. И зачастую из таких вот провинций, как родной город Сергея, в котором они теперь пребывают.
«В общем, все это довольно скучно и однообразно», – мысленно вздохнула Настя, перебирая тонкими пальцами соломинку и отрешенным взглядом глядя в глубь коридора, туда, где скрылся ее жених.
Конечно, Сергей специально повел ее в лучший ресторан Тарасова, чтобы Настя ощутила, что и в их городе есть места, не уступающие столичным. Он, видимо, боялся, что после Москвы жизнь в их городе покажется Насте пресной и неинтересной. Но для нее это было неважно. Тем более что они обсудили этот вопрос и решили, что в Тарасове поживут лишь первое время, пока Сергей не заработает достаточно денег, а потом переедут в столицу, где у Насти есть своя квартира.
Настя сидела и думала о том, как вернется в столицу, о том, чем займется дальше, и внезапно поймала себя на мысли, что с момента отсутствия Сергея прошло уже довольно много времени. Она снова посмотрела в конец коридора. Там никого не было. Настя пожала плечами и опять погрузилась в свои мысли. Когда же она в следующий раз посмотрела на часы и обнаружила, что прошло уже полчаса, а Сергея все нет, то забила тревогу.
Она подозвала официанта и, коротко объяснив ему, в чем дело, попросила помочь. Официант кивнул и отправился в указанном направлении. А уже через пару минут Настя поняла, что случилось нечто из ряда вон выходящее, – официант с белым как мел лицом влетел в зал и, поозиравшись, кинулся к маленькому мужичку с обширной лысиной, в строгом костюме, выполнявшему функции администратора.
* * *– Ну а потом они подошли ко мне, и этот лысенький осторожно так кашлянул и… – Настя нервно махнула рукой перед лицом Мельникова и отвернулась.
– Я сначала в шоке была, некоторое время сидела на месте как дура, – продолжила она после паузы. – А уже потом бросилась туда, в туалет. Хотя меня останавливал этот… администратор, что ли. Взглянула, а потом мне плохо стало, и я сразу выбежала оттуда. А когда вы приехали, то мимо меня сновали какие-то люди в форме, и каждый из них не забывал проворчать, что я путаюсь тут под ногами. В конце концов я присела за свободный столик и закурила.
– Та-ак, – протянул Мельников. – Значит, что мы имеем? Посетитель ресторана отлучается из-за столика в туалет, и там его по какой-то причине убивает некий охранник Коломейцев… Который сразу же после убийства исчезает. Вот и все факты, которые мы имеем.
В это время из коридора показалась процессия, во главе которой находились санитары со «Скорой», которые пронесли к выходу тело, накрытое простыней. А к Мельникову подошел эксперт и отозвал его в сторону. Я тоже поднялась и подошла к обоим мужчинам.
– Ну что, что, – усталым голосом проговорил эксперт. – Все то же, что я уже говорил предварительно. Удар был одним-единственным, в шею. На мой взгляд, действовал профессионал, похоже на спецназовские дела. Весь персонал допрошен – никто ничего не видел и не слышал, как и следовало ожидать.
– А все-таки, что насчет Коломейцева? Когда он исчез? Кто-нибудь может что-то внятное сообщить по этому вопросу? – влезла я.
– Это вон Арсентьев сейчас доложит, – кивнул Мельников на маячившего в стороне лейтенанта. – Арсентьев! Что у тебя со свидетелями? – крикнул он.
Лейтенант тут же подошел к своему начальнику.
– Охранник исчез примерно тогда, когда было совершено преступление, – отчеканил он.
– Ну, значит, надо ехать по адресу, – лениво зевнул Мельников. – Давай организовывай группу, вернее… – подполковник слегка подумал и подозвал к себе Короткова.
Видимо, капитан Коротков в его глазах являлся более достойной кандидатурой на то, чтобы возглавить группу задержания предполагаемого преступника Коломейцева. Арсентьев же получил приказ оставаться в ресторане и ждать дальнейших распоряжений.
– Слушайте, а этот ваш Коломейцев – он со спецназом никогда не был связан? – спросил Мельников у директрисы ресторана Маргариты Георгиевны.
– Вообще-то об этом надо поинтересоваться у администратора, – раздраженно отозвалась та и подозвала Борисевича.
Подошедший Борисевич после вопроса Мельникова начал ожесточенно скрести затылок. И, подумав немного, он скептически отвесил нижнюю губу и пожал плечами:
– Да нет… Он нормальным парнем всегда казался!
– А что, нормальный парень не может служить в спецназе? – усмехнулся Андрей.
– Я совсем не в этом смысле, господин подполковник, – льстиво заговорил Борисевич. – Нормальный – это в смысле средний. Ничем таким не выдающийся, простой такой парень… Никогда я от него не слышал про спецназ, а я всегда всем интересуюсь. Нет, не слышал, – решительно покачал он головой.
– Понятно, значит, скрывал, – спокойно сделал вывод Мельников. – Почему скрывал, зачем сюда Перфильев пошел и как вышла ссора – на эти вопросы нужно нам с тобой ответить, – он красноречиво посмотрел на меня.
Потом подполковник перевел взгляд на Настю и уточнил:
– Скажите, а Сергей был достаточно трезв?
– В каком смысле? – не поняла та. Потом решительно замахала руками: – Нет, если вы в смысле того, не мог ли он устроить пьяную разборку? Да нет, что вы!
– Да я и сам понимаю, что нет, – опустил голову Мельников. – Как говорит эксперт, удар ножом был сделан профессионально, никто другой ничего не слышал. Следовательно, все было сделано сознательно, не спонтанно. Значит, Коломейцев и убитый все же были знакомы. А может быть, и… – подполковник подумал и выдал гениальную догадку: – Может быть, Коломейцев его знал, а убитый Коломейцева и в глаза не видел! Коломейцев был просто нанят для того, чтобы того убить!
– Ага, и именно в ресторане, – скептически подала реплику я. – Он просто провидец!
– С этим разберемся, почему именно в этом ресторане, – отмахнулся Мельников, который, кажется, сам удивился своему открытию и продолжил развивать тему: – Значит, все-таки была связь между Коломейцевым и убитым.