Держи ухо востро

За столиком ближайшего уличного кафе я совместила приятное с полезным, то есть позавтракала и, не торопясь, изучила фотографии. Теперь я узнала бы из тысячи и Пауля, и его рыжую подругу, не говоря уже о «Тойоте» неопределенного цвета, рядом с которой они сфотографировались.

Судя по всему, фотографии были сделаны в этом году и не далее как два месяца назад. Мне показалось, что я догадалась, где были произведены снимки. И я попыталась отыскать это место. Вполне могло оказаться, что неподалеку от него располагалась та самая фирма, в которой работал бывший искусствовед.

На поиски у меня ушло чуть больше часа, но я не считала, что потеряла время впустую. Я не только нашла улицу и тот ее участок, где снимались Раушенбахи, но и смогла с точностью до недели определить время съемки. Дело в том, что в объектив случайно попала часть театральной афиши. Она до сих пор находилась на том же месте и, подойдя к ней поближе, я сделала маленькое открытие.

Дело в том, что это был репертуар оперного театра за прошлый месяц. Месяц закончился три дня назад, но афишу еще не успели заменить на новую.

Значит, фотография была сделана не раньше месяца назад, максимум месяц и неделю. Следовательно, Курт Раушенбах приезжал к сыну совсем недавно и после этого у него появились русские иконы на продажу.

Насколько я поняла из его полупьяных откровений, он до этого никогда не был в России. А учитывая, что Россией для него был весь бывший Советский Союз, я могла быть теперь уверена, что три-четыре недели назад он приезжал в Одессу в первый раз в своей жизни.

«Ну, что же, это интересно», – подумала я. Если бы я не знала Курта лично, то с уверенностью заявила бы, что он приезжал сюда за иконами. Но, зная его, не рискну настаивать на этой версии.

Я никак не могла представить себе, что «папаша Курт» способен на такой смелый поступок. Его бы при этом точно «хватил Кондратий».

Но тем не менее этот факт косвенно подтверждал причастность Пауля к коллекции икон. Поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, я занялась поисками немецкой фирмы.

«Чем может заниматься в Одессе немецкая фирма? – размышляла я. – Скорее всего она чем-нибудь торгует или что-то покупает. Поэтому наверняка рекламирует свою деятельность».

Довод показался мне убедительным, и в ближайшем газетном киоске я купила несколько рекламных изданий. Присев на лавочку, я попыталась определить по названиям иностранные фирмы и даже начала помечать их карандашом.

Скоро я поняла, что большинство фирм в Одессе носит иностранные названия, но это совершенно не означало, что они имеют какое-то отношение к иностранному капиталу. Название вообще чаще всего ничего не означало. И нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы разобраться во всей этой абракадабре.

Может быть, в конце концов, я и разобралась бы в ней, но изучать украинский бизнес неделями у меня не было времени. И я нашла более короткий путь. В одной из своих газет я обнаружила номер телефона справочной службы, гарантирующей любую информацию в сфере коммерческой деятельности, и решила обратиться туда за помощью. И за несколько минут узнала все то, на что могла потратить целую вечность.

Милая девушка с ангельским голосом поведала мне обо всех предприятиях Одессы, хоть как-то связанных с Германией, снабдила меня всеми необходимыми телефонами и поинтересовалась, не нужна ли мне подробная информация о деятельности каждой из них.

В результате мне оставалось только проехаться по всем этим адресам и Пауль Раушенбах был бы у меня в кармане. Тем более что немецких фирм, включая совместные предприятия, оказалось в Одессе не так много.

Единственной сложностью было то, что я не имела права спрашивать ни в одной из них о господине Раушенбахе, поскольку объяснить свой интерес к этому человеку мне было бы нелегко. А надеяться на то, что он целыми днями стоит на пороге своей фирмы, было бы наивно.

Другое дело автомобиль. Его-то поисками я и занялась в первую очередь. При этом мне было не важно, кому принадлежит «Тойота» с известным мне номером – Паулю или его «киске», потому что неизвестно, кого из них я больше хотела видеть.

Большая часть интересующих меня фирм располагалась в центре города, поэтому я не стала ловить такси, а отправилась пешком по ближайшему адресу.

В детективных романах сыщик обычно проходит по всем адресам, прежде чем отыщет то, что ему нужно. Но жизнь, к счастью, не так занудна и иногда дарует нам приятные неожиданности. Именно это и произошло со мной на этот раз. Отправившись по ближайшему адресу, я сразу же попала в десятку. Причем «Тойоту» я заметила прежде, чем название фирмы. Мне даже не пришлось доставать из сумочки фотографию, потому что заветный номер я навсегда запомнила еще в Лондоне.

Налюбовавшись на машину и пережив пятиминутное состояние глубокого удовлетворения по этому поводу, я подняла глаза наверх и прочитала название фирмы. Оно полностью соответствовало ожидаемому. Собственно говоря, это была не фирма, а ее филиал, вернее, представительство. Сама фирма находилась в Германии и была хорошо известна в Европе, поскольку занималась таким достойным делом, как торговля пивом и безалкогольными напитками.

«Ну что же, – подумала я, – вполне подходящее занятие для умного мальчика и бывшего искусствоведа». И стала придумывать способ проникновения в эту уважаемую организацию.

И вот тут-то меня и ожидали самые большие неприятности. У меня не было ни одного шанса устроиться сюда на работу, хотя бы потому, что по своим документам я проживала не на Украине, не имела никакого отношения к Одессе и, тем более, к пивоторговле. Можно было бы слетать в Тарасов и запастись всеми необходимыми документами и вернуться в Одессу каким-нибудь заслуженным пивоваром России или почетным гражданином Одессы, но и это не гарантировало бы мне ровным счетом ничего. Вряд ли эта организация испытывала острую нужду в сотрудниках.

Да и надо ли мне это было? В конце концов, меня совершенно не интересовала как сама фирма, так и ее продукция. Если я правильно понимала ситуацию, то для Пауля Раушенбаха эта контора была всего-навсего «крышей», удобным поводом для проживания в Одессе, а его сотрудники могли даже не догадываться о его главной «теневой» деятельности. Это была на самом деле солидная фирма, а солидные фирмы очень дорожат своей репутацией и редко нарушают закон. Им это просто не выгодно.

Изучив табличку на дверях, я выяснила, что через два с небольшим часа в фирме будет обеденный перерыв, и решила отложить первую встречу с молодым Раушенбахом до этого времени.