Имя убийцы

Звонок будильника дошел наконец до моего сознания. «Что за садист придумал эти штуки?» – подумала я, протянула руку в поисках кнопки отключения мерзкого звука. Мучитель замолчал.

Приоткрыв с огромным трудом один глаз, я скосила его на циферблат. Половина девятого. Боже мой! Ни свет ни заря! Чтобы проснуться в такую рань, мне всегда требовались неимоверные усилия. Тем не менее надо вставать – на девять тридцать запланирована встреча. Я собрала волю в кулак и попыталась оторвать голову от подушки. Безрезультатно. Тело как будто пригвоздили к кровати. Еще попытка – на этот раз мне удалось преодолеть притяжение любимого ложа. Главное – добраться до душа, а там дело пойдет лучше. Кое-как, с полузакрытыми глазами, я все-таки доплелась до ванной. Бодрящая водная процедура помогла. Но только за чашкой ароматного кофе, окончательно проснувшись, задумалась о предстоящем визите.

Несколько дней назад я встретила Ниночку, соседку с девятого этажа, молодую приветливую женщину. Она работает в гастрономе недалеко от нашего дома и частенько обслуживает меня по-свойски, без очереди. В тот день она специально ждала моего возвращения домой у подъезда, чтобы поговорить о своем двоюродном брате. У него возникли проблемы, которые Ниночка тут же вкратце и обрисовала. Он стал подозревать свою жену в неверности. «Тоже мне проблемы – жена гуляет!» – съязвила я про себя. Моя соседка долго и красочно описывала, как ее несчастный родственник весь извелся от неопределенности, и я, естественно, начала догадываться, к чему, собственно, и был затеян весь этот разговор. «Ну что ж, дорогая, – мысленно поздравила я сама себя, – пожинай плоды славы, Шерлок Холмс в юбке!» Я было начала ей объяснять, что такими делами не занимаюсь, но, увидев, что ее глаза наполнились слезами, осеклась. Мне не раз приходилось отказывать людям, я умею сказать «нет», но при виде слез этой милой женщины мне стало не по себе.

– Пожалуйста, Таня, – она всхлипнула. – Ты не представляешь себе, какой он хороший! Я ему многим обязана! Мужа вот на работу устроил, детей – в садик. Да и деньгами выручает.

– Ну что ты, – попыталась я ее успокоить. – Я ни в коем случае не хотела тебя так расстроить. Просто я действительно никогда не занималась такими делами…

– Хотя бы поговори с ним, – и Ниночка жалостливо сдвинула бровки домиком.

– Хорошо, – сдалась я, вняв ее мольбам, ведь сердце мое – не камень. – Но это еще не значит, что я возьмусь за это дело.

– Конечно, конечно, я понимаю, – заверила меня Ниночка. Казавшийся неиссякаемым источник слез тут же высох, и она улыбнулась.

С одной стороны, такие дела мне, мягко говоря, не интересны, начала рассуждать я, наслаждаясь завтраком, который состоял из омлета с грибами, кусочка бородинского хлеба и чашки крепкого кофе. Подумаешь, жена ему изменила! У него самого наверняка не одна интрижка за плечами. А тут сразу детектива ему подавай. Но что меня раздражает больше всего – это отношение к неверности в обществе. Если гуляет мужчина, то он – донжуан, Казанова или, самое страшное, кобель. Но если женщина позволит себе что-то в этом роде, ей дадут такие определения, что их вслух и произнести неприлично. Нет, не хочется мне этим заниматься. Женская солидарность, знаете ли…

Но с другой стороны, Ниночка говорила, что наш «рогоносец» готов заплатить кругленькую сумму. А деньги сейчас мне ой как бы пригодились. От последнего гонорара уже почти ничего не осталось. Уж что-что, а тратить деньги я умею. У меня на это – просто талант. Что ж, талантливый человек талантлив во всем.

Я подошла к зеркалу и оглядела себя с головы до пят. Слегка прикрытая после душа махровым полотенцем, я выглядела весьма соблазнительно. И тут меня озарило. Подвергну-ка я нашего ревнивца испытанию. Если выдержит его, возьмусь за дело, если нет… На нет и суда нет. Испытание будет заключаться в следующем: я обрушиваю на него всю мощь своего обаяния, и если он сможет устоять перед моими чарами, чего на моей памяти еще ни одному мужчине не удавалось, займусь расследованием. Дам ему шанс, решила я, удивляясь своей безмерной доброте.

Я начала готовиться к встрече: забрала волосы в строгую прическу, подкрасила ресницы. Акцент сделала на губы, выбрав ярко-красную губную помаду.

Затем я долго копалась в своих нарядах и наконец остановила выбор на дорогом итальянском костюме черного цвета. Он великолепно облегал фигуру и делал меня одновременно элегантной и сексуальной. Изящные туфельки на высоком каблуке придали, как говорится, законченность моему образу… Ни дать ни взять – Шарон Стоун. И последний штрих – легкие французские духи. Оглядев себя еще раз в зеркало, я осталась довольна. «Красота – это страшная сила!» – вспомнилась фраза из известного фильма. Едва успела закончить работу над своим имиджем – выбрать соответствующее выражение лица, – как в дверь позвонили.

На пороге стоял высокий, хорошо сложенный, необыкновенно интересный мужчина лет тридцати пяти. Вообще мне нравятся мужчины такого типа: не сладкие, обладающие чисто мужским обаянием.

– Доброе утро, я Сергей Беспалов, – представился он и протянул визитку. Бросив взгляд на нее, я узнала, что «Сергей Андреевич Беспалов является президентом акционерного общества «Тарасов-авто». Что ж, поддержим его официальный тон.

– Татьяна Иванова. Прошу.

Я провела его в комнату и заняла место в кресле, изящно положив одну ногу на другую. Жестом пригласила его сесть в кресло, стоящее рядом. Его реакция на меня была несколько обескураживающей – полное отсутствие какой бы то ни было реакции. У любого нормального мужчины при виде меня обычно расширялись зрачки, взгляд загорался и тому подобное. А этот – ноль эмоций. Либо у него совсем нет вкуса, либо он тяжело болен и ему уже ни до чего, решила я. Но так просто сдаваться не в моих привычках.

– Чай? Кофе? – предложила я и улыбнулась самой ослепительной из своих улыбок.

– Нет, спасибо. Я бы хотел перейти сразу к делу.

– К делу так к делу. Что вас беспокоит? – Я мысленно ухмыльнулась – этот вопрос больше подходит лексикону врача. Но, черт возьми, разве я в каком-то смысле не врач? Психотерапевт, например?

– Это дело сугубо личное, – начал он, а я откинулась на спинку кресла и слегка вытянула свои длинные ноги. Неужели и на это не клюнет? – Инна – моя жена – моложе меня на шестнадцать лет. Мы женаты около года. Последний месяц она как-то странно себя ведет. Какие-то непонятные телефонные звонки, поздние возвращения домой. В общем, ничего определенного, но я склонен думать, что у нее роман на стороне.

Сергей замолчал. И я вдруг увидела его глаза – полные муки, как у больной собаки. Несмотря на довольно сухой рассказ, по выражению глаз моего собеседника я поняла, что жена действительно очень дорога ему и он действительно страдает от неопределенности. Я даже почувствовала укол совести за придуманное мною дурацкое испытание.

– Мне бы очень хотелось, чтобы именно вы, женщина, взялись за это дело. Мужчины работают более грубо, я бы сказал, топорно. У них, конечно, есть свои преимущества, но это дело требует определенной деликатности.

– Обычно я не берусь за такие дела… – не очень твердо заметила я, хотя в душе уже была согласна поступиться своими правилами.

– Я в курсе. Ниночка мне рассказала. Но, может быть, вы сделаете исключение? Мне очень нужна помощь.

– Что ж, видимо, придется пойти вам навстречу. Именно в порядке исключения. Давайте обсудим сроки и оплату.

– По поводу сроков. Мне бы хотелось, чтобы вы понаблюдали за моей женой неделю. Если за неделю доказательств измены не будет, так тому и быть. Буду считать, что на этот раз интуиция меня обманула.

– Какие доказательства вы имеете в виду? Видео-, аудиозапись, фотографии?

– Я думаю, фотографии, – мрачно пояснил Сергей.

Да уж, мало приятного обсуждать возможные доказательства измены собственной жены.

– А если я соберу доказательства уже завтра?

– Я все равно заплачу вам за всю неделю.

– Обычно я беру двести долларов в день. За неделю получится довольно большая сумма.

– Я плачу вам пятьсот долларов в день в следующем порядке: половину сегодня, вторую половину – по окончании расследования. Окончанием будет считаться либо истечение семидневного срока, либо день получения доказательств. Итого, вы получаете три с половиной тысячи долларов. Такая сумма вас устраивает?

– Считайте, что мы договорились, – спокойно ответила я, радуясь в душе, что заключила очень выгодную сделку. Дело, конечно, такое, что скучней не придумаешь. Но недельку-то я вытерплю. И не придется от Ниночки глаза прятать. Сергей достал из бумажника аванс – тысячу семьсот пятьдесят долларов и цветную фотографию, на которой была изображена молоденькая, удивительно привлекательная, заразительно смеющаяся темноволосая девушка.

– Это Инна. Я подумал, что вам понадобится ее фото.

– Естественно, – я взяла у него снимок. На коварную изменницу и предательницу Инна была совершенно не похожа. Такой открытый и искренний взгляд… Но кто лучше меня знает, как обманчива бывает внешность?

Затем я выяснила всю необходимую для начала расследования информацию, и на этом мы расстались.

После ухода клиента я первым делом позвонила в экономический университет, где училась его жена, и узнала, в котором часу заканчивались в тот день лекции ее группы. «Надо бы подъехать к университету пораньше, узнать все расписание на неделю и ждать подопечную у входа», – набросала я мысленно приблизительный план начала операции.

У меня оставалось еще немного времени на сборы. Прежде всего проверила свою аппаратуру, на которую я, кстати, никогда не жалела денег. Вот куда уходит львиная доля моих гонораров. Но ведь глупо экономить на том, что тебя кормит. Моя отличная фотокамера, привезенная не так давно из Стокгольма, в превосходном состоянии. Запасные батарейки к ней и пленка всегда лежали в «бардачке» машины, так что беспокоиться о том, что в самый ответственный момент у меня кончится пленка или сядут батарейки, не стоило.

Я переоделась в черные бриджи «корсар» и нежно-розовое боди. В этой универсальной одежде можно следить за «изменницей» в любом месте, где бы ей ни вздумалось пообщаться с предполагаемым любовником. Из обуви я остановилась на изысканных босоножках на высоком каблуке с модным удлиненным квадратным носом: в таком виде не стыдно и в ресторан. Тем не менее необходимо взять кроссовки. Кто знает, где современная молодежь предпочитает заниматься любовью. По крышам, например, удобнее лазить в кроссовках, чем на каблуках. В нашем деле выбор одежды и обуви играет немаловажную роль. Я посмотрелась в зеркало и обнаружила, что все-таки чего-то не хватает. Ну конечно! Темные очки. Какой детектив без них? Это все равно что «новый русский» без любимого сотового телефона. Вот теперь, по-моему, все в порядке.

К экономическому университету я подъехала за несколько секунд до окончания занятий Инны. Проклятые пробки! Еще немного – и опоздала бы. Теперь не до расписания. Слава богу, студентов не отпустили пораньше. Вот потянулись первые из них. Я приготовилась.

Студенты, как воробьи, стайками высыпали из университета. Сонная до того момента улица сразу ожила и наполнилась их веселым чириканьем и щебетаньем. День был теплым и солнечным, и будущие экономисты не торопились расходиться по домам. Я уже заволновалась, что не узнаю Инну в этой толчее, как на крыльцо вышли две девушки. Вот она, моя птичка! Ошибиться было невозможно – распущенные длинные темные, почти черные волосы, но главное – глаза. Глаза у Инны необыкновенные. Не только потому, что сказочно красивы, но и потому, что такие горящие от ожидания чего-то прекрасного глаза редко встретишь даже у молодых людей. Что ж, надо отдать должное вкусу г-на Беспалова. Такая девушка и в толпе не останется незамеченной.

Как бы подтверждая мои слова, несколько молодых людей проводили Инну взглядом, полным восхищения. А она с подружкой, о чем-то весело болтая, спустилась с лестницы, не обращая на них никакого внимания.

И тут к ним подошел молодой человек весьма странного вида: потертые джинсы, несмотря на жару, какой-то растянутый джемпер с длинными рукавами. Волосы до плеч были забраны в хвостик.

Как только он появился, подружка Инны быстренько попрощалась и исчезла, оставив нашу сказочную красавицу с ним вдвоем. Ба, да неужели это наш герой-любовник? Но мои последние сомнения таяли, как пломбир на солнцепеке: взгляды парочки притягивались, как разноименные заряды, и, столкнувшись, искрились, как от высокого напряжения. Хотя, по правде говоря, огненными брызгами сыпали в основном глаза Инны, а глаза ее визави вяленько так поискривали. Бедная девочка, она, наверное, пугала его таким фейерверком чувств.

Они поговорили о чем-то недолго и расстались. И это все? Я даже почувствовала некоторое разочарование. Начало было таким многообещающим.

Инна посмотрела на часы и села за руль белой «Хонды». «Ах, какая машина – красавица!» – не смогла я сдержать восхищение, следуя за ней на своей «девятке». Только моя машина все равно лучше! Сколько раз она вытаскивала меня из разных передряг. «Девочка моя! – я с любовью похлопала по панели приборов. – Я бы тебя ни на одну иномарку не поменяла. А куда мы, собственно говоря, едем?» Ответа на этот вопрос долго ждать не пришлось. На одной из центральных улиц Инна включила поворотник и въехала во двор девятиэтажного дома. Так и есть – домашний адрес г-на Беспалова. Мы, оказывается, домой так торопились.

У подъезда стоял «шестисотый» «Мерседес» темно-синего цвета. Судя по номеру, это была служебная машина Сергея. Итак, он тоже дома. Что ж, время обеденное. Как только я подумала о еде, у меня заурчало в животе. «Ну вот, – подумала я об издержках своей профессии. – Они сейчас что-нибудь вкусненькое будут наворачивать, а я сиди тут, голодная».

Остановившись у дома напротив, оттуда прекрасно были видны беспаловский подъезд и обе машины, я устроилась поудобней. Кто знает, сколько придется тут торчать? Чтобы скоротать время, решила думать о чем-нибудь приятном. Например, на что буду тратить три с половиной тысячи долларов. Не успела я мысленно промотать и половину суммы, как из подъезда вышла Инна. Она явно куда-то торопилась.

На этот раз мы приехали к одному из самых популярных у тарасовской молодежи кафе. «Что ж за издевательство? Непременно нужно было ехать в кафе, когда я голодная! – вышла я из себя. – Хотя… Пойду-ка я туда тоже, понаблюдаю за своей подопечной, а заодно и пообедаю». Конечно, был риск, что меня заметят. «Но, во-первых, меня никто не знает, во-вторых, если уж на меня обратят внимание, я в дальнейшем изменю внешность. В этом деле опыт у меня большой», – развеяла я собственные сомнения.

В плане расследования этот визит в кафе не дал мне ничего нового, кроме растущей уверенности, что возлюбленный нашей Иннуси – уже знакомый по университету «хиппи». Они облюбовали столик в дальнем углу зала, поэтому я заняла место прямо у бара. С аппетитом ела великолепную пиццу и наблюдала за парочкой, оставаясь при этом незамеченной. Хотя, по-моему, они были так поглощены друг другом, что начнись в тот момент землетрясение, и его бы не заметили. Интимная атмосфера кафе только способствовала романтичному настроению: полумрак, приятная музыка. Меня потянуло в сон. Терпения смотреть на то, как Инна с жадностью ловит каждое слово своего спутника, буквально заглядывая ему в рот, у меня больше не хватало. Я вышла на улицу и села в машину. Первое приятное впечатление, которое на меня произвела эта юная леди, стало сменяться раздражением.

Минут через пятнадцать вышли и мои голубки. Оба сели в «Хонду». «Ну конечно, Беспалов купил тебе машину, чтобы ты в ней любовников катала», – съехидничала я. Дав им немного отъехать, тронулась следом. «Куда же мы теперь путь держим? – заинтересовалась я, когда мы выехали за город. – Деткам, похоже, на природе захотелось порезвиться».

После получасовой поездки мы приехали к дачному поселку, одному из самых престижных возле Тарасова. Такие дворцы и дачами-то назвать язык не поворачивается. Я сбросила скорость. Чтобы не обнаружить себя, ехать нужно было очень осторожно.

Наконец «Хонда» остановилась у двухэтажного особняка. Во дворе залаяла собака. Из дома вышел рыжий парень. Сторож, по всей видимости. Инна пошла ему навстречу.

Я оставила машину за углом и прокралась вдоль забора. Как раз у калитки, ведущей во двор дачи, куда зашла Инна, рос великолепный пушистый куст смородины. Вот за него-то я и спряталась. Оттуда мне даже удалось расслышать обрывок разговора нашей голубки со сторожем.

– …Мой однокурсник, – она махнула рукой на машину, где остался ее Ромео. – Нам нужно позаниматься.

– Конечно, – сторож широко ей улыбнулся.

– Только, пожалуйста, Сергею ни слова, а то он вообразит бог знает что, – и сунула ему в руку сторублевку.

– Можешь на меня рассчитывать, – ухмыляясь, заверил ее собеседник.

– Антон! Идем! – позвала Инна томящегося в ожидании друга.

«Антошка, Антошка, пойдем копать картошку», – пропела я про себя. Вся троица зашла в дом. Нужно было переобуться в кроссовки и взять фотоаппарат. Через пару минут я снова была у калитки. Естественно, закрытой. Другого и быть не могло. Оставалось одно – брать барьер в виде забора. Для меня это никогда особой трудности не составляло, и секунду спустя я приземлилась во дворе.

Огромная лохматая собака, сидевшая около будки, начала лаять и рваться в мою сторону. Слава богу, она была на цепи. Я бегом пересекла двор и спряталась за угол дома. Рыжий сторож вышел, огляделся, не заметил ничего подозрительного и, успокоив собаку, вернулся в дом. Я немного отдышалась. Теперь нужно узнать, в какой комнате находится моя парочка. Я подошла к окну, прижалась спиной к стене и заглянула в комнату. Это была кухня. За столом сидел сторож и что-то попивал из стакана. Пригнувшись, я прокралась под окном и свернула за угол. С этой стороны, прямо у дома, росла раскидистая яблоня. Если забраться на нее, то можно будет заглянуть в окно на втором этаже.

Интуиция подсказывала мне, что голубки должны быть там, ведь спальни обычно расположены именно на втором этаже. И я не ошиблась. С огромным трудом забравшись на ветку поближе к окну, я увидела Антона, сидящего на кровати. Положение у меня было, прямо скажем, незавидное. Ветка оказалась не слишком крепкой и немного прогибалась под моим весом. «Черт меня дернул взяться за это дело, – мысленно ругалась я. – Еще не хватало разбиться при съемках крутой эротики. Тоже мне, папарацци». Я замерла, растянувшись на ветке и стараясь дышать через раз.

В комнату вошла Инна в шелковом халате, подошла к Антону. Я приготовила фотоаппарат. Юная порнозвезда сбросила халатик и осталась в чем мать родила. Я сделала снимок. А соблазнительница, сорвав со своего партнера одежду, начала ласкать его. Они были так охвачены страстью, что я, не боясь раскрыть своего присутствия, села на ветке, чтобы выбрать ракурс получше. Несколько минут – и я отщелкала полпленки. Хотелось скорее с этим покончить, и я решила основного действия не ждать, так как ласки были настолько откровенными, что фотографии, на коих они запечатлены, и так станут стопроцентными доказательствами измены.

Я уже собиралась слезть с яблони, когда увидела, что дверь в спальню приоткрылась. В щели разглядела пятнистую куртку и рыжую шевелюру сторожа. Он, видимо, рассчитывал, так же, как и я, что любовники слишком заняты собой, чтобы замечать что-то еще, и подглядывал. Извращенец! Хотя это мне на руку. Я быстренько спустилась с дерева и побежала к забору. Собака залилась лаем. Лохматое чудовище! Я перелезла через забор. К бьющемуся в истерике псу никто не вышел. Наверное, всем троим в доме было не до него.

С ощущением, будто я лазила по помойке, села в машину и поехала назад. «Все, – дала я себе слово, – больше за такие дела не берусь ни за какие деньги!»

Заехав к фотографу, который быстро и качественно печатал мне снимки и которому я более чем достойно платила за конфиденциальность, отдала пленку на проявку и отправилась домой. Готовые фотографии заберу через часок. Раньше мне приходилось делать все самой – и проявлять, и печатать, но теперь я могу себе позволить нанимать на подсобные работы надежного человека, который к тому же отличный профессионал, так что за качество своего материала я была совершенно спокойна.

Теперь хотелось только одного – принять ванну.

Я набрала воды, добавив в нее расслабляющее средство, принесла чашку кофе и телефон – вдруг важный звонок. Опустившись в густую нежную пену, похожую на взбитый белок, я закрыла глаза от наслаждения. Меня окутал ненавязчивый аромат искусно подобранных трав. Все неприятные ощущения дня отошли на задний план. Я сделала глоток крепкого кофе. Какое блаженство! Потеряв счет времени, я нежилась в ванне.

Наконец я почувствовала себя отдохнувшей и способной довести дело до конца. Предстояло позвонить клиенту и договориться о встрече. Нужно как можно скорее развязаться с этим расследованием.

Мобильный номер Сергея отозвался длинными гудками.

«Может, он на каком-нибудь совещании? Позвоню в офис», – решила я.

Там мне ответил приятный женский голос:

– Акционерное общество «Тарасов-авто», добрый день.

– Могу я поговорить с Сергеем Андреевичем Беспаловым? – поинтересовалась я.

– Вынуждена вас огорчить, но его сейчас нет.

– Вы не подскажете, где я могу его найти? Это Татьяна Иванова. У меня для него важная информация, которую он ждет.

– К сожалению, ничем не могу помочь… Попробуйте позвонить позже.

Я положила трубку. Куда это девался наш Отелло? А что, если сторож с дачи позвонил ему и настучал на женушку? В общем-то Сергей произвел на меня впечатление человека достаточно уравновешенного, поэтому я надеялась, что до кровопролития дело не дойдет.

Что ж, если он убедился в измене без моих доказательств, то будет справедливо, если он оставит себе оставшуюся часть гонорара. Конечно, я уже привыкла к мысли о трех с половиной тысячах долларов, но нужно быть справедливой.

«Ничего, переживу», – рассудила я.

Тем не менее с клиентом необходимо поговорить. После нескольких тщетных попыток дозвониться удача в конце концов улыбнулась мне.

– Алло, – услышала я на том конце до неузнаваемости усталый голос Беспалова.

– Здравствуйте, Сергей. Это Татьяна Иванова.

– Здравствуйте. У вас уже есть какая-нибудь информация или вам нужны дополнительные сведения?

«По всей видимости, он ничего не знает, – подумала я. – Отчего же у него такой убитый голос?»

– Нам нужно встретиться. Я достала то, что вас интересует.

– Уже?

– Мне очень жаль…

На несколько секунд повисло тягостное молчание. Я, конечно, понимала, что ему несладко, но эта история уже начинала меня бесить. Я, в конце концов, не обязана ему вытирать сопли. Я не жилетка, в которую можно поплакать. Если у него на душе скребут кошки – пусть идет к психологу. А я – детектив. И свою работу я уже сделала. Все, умываю руки! Серьезные люди так дела не ведут и нюни не распускают.

– Вы предпочитаете сами заехать за фотографиями или мне их вам привезти? – нетерпеливо прервала я драматическую паузу.

– Да, пожалуйста, привезите, если вас это не затруднит. Я сейчас в больнице, реанимационное отделение. Боюсь, что до вечера мне отсюда не вырваться. Когда вы сможете приехать?

– Минут через сорок, – ответила я, а сама удивилась: «Он что, собирается умереть от несчастной любви, как нервная барышня? А может, он пытался свести счеты с жизнью?»

– Хорошо. Думаю, меня уже переведут в другое отделение, наверное, в терапию. Точно не знаю. В приемном покое вам скажут, где я нахожусь.

– Конечно. Извините, Сергей, могу я вас о чем-то спросить?

– Естественно, спрашивайте.

– Еще раз извините, это, разумеется, не мое дело, но что случилось? Почему вы в больнице?

– Не бойтесь. Ничего заразного. Кажется, это называется анафилактический шок.

– Какой шок? – не смогла я сдержать удивления.

– Сильная аллергическая реакция, – пояснил Беспалов.

– Понятно. Надеюсь, это не очень опасно?

– Теперь уже нет.

– Отлично. Выздоравливайте, а я минут через сорок подъеду к вам.

– Хорошо. Договорились.

Что ж, придется ехать в больницу. Хотя я, как всякий нормальный человек, не очень-то люблю такие места и стараюсь по мере возможности их избегать. И что еще за шок? У моей однокурсницы была аллергия на полынь, пол-лета она чихала, но ее почему-то не отвозили в реанимацию.

Сергей встретил меня не слишком радостной улыбкой. Можно понять – мужику везет, как утопленнику: мало того, что жена неверная, так еще и шок какой-то подхватил.

– Ну как вы себя чувствуете?

– Нормально, насколько это возможно. Спать очень хочется после димедрола. Принесли?