Искры небесного огня

Глава 3

Зайдя в дом, я услышала мужские голоса, доносящиеся из гостиной рококо. Один из них был Аришин, а второй – нашего соседа Дениса Злобина, управляющего «Тетта-банком». Я подумала, раз уж он забрел к нам в гости, то почему бы не воспользоваться случаем и не поговорить с ним о невозврате кредитов?

– Ты уже вернулась? – обрадовался Ариша, выглянув в прихожую. – А мы с Денисом как раз о тебе вспоминали.

– Надеюсь, что добрым словом?

– А как же иначе?

– Владиленыч, я, наверное, уже пойду, – в дверях появился банкир. – Полина, добрый день!

– Здравствуйте, Денис Евгеньевич! – кивнула я ему.

– Денис, мы же не все еще обсудили. Что это ты вдруг собрался уходить? Полетт сейчас сообразит нам что-нибудь на стол, так ведь? – Ариша повернулся ко мне.

– Ну к чему эта суета? Мне действительно уже пора – обещал жене вернуться через час, а сам пропал на два с лишним.

– Денис Евгеньевич, может быть, вы еще ненадолго задержитесь? – попросила я. – У меня к вам есть одно небольшое дело…

– Какое дело?

– Нужна ваша консультация.

– Ну хорошо, я только сейчас жене позвоню. – Злобин зашел обратно в гостиную и стал разговаривать по телефону.

Я выждала какое-то время, затем зашла туда же, плотно закрыв за собой дверь. Сев за дубовый стол, напротив гостя, я стала излагать:

– Один мой знакомый взял в банке автокредит, какое-то время он исправно его выплачивал, а затем с ним случилось несчастье – его избили, причем не в Горовске, а в Москве, да так сильно, что он вот уже несколько месяцев не приходит в сознание.

– Сочувствую, – произнес Злобин.

– После этого он, разумеется, перестал осуществлять ежемесячные платежи по кредиту. Его родственники тоже об этом как-то подзабыли. А банк взял да переуступил его долг коллекторской фирме «Долгофф»…

– Полина, прошу прощения, что перебиваю, но я хочу уточнить: твой знакомый брал кредит в нашем банке?

– Нет, я просто хотела узнать у вас, Денис Евгеньевич, насколько правомерны были действия банка.

– В принципе, такая практика существует. Банки несколько ограничены в своих действиях по возврату долгов. И если клиент злостно нарушает условия кредитного договора, то, конечно, имеет смысл продать его долг посреднику, то есть коллекторам. – Мне показалось, что Злобину не понравилась тема, которую я ему предложила для обсуждения, тем не менее он стал меня консультировать, дипломатично придерживаясь нейтральной позиции. – Что касается данного конкретного случая, то тут выплаты были приостановлены по вполне объективным причинам. Мы всегда стараемся идти навстречу нашим клиентам, и если бы он взял кредит у нас, то мы, скорее всего, встретились бы с его родственниками, чтобы реструктурировать долг, если бы они, конечно, были не против взять на себя такие обязательства. Возможно, они предпочли бы процедуру банкротства… В любом случае все это решается при участии обеих сторон. Если же банк, о котором идет речь, поступил так, как ты сказала, значит, он не видел другого способа, чтобы вернуть свои деньги.

– Скажите, Денис Евгеньевич, а вы сотрудничаете с фирмой «Долгофф»? – поинтересовалась я.

Ответ последовал не сразу, да и тот был слишком обтекаемым:

– Да, такие случаи бывают.

Меня это, разумеется, не удовлетворило, поэтому я спросила конкретней:

– И вас не смущают методы работы этой коллекторской фирмы?

– А почему они должны меня смущать? Это совершенно другая структура, у нее свой учредитель, свое руководство, – заметил банкир.

– А чисто по-человечески? – не сдавалась я.

– Я не совсем понимаю, что ты, Полина, от меня добиваешься, – развел руками Злобин. – Да, коллекторы работают жестче, чем наша служба по возврату просроченных платежей, но это вполне оправданно. Если человек берет кредит, изначально зная, что не будет выплачивать его, надеясь на русский авось – а вдруг пронесет и его простят, – то с такими людьми не приходится миндальничать. Специалисты нашей службы, а они, как правило, с психологическим образованием – уже за один-два телефонных разговора могут понять, что дебитор пытается водить банк за нос, ссылаясь на несуществующие финансовые трудности. После этого подключается служба безопасности и выясняется, что один должник, к примеру, ежемесячно совершает крупные покупки, забывая, что ему надо погашать кредит, а второй одновременно набрал кредитов в других банках и исчез. Полина, что мы, по-твоему, должны с этим делать?

– Не выдавать кредиты направо и налево.

– В этом я совершенно с тобой согласен. Но ситуация на рынке банковских кредитов такова, что предложений много. Мы откажем – и человек пойдет в другой банк. Невозвраты есть у всех, и с этим ничего не поделаешь.

– Ну какие уж тут невозвраты, если любой долг можно переуступить коллекторам, а те стопроцентно отобьют свое, причем отобьют – в прямом смысле этого слова. Избить должника – это для сотрудников коллекторской фирмы привычное дело.

– Кто тебе такое сказал? – удивился банкир.

– В Интернете имеется куча самых нелестных отзывов о том, как действуют сотрудники «Долгофф». Сначала они звонят и угрожают, а затем приводят свои угрозы в исполнение. Должники попадают в больницу с отбитыми почками, сломанными ребрами и конечностями.

– Полина, разве можно верить тому, что пишут в Интернете? – Денис Евгеньевич сдержанно улыбнулся. – Это же пиар чистейшей воды! Я не удивлюсь, если коллекторы сами же о себе эти страшилки и сочиняют, чтобы заставить людей их бояться. Или же заказывают такие поучительные истории модераторам. Полина, пойми, на самом деле никому не выгодно, чтобы должник потерял свое здоровье, а вместе с ним и трудоспособность, пусть даже временно. Знаешь, существует такое негласное правило – чем больше у человека перед вами долг, тем бережливее надо к нему относиться, иначе вы рискуете не получить обратно свои деньги. Коллекторы не могут не понимать: если должник лишится источника своего дохода, то его долг может остаться непогашенным. Я уже не буду говорить про то, что за побои можно угодить за решетку… Полина, мне очень жаль, что твой знакомый попал в такую ситуацию. Надеюсь, он поправится и сможет решить все свои проблемы. Извини, мне пора домой.

– Да, конечно, не буду вас задерживать, – я встала, чтобы проводить Злобина.

В холле нам встретился Ариша. Мужчины пожали друг другу руки, прощаясь.

– Полетт, мне интересно, что ты такого наговорила Денису, что он ушел от нас чернее тучи? – спросил меня дед, закрыв за ним дверь.

– Ничего особенного, просто спросила, как они поступают с теми, кто не возвращает кредиты.

– А тебе это зачем? – Ариша прищурился. – Неужели собралась взять кредит?

– Нет, я занялась новым делом, и мне необходима была эта консультация.

– Как же это не вовремя! Денис сейчас в отпуске, а ты нагружаешь его профессиональными вопросами.

– Да ничем я его не нагружаю! Просто поинтересовалась насчет переуступки долга. Что здесь такого?

– Не знаю. Денис пребывал в таком прекрасном расположении духа, а после разговора с тобой настроение у него явно ухудшилось. Что ты делаешь с моими гостями? – упрекнул меня дед.

– А ты? – тут же перешла я в атаку. – Злобин обещал жене не задерживаться здесь, но благодаря тебе забыл о времени. Представляю, что ему Ольга устроит…

– Ты думаешь, в этом все дело? – Ариша задумался. – Ну что ж, может, и так. Да, Полетт, ты отдала мой смокинг в химчистку?

– Нет, – честно призналась я.

– Но почему?

– Не успела, завтра отдам.

– Не завтра, а сегодня, – строго сказал дед. – Он мне скоро понадобится.

– Зачем это, интересно? – полюбопытствовала я. – Насколько я помню, ты надевал его исключительно в казино.

– Вот именно, – улыбнулся Ариша, поглаживая свою бородку.

– Но ведь их уже давно закрыли. Неужели в подпольных казино тоже ввели дресс-код? Представляю, как забавно смотрится со стороны, когда джентльмены в смокингах и дамы в вечерних платьях ныряют в облезлые двери подвальных помещений, над которыми нет никаких опознавательных знаков. По-моему, только ребенок ясельного возраста не догадается, что эти люди спешат испытать свою удачу в нелегальном игорном доме.

– Ты права, это сразу вызовет подозрения, поэтому в подобных заведениях нет дресс-кода, – дед ностальгически вздохнул.

– Ариша, а ты случаем не в Лас-Вегас собрался? – подколола я своего прародителя.

– Ты отгадала, – подтвердил тот, причем на полном серьезе. – В русский Лас-Вегас. В Краснодарском крае наконец-то открылись легальные игровые зоны. Денис только вчера оттуда вернулся. Ты не поверишь, но там все организовано по высшему классу – роскошные игровые залы, изысканная кухня, комфортабельные отели… Полетт, я уже и не надеялся, что еще хоть раз смогу окунуться в эту атмосферу роскоши и азарта.

– То есть ты собираешься в Краснодарский край? – Нельзя сказать, что я с радостью приняла это известие. Наверняка там процветало шулерство таких высоких технологий, до которых моему Арише было далеко.

– Собираюсь, – произнес дед так, что я поняла – отговаривать его бесполезно, поскольку он все для себя уже решил. Во всяком случае, благодарить меня за попытку свернуть его с намеченного пути Ариша точно не будет. – Денис в ближайшие выходные опять туда собирается, вот вместе с ним я и полечу.

– Очень странно, что банкир играет в казино.

– Да, Злобин – управляющий банком, и что с того? Игрок – это состояние души. Банкирам оно тоже присуще.

– Как бы он не оставил там все активы банка.

– Он играет на свои собственные сбережения, а не на активы банка. Полетт, – дедуля мечтательно вздохнул, – знаешь ли ты, что деньги доставляют самые яркие ощущения тогда, когда их тратишь, причем тратишь с удовольствием?

– Догадываюсь, – я подумала о шопинге.

– В казино люди не просто с удовольствием тратят свои деньги, но и приумножают свой капитал! – Ариша вдруг посерьезнел. – Так что не откладывай поход в химчистку в долгий ящик.

– Ладно, схожу туда прямо сейчас.

Я отнесла смокинг в приемный пункт химчистки, недавно открывшийся в нашем поселке, и вскоре вернулась домой.

– Дедуля! – крикнула я с порога, но дед не откликнулся. Заглянув во все комнаты на первом этаже, я поднялась на второй и открыла дверь в его спальню: – Ариша, ты здесь?

Тишина меня насторожила. Куда же дед запропастился? Подойдя к окну, я увидела, что он сидит в беседке. Я спустилась по винтовой лестнице в сад и, подойдя к дедуле ближе, заметила выражение крайней растерянности на его лице.

– Ты уже вернулась? – спросил он так, будто ждал моего возвращения только через пару дней, а я взяла да свалилась ему на голову, как челябинский метеорит.

– Да, и я хотела тебе сказать, что послезавтра можно будет забрать смокинг. А ты чего здесь делаешь?

– Полетт, честное слово, я не хотел, так получилось, – стал оправдываться Ариша, словно нашкодивший ребенок.

– Чего ты не хотел? – удивилась я. – Что получилось?

Вместо ответа дед повернул голову в сторону тайника, оборудованного в скамейке. Я моментально вспомнила, что там лежало.

– Полетт, я никогда не рылся в твоих вещах. Мне и в голову не могло прийти, что там что-то есть. Понимаешь, Денис дал мне на хранение одну вещь, я решил убрать ее в наш тайник и обнаружил там… драгоценности. Полетт, откуда они у тебя?

– Ну как тебе сказать? – замялась я. – Злодеи оказались богатыми, и мне достались эти трофеи.

– Трофеи, значит? А это случаем не те драгоценности, которые пропали у Мороза?

– Ну, если быть точнее, то не у этого вора в законе, а у матери его гражданской жены.

– Да, я помню, ты говорила, что подбросила сожительнице Аристотеля какую-то цацку, принадлежащую ей, но так и не объяснила, как она к тебе попала.

– Ариша, это долгая история, – отмахнулась я.

– Ладно, долгая так долгая, – дедуля понял, что я не готова делиться с ним подробностями. – Меня, собственно, другое интересует. Ты можешь себе вообразить, на какую сумму тянут эти драгоценности?

– Если честно, то не очень.

– Полетт, это же целое состояние! Ты хоть представляешь себе, насколько опасно хранить это, – дед посмотрел в сторону тайника, – здесь?

– Представляю.

– Значит, надо избавиться от этих «трофеев», и поскорее.

– Избавиться? Ты предлагаешь выбросить в реку все эти бриллианты… – Я оглянулась по сторонам, но, несмотря на то что никого, кроме воробьев, сидящих на ветке груши, не увидела, стала говорить тише: – Топазы, изумруды в реку? Или закопать их в безлюдном месте, напрочь забыв к нему ориентиры?

– Полетт, ну как тебе мог прийти в голову такой вздор? Я еще не впал в старческий маразм, чтобы предлагать подобные глупости. По-моему, стоит реализовать эти сокровища, обратив их в хрустящие банкноты.

– Идея неплохая, – согласилась я, – мне и самой она приходила в голову. Но я отмела ее практически сразу, ведь сбывать краденые драгоценности гораздо опаснее, чем их хранить.

– Это в том случае, если не знаешь, кому их сбыть. У меня есть на примете один человечек, не здесь, в областном центре. Через него можно безбоязненно реализовать эти цацки. Что скажешь на это, Полетт?

– Тут есть один нюанс…

– Какой?

– Эти ювелирные украшения мне были нужны для благого дела – для восстановления справедливости. Но так уж случилось, что в ход была пущена лишь десятая часть этих сокровищ. Что до оставшихся девяти, то я не собиралась их присваивать себе. Понимаешь, я хотела бы отдать сумму, вырученную от продажи этих драгоценностей, на благотворительность.

– Ты знаешь, Полетт, я никогда не был против того, что ты помогаешь детским домам, хосписам и приютам для бездомных животных. Можешь и в этот раз поступить точно так же. Кстати, ты сказала, что у тебя новое дело…

– Да, так и есть, – подтвердила я.

– Надеюсь, в этот раз твой клиент платежеспособен? – Я невербально дала деду понять, что ответ на этот вопрос отрицательный. – Ясно, значит, все как всегда.

– Ну почему «как всегда»? У меня были и состоятельные клиенты, но вот в последнее время ко мне обращаются в основном люди, не обремененные деньгами.

– Надеюсь, ты сейчас работаешь не на того хама, который недавно приходил сюда?

Ариша явно имел в виду Копылова. Уж не знаю, почему он его так невзлюбил? Первое впечатление часто бывает обманчивым. Я хотела сказать об этом деду, но в последний момент передумала и стала рассказывать о том, как мою бывшую одноклассницу Нину Соловьеву нагрела ее бывшая сотрудница.

– А ведь я помню Нинель, – Ариша любил видоизменять имена на старинный или иностранный манер. – У нее была длинная коса, едва ли не до пят, не так ли?

– Совершенно верно, – подтвердила я. – Правда, сейчас у нее короткие волосы. Я даже не сразу узнала ее, а только когда она подошла ближе.

– Знаешь, меня совершенно не удивляет, что с Нинель произошло нечто подобное. Помню, когда я увидел ее, то подумал, что эту девочку легко обмануть. У нее очень открытый взгляд, такие обычно верят всему, что они видят на переднем плане, не обращая внимания на перспективу… Полетт, так ты хочешь наказать ее сотрудницу?

– Это само собой, но вообще-то я копнула глубже и натолкнулась на одну очень интересную фирму по выбиванию разного рода долгов. Собственно, она так и называется – «Долгофф». Ты ничего о ней не слышал?

– Слышал, но весьма поверхностно, – дедуля смолк, что-то припоминая. – Насколько мне известно, они и карточные долги выбивают. Но лично мне никогда не приходилось контактировать с коллекторами ни в качестве заказчика, ни в качестве должника. Но я знаю, у кого был такой опыт. Если надо, то я могу навести справки.

– Спасибо, буду тебе очень признательна.

– Полетт, раз уж от твоего нового дела ничего другого, кроме морального удовлетворения, ждать не приходится, то сам бог велел реализовать морозовские цацки. По крайней мере, ты не станешь ограничивать себя в накладных расходах.

– Ариша, ты, как всегда, прав, – я чмокнула дедулю в щечку. – Только надо все хорошенько продумать. Я не хочу, чтобы ты ненароком засветился при их реализации.

– Полетт, будь уверена, я сделаю все так, что комар носа не подточит. Но у меня будет к тебе одна просьба…

– Какая?

– Когда я сговорюсь с человеком, отвезешь меня в областной центр? Сама понимаешь, с таким багажом ехать туда на электричке как-то несподручно.

– Без проблем.

– Ну вот и ладненько.

Пока мы с дедом были в саду, мне пришло несколько эсэмэсок от Копылова. Он пробил по своим базам владельцев машин, которые я заприметила сегодня около офиса фирмы «Долгофф». Мне невольно вспомнился разговор с Денисом Злобиным. Может, он был прав, когда говорил, что страшилки про коллекторов публикуются в Глобальной сети с их же подачи? Вот некий Алекс посетил форум, поделился с бывалыми людьми своей проблемой, прочитал несколько отзывов и понял – тянуть дальше с отдачей кредита не имеет смысла. Ранее он не спешил с этим, потому что считал – сумма неправомерно завышена, и хотел ее как-то оптимизировать.

Достав из сумки бумажки, которые мне дала Нина, я стала внимательно изучать их, пытаясь понять, откуда набежала сумма, почти в два раза превышающая ее долг бывшей сотруднице. Оказалось, что взялась она не с потолка. Коллекторы, едва к ним попала расписка Соловьевой, стали ежедневно начислять проценты за пользование ссудой, а поскольку она не спешила гасить долг, то они решили простимулировать ее ежемесячными штрафами. В принципе, ничего противозаконного в этом не было. А то, что Нина уже отдала Левичевой деньги, ни сотрудники фирмы «Долгофф», ни ее директор, Сивцов С.С., наверняка не знали.

Может, зря я собралась катить бочку на коллекторов? Просто работа у них собачья… Стоп! А разве допустимо натравливать на должников собаку, тем более бойцовской породы? Но ведь тот человек вроде бы и не натравливал на Витькину мать своего пса. Четвероногий питомец просто стоял рядом со своим хозяином. Или не просто стоял? По словам Копылова, он скалился на его мать. Но разве можно верить этому гаишнику, особенно после того, как он требовал у меня полмиллиона на новую тачку? Как сказал один немецкий поэт, «кто раз соврал, тот неизбежно будет врать, одну ведь ложь семью другими надо поддержать». Кажется, я зря повелась на очередную Витькину байку. Пожалуй, надо проверить, действительно ли Борис Копылов лежит в коме в одной из московских клиник, а также был ли инфаркт у матери Вити и Бори. Но сначала Таня Левичева…

Я включила компьютер и стала искать эту аферистку по социальным сетям. Найти ее оказалось не такой уж сложной задачей. Мы с ней едва разминулись. Левичева была on-line буквально полчаса назад. В ее статусе значилось, что она находится в активном поиске, а фотографии лишь подтверждали это. Татьяна не стеснялась демонстрировать все прелести своей фигуры, снимаясь в купальнике, шортах и майках на бретельках, мини-юбках и прозрачных кофточках, обтягивающих лосинах и туниках с оголенными плечами. Надо ли удивляться, что среди ее виртуальных друзей были в основном лица противоположного пола. Одна фамилия показалась мне знакомой. Я взяла мобильник, просмотрела Витькины эсэмэски и убедилась в том, что среди виртуальных друзей Левичевой оказался сотрудник коллекторского агентства – Степан Бичехвост. Не имей Танька такого знакомства, скорее всего, она не дерзнула бы второй раз содрать деньги с доверчивой Соловьевой. А Степан мог ничего толком и не знать.

Уже поздно вечером мне позвонил Копылов.

– Полина, вот скажи мне – почему так происходит? Я сегодня решил наконец-то переночевать дома, подготовился к встрече коллекторов, установил везде твои камеры, а они не соизволили прийти. Как ты думаешь, почему?

– Ты же у них не один должник. Похоже, ход до тебя не дошел.

– Я вообще не должник, это мой брат, – подчеркнул Витька.

– Я помню. Скажи, а он в какой больнице лежит? – поинтересовалась я.

– В московской, – настороженно произнес Копылов.

– А поконкретней?

– Зачем тебе это? – удивился гаишник.

– Просто спросила.

– Просто? А мне показалось, что ты мне не доверяешь, поэтому хочешь проверить, действительно ли Борька в коме, – с обидой в голосе выпалил Виктор.

– А если и так?

– Ну если тебе больше делать нечего, то проверяй! – Копылов назвал мне больницу, отделение и даже номер палаты. – Но если честно, то я от тебя совсем другого ожидал. Похоже, ты действительно не мисс Робин Гуд. Но где же мне тогда ее искать?