Бронежилет для нежного сердца

© Серова М., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

Глава 1

– Женька, привет! – услышала я в трубке знакомый и давно не слышанный голос.

Игорь Буров, ныне сотрудник прокуратуры, а в прежние времена – мой одноклассник и в целом большой друг, с которым общались мы очень редко, но всегда метко, и в этот раз звонил наверняка не просто так.

– Рада слышать, Игорек. Что-то случилось?

– Вот, сразу ты…

– А что, разве не угадала? Ты ведь не о погоде поговорить со мной собирался?

– Нет, не о погоде. В общем ты действительно угадала – происшествие, можно сказать, чрезвычайное. И главное – на первый взгляд, абсолютно объяснимое.

– Что ж, выкладывай подробности, я вся внимание.

– Ты лучше в гости приезжай, разговор не телефонный.

– Прямо к тебе?

– Почти. К знакомому моему на дачу. Знакомому и даже коллеге, можно сказать. Почетный ветеран, бывший следователь…

– Нуждается в моей защите?

– Он-то нет, а вот некоторые товарищи его… Да ты лучше приезжай, на месте поговорим. Дачи в Тихой заводи знаешь?

– В общем и целом.

– Вот и отлично. Там, как заезжаешь, прямо по главной улице…

– С оркестром?

– Обязательно. Короче, едешь все время прямо, прямо практически до упора, а потом налево. Там проедешь немного и увидишь домик такой симпатичный с красной крышей. Вот это она и есть. Дача. Мы тут сейчас, отдыхаем сидим. От треволнений.

– А, так у вас уже и треволнения случались?

– Стал бы я тебе звонить.

– Понятно. Так ты, значит, вместо того чтобы трудиться на благо родины, на дачах баклуши бьешь?

– Ты в календарь-то заглядывай. Иногда. Сегодня, между прочим, воскресенье.

– Ой, точно. Что-то я совсем загналась. Ладно, ждите, сейчас подъеду.

– Номер сто тридцать семь, там на калитке табличка.

– Сориентируюсь.

– Кто это звонил? – поинтересовалась тетя, едва лишь я успела положить трубку.

– Игорек. Игорь Буров. Помнишь его? Мы вместе учились, да и потом общались. Он приходил как-то.

– Как же, конечно, помню. Очень приятный молодой человек. Серьезный такой, основательный. Он, кажется, в прокуратуре работает?

– Ну да. Вот звонил, говорит…

– И профессия хорошая. Почему бы тебе не начать с ним отношения?

– Тетушка, ты все о своем. Человек по делу звонил, у них там случилось что-то чрезвычайное. Мне нужно сейчас съездить узнать.

– Съезди, съезди. Заодно и о том, что я сказала, подумай.

Ободренная таким многозначительным напутствием, я спустилась к машине и вскоре уже была на пути к дачному поселку в Тихой заводи. Место это считалось одним из самых престижных в нашем городе, и если знакомый, о котором говорил Игорек, имеет там дачу, значит, человек этот действительно не простой.

«Бывший следователь? Так, кажется, он сказал? – думала я, сворачивая с центральных улиц на дорогу, ведущую за город. – Интересно будет посмотреть…»

Одолев маршрут, намеченный Игорем, я подъехала к калитке с номером 137 и нажала некую кнопочку. Открыл мне Игорь. Провел по ухоженному дворику к небольшому действительно симпатичному дому и пригласил внутрь.

– Вот, знакомьтесь, – обратился он к двум дядечкам, пожилым и по-своему солидным, хотя и ничуть друг на друга не похожим.

Один, плотный и приземистый, с блистающей лысиной, напоминал кряжистый пень, накрепко вросший в землю, который не свернуть никаким экскаватором. Второй, худой и высокий, с густой, совершенно белой шевелюрой, был похож на ряженый скелет, настолько выпирали отовсюду какие-то мослы и кости.

Низкий смотрел солидно и уверенно, как бы заранее зная, что ничего плохого не может с ним приключиться в принципе. Высокий, напротив, был тревожен и, кажется, до смерти напуган чем-то.

– Женя, позволь представить тебе, – между тем говорил Игорь. – Наш уважаемый гость, москвич, почетный работник прокуратуры, следователь на заслуженном отдыхе Столетов Игнат Семенович.

Высокий, с недоверием взглянув на меня, сделал легкий полупоклон.

– Ну, а это – мой старший товарищ, можно сказать, учитель, тоже следователь, Милютин Сергей Вадимович. А эта милая девушка, господа, именно тот самый уникальный профи, которого я хочу вам порекомендовать. Евгения Охотникова, в прошлом боец спецназа, а в настоящее время телохранитель, человек, переключившийся на охрану жизни и здоровья наших граждан.

– Так это и есть та самая суперженщина, о которой ты мне все уши прожужжал? – с сомнением окинул меня взглядом Милютин. – Хиловато как-то для спецназа. Я ведь тебе объяснял – там, похоже, люди серьезные.

– А мы с другими и не работаем, – с оптимизмом взглянул на меня Игорь. – Вы не смотрите, что девушка на вид хрупкая. Это только видимость. Обманный маневр. А на самом деле…

– Сергей, я думаю, в пререканиях нет смысла, – включился в разговор Столетов. – Других-то вариантов, как я понимаю, у нас нет? – Он вопросительно взглянул в сторону Игоря, и тот с готовностью кивнул. – Будем работать с тем, что есть. Думаю, сейчас мы должны посвятить, э-э-э… Евгения, кажется? Посвятить Евгению в курс дела, а уж потом…

– Хорошо, – тяжко вздохнув, согласился Милютин. – Вы присаживайтесь, девушка, в ногах правды нет. Так вот, видите ли, какой у нас тут казус. Игнат Семенович – старинный мой друг, мы раньше вместе работали. Потом я переехал в Тарасов, а он остался в Москве. Набрал стаж, вот теперь заслуженно отдыхает. Но с некоторого времени начал он замечать вокруг себя странности…

– Чего уж там, странности, – с сердцем произнес Столетов. – Настоящую охоту объявили.

– Можно и так сказать. В общем, заметил он чье-то пристальное и весьма недоброжелательное к себе внимание.

– С вероятностью летального исхода, – снова добавил Столетов.

– Да, пожалуй, что так. В Москве было несколько случаев, наводящих на самые неприятные размышления. В результате Игнат принял решение на время куда-нибудь уехать. Он созвонился со мной, и я предложил ему пожить у меня на даче, вот на этой самой, где мы сейчас находимся. Время летнее, тишина, природа, в общем, что-то вроде небольшого отпуска в деревне. Игнат согласился и с неделю назад приехал.

– Во вторник.

– Ну да, во вторник. А вчера, в субботу, я по случаю выходного дня решил навестить его. Я еще продолжаю работать, хотя и на пенсии сейчас. Приехал, привез бутылочку, посидели, поговорили, вспомнили прошлое… И засиделись допоздна. Я уж по ночи возвращаться не стал, позвонил своим – ждите, говорю, утром, а ночью… Ночью, собственно, и случилось то самое, из-за чего мы вас побеспокоили, милая девушка. Должен вам сказать, что Игнат – человек весьма деликатный, даже там, где это и не особенно требуется…

– Ну, с этим я бы…

– Подожди, Игнаша, дай мне сказать. Здесь, в этой комнате, как видите, только одна кровать, и еще одна там, в сенях. Так вот, когда я приехал и решил остаться ночевать, Игнат настоял, чтобы я спал именно здесь, хотя на правах гостя он сам должен был…

– Ничего подобного. Это твой дом.

– Подожди, Игнаша. Так вот. Я лег здесь, а он в этой самой прихожей. Сейчас жарко, ничего, я согласился. Заговорились мы, как я уже сказал, допоздна, так что по этим своим ложам разошлись уж за полночь. А ближе к утру понадобилось мне, как бы это сказать…

– До ветру, – помог Игорь.

– Ну да. Стал это я подниматься – и слышу из прихожей какие-то звуки. Я-то думал, что это Игнат, дверь открыл, говорю, вот, мол, что значит старые друзья, все у нас с тобой в унисон. И только начал – смотрю, а это и не Игнат вовсе. Двое каких-то жлобов, здоровенные, как шкафы, – тут Милютин снова с сомнением посмотрел на меня. – Не знаю, как вы могли бы справиться с такими, милая девушка.

– Грубая сила не всегда стопроцентно гарантирует победу, – вступила наконец в разговор и я.

– Да? Что ж, возможно… Так вот. Двое жлобов, оба склонились над кроватью Игната и что-то там делают. Увидев, что я выхожу из комнаты, они растерялись, даже как бы испугались и бросились к дверям…

– А эта дверь, та, что в прихожей, она запирается изнутри? – поинтересовалась я.

– Запираться-то она запирается, – с некоторой досадой поговорил Милютин. – Только вот этой ночью, похоже, никто ее не запер.

– Сергей, какая жара была? – как бы оправдываясь, заговорил Столетов. – Да и кто мог предположить, что они и сюда…

– Вот именно. Вот мы и подошли к сути вопроса, милая девушка. Какие-то негодяи, не успокоившись после покушений в Москве, проникли и сюда. Учитывая, как быстро они нашли все, что им было нужно, я и предположил, что люди, заинтересованные во всем этом, – люди весьма серьезные. Ах да! Я ведь не сказал вам. Когда те двое скрылись из поля зрения, я обнаружил на постели Игната вот это.

Милютин поднялся со стула, подошел к небольшой тумбочке и взял одноразовый шприц, наполненный каким-то лекарством.

– Препарат, который вы здесь видите, – обратился он ко мне, – при неверной дозировке может вызвать остановку сердца. Анализ уже сделали в лаборатории, помогли ребята, в выходной поработали для нас. Случай, прямо скажем, из ряда вон. А количество, набранное в этот шприц, – доза просто лошадиная, тем более если речь идет о пожилом человеке. Понимаете, что это означает?

– Кто-то проник сюда ночью и хотел сделать этот укол так, чтобы ни у кого не возникло подозрений и все подумали, что смерть обусловлена возрастными причинами? – высказала я гипотезу.

– Именно! А если учесть, что Игнат жил здесь практически в полном одиночестве, то к тому времени, как мы обнаружили бы все это, остатки препарата давно бы рассосались, и доказать нельзя было бы практически ничего. Это просто удача, что я приехал и остался ночевать. Только благодаря этому вы, собственно, и имеете сейчас возможность беседовать с нами.

– Понятно. И что, предположений по поводу того, кто бы это мог быть, никаких?

– Ни малейших! Посудите сами – пенсионер, нигде не работает, миллионных счетов в банке не имеет, наоборот, имеет фактически на содержании дочь-вдову и внука-студента. За чем здесь можно охотиться? И тем не менее…

– Да, странно.

Я посмотрела на шприц, обвела глазами помещение и, не понимая пока причин загадочных нападений, поняла одно – защититься от них на этой открытой всем ветрам дачке будет сложно.

– Игнат Семенович, – обратилась я к худому и высокому человеку, заметно погрустневшему, очевидно, из-за напоминаний о событиях минувшей ночи. – Если вы хотите, чтобы я занялась вашей охраной, вам придется четко выполнять мои рекомендации и не отступать от них ни на шаг.

– Что ж, я готов, – растерянно переводя взгляд с Милютина на Игоря, ответил он. – Если это… если это того стоит.

– Стоит, стоит, даже не сомневайтесь, – активно вступил Игорь. – Женя – знаток своего дела, с ней вам ничего не грозит.

– Сергей, как думаешь?

– Что ж, если других вариантов нет, отчего же, попробуем, – тоже с явным сомнением пробормотал тот.

Но я не стала придираться к интонациям. В конце концов, этим древним дедам, закалившим характер еще в эпоху развитого социализма, простительно было некоторое недоверие.

– Отлично! – бодро сказала я. – Тогда вам нужно будет сейчас собрать вещи и проехать со мной. Для начала постараюсь устроить вас в месте гораздо более безопасном, чем эта дача, а дальше будет видно.

Оставив Столетова в окружении друзей и сочувствующих собирать немудреные пожитки, я вышла на улицу и позвонила своей выдающейся тете. В данных обстоятельствах именно она могла оказать мне неоценимую помощь.

– Тетушка, привет! Еще не соскучилась? У меня к тебе важное дело.

– Какое? – сразу насторожилась тетя Мила.

– Помнишь, ты как-то рассказывала, что одна из твоих подруг ударилась в бизнес на старости лет. Еще так возмущалась…

– А-а-а, это Надюшка, что ли? Как же, помню-помню. В буржуйки решила записаться.

– Вот-вот. Ты, кажется, говорила, что у них с сыном частная гостиница?

– А что ты, хочешь от меня переехать?

Тетушка спрашивала в шутку, но в голосе все равно слышалось невольное беспокойство.

– Нет, что ты. Куда ж я без тебя, – поспешила успокоить я. – Но кое-кому номерок очень даже пригодился бы.

– Это кому же? – уже спокойно поинтересовалась тетя Мила. – Уж не по тому ли чрезвычайному делу, по которому тебе сегодня звонили?

– Ты, тетушка, как всегда, не в бровь, а в глаз. Именно по этому делу. Нужно тут одного человека спрятать понадежнее. А ты, помнится, говорила, что у этой Надежды сын помешан на охранных системах.

– Не гостиница, а сверхсекретная база какая-то. Цитадель. Пока в свой номер попадешь, сорок разных кордонов пройти нужно.

– Вот-вот, это как раз то, что требуется. Нельзя ли как-то с ней созвониться и предупредить, что сейчас подъедут несколько солидных граждан, одному из которых требуется номерок? Или продиктуй номер, я позвоню сама.

– Нет, – после небольшого раздумья сказала тетя. – Лучше я. Тебя она все-таки не знает, а уж этих граждан твоих – тем более. Я ведь говорила: там такая пропускная система, жесткая. С улицы не каждого еще возьмут. Подожди минут десять, я позвоню, обо всем договорюсь и сообщу тебе.

– Идет. Но, может быть, скажешь хотя бы этот секретный адрес? Мы бы пока подъехали.

– Это можно. Это совсем рядом с набережной, отличное, между прочим, место. Речная, 3. Зелень, река – красота. Подъезжайте, думаю, с заселением проблем не будет. Чай, уж не откажет старой подруге-то. Только у них там цены не маленькие, это я тебе сразу скажу. Так что ты этих своих граждан предупреди…

– Это ничего. С этим, думаю, проблем не должно возникнуть. В крайнем случае, помогут друзья. – Кредитоспособность Милютина и Игоря, явно относившегося к старшим товарищам с большими пиететом, у меня сомнений не вызывала. – Так, значит, я выезжаю и жду звонка.

– Хорошо.

Я нажала на сброс, и как раз в это время из калитки показались те самые граждане, о которых мы только что беседовали с тетей. Столетов нес небольшую дорожную сумку, остальные передвигались налегке. Усадив Милютина на переднее сиденье, а Столетова и Игоря поместив на заднем, я предупредила, что сейчас мы поедем в частную гостиницу, но о том, что мой новый клиент будет проживать там, не должен знать никто, кроме присутствующих.

– Это очень надежное место с очень серьезной охранной системой. – Я уже заводила двигатель. – Правда, там достаточно дорого стоит проживание. Как вы, Игнат Семенович? Готовы платить дополнительную сумму за безопасность?

– Там видно будет, – несколько неопределенно откликнулся мой новый клиент, по-видимому, и впрямь не располагавший неисчерпаемыми финансовыми ресурсами.

– Не в суммах дело, – решительно вступил Милютин. – Если дело того стоит, разберемся с суммами. Главное, чтобы место, чтобы там действительно было надежно.

– В этом можете не сомневаться, – заверила я, выруливая с узкой улицы дачного поселка.

Вскоре утонувший в зелени и цветах дачный массив закончился. Прибавив скорость, я двинулась по оживленной трассе в направлении города.

«Кому он мог понадобиться, этот Столетов? – с совершенно искренним недоумением думала я, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида. – Древний старик, пенсионер, явно не богат. Может быть, он знает какую-то государственную тайну, этот отставной следователь? Но тогда, по крайней мере, сам-то он понимал бы, почему за ним охотятся, а понимания здесь явно не наблюдается».

Исподтишка посматривая на растерянное лицо Столетова, отрешенно застывшего на заднем сиденье, я не забывала поглядывать на дорогу. Если те самые люди, о которых говорил Милютин, и впрямь были настолько серьезными, расслабляться не стоило. Ни ближайшие планы, ни суть претензий моих загадочных противников в настоящий момент не были мне известны. Не имея возможности просчитать их ходы, я должна была быть готовой к любым неожиданностям.

На выезде из дачного поселка виднелась автозаправка, и, готовая считать подозрительной каждую мелочь, я заметила, как темно-вишневая «семерка» отъехала от нее практически в тот самый момент, когда мой «фольк» выворачивал с дач. Эта машина ехала за нами следом, иногда пропадая, иногда появляясь в зоне видимости, и это уже переставало мне нравиться.

Наверное, не одни мы ехали с дач в город, но инстинкт подсказывал, что есть здесь что-то подозрительное, и я решила это проверить.

Трасса, по которой мы ехали, была достаточно хорошо мне знакома, так что я знала о существовании грунтовой дороги, ведущей на частную животноводческую ферму, а с нее снова на ту же трассу. Люди не местные, доехав до фермы, наверняка подумали бы, что попали в тупик, и поехали бы обратно, так что это давало прекрасную возможность оторваться от «хвоста».

Не сбавляя скорости и даже немного прибавив, я доехала до знакомого поворота и, резко затормозив, ушла вправо.

– Что это?.. Как?.. Куда это мы?.. – забеспокоился Милютин.

– Не нужно волноваться. – Я попыталась придать голосу максимальную уверенность. – Все идет по плану. Просто хочу проверить кое-что.

И похоже, проверка эта была предпринята не зря. «Семерка», которая двигалась через машину сзади от меня и тоже прибавила скорость, затормозила так, что завизжали покрышки. Сдав назад до поворота, машина снова направилась за мной.

Дело было ясно. Оставалось только до упора жать на педаль газа, чтобы успеть затеряться среди фермерских построек и выпасть из поля зрения преследователей еще до того, как они сообразят, что здесь есть второй выезд.

– Что это? – снова встрепенулся Милютин. Как и все остальные, он слышал визг и почувствовал, что я резко прибавила скорость. – Что это? Это за нами следят, что ли?

– Похоже на то, – спокойно произнесла я.

– Ах ты ж, вот сволочи! Но какие наглецы! Игнаша, ты представляешь?! Они ведь были только этой ночью, и я видел, видел их морды. Кирпича просят. И не боятся. Игорь, посмотри. Ты видишь? Видишь номер? Нужно запомнить. Я их… Я на них… Я в полицию сообщу!

Но я делала свое дело на совесть, так что в зеркало заднего вида давно уже не было видно никаких номеров. Виляя по пыльной грунтовке, проскакивая между сараями и коровниками, мы доехали до дороги к выезду. Убедившись, что сзади никого нет, я снова придавила педаль газа.

– А-а-а вот как, – снова заговорил Милютин, по-видимому, ни одно событие в жизни не оставлявший без комментария. – Вот, значит, что. Это вы, значит… Это мы, значит, ушли? Правильно?

– Надеюсь, – снова без всяких эмоций ответила я. Но, взглянув в зеркальце, уловила, что снисходительно-недоверчивое выражение на лице моего нового знакомого сменилось заинтересованным и даже слегка удивленным.

Выехав с другой стороны на трассу, я не стала дожидаться своих новых друзей, наверняка сейчас в бессильной злобе рыщущих между сараями. На хорошей скорости мы двинулись в направлении улицы Речной, где ждал нас, по уверениям тети Милы, надежный, как цитадель, гостиничный номер.

Как бы прочитав мои мысли, тетушка сообщила, что обо всем договорилась и нас уже ждут.

– Спросишь Колю, – наставляла она. – Сейчас он там, Нади нет. Николай Викентьевич, хотя можно, наверное, и просто Николай. Вы приблизительно одного возраста. Кстати, обрати внимание: очень приличный, порядочный молодой человек. Имеет свой бизнес – это большой плюс в наше время.

– Он же буржуй, – напомнила я, но смутить тетю Милу было не так-то просто.

– Евгения, не придирайся к словам, – отрезала она. – Человек занят делом, зарабатывает на жизнь, это всегда хорошо. Вот Наде действительно незачем было туда соваться, а он…

– Хорошо, тетушка, я поняла. Я обращу внимание.

Выполнить это обещание мне было тем проще, что мы уже подъезжали к трехэтажному зданию, которое, по всей видимости, и было той самой неприступной цитаделью.

Здание располагалось на участке, огороженном забором из металлических прутьев. Каждая секция забора была снабжена видеокамерой. Небольшая парковка для клиентов находилась еще и под бдительным наблюдением двух больших дяденек, важно прохаживающихся туда-сюда и в дополнение к основным обязанностям, кажется, наблюдавших и за улицей.

Припарковались в «кармане» у забора и вчетвером вышли из машины. Подходя к дверям гостиницы, я спинным мозгом чувствовала, что только многолетняя дрессировка, приучившая к железной дисциплине, не позволяет дяденькам уже на входе во двор поднести пистолет к виску и потребовать документы.

– Добрый день, нам нужен Николай Викентьевич, – сообщила я спортивного вида парню на ресепшене, бодро поднявшемуся со стула нам навстречу.

– А по какому вы вопросу? – вежливо и очень подозрительно поинтересовался он.

– По вопросу заселения. Ему должны были позвонить. Меня зовут Евгения. Передайте, пожалуйста.

Бросив многозначительный взгляд в сторону еще одного большого дядечки в вестибюле, парень удалился куда-то во внутренние помещения, из которых вскоре появился в сопровождении высокого и тоже очень мускулистого мужчины. Большую часть жизни он явно проводил в тренажерном зале.

– Вы от мамы? – трогательно осведомился этот здоровяк.

– Да, видимо. Мне нужно поселить клиента в надежном месте, так, чтобы никто не мог незаметно проникнуть в номер и вообще причинить какой-то вред. Я слышала, что в вашей гостинице очень надежная система безопасности. Вы не могли бы описать ее поподробнее?

– О, конечно! – воскликнул мускулистый Николай, и сразу стало понятно, что это его любимая тема.

Пространное и довольно эмоциональное объяснение, которое в течение получаса все мы с большим интересом выслушали, убедило вполне, что система безопасности в этом здании действительно не уступит никакому специальному учреждению.

Каждый этаж простреливался насквозь бдительными очами видеокамер, картинка с которых круглосуточно выдавалась на мониторы, за которыми следил отдельный специалист. Кроме техники, на каждом этаже имелся дежурный, визуально регистрирующий всех входящих и выходящих.

Сами номера был снабжены «тревожной кнопкой», сигналы с нее передавались на ресепшен и позволяли немедленно прийти на помощь клиенту в случае, если бы тому почудилось что-то угрожающее.

Наконец, одна из последних охранных модернизаций, которой очень гордился Николай, – замки в номерах, заточенные на отпечатки пальцев.

– Это уж не подделаешь, – он оживленно жестикулировал, проводя нас по коридору первого этажа, чтобы продемонстрировать действие мудреного устройства. – Вот, например, мой кабинет. Он запирается и на обычный замок, который можно открыть ключом. Но когда вот этот датчик подсоединен к общей системе, вы ни за что не попадете внутрь, если у вас окажется неподходящий отпечаток большого пальца. Вот, приложите, – говорил он с видом фокусника, который сейчас покажет вам свой коронный номер.

Не желая обескураживать мужчину, так довольного своим нововведением и, по-видимому, истратившего на него немалые деньги, я приложила палец к небольшому экрану. Тут же что-то тревожно запищало и загорелась красная лампочка.

– Ага! Нет?! – Николай счастливо улыбался, как ребенок, получивший новую игрушку. – А теперь я!

Он приложил свой палец, лампочка загорелась зеленым, и дверь, щелкнув, открылась.

А с лестничной площадки уже выглядывал тревожно дежурный, прекрасно видевший, что мы зашли сюда все вместе, но посчитавший нужным в этом убедиться.

– Ничего, ничего, Дима, – повернулся Николай, – все в порядке. Я просто показываю, как работает система. Если отпечаток не совпадает, – обратился он уже к нам, – тревожный сигнал передается на пульт и, как видите, охрана реагирует.

– Да-а-а… Возразить нечего, – медленно проговорила я, и впрямь потрясенная до глубины души. – У вас тут можно офис ФБР открывать.

– Это нам ни к чему, – самодовольно улыбнулся Николай, – мы своей страны патриоты. Но система, как вы убедились, достаточно надежная, и если вы действительно опасаетесь кого-то, лучшего места для проживания вам не найти.

– Что скажете, Сергей Вадимович? – обратилась я к Милютину, у которого глаза лезли на лоб. – Подойдет нам это учреждение?

– Я думаю, да, – собравшись с силами, солидно произнес он. – Игнат, здесь тебе действительно будет удобно.

– А сколько стоит у вас номер? – как-то не очень уверенно обратился к Николаю Столетов, но Милютин поспешил его перебить.

– Это уже не важно. Нам подходит, молодой человек, давайте уладим формальности и будем заселяться.

Говоря это, Милютин взял под руку Николая, явно желая куда-то уединиться с ним для улаживания этих самых формальностей, но Столетов остановил его.

– Сергей, что за глупости? Я сам совершенно в состоянии…

– Ничего не знаю! – протестовал Милютин. – Ты гость. И к тому же тебя чуть было… чуть было не нанесли непоправимый вред твоему здоровью на моей собственной даче. Я, можно сказать, теперь пожизненный должник.